Дело 2-90/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Южноуральск 13 октября 2020 года

Южноуральский городской суд Челябинской области в составе 

председательствующего судьи Черепановой О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дворянчиковой О.В.,

с участием прокурора Роот А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Торговый дом «Южноуральск» о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Торговый дом «Южноуральск» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда.

В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ в результате падения обломков шифера и конструкции крыши с нежилого здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего на праве собственности ответчику, ему были причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся согласно заключению эксперта как легкий вред здоровью, а также причинены технические повреждения принадлежащему ему автомобилю 

<

данные изъяты> 

В связи с полученными телесными повреждениями он длительное время испытывал болевые ощущения. 

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля согласно заключению эксперта составила 

<

данные изъяты> рублей, величина утраты товарной стоимости – 

<

данные изъяты> рублей. В связи с повреждением автомобиля и невозможностью его эксплуатации он понес расходы на аренду другого автомобиля в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Полагал, что вред причинен ему в результате неисполнения ответчиком, как собственником здания, обязанности по надлежащему содержанию крыши здания. 

Его претензия о возмещении ему материального вреда, понесенных расходов и компенсации морального вреда ответчиком оставлена без удовлетворения.

Просил взыскать с ответчика в его пользу в возмещение материального ущерба 1 042 700 рублей, расходы на арендную плату автомобиля в размере 24 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 45 000 рублей, расходы по оплате услуг по оценке в размере 23 000 рублей, на оплату юридических услуг в размере 17 500 рублей, почтовые расходы в размере 345 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 876 рублей.

В судебном заседании представитель истца Гром Я.В. поддержал доводы и требования иска. Пояснил, что согласен с заключением судебной автотехнической экспертизы. 

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебном заседании не участвовал. Ранее исковые требования поддержал. 

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3 исковые требования не признали и просили отказать истцу в удовлетворении исковых требований. Ссылались на отсутствие вины АО «Торговый дом «Южноуральск» в причинении вреда истцу, поскольку никаких ремонтных или строительных работ ответчиком не производилось, крыша здания была исправна, а шифер с нее сорвало сильными порывами ветра, скорость которых составляла более 24 метров в секунду, то есть ущерб причинен истцу в результате действия непреодолимой силы. ДД.ММ.ГГГГ в г. Южноуральске произошли многочисленные повреждения и разрушения кровель домов и зданий, были повалены деревья. Истцом не представлено доказательств того, что ответчик является лицом, причинившим ему вред. Настаивали на том, что возникновению вреда содействовала грубая неосторожность потерпевшего, который припарковал автомобиль на служебной стоянке ответчика при наличии на фасаде здания информационной таблички о том, что стоянка только для сотрудников. Указывали на недобросовестное использование процессуальных прав истцом, который не обеспечил участие в проведении оценки представителей ответчика и скрыл от эксперта факт участия принадлежащего ему автомобиля в дорожно-транспортном происшествии, что привело к неправильному и необъективному определению экспертом стоимости причиненного истцу ущерба, определению величины утраты товарной стоимости. Полагали, что ответчиком неверно избран способ защиты своих прав и не доказан факт принадлежности ему транспортного средства, поскольку истец пояснил, что продал поврежденный автомобиль за 

<

данные изъяты> рублей, что лишает истца права требовать возмещения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, а дает основание лишь требовать возмещения реального ущерба в виде убытков, понесенных при продаже автомобиля. Истец противоречиво и нечетко сформулировал исковые требования, включив расходы по проведению оценки ущерба в состав материальных требований. Считали необоснованным требование истца о возмещении расходов на аренду транспортного средства у отца своей жены, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих необходимость несения данных расходов, а также требование о возмещении расходов на оплату юридических услуг на досудебной стадии. Доводы представителей ответчика изложены в отзыве на исковое заявление (т.2 л.д. 50-53). 

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего подлежащим удовлетворению требование о компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что иск ФИО1 подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Применительно к распределению бремени доказывания по делам, связанным с возмещением внедоговорного вреда (по деликтным обязательствам), в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам разъяснено, что истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ); бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред; вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии со статьей 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Материалами дела установлено, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 являлся собственником автомобиля 

<

данные изъяты> что подтверждается копией свидетельства о регистрации транспортного средства (т.1 л.д. 65). Тем самым опровергается довод ответчика о недоказанности факта принадлежности транспортного средства истцу.

