Дело № 2-2965/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 октября 2017 года

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Плотниковой Л.В.

с участием прокурора Кирюшина К.А.

при секретаре Добычиной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» об отмене акта о несчастном случае на производстве в части, взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» (далее - АО «ЧЭМК») об отмене акта № о несчастном случае на производстве от (дата) в части установления грубой неосторожности в его действиях и определения степени вины пострадавшего в размере 75%, о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в сумме *** руб.

В обоснование заявленных требований указал, что работал с (дата) по (дата) в АО «ЧЭМК», (дата) он пострадал в результате несчастного случая на производстве. По результатам повторного комиссионного расследования был составлен акт № о несчастном случае на производстве от (дата), которым установлено, что он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, соответственно, наличие в его действиях факта грубой неосторожности, степень его вины установлена в размере 75%. Между тем, не усматривается наличие прямой причинно – следственной связи между нахождением его в состоянии сильного алкогольного опьянения и наступившими последствиями, поскольку комиссия не выявила в его действиях нарушения каких – либо технологических процессов, требований правил охраны труда, иных локальных актов. При этом до перевода его из цеха № в цех № не был проведен целевой инструктаж, хотя организация рабочего пространства рядом с печью в цехе № отличается от печи в цехе №; правильно выполняя свои трудовые обязанности при несогласованности действий членов бригады во время нештатной ситуации (вытекание шлака из переполненной шлаковни на пол приямка ковшевой телеги) он оступился и попал в горячий шлак, то есть состояние алкогольного опьянения не привела к развитию нештатной ситуации и несчастному случаю. Вывод комиссии о том, что он выполнял непорученную работу, опровергается рабочей инструкцией, предусматривающей действия по строповке шлаковни. Комиссия его не опрашивала, поскольку в больницу приезжали представители работодателя в то время, когда он отходил от наркоза, что происходило, он не помнит. В результате несчастного случая на производстве ему причинен вред здоровью: диагноз, длительное время находился на лечении, установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30%, ранее была установлена 3-я группа инвалидности. Он испытал сильную физическую боль в момент поучения травмы; сильно испугался, что может сгореть, до сих пор испытывает последствия этой травмы, боится дальнейших осложнений травмы, находится в постоянном состоянии стресса, боится, что никогда не закончатся больницы, лекарства, комиссии, переживает, что добавляет неудобства своим близким. Ему пришлось уволиться с работы, выполнять низкоквалифицированную работу грузчика.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Суду пояснил, что мастер ФИО2 индивидуально дал ему задание убирать шлак из приямка, но когда он увидел, что другой плавильщик не смог застропить шлаковню и выпрыгнул из приямка, он побежал стропить шлаковню, чтобы не допустить вытекания шлака; по времени он мог выпрыгнуть из приямка вместе с другим плавильщиком.

Представитель истца по устному ходатайству ФИО3 поддержал исковые требования, ссылаясь на отсутствие прямой причинно – следственной связи нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения и возникновения несчастного случая. Полагал, что несчастный случай возник вследствие совокупности факторов: в момент несчастного случая мастер ФИО2 находился в другом месте и не мог руководить действиями подчиненных; перед началом смены он не провел целевой инструктаж, что повлекло несогласованность действий членов бригады; парк шлаковень в цехе № не обеспечивает безопасность технологического процесса, они имеются в недостаточном количестве и неисправны; конструкция приямка не в полной мере безопасна, в связи с чем грубой неосторожности в действиях пострадавшего нет. Указал, что срок обращения в суд не пропущен, поскольку истец обратился в течение 3-х месяцев со дня получения ответа из Государственной инспекции труда в Челябинской области.

Представители ответчика по доверенностям ФИО4 и ФИО5 возражали против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что истец грубо нарушил нормы и требования техники безопасности, именно нахождение в состоянии сильного алкогольного опьянения не позволило истцу правильно оценить обстановку и возникшую опасность, вместо того, чтоб покинуть приямок, он начал выполнять непорученную ему работу. Заявила о пропуске срока обжалования акта о несчастном случае на производстве. 

Представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Челябинской области, ЧРО ФСС РФ, Первичной профсоюзной организации АО "ЧЭМК" Горно-металлургического профсоюза в России в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, представители ЧРО ФСС РФ и Первичной профсоюзной организации АО "ЧЭМК" Горно-металлургического профсоюза в России просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО2 России в судебное заседание не явился, извещался по месту жительства, откуда заказное письмо вернулось неврученным в связи с истечением срока хранения.

Согласно ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним, в связи с чем суд считает возможным в соответствии с ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ст. 229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным: за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

На основании пункта 26 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 года N 73 несчастные случаи, квалифицированные комиссией или государственными инспекторами труда, проводившими их расследование, как несчастные случаи на производстве, подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме 2, предусмотренной приложением N 1 к настоящему Постановлению.

В соответствии с ч.ч.1,9 ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации. Результаты расследования несчастного случая на производстве рассматриваются работодателем (его представителем) с участием выборного органа первичной профсоюзной организации для принятия мер, направленных на предупреждение несчастных случаев на производстве.

На основании акта № о несчастном случае на производстве от (дата), копии трудовой книжки от (дата), медицинской карты № стационарного больного за период лечения с (дата) по (дата), ответа ФКУ «Главное бюро МСЭ по Челябинской области» от (дата) судом установлено,

что (дата) в 17-45 часов произошел тяжелый несчастный случай в плавильном цехе № ОАО Челябинский электрометаллургический комбинат» (ныне - АО «ЧЭМК») при следующих обстоятельствах.

Плавильной бригаде электропечи № было дано задание на выплавку низкоуглеродистого феррохрома в цехе №. Плавильщик ферросплавов цеха № ФИО1 получил задание от мастера печного пролета ФИО2 на уборку разложившегося шлака из приямка ковшевой телеги электропечи №. Около 17-45 часов был произведен выпуск шлака из печи, во время которого плавильщик ФИО1 по требованию старшего плавильщика поднялся из приямка и находился у гона печи. В конце выпуска шлаковня, находящаяся на полу приямка ковшевой телеги наполнилась шлаком и произошло вытекание его на пол ковшевого приямка. Когда плавильщик ФИО6 закрыл летку, плавильщик ФИО7 попытался застропить шлаковню, но из-за высокой температуры выполнить операцию он не смог и поднялся из приямка. Поднявшись на отметку +/- 0, ФИО7 оглянулся и увидел, что ФИО1 находится в приямке и пытается застропить шлаковню. Из-за высокой температуры растекшегося шлака выполнить операцию по строповке шлаковни ФИО1 не смог и попытался подняться из приямка. При перемещении по рельсовому пути ковшевой телеги ФИО1 оступился и ступил левой ногой в горячий шлак, в результате чего получил диагноз, установление (дата) ФИО1 3-ей группы инвалидности с причиной «трудовое увечье» на период до (дата), 40% утраты профессиональной трудоспособности на период до (дата), 30% - с (дата) бессрочно.

Данные обстоятельства истцом не оспариваются.

По итогам расследования комиссии причинами, вызвавшими несчастный случай, являются: нахождение ФИО1 на рабочем месте в состоянии сильного алкогольного опьянения (содержание спирта в его крови 2,5 промилле); выполнение работником ФИО1 непорученной работы; допуск мастером печного пролета плавильного цеха № ФИО2 подчиненного к выполнению трудовых обязанностей в состоянии сильного алкогольного опьянения; отсутствие целевого инструктажа с записью в журнале целевых инструктажей плавильщику ферросплавов ФИО1 

На основании изложенного комиссия пришла к выводу о наличии факта грубой неосторожности со стороны пострадавшего плавильщика ферросплавов ФИО1, послуживший причиной возникновения причинения вреда его здоровью, характеризуемый как легкомысленные действия, выразившиеся в появлении на рабочем месте в состоянии сильного алкогольного опьянения, определила степень вины пострадавшего 75%.

Согласно ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд... 

Оценивая доводы иска об отсутствии целевого инструктажа, о различиях в технологическом процессе и организации рабочего места плавильщика ферросплавов в цехе № и в цехе №, суд учитывает следующее.

