Судья Шалагин А.С. Дело № 22-3319/2019

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Новосибирск 08 июля 2019 года

Судья Новосибирского областного суда Бондаренко Е.В.,

при секретаре Гусельниковой О.В.,

с участием:

государственного обвинителя Богера Д.Ф., 

осужденного ЧСВ, 

защитника – адвоката Анкудиновой О.В.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ЧСВ на приговор Калининского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении 

ЧСВ, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, ранее судимого:

1. ДД.ММ.ГГГГ Киселевским городским судом 

<

адрес> (с учетом внесенных изменений) по ст. 162 ч. 2 УК РФ (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам 11 месяцам лишения свободы; освободившегося ДД.ММ.ГГГГ условно-досрочно на 01 год 02 месяца 3 дня; 

2. ДД.ММ.ГГГГ Киселевским городским судом 

<

адрес> (с учетом внесенных изменений) по ст. 162 ч. 1 УК РФ (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) (5 преступлений) с применением ст. 64 УК РФ, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 3 годам 9 месяцам лишения свободы, освободившегося ДД.ММ.ГГГГ условно-досрочно на 1 год 25 дней; 

3. ДД.ММ.ГГГГ Беловским городским судом 

<

адрес> по ст. 162 ч. 2 УК РФ к 4 годам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освободившегося ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания; установлен административный надзор с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

4. ДД.ММ.ГГГГ Октябрьским районным судом 

<

адрес> по ст. 158 ч. 2 п. «в» УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, освободившегося ДД.ММ.ГГГГ условно-досрочно на 5 месяцев 26 дней;

5. ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей 7-го судебного участка Калининского судебного района 

<

адрес> по ст. 158 ч. 1 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, условно с испытательным сроком 1 год, с сохранением УДО;

6. ДД.ММ.ГГГГ Калининским районным судом 

<

адрес> по ст. 158 ч. 2 п. «б, в», ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы,

У С Т А Н О В И Л:

по настоящему приговору ЧСВ осужден по ст. 158 ч. 2 п. «б, в» УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения с наказанием по приговору того же суда от ДД.ММ.ГГГГ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Срок отбытия наказания исчислен с ДД.ММ.ГГГГ.

На основании ст. 72 ч. 3.1 п. «а» УК РФ зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 02 октября до ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Зачтено в срок отбытия наказания отбытое ЧСВ наказание по приговору Калининского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

С ЧСВ в пользу потерпевшей ФИО1 в возмещение ущерба взыскано 32.000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Как следует из приговора, ЧСВ признан виновным в том, что в период с 16 часов ДД.ММ.ГГГГ до 09 часов ДД.ММ.ГГГГ с целью кражи незаконно проник в металлический гараж, расположенный в 50 метрах от 

<

адрес>, откуда, действуя умышленно, тайно похитил имущество ФИО1 на общую сумму 65.100 рублей, причинив тем самым значительный материальный ущерб потерпевшей.

Действия ЧСВ судом квалифицированы по ст. 158 ч. 2 п. «б, в» УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

В судебном заседании ЧСВ виновным себя признал полностью. 

На приговор осужденным ЧСВ подана апелляционная жалоба и дополнение к ней, в которых считает приговор незаконным, несправедливым, не соответствующим ст. 7 ч. 3 УПК РФ, подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона. 

В обоснование доводов, ссылаясь на ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, принципы и нормы международного права, считает, что суд не дал оценку нарушениям его права на защиту на досудебной стадии, ведению следствия недозволенными методами.

Обращает внимание на то, что он вину в инкриминируемом ему преступлении не признает, явку с повинной и показания, данные им на следствии, не поддерживает, поскольку оговорил себя под давлением следствия, оказанного с помощью выданного ему спиртного, которое он распил в ходе обыска. В судебном заседании он воспользовался ст. 51 Конституции РФ и отказался давать показания из-за неоднократного отказа суда в вызове понятой ФИО3, которая в действительности не участвовала при проведении обыска в его жилище.

Недопустимыми доказательствами являются видеозапись на СD диске из-за копирования информации с электронного носителя без участия специалиста и протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку проведен с участием одного понятого ФИО2.

Следователь ФИО2, проводившая обыск и подтвердившая участие ФИО3 при обыске, является заинтересованным лицом. Действующий сотрудник Росгвардии свидетель ФИО2 также подтвердил, что ФИО3 подошла позже и участвовала при обыске. Законность проведенного неотложного следственного действия – обыска проверил судья Шалагин А.С., постановивший настоящий приговор.

