Дело № ****** (2-1520/2024)

Мотивированное 

решение

 изготовлено 07.02.2025

УИД: 66RS0№ ******-55 

РЕШЕНИЕ

ИФИО1 

21 января 2025 г Октябрьский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Гурина К.В., 

при секретаре ФИО6,

с участием законного представителя истца ФИО3 и третьего лица ФИО16, его представителя ФИО7, представителя ответчика ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 (ФИО18) М.В. и просит признать недействительным, заключенный между истцом и ответчиком договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ в отношении 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а также применить последствия недействительности сделки, поскольку в силу имеющегося психического заболевания и состояния здоровья она на момент оформления у нотариуса указанного договора дарения не могла понимать значения своих действий или руководить ими. 

Определением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу судом назначена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза.

В судебное заседание ФИО3 не явилась, ее состояние здоровью исключает возможность участия в судебном заседании, решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ она признана недееспособной, в судебное заседание явился третье лицо на стороне истца ФИО16, который приказом Управления социальной политики Министерства социальной политики 

<

адрес> № ****** от ДД.ММ.ГГГГ № ******-О назначен опекуном ФИО3 В судебном заседании ФИО16 и его представитель ФИО7 доводы, изложенные в судебном заседании поддержали, просили иск удовлетворить, так как на момент оформления у нотариуса указанного договора дарения ФИО3 не могла понимать значения своих действий или руководить ими, что подтверждено заключением судебной экспертизы.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО8 доводы, изложенные в письменных возражений с учетом дополнительных пояснений поддержал, а также пояснил, что заключение судебной экспертизы не может быть положено в основу решения, так как оно не устранило имеющиеся между сторонами разногласия, с выводами экспертов сторона ответчика не согласна, так как заключение имеет недостатки, выводы экспертов носят вероятностный характер, экспертиза проведена без полноценного клинического и экспертного анализа, всех фактических обстоятельств дела, опровергается показаниями свидетелей и письменными пояснениями нотариуса. При этом член комиссии экспертов ФИО9 ранее уже была членом комиссии экспертов в рамках амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, назначенной при рассмотрении гражданского дела о признании ФИО3 недееспособной, в связи с чем подлежала самоотводу поскольку при даче заключения по настоящему делу могла быть склонна к подтверждению своих предыдущих выводов. Кроме того, экспертами не установлено, когда именно у ФИО3 психические нарушения достигли стадии деменции, следовательно, не установлено, что на момент совершения юридически значимого действия – оформления оспариваемого договора дарения ФИО3 не могла понимать значения своих действий или руководить ими. Просил в иске отказать.

Заслушав лиц, участвующих в деле, эксперта ФИО10, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В силу п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на ДД.ММ.ГГГГ) договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Из материалов дела следует, что истцу ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ принадлежало 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Собственником 7/12 доли на указанную квартиру является третье лицо ФИО16

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа 

<

адрес> ФИО11 удостоверен договор дарения 5/12 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Дарителем по договору является истец ФИО3, одаряемой – ответчик ФИО4 (ФИО18) М.В. При удостоверении договора стороны присутствовали лично, подписывали договор собственноручно.

В обоснование исковых требований о недействительности договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ истцом указано на то, что в момент его составления ФИО3 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, так как страдала психическим расстройством в виде органического заболевания головного мозга, деменции.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу приведенной нормы неспособность дарителя в момент совершения сделки по дарению доли в квартире понимать значение своих действий или руководить ими, является основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на момент совершения договора отсутствует.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ****** «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Так, по ходатайству третьего лица ФИО16 по делу была назначена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза, на разрешение которой поставить вопросы:

1. Страдала ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на момент заключения оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ каким-либо психическим расстройством, если да – каким именно?

2. Могла ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, понимать значение своих действий или руководить ими при заключении оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ?

3. Какие индивидуально-психологические особенности имелись у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент заключения оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ?

4. Имелись ли у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, исходя из состояния здоровья и индивидуально-психологических особенностей своей личности, признаки зависимости, подчиняемости, влияющие на совершение юридически значимых действий, в момент заключения оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ?

Проведение амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы было поручено ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница».

Согласно заключению комиссии экспертов ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» в составе ФИО12, ФИО10, ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ № ******, судебно-психиатрические эксперты по вопросу № ****** пришли к выводу, что на момент заключения оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 имелось хроническое психическое расстройство - деменция в связи со смешанными заболеваниями без дополнительных симптомов (код по МКБ-10: F02.808). Об этом свидетельствует выявление на фоне смешанного поражения головного мозга (перенесенная черепно-мозговая травма, острое нарушение мозгового кровообращения, гипертоническая болезнь, цереброваскулярная болезнь, хроническое нарушение мозгового кровообращения, сахарный диабет, параклинические признаки сосудисто-атрофического поражения головного мозга) стойких, нарастающих, выраженных к исследуемому периоду интеллектуально-мнестических нарушений с нарушением ориентировки, памяти, мышления, сужением круга интересов, утратой имевшихся ранее навыков со снижением способности к самообслуживанию, потребностью в посторонней помощи и контроле.

