Дело № 2-87/2021 

УИД № 29RS0011-01-2020-001086-59 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

05 июля 2021 года п. Октябрьский

Устьянский районный суд Архангельской области в составе председательствующего Рогачевой А.М., при секретаре Демидкиной В.В.,

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 - ФИО4, участвующего в судебном заседании путем использования видеоконференц-связи с Котласским городским судом; представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО5- адвоката Власенко И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 о взыскании задолженности по договорам займа и процентов за пользование чужими денежными средствами, встречному иску ФИО5 к ФИО3 об оспаривании договоров займа (расписок) по безденежности,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5 о взыскании суммы займа по распискам от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г. в размере 1 793 636 руб. 80 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 124 050 руб. 06 коп. В обоснование иска указал, что 20 декабря 2018 г. он передал ответчику в долг денежные средства в размере 22 231 Евро, что в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на момент оформления расписки составляло 1 700 004 руб. 57 коп., ФИО5 обязался вернуть в срок до 01 июля 2019 г. денежные средства в размере 22 231 Евро в рублевом эквиваленте по курсу Центрального Банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) на день возврата долга. В счет оплаты долга по указанной расписке ФИО5 произвел оплату: 26 октября 2019 г. - 200 000 руб., что на дату возврата по курсу ЦБ РФ составляло 2 812 Евро; 31 октября 2019 г. - 100 000 руб., что на дату возврата по курсу ЦБ РФ составляло 1 408 Евро; 04 ноября 2019 г. - 100 000 руб., что на дату возврата по курсу ЦБ РФ составляло 1 408 Евро; 16 ноября 2019 г. - 15 000 руб., что на дату возврата по курсу ЦБ РФ составляло 213 Евро; 18 ноября 2019 г. - 15 000 руб., что на дату возврата по курсу ЦБ РФ составляло 213 Евро; 21 ноября 2019 г. - 20 000 руб., что на дату возврата по курсу ЦБ РФ составляло 282 Евро. Всего в счет оплаты долга ФИО5 вернул ему 6 327 Евро, оставшаяся часть долга - 15 904 Евро, что на день подачи иска 9.12.2020 составляет 1 418 636 руб. 80 коп. в рублевом эквиваленте. 25 ноября 2019 г. истец передал ответчику в долг денежные средства в размере 400 000 руб., которые ФИО5 обязался вернуть в срок до 01 февраля 2020 г., в счет оплаты долга ФИО5 вернул 200 000 руб., оставшуюся часть долга по расписке от 25 ноября 2019 г. обязался вернуть в срок до 30 июля 2020 г., денежные средства до настоящего времени не вернул. 09 декабря 2019 г. передал ответчику ФИО5 в долг денежные средства в размере 175 000 руб., которые ФИО5 обязался вернуть в срок до 01 июля 2020 г., долг до настоящего времени не вернул.

