Дело № 1 – 5/2020

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Сернур 03 июля 2020 года

Сернурский районный суд Республики Марий Эл в составе председательствующего судьи Поповой Д.Г., при секретаре Антипиной Е.В., с участием государственных обвинителей прокурора Сернурского района Якимова А.А., заместителя прокурора Сернурского района Кибардина В.Н., подсудимого ФИО1, защитника – адвоката Адвокатской палаты Республики Марий Эл ФИО2, представившего удостоверение № и ордер №, а также с участием потерпевшего Потерпевший №1, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО3 ФИО94, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 22 часов 30 минут 05 июля 2019 года до 01 часа 00 минут 06 июля 2019 года, точное время не установлено, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире ФИО20 по адресу: 

<

адрес>, в помещении прихожей и ванной комнате указанной квартиры из личных неприязненных отношений, умышленно, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя, что от его преступных действий может быть причинен тяжкий вред здоровью ФИО20, опасный для жизни человека, и желая этого, относясь при этом к возможному наступлению смерти ФИО20 небрежно, то есть, не предвидя возможности наступления его смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть ее наступление, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, нанес ФИО20 своими руками не менее 15 ударов в область головы, не менее 9 ударов в область туловища и верхних конечностей, а всего нанес не менее 24 ударов по указанным частям тела ФИО20, причинив ему следующие телесные повреждения: 

- 

<

данные изъяты>, которые повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека и по этому критерию относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью, стоят в прямой причинной связи с наступлением смерти; 

- 

<

данные изъяты>, которые повлекли бы за собой длительное расстройство здоровья, продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня), и по этому критерию относятся к повреждениям, причинившим средней тяжести вред здоровью, в причинной связи с наступлением смерти не стоят;

- 

<

данные изъяты>, которые не повлекли бы за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому критерию относятся к повреждениям, не причинившим вред здоровью человека, в причинной связи с наступлением смерти не стоят.

12 июля 2019 года в 18 часов 40 минут ФИО20 умер в ГБУ Республики Марий Эл «Сернурская ЦРБ», смерть его наступила от 

<

данные изъяты> 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в предъявленном обвинении не признал. 

Согласно показаниям подсудимого ФИО1 с конца июня 2019 года находился в 

<

адрес> у своей матери, 05 июля 2019 года днем прогулялись с ФИО4 №2 в сторону дома культуры, встретили ФИО20, ФИО4 №2 поздоровался с ним, ФИО20 ему тоже протянул руку, но он не стал здороваться с неприятным для себя человеком, так как от жителей 

<

адрес> слышал, что ФИО20 нетрадиционной сексуальной ориентации. Поскольку ранее дважды судим, с лицами с нетрадиционной сексуальной ориентацией старается не контактировать, считает, что они стоят на ступень ниже. Сказал ФИО20, что не будет здороваться, на что тот возразил, не стал ему объяснять, ударил последнего – нанес один удар по его лицу и один удар в грудь, ФИО20 при этом драться не лез, на его удары никак не отреагировал, понял, ушел в сторону, после чего с ФИО20 разошлись, больше его не видел. После направились с ФИО4 №2 в магазин «

<

данные изъяты>», где выпили по стакану вина, далее находился дома у матери. Вечером к нему в гости приходили ФИО4 №1 и ФИО4 №4, вместе с которыми употребил спиртное, сидели на веранде, часа в 22-23 они разошлись по домам, ФИО4 №4 пошел провожать ФИО4 №1, он остался дома, лег спать на веранде, из дома никуда не уходил, мать и сестра ночевали в доме. В течение всего дня 05 июля 2019 года употребил 3-4 стакана портвейна. Утром следующего дня к нему домой пришел ФИО4 №1, с которым сходили в магазин «

<

данные изъяты>», где узнали, что ночью избили ФИО20, он не имеет отношения к его избиению. ФИО21 06 июля не видел. Ранее конфликтов с ФИО20 у него не было, особо с ним не общался, давно его не видел. Адрес места жительства ФИО20 не знал, узнал от знакомых после 09 июля 2019 года. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года в квартире ФИО20 не был. Между ним и ФИО4 №2, ФИО4 №1, ФИО4 №4 конфликтов не было, знает их с детства. С ФИО4 №1 и ФИО4 №4 состоит в приятельских отношениях. Фактов, подтверждающих причастность к избиению ФИО20 иного лица, у него нет, имеются лишь догадки. 07 июля 2019 года в лесопосадке у 

<

адрес> выкинул старую, рабочую милицейскую куртку, поскольку узнал, что у дома его ждут сотрудники полиции. Указанная куртка никакого отношения к делу не имеет. 07 июля 2019 года был задержан сотрудниками полиции в связи с нахождением в состоянии опьянения и помещен в КАЗ на двое суток, после освобождения 09 июля 2019 года уехал в г. Йошкар-Ола. Состоит в фактических брачных отношениях с ФИО4 №28, имеет на иждивении троих малолетних детей, его мать проживает одна, является пенсионером, помогает ей по хозяйству. Имеет хроническое заболевание – хронический гайморит. 

Из оглашенных в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний подозреваемого ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что по адресу: 

<

адрес>, проживает со своей сожительницей ФИО4 №28 и двумя детьми. По месту регистрации в 

<

адрес> бывает периодически, не реже чем раз в месяц, где находится у своей матери ФИО4 №27, проживающей по адресу: 

<

адрес>. 04 июля 2019 года около 14 часов один приехал из 

<

адрес> в 

<

адрес> домой к матери. После этого у матери дома проживал по 07 июля 2019 года. Кроме этого, в указанный промежуток времени дома у матери была его сестра ФИО4 №26 ДД.ММ.ГГГГ, в субботу, домой к матери в 

<

адрес> приехал супруг его сестры. Во время пребывания дома у матери занимался домашними делами, помогал матери. Мама на пенсии, проживает одна, кроме него ей помочь некому. 05 июля 2019 года в дневное время ходил в магазин «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, где приобретал сигареты и возможно, пиво, точно уже не помнит, более никуда не ходил, постоянно находился в доме матери. Спать лег около 23 часов. Ночью никуда не ходил. Возможно 05 июля 2019 года, точно утверждать не может, в дневное время в гостях в доме матери был его знакомый ФИО4 №4, с которым он общался. 06 июля 2019 года в течение дня также находился дома, также ходил в местный магазин «

<

данные изъяты>». Вечером указанного дня в 22 часа вместе с сестрой ФИО4 №26 и ее мужем ФИО12 ходил на дискотеку, проводимую в местном доме культуры, спиртные напитки не употреблял, с дискотеки около 24 часов один ушел домой к матери, где лег спать на веранде. Более ночью никуда не ходил. 07 июля 2019 года находился в доме матери, днем ходил один в лес за грибами. В указанный день в послеобеденное время около дома матери встретил сотрудников полиции, которые в связи с нахождением его в состоянии алкогольного опьянения доставили его в отдел полиции п. Сернур, где в медицинском учреждении был освидетельствован на предмет нахождения в состоянии опьянения, было зафиксировано, что он был пьян. В этот день в лесу, когда собирал грибы, выпил один водку емкостью 0,25 литра. После освидетельствования был помещен в КАЗ отдела полиции п. Сернур, где пробыл двое суток, после чего 09 июля 2019 года из п. Сернур на маршрутном автобусе уехал в 

<

адрес> по месту жительства. ФИО4 №1 ему знаком с детства, учились в одной школе в 

<

адрес>. Отношения с ФИО63 у него приятельские. В период с 04 июля по 07 июля 2019 года в дневное время ФИО63 периодически заходил к нему в гости, помогал по хозяйству, в доме его матери он не ночевал. В эти дни два раза он также заходил в гости к ФИО63, было это 05 июля 2019 года в утреннее и дневное время, собирали в его огороде викторию. Дату, когда он во второй раз ходил к ФИО63, не помнит, но возможно 06 июля 2019 года, также собирал ягоды. В указанный промежуток времени, точные даты не помнит, они с ФИО63 ходили в магазин «Сельчанка», где приобретали пиво, которое совместно с ним употребляли в это же время возле магазина. ФИО20 знаком ему с детства, знает его как жителя 

<

адрес>, отношения с ним были хорошие, неприязненных отношений между ними не было. В период с 04 июля по 07 июля 2019 года в 

<

адрес> ФИО20 не видел. В последний раз видел его несколько лет назад, точное время не помнит, в 

<

адрес>. Адрес проживания ФИО20 ему не был известен, у него дома никогда не был. Жилище, в котором проживал ФИО20, узнал после 07 июля 2019 года, от кого именно, не помнит, но скорее всего, спросил у кого-то из местных жителей 

<

адрес>. 07 июля 2019 года от сотрудников Сернурской полиции узнал, что ФИО20 был нетрадиционной ориентации, до этого указанный факт ему не был известен. 05 июля 2019 года в 

<

адрес> ФИО20 не видел, телесных повреждений ему не причинял, конфликтов между ними никогда не было. 07 июля 2019 года при доставлении из 

<

адрес> в 

<

адрес> сотрудниками полиции находящийся с ним знакомый ФИО22 сказал ему, что 05 июля 2019 года в дневное время у него с ФИО20 был конфликт в 

<

адрес>, в ходе которого он нанес ФИО20 два удара. Сам он этих событий не помнит, но допускает, что это могло быть. Причину, из-за чего произошел этот конфликт с ФИО20, не помнит, назвать не может. ФИО21 знает со школьной скамьи, у них хорошие отношения, но дружеских отношений между ними нет, конфликтов между ними никогда не было, неприязненных отношений между ними не имеется. Встречал ли ФИО21 в 

<

адрес> в период с 04 июля по 06 июля 2019 года, не помнит, возможно и его встречал у магазина «

<

данные изъяты>». 

<

данные изъяты>. Вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не признает. В доме, в котором проживал ФИО20, возможно он был в период с 05 июля по 06 июля 2019 года, но в его квартиру точно не заходил. Не помнит, чтобы в период с 05 июля по 06 июля 2019 года был у кого-то из лиц, проживающих в подъезде, где проживал ФИО20 (т. 2 л.д. 144-149).

После оглашения вышеприведенных показаний подсудимый ФИО1 пояснил, что при даче указанных показаний скрыл факт того, что видел ФИО20 05 июля 2019 года днем и ударил его, чтобы не привязали данный факт к ночному происшествию. Оглашенные показания подтвердил, за исключением показаний, что возможно он был в доме, в котором проживал ФИО20, в период с 05 июля по 06 июля 2019 года, таких показаний не давал, возможно, следователь неправильно записал. Уточнений и замечаний к данному протоколу допроса у него не было. Считает, что к преступлению мог быть причастен ФИО4 №2, может его оговаривать. Изначально начали подозревать его и ФИО4 №1 У свидетеля ФИО4 №3 самое оптимальное расположение квартиры, можно видеть вход и выход из подъезда, однако когда ФИО21 и ФИО4 №3 привезли на допрос, они ничего не знали. Считает, что свидетели ФИО4 №2, ФИО4 №1, ФИО4 №4 и ФИО4 №3 оговаривают его в связи с тем, что на них оказали давление сотрудники правоохранительных органов. В ходе прений сторон подсудимый пояснил, что на него также оказывалось давление сотрудниками следственных органов.

Проанализировав показания ФИО1, данные им как в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого, так и в судебном заседании, сопоставив их с показаниями свидетелей, а также с другими доказательствами, имеющимися в деле, суд приходит к выводу, что доводы подсудимого о его непричастности к совершению преступления, указанного в описательной части приговора, неубедительны, надуманы, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Приведенные доводы подсудимого выдвинуты им в свою защиту с целью уйти от ответственности за содеянное. 

Вина подсудимого в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший Потерпевший №1 суду показал, что проживает в 

<

адрес>, ФИО20 являлся его братом. 07 июля 2019 года днем позвонила ФИО4 №15, рассказала, что его брата ФИО20 избили ночью, ей об этом сказали соседи, она сходила, посмотрела, ФИО20 лежал в ванной, сырой, мычал, был без сознания. ФИО4 №15 вызвала скорую помощь и его увезли в Сернурскую ЦРБ. Какие повреждения были у ФИО20, ФИО4 №15 не говорила. Его брат работал дворником в 

<

адрес> вахтовым методом, проживал один, семьи не имел. С кем он употреблял спиртное, не интересовался. Со слов соседей знает, что у брата бывал ФИО22 последний раз видел ФИО20 13 либо 14 июня 2019 года. В квартире брата не прибирался, после смерти матери там не бывал. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 №1 ФИО20 знал как жителя 

<

адрес>. Со слов ФИО1 ему известно, что между ФИО1 и ФИО20 04 июля 2019 года произошел конфликт в связи с тем, что последний хотел поздороваться с ФИО1 В 

<

адрес> все знают, что ФИО20 был нетрадиционной сексуальной ориентации, на этой почве произошел конфликт. С 05 по 06 июля 2019 года находился в 

<

адрес>, 05 июля днем примерно до 13 часов выпивали спиртное вдвоем с ФИО1 на веранде дома последнего, после направились к нему домой, собирали железо. Вечером указанного дня выпивали втроем: он, ФИО4 №4 и ФИО1 в доме матери ФИО1, на троих выпили 1,5 литра портвейна, выпивали до 22 часов, после чего они с ФИО4 №4 ушли домой. Придя домой, лег спать, после ФИО1 пришел к нему домой, разбудил и позвал сходить поговорить к ФИО20 ФИО1 находился в состоянии легкого алкогольного опьянения. Согласился, примерно в 23 часа направились с ФИО5 по адресу проживания ФИО20, куда его привел ФИО5, до этого не знал, где проживал ФИО20 Квартира ФИО20 находилась на 3 этаже трехэтажного дома. Подойдя к двери квартиры последнего, ФИО1 постучался, ФИО20 открыл дверь, каких-либо телесных повреждений на нем не было. ФИО1 прошел в квартиру, он остался стоять у двери в подъезде на лестничной площадке, дверь в квартиру была приоткрыта. Разговаривали ли ФИО1 с ФИО20, не помнит, они дрались, бил ли ФИО70 ФИО3, не видел. ФИО1 наносил удары руками ФИО20 по телу выше пояса, нанес примерно 7-8 ударов, не обращал внимания, наносил удары кулаками или ладонью. Бил ли в лицо, не знает, ногами вроде не бил. Когда ФИО1 избивал ФИО20 в прихожей, пытался его остановить словесно, однако тот никак не отреагировал. ФИО20 при его избиении не падал. Крови не видел. После они пошли в сторону ванной, куда первым направился ФИО20, видимо, пошел умываться, ФИО1 зашел в ванную следом за ним, что там происходило, не знает, дверь в ванную была закрыта, каких-либо звуков не слышал, вроде кричали. Находился на лестничной площадке, в квартиру не заходил, только заглядывал внутрь. Беспорядка в квартире не видел, свет в прихожей вроде бы горел, лицо ФИО20 видел хорошо. Про разбитую бутылку водки ничего пояснить не может, при нем вроде не разбивалась. ФИО1 находился в ванной не больше 5 минут, вышел один, ФИО70 из ванной не выходил. После сразу же ушли, дверь квартиры захлопнули. В подъезде первым начал спускаться он, ФИО1 шел за ним, расстояние между ними было примерно в один лестничный пролет, может, побольше. В подъезде на 2 или 1 этаже встретили ФИО21, который поднимался наверх, сказал, что идет к ФИО20, с ним не разговаривал, ФИО22 с ними не приходил. ФИО22 с ФИО20 видимо дружили. В подъезде свет вроде горел, на 1 или 2 этаже стоял датчик движения. Выйдя из подъезда, немного постояли, покурили, ФИО22 быстро вышел с водкой, сказал, что взял ее в квартире ФИО20 Водку с ФИО22 не употреблял. Ни в подъезде, ни возле подъезда, никого более не видели. Затем они с ФИО1 ушли домой. Было темно и не обращал внимания, была ли на одежде или на теле ФИО1 кровь. В ту ночь ФИО3 был одет в трико темного цвета, футболку, была ли на нем олимпийка, не помнит, на его штанах надписей, бросающихся в глаза, вроде не было. ФИО1 не просил его никому не рассказывать о произошедших в квартире ФИО20 событиях. Через некоторое время рассказал об избиении ФИО20 своей матери ФИО4 №22 ФИО4 №28 является супругой ФИО1, осенью 2019 года вроде бы звонила ему, с какой целью звонила, не помнит. Не помнит, говорил ли, что должен подписать какие-то документы у следователей и если их не подпишет, то его закроют, разговора с ФИО4 №28 вообще не помнит. Не помнит, чтобы в ходе очной ставки извинялся перед ФИО4 №28, и что говорил о том, что на него оказывали сильное давление. В состоянии алкогольного опьянения ФИО5 ведет себя спокойно, адекватно. Неприязненных отношений к ФИО1 не имеет, хорошо с ним общались, причин для его оговора у него не имеется, конфликтов между ними не было, давления со стороны сотрудников правоохранительных органов на него не оказывалось. 

В соответствии с оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО4 №1, данными им в ходе предварительного следствия 20 сентября 2019 года, ФИО20 ему знаком, ни дружеских, ни неприязненных отношений между ними не имелось. ФИО20 умер. 05 июля 2019 года он выпивал красное вино вместе с ФИО4 №4 и ФИО5 у него в доме в 

<

адрес>. Выпили полтора литра на троих. Пили примерно до 22 часов, до 22 часов 30 минут. После ушел домой. Придя домой, лег спать, через некоторое время ему позвонил ФИО5, который сообщил, что 05 июля 2019 года или утром, или днем он конфликтовал с ФИО20 и предложил ему сходить к нему домой. Оделся и пошел домой к ФИО5, после этого вместе с ФИО5 направились домой к ФИО20, который проживает в 27-ми квартирном доме. Зайдя в подъезд этого дома, ФИО5 шел впереди него, постучался. Через какое-то время ФИО20 открыл дверь своей квартиры. Он находился сзади ФИО5 Время было уже поздно, около 12 ночи 05 июля 2019 года. ФИО5, недолго думая, ударил ФИО20 Сначала все это происходило в прихожей квартиры ФИО20, недалеко от двери в квартиру. Потом, когда ФИО5 нанес ФИО20 примерно 10-12 ударов, точно не знает, ФИО5 увел ФИО70 в ванную комнату, откуда потом доносились крики, что ФИО70 не той ориентации и что пытался с ним поздороваться. Дверь в ванную была закрыта. ФИО5 удары ФИО20 наносил руками, удары приходились выше груди, то есть в грудь, в лицо. В момент нанесения ударов ФИО20 ФИО3 словесно сопровождал свои действия в ванной, в прихожей – нет. ФИО20 сопротивления ФИО5 не оказывал, ничего не успел сделать, или не мог, так как был в подвыпившем состоянии. Думает, что ФИО5 нанес ФИО20 в прихожей не меньше 15 ударов. В момент нанесения ФИО5 ударов ФИО20 не падал. Первым в ванную ушел ФИО20, наверное, пошел мыться. За ФИО20 в ванную зашел ФИО5, закрыв за собой дверь. В прихожей пытался остановить ФИО5, говорил, что хватит избивать ФИО20, убьешь. Но ФИО5 его не слушал, у него ничего не получилось, они ушли в ванную, где были крики ФИО5, он кричал, что зачем ФИО20 хотел с ним здороваться, раз он нетрадиционной ориентации. ФИО5 находился вместе с ФИО20 в ванной недолго, примерно 5 минут. В это время стоял возле входной двери, ничем не занимался. Когда ФИО5 вышел из ванной, ФИО20 оставался в ванной. Конкретное местоположение ФИО20 в ванной не знает, не видел, они с ФИО5 сразу вышли из квартиры ФИО20 ФИО5 выходил последним, не знает, закрывал ли он дверь квартиры. Думает, что расстояние между ним и ФИО5 при выходе из квартиры ФИО20 было не меньше 2-х метров. При выходе из квартиры ФИО20 встретили ФИО21 на этом же верхнем пролете, на ступеньках. ФИО22 направлялся к ФИО70, где он взял литр водки и вышел из квартиры ФИО20 Из подъезда дома выходили с ФИО3, ФИО22 оставался у ФИО70 в квартире. На улице стояли с ФИО3, затем спустился ФИО22, и они с ФИО3 возле подъезда стали употреблять водку, с ними спиртное не употреблял. Далее они с ФИО3 ушли домой. Во время нахождения в квартире ФИО20 и после выхода из нее на одежде ФИО5 и на открытых участках его тела крови не видел, не приглядывался, было темно. В момент совершения ФИО5 противоправных действий в отношении ФИО20, он стоял только в прихожей, больше нигде не был, в квартире ФИО20 более никого не видел. В момент избиения ФИО5 ФИО20 помощи не просил, вроде молчал. В указанный момент ФИО5 был выпившим. После произошедших событий о случившемся никому не рассказывал. ФИО5 об этом его не просил (т. 2 л.д. 204-210).

