Судья Шукшин А.В.

Дело №22-2161/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск

05 августа 2024 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего судьи Батуниной Т.А.

при секретаре – помощнике судьи В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Томской области Шумиловой В.И.,

обвиняемого Т. и в защиту его интересов адвоката Ленинг Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Ленинг Е.А. в защиту интересов обвиняемого Т., апелляционному представлению заместителя прокурора Октябрьского района Кошкарева Н.А. на постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 17 июля 2024 года, которым 

Т., родившемуся /__/, не судимому, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, 

продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 09 месяцев 24 суток, то есть до 22 августа 2024 года.

Заслушав выступление обвиняемого Т. и в защиту его интересов адвоката Ленинг Е.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Шумиловой В.И., полагавшей необходимым апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

31 октября 2023 года органами предварительного расследования возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

31 октября 2023 года по подозрению в совершении указанного преступления, по основаниям, предусмотренным ст. 91 УПК РФ, и в порядке, установленном ст.92 УПК РФ, задержан и допрошен в качестве подозреваемого Т., которому в этот же день предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и он был допрошен в качестве обвиняемого.

02 ноября 2023 года постановлением Октябрьского районного суда г. Томска Т. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 02 месяца, то есть до 31 декабря 2023 года, срок которой в последующем неоднократно продлевался, в последний раз, постановлением Октябрьского районного суда г. Томска от 26 июня 2024 года, до 22 июля 2024 года.

29 июня 2024 года руководителем следственного органа – начальником СО ОМВД России по Октябрьскому району г. Томска О. уголовное дело в отношении Т. возвращено на дополнительное расследование, срок предварительного следствия возобновлен и установлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 9 месяцев 00 суток, то есть до 29 июля 2024 года.

15 июля 2024 года срок предварительного расследования был продлен на 02 месяца, а всего до 10 месяцев, то есть до 29 августа 2024 года.

Старший следователь СО ОМВД России по Октябрьскому району г. Томска СУ СК РФ по Томской области Б. с согласия руководителя соответствующего следственного органа обратилась в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей Т. на 01 месяц, а всего до 9 месяцев 24 суток, то есть до 22 августа 2024 года, указывая, что срок содержания обвиняемого под стражей истекает, однако предварительное следствие к указанному сроку не может быть окончено, в связи с необходимостью предъявления Т. нового обвинения в порядке ст. 175 УПК РФ, а также в связи с необходимостью выполнения требований ст. 215-217 УПК РФ. Следователь указал на отсутствие оснований для отмены меры пресечения и ее изменения на более мягкую.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Томска от 17 июля 2024 года ходатайство следователя удовлетворено, срок содержания обвиняемого Т. под стражей продлен на 01 месяца, а всего до 09 месяцев 24 суток, то есть до 22 августа 2024 года.

В апелляционной жалобе адвокат Ленинг Е.А. выражает несогласие с обжалуемым постановлением, считает его незаконным и необоснованным, немотивированным, вынесенным с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона. Отмечает, что судом не установлено ни одно из оснований, указанных в ст. 97 УПК РФ, достаточных для продления меры пресечения в виде заключения под стражу, в частности, в материалах дела не содержится ни одного достоверного обстоятельства, указывающего на то, что в случае нахождения обвиняемого Т. не под стражей, последний может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от следствия и суда, выводы суда основаны на предположениях.

Полагает, что формулировка суда «может продолжить заниматься преступной деятельностью» является оценочной, поскольку основана на суждении о том, что обвиняемый Т. занимался преступной деятельностью до момента помещения его в следственный изолятор. Вместе с тем, суд не учел, что Т. ранее не судим, по указанному уголовному делу не вынесен приговор, а потому вина Т. в совершенном деянии не доказана. 

Полагает, что суд обосновал вывод о необходимости продления срока содержания обвиняемого под стражей, основываясь исключительно на тяжести предъявленного последнему обвинения. Считает, что на текущем этапе производства по делу, тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется Т., не является достаточным основанием для решения вопроса о дальнейшем содержании его под стражей.

Отмечает безосновательность указания и на возможность Т. скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, поскольку указанное не было подтверждено объективными доказательствами по делу. Кроме того, указывает, что у Т. для совершения указанных действий отсутствует достаточное количество денежных средств, он не имеет иностранного гражданства, родственников за рубежом.

Считает, что оснований для оставления Т. под стражей не имеется, он имеет постоянное место жительства, где положительно характеризуется, имеет ряд тяжких заболеваний, имеет стойкие социальные связи, заинтересован в дальнейшем правомерном поведении.