Ответчик ФИО5 обратился в суд с встречным исковым требованием к ФИО3 об оспаривании займа (расписок) по безденежности, просил признать размер обязательств по распискам от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 9 декабря 2019 г., исходя из количества фактически полученных от ФИО3 денежных средств (иностранной валюты (евро) и рублей Российской Федерации): 0 (ноль) евро 00 центов и 0 (ноль) рублей 00 копеек, в связи с тем, что расписки были оформлены под влиянием обмана. В обоснование иска указал, что со ФИО3 его познакомил ФИО1 в 2013 г. Будучи депутатом Собрания депутатов МО «...», ФИО3 официально нигде не работал и не хотел показывать свои доходы, чтобы платить налоги. ФИО3 предложил ему, ФИО5, помочь в оптимизации его налогов, убедил, что в этом нет ничего противозаконного, он согласился помогать. Фактически ФИО3 его обманул, ввел в заблуждение. ФИО3 продавал дорогостоящие автомобили ему, ФИО1, третьему лицу по рыночной цене, в договорах указывалась заниженная цена, неучтенную разницу в стоимости продавцу наличными выплачивал он, Курицын. В 2017 г. ФИО3 помог ему, как главе крестьянского хозяйства, получить от министерства агропромышленного комплекса и торговли Архангельской области субсидию (грант) в размере ... рублей. За неофициальную помощь в оформлении документов и получении субсидии ФИО3 потребовал от него ... рублей. С целью получения данных денег и других доходов по предложению ФИО3 он, ФИО5, приобрел жилой дом и земельный участок. После государственной регистрации права собственности на данные объекты он, ФИО5 продал жилой дом и земельный участок ФИО3 По просьбе ФИО3 цена земельного участка в договоре была указана менее реальной, разница составила ... рублей, которые ФИО1, как гарант сделки, обещал доплатить ФИО3 После государственной регистрации права ФИО3 обратно продал жилой дом и земельный участок ему, ФИО5, по заниженной цене за ... рублей с условием, что он, ФИО5, проведет реконструкцию жилого дома и поделиться с ним доходами от продажи. Поэтому ФИО3 не взял с него денег по договору купли-продажи, так как он, ФИО5 обязывался уплатить эту сумму после продажи реконструированного жилого дома. ФИО3 подсчитал возможную рыночную стоимость обновленного жилого дома и земельного участка, которая, по его мнению, составляла не менее ... рублей. ФИО3 хотел получить от него, ФИО5 наличными ... рублей (с учетом ... рублей). Он, ФИО5, согласился, так как уже был должен ФИО3 за получение субсидии ... рублей. 20 декабря 2018 г. они договорились, что в течение января 2019 г. он, ФИО5 погасит часть задолженности в размере 400 000 рублей, оставшуюся сумму 1 700 000 рублей- в течение ближайших шести месяцев, после чего ФИО3 рассчитал сумму рублевого долга ФИО5 в Евро. В тот же вечер он, ФИО5, под диктовку ФИО3 в присутствии ФИО2 и ФИО1 написал расписку от 20 декабря 2018 г. о получении от ФИО3 22 231 Евро (по курсу ЦБ России на 20 декабря 2018 г. эквивалент составил 1 700 009, 57 руб.) на срок до 1 июля 2019 г. Фактически ФИО3 денег ему, ФИО5, не передавал, договор займа не составлялся, расписка лишь фиксировала прежние его долги по различным договоренностям. Реконструированный жилой дом он, ФИО5, продал за ... рублей. С целью погашения задолженности в сумме 400 000 рублей, которые он, ФИО5 не погасил в январе и последующие месяцы 2019 г., 25 ноября 2019 г. он под диктовку ФИО3 в присутствии ФИО2 и ФИО1 написал расписку о якобы получении от ФИО3 400 000 рублей на срок до 1 февраля 2020 г. Он, ФИО5, возражал против оформления данной расписки, так как ожидаемая цена за жилой дом оказалась ниже желаемой и фактически он должен ФИО3 не ... рублей, а ... рублей. Но ФИО3 надавил на него, заявив, что ранее он согласился на возврат ... рублей и не может пересматривать эту сумму. Сумму задолженности ... рублей он, ФИО5 к декабрю 2019 г. не погасил. ФИО3 предложил ему оформить расписку на проценты от указанной суммы, которая по его расчетам за пользование всеми деньгами с августа 2016 г. составила ... рублей. Он, ФИО5 не возражал, так как долг по всем указанным сделкам признавал, надеялся отдать работами и услугами. 