Считает, что следователь и защитник Дайбова грубо нарушили его права. С постановлениями о назначении экспертиз и их заключениями он был ознакомлен в один день ДД.ММ.ГГГГ. 

По делу выявлены обстоятельства, способствовавшие преступлению, что подтверждается представлением о принятии мер по их устранению, которые не получили оценку суда в приговоре.

Осужденный ЧСВ и адвокат Анкудинова О.В. в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы осужденного об отмене приговора суда.

Государственный обвинитель Богер Д.Ф. просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, считая приговор суда законным, обоснованным и справедливым. 

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела, считаю, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит, а приговор суда является законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность ЧСВ в совершении кражи, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена и подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре. 

Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Оснований не доверять приведенным в приговоре показаниям потерпевшей и свидетелей, нет, поскольку они последовательны, непротиворечивы, соответствуют друг другу и фактическим обстоятельствам дела, оснований для оговора ЧСВ кем-либо из этих лиц по делу судом не установлено.

Как следует из материалов дела, изложенные в апелляционной жалобе доводы о допущенных существенных нарушениях уголовно-процессуального закона на досудебной стадии, о недопустимости доказательств, были предметом тщательного исследования и проверки в ходе судебного следствия, оценены они в совокупности со всеми материалами дела и обоснованно признаны несостоятельными. 

Доводы осужденного о невиновности в совершении кражи опровергаются собранными по делу с соблюдением процессуальных норм и исследованными судом доказательствами.

Так, эти доводы опровергаются показаниями самого ЧСВ, данными им в присутствии защитника на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, где он пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ около 03 часов он, возвращаясь домой, решил проникнуть в гараж около дома 

<

адрес>, дома взял гвоздодер и фонарик, вернулся, гвоздодером сорвал навесной замок с ворот и проник внутрь гаража, откуда вынес сварочный аппарат, две бензопилы, 4 колонки на автомобиль, 4 литых диска, генератор от автомобиля, радиатор, 3 цепи на бензопилу, 4 тормозные колодки, автомобильную головку, 3 стартера на бензопилы, покрышки на автомобиль. Однако себе забрал только 4 новые покрышки, 4 других оставил у гаража. В гараже он потерял свой гвоздодер, вызвал такси, в которое все загрузил и отвез до 

<

адрес> в пункте приема металла по 

<

адрес> сдал автомобильную головку, 3 стартера на бензопилы за 800 рублей, через объявление на остановке о скупке колес, продал приехавшему мужчине 4 покрышки за 4.000 рублей. Остальное похищенное имущество изъяли при обыске в его жилище (т. 1 л.д. 62-64, 200-203).

Протоколы допроса ЧСВ в качестве подозреваемого и обвиняемого составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, заверены подписями участвующих лиц. ЧСВ был допрошен с участием защитника, перед началом допроса ему были разъяснены, предусмотренные законом права, а также ст. 51 Конституции РФ, он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и в случае его отказа от них. 

Согласно протоколу явки с повинной ЧСВ, подтвержденной осужденным в судебном заседании, последний пояснял о том, что ДД.ММ.ГГГГ около 3 часов ночи он проник в гараж по 

<

адрес> похитил находящееся в нем имущество (т. 1 л.д. 55).

Следовательно, судом данные доказательства правильно приняты в качестве таковых, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при их получении не допущено.

Кроме того, содержание текста протоколов допроса и явки с повинной ЧСВ само по себе исключает возможность самооговора ЧСВ себя под воздействием недозволенных методов ведения следствия, поскольку протокол его допроса и явки с повинной содержат сведения, которые могли быть известны только самому ЧСВ и данные сообщенные им в ходе допросов и при даче явки с повинной нашли подтверждение приведенными судом доказательствами.

Следовательно, судом обоснованно отвергнута версия осужденного о даче показаний под воздействием недозволенных методов ведения следствия и самооговоре. 

Обстоятельства совершения преступления, которые сообщил ЧСВ в явке с повинной и, будучи допрошенным в качестве подозреваемого и обвиняемого, нашли свое подтверждение путем сопоставления с другими доказательствами по делу.

