УИД44RS0028-01-2020-000518-02

Дело № 1-58/2020

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Кострома 20 октября 2020 года

Костромской районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Чудецкого А.В., 

при секретарях Соловьевой Д.А., Кадыбердеевой С.Т., 

с участием государственных обвинителей: прокурора Костромского района Костромской области Климова А.А., старшего помощника прокурора Вакурова Д.А., 

потерпевшей А,А., 

подсудимого ФИО1, 

защитника Пастуховой О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах. 

ФИО1 в период с 03 часов 53 минут до 04 часов 40 минут 23 марта 2019 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения совместно с ранее ему знакомым С.С. на улице у входной двери в подъезд № (адрес), в ходе ссоры и на почве внезапно возникшей личной неприязни, допуская возможность причинения ему вреда любой степени тяжести, в том числе тяжкого, безразлично относясь к последствиям своих действий, умышленно нанес С.С. многочисленные удары руками и ногами, обутыми в обувь, по различным частям тела и голове, в том числе не менее пяти ударов со значительной силой в область жизненно-важных органов живота и грудной клетки лежащему после падения от ударов на бетонном покрытии крыльца С.С. 

В результате своих действий ФИО1 причинил С.С.: 

- не опасные для жизни, не повлекшие вреда здоровью травму мягких тканей головы, травму мягких тканей шеи, травму поясничной области, травму верхних и нижних конечностей;

- опасную для жизни, повлекшую тяжкий вред здоровью, закрытую черепно-мозговую травму;

- опасные для жизни, повлекшие тяжкий вред здоровью: тупую травму грудной клетки: кровоподтёки на передней поверхности груди в области 2-3 левых рёбер по средино-ключичной линии тусклые овально-округлые и прерывистые, неопределенной формы тускло-серо-синих и багровых тонов размером 3 x3 см, кровоподтёки в проекции внутренней половины правой ключицы и хрящевых частей 2-3 правых рёбер на участке 8x4 см, кровоподтёки в области 3-4 правых рёбер по средне-ключичной линии на участке размером 5x3 см, кровоподтёк от 5 - го ребра до края рёберной дуги справа, между средино-ключичной линией и её границей с передней подмышечной на прерывистом не контурированном (контуры расплывчатые, трудно очерчиваемые) участке 15x9 см, на его фоне по области 7-го ребра по средино-ключичной линии группа внутрикожных крупно-точечных кровоизлияний, взаимное расположение напоминает две продольные линии длиной до 2см, между ними 1,7 см и косопоперечную линию - от верхнего конца наружной до нижнего конца внутренней длиной 2,5 см (общее взаиморасположение напоминает букву «N»), кровоизлияния в подлежащие мягкие ткани, множественные переломы правых рёбер с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани без повреждения пристеночной плевры: разгибательные переломы 2, 3, 4, 5, 6, 7 рёбер справа по средне-ключичной линии, 7-го ребра справа между передней подмышечной и средней подмышечной линиями, 8-го ребра справа между средне-ключичной и передней подмышечной линиями; 9, 10 ребер справа по передней подмышечной линии; сгибательные переломы 4-го ребра справа по передней подмышечной линии, 5, 8 ребер справа по средней подмышечной линии, 6-го ребра справа между передней подмышечной и средней подмышечной линиями; травму живота: размозжение (разрывы капсулы и ткани с элементами фрагментирования паренхимы) правой доли печени в 3-5 см от серповидной связки, от передненижнего края назад на 4/5 толщины, кровоизлияние в связки печени (печёночно-двенадцатиперстную, печёночно-желудочную с продолжением кровоизлияния под серозную оболочку органов, желчного пузыря) и в ободочно-желудочную связку на участке 15x10 см; кровь в брюшной полости в количестве 1200 мл в виде тёмной жидкой крови без свёртков.

От полученной тупой сочетанной травмы груди и живота наступила смерть С.С. на месте происшествия. При этом, нанося телесные повреждения, ФИО1 не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершенном преступлении признал частично, отрицая причинение телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего. 

По обстоятельствам дела показал, что погибший С.С. являлся его родственником, общались с детства. С.С. был доброжелательным, но когда выпивал, состояние менялось, конфликтовал, участвовал в драках, часто ходил с синяками. 

Вечером 22 марта 2019 года около 20 часов он с Свидетель №6 пришел в бар «*****». Ночью туда пришел С.С. В это время он дремал из-за опьянения, С.С. разбудил его. 

С.С. проживал у Свидетель № 2 попросил его проводить до дома, так как он боялся, что на него могли накинуться те, кто находился в квартире. Он спросил причину боязни, но С.С. промолчал. Он согласился его проводить. По дороге они не конфликтовали. 

Подойдя к подъезду, С.С. стал звонить в домофон, но никто не отвечал. Они попытались открыть дверь, дернув ее, но не получилось. Тогда они прошли к окну квартиры, С.С. стал стучать, разбил стекло, повредив руку. В квартире включился свет, и С.С. прогнали нецензурным выражением. Это был мужчина, по голосу похож на Свидетель №2 или Свидетель №3 

Они вернулись к подъезду, он стал замерзать, сказал, что хочет уйти. С.С. резко в него вцепился, начал заламывать ему руки. Он сначала думал, что С.С. шутит, не хочет его отпускать. Он начал сопротивляться. С.С. схватил его за кофту, которая сдавливала горло, и ему было трудно дышать. Он испугался за свою жизнь и предупредил, что применит физическую силу. С.С. не останавливался, тогда он нанес ему два удара (может быть три-четыре, в пределах пяти) по лицу кулаками обеих рук. С.С. начал падать и ухватил его за собой. С.С. находился в положении стоя возле дверей, а он - на краю ступеньки крыльца.

Он сгруппировался и упал на ФИО2, что тот мог получить черепно-мозговую травму в этот момент, так как ударился о бетон головой. С.С. лежал перпендикулярно двери в подъезд, что-то бормотал, был жив. Следов крови он не видел, было темно. При этом обратил внимание, что С.С. был в обуви (кроссовках). Он решил, что с ним ничего не случится и пошел обратно в бар. За время следования к бару никого не встречал. Расстояние от бара до места происшествия составляет 500-600 м. По пути он поскользнулся, упал в снег, ударился коленом и около 5-10 минут лежал. 

В баре на вопрос Свидетель №6 почему он грязный, ответил, что С.С. разбил стекло. 

Затем они пошли домой, и поскольку кофта была в крови С.С. (от травмы руки), он ее выбросил. На следующий день показал это место сотрудникам полиции, которые изъяли кофту.

До встречи с С.С. в кафе у него были ссадины на руках, полученные при падении. 

За вечер он выпил около бутылки водки и еще перед этим самогон у Свидетель №6, однако оценивать состояние опьянения как легкое. 

На месте происшествия с С.С. находился не меньше 20 минут, никто за их конфликтом не наблюдал. 

На видеозаписи, где он демонстрирует движения ногой Свидетель № 15, он тем самым показывал, как пытался открыть дверь, а вторым движением указывал на боль в колене.

Предполагает, что телесные повреждения, от которых наступила смерть С.С., причинены кем-то из квартиры Свидетель №2 за то, что С.С. разбил стекло, так как он четко видел, как включился свет и в отношении него нецензурно выругались. При нем никто из дома не выходил. 

Бутылку из-под портвейна в момент их пребывания на месте происшествия он не видел. 

Описанное свидетелем Свидетель №1 расположение трупа С.С. совпадает с тем, при котором он оставил С.С. В то же время его ноги были чуть согнуты в коленях. 

В связи с наличием существенных противоречий оглашены показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия. 

Согласно показаниям, данных ФИО1 в качестве подозреваемого 26.03.2019, в начале конфликта он ударил С.С. 1 раз кулаком левой руки (так как правая опухла от падения), отчего тот отпустил его и отошел. Затем, когда он намеревался уйти, С.С. схватил его рукой за кофту сзади и потянул на себя, схватил за кофту в районе горла, злобно кричал на ухо. Он испугался и нанес С.С. еще два удара кулаками по лицу, сначала левой рукой, потом правой. От данных ударов С.С. стал пятиться назад, падать на спину и в этот момент схватил его за кофту. От этого он не устоял и упал вместе с С.С. коленом на него, попав в область живота и грудной клетки. 

Когда он встал, С.С. остался лежать на спине, головой к двери подъезда почти перпендикулярно, руки и ноги располагались вдоль туловища. 

По пути обратно в бар он несколько раз поскальзывался, падал вперед на колени. 

Когда утром его опрашивали сотрудники полиции, он не говорил, что падал на С.С., так как его об этом не спрашивали.

Допускал, что мог причинить переломы ребер, травму печени при падении коленом на грудь и живот С.С.

Про обнаруженный на месте происшествия кроссовок пояснил, что не помнит, чтобы он слетал, было темно. Допускал, что слетел во время конфликта с ним (т. 1 л.д. 103-108). 

Во время проверки показаний на месте 26.03.2019 ФИО1 в целом дал аналогичные показания, указал, что в первой фазе драки нанес один удар левой рукой, С.С., во второй - два удара и, возможно, третий удар наотмашь случайно. Разместил манекен, имитирующий С.С., перпендикулярно входной двери в подъезд; уточнил, что ноги трупа при этом в коленном суставе были разогнуты (т. 1 л.д. 126-137, диск с видеозаписью (л.д. 138)).

В ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого 22.10.2019 после предъявления заключения судебно-медицинской экспертизы отказался отвечать на вопросы, связанные с образованием телесных повреждений у С.С. и у него. При аналогичном следственном действии 18.11.2019 показал, что в область головы он мог нанести С.С. 4 и более раз; повреждений от его падения на С.С. не образовалось, травму грудной клетки в виде кровоподтеков и переломов ребер он не причинял; не оспаривает, что повреждения на его руках могли образоваться от нанесения ударов С.С. (т. 2 л.д. 106-112). 

Во время следственного эксперимента 18.11.2019 ФИО1 указал, что во время возвращения в бар он упал в обрыв у дороги и пролежал там около 10-15 минут. Также установлено, что расстояние от подъезда № (адрес) до бара «*****» в (адрес) медленным шагом возможно пройти за 13 минут, а умеренным - за 8 минут 05 секунд (т. 2 л.д. 113-117). 

В ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого 31.01.2020 ФИО1 показал, что зафиксированная на видеозаписи его хромота во время возвращения в бар обусловлена ушибом от падения на проезжую часть. Из-за этого он лежал там некоторое время (т. 3 л.д. 63-67). 

Кроме частичного признания подсудимым вины, совершение им преступления подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, заключениями экспертиз, протоколами следственных действий и другими доказательствами. 

Так, потерпевшая А,А. показала, что С.С. являлся ее племянником, проживал у Свидетель №2 на первом этаже дома *****. Она была его самым близким родственником. Он приходил к ней в выходные дни, помогал в саду. Последний раз видела его в 15 часов 22.03.2019, когда он заходил к ней, сказал, что его сократили на работе. Каких-либо телесных повреждений у него на доступных осмотру частях тела не было. На следующий день в 8 часов утра ей сообщили, что С.С. умер. По характеру он был неконфликтный.

Свидетель Свидетель №1 показал, что23.03.2019 утром в 5 часов он проснулся, решил пойти с бутылкой водки к С.С., который проживал у Свидетель №2 Он позвонил, телефон у С.С. был выключен. Идти до его дома около 10 минут, по пути никого не встретил. Подойдя к дому Свидетель №2, прошел к окну, мимо подъезда не проходил. Постучал в окно, оно частично было разбито. Свидетель №2 сказал нажать «№» на домофоне. Он пошел к подъезду. Там лежала полторалитровая бутылка портвейна, кроссовок, а у подъезда - С.С. Тело лежало под прямым углом к двери, головой к ней, ноги чуть раздвинуты, руки - вдоль туловища. На улицу вышел Свидетель №2, удивился этому. Он думал, что С.С. еще живой, но пульса не было. Они с Свидетель №2 за ноги и за плечи занесли его в дом. Освещение у подъезда отсутствовало, поэтому телесные повреждения увидели в доме: голова и руки были в крови. Стало ясно, что признаков жизни нет. Он пытался произвести реанимационные действия, но они результатов не дали. В процессе занесения тела повреждения не причиняли. 

В квартире были Свидетель №2, Свидетель №3 и еще какой-то мужчина. Все в возрасте от 50 до 60 лет. Свидетель №3 сидел на диване, другой лежал. Он закричал на них за то, что С.С. там лежал, на что они ответили, что не знали этого. Он сказал им, что вызывает полицию и скорую. Выпили бутылку водки, потом он пошел за самогонкой на (адрес). Вернулся когда на месте были сотрудники полиции.

И ФИО3 охарактеризовал с положительной стороны. ФИО1 является братом его жены, С.С. - двоюродный брат. 

Последний раз при жизни видел С.С. неделю назад. На здоровье, конфликты тот не жаловался.

Свидетель Свидетель №2 показал, что С.С. проживал у него течение нескольких лет, работал в магазине «*****». Жили как родные, вместе питались, платили за квартиру. С.С. приносил основной доход, был кормильцем.

22.03.2019 С.С. получил зарплату, они ездили закупаться продуктами. 

Также в магазине рядом с домом купили 3 бутылки портвейна по 1,5 л. Затем вчетвером вместе с Свидетель №3 и их общим знакомым Валерой, выписавшимся в этот день из психиатрической больницы в связи с лечением от алкоголизма, стали употреблять спиртное. Вечером к ним заходил сосед Свидетель №4 

Около 22 часов С.С. позвонила какая-то девушка, и он сказал, что пойдет гулять в бар и чтобы его не ждали, ложились спать, а он придет утром. Когда уходил из дома, жалоб на состояние здоровья не высказывал, телесных повреждений у него не было, с распивавшими спиртное конфликтов не имел. С собой у С.С. были ключи.

Оставшиеся трое остались ночевать. Никто из них ночью из квартиры не выходил. Он (Свидетель № 2) спать лег около 24 часов. 

Утром в 5 часов в окно постучал его (С.С.) брат - Свидетель №1 Время запомнил, так как посмотрел на часы. Свидетель №1 приходил к ним выпить, чтобы дома на него не ругались. Он (Свидетель №2) ему сказал заходить и нажать №» на домофоне. Свидетель №1 позвонил в домофон и закричал в трубку, что Диму убили. Он выбежал из дома к двери подъезда, она не открывалась, так как мешала голова С.С. Свидетель №1 немного пододвинул его (С.С.), и он вышел. С.С. лежал на спине. Один из кроссовок С.С. находился в метре от него, другой - на нем. Недалеко лежала бутылка портвейна. Подумали, что С.С. замерз, занесли его в дом, взяв за ноги и подмышки. Свидетель №1 стал делать искусственное дыхание, проверил пульс и сказал, что он холодный. Вызвали полицию и скорую помощь. Пока ждали, выпили бутылку, принесенную Свидетель №1 С.С. был добродушный, веселый; конфликтов не имел. Употреблял спиртное только в выходные дни. 

Обнаруженную бутылку портвейна С.С. мог приобрести когда уходил из дома, так как время до закрытия магазина ему позволяло. Бутылка была точно такая же, как и приобретенные ими ранее. 

После оглашения показаний, данных на следствии, Свидетель №2 подтвердил их в части того, что слышал звук битого стекла, но вставать не стал. На время при этом не смотрел. Остальные спали. Кроме того, пояснил, что ключи от дома С.С. не брал, он нашел их когда прибирался на следующий день. Противоречия объясняет забывчивостью.

Свидетель Свидетель №3 показал, что в один из дней в 2019 году вечером он пришел в гости к «Свидетель № 2 Н.Л.) в (адрес), там находился В. (фамилии не знает). С ними употреблял водку. Других лиц не было. После употребления легли спать, были пьяные. 

Ночью в домофон позвонил Свидетель №1 и сказал, что лежит ***** (С.С.). 

Свидетель №2 и В. (Свидетель №5) занесли его в квартиру. С.С. был холодный. У него была разбита голова, был весь в крови. Свидетель №2 пытался сделать ему непрямой массаж сердца, но С.С. уже был мертв.

На Свидетель №1 телесных повреждений не было. 

Он на улицу не выходил, где лежал потерпевший, не видел. До приезда полиции находился в квартире. 

С.С. проживал у Свидетель №2, отношения были хорошие, конфликтов не было. Употреблял спиртное по выходным, в будни работал. 

Ни у кого из них конфликтов с С.С. не было, у всех были хорошие отношения. После оглашения показаний, данных на следствии (т.1 л.д. 78-80, т. 2 л.д. 178-180), свидетель подтвердил их. Допускает, что С.С. мог с ними быть, а затем ушел. Также, кроме водки, мог быть портвейн. Ввиду давности событий происходившее помнит плохо.

Свидетель Свидетель №5 показал, чтоДДММГГГГ в дневное время он выписался из психиатрической больницы, ему негде было ночевать, поэтому пошел к Свидетель №2, который проживает в (адрес) в (адрес) одного из домов. С ним они ранее проходил лечение в больнице. Он снял деньги, купил водки, выпил 2 бутылки по 0,25 л и пришел к Свидетель №2 с двумя бутылками водки. Пили еще самогон. События помнит плохо, был пьяный.

В квартире находились Свидетель №2, Свидетель №3 Затем пришел С.С. 

Телесных повреждений у С.С. не было, на состояние здоровья не жаловался.

Вечером он уснул. Ночью проснулся от звона стекла. Он не вставал, уснул опять. 

Проснулся уже когда заносили С.С. Свидетель №2 и мужчина по имени Саша (или Паша), который кричал и просил о помощи. Несли за руки и за ноги, ни обо что не ударяли. 

С.С. был в крови, глаза открытые. Саша (Паша) пытался производить реанимационные действия. При этом повредить ничего не мог. Затем вызвали полицию. При сотрудниках полиции вышли на улицу, там валялся кроссовок и неполная пластиковая бутылка из-под портвейна на расстояниии около 2 метров от кроссовка. 

Об обстоятельствах смерти С.С. ничего не знает. Шума у подъезда ночью не слышал, так как окна находятся с другой стороны. С С.С. знаком давно, лежал с ним в больнице, охарактеризовал с положительной стороны, ни с кем конфликтов не имел. 