9 декабря 2019 г. он, ФИО5 под диктовку ФИО3 в присутствии ФИО2 и ФИО1 написал расписку о якобы получении от ФИО3 ... рублей на срок до 1 июля 2020 г. В совокупности он, ФИО5 написал расписок о якобы получении от ФИО3 денежных средств на сумму ... рублей. Каждый раз, когда ФИО3 диктовал расписки, а он, ФИО5, их писал, ФИО3 говорил, что эти расписки ничего не значат, это лишь подстраховка в их делах, эти расписки он, ФИО3, никогда не будет предъявлять, вернет их после их внутренних расчетов. Отношения между ним и ФИО3 были доверительные, верил тому, что говорит и делает ФИО3, верил в его порядочность. ФИО2 говорила, что она не допустит судебных разбирательств со стороны супруга. Супруги С-вы вводили его в заблуждение, обманывали относительно сути, истинного правового значения расписок и последствий предъявления в суд требований о возврате денег. В действительности деньги из рук в руки не передавались, а устные договоренности между ним и ФИО3 были превращены в живые деньги. ФИО3 занимался и занимается легализацией своих незаконных доходов, используя честность и порядочность его, ФИО5 ФИО5 во всем действовал под влиянием ФИО3, который ввел его в заблуждение относительно сути складывающихся правоотношений. Одновременно такие же расписки написал ФИО1. В течение года ФИО3 якобы передал ему и ФИО1 сумму ... руб. У ФИО3 никогда не было и нет по настоящее время таких сумм ни в рублях, ни в Евро. Последние 10 лет ФИО3 нигде не работал, заработную плату не получал, иных источников дохода не имел. В счет погашения долга по договорам займа каких-либо сумм он, ФИО5, не передавал, записи о получении от него, ФИО5, денежных средств в счет погашения долга выполнены в расписках без его согласия с целью создать ситуацию правдоподобности правоотношений по договору займа и денежности расписок. Действия по понуждению оформить расписки квалифицируются, как злоупотребление правом со стороны ФИО3 ФИО3 не стал оформлять договор займа, чтобы не давать ему, ФИО5 повод задуматься и отказаться от оформления расписок. В расписках не упоминается слово «займ», используется слово «долг», которое носит общий характер. Из оспариваемого договора займа не следует, что передача денежных средств состоялась непосредственно при подписании договора займа. Поскольку отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие реальную передачу ФИО3 ему, ФИО5, денежных средств, договор займа считается незаключенным.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО3 о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, иск поддержал, в удовлетворении встречного иска просил отказать, в отзыве на встречный иск пояснил, что в его семье имелись денежные средства, о чем ответчику ФИО5, с которым находились в доброжелательных отношениях, было известно. В декабре 2018 г. ФИО5 попросил одолжить ему деньги для ведения бизнеса. Деньги были переданы ответчику и им получены с гарантией возвратности, что подтверждается расписками. Денежные средства передавались в рублях, в расписке сумма была указана в Евро, чтобы деньги не утратили свою ценность. Ответчик добровольно написал расписки и взял деньги в долг, при этом в заблуждение не был введен, давления на него не оказывалось. После прекращения исполнения ответчиком обязательств, был вынужден обратиться в суд.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 – ФИО4 на судебном заседании иск ФИО3 поддержал в полном объеме, против удовлетворения встречного иска возражал по доводам, изложенным в исковом заявлении и возражениях на встречный иск, и дополнениях к иску, пояснив, что доводы ответчика о безденежности договоров займа, введении ответчика в заблуждение и обман при заключении договоров, являются несостоятельными, не подтверждены никакими доказательствами, наличие иных правоотношений между ФИО3, ФИО5 и третьими лицами правового значения для рассматриваемого спора не имеют, оспаривание договора займа по безденежности свидетельскими показаниями недопустимо. Оснований полагать, что поведение ФИО3 является недобросовестным, злоупотреблением правом не имеется. 