Так, из показаний свидетеля ФИО4 на следствии и в суде следует, ДД.ММ.ГГГГ около 03 часов 48 минут к нему в гараж № по 

<

адрес> пришел ЧСВ и предложил купить автомобильную головку и стартеры для бензопил. Он купил у него автомобильную головку и стартеры для личного пользования за 800 рублей. С внешней стороны гаража имеется камера видеонаблюдения. В тот же день около 10 часов приходил мужчина, представившийся 

<

данные изъяты>, интересовался о том, приносил ли кто ночью вещи. Он (ФИО4) показал ему головку от автомобиля, тот сказал, что она принадлежит ему и ее похитили из его гаража. Также перечислил другие вещи, которые ЧСВ не приносил. На просмотренной им (ФИО4) в судебном заседании видеозаписи СD-R диска, изображен ЧСВ с мешком и имуществом, которое передает ему.

Согласно показаниям потерпевшей ФИО1 на следствии и в суде, у нее в собственности имеется гараж в 50 метрах от 

<

адрес>, ворота которого закрываются на навесной замок. ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов она видела закрытый на замок гараж. Около 23 часов отключили свет, двор дома не освещался. ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов она вышла на улицу и обнаружила, что замок на воротах отсутствует, сами ворота прикрыты. Она посмотрела гараж и обнаружила, что похищено имущество: 4 колеса (покрышки) с зимней резиной с размером К-16 марки «Ханкук», 4 колеса (покрышки) с зимней резиной с размером К-16 германского производства, бензопила марки «Штиль», бензопила марки «Партнер», сварочный аппарат «АRD 150», 2 автомобильные колонки марки «Пионер», 2 автомобильные колонки марки «JVS», 4 литых диска размером К-15, автомобильная головка от двигателя автомобиля ВАЗ-2104, 3 стартера от бензопил, 3 цепи на бензопилу, генератор и радиатор от автомобиля, 4 автомобильные колодки на автомобиль «Тойота Надиа», а всего на общую сумму 65.100 рублей, что является значительным материальным ущербом. Она и ФИО5 ездили в пункт приема металла по 

<

адрес>, где обнаружили похищенные стартера от бензопил и головку от двигателя. С разрешения хозяина смотрели видеозапись, на которой увидели, что в 03 часа 48 минут мужчина в кожаной куртке черного цвета принес в гараж головку от двигателя. Затем ездили к 

<

адрес>, где она увидела и опознала мужчину с видеозаписи, которого как ей стало известно от сотрудников полиции, зовут ЧСВ, у которого была изъята часть похищенного имущества и возвращена ей. В ходе обыска ЧСВ сказал: «Вот оно все ваше забирайте. Колес нет, они уехали».

Из показаний свидетеля ФИО5, на следствии и в суде, следует, что он проживает с ФИО1, у которой есть гараж, ворота которого закрываются на навесной замок. ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов ФИО1 видела гараж, закрытый на замок. На следующий день около 09 часов обнаружили отсутствие замка на прикрытых воротах и пропажу имущества. Он и ФИО1 ездили в пункт приема металла, обнаружили стартера и головку от двигателя, на видеозаписи видели, как в 03 часа 48 минут мужчина в кожаной куртке черного цвета принес похищенное у них имущество. Затем ездили к 

<

адрес>, где он (ФИО5) увидел мужчину с видеозаписи, которого опознал. От сотрудников полиции ему стало известно, что это ЧСВ, часть имущества была возвращена.

Свидетель ФИО2 в суде подтвердил, что он и его супруга ФИО3 участвовали понятыми при обыске в жилище ЧСВ в 

<

адрес>. Обыск сотрудники полиции начали в присутствии его и его жены. ЧСВ добровольно выдал: 4 литых диска, бензопилу «Штиль», бензопилу «Партнер», сварочный аппарат «АКБ 150», генератор, радиатор, 3 цепи на пилу, 2 колонки «Пионер», 2 колонки «JVS», 4 тормозных колодки, которые изъяли, упаковали и опечатали, по результату составлялся протокол. У ЧСВ в руках была бутылка пива, но он не был пьяным, находился в адекватном состоянии, нормально реагировал на вопросы, отвечал внятно.

Согласно показаниям свидетеля ФИО2 в суде следует, что ДД.ММ.ГГГГ она проводила обыск в жилище ЧСВ при участии двух понятых, которым до начала следственного действия были разъяснены права и обязанности по ст. 60 УПК РФ, существо и цель мероприятия. В ходе обыска ЧСВ сам показал местонахождение похищенного им имущества, которое было изъято, о чем составлялся протокол, замечаний и дополнений у участвующих лиц, в том числе у ЧСВ не имелось.