После оглашения показаний, данных на следствии (т. 2, л.д. 171-174), подтвердил их, в том числе в части того, что во время распития спиртного еще заходил Антон. 

Свидетель Свидетель №4 показал, что С.С. проживал у Свидетель №2 Он живет по соседству.

В марте 2019 года вечером к нему зашел Свидетель №2, пригласил выпить и покурить. У Свидетель №2 также были Свидетель №3, С.С. и Валера (фамилию не знает). Распивали портвейн (2 или 3 пластиковые бутылки). Они выпили по стопке, затем С.С. предложил ему пойти в бар. Он согласился и ушел переодеваться. Когда вернулся, то С.С. уже не было. Ему объяснили, что тот ушел. Времени было около 22 часов. 

Он прошел по улице примерно 200 м, постоял и вернулся обратно. Зашел к Свидетель №2, покурил и пошел спать. Примерно в двадцать минут пятого услышал крики «***** убили, ***** убили», затем приехала полиция. Его опросили. Так как у него окна пластиковые, то он ничего не слышал. 

Телесных повреждений у присутствующих, включая С.С., не было; на здоровье он не жаловался. Конфликтов у С.С. ни с кем в тот день не было.

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №14 следует, что ее квартира является смежной с квартирой Свидетель №2 Несколько лет у Свидетель №2 проживает С.С., который зарабатывает деньги, кормит и поит Свидетель №2, защищает последнего от лиц, злоупотребляющих спиртным. Свидетель №2 впустил к себе жить С.С., так как последнему негде жить. ФИО4 пьяным она видела редко. С.С. хоть и выпивал, но характеризуется положительно, он ремонтировал двери и окна у Свидетель №2, с соседями не ругался, никого не обижал, в драках она его не видела. В ночь с 22 на ДДММГГГГ она была дома, спала. Дома было жарко, так как сильно работало отопление, в связи с чем у окна была открыта створка. В период с 03 часов 50 минут до 04 часов 00 минут она услышала под окнами голоса двух мужчин, но по голосу их не узнала. Один из мужчин просил Николая открыть, стучал в окно квартиры Свидетель №2 Стучал при этом несильно, но стекло разбилось. Потом мужчины ушли, и она их больше не слышала. В разговоре мужчины были спокойны, не ругались. Утром, около 08 часов от сотрудника полиции она узнала, что С.С. нашли мертвым (т. 1 л.д. 236-240). 

Свидетель Свидетель №6 показал, что вечером ДДММГГГГ он вместе с ФИО1, который является его другом, пришли в бар на (адрес). Около 3 часов к ним подошел С.С., они с ним разговаривали и выпивали у барной стойки. Телесных повреждений на доступных осмотру частях тела у С.С. не было, жалоб на побои не высказывал. Затем он отошел в туалет, а когда вернулся, то ФИО3 не было. Спросил у бармена Свидетель №7, где они. Она ответила, что не знает. С.С. находился в баре полчаса-час. ФИО1 был в джинсах и кофте, на ногах кроссовки. Через 15-20 минут (не уверен во времени) ФИО1 вернулся. Насколько помнит, руки на ладонях были содраны. Других повреждений не заметил. Кофта и шея были в крови. ФИО1 пояснил, что провожал ***** (С.С.), произошел конфликт из-за С.С., и он (ФИО1) его 1 раз ударил. С.С. остался сидеть у подъезда, а он ушел. После этого они пошли домой вместе с девушкой. ФИО1 был очень пьяный, такой же, как и в момент ухода из бара. Они пришли к нему домой, ФИО1 был без кофты. Куда она делась, нет знает. На следующий день пришли сотрудники полиции и забрали ФИО1 Утром события ФИО1 не помнил. Знает, что на трупе С.С. имелись много телесных повреждений, на его вопросы не причинил ли их ФИО1, тот ответил, что нанес 1 удар. Охарактеризовал ФИО1 как неконфликтного.

После оглашения показаний, данных на следствии, подтвердил, что ФИО1, когда ушел провожать С.С., отсутствовал около 1 часа. Когда вернулся, на кофте и джинсах была кровь.

Свидетель Свидетель № 15 показала, что ДДММГГГГ после 22 часов пришла с подругой в бар на (адрес). Там видела ФИО1 Из видеозаписи знает, что разговаривали с ним, но не помнит о чем, так как была пьяная.

Знакома с ФИО1 с детства, охарактеризовала его неконфликтным.

После оглашения показаний, данных на следствии, подтвердила их, пояснила, что, возможно, ФИО1 рассказывал о драке. 

Свидетель Свидетель №7 показала, что работает барменом в кафе на (адрес). 

В марте в 2019 года в одну из суббот С.С. с ФИО1 были в баре, выпивали, не конфликтовали. На видимых частях тела С.С. повреждений не было. 

После 2-3 часов они ушли. ФИО1 вернулся через полчаса-час. Точно не знает, возможно, в пятом часу утра. В районе шеи у него была кровь. На этот счет пояснил, что провожал С.С. и подрался. ФИО1 был пьяный, пошатывался.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля Свидетель №8 от ДДММГГГГ и от ДДММГГГГ оназнакома с ФИО3 С ФИО1 поддерживает дружеские, добрососедские отношения. С С.С. не общалась в силу разницы в возрасте и круга общения. Со слов жителей (адрес) ей известно, что в марте 2019 года С.С. умер, после того, как был избит на улице неизвестными. В один из дней июля 2019 года к ней домой заходил ФИО1 попросить сигарету. В диалоге она спросила ФИО1 как погиб С.С. ФИО1 ответил, что провожал пьяного С.С. домой. У подъезда С.С. ударил ФИО1, и ФИО1 в ответ ударил С.С., отчего тот упал. После этого ФИО1 пнул ногой С.С. и ушел, оставив его живым (т. 3, л.д. 7-9, 21-24). 

В ходе очной ставки Свидетель №8 данные показания в части сообщения ФИО1 о нанесении удара ногой не подтвердила, пояснила, что узнала об этом со слухов в поселке, но не от ФИО1 Раньше говорила иное, так как нервничала из-за беременности, существенной разницы в том, кто именно рассказывал, не видела (т. 3 л.д. 87-90). 

Свидетель Свидетель №9 показал, что по слухам знает, что в марте 2019 года ФИО1 избил С.С. Сам ФИО1 ему ничего не рассказывал. 

В связи с наличием существенных противоречий оглашены показания свидетеля, данные им на предварительном следствии, согласно которым ФИО1 рассказывал о том, что произошло с С.С., а именно как на удар С.С. также ответил ударом, от которого тот упал. Охарактеризовал С.С. как неконфликтного, а ФИО1 как участника различных драк. (т. 3, л.д. 68-71). 

Свидетель №9 не подтвердил указанные показания, пояснил, что показания написаны по инициативе следователя. Оценивая показания данного свидетеля, суд принимает достоверными показания, данные им на следствии. Следственное действие произведено с соблюдение требований закона, Свидетель №9 были разъяснены права. После составления протокола знакомился с ним, замечаний по поводу правильности изложения показаний и любых других в протокол не вносил. Изменение показаний суд связывает с их знакомством с подсудимым. 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля Свидетель №11 в 20-х числах марта 2019 года ему поступил заказ на такси из (адрес) в г. Кострому. Он подъехал к одному из домов в (адрес) около 21 часа. С.С. сел в машину, и они с ним поехали на ул. Шагова. Когда ехали, разговаривали с С.С., тот был обычным пассажиром в состоянии алкогольного опьянения. Он высадил С.С. в районе домов № на ул. Шагова. Перед тем как выйти, С.С. попросил у него номер телефона, чтобы он потом отвез его обратно в (адрес). Он /Попов/ согласился и дал С.С. свой номер, после чего уехал. В тот же день, ближе к полуночи, С.С. позвонил ему и попросил отвезти его обратно в (адрес). Он также подъехал около полуночи на (адрес), в то же место, где к нему в машину сел С.С. После этого он повез его в (адрес). В тот момент С.С. также был в состоянии алкогольного опьянения, но вел себя адекватно, не ругался. Когда они приехали в (адрес), С.С. попросил высадить его у бара «*****». У С.С. телесных повреждений и крови не было, С.С. не хромал и не держался руками за область туловища (т. 2, л.д. 102-105). 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля Свидетель №10 с С.С. он знаком с 2013 года и поддерживали дружеские отношения. С.С. не жаловался на какие-то проблемы, угрозы, по характеру был спокойный, ко всему относился по-человечески, даже к пьяным пациентам в ОГБУЗ «Костромская областная психиатрическая больница», когда работал там санитаром. В последний раз видел С.С. 22.03.2019. В тот день С.С. вечером позвонил ему и сказал, что приедет выпить спиртного. После этого С.С. приехал к нему около 21 часа 50 минут, попросил встретить на улице. Когда он вышел, С.С. стоял возле (адрес). В тот момент С.С. уже был в состоянии алкогольного опьянения. После этого они с С.С.. пошли в магазин, где С.С. купил 2 бутылки водки объемом по 0,5 литра, потом они купили по шаурме и пошли к нему домой. Дома они с С.С. стали пить водку. На тот момент на теле С.С. каких-либо телесных повреждений не было. Перед тем, как они начали выпивать спиртное, С.С. спросил разрешения остаться ночевать. Потом они выпили бутылку водки, С.С. лег на раскладушку. Ночью С.С. встал, оделся, и сказал, что хочет ехать дальше гулять в (адрес). После этого С.С. заказал себе такси и ушел. Когда С.С. уходил, то на нем каких-либо телесных повреждений не было, так как они с ним не ссорились, не дрались (т. 2, л.д. 129-132). 