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, против удовлетворения иска ФИО3 возражал, настаивал на удовлетворении встречного иска, поручил ведение дела представителю- адвокату Власенко И.А. 

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 – адвокат Власенко И.А. на судебном заседании возражал против удовлетворения иска ФИО3, настаивал на удовлетворении встречного иска по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении, дополнительно пояснив, что ФИО3 обратился в суд с данным иском с целью легализации доходов, полученных незаконным путем, договоры займа не заключались, расписки фиксировали ранее возникшие долги ФИО5 по иным правоотношениям со ФИО3, деньги фактически не передавались, расписки были написаны ФИО5 под диктовку ФИО3, при этом слово «займ» он не указывал, в расписках указывается слово «долг», долг может возникать из любых иных правоотношений; договора займа не было и не могло быть, исходя из фактически сложившихся правоотношений. ФИО3 не доказана передача ФИО5 денежных средств и его финансовая возможность передачи денег взаймы. Согласно буквальному толкованию текста расписки от 20.12.2018 ФИО3 передал ФИО5 денежные средства в Евро, который обязан их вернуть в Евро, денежных средств у ФИО3 в Евро не было. В возражениях на встречный иск ФИО3 указывает, что деньги передавал в рублях. Текст расписки не соответствует действительности, договор займа считается незаключенным, так как сторонами не достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

По определению суда на основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца (ответчика по встречному иску) и ответчика (истца по встречному иску).

Суд, заслушав представителей сторон, свидетеля, исследовав письменные доказательства и иные материалы дела, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Пунктом 1 ст. 807 ГК РФ установлено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег. 

Согласно ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы (п.1). В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества заменимых вещей. 

В соответствии с п. 1 ст. 810 ГКРФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. 

В соответствии со статьей 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности от заимодавца им не получены или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункт 1).

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств (пункт 2).

В силу положений ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

В подтверждение договоров займа и их условий истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО3 предоставлены расписки от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г.

Из расписки от 20 декабря 2018 г. следует, что ФИО5 получил в долг от ФИО3 денежные средства в сумме 22 231 Евро, что в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ составляет 1 700 004 руб. 57 коп. Долг ФИО5 обязался вернуть в сумме 22 231 Евро в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ, который будет установлен на день возврата, в срок до 01 июля 2019 г. 

По данной расписке истец ФИО3 в счет возврата долга получил: 26.10.2019 – 200 000 руб., 31.10.2019 - 100 000 руб., 04.11.2019 - 100 000 руб., 16.11.2019 - 15 000 руб., 18.11.2019 - 15 000 руб., 21.11.2019 - 20 000 руб. 

Из расписки от 25 ноября 2019 г. следует, что ответчик ФИО5 получил в долг от истца ФИО3 денежные средства в сумме 400 000 руб., которые обязался вернуть ФИО3 в срок до 01 февраля 2020 г. 

По данной расписке в счет погашения долга ФИО3 получил от ФИО5 200 000 руб. 15 марта 2020 г. Срок возврата оставшейся части долга в размере 200 000 руб. установлен до 30 июля 2020 г.

Из расписки от 09 декабря 2019 г.следует, что ФИО5 получил в долг от ФИО3 денежные средства в сумме 175 000 руб. со сроком возврата до 01 июля 2020 г.

Факт собственноручного написания и подписания указанных расписок от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г. ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО5 не оспаривается. 

Доводы ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 и его представителя ФИО6 о незаключенности указанных договоров являются несостоятельными на основании следующего.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

В п. 43 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ» разъяснено, что при толковании условий договора в силу абз. 1 ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. 

По смыслу абз. 2 ст. 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что буквальное толкование не является единственным и исключительным способом толкования договора.

В частности, при толковании договора судом должна быть установлена действительная общая воля сторон с учетом их взаимоотношений, включая их переписку и практику, установившуюся во взаимных отношениях.

Пунктом 2 ст. 808 ГК РФ предусмотрено только одно требование к содержанию расписки или иного документа: подтверждение в них факта передачи денег или вещей, являющихся предметом договора займа.

Данное обязательное требование обусловлено тем, что в силу абз. 2 п. 1 ст. 807 ГК РФ договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей, а, следовательно, без подтверждения факта передачи договор займа не может считаться заключенным.

Исходя из этого, содержание расписки или иного документа, предусмотренных п. 2 ст. 808 ГК РФ, должно позволять установить характер обязательства, возникшего в связи с передачей денежной суммы, которое не может считаться заемным только в силу отсутствия иного основания платежа. 

Из буквального толкования текста указанных расписок следует, что денежные средства ФИО5 получил в долг от ФИО3 и обязался вернуть в установленный в расписках срок.