По вопросам №№ ****** и 3 эксперт психолог пришел к выводу, что у ФИО13 на период юридически значимого события при внешне сохранной личности, упорядоченной деятельности и активности, выявлялись такие индивидуально-психологические особенности, в том числе обусловленные психическим расстройством, как интеллектуально-мнестические нарушения, истощаемость, утомляемость, замедленное, обстоятельное мышление. В эмоционально-личностной сфере – эмоциональная лабильность: так, наряду с добротой, спокойствием, уравновешенностью отмечались вспыльчивость, раздражительность, обидчивость; описывают пассивно-подчиняемый, зависимый тип поведения; снижение активности и кругозора, снижение социально-бытовой адаптации, потребность в помощи и контроле со стороны окружающих. Данные особенности оказывали влияние на ее способность понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. У ФИО3 в индивидуально-психологических особенностях выявляется пассивно-подчиняемый, зависимый тип поведения, что оказывало влияние на совершение юридически значимых действий, в момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с совместным ответом врачей судебно-психиатрических экспертов и эксперта психолога на вопрос № ******, при заключении оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, не могла понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку имевшиеся у ФИО3 интеллектуально-мнестические нарушения на исследуемый юридически значимый период достигали степени деменции, сопровождались нарушением ориентировки, мышления, выраженным нарушением памяти, снижением активности и сужением круга интересов, утратой имевшихся ранее навыков со снижением способности к самообслуживанию, потребностью в постоянной посторонней помощи и контроле, пассивно-подчиняемым, зависимым типом поведения.

Вышеуказанное экспертное заключение ответчиком не оспорено, соответствует требованиям Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», отвечает принципам законности и допустимости, и является надлежащим доказательством по делу. При составлении экспертного заключения экспертами исследовались как показания допрошенных по делу свидетелей и пояснения нотариуса, так и все представленные экспертам медицинские документы, противоречий в выводах экспертов не содержится. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, так как экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями, значительным опытом для разрешения поставленных перед экспертами вопросов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованы в исходе дела.

Также в судебном заседании допрошен один из членов комиссии - эксперт ФИО10, которая полностью подтвердила выводы судебной экспертизы, полагая выводы однозначными, а также устранила в судебном заседании процессуальный недостаток экспертизы, поставив отсутствующую подпись от ее имени на листе 21 заключения.

Более того, по ходатайству стороны ответчика на поставленные стороной ответчика вопросы в материалы дела представлены дополнительные пояснения членов комиссии экспертов ФИО12 и ФИО14