Согласно оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ в части показаниям свидетеля ФИО4 №1 от 16 октября 2019 года ФИО1 был одет в черные спортивные штаны и в футболку, когда в компании с ним сидел у него на веранде дома в 

<

адрес> 05 июля 2019 года. Во время визита домой к ФИО20 05 июля 2019 года ФИО5 был одет в черные спортивные штаны и, насколько помнит, в олимпийку. Футболка у ФИО3, наверное, была под олимпийкой, точно утверждать не может. Но головного убора на нем не было. Какая на нем была обувь, не помнит (т. 3 л.д. 122-126).

Как следует из оглашенных в части показаний свидетеля ФИО4 №1 от 22 декабря 2019 года, ФИО62 никогда не говорил, что ему должны привезти документы от следователя, которые должен подписать, иначе его закроют. Такого разговора между ним и ФИО62 не было, в том числе 22 сентября 2019 года в ходе состоявшегося между ними телефонного разговора. Подобного ФИО62 никогда не говорил, потому что ни со стороны сотрудников правоохранительных органов, ни от кого бы то ни было какое-либо давление на него не оказывалось, в том числе ему никто не говорил о том, что если он не подпишет какие-либо документы, то его закроют. В связи с чем, ФИО62 выдвигает подобные утверждения, не знает (т. 4 л.д. 247-249).

Оглашенные показания свидетель ФИО4 №1 подтвердил, за исключением показаний, что ФИО1 позвонил ему и предложил сходить домой к ФИО20, и о том, что стоял возле входной двери в прихожей квартиры ФИО70, пояснив, что ФИО1 ему не звонил, а пришел к нему домой, в тот момент лег спать и находился в состоянии алкогольного опьянения, перепутал в данной части, во время избиения ФИО20 стоял в подъезде, в прихожую квартиры не заходил. Разницу в показаниях в остальной части объяснил тем, что прошло много времени, просмотрев видеозапись допроса, вспомнил. В предварительный сговор на избиение ФИО20 с ФИО1 не вступали.

Довод стороны защиты о незаконности допроса свидетеля ФИО4 №1 20 сентября 2019 года в связи с его производством в ночное время и нахождением посторонних лиц не может являться основанием для признания показаний указанного свидетеля, данных в ходе предварительного следствия 20 сентября 2019 года, недопустимым доказательством. Допрос свидетеля ФИО4 №1 проводился следователем с соблюдением требований ст. 187, ст. 189 УПК РФ.

Пунктом 21 ст. 5 УПК РФ определено понятие ночного времени – промежуток времени с 22 до 6 часов по местному времени.

Из протокола допроса свидетеля от 20 сентября 2019 года следует, что допрос ФИО4 №1 был начат в вечернее время в 21 час 37 минут, прерывался в период с 21 часа 54 минут до 23 часов 11 минут для просмотра видеозаписи допроса, и был окончен в ночное время в 23 часа 12 минут.

Следовательно, допрос свидетеля был начат до наступления ночного времени и его продолжительность составила менее четырех часов. Продолжение допроса ФИО4 №1 при наступлении ночного времени не противоречит требованиям ч. 3 ст. 164 УПК РФ, допускающим производство следственных действий в ночное время в случаях, не терпящих отлагательств, перед допросом свидетель заявил, что чувствует себя хорошо и готов давать показания, ходатайств об отложении допроса свидетель не заявлял, каких-либо заявлений и замечаний в ходе допроса от него не поступило. В судебном заседании свидетель ФИО4 №1 показал, что при его допросе посторонние лица не присутствовали, лишь кто-то заходил в кабинет и вышел.

При таких обстоятельствах, суд признает вышеизложенные показания свидетеля ФИО4 №1 допустимыми доказательствами, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и согласуются с другими доказательствами по делу.

Из протокола проверки показаний на месте от 21 сентября 2019 года следует, что свидетель ФИО4 №1 рассказал и показал, как 05 июля 2019 года в промежутке между 23 и 24 часами вместе с ФИО1 прошел в жилище ФИО20, находящееся по адресу: 

<

адрес>, где ФИО1 нанес ФИО20 побои. В ходе проверки показаний на месте ФИО4 №1 с использованием манекена, заменяющего потерпевшего, демонстрировал действия ФИО1, которые тот производил в момент совершенного в отношении ФИО20 преступления, указывал свое местоположение в этот момент, а также по ходу демонстрации давал свои пояснения. Так, ФИО4 №1 показал, что в квартиру к ФИО20 они пришли в связи с конфликтом между последним и ФИО1, произошедшим в дневное время в связи с нетрадиционной сексуальной ориентацией ФИО20, который днем хотел поздороваться и пообниматься с ФИО1, ФИО3 это все вспомнил и пошел в квартиру ФИО8 Вечером 05 июля 2019 года до похода в квартиру ФИО8 он вместе с ФИО10 и ФИО1 находился дома у последнего, где они выпили 1,5 литра красного вина. Затем ФИО1 предложил ему сходить к ФИО20 После того, как ФИО20 открыл им дверь своей квартиры, ФИО1 в прихожей сразу, без какого-либо разговора, нанес ему удар в лицо. Не помнит, обоими ли руками ФИО5 наносил удары ФИО20, но одной рукой точно. После этого ФИО1, находясь в прихожей квартиры ФИО20, продолжал наносить последнему удары руками в область головы и грудной клетки. Ударов было не меньше 10, может, около 15. Он в это время стоял на лестничной площадке около входной двери в квартиру. Входная дверь в квартиру была открыта, но не до конца. Все происходящее было ему видно. От ударов ФИО1 ФИО20 не падал, стоял на ногах, не видел, чтобы ФИО70 оказывал ФИО3 сопротивление. На лице ФИО70 была кровь, понял, что из-за разбитого носа. Просил ФИО1 успокоиться, говорил, что так он может убить ФИО20, но ФИО1 его не слушал. После примененного насилия в прихожей ФИО20 прошел в ванную комнату, как он понял, умыться. ФИО1 прошел следом за ФИО20 в ванную комнату, прикрыв за собой дверь. После этого, когда ФИО1 с ФИО20 находился в ванной комнате, оттуда доносились их громкие голоса, они ругались, как понял, по поводу нетрадиционной сексуальной ориентации ФИО20 В ванной комнате ФИО1 пробыл недолго, минут 5 минут. Пока они были в ванной комнате, находился в прихожей квартиры ФИО20, возле входной двери. Допускает, что при нахождении в ванной комнате ФИО1 мог причинять ФИО20 побои, но сам этого не видел. При применении насилия в отношении ФИО20 ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения. В последующем покинул жилище ФИО20 и последнего более не видел. Следом за ним из квартиры ФИО20 вышел и ФИО1 После этого в подъезде дома ФИО20 встретил ФИО21 Первым из подъезда на улицу вышел он. Через секунд 20, может полминуты, на улицу вышел ФИО5, попозже, может, минуты через две из подъезда на улицу вышел ФИО22, у которого была водка, которую они выпили с ФИО1 После чего они с ФИО1 ушли домой. Других лиц, кроме ФИО21, в подъезде данного дома и на улице возле подъезда не встречали (т. 2 л.д. 215-227). 

После оглашения протокола проверки показаний на месте и просмотра диска с видеозаписью данной проверки свидетель ФИО4 №1 подтвердил ранее данные показания, в том числе в той части, что заходил в квартиру ФИО20, стоял в прихожей у порога. 

Вопреки утверждениям стороны защиты данное следственное действие проведено в соответствии с требованиями ст. 194, ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ, надлежащим процессуальным лицом, с участием понятых, а также с применением технических средств видеофиксации. По его результатам в соответствии со ст. 166 УПК РФ составлен протокол, правильность которого подтверждена подписями всех участников следственного действия и отсутствием каких-либо заявлений и замечаний с их стороны. В силу изложенного, суд считает несостоятельными доводы защитника о том, что один из понятых в ходе проверки показаний на месте находился в нетрезвом состоянии, в связи с чем не усматривает оснований для признания протокола проверки показаний на месте от 21 сентября 2019 года недопустимым доказательством.

На основании п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания свидетеля ФИО21, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку в результате принятых для установления его местонахождения мер, сведения о которых имеются в материалах дела, установить местонахождение свидетеля ФИО21 не представилось возможным. При этом в ходе предварительного следствия была проведена очная ставка обвиняемого ФИО1 с указанным свидетелем и подсудимый не был лишен возможности задать интересующие его вопросы свидетелю ФИО21 и оспаривать его показания.

Согласно показаниям свидетеля ФИО21 от 16 июля 2019 года проживает в 

<

адрес> со своими родителями. Неофициально работает в 

<

адрес> на автомойке. 05 июля 2019 года в обеденное время, точные часы не помнит, вместе со знакомым ФИО5 (по прозвищу 

<

данные изъяты>), который ему знаком с детства, проходил мимо здания дома культуры в 

<

адрес>. При этом он был слегка выпившим, ФИО5 также находился в состоянии алкогольного опьянения, но был пьянее его, даже слегка шатался из стороны в сторону. В указанный день спиртное с ФИО5, который уже был выпившим, употребил в магазине «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, выпили по 200 грамм портвейна «

<

данные изъяты>». В этот день в обеденное время, точные часы не помнит, возле дома культуры им встретился ФИО20, житель 

<

адрес>, с которым знаком около 5-6 лет, у них с ним приятельские отношения, он был слегка выпившим. При встрече поздоровался с ФИО20 за руку. ФИО20 протянул руку ФИО5, который не стал с ним здороваться, сказав, что с «п…» не здоровается. В этот же момент ФИО5 неожиданно, без какой-либо причины, стоя лицом к ФИО20, кулаком руки, какой именно, не помнит, нанес ему удар в область грудной клетки. После этого ФИО5 сказал ФИО20 какие-то слова, 

<

данные изъяты>. В ответ ФИО20 просил ФИО5 успокоиться. Но ФИО5 после этих слов кулаком руки, какой именно, не помнит, нанес два удара в область лица рядом стоящего ФИО20 От данных ударов ФИО20 не падал, но слега отходил в сторону. В ответ ФИО20 ударов ФИО5 не наносил. Знает, что ФИО20 пугливый, никогда не будет драться, старается избегать шумные компании. Далее они с ФИО5 вдвоем от дома культуры направились в магазин «

<

данные изъяты>», где снова на двоих выпили по 1 стакану (200 грамм) портвейна. После этого ушел домой, куда направился ФИО5, не знает. Дома собрал вещи, поскольку в этот день должен был ехать на заработки в 

<

адрес>. 05 июля 2019 года около 20 часов 30 минут на заказанном маршрутном автобусе из 

<

адрес> выехал в 

<

адрес>, вместе с ним также поехал ФИО4 №24 Доехав до моста, что перед въездом в 

<

адрес>, вышел из автобуса справить нужду, но вследствие изрядно выпитого спиртного до автобуса обратно не дошел, упал в кусты и заснул, автобус уехал. Переночевав в 

<

адрес> у брата ФИО23, 06 июля 2019 года утром вместе с братом ФИО9 и его супругой ФИО4 №25 на маршрутном автобусе приехали в 

<

адрес>. По приезду вместе с братом ФИО9 распили портвейн. В этот день около 16-17 часов направился к ФИО20 Входная дверь квартиры ФИО20 не была заперта, зашел в квартиру, увидел, что ковер, лежащий на полу в прихожей и в коридоре, местами скомкан, не был хорошо выстелен, крови на ковре, осколков стекол не заметил. В ванной комнате был включен свет, пройдя в ванную, увидел ФИО20, лежащего на спине в ванной. Выше пояса на ФИО20 одежды не было, был одет в брюки темного цвета. Судя по внешнему виду, он был избитый, его лицо имело синеватый окрас, было опухшим, под глазами были синяки, со рта ФИО20 сочилась кровь. Спросил его, кто его избил, ФИО20 ничего не ответил, только стонал, не разговаривал, не двигался, открывал глаза. Чтобы привести его в чувства, стал поливать его холодной водой из смесителя, тем самым намочил и его брюки. Струю воды направлял на голову ФИО20 и его грудь, в это время он шевелил руками, встать не мог, стонал. Подумал, что ФИО20 к тому же сильно пьян, поэтому, выключив кран, вышел из ванной комнаты. Сам он его руками не трогал, даже за его одежду, с места его не передвигал. Выйдя с ванной комнаты, посчитав, что ФИО20 отрезвеет и самостоятельно встанет, взял с его квартиры две бутылки водки, покинул квартиру ФИО20, направился домой. На следующий день 07 июля 2019 года к нему домой приехали сотрудники Сернурской полиции, от которых узнал, что ФИО20 был избит и находится в больнице, где в последующем скончался. Кто избил ФИО20, не знает, сам его не трогал, конфликтов между ними никогда не было. Когда видел ФИО20 днем 05 июля 2019 года у дома культуры, он был слегка выпившим, но не шатался, был одет в спортивный костюм черного цвета, на голове у него была бейсболка черного цвета. Ссадин, синяков, крови на его лице не было. Лицо его было чистое, не синеватое, без каких-либо следов от побоев. На здоровье ФИО20 не жаловался. 05 июля 2019 года днем ФИО5 вроде был одет в рабочую одежду, на нем была бейсболка черного цвета, черная футболка, на ногах у него были кроссовки, какого цвета, не помнит, может ошибаться. 

<

данные изъяты>. 05 июля 2019 года после нанесения побоев ФИО20 ФИО5 не говорил, что намерен еще побить его, причинить ему смерть. Были ли ранее между ФИО5 и ФИО20 конфликты, не знает, но более при нем их точно не было. Про долговые обязательства между ними ему также ничего не известно. Ранее ФИО20 в состоянии, когда он не мог стоять на ногах вследствие изрядно выпитого спиртного, не видел, такого не было. На улице ФИО20 спиртное никогда не пил, спиртное он употреблял у себя по месту жительства. При нем от выпитого спиртного у себя дома он не падал (т. 1 л.д. 61-66). 

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО21 от 19 сентября 2019 года в своих предыдущих показаниях рассказал неправду. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года примерно после полуночи посещал ФИО20 в его квартире. Когда пришел к ФИО20, тот лежал в ванной. Видел, что ФИО20 был избит, его лицо было синим, он практически не мог говорить, был одет в футболку и спортивные штаны, на ногах были надеты носки. В коридоре его квартиры были смяты ковры. Стал поливать ФИО20 из лейки душа, пытался привести его в чувство. При этом спрашивал у ФИО20, кто его избил, на что тот пробормотал: «ФИО3». Затем забрал из квартиры ФИО20 две бутылки водки и ушел, полагал, что ФИО20 придет в себя. Когда приходил в квартиру ФИО20 той ночью, на лестничной площадке между 2 и 3 этажами встретил ФИО5 и ФИО63 Они стояли вдвоем. Когда спускался от ФИО20, они спросили, куда он ходил. Сказал им, что посещал ФИО20, показал, что забрал у него в квартире две бутылки водки. После этого ФИО1 сказал ему: «Дергай отсюда! Ты нас здесь не видел!». Тогда понял, что ФИО20 избили именно они, тем более, что у 

<

данные изъяты> был конфликт с ФИО70 днем 05 июля. Так как знал, что в момент посещения им ФИО20 ФИО5 и ФИО63 находились в подъезде дома ФИО20, не стал вызывать в квартиру последнего врачей скорой помощи, и быстро ушел. В ту ночь 

<

данные изъяты> и ФИО71 находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. Через два дня после 06 июля ФИО1 подходил к нему в селе и стал высказывать в его адрес угрозы по поводу того, чтобы он никому не рассказывал о том, что видел их с ФИО63 в подъезде ФИО20 в ночь на 06 июля 2019 года. Сказал, что если он кому-то расскажет об этом, то у него будут большие проблемы. Понял, что этим ФИО1 имел в виду применение к нему насилия. ФИО3 было сказано ему, что если он по каким-то причинам не сможет сам расквитаться с ним, то это сделают другие люди. Разговор между ним и ФИО1 произошел около магазина «

<

данные изъяты>», где они случайно встретились. После данного разговора испугался возможного оказания ФИО5 на него давления, в связи с чем принял решение уехать из 

<

адрес> на работу в 

<

адрес>. В августе 2019 года встречался с племянницей погибшего ФИО20 – ФИО4 №21 и разговаривал с ней по поводу смерти ФИО20 При их разговоре рассказал ФИО4 №21, что видел ФИО3 и ФИО71 в подъезде ФИО20, в ночь на 06 июля 2019 года. После состоявшегося между ними разговора ФИО4 №21 поняла, что именно ФИО62 и ФИО63 причастны к смерти ее дяди ФИО20 При этом ФИО4 №21 также сказал, что опасается за свою жизнь по причине угроз ФИО1 В тот день ФИО4 №21 спрашивала у него, как он будет с этим жить, на что сказал ей, что, возможно, ему стоит покончить с собой. Ему было страшно рассказывать о причастности ФИО3 к смерти ФИО20, а знать об этом и молчать мучила совесть. По этой причине высказал ФИО4 №21 мысли о суициде. Считает, что причиной нанесения повреждений ФИО20 явился конфликт между ним и ФИО3, который происходил днем 05 июля 2019 года 

<

данные изъяты> Никакого давления со стороны сотрудников правоохранительных органов на него не оказывалось, показания даны им добровольно (т. 2 л.д. 123-126).