В данном случае понятие слова «долг»- это денежные средства, которые кредитор передаёт заёмщику (дебитору) с условием их возврата в будущем.

Указание в тексте расписок фраз «получил в долг», «обязуюсь вернуть» свидетельствует о фактическом получении указанных денежных сумм, поскольку отдают (возвращают) то, что получили ранее. Указанная в расписках фраза «обязуюсь вернуть» содержит в себе смысл, что денежные средства, указанные в расписках, были переданы истцом ответчику. Словосочетание «обязуюсь вернуть», использованное ответчиком в каждой расписке, любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно, воспринимается как возникновение обязательств по возврату чего-либо ранее переданного. 

Доводы представителя ответчика (истца по встречному иску) Власенко И.А. о незаключенности договора займа от 20.12.2018 в силу неопределенности предмета займа (недостижение сторонами соглашения по всем существенным условиям договора) на том основании, что по расписке передача долга и возврат долга указаны в иностранной валюте (Евро), тогда как по доводам истца ФИО3 в отзыве на встречный иск денежные средства он передавал в российских рублях, суд не принимает, как несостоятельные.

В силу ст. 807 ГК РФ объектом договора займа являются деньги, родовые вещи или ценные бумаги.

Из буквального толкования содержания расписки следует, что ФИО5 получили в долг от ФИО3 денежные средства. 

В соответствии со ст. 317 ГК РФ денежные обязательства должны быть выражены в рублях (ст. 140 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 807 ГК РФ предусмотрено, что иностранная валюта и валютные ценности могут быть предметом договора займа на территории Российской Федерации с соблюдением правил статей 140, 141 и 317 данного кодекса.

В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте, или в условных денежных единицах (экю, «специальных правах заимствования» и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон (п. 2 ст. 317 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», в силу статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации при рассмотрении споров, связанных с исполнением денежных обязательств, следует различать валюту, в которой денежное обязательство выражено (валюту долга), и валюту, в которой это денежное обязательство должно быть исполнено (валюту платежа).

Таким образом, указание в расписке от 20.12.2018 г. денежного долга в иностранной валюте (Евро) (валюта долга) и исполнение обязательств в рублях (валюта платежа) в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте, не противоречит указанным выше нормам действующего законодательства.

Исходя из объяснений сторон, системного толкования условий договора займа от 20.12.2018, положений ч. 1 ст. 421 ГК РФ, согласно которым граждане и юридические лица свободны в заключении договора, судом установлено, что при формулировке условий указанного договора выражена действительная общая воля сторон указать денежный рублевый долг в иностранной валюте (валюта долга).

Доводы ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 и его представителя Власенко И.А. о не предоставлении истцом доказательств, подтверждающих наличие у него денежных средств в момент заключения договоров займа, суд не принимает во внимание, поскольку факт передачи ответчику денежных средств подтверждается расписками. Доводы об отсутствии у ФИО3 достаточных денежных средств и о предоставлении ФИО3 «нулевых» сведений о доходах не свидетельствуют о безденежности договоров займа. 

В обоснование доводов о том, что указанные расписки фиксировали объем ранее возникших обязательств ответчика перед истцом в результате осуществления ими совместной деятельности по продаже транспортных средств, заключению договоров купли-продажи недвижимости и др., относимых, допустимых, достоверных и достаточных в их взаимной связи и совокупности доказательств, подтверждающих наличие неисполненных ответчиком обязательств, которые в силу ст.ст. 309, 310 ГК РФ должны исполнятся надлежащим образом, ответчиком (истцом по встречному иску) суду не предоставлено. Предоставленные в дело документы (договоры купли-продажи жилого дома и земельного участка, муниципальный контракт, соглашение о предоставлении из областного бюджета субсидий) наличие таких обязательств ФИО5 перед ФИО3 не подтверждают.