Вышеприведенные показания потерпевшей и свидетелей объективно подтверждаются протоколом обыска в жилище ЧСВ в 

<

адрес> в 

<

адрес>, согласно которому в присутствии двух понятых обнаружено и изъято похищенное имущество (т. 1 л.д. 41-42).

В судебном заседании осужденный ЧСВ подтвердил, что похищенное он выдал добровольно (т.2 л.д.31 об.).

Из протокола осмотра места происшествия - гаража № в 100 метрах от 

<

адрес>, и. 

<

адрес>, следует, что изъяты 3 стартера от бензопил, автомобильная головка, видеозапись на диске, которая изъята путем записи на камеру телефона и сохранена на диск (т. 1 л.д. 19-23).

На видеозаписи на диске CD-R, признанной вещественным доказательством и просмотренной в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ около 03 часов 48 минут изображен ЧСВ, с мешком, в котором находилось имущество, переданное ЧСВ свидетелю ФИО4 (т.1 л. д. 117-119).

Сопоставив показания вышеуказанных лиц между собой и с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оснований не доверять показаниям данных лиц, нет, поскольку они последовательны, непротиворечивы, соответствуют друг другу и фактическим обстоятельствам дела, оснований для оговора ЧСВ кем-либо из этих лиц по делу судом не установлено и, по убеждению суда апелляционной инстанции, такие основания объективно отсутствуют.

Ссылка в жалобе на недостоверность показаний свидетеля ФИО2 и ФИО2 не содержит убедительных мотивов, почему достоверность данных показаний суд должен был подвергнуть сомнению.

Место работы понятого ФИО2, являющегося сотрудником ГУП «Охрана» Росгвардии, само по себе не свидетельствует о его заинтересованности в исходе дела, а предусмотренных ст. 60 УПК РФ обстоятельств, исключающих его участие в качестве понятого, не имеется.

Свидетель ФИО2 является старшим следователем 4 ОРП на ОТ 

<

адрес> СУ УМВД России по 

<

адрес>, которая в силу своих служебных обязанностей проводит следственные мероприятия по раскрытию преступлений.

Уголовно-процессуальный закон не содержит запрета таким сотрудникам давать показания об обстоятельствах расследования уголовного дела. 

Данных о какой-либо личной заинтересованности указанных свидетелей в исходе дела, из материалов дела не усматривается. Показания свидетелей ФИО2 и ФИО2 были исследованы судом в совокупности между собой и с другими доказательствами, оценены судом, оснований сомневаться в правдивости показаний данных лиц не имеется. 

Требования уголовно-процессуального кодекса РФ при производстве по делу органами предварительного следствия были соблюдены.

Судом установлено, что при проведении обыска по месту жительства ЧСВ, проведенного в его присутствии, участвовали двое понятых, что нашло свое отражение в протоколе обыска от ДД.ММ.ГГГГ. Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей понятой ФИО2 и проводившая обыск следователь ФИО2, подтвердили участие понятой ФИО3 в указанном мероприятии. При этом из показаний свидетеля ФИО2 следует, что ФИО3 действительно подошла на 5 минут позже него, но обыск был произведен в ее присутствии.

Также, согласно показаниям данных свидетелей явных признаков алкогольного опьянения у ЧСВ не обнаруживалось, его речь была связной, поведение адекватным ситуации, жалоб на состояние здоровья не высказывал. 

ЧСВ были разъяснены его права, о чем в протоколе имеется его подпись, при этом возражений и замечаний, в том числе по участию одного понятого и его нетрезвому состоянию, от него не поступило. 

Ссылка осужденного о выдаче ему спиртного сотрудниками полиции является надуманной и материалами дела не подтверждается.

Вопрос о законности производства обыска рассматривался судом и ДД.ММ.ГГГГ принято решение о законности обыска в жилище ЧСВ (т. 1 л.д. 44).

При таких данных суд первой инстанции обоснованно признал протокол обыска допустимым доказательством, поскольку существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих его недопустимость, при производстве данного процессуального действия не допущено.