Как следует из показаний свидетеля ФИО21 от 01 октября 2019 года, соответствующими действительности являются его показания, данные 19 сентября 2019 года. При допросе от 16 июля 2019 года сказал неправду, в 

<

адрес> 05 июля 2019 года не выезжал, в том числе, в 

<

адрес> к своему брату в этот день также не ездил, брат ФИО9 со своей супругой ФИО4 №25 05 июля сами были у него дома в 

<

адрес>. Сказал неправду, так как не хотел, чтобы его вызывали на следствие и в суд в качестве свидетеля по факту причинения смерти ФИО20 Тем более, что лицо, причинившее телесные повреждения ФИО20 - ФИО5 предупредил его о том, чтобы он никому не говорил о том, что видел его в подъезде дома ФИО20 в день причинения последнему телесных повреждений, в противном случае угрожая применением физической силы. 05 июля 2019 года находился в 

<

адрес> и никуда не выезжал. Изменение им показаний не связано с неправомерными действиями сотрудников правоохранительных органов, в его адрес они никакого давления не оказывали. Когда в ночь с 05 на 06 июля 2019 года через незапертую дверь зашел в квартиру ФИО20, увидел, что ковер, лежащий на полу в прихожей и в коридоре его квартиры, местами скомкан, то есть он не был хорошо выстелен. Крови на ковре, осколков стекол не заметил. Зайдя в квартиру ФИО20, увидел, что в его ванной комнате включен свет, и сама дверь в ванную была открыта настежь. Далее подошел в ванную, где увидел ФИО20, лежащего на спине в ванной. При этом ФИО20 был в брюках темного цвета, выше пояса на ФИО20 одежды не было. Судя по внешнему виду, ФИО20 был избитый, лицо его имело синеватый окрас, было опухшим, под глазами у него были синяки, со рта ФИО20 сочилась кровь, из носа кровотечения у него не было. Во время нахождения в квартире ФИО20 руками не трогал, даже за его одежду, с места его не передвигал. Для того, чтобы привести ФИО20 в чувство, стал поливать его лицо холодной водой из смесителя, тем самым намочил и его брюки. Струю воды при этом направлял на голову ФИО20 и на его грудь. В это время ФИО20 шевелил руками из стороны в сторону, но встать не мог. Спросил его, кто его избил, в ответ тот пробормотал: «ФИО3». Подумал, что ФИО20 пьяный, поэтому, выключив кран, вышел из ванной комнаты. Выйдя с ванной комнаты, посчитав, что ФИО20 отрезвеет и самостоятельно встанет, взял из его квартиры две бутылки водки емкостью по 0,5 литра каждая, которые стояли в шкафу на кухне, намереваясь в последующем ему заплатить, и покинул жилище ФИО20 В дневное время 05 июля 2019 года, когда ФИО5 несколько раз ударил ФИО20 рукой, очевидцем чего он был, на ФИО20 телесных повреждений не было. Почему в протоколе допроса в качестве свидетеля от 19 сентября 2019 года написано, что на момент обнаружения им ФИО20 в ванной он был одет в спортивные штаны и в футболку, не знает. Возможно, следователь его неверно понял. ФИО20 был в брюках темного цвета, выше пояса на нем одежды не было. Покидая квартиру ФИО20 после ее посещения в ночь с 05 на 06 июля 2019 года, входную дверь в его квартиру запер снаружи на ключ, который взял в помещении прихожей квартиры, чтобы посторонние не заходили к нему, пока он отлеживался в ванной. В квартире ФИО20 кроме ванной, свет горел и в зале. Горел ли свет в остальных комнатах, не помнит. Уходя с квартиры ФИО20, свет ни в одном из помещений его квартиры не выключал. Вечером 06 июля 2019 года около 17 часов, точное время не помнит, снова ходил в квартиру ФИО20, открыв ключами его входную дверь. На этот раз к нему пошел, чтобы опохмелиться, так как болела голова. Зайдя в квартиру, закрыл за собой дверь. Помнит, что ФИО20 лежал в своей ванной комнате, также на спине, стонал, подумал, что тот до сих пор нетрезвый. После этого взял бутылку водки, намереваясь в последующем вернуть за нее ФИО20 деньги. Горел ли в это время свет в квартире, не помнит, так как у него сильно болела голова, хотелось выпить спиртного. После этого с бутылкой водки емкостью 0,5 литра покинул квартиру ФИО20, оставив ключи от квартиры в прихожей, на этот раз дверь в его квартиру на ключ не запирал, так как на улице было светло. Когда 06 июля 2019 года около 17 часов шел домой к ФИО20, то у соседнего подъезда видел ФИО4 №15, которая убиралась в подъезде. Во время нахождения 06 июля 2019 года около 17 часов в квартире ФИО20 никаких стуков в дверь не слышал. При даче показаний 16 июля 2019 года сказал, что обнаружил ФИО20 избитым в ванной 06 июля 2019 года около 16-17 часов, и не говорил о том, что ФИО20 избитым и лежащим в ванной его квартиры впервые обнаружил в ночь с 05 на 06 июля 2019 года, в этой части сказал неправду, так как не хотел, чтобы его вызывали на следствие и в суд в качестве свидетеля. Тем более, что ФИО5 предупредил его о том, чтобы никому не говорил о том, что видел его в подъезде дома ФИО20 в день причинения последнему телесных повреждений, в противном случае угрожая применением физической силы. В подъезде дома ФИО20 ФИО5 видел именно в ночь с 05 на 06 июля 2019 года. По этим причинам не стал говорить, что был дома у ФИО20 в указанную ночь. В ходе настоящего допроса все рассказал, как было в действительности, правду. 05 июля 2019 года в обеденное время возле дома культуры в 

<

адрес> ему и ФИО5 (они шли вместе) встретился ФИО20, который был слегка выпившим. При встрече он поздоровался с ФИО20 за руку. Также ФИО20 протянул руку ФИО5, который не стал с ним здороваться, сказав, что с «п…» не здоровается. В этот же момент ФИО5 неожиданно, без какой-либо причины, стоя лицом к ФИО20, рукой нанес ФИО20 два или три удара в область лица и грудной клетки. От ударов ФИО20 не падал, но слега отходил в сторону. В ответ ФИО20 ударов ФИО5 не наносил. Указанные события имели место в промежутке времени с 12 часов по 14 часов, точнее сказать не может (т. 3 л.д. 9-14). 

Оценив показания свидетеля ФИО21 в совокупности с другими доказательствами, суд считает, что показания свидетеля ФИО21 от 19 сентября, от 01 октября 2019 года в целом согласуются с иными исследованными судом доказательствами, в том числе с показаниями свидетеля ФИО4 №1, указанная им причина изменения показаний является убедительной, поэтому суд берет во внимание его показания на предварительном следствии от 19 сентября, от 01 октября 2019 года. 

В ходе проверки показаний на месте 20 сентября 2019 года свидетель ФИО4 №2 пояснил, что в ночь с 05 на 06 июля 2019 года посещал своего знакомого ФИО20 по месту его проживания. Когда пришел к нему домой, тот лежал в ванной, был избит, почти не мог говорить. В коридоре его квартиры были смяты ковры. Поливал ФИО20 из лейки душа, пытался привести его в чувства. При этом спрашивал ФИО20, кто его избил, на что он пробормотал: «ФИО3». Затем забрал из квартиры ФИО20 две бутылки водки и ушел, полагал, что ФИО20 придет в себя. Когда приходил к ФИО20 той ночью, в подъезде его дома встретил ФИО5 и ФИО63 Они были вдвоем. Когда спускался от ФИО20, они спросили у него, где он был. Ответил, что посещал ФИО20, показал, что забрал у него водку. После этого ФИО3 сказал ему: «Дергай отсюда! Ты нас здесь не видел!». Понял, что ФИО20 избили именно они, тем более, что у ФИО3 был конфликт с ФИО70 днем 05 июля 2019 года из-за того, что ФИО70 хотел пожать ему руку при встрече. В ходе проверки показаний ФИО4 №2 показал место у 

<

адрес> Республики Марий Эл, где он находился совместно с ФИО1 при встрече ФИО20 в дневное время 05 июля 2019 года. Показал, что на указанном участке местности ФИО1 нанес ФИО20 несколько ударов в область грудной клетки после попытки последнего пожать ему руку. Также ФИО4 №2 указал на место между 1 и 2 этажами в подъезде дома по адресу: 

<

адрес>, где находились ФИО1 и ФИО4 №1 в ночь с 05 на 06 июля 2019 года, после того как он обнаружил ФИО20 в ванной его квартиры. В последующем участники следственного действия проследовали к магазину «

<

данные изъяты>», расположенному по адресу: 

<

адрес>, где ФИО4 №2 указал место, где он встретил ФИО1 06 июля либо 07 июля 2019 года и где ФИО1 высказал в его адрес угрозы применения насилия в случае сообщения им сведений о совершении им преступления (т. 2 л.д. 127-134). 

Вышеуказанный протокол проверки показаний на месте свидетеля ФИО21 является допустимым доказательством, полученным в соответствии с требованиями ст. 194 УПК РФ.

ФИО4 ФИО4 №3 суду показала, что проживает по адресу: 

<

адрес>, на 1 этаже, ФИО20 проживал на 3 этаже над ее квартирой, на 2 этаже проживает ФИО4 №5. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года с 23 часов до 24 часов была дома, не спала, услышала сверху шум, стук, будто что-то передвигали, криков, ругани не слышала, шум продолжался около получаса, затем посмотрела в дверной глазок, увидела, что в подъезде с верхних этажей спускается ФИО1 В подъезде горел свет, были установлены датчики движения. Он был одет в темные олимпийку и спортивные брюки, головного убора не было. Четко видела, что спускался ФИО1 Больше никого не видела, разговоров не слышала. Ранее ФИО1 в своем подъезде не видела. С ФИО20 и ФИО4 №2 спиртное не употребляла. На следующий день ФИО20 увезла скорая помощь, которую вызвала ФИО4 №15, которой рассказала, что видела ФИО1 В последующем от ФИО4 №15 узнала, что ФИО20 скончался. ФИО20 знала как соседа, он жил один, семьи не было, был спокойным, выпивал спиртное с местными жителями, кто к нему приходил, с кем он дружил, не знает. ФИО1 также знает, в 

<

адрес> видела его нечасто, здоровались с ним при встрече, неприязни к нему не имеет. Давления со стороны следственных органов на нее не оказывалось.

Из показаний свидетеля ФИО4 №4 следует, что проживает в 

<

адрес>. В начале июля 2019 года был в гостях у ФИО1, втроем – он, ФИО4 №1 и ФИО1 выпивали спиртное на веранде дома последнего. ФИО1 был в состоянии алкогольного опьянения. После 22 часов, ближе к 23 часам вечера ушел домой, вслед за ним ушел ФИО63, направился в сторону своего дома. Чем в дальнейшем занимались ФИО1 и ФИО63, не видел. ФИО1 был одет в темно-синие спортивные штаны, кофту почти такого же цвета, однотонные, не в ту одежду, которую ему показывал следователь. На следующий день заходил к ФИО1, сидели с ним на веранде, где увидел его спортивные штаны, висящие на кровати либо диване, в которые он был одет накануне и на которых имелись пятна, похожие на кровь, поинтересовался, откуда они, на что ФИО1 ответил, что подрался с ФИО20 у него дома, причину конфликта не пояснял, в какое время суток была драка и с кем он ходил домой к ФИО20, не говорил. От жителей 

<

адрес> узнал, что была драка и ФИО20 погиб.

Согласно оглашенным в части в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля ФИО4 №4, данным им в ходе предварительного следствия 20 сентября 2019 года, знаком со многими жителями 

<

адрес>, в том числе с ФИО5 по кличке 

<

данные изъяты>, который проживает в 

<

адрес>, но периодически приезжает в 

<

адрес>. Когда они с ФИО5 остались наедине, спросил у него, почему на висевших на веранде штанах было что-то похожее на кровь, на что ФИО5 с ухмылкой сказал, что это его штаны и это на самом деле была кровь. Потом ФИО5, продолжая ухмыляться, рассказал ему, что он поздно вечером выпивал в компании ФИО63, им не хватило, и они пошли искать, где им еще найти выпить спиртного. Далее, со слов ФИО5, они вместе с ФИО63 встретили еще одного жителя 

<

адрес> – ФИО20, которого он также знает на протяжении многих лет, и пошли к нему домой, так как подумали, что он станет их угощать спиртным. ФИО5 рассказал ему, что когда они пришли в квартиру к ФИО20, тот отказался угощать их спиртным, сколько они хотели, в связи с чем ФИО1 поругался с ФИО20 и подрался с ним в квартире у последнего. Со слов ФИО1, он избил ФИО20, поэтому у него на штанах и осталась его кровь. О том, почему была порвана его кофта, не говорил. Со слов ФИО5 понял, что с ФИО20 подрался и избил его только он, а ФИО63 присутствовал при этом (т. 2 л.д. 197-200).

Оглашенные показания свидетель ФИО4 №4 подтвердил, пояснил, что забыл, поскольку прошло время, также переживает в связи с тем, что в первый раз в суде. В начале июля 2019 года примерно неделю ФИО1 находился в 

<

адрес>. Давления со стороны следственных органов на него не оказывалось. 

Из показаний свидетеля ФИО4 №5 следует, что проживает по адресу: 

<

адрес>, на 2 этаже, ФИО20 проживал на 3 этаже. Он был хорошим, спокойным человеком, но выпивал, уходил в запои. 05 июля 2019 года находилась дома, ночью спала, когда спросонья услышала стук и шум наверху, что было для нее привычно, так как ФИО20 пил, шумел, поэтому не обратила внимание. Голосов вроде не слышала. Шум был слышен в течение 10-15 минут. Шагов, разговоров в подъезде не слышала. На следующий день в ванной услышала стоны сверху, подумала, что ФИО20 мучается с похмелья, ушла в огород, после обеда снова были слышны стоны. Сказала ФИО64, чтобы та сходила к ФИО4 №15, сообщила. Когда возвращалась с бани, ФИО20 уже выносили на носилках. В их доме был капитальный ремонт в июне-июле 2019 года, свет включается автоматически. 

ФИО4 ФИО24 суду показал, что проживает по адресу: 

<

адрес>, по соседству с ФИО25 ночь с 05 на 06 июля 2019 года до или после 24 часов слышал лишь один звук – скрежет. Разговоров, шума в подъезде не слышал, в квартиру ФИО20 не заходил, в глазок не смотрел. В их подъезде горит свет, установлены датчики движения, как раз в это время шел ремонт. Вечером узнал, что ФИО20 увезли в больницу. В последний раз видел его в огороде 05 июля 2019 года. 

Согласно оглашенным в части показаниям свидетеля ФИО24, данным им в ходе предварительного следствия, вечером 05 июля, а также в ночь с 05 на 06 июля 2019 года находился у себя в квартире. Когда к себе домой пришел ФИО20, не видел. С подъезда никакого шума не слышал, во дворе также никаких шума и криков не слышал. 06 июля 2019 года около 00 часов из квартиры ФИО20 слышал какие-то шумы, похожие на скрипы, как будто кто-то передвигал мебель. Криков не слышал. Также был слышен шум в виде стуков. Шумы были на протяжении около 5 минут. Были слышны мужские голоса в виде «бубнения». Сколько было голосов, не знает. Разговора, фраз не слышал. Кто заходил в квартиру к ФИО20 и кто выходил, не видел (т. 1 л.д. 96-97).

Оглашенные показания свидетель ФИО24 подтвердил, пояснил, что всего не помнит, так как прошло много времени. 

Из показаний свидетеля ФИО4 №7 следует, что работает буфетчицей в кафе «

<

данные изъяты>» ООО «

<

данные изъяты>». 05 июля 2019 года находилась на работе с 17 часов до 22 часов. ФИО20 один приходил в кафе раза 3-4, покупал водку, в последний раз был примерно в 21 час. Сначала он был в настроении, в последний раз был агрессивный, уже пьяный. Говорила ему, что недавно только покупал спиртное, он ответил, что у него друзья. Синяков у него не было. В 22 часа закрыла кафе, больше никого не видела. ФИО63 и ФИО5 знает как жителей 

<

адрес>, 05 и 06 июля 2019 года их не видела. 

ФИО4 ФИО4 №9 суду показала, что работает 

<

данные изъяты>, 05 июля 2019 года находилась на работе. Около 14 часов 15 минут в библиотеку пришел ФИО20, с которым хорошо знакома, ранее работали в одном здании. ФИО20 был трезвый, спросил про ФИО4 №10, что хотел бы поговорить. Он созвонился с ФИО4 №10, которая сказала, что подойдет в библиотеку в 17 часов. Около 17 часов в библиотеку пришел ФИО20, затем подошла ФИО4 №10. ФИО20 был выпивший, с собой принес бутылку водки. После этого они втроем сидели в библиотеке, разговаривали, выпили по рюмке спиртного. В библиотеке находились до 18 часов 30 минут, после этого пошли домой, ФИО20 свернул к себе в подъезд. Больше его не видела. 

Из показаний свидетеля ФИО4 №26 следует, что подсудимый является ее родным братом. В период с 26 июня по 07 июля 2019 года находилась в 

<

адрес> у своей матери, где также находился ФИО1, он был на больничном. По числам точно не помнит, но в тот день, когда ФИО1 забыл рюкзак и вернулся обратно домой, он был одет в спортивный костюм, вроде черного цвета, сланцы. ФИО1 в эти дни занимался по хозяйству, все время находился дома, отлучался, может, в магазин либо ходил к друзьям. Близких друзей у него в селе нет. В то время, когда находились в 

<

адрес>, периодически приходил ФИО63, они с ФИО1 употребляли вместе спиртное. Брат спал на веранде, они ночевали дома. Спать ложилась в 21 час – около 22 часов, по времени не смотрела, дома ФИО1 или нет, утром, когда просыпалась, брат всегда был дома. Бывало, что вечером он выходил, приходил, когда она уже спала. 05 июля 2019 года в пятницу приехал ее муж, втроем – она, супруг и ФИО1 сходили на дискотеку, были там около одного часа и вернулись домой. ФИО1 пользовался ее телефоном, в который вставил свою сим-карту 

<

данные изъяты> с номером 

<

данные изъяты>. Ее девичья фамилия ФИО95, в 

<

адрес> есть только их семья с фамилией ФИО69. Брат не рассказывал ей о том, куда он ходил ночью и с кем встречался. Каких-либо телесных повреждений в эти дни у ФИО1 не видела. Может охарактеризовать ФИО1, как ответственного, трудолюбивого, не видела, чтобы он относился к окружающим агрессивно, плохо, отрицательных качеств нет. Их матери 59 лет, она пенсионер и живет одна, стараются периодически приезжать, помогать ей по хозяйству, ФИО1 тоже постоянно помогает матери. В начале июля 2019 года к ним в гости приходил ФИО4 №4, было, что они с ФИО1 выпивали спиртное. Общался ли ФИО1 с ФИО4 №2, не знает, лично не видела. В состоянии алкогольного опьянения ФИО1 ведет себя нормально, руки не распускал, агрессивным не был.