Показания свидетеля ФИО1 в судебном заседании о том, что между ФИО3 и ФИО5 имелись отношения по указанным выше договорам купли-продажи транспортных средств, объектов недвижимого имущества и др. также не подтверждают наличие у ФИО5 неисполненных по таким сделкам перед ФИО3 обязательств, которые подлежали бы исполнению в силу ст.ст. 309, 310 ГК РФ. 

Суд приходит к выводу, что допустимых, относимых, достоверных и достаточных в их взаимной связи и совокупности доказательств в подтверждение безденежности выданных ответчиком (истцом по встречному иску) расписок, наличия иных правоотношений, обусловивших принятое обязательство, ФИО5 и его представителем Власенко И.А. не предоставлено.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что договоры займа были заключены под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с займодавцем или стечения тяжелых обстоятельств, судом не установлено. 

Бремя доказывания безденежности расписки, составленной под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, стечения тяжелых обстоятельств, возложено на заемщика.

В силу п.1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

В силу п. 2 ст. 178 ГК РФ заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения (п. 3 ст. 178 ГК РФ).

По смыслу приведенных законоположений сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. 

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

По смыслу указанной нормы при совершении сделки под влиянием обмана волеизъявление потерпевшей стороны не соответствует ее действительной воле, либо она лишена возможности действовать по своей воле и в своих интересах. При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. 

Проверяя обоснованность доводов ответчика (истца по встречному иску) о заключении договоров займа под влиянием заблуждения, обмана, суд приходит к выводу о несостоятельности данных доводов.

Суду не представлено доказательств, свидетельствующих об умышленном, преднамеренном введении ФИО5 в заблуждение с целью склонить его к заключению указанных сделок путем ложного заявления, обещания, а также умолчания о фактах, которые могли бы повлиять на совершение сделки, создание у него не соответствующего действительности представления о характере сделок, условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на решение ответчика (истца по встречному иску) о заключении сделки. 

Показания свидетеля ФИО1 о том, что между ФИО3 и ФИО5 имелись отношения по договорам купли-продажи транспортных средств, объектов недвижимого имущества и др. такими обстоятельствами не являются. 

Как усматривается из материалов дела, все существенные условия договоров займа от 20.12.2018, от 25.11.2019, от 09.12.2019 сторонами были изложены четко, ясно и понятно. Доказательств того, что ФИО5, собственноручно написав и подписав расписки о получении в долг денежных средств от ФИО3, не понимал их содержания, условия и суть сделок, суду не представлено, равно как и доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий.

Суд учитывает, что в соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются и приходит к выводу, что ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 при заключении договоров займа понимал природу и сущность сделки, а также последствия, которые могут наступить при заключении такой сделки, доказательств обратного суду не представлено.

Таким образом, юридически значимых обстоятельств, которые позволили бы квалифицировать отношения сторон при заключении оспариваемых договоров займа, как обман или заблуждение, судом не установлено.

В соответствие со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Учитывая, что факт заключения договоров займа подтвержден письменно, доказательства заключения договора займа под влиянием обмана либо заблуждения суду не представлены, поэтому в подтверждение безденежности договоров займа могут быть представлены только письменные доказательства, в связи с чем показания свидетеля ФИО1 о безденежности договоров займа суд не принимает.

Доводы ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 и его представителя Власенко И.А. о получении истцом (ответчиком по встречному иску) доходов незаконным путем, их легализации и неуплате налогов, суд не принимает, поскольку указанные обстоятельства не являются предметом его рассмотрения данного спора и не имеют правового значения для его правильного рассмотрения и разрешения. 

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2).

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом (п. 3).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5). 

Оснований полагать, что ФИО3 при заключении спорных сделок действовал недобросовестно, злоупотребляя правом, у суда не имеется.

Допустимых, относимых, достоверных и достаточных, исходя из их взаимной связи и совокупности, доказательств, подтверждающих безденежность договоров займа, ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО5 и его представителем Власенко И.А. суду не предоставлено, в связи с чем встречные исковые требования о безденежности и незаключении договоров займа, в том числе вследствие их заключения под влиянием обмана либо заблуждения, удовлетворению не подлежат.