Показания свидетелей относительно обстоятельств преступления согласуются между собой и с другими доказательствами по делу.

Согласно сведениям системы регистрации происшествий 23.03.2019 в 06 часов в дежурную часть ОМВД России по Костромскому району обратился Свидетель №1, который в (адрес), у (адрес) обнаружил труп С.С. со следами побоев (т.1 л.д. 30).

В этот же день с участием специалистов осмотрено место происшествия - помещение (адрес). В ходе осмотра зафиксировано место расположения трупа, телесные повреждения, трупные явления, начиная с 8 часов 20 минут. Возле входной двери в подъезд описано крыльцо, обнаружены: фрагмент зуба; следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, на крыльце, на двери подъезда, под разбитым окном квартиры. Фрагмент зуба и смывы вещества изъяты (т. 1 л.д. 3-11). 

ФИО1 добровольно выданы предметы одежды: спортивная обувь, джинсы, толстовка со следами крови (т. 1, л.д. 46). 

В ходе выемки 03.04.2019 из морга ОГБУЗ «Костромское областное Бюро СМЭ» изъяты биологические объекты и одежда от трупа С.С. (.1, л.д. 205-208). 

Согласно заключениям эксперта от 24.05.2019 №, №, № фрагмент зуба, кровь и слюна, изъятые 23.03.2019 в ходе осмотра места происшествия, кровь и эпитеальные клетки, обнаруженные на одежде трупа С.С., а также кровь, выявленная на брюках, кофте и кроссовках ФИО1, произошли от С.С. (т. 3 л.д. 185-202, 207-227, 162-180). 

Согласно исследованной в суде и следствии видеозаписи с камер видеонаблюдения снаружи и внутри бара «*****» в 03 часа 52 минуты 45 секунд 23 марта 2019 года из кафе вышел ФИО1, одетый в джинсы, светлого серого и темного цветов, кроссовки. В 03 часа 53 минуты вышел С.С., и они вместе ушли. В 04 часа 40 минут 58 секунд ФИО1 один вернулся в кафе, прихрамывая. 

В 04 часа 49 минут 11 сек ФИО1 вышел из бара на улицу с девушкой (Свидетель № 15). В ходе разговора ФИО1 шатался из стороны в сторону, придерживался руками за ограждения крыльца. В ходе беседы ФИО1 показывал руками на свою одежду, кисти рук, а также демонстрировал удары (толчки) ногами вперед и вниз (т. 1, л.д. 139-141, т. 3, л.д. 14-16)

Свидетель ФИО19 показал, что он является заместителем директора бара «*****». С ноября 2018 года в кафе ведется видеозапись камерами наружного видеонаблюдения. Всего имеется четыре камеры, время (тайминг) на них синхронизировано. В пределах получаса с самого начала их работы имеется расхождение с реальным временем. Запись на каждую из камер производится в зависимости от наличия движения, поэтому видеозапись может иметь разрывы (перескакивания).

Свидетель ФИО20 показал, что в ночь с 22 на 23 марта 2019 года он отдыхал в «*****». Во время нахождения там приобретал спиртные напитки, расплачивался при этом банковской картой.

При просмотре видеозаписи с камеры наблюдения, установленной внутри кафе за барной стойкой, свидетель подтвердил, что именно он расплачивался банковской картой за спиртные напитки 23.03.2019 в 2 часа 51 минуту, 3 часа 16 минут, 3 часа 32 минуты, 4 часа 08 минут, 4 часа 43 минуты (по таймингу камеры видеонаблюдения). 

В ходе допроса представил суду выписку по счету дебетовой карты, при помощи которой он осуществлял платежи. Согласно выписке свидетель расплачивался в кафе 23.03.2019 в 2 часа 27 минут, 2 часа 52 минуты, 3 часа 08 минут, 3 часа 44 минуты, 4 часа 19 минут. То есть разница реального времени со временем, указанным на записи с камер видеонаблюдения, составила 24 минуты. 

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы от 17.04.2019 № на трупе С.С. обнаружены следующие телесные повреждения: 

а) сочетанная тупая травма груди и живота: кровоподтеки на передней поверхности груди справа, асимметрия грудной клетки за счет уплощения правой половины в направлении спереди назад, кровоизлияния в подлежащие мягкие ткани, множественные переломы правых рёбер с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани без повреждения пристеночной плевры (2-5 рёбер по средне-ключичной линии /со смещением отломков), 5-8 условно сверху вниз от передней подмышечной до задней подмышечной линии (из них переломы 6 - 8 рёбер - неполные), 8 - 10 рёбер от средне-ключичной линии до средней подмышечной, размозжение (разрывы капсулы и ткани с элементами фрагментирования паренхимы) правой доли печени в 3-5 см от серповидной связки, от передненижнего края назад на 4/5 объёма (неполное разделение правой доли печени), кровоизлияние в связки печени (печёночно-двенадцатиперстную, печёночно-желудочную с продолжением кровоизлияния под серозную оболочку органов, желчного пузыря) и в ободочно-желудочную связку на участке 15x10 см, гемоперитонеум (наличие свободной тёмной жидкой крови диффузно в брюшной полости общим объёмом 1200 мл).

Данные телесные повреждения возникли от неоднократного взаимодействия с твёрдым тупым предметом (предметами), с возможностью травмирования органов брюшной полости через рёберно-хрящевой остов грудной клетки (печень по передней, боковой и задней поверхностям тела прикрыта рёбрами), являются опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. Принимая во внимание характер и объём данных повреждений, сочетанная тупая травма могла возникнуть незадолго до смерти (микроскопическая картина кровоизлияний соответствует данности не более 1-1,5 часов);

б) кровоподтёк в затылочной области по проекции наружного затылочного бугра, кровоизлияние в подлежащие мягкие ткани, линейный перелом чешуи затылочной кости; множественные кровоподтёки и ссадины на лице, две ушибленные раны в области правой брови, ушибленная рана в области левой брови (верхне-наружный край орбиты), кровоизлияния в подлежащие мягкие ткани (в правой скуловой области с размозжением жировой клетчатки), изолированное кровоизлияние в мягкие ткани левой затылочно-теменной области, кровоизлияния и ссадины слизистой оболочки преддверия полости рта, неполная травматическая экстракция второго правого резца верхней челюсти (перелом зуба в области шейки), острая левосторонняя субдуральная гематома (пластинчатая, толщиной 0,3 - 0,5 см в проекции выпуклой и базальной поверхностей левой лобной доли, общим объёмом 40 мл, без признаков дислокации головного мозга), субарахноидальное кровоизлияние по выпуклой поверхности левой лобной и правой теменной долей, окрашенный кровью ликвор в желудочках мозга.

Перечисленные телесные повреждения на голове возникли незадолго до смерти (картина микроскопических изменений кровоизлияний соответствует давности причинения не более 1-1,5 часов до смерти) от неоднократного взаимодействия с твёрдым тупым предметом, при этом внутричерепные травматические изменения могли возникнуть как в месте приложения травмирующей силы, так и на отдалении от него (удар - противоудар), не имеют собственно опасного для жизни или через развитие угрожающего состояния повреждения головного мозга, и соответственно в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоят. В данном конкретном случае повреждения в затылочной области (повреждения мягких тканей, перелом затылочной кости) подлежат судебно-медицинской оценке, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а тяжесть вреда, причинённого здоровью человека остальными повреждениями в области головы установить не представляется возможным в связи с отсутствием определяющих квалифицирующих признаков и не определившимся исходом вследствие наступления смерти по другой причине;

в) ссадина на фоне кровоподтёка (продолжается на шею с правой половины лица через тело нижней челюсти в поднижнечелюстной треугольник) в верхней трети шеи справа, кровоподтёк в виде внутрикожных кровоизлияний на передне-правой поверхности шеи в средней трети, ссадина на передней поверхности шеи в верхней трети. Кровоподтёки и ссадины в области правого лучезапястного сустава, на тыльной поверхности правой кисти, кровоподтёк в области правого плечевого сустава, кровоподтёк на левом плече, ссадины и кровоподтёки на тыльной поверхности левой кисти, кровоподтёк и ссадина на правой голени. Ссадины в поясничной области в проекции задних остей гребня крыла правой подвздошной кости и по проекции остистых отростков 1-4 поясничных позвонков. Ссадины (пергаментные пятна) на правой боковой поверхности передней брюшной стенки (по области воспалительных изменений кожного покрова).

Данные повреждения возникли от взаимодействия с твёрдыми тупыми предметами, морфологические особенности (цветовая гамма кровоподтёков, свойства дна ссадин) свидетельствуют о том, что повреждения на правой боковой поверхности брюшной стенки носят посмертный характер, остальные ссадины, кровоподтёки - прижизненны, носят поверхностный характер, не являются опасными для жизни, не влекут за собой расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, вреда здоровью не причинили, в причинной связи с наступлением смерти не состоят. Морфология кровоподтёков и ссадин в области шеи, конечностей и в поясничной области соответствует данности образования повреждений на левом плече в период времени около 1-2 дней до смерти, остальных повреждений - не более 1 суток до смерти.