Оценивая показания свидетеля ФИО4 №26, суд признает показания данного свидетеля достоверными в той части, которая согласуется с иными объективно подтвержденными доказательствами по уголовному делу, и критически относится к данным показаниям в той части, которая не нашла своего объективного подтверждения в судебном заседании, а именно, что 05 июля 2019 года вечером втроем – она, ее супруг и ФИО1 ходили на дискотеку.

Из показаний свидетеля ФИО4 №27 следует, что является матерью ФИО1 05 и 06 июля 2019 года ФИО1 приезжал, находился в 

<

адрес>, в эти дни он общался с друзьями – с ФИО4 №4, ФИО63, которые часто приходили, были ли 05 июля 2019 года, не помнит. Во что был одет ФИО1 05 июля 2019 года, не помнит. Они с дочерью были дома, сын спал на веранде. 05 и 06 июля 2019 года ФИО1 находился дома, ФИО4 №4 и ФИО4 №1 приходили в гости, днем они выпивали спиртное на веранде, находились в их доме недолго, не помнит, на часы не смотрела, уходили куда-то. ФИО21 тоже видела, был у них как-то. Каких-либо телесных повреждений у ФИО1, когда он находился в 

<

адрес>, не видела. Сын помогает ей по хозяйству.

Согласно оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля ФИО4 №27, данным ею в ходе предварительного расследования 17 июля 2019 года, проживает по адресу: 

<

адрес>, одна. У нее имеется сын ФИО1, который проживает в 

<

адрес> со своей сожительницей ФИО62 и двумя детьми, периодически приезжает к ней в гости и проживает у нее. 05 июля и 06 июля 2019 года ФИО5 был в 

<

адрес>. 05 июля 2019 года в дневное время сын уходил куда-то из дома, куда именно, не говорил. Через некоторое время он пришел уже выпившим. Во сколько это было по времени, не помнит. Телесных повреждений у сына не было. 05 июля 2019 года, время не помнит, к ним домой приходил ФИО63 ФИО5 с ФИО63 сидели на веранде, к ним не выходила. Они то куда-то уходили, то снова приходили. Иных лиц не помнит. Приходил ли к ним домой ФИО4 №4, не помнит. В тот день ее сын был одет в черные спортивные брюки, что еще было на нем, не помнит, вроде вся его одежда была темного цвета. Что было на ногах, не помнит. ФИО5 ночует на веранде, где имеется кровать, диван. Сама она спит в помещении дома. Когда сын приходит ночью домой, то сразу заходит на веранду, в дом не заходит. Когда он приходит и заходит на веранду, ей не слышно, так как спит дома, не следит за сыном, поэтому не может сказать, когда он уходит и приходит домой. Во сколько ФИО5 пришел домой в ночь с 05 на 06 июля 2019 года, не помнит, выходил ли он ночью куда-нибудь, не знает. Во сколько от них ушел ФИО63, не знает. 06 июля 2019 года телесных повреждений на лице, туловище и руках ФИО5, повреждений на его одежде не видела. Общался ли ее сын ФИО6 с ФИО20, ей неизвестно, их вместе никогда не видела. О ФИО20 сын никогда не рассказывал (т. 1 л.д. 175-177).

Оглашенные показания свидетель ФИО4 №27 подтвердила, разницу в показаниях объяснила тем, что прошло время, забыла.

ФИО4 ФИО4 №13 суду показала, что проживает по адресу: 

<

адрес>, работает продавцом в магазине «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, 05 июля 2019 года находилась на работе, в 20 часов закрыла магазин, от магазина до дома пройти 5-7 минут, шла с работы, завернула за угол дома, обернулась и увидела, что идет ФИО20, как поняла, он шел с огорода, так как был в рабочей одежде, был одет в куртку – зеленую спецовку, штаны и обувь не помнит, был без шапки. ФИО20 жил на 3 этаже в их доме в 

<

адрес>, в одном подъезде с ней. Он был трезвый, не шатался, с его лицом все было нормально, ничего необычного не было, следов побоев, крови не видела. Зашла домой после рабочего дня и больше не выходила. Когда ФИО20 увезли в больницу, не знает, услышала позже. Ложится спать рано, какого-либо шума или разговоров не слышала, спала, не просыпалась. Не помнит, горел ли свет в подъезде в тот вечер. Кто приходил к ФИО20 и с кем он дружил, не знает. ФИО20 можете охарактеризовать с хорошей стороны, ездил на работу, иногда выпивал, агрессивным не бывал.

Из показаний свидетеля ФИО4 №15 следует, что проживает по адресу: 

<

адрес>. ФИО20 знала, он являлся братом ее мужа, ездил на работу в 

<

адрес>. Живет в третьем подъезде, а ФИО20 жил во втором подъезде. 05 июля 2019 года днем видела ФИО20 в огороде. Вечером в 17-18 часов видела, что он переоделся и вышел из магазина «Сельчанка» в 

<

адрес>, был одет в черную куртку с желтой подкладкой, в зеленую футболку, джинсы и кроссовки, был трезвый, вышел из магазина с пакетом, что-то купил, сел под березу, увидела это в окно, ее дом перед указанным магазином, зрение у нее хорошее. Затем ФИО20 посидел с ФИО4 №11 и они вдвоем направились в сторону магазина «Купец», он был с пакетом, подумала, что запил. До следующего вечера ФИО20 больше не видела. На следующий день утром ей сказали, что у него был стук, поднялась к нему, но дверь была закрыта. Не могла попасть к нему целый день, входная дверь была закрыта, стучалась, ходила к нему 4 раза, звонила, но он не отвечал. Вечером 06 июля 2019 года в 17 часов вечера мыла подъезд, увидела, что идет ФИО22, которого называют Потап, поругала его. ФИО22 с ФИО20 вместе выпивали, были друзьями. Домыла подъезд, пошла за ним, поднялась наверх, но дверь была закрыта, стучала, кричала его, ФИО22 не ответил, но он не выходил из подъезда. После сходила в баню, была дома, когда к ней пришла ФИО65, сказала, что от ФИО4 №5 узнала, что ФИО20 стонет. Снова направилась в квартиру, поднялась, дернула ручку, дверь открылась, через порог на дорожке лежали ключи, сбоку в дверях была кровь, с правой стороны лежало дно бутылки, стояла горловина бутылки. Кровь была только на дорожке возле ванны, была опрокинута моечная раковина, на полу в прихожей также лежали крестик, наручные часы, дорожка была вся изогнута. ФИО20 лежал в ванной до пояса голый, голова была изогнута, был в брюках (джинсах), которые были сырые, в носках, кроссовки лежали в ванной. Рядом на стуле лежали разорванный темный пуловер или свитер и куртка. Кричала ему: «ФИО96, кто тебя?». Он в ответ мычал, трясся и мычал, больше ничего не говорил. Снова спросила: «ФИО97, тебя ФИО98?». Он в ответ промычал, будто говорил: «Нет», мотнул головой из стороны в сторону, больше слов от него никто не слышал. Испугалась, выбежала на улицу, позвала ФИО66, ФИО27, ФИО17 Они начали звонить в полицию и скорую помощь. Скорая помощь приехала быстро, они вытащили ФИО20 и положили на кровать, сняли носки и джинсы, он перестал мычать, сделали уколы, на которые он реагировал, его укутали в одеяло, положили на носилки и увезли. Крови на ФИО20 не было, над левым глазом была точка, будто чем-то проткнуто, немного из нее сочилась кровь и изо рта немного шла кровь. Синяков не заметила. ФИО20 увезли в 19 часов, сотрудники полиции приехали после 21 часа. 07 июля 2019 года встретила ФИО21, спросила его, заходил ли он в квартиру, открывал ее, почему не позвал и не оказал помощь своему другу. Тот ответил, что он был, обливал водой ФИО20, что не убивал. ФИО22 сказал, что знает кто, и что его убьют, больше ничего не говорил. Ни ФИО1, ни ФИО4 №1 не видела. С соседями разговаривала, шум слышали, но вышла на улицу ночью с 05 на 06 июля 2019 года только ФИО4 №20, никого не видела. ФИО1 знает с детства. ФИО20 и ФИО1 не общались. ФИО4 №3 07 июля 2019 года рассказала, что в ночь с 05 на 06 июля 2019 года заходил ФИО1, видела его в подъезде в дверной глазок, когда он спускался сверху, сказала, что боится. ФИО20 жил на 3 этаже, а ФИО4 №3 внизу. Посещала ФИО20 в больнице, он был без сознания, в реанимации, на следующий день ему сделали операцию на голову. 12 июля 2019 года вечером в 19 часов позвонили и сообщили, что ФИО20 умер. 

Из показаний свидетеля ФИО4 №19 следует, что работает фельдшером в ГБУ Республики Марий Эл «Станция скорой медицинской помощи». 06 июля 2019 года был на смене, выезжал по вызову, вечером ему позвонила ФИО4 №15, сказала, что ФИО20 плохо. Вместе с фельдшером ФИО26 приехали по вызову по адресу: 

<

адрес>. В квартире находились ФИО4 №15, ФИО4 №18, ФИО17, ФИО66 ФИО20 оказали помощь, он был в ванной в одежде, в джинсах, которые были сырые, про рубашку или кофту пояснить не может. На лице ФИО20 были множественные травмы, кровоточила губа, лицо было избитое. В квартире были разбросаны вещи, был беспорядок, половики в прихожей были свалены. Ему помогли вытащить ФИО20 из ванной, взяв за руки и за ноги, положили его на кровать, переодели. ФИО4 №15 спрашивала у него что-то, его речь плохо понимал, он стонал. Была ли в квартире кровь, пояснить не может. ФИО20 увезли в приемный покой Сернурской ЦРБ. Не спрашивал у ФИО20, кто его избил.

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 №16 проживает по адресу: 

<

адрес>, 06 июля 2019 года находился дома. Об обстоятельствах избиения ФИО20 ничего не знает, ничего не слышал. Соседка ФИО4 №15 позвала его, сказала, что ФИО20 лежит в ванной, нужно помочь его вытащить, пошли и помогли ей, ФИО20 был живой, лежал сырой в ванной, стонал, не разговаривал, был одет в брюки и вроде бы свитер. Его лицо было в синяках, в крови. После них приехала скорая помощь, вместе с ФИО4 №17 и ФИО27 вытащили ФИО20 из ванны, сняли брюки, положили его на носилки, помогли вытащить из квартиры. На стене в ванной вроде бы была кровь. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года какого-либо шума не слышал, с ФИО20 жили в разных подъездах. Ночью на балкон не выходил, никого не видел, спать ложится рано.

Из показаний свидетеля ФИО4 №17 следует, что 06 июля 2019 года был в гостях у ФИО4 №16 в 

<

адрес>, стояли на балконе, поздно вечером пришла ФИО4 №15, позвала их в квартиру к ФИО20, попросила помочь. ФИО20 лежал в ванной в бредовом, непонятном состоянии, был полуживой, не было понятно пьяный он или трезвый, вытащили его и положили на кровать. Его лицо было опухшее. Он лежал в одежде, в чем именно, не помнит. ФИО20 закрывал, открывал глаза, пытался что-то сказать, но не говорил. Затем приехала скорая помощь, с ФИО4 №16 помогли вынести его в машину скорой помощи. Помнит, что вроде бы на полу в прихожей квартиры лежали стекла от бутылки, в прихожей на входной двери была кровь. Не помнит, были ли на лице у ФИО20 кровь и синяки. Слухи о том, что ФИО1, его компания сделали это, что был какой-то конфликт, появились в 

<

адрес> через 1-2 дня после того, как ФИО20 увезли в больницу, сам ФИО20 ничего не говорил. Могли ли оговорить ФИО1, не знает. 05 июля 2019 года ФИО1 в 

<

адрес> не видел. Не знает, с кем ФИО1 общался в 

<

адрес>, видел его раз в полгода. 

Из показаний свидетеля ФИО27 следует, что проживает в 

<

адрес>. 06 июля 2019 года стоял на балконе своей квартиры, расположенной на 1 этаже, увидел, что ФИО4 №16, ФИО4 №17, ФИО4 №15 быстро идут к их подъезду, в котором на 3 этаже проживал ФИО20, сказали, что с ФИО20 не ладно, поднялся за ними в квартиру, дверь в ванную была открыта, сам в ванную не заходил. Видел, что ФИО4 №15 наклонилась над ФИО20 и спрашивала: «Кто избил, кто?». Фамилии не называла. ФИО20 видел мельком, когда его вытаскивали, его лицо было опухшее, вроде бы с одной стороны как ссадина была, крови на лице не видел, он был весь сырой, был одет в джинсовые брюки. ФИО20 не мог сам ходить, лежал в ванной, его вытаскивали за руки и за ноги, он ничего не говорил, только стонал. У входной двери была разбитая бутылка, коврик к стене был смещен. Приехала скорая помощь, сходил за носилками, с водителем вытащили и погрузили ФИО20 в машину скорой помощи, и он ушел домой. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года в подъезде вроде были установлены датчики движения. 05 июля 2019 года в подъезде никакого шума не слышал, на балкон выходил только до 18 часов вечера. В вечернее время 05 июля 2019 года возле своего дома никого не видел. ФИО20 видел накануне, он носил воду, поливал, был трезвый. О том, что случилось с ФИО20, узнал от ФИО4 №15 Соседи ему не говорили, что кого-либо видели. 

В соответствии с оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО27, данными им в ходе предварительного следствия, проживает по адресу: 

<

адрес>, на 1 этаже трехэтажного дома. 06 июля 2019 года в вечернее время, точное время не помнит, находился дома на балконе, когда увидел ФИО4 №15, ФИО66 и ФИО17, которые приближались к его подъезду, двигаясь быстрым шагом, сказали, что ФИО20 плохо, попросив его подняться к ФИО20 домой. ФИО20 ему был знаком, проживал в его же подъезде на 3 этаже. Оделся и поднялся в квартиру ФИО20 Зайдя в квартиру, подошел к ФИО17, ФИО66 и ФИО4 №15, которые находились в районе ванной комнаты. Увидел, что ФИО20 лежит всем телом в ванной на спине. Воды в ванной не было, кран был закрыт. ФИО20 был одет в темные джинсовые брюки, на ногах у него были носки темного цвета. Его одежда была мокрая. Лицо ФИО20 было опухшее, на нем имелись синяки, местами на лице была кровь. Все указывало на то, что его кто-то избил. Он был в сознании. ФИО4 №15 спрашивала у ФИО20, кто его избил. В ответ тот что-то бормотал, но было непонятно. Также ФИО4 №15 спросила у ФИО20, избил ли его ФИО22, тот в ответ махнул головой из стороны в сторону (влево и вправо), показывая тем самым, что ФИО22 его не избивал. ФИО20 стонал, то открывал, то закрывал глаза. Кроме ФИО20 и их в квартире более никого не было. Увидел, что в прихожей на полу лежали ковры, которые были сдвинуты с места, то есть были скомканы, были осколки от стеклянной бутылки из-под водки. В квартире ФИО20 имелись пятна крови, которые были на дверном косяке при входе в квартиру, кровь была подсохшая. Через какое-то время после их прибытия в квартиру ФИО20, подошли двое медицинских работников, одним из которых был ФИО4 №19 - фельдшер Казанской амбулатории, которые вместе с ФИО66 и ФИО17 вытащили ФИО20 из ванной и переложили на кровать в спальной комнате. При перемещении из ванной в спальную его не роняли, он не падал. Затем сняли с него мокрую одежду. В последующем ФИО20 медицинскими работниками на носилках был помещен в их служебный автотранспорт. Вместе с ФИО17 и ФИО66 помогал в транспортировке ФИО20 в машину. При этом ФИО20 не роняли, он не падал. После отъезда скорой помощи ушел домой. Кто причинил ФИО20 телесные повреждения, не знает. Через несколько дней после госпитализации ФИО20 в больницу от ФИО4 №15 ему стало известно, что ФИО20 в больнице умер. ФИО20 был человеком не конфликтным, спокойным, общительным, периодами употреблял спиртные напитки, мог пить несколько дней подряд. В состоянии алкогольного опьянения мог быть вспыльчивым, но драться даже в этом состоянии ни с кем не лез, мог только накричать. С кем ФИО20 пил спиртное, не знает, в основном алкоголь употреблял у себя дома, на улице он его пьющим ни разу не видел. Не знает, какой сексуальной ориентации был ФИО20 ФИО5 и ФИО63 знает как жителей 

<

адрес>, с ними не общался, охарактеризовать их не может. В период с 05 июля по 06 июля 2019 года их не видел. 05 июля 2019 года видел ФИО20 в дневное время, в огороде, внешне он был трезвым, веселым, побоев на нем не было. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года никаких звуков, шума и голосов с квартиры ФИО20 не слышал. По состоянию на 05-06 июля 2019 года в их подъезде стояли датчики движения, которые, как и лампочки, были в рабочем состоянии. Свет в подъезде загорался автоматически при перемещении кого-либо по подъезду, при закрытии (открытии) входных дверей в квартиру (т. 3 л.д. 230-234). 

Оглашенные показания свидетель ФИО4 №18 подтвердил, пояснил, что прошло много времени, забыл. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 №20 проживает по адресу: 

<

адрес>. 05 июля 2019 года находилась дома. ФИО20 жил в их подъезде, на 3 этаже, она – на 2. Вечером в период с 23 часов 30 минут до 24 часов смотрела кино в зале, когда услышала стук, грохот, как будто упал шкаф, сильно застучало, пошла, посмотрела в дверной глазок, никого не увидела, вышла на лоджию, где окно выходит в подъезд и видны 3 этаж и половина 2 этажа, там тоже никого не было, но свет в подъезде горел, был сделан ремонт, свет включался при движении. Подумала, что шум исходит из квартиры ФИО20 Под ними живет ФИО4 №18, он тоже вышел на балкон. С ФИО27 вышли, думали, что ломают дверь в подвале, посмотрели, закрыли дверь в подвал. Минут через 10 взяла фонарик и вышла на улицу, на дорогу, прошла около бани, посмотрела, посветила фонариком, вышла на дорогу и пошла обратно, никого не было, везде было тихо. У ФИО20 горел свет в трех окнах, жалюзи были закрыты. После того, как выходила на балкон, шума больше не слышала. Ни в подъезде, ни на улице у дома никого не видела. На следующий день увидела у подъезда скорую помощь и как выносили ФИО20 ФИО20 проживал один, мог долго пить, в состоянии алкогольного опьянения драться не лез, только ругался. Друзей у него не было, иногда приходил ФИО4 №2, они вместе пили. 