На основании совокупности изложенного, исходя из содержания вышеуказанных расписок, выраженной в них общей воли сторон, суд приходит к выводу о заключении договоров займа между истцом ФИО3 и ответчиком ФИО5 по распискам от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г., письменная форма договора соблюдена, сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Представленные истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО3 расписки подтверждают факт передачи ответчику (истцу по встречному иску) ФИО5 денежных средств и возникновение между сторонами отношений по договору займа, регулируемых главой 42 ГК РФ.

Судом установлено, что взятые на себя обязательства по возврату полученных в долг денежных средств по заключенным договорам займа от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г. в нарушение требований ст. 810 ГК РФ ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО5 в установленный срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, не исполнены. 

В соответствии со ст. 309, ст. 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Требования п. 2 ст. 408 ГК РФ предусматривают, что кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

По смыслу приведенных выше положений абз. 2 п. 2 ст. 408 ГК РФ законом установлена презумпция того, что нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

Данная презумпция прекращения обязательства может быть опровергнута, при этом бремя доказывания того, что обязательство не прекратилось, возлагается на кредитора.

Долговые документы – оригиналы расписок представлены истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО3 в суд к исковому заявлению, что подтверждает факт нахождения долгового обязательства у кредитора и удостоверяет неисполнение должником обязательств по договорам займа. 

Допустимых, относимых, достоверных и достаточных доказательств, исходя из их взаимной связи и совокупности, подтверждающих погашение долга по договорам займа в полном объеме на день рассмотрения дела в суде ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО5 и его представителем ФИО6 не представлено.

Суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО3 исковых требований о взыскании с ФИО5 задолженности по указанным договорам займа.

Из расписки от 20 декабря 2018 г. следует, что ФИО5 получил в долг от ФИО3 денежные средства в сумме 22 231 Евро, что в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ составляет 1 700 004 руб. 57 коп. Долг ФИО5 обязался вернуть в сумме 22 231 Евро в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на дату возврата долга.

Как разъяснено в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», стороны вправе в соглашении установить курс пересчета иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли или установить порядок определения такого курса. Если законом или соглашением сторон курс и дата пересчета не установлены, суд в соответствии с пунктом 2 статьи 317 ГК РФ указывает, что пересчет осуществляется по официальному курсу на дату фактического платежа.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Оснований выйти за пределы заявленных требований у суда не имеется.

По договору займа (расписке) от 20.12.2018 сторонами установлено условие о возврате займа в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте по официальному курсу соответствующей валюты (евро), который будет установлен на день возврата.

ФИО5 возвращено по договору займа 450 000 рублей, что по курсу евро на день платежа составляет 6327 Евро: 26 октября 2019 года – 200000 рублей / 71,11 = 2812 Евро; 31 октября 2019 года – 100000 рублей /71,00 = 1408 Евро; 4 ноября 2019 года – 100000 рублей / 71,47 = 1399 Евро; 16 ноября 2019 года – 15000 рублей / 70,41 = 213 Евро; 18 ноября 2019 года – 15000 рублей / 70,41 = 213 Евро; 20 ноября 2019 года – 20000 рублей / 70,85 = 281 Евро.

Задолженность по договору займа от 20 декабря 2018 года составляет 15 904,00 Евро (22 231 – 6327).

Истцом исчислена задолженность в рублевом эквиваленте по курсу Евро 89,20 рублей, установленному на день обращения в суд 9 декабря 2020 г. в размере 1 418 636 рубля 80 копеек.

По расписке от 25 ноября 2019 г. в счет погашения долга в размере 400 000 рублей ФИО3 получил от ФИО5 200 000 руб.

Суд принимает указанные в расписках платежи ФИО5 в счет погашения долга по распискам от 20 декабря 2018 г. и от 25 ноября 2019 г., поскольку оснований для их непринятия при установленных судом обстоятельствах заключенности договоров займа не имеется.