Просит постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 17 июля 2024 года отменить.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Октябрьского района Кошкарев Н.А. полагает, что постановление суда не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, отмечает, что судом при вынесении постановления было допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона. Из материалов дела следует, что старшим следователем СО ОМВД России по Октябрьскому району г. Томска Б. в ходатайстве от 15 июля 2024 года о продлении срока содержания Т. под стражей в качестве оснований для его продления указано на возможность обвиняемого скрыться от органов предварительного следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью (пп. 1, 2 ч. 1 ст. 97 УПК РФ). Основание же, предусмотренное п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ (иным путем воспрепятствовать производству по делу) в качестве основания для продления меры пресечения следователем в ходатайстве не указано. Вместе с тем, суд, продлевая меру пресечения, сослался на наличие такого основания, тем самым, вышел за рамки ходатайства следователя, что в силу ст. 15 УПК РФ является недопустимым. Ни в представленных материалах, ни в ходе судебного заседания не представлено данных, свидетельствующих о том, каким образом Т. может воспрепятствовать производству по делу.

Просит постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 17 июля 2024 года изменить, исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание на возможность Т. иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу как на основание для продления в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Октябрьского района г. Томска Кадышев Р.С. выражает несогласие с изложенными в апелляционной жалобе доводами, просит постановление суда изменить по доводам апелляционного представления, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения. 

Проверив представленные материалы, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении лица, обвиняемого или подозреваемого в совершении преступления, за которое Уголовным кодексом Российской Федерации предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать подозреваемому, обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если имеются достаточные основания полагать, что тот может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, - до 12 месяцев.

Как следует из положений ч. 1 ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и 99 УК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления срока содержания Т. под стражей по настоящему делу не нарушены. Из представленных материалов следует, что ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого Т. возбуждено перед судом в рамках уголовного дела, срок предварительного следствия по которому в установленном порядке, с соблюдением требований ст. 162 УПК РФ, продлен до 29 августа 2024 года, ходатайство внесено в суд следователем с согласия полномочного руководителя следственного органа и отвечает положениям, предусмотренным ст. 109 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона при задержании Т. и предъявлении ему обвинения допущено не было.

Как видно из представленных материалов, при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей суд первой инстанции тщательно исследовал имеющиеся в его распоряжении документы, выслушал участников процесса, учел все данные о личности обвиняемого, имеющие значение при решении вопроса о мере пресечения, а также учел объем следственных и процессуальных действий, который необходимо выполнить по делу, проверил утверждение следователя о невозможности окончания расследования по объективным причинам в ранее установленные сроки и признал испрашиваемый срок для продления содержания обвиняемого под стражей разумным и обоснованным.

Необходимость выполнения указанных в ходатайстве следственных и процессуальных действий, направленных на окончание предварительного расследования, обоснована. 

Нашли свое подтверждение доводы следователя об особой сложности уголовного дела, мотивированные фактической сложностью расследования преступления, совершенного в сфере незаконного оборота наркотических средств группой лиц по предварительному сговору, необходимостью проведения большого количества следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, избранной в ходе предварительного следствия позицией обвиняемого Т., который конструктивного взаимодействия со следствием не проявил, необходимостью проведения физико-химических экспертиз, длительных по сроку. Объективных данных, свидетельствующих о неэффективной организации предварительного расследования либо волоките по делу, не установлено. Срок уголовного судопроизводства не выходит за рамки разумной длительности, предусмотренной ст. 6.1 УПК РФ.

Представленными суду материалами подтверждена обоснованность подозрения в причастности Т. к преступлению, в совершении которого он обвиняется, что усматривается из исследованных судом доказательств. При этом суд при решении вопроса о мере пресечения обоснованно не входил в обсуждение вопросов о доказанности вины Т. и правильности квалификаций его действий, поскольку они не являются предметом судебной проверки на досудебной стадии производства по уголовному делу. 

При разрешении ходатайства следователя суд учел данные о личности Т., его возраст, состояние здоровья, семейное положение, отсутствие судимостей, социальную адаптированность, наличие постоянного места жительства и регистрации на территории /__/.

Вместе с тем суд обоснованно учел, что Т. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, прочных социальных связей не имеет, не работает и постоянным источником доходов не располагает, по версии следователя, обвиняемый использовал деятельность от незаконного оборота наркотических средств в качестве источника доходов, в представленных материалах содержатся сведения о /__/.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства подтверждены представленными материалами и свидетельствуют о наличии достаточных оснований полагать, что Т., не находясь под стражей, может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного следствия и суда, чем может воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, согласно положениям закона, для продления срока содержания под стражей необязательно, чтобы были установлены неопровержимые доказательства о намерении обвиняемого продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от следствия и суда, достаточно наличия обстоятельств, свидетельствующих о такой возможности, что и было установлено судом первой инстанции в отношении Т.