Из показаний свидетеля ФИО4 №21 следует, что является племянницей ФИО20, между ними были ровные, доброжелательные отношения, однако у него была проблема – мог выпивать. В последнее время выпивал с ФИО4 №2, думает, что у них были доброжелательные отношения. Случаев, чтобы они дрались, ей не известно. О произошедшем узнала от своей матери ФИО4 №15 06 июля 2019 года, в субботу. Мама позвонила ей, рассказала, что нашли в ванной ФИО20 избитого, опухшего, что он почти ничего не говорил, мычал, что помогли погрузить его в скорую помощь. ФИО4 №15 общалась с ФИО4 №2 по этому поводу и к ней он неоднократно приходил. В первый раз ФИО4 №2 пришел к ней пьяный, взъерошенный, виноватый, говорил, что он не убивал, спрашивала его, почему он не вызвал скорую помощь или рассказал кому-то, возможно, что ФИО20 и остался бы жив, он ответил, что не знает, что делать, что, наверное, повесится. ФИО4 №2 говорил, что в ночь с 05 на 06 июля 2019 года приходил в квартиру ФИО20, тот уже был избитый, что он смывал с него кровь, умывал, чтобы привести ФИО20 в чувство. ФИО4 №2 ей говорил, что когда он хотел подняться в квартиру ФИО20, вниз с верхних этажей уже спускались ФИО4 №1 и ФИО1, что они вытолкали его на улицу. Просил никому не говорить, что их видел. Он был очень испуган, с чем это связано, не знает, все время твердил, что повесится. Говорил, что боится, что ему страшно, о том, что ему угрожали, не говорил. О том, что сотрудники полиции оказывали на него воздействие, ФИО4 №2 не говорил. ФИО20 ни с ФИО4 №1, ни с ФИО1 не общался, не говорил, что они бывали у него дома. Не слышала, чтобы между ними ранее бывали конфликты. В состоянии алкогольного опьянения ФИО20 агрессивным не становился, ни с кем не дрался, мог поругаться.

Согласно показаниям свидетеля ФИО28 ФИО4 №2 является ее сыном. В настоящее время он находится в 

<

адрес>, приезжал 01 марта, уехал обратно 04 марта. Повестку на его имя не видела. Сын ей об обстоятельствах смерти ФИО20 не рассказывал. О смерти ФИО20 узнала в 

<

адрес> только через три дня, когда приехали из города, в июле 2019 года, число не помнит. Рассказывал ли ей сын о случившемся, не помнит, времени прошло много, также упала, ударилась головой. ФИО4 №25 ее сноха, жена ее сына ФИО23, она учится в Москве, у нее маленький ребенок. 

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО28, данных ею в ходе предварительного следствия, следует, что проживает в 

<

адрес>, со своим супругом ФИО29 и сыном ФИО22 Ее сын ФИО67 проживает в 

<

адрес> отдельно от нее со своей семьей. 07 июля 2019 года вместе с супругом на такси приехала домой в 

<

адрес> из 

<

адрес>, где проживали с 04 июля. 04 июля 2019 года перед отъездом в 

<

адрес> дома оставался только ее сын ФИО22, который должен был в их отсутствие кормить кур, поливать огород. 07 июля 2019 года, когда они с супругом в послеобеденное время приехали домой в 

<

адрес>, сына ФИО7 дома не было. Где он был, не знает. Но вечером этого дня от местных жителей, кого именно, не знает, узнала, что ФИО21 07 июля 2019 года увезли в отдел полиции в 

<

адрес>, в связи с чем, не знает. Дома находился ее сын ФИО67 вместе со своей семьей: супругой ФИО4 №25 и малолетними детьми, которые приехали в 

<

адрес> 05 июля 2019 года утром, уехали 07 июля 2019 года в вечернее время. ФИО22 седьмой год вахтовым методом работает в 

<

адрес> на автомойке. Однако, в период с 04 июля по 07 июля 2019 года ФИО22 на заработки в 

<

адрес> не уезжал, это точно, поскольку они его оставили дома, чтобы он смотрел за хозяйством, он не мог оставить дом пустующим, без присмотра. ФИО22 не предпринимал попыток уехать в этот период времени из 

<

адрес> в 

<

адрес>, либо в 

<

адрес>. В период с 04 июля по 07 июля 2019 года ФИО22 был дома в 

<

адрес>. После гибели ФИО20 в больнице, то есть в июле 2019 года, дату не помнит, спрашивала у ФИО21, что случилось с ФИО20, он молчал, говорил лишь, что сам ФИО20 не убивал, его не избивал. Спустя более 40 дней после гибели ФИО20 ФИО22 рассказал, что 05 июля 2019 года он заходил домой к ФИО20, и во время этого визита в подъезде дома последнего встретил ФИО62 по прозвищу Шаман и ФИО30 слов ФИО7 в этот же день после встречи в подъезде ФИО62 и ФИО63, когда он зашел домой к ФИО20, последний лежал в ванной весь избитый. Более по факту смерти ФИО20 ФИО22 ничего ей не рассказывал. ФИО22 также жаловался ей на то, что ФИО62 ему угрожал избиением. В связи с чем были эти угрозы, ФИО22 ей не говорил, сказал, что лучше он покончит жизнь самоубийством, чем умирать от рук кого-то (т. 3 л.д. 129-132).

Оглашенные показания свидетель ФИО4 №23 подтвердила, пояснила, что следователь ее допрашивал, записал с ее слов. Разницу в показаниях объяснила тем, что забыла, время прошло. ФИО4 №2 говорил, что ему угрожали, кто именно, не знает, сын не говорил, между тем ранее данные показания подтвердила, сын говорил, что чем от чужой руки умереть, лучше удавится.

По ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ в судебном заседании оглашены показания свидетелей ФИО4 №11, ФИО4 №12, ФИО4 №14, ФИО4 №22, ФИО4 №24, ранее данные ими в ходе предварительного следствия. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 №11 05 июля 2019 года около 20 часов около кафе «

<

данные изъяты>» встретил ФИО20, который был выпившим, с собой у него была бутылка водки «Пять озер», предложил ему выпить. Далее они с ФИО20 вдвоем, сидя на скамейке под березой, расположенной напротив кафе «

<

данные изъяты>», выпили немного водки, затем они с ФИО20 пошли в его предбанник, где продолжали выпивать спиртное. ФИО20 с собой принес еще одну бутылку водки, был навеселе, настроение у него было хорошее. После 21 часа в предбанник подошла его жена, которая прогнала их. После этого он с женой направился в сторону своего дома, а ФИО20 ушел в сторону кафе «

<

данные изъяты>», где также располагается его дом. Телесных повреждений на ФИО70 не было, его одежда была чистая. ФИО20 говорил, что хочет выпить, отдохнуть, что давно не пил. При этом он ни на кого не жаловался, про проблемы не рассказывал, куда собирался идти, не говорил. ФИО5 и ФИО63 05 июля 2019 года не видел (т. 1 л.д. 184-186).

Из показаний свидетеля ФИО4 №12 следует, что ФИО20 ей знаком как житель 

<

адрес>. В последний раз ФИО20 видела 05 июля 2019 года. В указанный день около 20 часов 30 минут, точное время не помнит, сидела на скамейке у подъезда своего дома, когда увидела идущих вместе мимо подъезда ФИО20 и своего мужа ФИО4 №11, которые шли со стороны кафе «

<

данные изъяты>» в направлении их бани, расположенной около 

<

адрес>. Пошла следом за ними. Они первыми зашли в предбанник, увидела, что ФИО20 с ее мужем собирались употреблять водку, принесенную ФИО20 Стала их ругать, тогда они попросили разрешения немного посидеть в предбаннике, выпить спиртного. Разрешила и ушла к подъезду своего дома. Примерно через 30 минут, после 21 часа, точное время не помнит, снова пошла к бане, попросила их покинуть баню, после чего ФИО20 пошел в сторону своего дома, взяв с собой бутылку с оставшейся водкой, более его не видела. ФИО20 был выпившим, но не сильно пьяным, был вполне адекватным, нормально соображал, был аккуратно одет, радостный, искал общения. Чувства тревоги на его лице, телесных повреждений на нем не было. Через несколько дней, скорее всего 07 июля 2019 года, от местных жителей узнала, что 06 июля 2019 года ФИО20 из дома увезли в больницу, так как его кто-то избил. Не знает, кто избил ФИО20 При жизни он был не конфликтным человеком, спокойным, драться ни с кем не лез. Иногда ФИО20 несколько дней употреблял спиртное, но постоянно не пил. Если и употреблял спиртное, то в основном дома. С кем ФИО20 пил спиртное, не знает, он жил один. ФИО5 и ФИО63 ей знакомы как жители 

<

адрес>, которые ранее здесь постоянно проживали. С ними никогда не общалась, охарактеризовать их не может, 05 июля 2019 года их не видела (т. 3 л.д. 217-221).

Согласно показаниям свидетеля ФИО4 №14 проживает в 

<

адрес>. 05 июля 2019 года около 16 часов, точное время не помнит, но до 17 часов, возле здания магазина «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> видела ФИО1 и ФИО63, которые пили портвейн. Во что они были одеты, не помнит, внешне были нетрезвые. После этого видела их 06 июля 2019 года около 20 часов, также около здания магазина «

<

данные изъяты>». Внешне они были выпившие, в какую одежду были одеты, не знает. Более их не видела. 07 июля 2019 года около 01 часа от сотрудников полиции ей стало известно, что местный житель ФИО20 кем-то избит и находится в больнице. Кто нанес ФИО20 телесные повреждения, не знает (т. 1 л.д. 92-95). 

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО4 №22 раньше проживала в 

<

адрес>, в 2009 году переехала в 

<

адрес>. Знала ФИО20 как жителя села. От подруг, проживающих в 

<

адрес>, ей известно, что ФИО20 умер. ФИО4 №1 приходится ей родным сыном, он периодически ездит в 

<

адрес>, где у них дом, проверяет, бывало, что оставался там ночевать. Сын ездил в 

<

адрес> в июле 2019 года, приехал в середине июля 2019 года и рассказал, что с ФИО5 ночью ходил на квартиру к ФИО20, где ФИО5 избил последнего, по какой причине, не знает. Время точно не знает, не спрашивала. Сын не говорил, сколько ударов ФИО5 нанес ФИО20, причину избиения не называл. ФИО5 ей знаком, семья знакома, проживали все на одной территории Казанского сельского совета, на одной улице. У ФИО63 ранее никаких конфликтов с ФИО20 не было. О каких-либо конфликтах между ФИО20 и ФИО5 ей неизвестно (т. 3 л.д. 206-210).

Из показаний свидетеля ФИО4 №24 следует, что проживает в 

<

адрес>, периодически подрабатывает в 

<

адрес>. В очередной раз в 

<

адрес> из 

<

адрес> на работу выехал 05 июля 2019 года около 20 часов 20 минут на маршрутном такси, которое ехало со стороны 

<

адрес> Республики Марий Эл. В указанное маршрутное такси в 

<

адрес> сел один возле кафе «

<

данные изъяты>». В 

<

адрес> проработал до 05 августа 2019 года, после чего снова вернулся в 

<

адрес>. ФИО4 №2 ему хорошо знаком как житель 

<

адрес>. Ранее он часто ездил вместе с ним на заработки в 

<

адрес>. 05 июля 2019 года ФИО22 с ним на заработки в 

<

адрес> не выезжал, хотя в этот день около 18 часов, точное время не помнит, ФИО22 приходил к нему домой, хотел также уехать на заработки в 

<

адрес>, вместе в его бане распили бутылку водки на двоих. Но в 

<

адрес> ФИО22 в этот день не поехал, его не взял водитель маршрутного такси ввиду того, что ФИО4 №2 был нетрезвым, пьяным. Хотя на остановку к кафе «

<

данные изъяты>» ФИО22 подходил, но в маршрутное такси не сел, остался в 

<

адрес>. Ранее ни разу не было случаев высадки ФИО21 из транспорта, он всегда доезжал до работы в 

<

адрес>. ФИО20 ему был знаком как житель 

<

адрес>. О смерти ФИО20 узнал по телефону в середине июля 2019 года от жителей 

<

адрес>, кого именно, уже не помнит. ФИО22 ему также звонил и сообщил о смерти ФИО20 Обстоятельства причинения ФИО20 телесных повреждений ему неизвестны, кто избил ФИО20, не знает. 05 июля 2019 года ФИО20 не видел. ФИО1 ему также знаком как житель 

<

адрес>. ФИО1, будучи в трезвом состоянии, ведет себя нормально, спокойно, в состоянии алкогольного опьянения может проявить агрессию, ведет себя вызывающе, кричит без особой причины. Причастен ли ФИО1 к смерти ФИО20, не знает. 05 июля 2019 года ФИО1 в 

<

адрес> не видел (т. 3 л.д. 191-194). 

Проанализировав показания потерпевшего и свидетелей, суд считает их с учетом вышеприведенной оценки показаний свидетеля ФИО4 №26 достоверными, не содержащими существенных противоречий и согласующимися между собой, дополняющими друг друга, соответствующими действительности и берет их за основу приговора в совокупности с другими доказательствами, оценивая каждое из них и сопоставляя их с показаниями подсудимого, данными в судебном заседании и в качестве подозреваемого в ходе предварительного следствия. Оснований для оговора ФИО1 свидетелями, показания которых суд берет в основу приговора в совокупности с другими доказательствами, судом не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается, перед допросом свидетелям были разъяснены процессуальные права и они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Вопреки утверждениям стороны защиты, в показаниях свидетелей ФИО4 №1 и ФИО21 существенных противоречий, способных повлиять на выводы о виновности подсудимого в совершении преступных действий в отношении ФИО20 и их квалификацию, также не имеется. Несоответствия в показаниях свидетелей являются незначительными.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля защиты ФИО99. суду показала, что является бывшей супругой ФИО1, с которым проживают совместно. С конца июня 2019 года до 09 июля 2019 года ФИО1 находился в 

<

адрес> у своей матери. Увидев его 09 июля 2019 года, ничего особенного не заметила, травм у ФИО1, пятен крови на его одежде не было, он рассказал, что 07 июля его задержали в связи с нахождением в алкогольном опьянении, о том, что происходило в квартире ФИО20, не говорил. ФИО4 №1 о произошедшем не рассказывал. О том, что произошло в квартире потерпевшего, узнала от адвоката. ФИО1 там не было. 05 июля 2019 года вечером около 20 часов разговаривала с ФИО1 по телефону, также созванивались с ним 06 июля 2019 года около 09 часов утра. 22 сентября 2019 года позвонила ФИО63, разговаривали о задержании ФИО1, ФИО63 сказал, что ему ничего не известно, что если он не подпишет определенные документы, его тоже закроют, при этом ФИО63 немного нервничал, был в состоянии алкогольного опьянения. 22 декабря 2019 года следователь пригласил ее на очную ставку с ФИО63, явившись на которую увидела, что ФИО63 нетрезв, в связи с чем попросила следователя провести в отношении него экспертизу, однако следователь предложил перенести проведение очной ставки, которая состоялась 24 декабря 2019 года, при этом запах алкоголя также присутствовал, был не такой сильный. Подтверждающих фактов о том, что ФИО4 №1 был в нетрезвом состоянии, у нее нет. Говорила следователю про запах, но не просила перенести очную ставку. Следователь ФИО31 не склонял ее дать обвинительные показания в отношении ФИО1, однако, считает, что манипулировал тем, что если она не придет на очную ставку, он не разрешит свидание с ФИО1, при этом не говорил, какие именно показания она должна дать на очной ставке. Хотела провести очную ставку, явилась бы на нее, даже если бы следователь не дал разрешение на свидание. В ходе очной ставки следователь снимал ее вопросы личного характера. Замечаний и дополнений к протоколу очной ставки у нее не было. Словам ФИО4 №1 не верит, ни разу не видела его в трезвом состоянии. Считает, что на него могли надавить. Между ФИО4 №1 и ФИО1 были дружеские отношения, конфликтов между ними не было, ФИО4 №1 приходил к ним в гости. Характеризует ФИО1 положительно, как не агрессивного, помогающего, доброго, но бывает, что он употребляет спиртные напитки. Занимается воспитанием детей, в том числе ее дочери от первого брака, помогает материально.

К показаниям свидетеля ФИО4 №28 о словах свидетеля ФИО4 №1 об оказании на него давления в ходе состоявшегося между ними телефонного разговора 22 сентября 2019 года суд относится критически, поскольку указанные доводы не нашли своего объективного подтверждения в судебном заседании, опровергаются показаниями свидетеля ФИО4 №1 и протоколом очной ставки между свидетелем ФИО4 №1 и свидетелем ФИО5 от 24 декабря 2019 года. При этом суд учитывает, что ФИО4 №28 является сожительницей подсудимого, что влияет на объективность ее показаний, которая желает благоприятного для ФИО1 исхода дела, смягчить ответственность подсудимого за совершенное преступление.

Так, согласно протоколу очной ставки между свидетелем ФИО4 №1 и свидетелем ФИО4 №28 от 24 декабря 2019 года свидетель ФИО4 №1 подтвердил показания свидетеля ФИО4 №28 в части, что 22 сентября 2019 года имел место телефонный разговор с ФИО4 №28, звонила ему она. Во время разговора ФИО4 №28 поздоровалась с ним, спросила у него, в курсе ли он по поводу ареста ФИО62 Что на это ответил ФИО62, сейчас не помнит. В то же время не согласен с тем, что во время указанного разговора говорил ФИО62, что к нему должны приехать и дать на подпись какие-то документы, и что если он не подпишет их, то его тоже закроют. Такого разговора не помнит, его не могло быть. В ходе телефонного разговора не сообщил ФИО4 №28 о том, что свидетельствовал против ФИО1, поскольку боялся гнева с ее стороны. 22 сентября 2019 года в алкогольном опьянении не находился. На него в ходе следствия никакого давления, в том числе со стороны сотрудников правоохранительных органов, не оказывалось. ФИО5 05 июля 2019 года к нему домой пришел в начале 23 часов, позвал сходить поговорить, не стал возражать и пошел с ФИО1 (т. 5 л.д. 19-22).

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО31 работает следователем по особо важным делам Сернурского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Республике Марий Эл, в его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1, с которым проводились разные процессуальные следственные действия. При проведении следственных действий с ФИО1 право на защиту было обеспечено в полном объеме, участвовал его адвокат по соглашению, в ходе следственных действий ФИО1 жалоб на незаконные действия со стороны следователя не предъявлял. Со стороны адвоката никаких претензий и жалоб не было, поступали обычные ходатайства на проведение каких-либо процессуальных следственных действий. Факты оказания давления ему не известны, с его стороны на всем протяжении следствия никакого давления на ФИО1 не оказывалось. ФИО1 на сотрудников уголовного розыска ему не жаловался. Следственным органом процессуальные проверки по таким фактам не проводились, поскольку жалоб не было. Со свидетелями ФИО4 №2, ФИО4 №1 был проведен ряд следственных действий: допросы, очные ставки, проверки показаний на месте. Данные лица на следственные действия являлись. ФИО4 №2 говорил, что опасается ФИО1 Меры безопасности не применялись, ФИО4 №2 от их применения отказался. Проводились очные ставки с участием подсудимого ФИО1, они задавали друг другу вопросы, при этом участвовал адвокат ФИО1 по соглашению. С ФИО4 №1 проводилась проверка показаний на месте с использованием видеозаписи, с ФИО4 №2 проводилась проверка показаний на месте с использованием фотоаппарата. При одном из допросов ФИО4 №1 применялась видеозапись. При допросе в качестве свидетелей ФИО4 №2, ФИО4 №1 не поясняли о каких-либо фактах оказания давления на них со стороны правоохранительных органов, все показания они давали добровольно, без принуждения, по окончании все ознакамливались с текстом, замечаний и жалоб не поступало. Следственные действия проводились с участием подсудимого, никаких жалоб не было.

