1-ой инстанции гр. дело № 2-442/25

Суд апелляционной инстанции гр. дело № 33-62488/25

Судья: фио

УИД 77RS0018-02-2023-010937-70

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2025 года 	 адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Егоровой Ю.Г.,

судей фио, фио,

при помощнике судьи Епифановой А.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи фио дело по апелляционной жалобе ответчика фио на решение Никулинского районного суда адрес от 27 марта 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования фио (паспортные данные) к фио (паспортные данные), ООО «Трансгаз» (ИНН 

<

***>) - удовлетворить.

Признать недействительным договор цессии от 15.12.2022 г. между фио, фио, ООО «Трансгаз».»

УСТАНОВИЛА:

Истец фио обратилась в суд с иском к ответчикам ФИО1, ООО «Трансгаз» о признании недействительным договора цессии, мотивируя свои требования тем, что 18.03.2022 г. между ФИО2 и ООО «Эксперт-Лизинг», был заключен договор № 1 перемены лизингодателя по договорам лизинга. В рамках указанного договора истцу были переданы права лизингодателя к ООО «Трансгаз». 21.07.2022 г. фио обращалась в АС адрес с иском к Советскому РОСП Уфы об освобождении имущества от наложенного ограничения (запрет на регистрационные действия в отношении имущества - транспортных средств, являющихся предметом вышеуказанного договора лизинга). Определением АС адрес от 22.09.2022 г. по делу А55-21843/2022 дело было передано по подведомственности в Центральный районный суд адрес В настоящее время в производстве Центрального районного суда адрес находится гражданское дело № 2-880/2023. ФИО2, стало известно, что в рамках данного гражданского дела (№ 2-880/2023) иными лицами (ФИО1 либо ООО «Трансгаз») был предъявлен некий договор цессии, якобы заключенный между ФИО2, ФИО1 и ООО «Трансгаз». По данному договору цессии, ФИО1 переданы права лизингодателе отношении ООО «Трансгаз». В связи с чем, Центральный районный суд адрес произвел замену истца со ФИО2 на фио, а фио привлек к участию в деле в качестве третьего лица. Однако фио никакие иные договора цессии об уступке своих прав лизингодателя в отношении ООО «Трансгаз» не подписывала, в том числе не подписывала аналогичные договоры с ФИО1 и ООО «Трансгаз». Каких-либо полномочий на заключение подобных сделок фио также не передавала. Таким образом, истец просила суд признать недействительным договор цессии от 15.12.2022 г. между ФИО2, ФИО1, ООО «Трансгаз»

Представитель истца в судебное заседание суда первой инстанции явился, доводы, изложенные в исковом заявлении, подержал, просил исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО1, действующий также в интересах ООО «Трансгаз», его представитель в судебное заседание суда первой инстанции явились, возражали против удовлетворения исковых требований по доводам письменного отзыва.

Иные участники процесса в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о дате и времени судебного разбирательства извещались судом, что подтверждается сведениями о движении судебной корреспонденции.

Судом постановлено вышеуказанное решение, об отмене которого просит ответчик ФИО1 по доводам апелляционной жалобы.

Ответчик ФИО1 и его представитель фио в судебное заседание апелляционной инстанции явились, доводы апелляционной жалобы поддержали, просили отменить решение суда.

Истец фио в судебное заседание апелляционной инстанции не явилась, обеспечила явку представителя фио, который доводы апелляционной жалобы не признал, просил оставить решение суда без изменений.