Установить последовательность причинения прижизненных телесных повреждений, обнаруженных на трупе, в группах со сходной давностью не представляется возможным.

Смерть С.С. наступила от сочетанной тупой травмы груди и живота в виде совокупности повреждений мягких тканей, множественных правосторонних переломов рёбер, размозжения правой доли печени с внутренним кровотечением, осложнившейся массивной кровопотерей.

Выраженность трупных явлений, зарегистрированных на 8 часов 20 минут 23 марта 2019 года при осмотре трупа на месте происшествия (фактическое состояние и последующее динамическое изменение), указывает на то, что смерть С.С. могла наступить в промежуток времени за 3 - 6 часов до указанного выше времени.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 4,36 ‰ и 4,96 ‰ соответственно. Указанная концентрация этилового спирта в крови при жизни может соответствовать тяжелому отравлению алкоголем (т. 3 л.д. 111-123).

Эксперт И.И. показал, что он выезжал на осмотр места происшествия 23.03.2019 как дежурный эксперт. После того, как следователь по протоколу дошел до описания трупа, он в соответствии со своими должностными обязанностями приступил к оказанию помощи в данной части. Действия фиксировались в протоколе в режиме реального времени. То, что он непосредственно наблюдал и озвучивал, следователь вносил в протокол. Он описал положение тела, состояние одежды, трупные явления, телесные повреждения. В связи с тем, что была получена информация об изменении положения тела путем перемещения с площадки перед подъездом в помещение квартиры, он произвел измерения термометрии на улице. Оказывалась помощь в поиске следов биологического происхождения на территории, интересующей следствие. 

Измерение трупных явлений началось в 8 часов 20 минут.

В ходе судебно-медицинской экспертизыпри определении давности смерти С.С. он руководствовался ведомственными разъяснениями, учитывал при этом совокупность сведений, отмеченных при осмотре места происшествия, в части трупных явлений, особенностей окружающей среды.

Измерение температуры тела в печени он производил в динамике, руководствуясь методическими указаниями. Неравнозначные промежутки времени при измерении температуры обусловлены последовательностью действий следователя. Решающего значения это обстоятельство не имеет. Этот фактор был одним из тех, которые были положены в основу вывода о давности смерти. 

Образование трупного окоченения может прерываться и начинать образовываться заново, к примеру, после перемещения трупа, манипуляций с ним. На степень трупного окоченения оказывает влияние масса, как внешних, так и внутренних факторов. Определять давность смерти исходя только из трупного окоченения нельзя. 

Из совокупности всех данных им сделан вывод о наступлении смерти трупа за 3-6 часов до осмотра на месте происшествия. С учетом сложности всех обстоятельств указан достаточно большой интервал во временных границах. Исходя из этого полагает, что смерть С.С. наступила в период с 2 часов 20 минут до 5 часов 20 минут. Учитывая установленную давность телесных повреждений, может подтвердить, что они могли образоваться с 3 часов 50 минут до 4 часов 20 минут. 

Уточнил, что в описательной части заключения экспертизы при указании времени регистрации трупных явлений допущена техническая ошибка (вместо 8 часов 20 минут указано 8 часов 30 минут).

Причина смерти С.С. не связана с выявленной концентрацией алкоголя, состояние опьянения не повлияло на смертельный исход, на переломы и на разделение печени. Смерть наступила от повреждений, имевшихся в области груди и живота, с массивным разрушением внутренних органов. Концентрация алкоголя даже в количестве 5 ‰ не является заведомо несовместимой с жизнью. 

Допрошенный в качестве специалиста по ходатайству стороны защиты врач-нарколог Д.Д. показал, что вопросы влияния алкоголя, обнаруженного в организме человека, на его поведение относятся к компетенции судебно-медицинских экспертов. 

Концентрация алкоголя, выявленная у С.С., может свидетельствовать о тяжелой степени опьянения. Такая концентрация может быть смертельной, но может и не быть таковой. Все зависит от организма и условий употребления алкоголя. В его практике встречались лица, имевшие концентрацию алкоголя в два раза больше. 

В соответствии с заключением медико-криминалистической экспертизы от 16.05.2019 № МК при исследовании 2-11 ребер справа от трупа С.С. обнаружены переломы. Морфологические признаки переломов, топография признаков сжатия и растяжения костной ткани в их краях позволяют считать, что по своему механизму переломы:

2, 3, 4, 5, 6, 7 справа по средне-ключичной линии, 7-го ребра справа между передне-подмышечной и средне-подмышечной линии, 8-го ребра справа между средне-ключичной и передне-подмышечной линиями, 9,10 ребер справа по передне-подмышечной линии, являются разгибательными (локальными) и возникли в результате деформации изгиба выпуклостью кнутри.

переломы 4-го ребра справа по передне-подмышечной линии, 5, 8 ребра справа по средне-подмышечной линии, 6-го ребра справа между передне-подмышечной исредне подмышечной линиями являются сгибательными (конструкционными).

В переломах 2-10 правых ребер обнаружены признаки прижизненности в виде блестящих площадок и завальцованности их краев, а большинство их имеют признаки повторной травматизации.

Морфологические свойства свежих переломов 2-10 правых ребер, представленных на экспертизу, с учетом данных судебно-медицинского исследования трупа С.С. дают основание полагать, что закрытая тупая травма груди у С.С. могла возникнуть в результате неоднократных ударных воздействий тупым твердым предметом (предметами) с ограниченной контактной поверхностью в область передней поверхности грудной клетки; нижних отделов передне-боковой и боковой поверхностей правой половины грудной клетки, в проекции локальных переломов, в преимущественных направлениях спереди назад, справа налево и несколько спереди назад, справа налево.

Конструктивные особенности травмировавшего предмета (предметов) в переломах 2-10 правых ребер, представленных на экспертизу, не отобразились (т. 3 л.д. 148-157). 

В соответствии с заключением эксперта от 07.05.2019 № у ФИО1 на момент освидетельствования 26.03.2019 имелись следующие телесные повреждения: 

- травматические отеки мягких тканей в области переносицы и в левой скуловой области, которые образовались от действия твердого тупого предмета (предметов) или при ударе о таковой (таковые), не более чем за 3-4 суток до момента освидетельствования; 

- обширная гематома на тыльной поверхности правой кисти в проекции 3-4-5 пястных костей с переходом на область пястно-фаланговых суставов; гематома и ссадины (5 шт.) на тыльной поверхности левой кисти в проекции пястно-фалангового сустава 3-го пальца; ссадины в области 4-го пястно-фалангового сустава (3 шт.) и в области 5-го пястно-фалангового сустава левой кисти; кровоподтеки на правом предплечье по задней поверхности, в области левого локтевого сустава по задней поверхности, на левом предплечье по задней поверхности, на правом бедре по задне-наружной поверхности; осаднение кожи и ссадины в области левого лучезапястного сустава по тыльной поверхности с переходом на область запястья и 4-й пястной кости, которые образовались от действия твердых тупых предметов или при ударах о таковые, в срок от 2 до 5 суток до момента освидетельствования;

- осаднения кожи в области правого лучезапястного сустава по лучевой (2 шт.) и локтевой (2 шт.) поверхностям, которые образовались от действия твердых тупых предметов или при ударах о таковые, не более чем за 3 суток до момента освидетельствования в бюро СМЭ 26.03.2019 года, что подтверждается морфологическими особенностями повреждений;

Телесные повреждения в виде гематомы на тыльной поверхности правой кисти, гематомы и ссадин на тыльной поверхности левой кисти, кровоподтеков на правом предплечье по задней поверхности, в области левого локтевого сустава по задней поверхности, на левом предплечье по задней поверхности, осаднения кожи и ссадины в области левого лучезапястного сустава по тыльной поверхности с переходом на область запястья и 4-й пястной кости могли образоваться в срок и при обстоятельствах, изложенных в протоколе допроса подозреваемого ФИО1 и при обстоятельствах, указанных ФИО1, в ходе проверки его показаний на месте происшествия от 26.03.2019, а именно при нанесении ФИО1 ударов кулаками по лицу С.С., хватании С.С. за руки ФИО1, заламывании их, удерживании руками.

Возможность образования гематомы на тыльной поверхности правой кисти, гематомы и ссадин на тыльной поверхности левой кисти при поскальзывании и падении на кулаки не исключается. Однако, учитывая характер и локализацию данных повреждений, их образование при поскальзывании и падении является нехарактерным (т. 3 л.д. 129-133).

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 19.09.2019 №/ОСЭ при судебно-медицинской экспертизе у трупа С.С. обнаружены:

- травмы мягких тканей головы, мягких тканей шеи, поясничной области, верхних и нижних конечностей, которые вреда здоровью не причиняют. 