Также из материалов дела следует, и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что ДД.ММ.ГГГГ произошло падение шифера и досок с крыши нежилого здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, и принадлежащего ответчику АО «Торговый дом «Южноуральск», на ФИО1 и на принадлежащий ему автомобиль 

<

данные изъяты> 

В результате падения элементов кровли и крыши ФИО1 были причинены телесные повреждения 

<

данные изъяты>, которая вызвала кратковременное расстройство здоровья и расценивается как легкий вред здоровью, 

<

данные изъяты>, которая расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью. Также принадлежавшему истцу автомобилю 

<

данные изъяты> были причинены многочисленные технические повреждения, преимущественно локализованные в задней части автомобиля, а также отдельные повреждения панели крыши, стекла ветрового переднего. 

Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями сторон, материалами об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО1 (т.2 л.д. 65-90), актом осмотра транспортного средства, выполненным ДД.ММ.ГГГГ ООО ЦО «Эксперт 74» (т.1 л.д. 34-54), представленными сторонами снимками и видеозаписями с места происшествия, заключением эксперта 

<

данные изъяты>, выполненным судебно-медицинским экспертом Еманжелинского районного отделения ГБУЗ ЧОБСМЭ (т.1 л.д. 94-95).

Принадлежность здания, в результате падения элементов крыши и кровли которого были причинены повреждения истцу и принадлежащему ему автомобилю подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права (т.2 л.д. 54).

Согласно статье 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 55.25 Градостроительного кодекса Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено федеральным законом, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, является собственник здания, сооружения или лицо, которое владеет зданием, сооружением на ином законном основании (на праве аренды, хозяйственного ведения, оперативного управления и другое) в случае, если соответствующим договором, решением органа государственной власти или органа местного самоуправления установлена ответственность такого лица за эксплуатацию здания, сооружения, либо привлекаемое собственником или таким лицом в целях обеспечения безопасной эксплуатации здания, сооружения на основании договора физическое или юридическое лицо.

В силу положений п. 5 - 9 ст. 55.24 Градостроительного кодекса Российской Федерации эксплуатация зданий, сооружений, должна осуществляться в соответствии с требованиями технических регламентов, проектной документации, нормативных правовых актов Российской Федерации, нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации и муниципальных правовых актов. 

В целях обеспечения безопасности зданий, сооружений в процессе их эксплуатации должны обеспечиваться техническое обслуживание зданий, сооружений, эксплуатационный контроль, текущий ремонт зданий, сооружений.

Эксплуатационный контроль за техническим состоянием зданий, сооружений проводится в период эксплуатации таких зданий, сооружений путем осуществлении периодических осмотров, контрольных проверок и (или) мониторинга состояния оснований строительных конструкций, систем инженерно-технического обеспечения и сетей инженерно-технического обеспечения в целях оценки состояния конструктивных и других характеристик надежности и безопасности зданий, сооружений, систем инженерно-технического обеспечения и сетей инженерно-технического обеспечении и соответствия указанных характеристик требованиям технических регламентов, проектной документации.

Техническое обслуживание зданий, сооружений, текущий ремонт зданий и сооружений проводятся в целях обеспечения надлежащего технического состояния таких зданий, сооружений. Под надлежащим техническим состоянием зданий, сооружений понимаются поддержание параметров устойчивости, надежности зданий, сооружений, а также исправность строительных конструкций, систем инженерно-технического обеспечения, сетей инженерно-технического обеспечения, их элементов в соответствии с требованиями технических регламентов, проектной документации.

Эксплуатационный контроль осуществляется лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения.

Согласно части 1 статьи 36 Федерального закона от 30 декабря 2009 года № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» безопасность здания или сооружения в процессе эксплуатации должна обеспечиваться посредством технического обслуживания, периодических осмотров и контрольных проверок и (или) мониторинга состояния основания, строительных конструкций и систем инженерно-технического обеспечения, а также посредством текущих ремонтов здания или сооружения.