Представитель ответчика ООО «Трансгаз» в судебное заседание апелляционной инстанции не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебных заседаний на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (https://mos-gorsud.ru/) за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, в связи с чем судебная коллегия на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотрела дело при данной явке.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что не имеется оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями законодательства.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 15.12.2022 г. от имени ФИО2 подписан договор цессии, заключенный между ФИО2 (Цедент), ФИО1 (Цессионарий), ООО «Трансгаз» (Должник), согласно условиям которого, Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования к Должнику получить долг по договорам лизинга № Л-8-11/18E от 08.11.2018, № Л-17-3/19Е от 12.03.2019, № Л-35-2/19Е от 21.02.2019, № Л-44-3/19E от 21.03.2019, № Л-45-3/19Е от 21.03.2019, № Л-51-3/19E от 22.03.2019, № Л-4-2/19Е от 01.02.2019, № Л-6-2/19E от 01.02.2019, № Л-7-2/19Е от 01.02.2019, № Л-8-2/19Е от 01.02.2019, № Л-9-2/19Е от 01.02.2019, № Л-10-2/19Е от 01.02.2019, № Л-11-2/19Е от 01.02.2019 в размере сумма (далее требование) в соответствии с заключенным договором №1 от 18.03.2022 года перемены лизингодателя по договорам лизинга (п. 1.1 Договора).

К Цессионарию по настоящему Договору переходят все права требования Цедента, в полном объеме и на тех же условиях, которые существуют у Цедента к моменту перехода прав, а также переходят обязанности Лизингодателя по договорам лизинга № Л-8-11/18E от 08.11.2018, № Л-17-3/19Е от 12.03.2019, № Л-35-2/19Е от 21.02.2019, № Л-44-3/19E от 21.03.2019, № Л-45-3/19Е от 21.03.2019, № Л-51-3/19E от 22.03.2019, № Л-4-2/19Е от 01.02.2019, № Л-6-2/19E от 01.02.2019, № Л-7-2/19Е от 01.02.2019, № Л-8-2/19Е от 01.02.2019, № Л-9-2/19Е от 01.02.2019, № Л-10-2/19Е от 01.02.2019, № Л-11-2/19Е от 01.02.2019 (п. 1.2 Договора).

Настоящий договор является основанием к переходу от Цедента к Цессионарию прав собственности на предметы лизинга - имущество по договорам лизинга № Л-8-11/18E от 08.11.2018, № Л-17-3/19Е от 12.03.2019, № Л-35-2/19Е от 21.02.2019, № Л-44-3/19E от 21.03.2019, № Л-45-3/19Е от 21.03.2019, № Л-51-3/19E от 22.03.2019, № Л-4-2/19Е от 01.02.2019, № Л-6-2/19E от 01.02.2019, № Л-7-2/19Е от 01.02.2019, № Л-8-2/19Е от 01.02.2019, № Л-9-2/19Е от 01.02.2019, № Л-10-2/19Е от 01.02.2019, № Л-11-2/19Е от 01.02.2019 (п. 1.3 Договора).

Предметы лизинга на момент заключения настоящего договора находятся во владении и пользовании Лизингополучателя - Должник (ООО «Трансгаз»), в связи с чем акт приема-передачи предметов лизинга между Цедентом не подписывается (п. 1.4 Договора).

Требование переходит к Цессионарию в объеме и на условиях, которые существуют на день подписания Договора: сумма основного долга в размере 6.140.745 (шесть миллионов сто сорок тысяч семьсот сорок пять) рублей сумма.

Также 15.12.2022 г. от имени фио составлена расписка в получении денежных средств, согласно которой в соответствии с заключенным договором цессии от 15.12.2022 г., фио получила сумму основного долга в размере сумма от фио Претензий к Цессионарию не имеет.

Согласно доводам искового заявления истец договор цессии об уступке своих прав лизингодателя в отношении ООО «Трансгаз» не подписывала, в том числе не подписывала аналогичные договоры с ФИО1 и ООО «Трансгаз». Каких-либо полномочий на заключение подобных сделок также не передавала.

В материалах дела стороной истца предоставлен акт экспертного исследования № 2023.09-000053 от 21.09.2023 г. от 21.09.2023 г., выполненный в ООО «Агентство независимых экспертиз «Гранд Инстейт», согласно выводам которого подписи от имени ФИО2, изображения которых расположены на копии Договора цессии от 15.12.2022г. в пункте: «Адреса и реквизиты сторон», в столбце: «Цедент», в графе: «__фио», и на копии Расписки в получении денежных средств от 15.12.2022 г. после слов: «Претензий к Цессионарию не имею», в графе: «__фио/», выполнены не ФИО2, а иным лицом, при условии, что оригиналы подписей выполнены без применения технических приемов и средств.