- закрытая черепно-мозговая травма, причинившая тяжкий вред здоровью;

- тупая травма грудной клетки: кровоподтёки на передней поверхности груди в области 2-3 левых рёбер по средино-ключичной линии тусклые овально-округлые и прерывистые, неопределенной формы тускло-серо-синих и багровых тонов размером 3,0x3,0 см; кровоподтёки в проекции внутренней половины правой ключицы и хрящевых частей 2-3 правых рёбер на участке 8,0x4,0 см; кровоподтёки в области 3-4 правых рёбер по средне-ключичной линии на участке размером 5,0x3,0 см; кровоподтёк от 5 - го ребра до края рёберной дуги справа, между средино-ключичной линией и её границей с передней подмышечной на прерывистом не контурированном (контуры расплывчатые, трудно очерчиваемые) участке 15x9 см, на его фоне по области 7-го ребра по средино-ключичной линии группа внутрикожных крупно-точечных кровоизлияний, взаимное расположение напоминает две продольные линии длиной до 2 см, между ними 1,7 см и косопоперечную линию - от верхнего конца наружной до нижнего конца внутренней длиной 2,5 см (общее взаиморасположение напоминает букву «N»); кровоизлияния в подлежащие мягкие ткани; множественные переломы правых рёбер с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани без повреждения пристеночной плевры: разгибательные переломы 2, 3, 4, 5, 6, 7 рёбер справа по средне-ключичной линии, 7-го ребра справа между передней подмышечной и средней подмышечной линиями, 8-го ребра справа между средне-ключичной и передней подмышечной линиями; 9, 10 ребер справа по передней подмышечной линии; сгибательные переломы 4-го ребра справа по передней подмышечной линии, 5, 8 ребер справа по средней подмышечной линии, 6-го ребра справа между передней подмышечной и средней подмышечной линиями. 

- травма живота: размозжение (разрывы капсулы и ткани с элементами фрагментирования паренхимы) правой доли печени в 3 - 5 см от серповидной связки, от передненижнего края назад на 4/5 толщины, кровоизлияние в связки печени (печёночно-двенадцатиперстную, печёночно-желудочную с продолжением кровоизлияния под серозную оболочку органов, желчного пузыря) и в ободочно-желудочную связку на участке 15x10см; кровь в брюшной полости в количестве 1200 мл в виде тёмной жидкой крови без свёртков; 

- посмертная ссадина (пергаментное пятно) на правой боковой поверхности передней брюшной стенки. 

Травмы мягких тканей головы, мягких тканей шеи, поясничной области, конечностей вреда здоровью не причиняют.

Закрытая черепно-мозговая травма, травма грудной клетки, травма живота являются опасными для жизни и причиняют тяжкий вред здоровью.

Смерть С.С. наступила от тупой сочетанной травмы груди и живота в виде множественных переломов рёбер, разрыва печени с её размозжением, что сопровождалось внутренним кровотечением и привело к развитию травматического шока, о чём свидетельствуют повреждения рёбер и повреждение печени, выявленные при судебно-медицинском исследовании трупа, гемоперитонеум (наличие свободной тёмной жидкой крови в брюшной полости объёмом 1200 мл), микроциркуляторные нарушения, выявленные при судебно-гистологическом исследовании.

Телесные повреждения у С.С. образовались в результате механического действия (удар, сдавление, трение) твердого тупого предмета (предметов) в область головы, грудной клетки, живота, поясничной области, в верхние и нижние конечности С.С. Что-либо более конкретно сказать о травмирующем предмете (предметах) и его контактной поверхности (поверхностях) не представляется возможным, так как в повреждениях отобразились только общегрупповые признаки и не отобразились узкогрупповые специфические признаки. 

Степень выраженности трупных явлений, выявленных в ходе динамического измерения при осмотре трупа на месте обнаружения 23.03.2019 в 8 часов 20 минут, соответствует давности смерти не менее 3 часов и не свыше 6 часов до осмотра трупа на месте происшествия.

Характер и локализация повреждений мягких тканей головы свидетельствует о том, что на голову имели место травматические воздействия в направлении спереди-назад и в передне-боковых направлениях.

Закрытая черепно-мозговая травма образовалась от травматического воздействия в направлении сзади-наперёд.

Принимая во внимание локализацию, характер кровоподтёков на передней поверхности грудной клетки, характер и локализацию переломов рёбер, характер повреждения печени следует полагать, что направление механического воздействия при причинении данных повреждений имело место спереди назад.

Сказать о направлении травматических воздействий относительно туловища, на верхних и нижних конечностях не представляется возможным, так как в момент их получения, положение рук и ног могло меняться. 

В момент получения сочетанной тупой травмы груди и живота, состоящей в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, С.С. был обращён передней поверхностью тела к травмирующему предмету и нападавший находился спереди от него или несколько сбоку. 

В область груди и живота С.С. было причинено не менее пяти травматических воздействий по передней поверхности грудной клетки преимущественно справа и в области правого подреберья.

Образование данных повреждений невозможно при падении из положения стоя, с высоты собственного роста как с предварительным ускорением так и без такового.

Образование сочетанной тупой травмы груди и живота невозможно в результате нанесения ФИО1 ударов руками (кулаками) в область туловища потерпевшего, а также в результате нанесения ФИО1 ударов ногами, иными тупыми предметами в область туловища потерпевшего при условии нахождения в положении стоя потерпевшего и нападавшего. 

Возможно ее образование в результате нанесения ФИО1 ударов ногами (стопами обутыми в обувь) в область туловища потерпевшего при условии нахождения нападавшего в положении стоя, потерпевшего - в положении лёжа на спине.

Образование данных повреждений невозможно в результате падения ФИО1 на С.С. коленом в область груди, то есть при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1 в ходе следствия.

Учитывая характер повреждения печени, множественность переломов рёбер, следует полагать, что травматическое воздействие С.С. наносилось со значительной силой. 

В область головы имело место не менее 4 травматических внешних воздействий (правая половина лица, левая половина лица, центральная часть лица, правая затылочная область).

В момент нанесения данных повреждений нападавшее лицо располагалось спереди от потерпевшего или несколько справа и слева от потерпевшего, а, учитывая, что повреждения расположены на боковых правых и левых поверхностях головы, следует полагать, что в момент получения повреждений взаиморасположение потерпевшего и нападавшего менялось. 

Образование части повреждений мягких тканей головы, в том числе закрытой черепно-мозговой травмы, возможно при падении из положении стоя с высоты собственного роста с последующим ударом затылочной областью о тупой твёрдый предмет, о землю, бетонное основанием крыльца.

Образование всей совокупности повреждений мягких тканей на лицевой части головы в результате падения с высоты собственного роста невозможно. 

Образование части повреждений мягких тканей головы возможно в результате нанесения ФИО1 ударов руками (кулаками), иными тупыми предметами в область головы потерпевшего, однако причинение всей совокупности повреждений мягких тканей невозможно при нанесении таких ударов.

Закрытая черепно-мозговая травма образовалась при падении с последующим ударом затылочной областью о тупой твёрдый предмет.

Остальные повреждения головы могли образоваться в результате нанесения ФИО1 ударов ногами (коленями, стопами, обутыми в обувь) в область головы потерпевшего при условии нахождения нападавшего в положении стоя, а потерпевшего в положении лежа на спине. 

Отдельные из повреждений мягких тканей головы могли образоваться и при ударах руками (кулаками) в область головы потерпевшего при условии нахождения нападавшего и потерпевшего в положении стоя.

Образование повреждений на лице невозможно при нанесении трёх ударов по голове кулаком, то есть при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1 в ходе допроса. 

Принимая во внимание макроморфологические признаки, выявленные в повреждениях, обнаруженных в различных областях тела при судебно-медицинском исследовании трупа, микроморфологические признаки, выявленные в мягких тканях из области повреждений, следует полагать, что образовались они в короткий промежуток времени до нескольких минут, десятков минут. 

Образование всех телесных повреждений, обнаруженных на теле С.С., в результате транспортировки (переноса) тела С.С. с улицы в квартиру невозможно. Однако возможно образование ссадин в поясничной области и ссадины в области задних остей гребня крыла правой подвздошной кости. 

Образование повреждений грудной клетки (рёбер), печени в результате возможного оказания С.С. первой медицинской помощи в виде непрямого массажа сердца исключается. 

Повреждения у ФИО1 на тыльных поверхностях обеих кистей, их макроморфологические признаки, выявленные в повреждениях при судебно-медицинском исследовании, указывают на возможное их образование в результате нанесения ударов С.С. в период с 03 часов 50 минут до 04 часов 40 минут 23.03.2019.

Принимая во внимание множественность и характер повреждений, локализующихся преимущественно на тыльных поверхностях обеих кистей, образование обнаруженных у ФИО1 телесных повреждений в области кистей рук в результате падения на руки при подскальзывании исключается.

На представленных предметах одежды (толстовке, брюках, кроссовках) ФИО1 обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на высохшую кровь, которые по механизму образования можно разделить на следующие группы: помарки, отпечатки, пропитывание, отпечатки-мазки, мазки, брызги. 

Образование выявленных следов крови в виде брызг на толстовке и брюках ФИО1 в результате ударов в область туловища руками (в том числе кулаками), ногами, при условии нахождения в положении стоя потерпевшего и нападавшего, исключается. 

Образование следов крови в виде брызг на задней поверхности левой брючины джинсов в результате нанесения ударов С.С. в область головы, туловища, ногами при условии нахождения в положении стоя потерпевшего и нападавшего невозможно. 