В силу пунктов 4.6.1.1., 4.6.1.2, 4.16.3 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных Постановлением Госстроя Российской Федерации от 27 сентября 2003 года № 170, подлежащих применению по аналогии закона, владелец здания должен обеспечить исправное состояние конструкций чердачного помещения, кровли, выполнение технических осмотров и профилактических работ в установленные сроки; следует устранять, не допуская дальнейшего развития, деформации в кровельных несущих конструкциях: в деревянных (нарушения соединений между элементами, разрушение гидроизоляции мауэрлатов, загнивание и прогиб стропильных ног, обрешетки и др. элементов), в кровлях из асбестоцементных плиток, листов черепицы и других штучных материалов (повреждения и смещения отдельных элементов, недостаточный напуск друг на друга и ослабление крепления элементов кровель к обрешетке). В процессе эксплуатации деревянных несущих конструкций необходимо подтягивать болты, хомуты и другие металлические крепления в узловых соединениях и при необходимости заменять поврежденные и загнивающие отдельные элементы.

Следовательно, с учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, вина ответчика в ненадлежащем содержании вышеупомянутого здания предполагается, и именно ответчик должен доказать отсутствие своей вины.

В качестве доказательств надлежащего содержания здания ответчик представил в материалы дела сообщение директора ООО «Центра оценки и сопровождения бизнеса» ФИО6, из которого следует, что данное общество проводило оценку рыночной стоимости объектов недвижимости, принадлежащих АО «Торговый дом «Южноуральск» ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. В соответствующие даты проведения оценки проводился осмотр оцениваемых объектов, в том числе спорного здания, его физическое и функциональное состояние признано удовлетворительным, физический износ основных конструктивных элементов здания, в том числе кровли, составлял 30%. Поврежденных элементов конструкций кровли, требующих замены либо ремонта в ходе осмотра не обнаружено. (л.д.160). 

Однако, из текста сообщения следует, что осмотр и оценка здания производились оценщиком 1 категории, а не специалистом в области строительства, и не касались проверки состояния надежности кровельной конструкции и крепления шифера на спорном здании, предшествующие осмотры производились более чем за 10 месяцев до рассматриваемого события, а последний – после него. Поэтому данное сообщение не может подтверждать соблюдение ответчиком технических норм и правил при эксплуатации крыши.

Согласно позиции ответчика причиной срыва листов шифера, фрагментов деревянных конструкций с крыши здания являлось чрезвычайное метеорологическое явления в виде сильных порывов ветра скоростью более 24 м/с, которое можно квалифицировать как обстоятельство непреодолимой силы. 

Суд не соглашается с данным доводом ответчика в силу следующего. 

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства.

Согласно статье 7 Федерального закона от 30 декабря 2009 года № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» конструкции и основание здания или сооружения должны обладать такой прочностью и устойчивостью, чтобы в процессе строительства и эксплуатации не возникало угрозы причинения вреда жизни или здоровью людей, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни и здоровью животных и растений, в том числе, в результате разрушения всего здания, сооружения или их части.

В силу статьи 9 указанного Федерального закона здание или сооружение на территории, на которой возможно проявление опасных природных процессов и явлений и (или) техногенных воздействий, должно быть спроектировано и построено таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения опасные природные процессы и явления и (или) техногенные воздействия не вызывали последствий, указанных в статье 7 настоящего Федерального закона, и (или) иных событий, создающих угрозу причинения вреда жизни или здоровью людей, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни и здоровью животных и растений.

Пункт 12 части 2 статьи 2 указанного Федерального закона определяет опасные природные процессы и явления как землетрясения, сели, оползни, лавины, подтопление территории, ураганы, смерчи, эрозия почвы и иные подобные процессы и явления, оказывающие негативные или разрушительные воздействия на здания и сооружения.

Понятия опасных метеорологических явлений и процессов, приведено в пункте 3.4 ГОСТ 22.0.03-97/ГОСТ Р 22.0.03-95 «Безопасность в чрезвычайных ситуациях. Природные чрезвычайные ситуации. Термины и определения», утвержденном Постановлением Госстандарта России от 25 мая 1995 года № 267 

Согласно пункту 3.4.2 названного ГОСТа сильным ветром считается движение воздуха относительно земной поверхности со скоростью или горизонтальной составляющей свыше 14 м/с. Шторм - длительный очень сильный ветер со скоростью свыше 20 м/с, вызывающий сильные волнения на море и разрушения на суше (пункт 3.4.6 указанного ГОСТа). В соответствии с пунктом 3.4.4 ГОСТа ураган - это ветер разрушительной силы и значительной продолжительности, скорость которого превышает 32 м/с.

В соответствии с пунктом 2.3.1 «Опасные метеорологические явления», пункта 2 «Природные чрезвычайные ситуации» приложения к Приказу МЧС России от 08 июля 2004 года № 329 «Об утверждении критериев информации о чрезвычайных ситуациях» источником чрезвычайной ситуации природного характера является сильный ветер, скорость которого, включая порывы, превышает 25 м/с и более.