Определением суда от 26.06.2024 г. по ходатайству истца назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз».

Из заключения экспертов № 1270-ПЧЭ следует, что подписи от имени ФИО2 на договоре цессии от 15.12.2022 года, на расписке в получении денежных средств от 15.12.2022 года (том № 2, л.д. 188-191) выполнены не ФИО2, а иным лицом.

Оценивая заключение экспертов, суд указал, что оснований не доверять указанному заключению экспертов суд не усматривает, поскольку экспертиза проводилась компетентным экспертным учреждением в соответствии со ст. ст. 79, 84, 85 ГПК РФ, заключение экспертов отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31.05.2001 года № 73-ФЗ (в соответствующей редакции), эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Также, судом было принято во внимание, что из показаний, допрошенного в судебном заседании свидетеля со стороны ответчика фио следует, что фио в ее присутствии договор цессии и расписку не подписывала.

Разрешая заявленные требования, применяя положения ст. ст. 153-154, 160, 166-168, 388, 420-421 ГК РФ, исходя из того, что в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт того, что договор цессии от 15.12.2022 г. истцом ФИО2 не подписывался, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца, признании недействительным договор цессии.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на фактических обстоятельствах дела, установленных в ходе судебного разбирательства, и соответствуют требованиям закона, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку всем представленным сторонами доказательствам.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец имела намерение на заключение договора цессии, что подтверждается показаниями свидетеля и передачей оригиналов документов, подтверждающих право требования, ответчику, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку не свидетельствует о том, что в результате между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор цессии, опровергаются доказательствами, имеющимися в деле, которым дана оценка как каждому в отдельности, так и в их совокупности.

Наличие письменного договора, подписанного надлежащими лицами, является существенным (основополагающим) обстоятельством в рассмотрении настоящего спора.

Сделка в письменной форме, на основании части 1 статьи 160 ГК РФ, должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, в силу части 2 статьи 162 ГК РФ, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

Из выводов судебной почерковедческой экспертизы следует, что подписи от имени ФИО2 на договоре цессии от 15.12.2022 года, на расписке в получении денежных средств от 15.12.2022 года (том № 2, л.д. 188-191) выполнены не ФИО2, а иным лицом.

Оснований ставить под сомнение выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, не имеется, поскольку экспертиза проведены с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, что подтверждается документами, приложенными к заключению. Экспертному исследованию подвергнут необходимый и достаточный материал, методы, использованные при исследовании и сделанные на его основе выводы, обоснованы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Установление факта подписи в спорном договоре не истцом ФИО2, а иным лицом, привело суд к выводу о недействительности сделки. Судебная коллегия оснований для переоценки обстоятельств дела исходя из представленных в материалы дела доказательств не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы о недобросовестном поведении истца, злоупотреблении им правами, необходимости применения принципа эстоппеля, основанием к отмене судебного акта не служит. Как и не служит основанием к отмене решения ссылка апелляционной жалобы на то обстоятельство, что заявление истца о недействительности сделки не имеет правового значения, поскольку поведение истца после заключения сделки давало основание ответчику полагаться на ее действительность.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как следует из пункта 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2).

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5).

Между тем, доказательств того, что истец действовал недобросовестно, материалы дела не содержат.

При рассмотрении спора судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, проведена почерковедческая экспертиза, дана оценка всем доказательствам по делу.

Доводы апелляционной жалобы являлись процессуальной позицией ответчика при рассмотрении спора судом первой инстанции, были предметом подробного судебного разбирательства и обоснованно не приняты во внимание судом при вынесении решения по делу, они не ставят под сомнение законность постановленного решения, направлены на иную оценку обстоятельств, правильно установленных судом, с которой у судебной коллегии оснований не согласиться не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции нормы материального и процессуального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Никулинского районного суда адрес от 27 марта 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 17.02.2026 года.

Председательствующий:

Судьи: