Судья Горячева М.В. дело № 22-755/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

12 сентября 2025 года г. Кострома 

Костромской областной суд в составе:

председательствующего Веретенниковой Е.Ю., 

при секретаре Горевой Д.А.,

с участием прокурора Моисеевой Е.В.,

обвиняемой ФИО1 (посредством систем видео-конференц-связи), 

адвоката Дульневой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора г. Костромы Поливановой О.С. и апелляционную жалобу адвоката Дульневой Т.Ю. на постановление Димитровского районного суда г. Костромы от 14.07.2025 о возвращении прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Димитровского районного суда г. Костромы от 14.07.2025 уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, возвращено в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ прокурору г. Костромы для устранения препятствий рассмотрения дела судом, срок действия меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 продлен на 3 месяца, по 04.10.2025 включительно. 

В апелляционном представлении прокурор г. Костромы Поливанова О.С. считает постановление суда подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовного закона и существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Считает необоснованными выводы суда о необходимости квалификации действий ФИО1 по факту обнаружения и изъятия наркотических средств при её личном досмотре и в её жилище как двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, поскольку в формулировке предъявленного ФИО1 обвинения имеются основания для вывода о едином продолжаемом преступлении, о чем свидетельствует указание в обвинении на приобретение ФИО1 в целях дальнейшего сбыта одной оптовой партии наркотических средств, которые она, расфасовав, не успела разложить по тайникам в связи с её задержанием. Указывает, что вопреки выводам суда, возбуждение двух уголовных дел по двум фактам изъятия у ФИО1 наркотических средств не влияет на юридическую оценку наличия или отсутствия общего преступного умысла у лица. Полагает, что для рассмотрения уголовного дела по существу у суда первой инстанции препятствий не имелось, основания для квалификации действий ФИО1 как двух преступлений отсутствуют, в связи с чем просит постановление суда отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Дульнева Т.Ю. выражает несогласие с постановлением суда, поскольку изложенные в нем выводы о необходимости квалификации действий ФИО1 по совокупности преступлений не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Отмечает, что из обвинительного заключения следует об одном источнике происхождения наркотических средств, изъятых у ее подзащитной, ФИО1 имела единый умысел на сбыт общей массы изъятых у нее при личном досмотре и в ходе осмотра места происшествия наркотических средств, была задержана сотрудниками полиции до оборудования тайников с наркотиком, в связи с чем её действия органом расследования верно квалифицированы как одно покушение на сбыт наркотического средства. Так же обращает внимание, что в обжалуемом постановлении суд в нарушение ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ указал конкретную статью УК РФ, по которой инкриминированное ФИО1 деяние подлежит новой квалификации. В связи с изложенным просит постановление о возвращении уголовного дела прокурору отменить. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав прокурора, обвиняемую и её защитника, просивших постановление суда отменить, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Согласно фактическим обстоятельствам, изложенным в обвинительном заключении, ФИО1, вступив в предварительный сговор с неустановленным лицом на совместный незаконный сбыт наркотических средств путем оборудования тайников, получив в один из дней мая 2025 года по предоставленным от неустановленного соучастника координатам предназначенную для последующего сбыта оптовую партию наркотических средств - смесь, содержащую производное N-метилэфедрона массой не менее 27,62 грамма, что составляет крупный размер, мефедрон (4-метилметкатинон), массой не менее 4,64 грамма, что составляет крупный размер, гашиш (анаша, смола каннабиса) массой не менее 0,15 грамма, расфасовала указанные наркотические средства в удобные для реализации свертки и пакеты, после чего 20.05.2025, взяв с собой для оборудования тайников часть расфасованных наркотических средств, а именно 46 свертков и 5 полимерных пакетов с наркотическим средством - смесью, содержащей производное N-метилэфедрона массой не менее 23,08 грамма, один полимерный пакет с наркотическим средством - смесью, содержащей мефедрон (4-метилметкатинон) массой не менее 0,52 грамма, а также не менее одного полимерного пакета с наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса) массой не менее 0,03 грамма, проследовала в лесной массив, расположенный вблизи д. 40 на ул. Южная г. Костромы, где около 07:44 была задержана сотрудниками полиции и указанные наркотические средства были у нее изъяты в ходе личного досмотра. Оставшуюся часть расфасованных ею наркотических средств - смесь, содержащую производное N-метилэфедрона массой 4,54 грамма, мефедрон (4-метилметкатинон), массой 4,12 грамма, гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,12 грамма ФИО1 с целью последующего незаконного сбыта оставила на хранение по месту своего жительства по адресу: г. Кострома мкр. Паново д. 25 кв. 158, откуда в последующем в ходе осмотра места происшествия, проведенного сотрудниками полиции 20.05.2025 в период времени с 12:45 до 13:15 указанные наркотические средства были изъяты. Таким образом, ФИО1 и неустановленное лицо свои преступные действия, направленные на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, до конца довести не смогли по независящим от них обстоятельствам, поскольку ФИО1 задержана сотрудниками полиции и указанные наркотические средства изъяты из незаконного оборота. 

Указанные действия ФИО1 квалифицированы органами предварительного расследования по ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, совершенный группой лиц по предварительному сговору с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции привел предъявленное ФИО1 обвинение и мотивировал свои выводы тем, что по смыслу закона, с учетом правовых позиций Верховного Суда РФ, указанные действия ФИО1 следует квалифицировать как совокупность двух преступлений, поскольку в обвинительном заключении преступные действия ФИО1 описаны при различных обстоятельствах.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает.

По смыслу закона сбыт наркотических средств - это незаконная деятельность, повышенная общественная опасность которой состоит в вовлечении в употребление наркотиков широкого круга лиц, при этом здоровье населения определено как один из объектов посягательств, предусмотренных главой 25 УК РФ. Распространение наркотических средств посредством оборудования нескольких тайников-закладок предполагает сбыт запрещенных веществ разным приобретателям и характеризует масштаб преступной деятельности виновного.

Из обвинительного заключения не усматривается, что ФИО1 располагала сведениями о том, как и кому в конечном итоге будут реализованы наркотические средства. Так же изложенные следствием фактические обстоятельства не содержат данных о том, что наркотические средства, изъятые у ФИО1 при личном досмотре, с которыми она была задержана сотрудниками полиции, и наркотические средства, изъятые в жилище обвиняемой, предназначались для одного потребителя, или существовала договоренность с потребителем (или «куратором») о реализации разово всего объема наркотических средств. Напротив, из предъявленного ФИО1 обвинения следует, что наркотические средства, с которыми она была задержана, и наркотические средства, оставленные ею в жилище, предназначались для изготовления с ними не одного, а разных тайников, то есть для сбыта разложенного количества наркотических средств разным потенциальным потребителям, которые имели возможность приобрести наркотические средства через различные тайники-закладки, в разное время и в разных местах.

Изложенному корреспондируют и разъяснения, содержащиеся в "Обзоре судебной практики по делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов", утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 июня 2024 года, в соответствии с которыми действия, которые были направлены на сбыт наркотических средств нескольким потенциальным приобретателям и выражались в расфасовке наркотических средств и размещении их в разных тайниках-закладках, хотя и были совершены в один период времени, но с целью сбыта наркотических средств разным лицам, следует рассматривать применительно к каждой закладке как отдельное преступление с самостоятельным конкретизированным умыслом, а в целом такие действия - как совокупность преступлений, предусмотренных статьей 228.1 УК РФ (пункт 11).

Таким образом, выводы суда о том, что изложенные в обвинительном заключении фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой не как одного продолжаемого преступления, а как двух самостоятельных преступлений, являются обоснованными. Доводы апелляционных представления и жалобы о том, что из обвинительного заключения следует об одном источнике происхождения наркотических средств и о том, что обвиняемая не приступила к оборудованию тайников, являются не состоятельными, поскольку из приведенных в обвинении обстоятельств не следует о предназначении всего объема изъятых у ФИО1 наркотических средств для одного потенциального приобретателя.

Учитывая, что объем наркотических средств, изъятых как при личном досмотре ФИО1, так и при осмотре её жилища образует крупный размер, суд лишен возможности самостоятельно устранить допущенное нарушение уголовного закона, поскольку это влечёт за собой увеличение объёма обвинения, ухудшает положение обвиняемой, нарушает её право на защиту от более тяжкого обвинения в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, выявив несоответствие квалификации действий обвиняемой фактическим обстоятельствам дела, изложенным в обвинительном заключении, суд первой инстанции обоснованно посчитал данное обстоятельство препятствием для рассмотрения дела по существу и принял правильное решение о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Вместе с тем, как обоснованно указано адвокатом Дульневой Т.Ю. в апелляционной жалобе, суд, придя к верному выводу о необходимости возвращения уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части постановления указал на наличие в действиях обвиняемой признаков составов двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ УПК РФ, что нарушает требования ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ, согласно которым при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой деяние подлежит новой квалификации.

Данное нарушение возможно устранить в суде апелляционной инстанции исключив из описательно-мотивировочной части постановления указание суда о том, что указанные в обвинительном заключении действия ФИО1 следует квалифицировать как совокупность двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Иных нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего дела допущено не было и постановление суда не подлежит отмене или изменению по доводам апелляционных жалобы и представления. 

Учитывая данные о личности ФИО1, обвиняемой в совершении особо тяжкого преступления, суд апелляционной инстанции считает, что избранная в отношении нее мера пресечения в виде заключения под стражу изменению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Димитровского районного суда г. Костромы от 14.07.2025 о возвращении прокурору уголовного дела в отношении ФИО1 изменить, исключив из описательно-мотивировочной части указание о том, что действия ФИО1 следует квалифицировать как два преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В остальном постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление прокурора г. Костромы Поливановой О.С. и апелляционную жалобу адвоката Дульневой Т.Ю. – без удовлетворения.

Кассационные жалобы, представление могут быть поданы во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. Лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.Ю. Веретенникова