Образование следов крови на переде, капюшоне и передней поверхности правого рукава толстовки ФИО1 в виде брызг в результате нанесения ударов С.С. в область головы руками при условии нахождения нападавшего в положении стоя, а потерпевшего в положении лежа на спине, не исключается. 

Образование следов крови в виде брызг на одежде ФИО1 в результате ударов в область туловища руками, ногами при условии нахождения нападавшего в положении стоя, а потерпевшего в положении лежа на спине исключается.

Образование следов крови в виде брызг на задней поверхности левой брючины джинсов в результате нанесения ударов С.С. в область головы и туловища руками и ногами при условии нахождения нападавшего в положении стоя, а потерпевшего в положении лежа на спине невозможно. 

При изучении фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, которые по механизму образования можно разделить на следующие группы:

- следы, обнаруженные на бетонном покрытии крыльца у входной двери, являются каплями и брызгами. Капли образовались в результате свободного их падения с некоторой высоты под действием силы тяжести; брызги летели к поверхности бетонного покрытия крыльца с ускорением под различными углами от источника разбрызгивания, которые могли образоваться как от ударов по предмету (предметам), покрытому (покрытыми) жидкой кровью, так и при стряхивании крови с окровавленного предмета (предметов);

- следы, обнаруженные в нижней части входной двери, по механизму образования являются: 

брызгами, летевшими к поверхности двери с ускорением, под различными углами от источника разбрызгивания, которые могли образоваться как от удара (ударов) по предмету (предметам), покрытому (покрытым) жидкой кровью, так и при стряхивании крови с окровавленного предмета (предметов). Среди данных брызг имеются брызги в виде «восклицательного знака», которые летели с ускорением в направлении снизу вверх от источника разбрызгивания;

потеками, стекавшими книзу под действием силы тяжести; 

мазками, возникшими от динамического контакта (контактов) с предметом (предметами), покрытым (покрытыми) жидкой кровью;

- следы, обнаруженные на боковой поверхности фундамента, являются пропитыванием, образовавшееся от контакта с предметом, покрытым жидкой кровью, и брызгами, летели с ускорением к боковой поверхности фундамента под различными углами, которые могли образоваться от удара (ударов) по предмету, покрытым жидкой кровью;

- следы, которые обнаруженные на бетонном покрытии крыльца: скопление (лужа), образовавшееся от истечения крови, а по периметру лужи расположены брызги, летевшие с ускорением с некоторой высоты от источника разбрызгивания;

- следы, обнаруженные на входной двери в области домофона и «рекламном листе», являются помарками, образовавшиеся от неплотных контактов с предметом (предметами), покрытым (покрытыми) жидкой кровью.

Принимая во внимание месторасположение выявленных следов крови (нижняя часть входной двери и бетонное покрытие крыльца), их образование в результате нанесения ударов С.С. в область головы, туловища руками и ногами при условии нахождения в положении стоя потерпевшего и нападавшего, исключается. 

Учитывая установленный характер следов вещества бурого цвета, похожих на кровь, а также месторасположение данных следов, обнаруженных в нижней части входной двери, бетонном покрытии крыльца, боковой поверхности фундамента в виде брызг, капель, потеков, судебно-медицинская экспертная комиссия считает возможным образование выявленных следов крови на месте происшествия в результате нанесения ударов С.С. в область головы, туловища руками (в том числе кулаками), ногами (в том числе стопами обутыми в обувь), при условии нахождения нападавшего в положении стоя, а потерпевшего в положении лежа на спине.

Образование выявленных следов крови С.С. на месте происшествия при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1 в ходе следствия, а именно в результате нанесении ФИО1 нескольких ударов кулаками С.С. в область головы в районе противоположного от металлической двери края бетонного основания крыльца, исключается, но в то же время, следы в виде пропитывания и лужи с брызгами в области боковой поверхности фундамента и бетонного покрытия крыльца могли образоваться при падении С.С. на бетонное основание крыльца. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт М.М. показал, что давность смерти определяется по совокупности трупных явлений и соответствует не менее 3 и не свыше 6 часов до осмотра трупа на месте происшествия. При этом экспертами учитывалось, что труп перемещался с улицы в помещение, изменялся температурный режим. По степени реактивных изменений, однотипности степени выраженности телесных повреждений можно сделать вывод, что они причинены в короткий промежуток времени, одновременно или в промежуток времени до десятков минут. 

Учитывая массивность повреждений (травмы грудной клетки, живота, разрыва печени), маловероятно, что С.С. мог совершать какие-либо активные действия. 

Образование телесных повреждений в виде тупой травмы груди и живота в результате падения одного человека на другого с надавливанием колен или иной частью тела однократно невозможно. 

Возможность получения телесных повреждений от реанимационных действий исключается.

Повреждения печени и ребер характерны для ударов ногами. 

Обнаруженное в крови количество этилового спирта в крови и мочи трупа С.С. не исключало возможность его жизнедеятельности, поскольку реакция организма на алкоголь индивидуальна. В данном случае количество алкоголя не имеет значения, отравление алкоголем не являлось причиной смерти С.С., установлено внутреннее кровотечение, признаки кровопотери. Смерть С.С. наступила не позднее 05 часов 20 минут. Состояние алкогольного опьянения, кома лишь замедляют реактивности организма. 

При рассмотрении вопросов, поставленных следователем, участие иных специалистов не требовалось.

Телесные повреждения, повлекшие смерть, причинены со значительной силой.

Телесные повреждения в правой части тела (грудной клетки, живота) свидетельствуют о том, что нападавший находился справа. Повреждения печени получены при нахождении потерпевшего в лежачем положении.

С учетом особенностей места происшествия (ограниченности пространства), расположения тела потерпевшего, находиться больше чем двум человекам было невозможно. 

При открывании двери образоваться выявленные повреждения на трупе не могли.

Оценив исследованные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

При этом доводы подсудимого о непричастности к причинению телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего, несостоятельны и опровергаются имеющимися в деле доказательствами. 

Так, согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, в том числе комиссионной, смерть С.С. наступила в промежуток времени за 3 - 6 часов до фиксации трупных явлений в 8 часов 20 минут 23.03.2019 при осмотре трупа на месте происшествия.

Допрошенные в судебном заседании эксперты М.М. и И.И. подтвердили, что указанные границы времени являются предельными.

В ходе судебного следствия стороной защиты высказывались сомнения в отношении обоснованности заключений судебно-медицинских экспертиз по тому основанию, что при осмотре места происшествия трупа могли быть неверно проведены измерения температуры трупа С.С. в печени, а именно не в равные промежутки времени. Данный вывод следует из мнений экспертов, изложенных на форуме на одном из Интернет-ресурсов. 

Вместе с тем указанные суждения не являются основанием для выводов о сомнениях в обоснованности заключений судебных экспертиз, ссылок на нарушенные правовые акты в области судебной медицины не приведено. 

Как пояснил эксперт И.И., измерение температуры тела в печени он производил в динамике, руководствуясь методическими указаниями. Неравнозначные промежутки времени решающего значения не имеют. Этот фактор был одним из тех, которые были положены в основу вывода о давности смерти, и с учетом сложности всех обстоятельств указан достаточно большой интервал между временными границами. 

Следует отметить, что согласно п. 45 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 №н, при исследовании трупных явлений и суправитальных реакций (физиологических изменений в тканях мертвого тела), температуру в ткани печени измеряется при наличии возможности и не менее чем двукратно с часовым интервалом. 

Как следует из протокола осмотра места происшествия, измерения температуры производились в 8 часов 20 минут, 8 часов 55 минут и в 9 часов 20 минут, то есть первое и последнее измерение произведены с часовым интервалом, и действия эксперта не противоречили указанному правовому акту. 

Учитывая изложенное, а также то, что по делу проведены две судебно-медицинские экспертизы трупа, в том числе комиссионная отделом сложных экспертиз, которые не имели между собой противоречий, суд соглашается с заключениями экспертиз, показаниями экспертов и приходит к выводу, что смерть С.С. наступила не позднее 5 часов 20 минут 23.03.2019. 

При этом сочетанная тупая травма груди и живота, повлекшая смерть потерпевшего, возникла в период от 1 до 1,5 часов.

Следовательно, данная травма была причинена с 3 часов 50 минут до 4 часов 20 минут 23.03.2019. 

Из показаний свидетелей ***** и *****, выписки по счету дебетовой карты *****, записей камер видеонаблюдения установлено, что ФИО1 с С.С. покинули бар «*****» в 3 часа 29 минут, ФИО1 один вернулся в бар - в 4 часа 16 минут. 

Согласно проведенному следственному эксперименту время следования подсудимого от места происшествия до кафе составила от 8 до 13 минут. 

То есть подсудимый находился на месте происшествия не менее чем до 4 часов и 3-8 минут. Сам он поясняет, что находился с С.С. у дома в течение примерно 20 минут. 

Таким образом, в установленный период причинения телесных повреждений С.С. ФИО1 находился на месте преступления. 

При этом доводы подсудимого о нанесении С.С. только части телесных повреждений суд отклоняет. 

Согласно экспертным исследованиям все обнаруженные на трупе С.С. телесные повреждения образовались в короткий промежуток времени. 

Обнаруживший С.С. без признаков жизни в шестом часу утра 23.03.2019 на месте преступления свидетель Свидетель №1 описал расположение тела аналогично тому, в каком его оставил ФИО1 после нанесения ударов. 