Так в соответствии с дополнительными пояснениями экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ****** вопросы № ******, 2, 3, 4, 5 являются теоретическими, гипотетическими, ответ на них не вытекает из результатов проведенного исследования и не входит в компетенцию экспертов. Диагноз устанавливается по критериям МКБ-10, «Внешний рисунок поведения» не является единственным, либо определяющим при диагностике интеллектуально-мнестических нарушений, в данном случае - деменции. Ответ на вопрос № ****** о способности ФИО3 понимать значение совершаемых повседневных действий понимается экспертами, как вопрос о дееспособности, который не является предметом настоящего исследования. Сам факт посещения маникюрного салона не исключает наличие психического расстройства. Относительно приготовления пищи и других бытовых навыков в объективной медицинской психиатрической документации имеются указания на нарушения способности ФИО3 к самообслуживанию, начиная с 2021 года. Отвечая на вопрос № ******, эксперты указали, что по имеющимся данным невозможно однозначно уточнить к какому именно времени имевшиеся нарушения достигали степени деменции. По предоставленным объективным медицинским сведениям с 2021 года ФИО3 нуждалась в постоянной посторонней помощи. Также по результатам проведенного исследования экспертами сделан однозначный вывод о том, что при заключении оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос № ******). При ответе на вопросы № ****** и 12 экспертами указано, что при проведении экспертизы экспертами исследовались все предоставленные материалы гражданского дела. При ответе на вопрос № ****** экспертами указано, что согласно сведениям из объективной медицинской документации, нарушения у ФИО3 выявлялись на период до перенесенного отравления и госпитализации ДД.ММ.ГГГГ, что описано в разделе «Клинический анализ». Отвечая на вопрос № ******, эксперты отметили, что по результатам проведенного исследования экспертами сделан однозначный вывод о том, что при заключении оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. В тексте заключения отсутствует вывод о том, что «состояние ФИО3 не исключает интеллектуально-мнестических нарушений», а также о том, что «состояние ФИО3» не подтверждает наличие таких нарушений. Согласно клиническому анализу, данные выражения «не исключает» использованы лишь при исследовании пояснений свидетелей. В ответе на вопрос № ****** эксперты указали, что судебно-психиатрический эксперт ФИО9 до проведения настоящей экспертизы участвовала в проведении амбулаторной судебной экспертизы в отношении ФИО3 в рамках гражданского дела по решению вопросов дееспособности. Сведения о наличии оснований для отводов и самоотводов экспертов, а также личной заинтересованности в исходе дела отсутствуют; участие эксперта в проведении экспертизы в отношении ФИО3 ранее по другому гражданскому делу не является основанием для отвода и не свидетельствует о личной заинтересованности. Давая ответы на вопросы №№ ****** и 15, эксперты указали, что решение экспертов вынесено по совокупности предоставленных данных, в том числе с учетом пояснений свидетелей и сторон, диагноз установлен на основании критериев международной классификации болезней 10 пересмотра (МКБ-10). При проведении экспертизы наиболее надежным источником информации является объективная медицинская документация. Описания исследуются в полной мере. При этом в период госпитализации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наряду с сохранностью сознания, ориентировки, отсутствия нарушений восприятия, кроме обстоятельности мышления имеется также указание на субъективное (жалобы) и объективное (в психическом статусе) снижение памяти; при описании интеллекта отмечено лишь сужение круга интересов, передвижение в пределах квартиры (при отсутствии сведений о выраженных трудностях передвижения по соматическим либо неврологическим причинам). В диагнозе указание на наличие когнитивных нарушений - «находилась на стационарном лечении с диагнозом: «Дисциркуляторная энцефалопатия. ХНМК 3, выраженный вестибуло-атаксический синдром, синдром умеренных когнитивных нарушений...». Жалобы на головные боли, головокружение, шаткость при ходьбе, снижение слуха, зрения, памяти, повышение АД до 180/100 мм pm. cm., сердцебиение, одышку при физической нагрузке, отеки ног, боли в крупных суставах, в ПОП, общую слабость, утомляемость. Объективно: состояние относительно удовлетворительное. Походка атактическая. Психический статус: сознание ясное, ориентирована полностью. Восприятие не нарушено. Мышление обстоятельное. Интеллект сужен круг интересов. Ослабление памяти. Эмоционально лабильна. Истощена. Внешне опрятна, передвижение в пределах квартиры (мед.карта № ******)».

При этом возражения ответчика о том, что экспертами не установлена точная дата возникновения психического расстройства у ФИО3, суд находит несостоятельными, поскольку юридически значимым обстоятельством по делу является установление факта возможности подэкспертного отдавать значение своим действиям и руководить ими на момент совершения юридического значимого действия, в данном деле это ДД.ММ.ГГГГ. Эксперты однозначно и единогласно указали, что ФИО3 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не могла отдавать значение своим действиям и руководить ими. Вместе с тем, экспертами установлено, что по предоставленным объективным медицинским сведениям с 2021 года ФИО3 нуждалась в постоянной посторонней помощи.

Также вопреки доводам стороны ответчика суд считает, что участие эксперта ФИО9 в даче заключения по делу о признании ФИО3 недееспособной, не свидетельствует о заинтересованности эксперта в даче какого-либо заключения по настоящему делу, которое имеет иной предмет рассмотрения и иной период оценки психолого-психиатрического состояния подэкспертной ФИО3, поэтому оснований для отвода эксперта в ходе рассмотрения настоящего дела не имелось и судом не установлено.

Учитывая изложенное, анализируя представленные сторонами и добытые судом доказательства в их совокупности, суд полагает заявленные истцом требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, так как в момент составления договора дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Суд признает оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

В силу п.п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ признан судом недействительным, внесенная ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН запись № ****** о переходе права собственности 5/12 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, от ФИО3 к ФИО17 подлежит аннулированию (погашению), а сама спорная доля подлежит возврату ФИО3

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ: 

<

...>) к ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ: 

<

...>) о признании договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделки, - удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ о дарении ФИО3 ФИО2 5/12 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Настоящее решение является основанием для погашения (аннулирования) в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО2 на долю в вышеуказанном объекте недвижимости, произведенную ДД.ММ.ГГГГ за № ******, и восстановления регистрационных записей в отношении собственника ФИО3.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение 1 месяца путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд 

<

адрес>.

Судья К.В. Гурин