Согласно видеозаписи с камеры видеонаблюдения, установленной на крыше здания, расположенного на противоположной стороне 

<

адрес>, обрушение крыши произошло ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 49 минут (л.д. 180). 

Как следует из представленной ответчиком справки Челябинского ЦГМС – филиала ФГБУ «Уральское УГМС» от ДД.ММ.ГГГГ, по данным метеорологической станции Южноуральск ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 15 часов 43 минут до 15 часов 54 минут скорость ветра составляла 9,79 м/с, порывы ветра 24,28 м./с, продолжительность порыва ветра 11 минут. (т.1 л.д. 167). 

Также в качестве доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы ответчик ссылался на статью в сети «Интернет» о сильном ветре в Башкирии (т.1 л.д. 172-175), ответы управляющих компаний ООО «Жилсоюз Южноуральск» и ООО «Городская управляющая компания», начальника отдела ГО и ЧС городской администрации, на свидетельские показания.

Так, по информации ООО «Жилсоюз Южноуральск» от воздействия ураганного ветра ДД.ММ.ГГГГ аварийно-диспетчерской службой зафиксированы повреждения 12 кровель и деревьев на дворовых территориях трех многоквартирных домов (т.1 л.д. 145). 

Согласно письму ООО «Городская управляющая компания» ДД.ММ.ГГГГ были зафиксированы повреждения, явившиеся последствием чрезвычайных погодных явлений в виде сильного (штормового) усиления ветра. (повреждение кровли 4 домов, повалено 7 деревьев). (т.1 л.д. 149).

По данным начальника отдела ГО и ЧС Южноуральского городского округа ДД.ММ.ГГГГ в адрес ЕДДС Южноуральского городского округа из ФКУ ЦУКС МЧС России по Челябинской области поступило экстренное предупреждение о неблагоприятных погодных условиях ДД.ММ.ГГГГ, которое было направлено в управляющие компании и доведено до населения путем его размещения на официальном сайте администрации Южноуральского городского округа. (т.1 л.д. 146).

Свидетель ФИО7 показал, что ДД.ММ.ГГГГ с административного здания возглавляемого им ООО «Агропромэнерго» 

<

данные изъяты> полностью сорвало крышу. 

Свидетель Свидетель №3 показал, что в этот же день сорвало металлическую кровлю и частично стропильную систему с крыши строящегося им здания в 

<

адрес>. 

Директор ООО «Городская управляющая компания» Свидетель №2 и директор ООО «Жилсоюз Южноуральск» Свидетель №1, допрошенные в качестве свидетелей, также подтвердили, что в результате порывов ветра ДД.ММ.ГГГГ на нескольких обслуживаемых их организациями домах сорвало листы шифера. 

У суда не имеется оснований не доверять показаниям данных свидетелей, которые в исходе дела не заинтересованы и предупреждены судом об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Однако, их показания, как и представленные ответчиком справки (т.1 л.д. 145,146,149), не могут служить доказательством того, что все поврежденные ДД.ММ.ГГГГ крыши находились в исправном состоянии, и тем более не подтверждают тот факт, что ответчиком была надлежаще исполнена обязанность по соблюдению технических норм и правил при эксплуатации крыши. Особенно таким доказательством не может служить статья из сети «Интернет» о последствиях непогоды на территории другого региона, расположенного на значительном удалении от г. Южноуральска.

Также суд принимает во внимание, что свидетели Свидетель №2 и Свидетель №1, являющиеся специалистами в области эксплуатации зданий, пояснили, что в случае сильных порывов ветра на крышах с шиферными кровлями листы шифера ломаются в местах их крепления к конструкции, но сама конструкция крыши, если она не имеет дефектов, не срывается. Обычно срываются конструкции крыш, кровли которых выполнены из металла, который прочнее крепится к деревянным конструкциям. 

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в данном случае, исходя из обстоятельств дела, непреодолимой силы не имеется, так как чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства отсутствовали, на что также указывает частичное обрушение шифера и деревянной обрешетки и отсутствие повреждений крыш на рядом стоящих зданиях. 

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Истцом в подтверждение размер причиненного ему ущерба было представлено заключение ООО ЦО «Эксперт 74», согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства 

<

данные изъяты>, величина утраты товарной стоимости 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 22-72).