Таким образом, вопреки утверждениям стороны защиты судом не установлены причины для оговора ФИО1 со стороны свидетелей ФИО4 №1, ФИО21, ФИО4 №4 и ФИО4 №3, так как последние неприязненных отношений к подсудимому и оснований для его оговора не имеют, конфликтов между данными свидетелями и ФИО1, которые могли бы свидетельствовать об оговоре с их стороны и объективных сведений о возможной заинтересованности в исходе дела, не представлено, со свидетелями ФИО4 №1 и ФИО4 №4 подсудимый находился в дружеских отношениях. При этом из показаний данных свидетелей следует, что давление на них в ходе следствия не оказывалось.

Вышеуказанные свидетели свои показания также подтвердили в ходе очных ставок с ФИО1 

В соответствии с протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем ФИО4 №2 от 11 октября 2019 года свидетель ФИО4 №2 показал, что 05 июля 2019 года у него было похмелье. В связи с этим в ночь с 05 на 06 июля 2019 года, точное время не помнит, пошел к знакомому ФИО20 домой. Адрес проживания ФИО20 ему был известен, он жил в доме на 

<

адрес>. Когда зашел в подъезд дома ФИО20, на площадке между 1 и 2 этажами данного многоквартирного дома (где размещались почтовые ящики) встретил знакомых – ФИО62 и ФИО63 При встрече с ними поздоровался, они у него спросили, куда он пошел. Ответил, что занимать денег. Сразу после этого поднялся в квартиру к ФИО20, которая располагалась на 3 этаже данного дома. Постучался в дверь квартиры ФИО20, но ему ее никто не открыл. Тогда дернул ручку входной двери, она открылась. Зайдя в квартиру к ФИО20, увидел, что ковры, которые лежали в прихожей его квартиры, были скомканы, то есть лежали не на своем месте. ФИО20 находился в ванной комнате, лежал в ванной на спине, хрипел, на лице у него имелась кровь, был весь побитый. С помощью лейки ванной водой полил немного ФИО20, приводя его тем самым в чувства. После этого спросил у него, кто его так избил. ФИО20 ответил, что ФИО3. Взяв на кухне две бутылки водки, покинул квартиру ФИО20 Спускаясь по лестнице, в подъезде дома ФИО20, также на лестничной площадке между 1 и 2 этажами, снова встретил ФИО5 и ФИО63 При встрече ФИО5 спросил у него, куда он ходил. В ответ он сказал, что был дома у ФИО20, хотел занять денег, но их нет. ФИО5 сказал ему: «Дергай отсюда, ты нас не видел». После этих слов ушел домой, где распивал спиртные напитки. Днем 05 июля 2019 года, время не помнит, с ФИО5 в кафе «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> выпили каждый по стакану вина, откуда пошли в сторону дома ФИО5, у дома культуры встретили ФИО20 При встрече поздоровался с ФИО20 за руку. ФИО20 протянул руку ФИО5, но тот не стал здороваться, сказал ФИО20, что с «п…» не здоровается. И сразу после этих слов ФИО5 ладонью руки нанес два удара в область лица ФИО20, от которых последний не падал, крови на его лице не было. Затем они с ФИО5 снова пошли в сторону кафе «

<

данные изъяты>», где снова выпили на двоих по одному стакану вина каждый. Через несколько дней после 05 июля 2019 года, точную дату не помнит, возле кафе «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, случайно встретил ФИО5, который при встрече ему угрожал, предупредив, чтобы никому не рассказывал, что в ночь с 05 на 06 июля 2019 года видел его и ФИО63 в подъезде дома ФИО20, пригрозив, что в случае невыполнения его требований ему будет плохо. Эти слова ФИО5 воспринял как угрозу себе, поэтому примерно через день после этого уехал в 

<

адрес>. Свидетелей того, что ФИО1 ему угрожал, нет, так как в это время они были вдвоем. До 05 июля 2019 года ФИО1 в квартире ФИО20 или в подъезде его дома не видел. ФИО1 не спрашивал его о том, где проживает ФИО20 Ранее приходил в гости к ФИО20 в его квартиру, где они выпивали спиртное, общались. При нем во время нахождения в гостях дома у ФИО20 никого не было. В ночь с 05 на 06 июля 2019 года был в квартире ФИО20 около 5-6 минут, не более. ФИО5 и ФИО63 в эту ночь просто стояли в подъезде. Может, они и общались между собой, но этого не слышал. Не обращал внимания, во что были одеты ФИО1 и ФИО63, и имелись ли на одежде или частях тела следы крови или борьбы. Конфликтов между ФИО1 и ФИО20 до 05 июля 2019 года не видел. С ФИО20 у него конфликтов никогда не было. Не видел, как ФИО1 наносил удары ФИО20 в квартире последнего в ночь с 05 на 06 июля 2019 года. В 

<

адрес> знает только ФИО1 

Обвиняемый ФИО1 пояснил, что показания свидетеля ФИО21 не подтверждает, показав, что 05 июля 2019 года вечером находился у себя дома по адресу: 

<

адрес>, где проживает его мама. Вечером этого дня к нему в гости приходили знакомые – ФИО63 и ФИО4 №4, с которыми сидел у себя дома на веранде, общались, выпивали пиво. После общения ФИО63 и ФИО4 №4 покинули его дом, он остался дома, лег спать. Более 05 июля 2019 года из дома никуда не выходил до утра следующего дня. ФИО20 вечером 05 июля 2019 года не видел. Возможно, в дневное время этого дня видел его, но не придал этому значения. Вплоть до 07 июля 2019 не знал, что ФИО20 нетрадиционной сексуальной ориентации. После 05 июля 2019 года ФИО21 увидел 07 июля 2019 года в вечернее время, когда их двоих сотрудники полиции доставили в отдел полиции 

<

адрес>. Никаких угроз в адрес ФИО21 не высказывал. Именно 07 июля 2019 года узнал от ФИО21, что ФИО20 избили и что его подозревают (т. 3 л.д. 89-95).

В ходе очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем ФИО4 №1 от 16 октября 2019 года свидетель ФИО4 №1 пояснил, что 05 июля 2019 года в ночное время около 23 часов встретились с ФИО5 по его предложению сходить с ним домой к ФИО20, чтобы поговорить с ним. Вдвоем пошли к дому ФИО20, который проживает в квартире, находящейся в трехэтажном многоквартирном доме в 

<

адрес>, точный адрес дома не помнит, ранее в квартире ФИО20 ни разу не был, не знал, где он живет, дорогу показывал ФИО5 По приходу к квартире ФИО20 ФИО5 постучался, на что ФИО20 открыл дверь, и ФИО5 прошел в квартиру последнего. Находясь в прихожей квартиры, ФИО5 нанес ФИО20 удар кулаком руки по голове. В это время еще находился на лестничной площадке перед входом в квартиру ФИО20 ФИО5 в прихожей наносил ФИО20 удары руками в корпус тела, то есть в область груди и в голову. Отвечал ли ФИО20 на удары ФИО5 встречными ударами, не видел. Всего в прихожей квартиры ФИО5 нанес ФИО20 около 10-15 ударов кулаками рук по голове и в область грудной клетки. От ударов ФИО20 не падал. Во время нанесения ударов между ФИО5 и ФИО20 была словесная перебранка, но о чем именно шел разговор, не помнит. Пытался остановить ФИО5, чтобы тот перестал избивать ФИО20, говорил, чтобы он остановился. Но ФИО5 его не слушал, продолжал наносить удары ФИО20 От примененного ФИО5 насилия у ФИО70 на лице появилась кровь, после чего ФИО20 ушел в ванную комнату. ФИО5 последовал за ФИО20 в ванную комнату, прикрыв за собой дверь, где находился около 5 минут, при этом из ванной доносились крики – как ФИО5, так и ФИО20 О чем именно они кричали, не знает. В это время продолжал оставаться в прихожей, ждал выхода ФИО5, в ванную комнату не заглядывал. Наносил ли в ванной ФИО5 удары ФИО20, не знает, не видел. Когда ФИО5 вышел из ванной комнаты, они с ним вдвоем покинули квартиру ФИО20 При нем ФИО70 из ванной не выходил, не видел, они ушли. Выйдя из квартиры ФИО20, на лестничной площадке этого же подъезда, либо между 1 и 2 этажами, либо между 2 и 3 этажами встретили ФИО21 по прозвищу Потап, который поднимался по лестнице вверх. В помещении подъезда данного дома шел немного впереди ФИО5 примерно на 10 метров, на улицу из подъезда дома он вышел раньше ФИО5, тот вышел через некоторое время следом за ним. На улице немного постояли, после чего к ним вышел ФИО22, который, как он понял, из квартиры ФИО20 вытащил водку. У подъезда этого дома ФИО5 и ФИО22 выпили немного водки, после чего они разошлись по домам. 05 июля 2019 года до 22 часов вместе с ФИО5 и ФИО4 №4 дома у ФИО5 в 

<

адрес> употребляли спиртное примерно до 22 часов, находясь в квартире ФИО70, чувствовал себя нормально, адекватно, то есть свои действия контролировал, адекватно воспринимал происходящее вокруг. ФИО20 05 июля 2019 года в ночное время был выпившим. При этом у ФИО20 под левым глазом вроде был синяк. После выхода из квартиры ФИО20 05 июля 2019 года на одежде и открытых участках тела и лица ФИО1 крови не видел, вроде ее не было. Были ли у ФИО5 до 05 июля 2019 года конфликты с ФИО70, не знает, но, скорее всего, не было, так как ФИО5 ему об этом ничего не рассказывал. Сам он не видел, но со слов ФИО5 ему известно, что 05 июля 2019 года в дневное время в 

<

адрес> в районе сельской администрации он встречал ФИО20, который пытался с ФИО5 обняться, поздороваться. Что происходило между ними далее днем, не знает. О вышеуказанных событиях ФИО5 ему рассказал вечером 05 июля 2019 года, то есть до похода домой к ФИО20 Оснований оговаривать ФИО3 у него не имеется. В сговор с ФИО1 на причинение ФИО20 телесных повреждений не вступал. Давление при следственных действиях сотрудниками правоохранительных органов на него не оказывалось. 05 июля 2019 года ночью ФИО5 был одет в черные спортивные штаны, в футболку (цвет не помнит), что у него было на ногах, не помнит. Головного убора на нем вроде не было. После того, как они покинули квартиру ФИО20, ФИО5 пояснил, что телесные повреждения ФИО20 причинил, так как тот днем 05 июля 2019 года пытался его обнять. Никого, кроме ФИО21, в подъезде дома ФИО20 они не встречали. С ФИО20 они были знакомы, поскольку живут в одном селе. Никаких отношений с ним не имел, при встрече только словесно здоровался. Неприязненных отношений к ФИО70 не имел. 05 июля 2019 года пользовался одним телефоном, на котором стоят две сим-карты: №.

Обвиняемый ФИО1 пояснил, что подтверждает ранее данные показания на очной ставке с ФИО22 Показания ФИО63 подтвердил в той части, что 05 июля 2019 года до 22 часов на веранде у себя дома в 

<

адрес> употреблял спиртные напитки вместе с ФИО63 и ФИО4 №4 и что до 05 июля 2019 года конфликтов с ФИО70 у него не было, и он об этом ФИО4 №1 ничего не рассказывал. В остальной части показания свидетеля ФИО4 №1 не подтвердил, считает, что тот его оговаривает по неизвестным ему причинам (возможно на него оказывалось давление следственными органами, или он был введен в заблуждение), точно не знает. Дома у ФИО20 никогда не был. В сговор на причинение телесных повреждений ФИО20 с ФИО63 не вступал (т. 3 л.д. 111-118).

Согласно протоколу очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем ФИО4 №3 от 15 октября 2019 года свидетель ФИО4 №3 пояснила, что 05 июля 2019 года около 23 часов, находясь по месту жительства по адресу: 

<

адрес>, легла спать в зальной комнате. В указанный день, находясь в зальной комнате на кровати, еще не успев заснуть, услышала шум, доносящийся с верхних этажей (2 либо 3 этажа). Шум напоминал, как будто что-то двигали или стучали. Шум был глухой, длился примерно 10-15 минут. Через несколько минут после окончания шума услышала звуки от шагов в подъезде своего дома, как будто кто-то спускался по лестнице. Из любопытства решила посмотреть, кто находится в подъезде ее дома, подошла к входной двери своей квартиры, посмотрела в дверной глазок, в который увидела, что в подъезде ее дома находится ФИО5, который спускался с верхних этажей, был один. ФИО5 в это время был одет в черную олимпийку, черные джинсы. Хорошо его разглядела, так как в подъезде дома горел свет на постоянной основе в связи с тем, что в это время проводились ремонтные работы. После того, как ФИО5 подошел к выходу из подъезда на улицу, ушла спать в зальную комнату. Более никаких шумов, доносящихся с верхних этажей, а также с подъезда своего дома не слышала. ФИО20 проживал в том же многоквартирном доме и подъезде, что и она, на 3 этаже, а она на 1 этаже. До 05 июля 2019 года в подъезде своего дома ФИО1 никогда не видела. ФИО22 и ФИО63 ей знакомы как жители 

<

адрес>, их в подъезде своего дома ни 05 июля 2019 года, ни ранее не видела. Обознаться в лице, спускающемся по лестнице в подъезде дома в ночь с 05 на 06 июля 2019 года, не могла, по лестнице спускался именно ФИО5 На ноги ФИО1 в тот момент, когда он спускался по лестнице, не смотрела, головного убора на нем не было. Очков для зрения не носит, зрение у нее хорошее. 05 июля 2019 года спиртные напитки не употребляла. Квартира ФИО20 находится по одной линии с ее квартирой, выше ее. ФИО20 проживал один, иногда употреблял спиртные напитки. В состоянии алкогольного опьянения ФИО70 не буянил. 05 июля 2019 года ФИО20 не видела. Вроде бы ФИО70 спиртное пил один, никого у него в квартире не видела. ФИО5, ФИО21 и ФИО63 06 июля 2019 года в подъезде своего дома не видела. Шумов, аналогичных тем, которые слышала 05 июля 2019 года, ранее не слышала. Обвиняемый ФИО1 пояснил, что показания свидетеля ФИО4 №3 не подтверждает, придерживается показаний, данных им 11 октября 2019 года на очной ставке со свидетелем ФИО4 №2 Показал, что по состоянию на 05-06 июля 2019 года не знал, где проживал ФИО20 О месте жительства ФИО20 узнал позднее в ходе следствия. В подъезде дома, где проживал ФИО20, а также проживает ФИО4 №3, никогда не был (т. 3 л.д. 105-110). 

В ходе очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем ФИО4 №4 ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО4 №4 пояснил, что в начале июля 2019 года, дату не помнит, в послеобеденное время, в поисках ФИО63 пришел домой к знакомому ФИО5 в 

<

адрес>. Далее с ФИО5 сидели на веранде его дома, курили. В это время увидел, что на веранде висят спортивные штаны темного цвета, а также кофта темного цвета. При этом на спортивных штанах в области колена увидел пятно, похожее на кровь, на кофте на рукаве было отверстие. Спросил у ФИО5, кровь ли это на спортивных брюках. ФИО5 сказал с ухмылкой, что подрался с ФИО20 Этот разговор произошел один на один. После этого ушел домой. При указанном разговоре ФИО5 был подвыпившим, сказал, что с ФИО70 подрался у него в квартире вчера ночью. За день до того, как ФИО1 сказал ему, что у него была драка с ФИО20, около 21 часа он был дома у ФИО1 в 

<

адрес> вместе с ФИО63, пили вино объемом 1,5 литра. Около 22 часов 40 минут вместе с сыном, который был с ним, покинул дом ФИО5 Следом за ним дом ФИО5 покинул и ФИО63 ФИО1 оставался дома, был в нетрезвом состоянии. В этот день ФИО5 был одет в спортивные штаны темного цвета и кофту темного цвета. Одежда (спортивные штаны и кофта) ФИО1 были одни и те же, что в день, когда он употреблял спиртное вместе с ФИО63 и ФИО5 в начале июля 2019 года, что и на следующий день, когда в послеобеденное время был дома у ФИО1 Сам он был в спецовке типа «камуфляжа», и 05 июля, и 06 июля 2019 года. На спортивные штаны дома у ФИО5 06 июля 2019 года обратил внимание, так как на них было пятно, похожее на кровь, в области колена. Обвиняемый ФИО1 показания свидетеля ФИО4 №4 подтвердил в той части, что вечером 05 июля 2019 года с ФИО4 №4 и ФИО63 у себя дома в 

<

адрес> выпивал спиртное. Дополнил, что при этом на нем была одежда: олимпийка и спортивные штаны, на которых имелась надпись белого цвета. В данной одежде приехал из 

<

адрес> в 

<

адрес>, и уехал обратно в город. В дальнейшем эту одежду выдал следователю. В остальной части показания свидетеля ФИО4 №4 не подтвердил (т. 4 л.д. 44-51).

Протоколы очных ставок с участием свидетелей ФИО4 №1, ФИО21, ФИО4 №3 и ФИО4 №4 также признаются судом допустимыми доказательствами, поскольку данные следственные действия были проведены в соответствии с требованиями ст. 192 УПК РФ. У следователя имелись основания для проведения очных ставок с ФИО1, отрицавшим свою причастность к преступлению, так как свидетели ФИО4 №1, ФИО4 №2, ФИО4 №3 и ФИО4 №4 давали показания, изобличающие его в совершении преступления. При этом ФИО1, как обвиняемому, была предоставлена возможность задать вопросы показывающим против него лицам.

Кроме того, вина подсудимого ФИО1 в совершении указанного в описательной части приговора преступления подтверждается следующими исследованными судом доказательствами.