Таким образом, задолженность по договорам займа от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г. и от 09 декабря 2019 г. подлежит взысканию в пользу истца ФИО3 с ответчика ФИО5 в заявленном размере: 1 418 636 руб. 80 коп.,. 200 000 руб. и 175 000 руб. соответственно, всего 1 793 638 руб. 80 коп.

Истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО3 заявлено требование о взыскании процентов за просрочку возврата долга по договорам займа.

Статья 395 ГК РФ предусматривает последствия неисполнения или просрочки исполнения денежного обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 данного Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 данного Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», следует, что если иной размер процентов не установлен законом или договором, размер процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых за периоды просрочки, имевшие место после 31 июля 2016 года, определяется на основании ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (пункт 1 статьи 395 ГК РФ в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года № 315-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

По смыслу п. 3 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются включительно по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

В соответствие с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 08 октября 1998 г. «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», при рассмотрении споров, связанных с исполнением договоров займа, а также с исполнением заемщиком обязанностей по возврату банковского кредита, следует учитывать, что проценты, уплачиваемые заемщиком на сумму займа в размере и в порядке, определенных пунктом 1 статьи 809 Кодекса, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате должником по правилам об основном денежном долге. В соответствии с пунктом 1 статьи 811 Кодекса в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в порядке и размере, предусмотренных пунктом 1 статьи 395 Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата заимодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 Кодекса.

В договорах займа денежных средств от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г. проценты за пользование денежными средствами не установлены. 

Исходя из приведенных норм закона, размер процентов за пользование чужими денежными средствами по договорам займа от 20 декабря 2018 г., от 25 ноября 2019 г., от 09 декабря 2019 г. подлежит определению в соответствии с ч. 1 ст. 395 ГК РФ на основании ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

ФИО3 исчислены и заявлены требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01 июля 2019 г. по 09 декабря 2020 г. по договору займа (расписке) от 20 декабря 2018 г. в размере 117 638 руб. 17 коп.; за период с 30 июля 2020 г. по 09 декабря 2020 г. по договору займа (расписке) от 25 ноября 2019 г. в размере 3 088 руб. 80 коп.; за период с 01 июля 2020 г. по 09 декабря 2020 г. по договору займа (расписке) от 09 декабря 2019 г. в размере 3 323 руб. 09 коп. 

Проверив представленные истцом расчеты процентов, суд принимает их, как арифметически правильные и не противоречащие закону.

На основании совокупности изложенного суд удовлетворяет требования истца ФИО3 о взыскании с ответчика ФИО5 долга по договорам займа в размере 1 793 638 рублей 80 коп., процентов за пользование суммой займа в размере 124 050 рублей 06 копеек.

Встречные исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

С ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 подлежат взысканию в пользу истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 понесенные при подаче иска расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 788 руб.

Меры по обеспечению иска в виде наложения ареста в пределах заявленных исковых требований, принятых по определению суда от 01 марта 2021 года, следует сохранить до исполнения решения суда. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО5 о взыскании задолженности по договорам займа и процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 по договорам займа от 20 декабря 2018 года, 25 ноября 2019 г., от 9 декабря 2019 г. задолженность в размере 1 793 636 рублей 80 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 124 050 рублей 06 копеек, госпошлину в размере 17 788 рублей.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 к ФИО3 о признании обязательств ФИО5 по распискам от 20 декабря 2018 г., 25 ноября 2019 г., от 9 декабря 2019 г. исходя из количества фактически полученного от ФИО3 количества денежных средств (иностранной валюты (Евро) и рублей Российской Федерации, а именно: 0 евро 00 центов и 0 рублей 00 копеек, в связи с тем, что расписки оформлены под влиянием обмана, возмещении расходов по уплате госпошлины - отказать

Меры по обеспечению иска в виде наложения ареста в пределах заявленных исковых требований, принятых по определению суда сохранить до исполнения решения суда.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме через суд, вынесший решение. 

Председательствующий А.М. Рогачева 

Мотивированное решение принято судом 12 июля 2021 г.