На основании приказов №-к от (дата), №-к от (дата), распоряжения № от (дата) (л.д.190-192 т.1) судом установлено, что плавильщик ферросплавов ФИО1 в связи с производственной необходимостью был направлен в плавильный цех № с (дата) по (дата), в связи с чем (дата) ему был проведен инструктаж по сборнику инструкций по охране труда для работающих в плавильном цехе № (далее - БТИ 01.01-2015) (л.д.200-229 т.1).

Проведение указанного инструктажа под роспись отражено в личной книжке инструктажа и обучения по технике безопасности (л.д.102-14 т.1) и подтверждено истцом ФИО1 в ходе судебного разбирательства, следовательно, различия в технологическом процессе и организации рабочего места плавильщика ферросплавов в цехе № и в цехе № не могли являться причиной несчастного случая, доводы истца в этой части являются несостоятельными.

Отсутствие целевого инструктажа истца с записью в журнале целевых инструктажей подтверждено вышеуказанным актом о несчастном случае на производстве, однако несчастный случай произошел с ФИО1 не вследствие того, что он проводил уборку разложившегося шлака из приямка ковшевой телеги электропечи № с нарушением техники безопасности, а вследствие того, что он стал выполнять непорученную ему работу – стропить шлаковню вместо того, чтобы покинуть приямок при возникновении опасности.

Доводы истца и его представителя о том, что строповка шлаковень входит в должностные обязанности плавильщика ферросплавов, 

не опровергает выводов комиссии о выполнении ФИО1 непорученной ему работы, поскольку протоколом опроса пострадавшего от (дата) (л.д.66,67 т.1), протоколом опроса очевидца ФИО2 от (дата) (л.д.71,72 т.1), объяснениями истца в судебном заседании подтверждено, что ФИО1 (дата) непосредственным руководителем было дано иное сменное задание - уборка шлака из приямка ковшевой телеги электропечи №, что попытка произвести строповку шлаковни была предпринята им самостоятельно после того, как другой плавильщик ФИО7 покинул приямок в связи с высокой температурой.

Между тем, согласно п. 3.(дата) БТИ 01.01-2015 при сливании шлака или вывалке «козла» запрещается стоять вблизи шлаковни. 

Именно нахождение в состоянии сильного алкогольного опьянения не позволило ФИО1 объективно оценить возникшую опасность для здоровья, легкомысленно и самонадеянно принять решение о проведении строповки шлаковни после неудачных попыток другого плавильщика, что повлекло потерю времени, достаточного для того, чтобы безопасно покинуть приямок ковшевой телеги электропечи №, при этом общеизвестные последствия сильного алкогольного опьянения в виде замедления психических реакций и нарушения координации движений способствовали тому, что ФИО1 оступился при перемещении по рельсовому пути ковшевой телеги и ступил левой ногой в горячий шлак.

Доводы истца и его представителя о несогласованности действий членов бригады и о нахождении в момент несчастного случая мастера ФИО2 в другом месте, в связи с чем последний не мог руководить действиями подчиненных, 

суд находит несостоятельными, поскольку из объяснений ФИО1 в судебном заседании и рабочей инструкции плавильщика ферросплавов печного пролета плавильного цеха № (л.д.122-125 т.1), БТИ 01.01-2015 следует, что истцу было известно о необходимости покинуть приямок ковшевой телеги при возникновении нештатной ситуации в виде разлива горячего шлака из шлаковни; он видел, что именно так и поступил плавильщик ФИО7; при этом члены плавильной бригады электропечи № не совершали каких – либо действий, препятствующих истцу покинуть приямок ковшевой телеги, не давали истцу задания стропить шлаковню. 

Доводы иска о том, что комиссия не опрашивала ФИО1, поскольку в больницу приезжали представители работодателя в то время, когда истец отходил от наркоза, что происходило, он не помнит, суд находит несостоятельными, 

поскольку ему разъясняли право на личное участие в работе комиссии по расследованию несчастного случая (дата), что подтверждается соответствующим протоколом (л.д.87 т.1); он не опроверг данные им ранее объяснения от (дата), от (дата); был ознакомлен с результатами расследования несчастного случая, ему был разъяснен порядок обжалования решения комиссии органами государственной инспекции труда и судом, а также вручен акт формы Н-1, что подтверждается протоколом встречи комиссии по расследованию несчастного случая от (дата) (л.д.88 т.1). 