При осмотре места происшествия 06 июля 2019 года осмотрено помещение 

<

адрес>, которая располагается на третьем этаже второго подъезда многоквартирного жилого дома. Квартира двухкомнатная, при входе в квартиру располагается прихожая с коридором. Пол в прихожей покрыт линолеумом, поверх которого выстелена ковровая дорожка коричневого цвета, которая на момент осмотра сдвинута к дальней от входной двери стене. У входной двери слева обнаружена и изъята разбитая бутылка с этикеткой «Водка 5 озер», на которой выявлен и откопирован на один отрезок прозрачной липкой ленты след папиллярных линий. На расстоянии 20 см от входной двери на полу обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь, с которых сделан смыв на марлевый тампон. На полу в прихожей на расстоянии 80 см от входной двери обнаружены и изъяты нательный крестик, выполненный из металла серого цвета, и веревка с оборванными концами. Слева от входа расположена вешалка с тумбами под вещи, в дальней левой части прихожей в конце коридора расположены смежно друг с другом ванная и туалет. При входе в ванную комнату слева располагается столик, на котором находятся влажные футболка и болоньевая куртка черного цвета. Напротив входной двери в помещении ванной комнаты вдоль стены располагается металлическая ванная, внутри которой находятся мочалка, ковш, кроссовки, поверхности которых влажные, также обнаружен и изъят перстень из металла желтого цвета, справа от двери на полу находится пластиковая раковина. При обработке входной двери в ванной комнате на наружной стороне двери на высоте 1 м 40 см от пола и в 3 см от вертикального среза двери обнаружен след папиллярных линий, а также на высоте 1 м 20 см от пола и в 10 см от вертикального среза двери выявлены два следа папиллярных линий, которые перекопированы на два отрезка прозрачной липкой ленты. На входной двери туалета, на наружной поверхности которой в области расположения ручки двери, выявлен и изъят след папиллярных линий (т. 1 л.д. 8-19).

В ходе дополнительного осмотра места происшествия от 16 июля 2019 года осмотрена 

<

адрес>. Вход в квартиру осуществляется через металлическую дверь, которая изнутри закрывается при помощи «вертушки», в двери имеется два врезных замка, доступ к которым имеется как с внешней, так и с внутренней стороны двери. На этаже также расположены 

<

адрес> №. Осматриваемая квартира расположена по центру от указанных квартир. Входная дверь квартиры имеет запорное устройство в виде металлической цепи с внутренней стороны, обита кожаным материалом коричневого цвета. На поверхности внутренней стороны двери в нижней левой четверти обнаружено множество следов – брызг вещества темно-красного цвета, идущих в направлении сверху вниз. Наибольшая высота расположения следов находится на высоте 90 см от пола. С указанных следов осуществлен и изъят смыв на марлевый тампон. На дверном пороге указанной двери, непосредственно под расположением вышеуказанных брызг обнаружены следы – подтеки вещества бурого цвета. После вышеуказанной металлической двери осуществляется вход в помещение прихожей комнаты, пол которой покрыт линолеумом, на поверхности которого рядом с входной дверью обнаружены следы вещества бурого цвета. Также на поверхности линолеума на полу обнаружены и изъяты осколки прозрачного стекла. На полу прихожей имеются две ковровые дорожки. Из помещения прихожей осуществляется вход в зальное помещение, а также в помещение спальной комнаты. В помещении спальной комнаты на столе у правого угла от входа в него обнаружены и изъяты мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» в корпусе черного цвета с установленными сим-картами операторов сотовой связи: 

<

данные изъяты>», картой памяти «

<

данные изъяты>» и мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» с установленными сим-картами операторов сотовой связи «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», с картой памяти. Из коридора осуществляется вход в помещение ванной комнаты, где располагается металлическая ванная, внутри которой обнаружена и изъята цепочка из металла серебристого цвета. В помещении ванной комнаты у правой стены на деревянном стульчике располагается полимерная раковина, внутри которой обнаружены и изъяты одна пара носков черного цвета, одна пара кроссовок черного цвета с белыми полосами. Из коридора осуществляется вход в помещение кухни, где на стуле обнаружена и изъята одежда: брюки джинсовые синего цвета с ремнем черного цвета, кофта черного цвета, куртка темно-серого цвета (т. 1 л.д. 72-83).

Согласно протоколу выемки 17 июля 2019 года в помещении кабинета Новоторъяльского РСМО ГБУ Республики Марий Эл «Бюро судебно-медицинской экспертизы» у эксперта ФИО61 изъяты: марлевый тампон с образцами крови от трупа ФИО20 в высушенном виде, срезы ногтевых пластин с правой и левой кистей рук трупа ФИО20 (т. 1 л.д. 171-174).

Изъятые в ходе осмотров места происшествия и выемки предметы осмотрены (т. 4 л.д. 1-37) и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т. 4 л.д. 38-41).

В соответствии с заключением эксперта № на марлевом тампоне со смывом вещества (объект №), представленном на экспертизу, обнаружена кровь человека, пот не обнаружен. На веревке (объект №) обнаружены кровь человека и пот. На крестике (объект №), на перстне (объект №), на бутылке (объект №) и осколках (объект №), на цепочке (объект №) обнаружен пот, кровь человека не обнаружена. Кровь на марлевом тампоне со смывом вещества (объект №), кровь и пот на веревке (объект №), пот на крестике (объект №), на перстне (объект №), на бутылке (объект №) и на осколках (объект №) произошли от ФИО20 и не произошли от ФИО1 и ФИО4 №1 Установить генетические признаки пота, обнаруженного на цепочке (объект №) не представилось возможным, в связи с его непригодностью для исследования ядерной ДНК (т. 1 л.д. 192-200).

Согласно заключению эксперта № на осколках стекла (объект №), представленных на экспертизу, обнаружен пот, кровь и слюна человека не обнаружены. На марлевом тампоне со смывом вещества с двери (объект №) обнаружена кровь человека, пот и слюна человека не обнаружены. На олимпийке ФИО1 обнаружены слюна человека и пот (объект №), пот (объекты №№, 5), кровь человека не обнаружена. На спортивных штанах ФИО1 обнаружены пот (объект №), слюна человека и пот (объект №), кровь человека не обнаружена. В сандалиях ФИО1 (объекты №№, 9) обнаружен пот, кровь и слюна человека не обнаружены. Кровь на марлевом тампоне со смывом вещества с двери (объект №) произошла от ФИО20 и не произошла от ФИО1 и ФИО4 №1 Слюна и пот на олимпийке (объект №) и на спортивных штанах (объект №) ФИО1, пот на олимпийке (объекты №№, 5), на спортивных штанах (объект №) и на сандалиях (объекты №№, 9) ФИО1 произошли от ФИО1 и не произошли от ФИО20 и ФИО4 №1 Установить генетические признаки пота, обнаруженного на осколках стекла (объект №), не представилось возможным в связи с его непригодностью для исследования ядерной ДНК (т. 1 л.д. 209-219).

Из заключения эксперта № следует, что на фрагментах ногтевых пластин с правой (объект №) и левой (объект №) кистей ФИО20 обнаружены кровь человека, пот и эпителиальные клетки. Кровь, пот и эпителиальные клетки (объекты №№, 2) на фрагментах ногтевых пластин с правой (объект №) и левой (объект №) кистей ФИО20 произошли от ФИО20 и не произошли от ФИО1 и ФИО4 №1 (т. 1 л.д. 228-236).

В соответствии с заключением эксперта № на носках (объекты №№, 2), на кроссовках (объекты №№, 4), на куртке (объекты №№), на джинсовых штанах (объекты №№), представленных на экспертизу, обнаружен пот и не обнаружена кровь человека. На куртке (объекты №№), на кофте (объекты №№, 15), обнаружены кровь человека и пот. Кровь и пот на куртке (объекты №№) и на кофте (объекты №№, 15), пот на джинсовых штанах (объекты №№) произошли от ФИО20 и не произошли от ФИО1 и ФИО4 №1 Установить генетические признаки пота, обнаруженного на носках (объекты №№, 2), на кроссовках (объекты №№, 4) и на куртке (объекты №№) не представилось возможным в связи с его непригодностью для исследования ядерной ДНК (т. 1 л.д. 245-253).

Суд считает, что оснований сомневаться в правильности вышеуказанных выводов не имеется. Вышеуказанные экспертизы проведены компетентными лицами, соответствуют требованиям закона, заключения экспертов оформлены надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, выводы экспертов являются ясными и понятными, надлежащим образом мотивированы.

Из детализации оказанных услуг по абонентскому номеру +№ за период с 01 июля 2019 года по 16 июля 2019 года и детализаций предоставленных услуг по абонентскому номеру +№ 05 июля 2019 года, содержащих информацию о соединениях между абонентами, предоставленных свидетелем ФИО4 №1, следует, что абонентским номером +№ 05 июля 2019 года в 20 часов 26 минут, в 20 часов 33 минуты произведены исходящие соединения с абонентским номером +№ продолжительностью 61 секунда и 104 секунды соответственно, в 20 часов 47 минут, в 20 часов 59 минут произведены исходящие соединения с абонентским номером +№ продолжительностью 14 секунд каждое, за 05 июля 2019 года последнее соединение (входящее) имело место в 22 часа 14 минут с абонентским номером +№ продолжительностью 49 секунд, за 06 июля 2019 года первое соединение с абонентским номером +№ имело место в 05 часов 03 минуты в виде исходящего соединения с абонентским номером +№, с абонентским номером +№, принадлежащим ФИО4 №1, в период с 13 часов 04 минуты по 13 часов 37 минут имели место соединения с абонентским номером +№ как в виде звонков, так и сообщений (т. 3 л.д. 162-164, протокол осмотра документов от 28 октября 2019 года).

Детализация оказанных услуг по абонентскому номеру +№ за период с 01 июля 2019 года по 16 июля 2019 года и детализация предоставленных услуг по абонентскому номеру № за 05 июля 2019 года приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 165-166).

При осмотре места происшествия от 20 декабря 2019 года осмотрены помещение подъезда 

<

адрес>, а также входная дверь находящейся по указанному адресу 

<

адрес>, принадлежащей ФИО4 №3 Осмотром зафиксировано, что вышеуказанный дом многоквартирный, трехэтажный, на лестничных площадках 1, 2 и 3 этажей в помещении подъезда № имеется искусственное освещение, которое работает в автоматическом режиме в связи с установленными датчиками, включается автоматически при перемещениях в подъезде. Также зафиксировано, что квартира ФИО4 №3 располагается на лестничной площадке 1 этажа подъезда № по центру, то есть при входе с улицы на лестничную площадку 1 этажа прямо. Входная дверь квартиры ФИО4 №3 имеет размеры 80 см х 2 м, дверь металлическая одностворчатая, оборудована смотровым глазком округлой формы, расположенным на расстоянии 146 см от пола лестничной площадки. Смотровой глазок имеет диаметр 10 мм, снабжен металлической завесой, отодвигаемой без каких-либо усилий. Детальным осмотром смотрового глазка установлено, что при наблюдении в него во время нахождения в квартире ФИО4 №3, отчетливо просматривается помещение подъезда №, а именно часть межэтажной площадки (между 1 и 2 этажом), лестничный марш, ведущий от указанной межэтажной площадки на площадку 1 этажа, лестничная площадка 1 этажа, а также весь отрезок от данной площадки до выхода из подъезда на улицу (т. 4 л.д. 223-231). 

Согласно протоколу следственного эксперимента от 20 декабря 2019 года, проведенного в помещении подъезда 

<

адрес> с целью определения возможности визуального наблюдения свидетелем ФИО4 №3 со смотрового глазка входной двери своей квартиры лица, находящегося в подъезде ее дома, а также возможности распознавания личности этого лица, свидетелем ФИО4 №3 дано согласие на проведение следственного эксперимента с использованием ее жилища. Статист ФИО33 в это время находится вне поля обзора свидетеля ФИО4 №3 в этом же подъезде, но на лестничной площадке 2 этажа. Статист одет в куртку черного цвета и спортивные штаны темно-синего цвета, без головного убора. ФИО4 ФИО4 №3 показала, что освещенность в подъезде ее дома соответствует той, которая была на момент наблюдения ФИО1 в ночь с 05 на 06 июля 2019 года. В ходе следственного действия была воспроизведена обстановка, в которой свидетель ФИО4 №3 в ночь с 05 на 06 июля 2019 года наблюдала ФИО1 в подъезде своего дома. ФИО4 ФИО4 №3 с понятым прошла в свою квартиру, закрыв за собой входную дверь квартиры, не запирая ее на запорные устройства, предупреждена, что в случае обнаружения через смотровой глазок входной двери своей квартиры в подъезде человека должна будет сигнализировать об этом иным участникам следственного эксперимента путем многократного постукивания двери. Статист ФИО33 продолжает находиться на лестничной площадке 2 этажа указанного подъезда. Второй понятой находится на лестничной площадке 2 этажа указанного подъезда вместе со следователем, в статичном положении. По команде следователя, в тот момент, когда искусственное освещение в подъезде дома не горит, статист ФИО33 начинает движение по лестничному маршу от лестничной площадки 2 этажа вышеуказанного дома к выходу из подъезда на улицу, передвигаясь средним темпом. При этом в самом начале передвижения статиста в подъезде срабатывают датчики движения и автоматически включается искусственное освещение на лестничных площадках 2 и 1 этажа. При передвижении статиста по лестничному маршу от 2 этажа к 1 этажу, а именно при выходе ФИО33 из межэтажной площадки на лестничный марш, соединяющий эту площадку с площадкой 1 этажа, свидетель ФИО4 №3, находящаяся в помещении собственной квартиры и наблюдающая через смотровой глазок входной двери своей квартиры в подъезд, начинает стучать об входную дверь своей квартиры. После этого статист ФИО33 тем же темпом продолжает движение к выходу из подъезда. В момент нахождения статиста в нижней части лестничного марша, соединяющего межэтажную площадку с площадкой 1 этажа, а именно на второй ступени лестничного марша, свидетель ФИО4 №3 повторно начинает стучать об входную дверь своей квартиры. После этого статист ФИО33 тем же темпом продолжает движение к выходу из подъезда, которое прекращает только после выхода из подъезда. Все это время искусственное освещение в подъезде не выключается, работает в автономном режиме. На вопрос следователя свидетель ФИО4 №3 ответила, что статистом является ФИО33, которого знает как жильца своего дома. И уже после этого свидетель ФИО4 №3 по команде следователя открывает входную дверь своей квартиры. В ходе следственного эксперимента измерительной рулеткой замерены следующие расстояния: расстояние от входной двери в квартиру ФИО4 №3 до места на лестничной площадке в подъезде, где свидетель ФИО4 №3 впервые обнаружила спускающегося по лестничному маршу статиста ФИО33, составляет 3,5 метра, расстояние от входной двери в квартиру ФИО4 №3 до места на лестничной площадке в подъезде, где свидетель ФИО4 №3 опознала личность вышеуказанного статиста, спускающегося по лестничному маршу, составляет 1,9 метра. Также в ходе следственного эксперимента свидетель ФИО4 №3 указала, что до самого момента выхода статиста из подъезда на улицу, она его видела (т. 4 л.д. 232-237). 

Как следует из протокола следственного эксперимента, данное следственное действие проведено следователем с соблюдением требований ст. 181 УПК РФ, с целью проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела. Перед началом следственного эксперимента участвующим лицам разъяснены их права, обязанности и ответственность, а также порядок производства следственного эксперимента, понятым разъяснены положения ст. 60 УПК РФ, специалисту ст. 58 УПК РФ. Установленные в ходе следственного эксперимента обстоятельства зафиксированы всеми участниками следственного действия, также была применена фотосъемка, к протоколу приложена фототаблица.

Следовательно, результаты проведенного следственного эксперимента подтверждают показания свидетеля ФИО4 №3 

Согласно сведениям, предоставленным ООО «Служба заказчика жилищно-коммунальных услуг» от 13 ноября 2019 года, в подъездах многоквартирного дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, до 2019 года были установлены датчики движения искусственного освещения, которые при включенном выключателе реагируют при попадании в зону работы датчика человека или иного движущегося и лампочки включаются. После установки датчики движения искусственного освещения не демонтировались. Заявления от собственников жилых помещений на неисправность датчиков движения или отсутствия света в подъездах не поступали (т. 3 л.д. 188).

Из справки № от 12 ноября 2019 года, предоставленной администрацией МО «Казанское сельское поселение», следует, что на территории Казанского сельского поселения, в том числе в 

<

адрес> проживают следующие лица с фамилией «ФИО69», «ФИО69»: ФИО4 №27, проживает по адресу: 

<

адрес>, ФИО1, зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>, фактически проживает в 

<

адрес> (т. 3 л.д. 190). 

Согласно заключению эксперта № МД смерть ФИО20 наступила от 

<

данные изъяты>. 

Выраженность трупных явлений и условия хранения трупа дают основание считать, что давность наступления смерти соответствует данным медицинской карты № хо ГБУ Республики Марий Эл «Сернурская ЦРБ», то есть 12 июля 2019 года. 

При экспертизе трупа ФИО20 обнаружены следующие повреждения: 

3.1. 

<

данные изъяты>. Данные повреждения образовались от не менее пятнадцати травматических воздействий твердых тупых предметов, чем могли быть, например, части рук и ног человека или подобные им предметы, давностью образования, ориентировочно, 6-7 суток до момента наступления смерти, повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, и по этому критерию относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью, стоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. После причинения 

<

данные изъяты> травмы потерпевший мог совершать активные самостоятельные действия в течение короткого промежутка времени;

3.2. 

<

данные изъяты> данные повреждения повлекли бы за собой длительное расстройство здоровья, продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня), и по этому критерию относятся к повреждениям, причинившим средней тяжести вред здоровью, в причинной связи с наступлением смерти не стоят. После причинения данных повреждений потерпевший мог совершать активные самостоятельные действия в течение неограниченного промежутка времени;

3.3. 

<

данные изъяты> например, части рук и ног человека или подобные им предметы, давностью образования, ориентировочно, 6-7 суток до момента наступления смерти, данные повреждения не повлекли бы за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому критерию относятся к повреждениям, не причинившим вред здоровью человека, в причинной связи с наступлением смерти не стоят. После причинения данных повреждений потерпевший мог совершать активные самостоятельные действия в течение неограниченного промежутка времени. 

Взаиморасположение потерпевшего и нападавшего и последовательность причинения повреждений могли быть различными. 

При вскрытии обнаружено: атеросклероз аорты, дистрофия внутренних органов, состояние после левосторонней трепанации черепа и удаления субдуральной гематомы, состояние после медицинских инъекций, состояние после лапаротомии, удаления желчного пузыря. 

При судебно-химическом исследовании в крови из субдуральной гематомы этиловый спирт не обнаружен. Какие-либо данные о наличии или отсутствии этилового спирта в крови и моче на момент поступления в стационар в представленной медицинской карте № хо ГБУ Республики Марий Эл «Сернурская ЦРБ» на имя ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отсутствуют (т. 2 л.д. 34-41).

Эксперт ФИО61, допрошенный в судебном заседании, заключение № МД, данное им, подтвердил. Показал, что исходя из характера повреждений на кожных покровах, внутренних повреждений, возможно возникновение телесных повреждений в ночь с 05 на 06 июля 2019 года. Поскольку между событиями, имевшими место днем и в вечернее время, прошел довольно короткий срок, разделить телесные повреждения, которые состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО20, затруднительно, все происходило в течение суток. Скорее всего, потерпевший не мог получить телесные повреждения, причинившие тяжкий вред, днем, поскольку после их причинения мог совершать активные действия непродолжительное время. Время визуального проявления повреждений на кожных покровах зависит от разных факторов: от силы удара, от места приложения удара, а также от индивидуальных особенностей организма. Совокупность указанных в ответе на первый вопрос телесных повреждений квалифицированы как причинившие тяжкий вред здоровью и состоящие в прямой причинно-следственной связи со смертью, так как нельзя их разграничивать, наличие всех указанных повреждений повлекли тяжкий вред здоровью и привели к наступлению смерти. Если рассматривать отдельно повреждения, которые возникли на коже, то не исключается возможность образования некоторых из них при ударе о твердые тупые предметы, как ванна или раковина, если говорить о повреждениях, которые возникли в головном мозге, то при исследовании каких-либо признаков их возникновения от падения с высоты собственного роста или от удара о какие-либо тупые предметы обнаружено не было. Повреждения, которые стоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, возникли от прямого ударного воздействия. Возможно, что у избивавшего лица могли возникнуть царапины, синяки, наличие повреждений у нападавшего не обязательно. При осмотре ФИО1 ни царапин, ни кровоподтеков, насколько помнит, не зафиксировано. При исследовании, а также по данным медицинской карты потерпевшего, у него были обнаружены субдуральная гематома, повреждения внутри головного мозга и его оболочек. По мере накопления субдуральной гематомы и при общих повреждениях головного мозга потерпевший, скорее всего, потерял сознание, это могло развиваться в течение непродолжительного промежутка времени, точные временные рамки возможности совершения активных действий назвать не может. При производстве экспертизы изымают объекты с тела умершего, обычно это кровь или моча, в данном случае потерпевший продолжительное время находился в стационаре, получал довольно обширное лечение, какой-то целесообразности для изъятия крови, мочи, ликвора для судебно-медицинского исследования на наличие этилового алкоголя не имелось, этилового алкоголя за такой период и при таком лечении, скорее всего, не было бы обнаружено. В субдуральной гематоме, которая возникает после травмы, может быть обнаружен алкоголь, поэтому были изъяты только остатки субдуральной гематомы, при исследовании крови из которой этиловый спирт обнаружен не был. На наступление смерти повлияло то, что помощь потерпевшему была оказана не сразу. Как происходила транспортировка потерпевшего, не знает. Повреждения в виде ссадины на груди и переломов ребер в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят, но способствовали ее развитию. При производстве экспертизы повреждения, которые были обнаружены в области головы, оценивались в комплексе, как-то разграничить повреждения, которые образовались в головном мозге, не представляется возможным, но можно предположить, что эти повреждения могли возникнуть от каких-то двух ударов, которые были довольно сильные или область приложения была более мягкая. Все повреждения, которые были обнаружены, оценивались в комплексе. Все указанные удары (не менее 15 травматических воздействий) были в области головы, лица, они повлияли на внутренние мозговые повреждения, разграничивать их нецелесообразно и не представляется возможным выделять какое-то из этих повреждений. После развития внутренних мозговых повреждений потерпевший в течение непродолжительного периода времени мог совершать активные действия, то есть целенаправленные действия, такие как ходить, двигать конечностями, разговаривать. По материалам дела повреждения были причинены в ограниченный промежуток времени, в течении суток, по характеру и морфологическим особенностям повреждения возникли примерно в один и тот же срок, разделить их по последовательности не представляется возможным, то есть они имеют одинаковые характеристики.

Оснований не доверять эксперту и выводам эксперта у суда не имеется, поскольку данная экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона, с использованием соответствующих методик исследования, экспертом, имеющим специальные познания в области судебной медицины, при этом эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, вышеуказанное заключение эксперта и его показания согласуются с приведенными в приговоре иными доказательствами, суд берет их в основу приговора.

Представленные суду доказательства, которые суд признает относимыми и допустимыми доказательствами, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, достоверно свидетельствуют о совершении преступления подсудимым, а все доказательства в совокупности являются достаточными для разрешения дела.

Исходя из вышеприведенных доказательств, суд приходит к убеждению, что причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, было совершено подсудимым на почве личных неприязненных отношений, возникших вследствие конфликта, имевшего место днем 05 июля 2019 года у дома культуры в 

<

адрес> между ФИО20 и ФИО1, при попытке потерпевшего поздороваться с подсудимым.

Решая вопрос о содержании умысла подсудимого, суд исходит из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления, учитывая способ совершения преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Смерть потерпевшего наступила от тяжелого ушиба головного мозга со сдавлением, возникшего вследствие закрытой черепно-мозговой травмы – в результате нанесения подсудимым многократных, целенаправленных ударов руками в жизненно важную часть тела человека – по голове, что свидетельствует о том, что умысел подсудимого был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. 

Поведение ФИО1 после нанесения ударов также свидетельствует о его умысле. Подсудимый не оказал помощи потерпевшему, скрылся с места преступления.

Нанося большое количество ударов руками в места расположения жизненно важных органов потерпевшего ФИО20, подсудимый осознавал общественно-опасный характер своих действий, предвидел, что в результате его действий ФИО20 может быть причинен тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни, и желал его наступления, а по отношению к наступлению смерти ФИО20 действия ФИО1 носили неосторожный характер. 

Повреждения, указанные в заключении эксперта, в том числе относящиеся к тяжкому вреду здоровью и стоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти, находятся в причинно-следственной связи с действиями подсудимого, направленными на совершение преступления в отношении ФИО20

Вопреки доводам защитника, в причинно-следственной связи между телесными повреждениями и смертью потерпевшего своевременность и качество медицинской помощи представляют собой случайные факторы, которые не являются существенными при оценке действий подсудимого, как причины наступивших последствий. Согласно выводам исследованной судом экспертизы непосредственной причиной смерти потерпевшего явился 

<

данные изъяты>. Из показаний эксперта ФИО61 следует, что признаков возникновения указанного повреждения от падения с высоты собственного роста или от удара о какие-либо тупые предметы не имеется. Повреждения, стоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, возникли от прямого ударного воздействия.

То обстоятельство, что медицинская помощь потерпевшему не была оказана непосредственно после причинения ему телесных повреждений, не свидетельствует о том, что преступление в отношении ФИО20 не было совершено, и что наступившие последствия не находятся в прямой причинной связи с действиями ФИО1 

Квалификация деяния по ч. 4 ст. 111 УК РФ может быть исключена только в случае наступления смерти в результате некачественного оказания медицинской помощи, то есть в случае, если медицинское вмешательство стало причиной, вызвавшей наступление смерти, что исключало бы причинную связь между действиями виновного и смертью потерпевшего.

Вместе с тем, в ходе судебного заседания такие обстоятельства судом не установлены.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, в результате которого наступила смерть ФИО20, был причинен именно действиями ФИО1

Из показаний свидетелей ФИО4 №1, ФИО21 следует, что кроме ФИО1 удары потерпевшему никто не наносил. После ухода подсудимого потерпевший сразу почувствовал себя плохо, оставался лежать в ванной, где и был в последующем обнаружен. С момента причинения телесных повреждений ФИО20 из квартиры не выходил, иные посторонние лица, кроме ФИО21, в его квартиру не заходили.

Согласно показаниям свидетелей ФИО21 и ФИО4 №15 входная дверь квартиры ФИО20 была закрыта с момента посещения ее ФИО4 №2 в ночь с 05 на 06 июля 2019 года до вечера 06 июля 2019 года.

Причастность ФИО21 к совершению преступления в отношении ФИО20 не подтверждена исследованными доказательствами, на момент дачи им показаний в ходе предварительного следствия в отношении него не осуществлялось уголовное преследование, а потому доводы подсудимого о его заинтересованности в исходе дела носят предположительный характер.

При этом, версии о причастности к преступлению иных лиц, в том числе ФИО21, органами предварительного следствия тщательно проверялись, о чем свидетельствуют многочисленные следственные действия.

Согласно показаниям свидетелей ФИО4 №15, ФИО27 06 июля 2019 года в вечернее время ФИО20 в ответ на вопрос ФИО4 №15 не ФИО4 №2 ли его избил, мотнул головой из стороны в сторону, показывая тем самым, что ФИО22 его не избивал.

Из показаний свидетелей ФИО4 №3, ФИО4 №5, ФИО24, ФИО4 №20 следует, что шум из квартиры ФИО20 доносился в ночное время с 05 на 06 июля 2019 года. 

Наличие выявленных в соответствии с заключением эксперта № (т. 3 л.д. 152-156) на поверхности входной двери (наружной стороне) в ванную комнату квартиры ФИО20 следов ладони и пальца левой руки свидетеля ФИО21 не может служить бесспорным доказательством виновности указанного свидетеля в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Ссылка стороны защиты на отсутствие следов, отпечатков подсудимого в квартире потерпевшего в силу достаточной совокупности доказательств не влияет на доказанность вины ФИО1 Вопреки доводам защиты, из показаний эксперта ФИО61 также следует, что наличие телесных повреждений у нападавшего не является обязательным.

То обстоятельство, что свидетель ФИО4 №2 в ходе его допроса ДД.ММ.ГГГГ не указывал на причастность ФИО1 к совершению преступления в отношении ФИО20, не свидетельствует о недостоверности его последующих показаний об обстоятельствах события преступления, а также роли подсудимого в его совершении.

В ходе проведения очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем ФИО4 №2 последний настаивал на своих показаниях, изобличая ФИО1 

Каких-либо заслуживающих доверия данных, свидетельствующих о фальсификации доказательств, применении незаконных методов предварительного следствия, материалы дела не содержат.

Оснований для квалификации действий подсудимого по ч. 1 ст. 109 УК РФ, по ч. 1 ст. 118 УК РФ по делу не имеется, поскольку причинение смерти по неосторожности и причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности предполагают отсутствие умысла виновного на причинение тяжкого вреда здоровью. ФИО1 же умышленно, понимая и осознавая преступный характер своих действий, из личных неприязненных отношений, применил насилие, опасное для жизни, с целью причинения тяжкого вреда здоровью ФИО20 

Обстоятельства, исключающие преступность деяния либо уголовную ответственность, по делу отсутствуют. 

Судом исследован вопрос о психическом состоянии подсудимого.

Из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов № от 08 октября 2019 года следует, что ФИО1 психическим расстройством не страдает и не страдал им в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию. Как видно из материалов уголовного дела, в период содеянного у испытуемого не обнаруживалось признаков какого-либо временного психического расстройства, о чем свидетельствуют его правильная ориентировка в окружающем, сохранность речевого контакта, отсутствие в его поведении психопатологических процессов. По своему психическому состоянию ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий или руководить ими в период инкриминируемого ему деяния. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий или руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, участвовать в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, самостоятельно осуществлять свои процессуальные права. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т. 3 л.д. 21-22).

Указанные выводы экспертов сомнений не вызывают, в связи с чем суд считает, что сомневаться в психической полноценности подсудимого оснований не имеется, признает его вменяемым.

Оценив в совокупности исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, доказанной.

Суд действия подсудимого ФИО1 квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Совершенное подсудимым преступление в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к категории особо тяжких преступлений, направленных против жизни и здоровья.

Подсудимый в зарегистрированном браке не состоит, имеет двоих малолетних детей (т. 2 л.д. 150-154, л.д. 181, л.д. 196), на учете у врача психиатра-нарколога не состоит (т. 2 л.д. 184), судимости не имеет (т. 2 л.д. 155-156). 

По месту жительства ФИО1 характеризуется посредственно, в основном проживает в 

<

адрес>, в 

<

адрес> приезжает к матери, допускает употребление спиртных напитков в общественных местах, письменных заявлений и жалоб на его поведение не поступало (т. 2 л.д. 180).

Участковым уполномоченным полиции МО МВД России «Сернурский» подсудимый характеризуется отрицательно, допускает употребление спиртных напитков, в состоянии алкогольного опьянения склонен к совершению противоправных действий, в настоящее время на профилактическом учете не состоит, имеет широкий круг общения с ранее судимыми лицами (т. 2 л.д. 182).

По месту работы ИП ФИО19 подсудимый характеризуется положительно, за период трудовой деятельности зарекомендовал себя дисциплинированным, энергичным, знающим свое дело работником, за добросовестное отношение к свои трудовым обязанностям, исполнительскую дисциплину, профессионализм, трудолюбие и мастерство ФИО1 объявлялась благодарность, среди коллег пользуется заслуженным авторитетом и уважением (т. 2 л.д. 187).

<

данные изъяты> 

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ является наличие малолетних детей у виновного (т. 2 л.д. 150-154).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признает наличие на иждивении малолетнего ребенка (дочери сожительницы ФИО4 №28), отсутствие судимости, положительные характеристики со стороны бывшей супруги и сестры, допрошенных в судебном заседании, положительные характеристики по месту работы и дошкольным образовательным учреждением, посещаемым малолетним сыном (т. 2 л.д. 187, л.д. 193), наличие грамот за активное участие в жизни группы детского сада и за добросовестный труд (т. 2 л.д. 194, л.д. 195), оказание помощи матери-пенсионеру, состояние здоровья подсудимого – наличие хронического заболевания. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено. 

По смыслу закона, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных или других одурманивающих веществ, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного.

Положения ч. 1.1 ст. 63 УК РФ предусматривают право суда, а не обязанность признать отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ. Факт нахождения виновного при совершении преступления в состоянии алкогольного опьянения, а также указание на него в предъявленном обвинении сами по себе не являются основанием для признания данного обстоятельства отягчающим.

Суд не признает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, принимая во внимание установленные судом обстоятельства его совершения, личность подсудимого, который на учете у врача-нарколога не состоит, допрошенные в судебном заседании свидетели не характеризовали ФИО1 как злоупотребляющего спиртными напитками, склонного к агрессии в состоянии алкогольного опьянения. 

Какие-либо доказательства и объективные данные, которые бы подтверждали, что состояние опьянения существенным образом повлияло на поведение ФИО1 и способствовало совершению преступления, в судебном заседании не получены. Наличие одной лишь характеристики участкового уполномоченного полиции, согласно которой ФИО1 допускает употребление спиртных напитков и в состоянии алкогольного опьянения склонен к совершению противоправных действий, об этом не свидетельствует. 

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, вид умысла, основания для изменения категории преступления, совершенного подсудимым, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, отсутствуют. 

Санкция ч. 4 ст. 111 УК РФ предусматривает наказание только в виде лишения свободы. 

Оценив в совокупности все обстоятельства дела, руководствуясь принципом справедливости, в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы на срок в пределах санкции ч. 4 ст. 111 УК РФ. 

Суд не применяет предусмотренную санкцией указанной статьи дополнительную меру наказания – ограничение свободы, полагая достаточным для достижения указанных в ст. 43 УК РФ целей наказания назначенное основное наказание. 

Применение условного осуждения в отношении ФИО1 суд находит невозможным, поскольку это не соответствует характеру и степени общественной опасности особо тяжкого преступления, представляющего повышенную общественную опасность, направленного против жизни и здоровья, обстоятельствам его совершения, личности виновного и не достигнет цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. 

Исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенного преступления, судом не установлены, в связи с чем оснований для применения правил, предусмотренных ст. 64 УК РФ, не имеется. Имеющиеся смягчающие обстоятельства суд исключительными не находит.

Смягчающие обстоятельства, предусмотренные п. «и» и п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом не установлены, в силу чего оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Положения ст. 53.1 УК РФ к подсудимому, совершившему особо тяжкое преступление, применению не подлежат. 

Вид исправительного учреждения ФИО1 суд определяет в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Для обеспечения исполнения приговора в соответствии с ч. 2 ст. 97 УПК РФ, с учетом опасности совершенного подсудимым преступления и необходимости отбывания наказания в виде лишения свободы, суд считает необходимым меру пресечения в отношении ФИО1 – заключение под стражу, оставить прежней. 

При этом в силу положений ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам. 

В соответствии со ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

По настоящему делу в ходе предварительного следствия защиту подсудимого ФИО1 по назначению следователя без соглашения с клиентом осуществляли адвокаты Рахматуллина Л.А. и Домрачев А.А. Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов за оказание юридической помощи подсудимому, составили в общей сумме 2350 рублей (т. 4 л.д. 98, л.д. 99).

Объективных сведений об имущественной несостоятельности подсудимого, а также сведений о том, что в ходе предварительного следствия подсудимый отказывался от услуг указанных адвокатов, в материалах дела не имеется. 

Подсудимый ФИО1 состоит в фактических брачных отношениях, имеет на иждивении троих малолетних детей, однако трудоспособен, ограничений к труду не имеет, трудоустроен, также имеет возможность трудоустроиться и получать заработную плату, как во время отбывания наказания, так и после освобождения из мест лишения свободы, то есть, не лишен возможности произвести уплату процессуальных издержек.

Следовательно, предусмотренные законом (ч. 4, ч. 6 ст. 132 УПК РФ) основания для освобождения подсудимого от уплаты судебных издержек отсутствуют. Суд считает необходимым взыскать понесенные процессуальные издержки с ФИО1 в сумме 2350 рублей. 

Гражданский иск по делу не заявлен. Судом разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296 – 300, 302, 303 – 304, 307 – 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 ФИО100 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО3 ФИО100 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу.

Начало срока отбывания наказания ФИО3 ФИО100 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачесть ФИО3 ФИО100 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания под стражей с 20 сентября 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Взыскать с ФИО3 ФИО100 в доход государства процессуальные издержки в сумме 2350 (две тысячи триста пятьдесят) рублей. 

Вещественные доказательства по делу: перстень, нательный крестик с веревкой, мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» модель Р15 в комплекте с тремя сим-картами операторов сотовой связи «

<

данные изъяты>», с картой памяти, мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» в комплекте с двумя сим-картами операторов сотовой связи «

<

данные изъяты>», с картой памяти, цепочку из металла серебристого цвета, одну пару носков, одну пару кроссовок, куртку, кофту, брюки с ремнем – вернуть по принадлежности Потерпевший №1;

разбитую бутылку с этикеткой «водка 5 озер», четыре отрезка липкой ленты со следами папиллярных линий (следами рук), два марлевых тампона со смывом вещества бурого цвета, осколки стекол, марлевый тампон с образцами крови от трупа ФИО20, срезы ногтевых пластин с правой и левой кистей рук трупа ФИО20, куртку, изъятую в ходе выемки от 23 августа 2019 года у свидетеля ФИО4 №21 – уничтожить;

олимпийку, спортивные брюки, одну пару сандалий – вернуть по принадлежности ФИО3 ФИО100;

детализации оказанных услуг по абонентскому номеру +№ за период с 01 июля 2019 года по 16 июля 2019 года, за период с 19 сентября 2019 года по 01 октября 2019 года, детализацию предоставленных услуг по абонентскому номеру № за 05 июля 2019 года – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Марий Эл в течение десяти суток со дня постановления, а осужденным – в тот же срок со дня вручения копии приговора. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок при подаче апелляционной жалобы либо путем подачи отдельного ходатайства, а также в возражениях на принесенные по делу апелляционные жалобы (представления) другими участниками процесса. 

Председательствующий: Д.Г. Попова