В связи с наличием спора по размеру ущерба судом по ходатайству ответчика была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ООО «ЭЦ «Прогресс» ФИО8 

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта транспортного средства 

<

данные изъяты> в результате падения на него фрагмента крыши ДД.ММ.ГГГГ, на дату причинения ущерба составляет 

<

данные изъяты> рублей, стоимость автомобиля в неповрежденном состоянии на эту же дату – 

<

данные изъяты>. (т.2 л.д. 14-39).

У суда не имеется оснований сомневаться в компетентности эксперта, выполнившего заключение и достоверности содержащихся в заключении выводов, поскольку эксперт имеет соответствующую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, его заключение содержит подробную исследовательскую часть, мотивированные и однозначные выводы. 

Поэтому суд в качестве доказательств размера причиненного истцу материального ущерба принимает указанное заключение и считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в возмещение материального ущерба 881 125 рублей. 

Учитывая, что материалами дела подтверждается факт участия автомобиля 

<

данные изъяты> в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ в г. Челябинске, в результате которого указанному автомобилю были причинены технические повреждения (т.2 л.д. 93-98), суд считает обоснованным довод ответчика об отсутствии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца величины утраты товарной стоимости, поскольку подпунктом «ж» пункта 8.3 утрата товарной стоимости не рассчитывается, если колесное транспортное средство ранее подвергалось восстановительному ремонту или имело аварийные повреждения, кроме повреждений, указанных в пункте 8.4 части 2 Методических рекомендаций ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки (2018 год). 

Довод ответчика о том, что в связи с реализацией автомобиля истец не имеет право на получение стоимости его восстановительного ремонта, а лишь на возмещение реального ущерба в виде убытков, понесенных при продаже автомобиля, судом отклоняется как не основанный на законе. 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ истец произвел отчуждение поврежденного автомобиля по договору купли-продажи 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 187). Истец не оспаривал, что автомобиль был реализован им в невосстановленном состоянии. 

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Надлежащим исполнением обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного повреждением имущества, является возмещение причинителем вреда потерпевшему расходов на восстановление этого имущества в состояние, в котором оно находилось до повреждения. 

Таким образом, у ответчика, как причинителя вреда, возникла обязанность по возмещению истцу расходов на восстановление его автомобиля в виде стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца.

Продажа потерпевшим поврежденного автомобиля не является основанием для освобождения причинителя вреда от обязанности по его возмещению и не может препятствовать реализации имеющегося у потерпевшего права на возмещение убытков, причиненных в результате повреждения его автомобиля, поскольку является правомерным осуществлением права на распоряжение принадлежащим ему на праве собственности имуществом.

При возмещении убытков в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Какого –либо неосновательного обогащения за счет ответчика вопреки доводам последнего у истца в данной ситуации не возникло.

Также суд считает не состоятельным довод ответчика о том, что истец не уведомил ответчика о проведении осмотра поврежденного транспортного средства, поскольку ДД.ММ.ГГГГ истец направил ответчику телеграмму с приглашением на осмотр транспортного средства ДД.ММ.ГГГГ. Телеграмма была направлена по юридическому адресу ответчика, совпадающему с адресом, содержащимся в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, но не была вручена в связи с тем, что офис закрыт, адресат по извещению за телеграммой не явился (т.1 л.д. 68, 98-104). Недобросовестности истца в данном случае не усматривается. Ответчик же, не обеспечивший получение корреспонденции по своему юридическому адресу, в соответствии со статьей 165.1 ГК РФ несет бремя негативных последствий ее неполучения. 

В силу статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вред.

По вине ответчика истцу были причинены физические и нравственные страдания в виде физической боли, которые он испытывал в момент падения на него досок и обломков шифера и в последующем. 

Так, и материалов дела следует, что в связи с полученными телесными повреждениями истец походил амбулаторное лечение в период 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 95). Также в судебном заседании истец пояснил, что испугался за свои жизнь и здоровье, испытывал боль, ему выстрегли волосы на голове в месте раны, он находился в подавленном состоянии. 

Доказательств того, что в настоящее время в связи с полученной травмой истец испытывает болезненные ощущения, проходит обследования и лечение, стороной истца в материалы дела не представлено. 

Учитывая характер и степень физических и нравственных страданий, которые перенес истец в связи с получением телесных повреждений, продолжительность лечения, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, а также требования разумности и справедливости компенсацию морального вреда суд определяет в размере 30 000 рублей. 