Доводы представителя истца в судебном заседании о том, что несчастный случай произошел, в том числе, по причине того, что парк шлаковень в цехе № не обеспечивает безопасность технологического процесса, они имеются в недостаточном количестве и неисправны; конструкция приямка не в полной мере безопасна,

суд находит несостоятельными ввиду того, что данные обстоятельства не находятся в причинно – следственной связи с произошедшим несчастным случаем, своевременный выход ФИО1 из приямка ковшевой телеги при возникновении опасности, без совершения им попыток застропить шлаковню исключил бы возникновение указанного несчастного случая.

Кроме того, суд отмечает, что комиссией установлено и наличие вины работодателя - ответчика в произошедшем несчастном случае, определенна ее степень в размере 25%.

Возражения представителя ответчика относительно пропуска срока обращения в суд с требованием об оспаривании акта о несчастном случае суд находит несостоятельными, поскольку данное требование вытекает из отношений по возмещению вреда здоровью, к которым сроки исковой давности не применяются. 

Оценивая изложенное в совокупности, суд не усматривает законных оснований для отмены акта № о несчастном случае на производстве от (дата) в части установления грубой неосторожности в действиях ФИО1 и определения степени вины пострадавшего в размере 75%, в удовлетворении иска в этой части следует отказать. 

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п.3 ст.8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Объяснениями истца, материалами дела подтверждается, что в результате несчастного случая на производстве ФИО1 длительное время – с (дата) по (дата) - проходил стационарное лечение, в ходе которого произведена ампутация 1 и 2 пальцев левой стопы, резекция головок плюсневых костей левой стопы, некроэктомия 2%, проведена операция по приживлению 3% лоскутов; в дальнейшем он непрерывно проходил амбулаторное лечение до (дата) – до установления 3-ей группы инвалидности, после (дата) – периодически до (дата) г., после чего доказательства обращения за медицинской помощью отсутствуют. При этом истец ежегодно проходит освидетельствование во МСЭ, до (дата) он признан нуждающимся в санаторно – курортном лечении, отропедической обуви. 

Оценивая изложенное в совокупности, судом установлено, что в результате несчастного случая на производстве истцу причинены физические страдания, вызванные болезненными ощущениями как в момент получения термического ожога, так и в последующем - при проведении медицинских процедур и курса лечения, повлекшие вред здоровью, снижение труда на 1/ 3 объема и установление инвалидности на период с (дата) до (дата), частичной утраты профессиональной трудоспособности.

Кроме того, истец испытывал страх за свою жизнь, до настоящего времени переживает из-за боязни дальнейших осложнений травмы, невозможности в полном объеме выполнять прежнюю работу.

При этом суд отмечает, что, несмотря на установление ФИО1 3-ей группы инвалидности вследствие трудового увечья и процента утраты профессиональной трудоспособности, работодатель после травмы предоставил истцу работу, соответствующую состоянию его здоровья, с которой истец уволился (дата) по собственному желанию.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 физических и нравственных страданий в результате повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличия в результате несчастного случая на производстве физических и нравственных страданий, выразившихся в физической боли, связанной с характером причиненных телесных повреждений и особенностями проводимого лечения, переживаниях по поводу утраты трудоспособности, возраст истца, степень утраты им профессиональной трудоспособности - 30% бессрочно, отсутствие инвалидности с (дата).г. по настоящее время, необходимость ежегодного освидетельствования во МСЭ, невозможность полного устранения последствий несчастного случая, степень вины истца в возникновении несчастного случая на производстве – 75%, также требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере *** рублей, в удовлетворении иска в остальной части отказать.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме *** руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить. частично.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 денежную компенсацию в возмещение морального вреда в размере *** рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере *** рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.В. Плотникова