Данное расположение тела полностью согласуется с локализацией следов крови, выявленных у подъезда дома. В частности, лужа крови на бетонном покрытии крыльца, образовавшаяся от истечения крови, обнаружена в месте падения С.С. и удара головой. 

В непосредственной близости от указанного следа крови располагались и другие (капли, брызги, потеки). 

Данные обстоятельства также свидетельствуют о том, что после первоначального падения С.С. не перемещался на месте преступления. 

Среди следов крови установлены брызги в виде «восклицательного знака», которые летели с ускорением в направлении снизу вверх от источника разбрызгивания.

Механизм образования телесных повреждений и следов крови, приведенный в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 19.09.2019 №/ОСЭ, указывает на то, что лежавшему после падения С.С. наносились удары, в частности, не менее пяти ударов со значительной силой в область жизненно-важных органов живота и грудной клетки, от которых наступила его смерть. 

Образование данных повреждений невозможно ни из положений стоя, ни в результате падения на С.С. коленом в область груди.

По словам эксперта М.М., повреждения печени и ребер характерны для ударов ногами.

По мнению суда именно поэтому после возвращения в бар у ФИО1 наблюдалась хромота, зафиксированная на видеозаписи. И его демонстрация ударов ногой свидетелю Свидетель № 15 связана с рассказом об обстоятельствах драки, а не о процессе открывания дверей, что лишено логики и смысла. 

Данный вывод согласуется и с показаниями свидетеля Свидетель №8, которая дважды в ходе допросов на следствии недвусмысленно утверждала, что со слов ФИО1 он после падения С.С. пнул его ногой. 

Изменение показаний Свидетель №8 в этой части во время очной ставки, отрицание такого разговора с обвиняемым объясняется их знакомством, проживанием в одном доме и характером взаимоотношений. Ее объяснения о причинах смены показаний неубедительны, и суд принимает за основу показания, данные до очной ставки.

Сам подсудимый не дает правдивых показаний относительно событий, происходивших в момент конфликта с С.С., его показания на протяжении производства по делу были непоследовательными и противоречивыми. 

В частности, по-разному он указывал сколько наносил потерпевшему ударов, каким образом (одной рукой или обеими). 

По его же признаниям правоохранительным органам о падении коленями на С.С. он сообщил не сразу. 

В отношении повреждений на своих руках сначала указывал, что они образовались до конфликта с С.С., затем подтвердил их относимость к драке.

В ходе следствия пояснял, что не видел обуви С.С. после драки. В судебном заседании категорично указал, что обратил внимание на обувь, и она была на момент его ухода на потерпевшем. 

Лишь в ходе следственного эксперимента 18.11.2019, когда выяснялось время следования ФИО1 с места преступления до бара, он сообщил, что, упав в обрыв, пролежал на земле 10-15 минут. 

И только в судебном заседании ФИО1 указал на то, что С.С. боялся возвращаться домой, именно поэтому просил его проводить. 

Изменение показаний и противоречия в них ФИО1 объясняет волнением, связанным с уголовным преследованием, отсутствием вопросов со стороны следователя. 

Однако суд считает, что в действительности по мере ознакомления с доказательствами, пользуясь отсутствием прямых очевидцев преступления, ФИО1 пытался скорректировать свои показания под доказательства в части количества ударов, механизма их причинения и собственных повреждений. 

Также, понимая, что согласно заключениям экспертиз время причинения всех телесных повреждений совпадает с его пребыванием на месте происшествия, он стал указывать, что на обратном пути следования в бар упал и лежал в течение 10-15 минут, искусственно сокращая тем самым длительность своего пребывания с Беловыми Д.В. и стараясь создать видимость причастности к преступлению иных лиц. Этим же обусловлены его показания в суде в отношении обуви потерпевшего и наличия возможной угрозы для С.С. со стороны лиц, находившихся по месту его жительства. 

Суд считает данные показания недостоверными. Подозреваясь в совершении особо тяжкого преступления, ФИО1 не мог не сообщить правоохранительным органам указанные сведения. 

В свою очередь, как показали свидетели Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5 и Свидетель №4 во время последней встречи с С.С. ни с кем из них конфликтов у потерпевшего не было. С Свидетель №2 он вообще фактически вел совместное хозяйство и обеспечивал материально. Все они во время совершения преступления находились дома и спали, на улицу не выходили. Остальные допрошенные по делу лица также указывали на отсутствие конфликтов у С.С. перед преступлением.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда нет. Они последовательны, существенных противоречий не имеют, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. Все они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Некоторые противоречия (в частности, у свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2, Свидетель №5 и Свидетель №4) объясняются состоянием опьянения и давностью событий. 

Наличие на месте преступления бутылки портвейна не свидетельствует о причастности к преступлению кого-либо еще. 

Сам ФИО1 на месте преступления и за время своего передвижения от бара и обратно никого не встречал. 

Никаких данных о том, что кто-то другой мог причинить удары С.С., уже получившему тяжкое телесное повреждение в виде черепно-мозговой травмы головы, материалы дела не содержат. 

Таким образом, ФИО1 был единственным у кого был конфликт с С.С., и кто находился на месте преступления на момент образования телесных повреждений, повлекших смерть С.С. 

К показаниям подсудимого, отрицающего факт причинения части телесных повреждений, суд относится критически и расценивает как способ избежать ответственность за совершенное деяние. 

У суда нет сомнений в том, что именно ФИО1 в ходе ссоры и на почве внезапно возникшей личной неприязни умышленно нанес С.С. многочисленные удары руками и ногами по различным частям тела, в результате чего наступила смерть потерпевшего на месте. 

О направленности умысла подсудимого на причинение С.С. тяжкого вреда здоровью свидетельствует тот факт, что он наносил множество ударов, в том числе со значительной силой в область жизненно важных органов. То есть он допускал наступление любого вреда здоровью, в том числе и тяжкого, но безразлично относился к таким последствиям. При этом ФИО1 не желал наступление смерти С.С. и не предвидел возможности ее наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Принимая во внимание изложенное, действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно заключению комиссии экспертов от 06.05.2019 № ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, как и не страдал им во время совершения правонарушения. Психически здоров. Во время совершения правонарушения у ФИО1 не отмечалось признаков временного психического расстройства, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 3 л.д. 140-142).

Суд с выводами комиссии экспертов согласен, сомнений во вменяемости ФИО1 в ходе разбирательства по уголовному делу не возникало, поэтому признает подсудимого вменяемым, подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление и предупреждение совершения новых преступлений, на условия жизни его семьи, а также на восстановление социальной справедливости.

ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление. 

Он ранее не судим; ***** на момент совершения преступления являлся привлеченным к административной ответственности за правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность. 

Смягчающими наказание обстоятельствами суд учитывает частичное признание вины, молодой возраст подсудимого, состояние его здоровья, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку, как следует из показаний ФИО1, данных на протяжении всего производства по делу, таким поводом явились действия С.С., хватавшего его руками за части тела и удерживавшего его, несмотря на высказываемые подсудимым просьбы отпустить. В данной части оснований не доверять показаниям подсудимого нет, их также косвенно подтвердил свидетель Свидетель №6 Кроме того, навязчивое поведение потерпевшего фиксировалось и на записи камер видеонаблюдения.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, является совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Как следует из показаний ФИО1, перед совершением преступления он выпил бутылку водки, а также какое-то количество самогона. Свидетелями, находившимися в баре (Свидетель №6, Свидетель №7), отмечается, что подсудимый находился в достаточно сильной степени алкогольного опьянения. На это указывает и координация его движений на видеозаписи с камеры видеонаблюдения. *****. По мнению суда, в том числе воздействие алкоголя сняло внутренний контроль за поведением подсудимого, повысило его агрессию и повлияло на решимость причинить многочисленные телесные повреждения потерпевшему.

Учитывая наличие отягчающего наказание обстоятельства, а также установленные фактические обстоятельства преступления, степень его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, поэтому основания для применения к ФИО1 положений ст. 64 УК РФ отсутствуют. 

Учитывая изложенное, суд считает, что исправление ФИО1, достижение других целей уголовного наказания возможно только при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы и оснований для применения ст. 73 УК РФ не усматривает.

В то же время суд считает возможным достижение целей наказания без назначения дополнительного наказания.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 должен отбывать наказание, суд определяет в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительную колонию строгого режима. 

В соответствии с положениями ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства: DVD-диск с записью камер видеонаблюдения подлежит оставлению в материалах уголовного дела, одежда ФИО1 и с трупа С.С. - уничтожению, как не представляющие ценности и не истребованные сторонами. 

На период вступления приговора в законную силу мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит изменению на заключение под стражу, поскольку с учетом назначенного наказания иная мера не сможет гарантировать надлежащее исполнение приговора. 

Руководствуясь ст.ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 на период вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу. Взять его под стражу в зале суда. 

В срок отбывания наказания зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 20.10.2020 до дня вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Вещественные доказательства: 

- DVD-диск с записью камер видеонаблюдения - оставить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения последнего;

- толстовку, джинсы, кроссовки ФИО1, одежду с трупа С.С. - уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в Костромской областной суд через Костромской районный суд Костромской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.В. Чудецкий