Довод ответчика о грубой неосторожности истца, способствовавшей причинению вреда, материалами дела не подтвержден, поэтому судом отклоняется. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Обстоятельств того, что истец не имел права находиться в непосредственной близости от принадлежащего ответчику здания, ответчик не доказал. 

Из материалов дела и объяснений представителей ответчика следует, что на фасаде здания имелась информационная табличка о том, что стоянка предназначена только для сотрудников организации, однако, она не предостерегала о возможности падения крыши, поэтому истец остановил свой автомобиль на указанной стоянке и находился рядом с автомобилем, разговаривая с представителем ответчика ФИО2, который в этот момент также находился на стоянке рядом со своим автомобилем. 

В связи с чем, оснований для применения правил об учете вины потерпевшего в деликтном правоотношении (статья 1083 ГК РФ) у суда не имеется.

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения требования истца о взыскании расходов на арендную плату. 

Истцом в обоснование данного требования представлены договор аренды транспортного средства (автомобиля) без экипажа, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО9, предоставившим истцу в аренду автомобиль 

<

данные изъяты> за плату в размере 

<

данные изъяты> в сутки (т.1 л.д. 78-82), и расписки ФИО9 в получении от истца арендной платы в общей сумме 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 83-85).

Как пояснил истец, ФИО9 является отцом его супруги, то есть близким родственником. Доказательств необходимости аренды автомобиля в связи с повреждением своего автомобиля и невозможности осуществления трудовой деятельности без аренды автомобиля истцом суду не представлено. Трудовой договор истца с дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ, вопреки доводам истца не предусматривает условие об использовании истцом личного автомобиля для исполнения трудовых обязанностей. 

Поэтому в удовлетворении данного требований суд истцу отказывает. 

Довод ответчика о том, что истцом неправильно определена цена иска, правового значения не имеет и на исход дела не влияет. 

Статья 98 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с указанной нормой права требование истца о возмещении за счет ответчика понесенных им в связи с рассмотрением данного дела и подтвержденных документально (т. 1 л.д. 73,74) расходов по оценке стоимости ущерба подлежит удовлетворению пропорционально удовлетворенным требованиям имущественного характера, то есть в размере 

<

данные изъяты>

В соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 1 067 200 рублей истцу надлежало уплатить государственную пошлину в размере 13 536 рублей и по требованию неимущественного характера 300 рублей. Истцом государственная пошлина уплачена в размере 13 877 рублей. Следовательно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 475 рублей 32 копейки. (13 536 х 82,56 % + 300 = 11475,32). 

Несение расходов на отправку телеграммы истцом документально не подтверждено, поэтому суд в их взыскании истцу отказывает. 

В силу статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Расходы истца на оплату услуг представителя ФИО4 в связи с рассмотрением дела в суде составили 15 000 рублей, что подтверждается соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией об оплате услуг (т.1 л.д. 89-93). 

При определении суммы возмещения расходов на оплату услуг представителя суд учитывает фактический результат рассмотрения дела. Также суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, его сложность и срок рассмотрения, объем юридической помощи, фактически оказанной представителем (консультация, составление искового заявления, участие в подготовке, предварительном судебном заседании, в четырех судебных заседаниях, их продолжительность, количество представленных представителем доказательств), и считает разумной сумму расходов на представителя в 13 000 рублей, которую взыскивает с ответчика в пользу истца. 

Расходы по оплате юридических услуг на досудебной стадии (консультация, составление претензии) в размере 2 500 рублей, суд не может признать расходами, связанными с рассмотрением дела, поскольку по данной категории споров обязательный претензионный порядок урегулирования спора законом не предусмотрен, поэтому истец имел возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек. Поэтому в их взыскании суд истцу отказывает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Торговый дом «Южноуральск» в пользу ФИО1 в возмещение ущерба 881 125 рублей, компенсацию морального вреда 30 000 рублей, в возмещение судебных расходов по оплате оценки 18 988 рублей 80 копеек, по уплате государственной пошлины 11 475 рублей 32 копейки, по оплате услуг представителя 13 000 рублей. 

В удовлетворении оставшейся части требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Южноуральский городской суд.

Председательствующий О.Ю.Черепанова 

Мотивированное решение составлено 05 ноября 2020 года

Судья О.Ю.Черепанова