Из представленных материалов дела усматривается, что Т. постоянного источника дохода не имеет, преступную деятельность использовал в качестве основного источника дохода, является /__/, что привело суд к обоснованному выводу о том, что указанное может свидетельствовать о возможности последнего продолжить заниматься преступной деятельностью.

Вместе с тем, довод апелляционной жалобы о том, что формулировкой «может продолжить заниматься преступной деятельностью» суд фактически предрешил вывод о виновности Т., нельзя признать обоснованным, поскольку по смыслу уголовно-процессуального закона, решения, связанные с применением меры пресечения, и решения по существу уголовного дела имеют различную фактическую основу и различное предназначение. Принятие судьей решения о продлении срока содержания под стражей никоим образом не предопределяет содержание решения, которое будет вынесено впоследствии по вопросу о виновности или невиновности этого лица в совершении преступления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, как видно из текста обжалуемого постановления, тяжесть предъявленного Т. обвинения учитывалась судом наряду с иными обстоятельствами по делу. 

Отсутствие у Т. судимостей, наличие постоянного места жительства, а также наличие ряда тяжелых заболеваний, на что адвокат указывает в апелляционной жалобе, сами по себе, без учета иных обстоятельств по делу, не гарантируют дальнейшего правопослушного поведения обвиняемого и соблюдения им ограничений, призванных обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обстоятельства, послужившие основанием для избрания Т. меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали. Новых обстоятельств, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения, не установлено.

Выводы суда о необходимости продления срока нахождения обвиняемого под стражей и невозможности применения в отношении него иной, более мягкой, меры пресечения, в том числе, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, применение которой, по мнению защиты, возможно, в постановлении суда надлежаще мотивированы и основаны на исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

При установленных судом обстоятельствах лишь действующая в отношении Т. мера пресечения может обеспечить достижение целей уголовного судопроизводства, поскольку иная мера пресечения не будет являться гарантией надлежащего поведения обвиняемого. При этом установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии реального требования публичного интереса, связанного с применением в отношении Т. меры пресечения в виде заключения под стражу, который, несмотря на презумпцию невиновности, преобладает над принципом уважения личной свободы.

Все имеющие значение данные о личности Т. были в полной мере учтены судом при принятии решения о продлении ему срока содержания под стражей.

Дальнейшее содержание Т. под стражей соответствует действующему законодательству, предусматривающему ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Данных о наличии у обвиняемого Т. заболеваний, входящих в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3, в материалах дела не имеется, документального подтверждения невозможности его содержания в следственном изоляторе по состоянию здоровья суду не представлено.

Кроме того, оказание квалифицированной медицинской помощи обвиняемым, содержащимся в следственном изоляторе, возможно в больницах учреждений уголовно-исполнительной системы, а в необходимых случаях возможна госпитализация лиц, заключенных под стражу, в иные лечебно-профилактические учреждения здравоохранения.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции не находит.

Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, постановление подлежит изменению по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основанием для изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Как следует из постановления о возбуждении перед судом ходатайства о продлении обвиняемому Т. срока содержания под стражей, в качестве оснований применения данной меры пресечения, предусмотренных ч. 1 ст. 97 УПК РФ, следователь указал, что Т. может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного расследования и суда. При этом такого основания, как возможность обвиняемого иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, предусмотренного п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, следователем в ходатайстве не приводилось. 

Вместе с тем суд первой инстанции, продляя срок содержания под стражей Т., сослался не только на возможность его продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного расследования и суда, но и на возможность обвиняемого иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, тем самым фактически суд вышел за рамки ходатайства следователя, что в силу требования ст. 15 УПК РФ является недопустимым.

Приведенное нарушение уголовно-процессуального закона является основанием для изменения постановления Октябрьского районного суда г. Томска от 17 июля 2024 года, с исключением из его описательно-мотивировочной части указания на возможность Т. иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу в качестве основания для продления срока содержания под стражей.

Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, указанное изменение постановления суда первой инстанции не свидетельствует, при установленных обстоятельствах, о необходимости изменения в отношении Т. меры пресечения на иную, более мягкую.

Иных нарушений уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих изменение обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное представление заместителя прокурора Октябрьского района Кошкарева Н.А. удовлетворить, постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 17 июля 2024 года в отношении Т. изменить: 

- исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание на возможность Т. иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу как на основание продления в отношении него срока содержания под стражей.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Ленинг Е.А. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Т.А. Батунина