Оснований, предусмотренных ст. 61, 63 УПК РФ, для отвода председательствующего в судебном заседании судьи не имеется, поскольку судья, рассматривающий материалы о проведении обыска в жилище подозреваемого, при принятии решения в рамках досудебного разбирательства не делал выводов по вопросам, которые подлежат исследованию при рассмотрении уголовного дела по существу, в том числе о виновности осужденного, не давал оценки собранным по делу доказательствам с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности для признания ЧСВ виновным. 

При таких данных препятствий для его участия в суде первой инстанции при рассмотрении настоящего уголовного дела по существу, не имелось.

Процессуальных оснований для признания недопустимым доказательством видеозаписи с камеры наружного наблюдения, установленной перед входом в гараж №, расположенный в 100 метрах от 

<

адрес> в 

<

адрес>, также не имеется. 

Данных, свидетельствующих о наличии признаков монтажа видеозаписи, по делу не установлено. То обстоятельство, что видеозапись была перенесена с помощью записи на камеру телефона и на внешний носитель компакт-диск без участия специалиста, на что указывается в жалобе, не свидетельствует о порочности вышеуказанного доказательства, поскольку электронный носитель информации не изымался, применение специальных познаний и навыков при копировании записи на телефон и компакт-диск не требовалось, в связи с чем, оснований для привлечения специалиста не имелось.

В дальнейшем содержащаяся на компакт-диске видеозапись была просмотрена, в том числе с участием сторон и свидетелей, достоверность и относимость содержащихся в ней сведений сторонами не оспаривалась.

Таким образом, уголовно-процессуальный закон при получении данных доказательств нарушен не был, соответственно и оснований для признания недопустимыми этих доказательств не имеется.

Вопреки доводам жалобы в ходе предварительного следствия каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона и прав осужденного ЧСВ не допущено. 

Как следует из материалов дела, на предварительном следствии ЧСВ был обеспечен квалифицированной юридической помощью в лице профессионального защитника – адвоката Дайбовой А.Н..

Каких-либо заявлений от ЧСВ в связи с ненадлежащей или неэффективной защитой его интересов в ходе предварительного следствия не поступало. Напротив указывал в протоколах следственных мероприятиях, что защиту своих интересов доверяет защитнику Дайбовой А.Н., на участие которой согласен.

В материалах дела отсутствуют объективные данные о том, что адвокат Дайбова А.Н. проявила пассивность или некомпетентность, не предприняла достаточных мер для осуществления эффективной защиты ЧСВ, или же, что адвокат нарушил свои профессиональные обязанности защитника.

Позиция адвоката соответствовала избранной позиции ЧСВ, была направлена на защиту его интересов, и способ защиты, выбранный ЧСВ, был поддержан адвокатом. При этом ЧСВ никаких замечаний о работе адвоката, а также ходатайств о замене адвоката, отвода адвокату не заявлял.

Отсутствие нарушения права на защиту подтверждается и протоколом судебного заседания, согласно которому ЧСВ отводов адвокату Дайбовой не имел, а заявил о недоверии только тогда, когда уже судебное следствие было закончено, в связи с чем, ему было предоставлено время для заключения соглашения с другим адвокатом, которое заключено не было и адвокат Юрганова М.Н., которому также отводов не заявлялось, принимала участие по назначению суда.

Ознакомление осужденного ЧСВ и его защитника с постановлениями о назначении трасологической и дактилоскопической судебной экспертизы после ее проведения, одновременно с заключениями экспертов, не свидетельствует о существенном нарушении права осужденного на защиту, поскольку ЧСВ не был лишен возможности заявить ходатайства об отводе эксперта, производстве дополнительной экспертизы, постановке иных вопросов, напротив, указывал на то, что заявлений и замечаний не имеет. 

При этом заключения экспертов доказательственного значения по делу не имеют, поскольку не учтены судом в качестве доказательств, подтверждающих виновность осужденного, а, кроме того, их выводы по существу осужденным не оспариваются.

Несостоятельными являются и доводы осужденного о нарушении судом его прав в связи с тем, что он не отказывался от дачи показаний в суде.

Как следует из протокола судебного заседания (т.2 л.д.91 об), судом было предложено ЧСВ дать показания и по его ходатайству предоставлено время для подготовки к даче показаний. В следующем судебном заседании (т.2 л.д.113-114) суд перешел к допросу подсудимого, разъяснил положения ст. 51 Конституции РФ и предоставил возможность ЧСВ дать показания по предъявленному обвинению, однако ЧСВ заявил, что не готов давать показания, так как не допрошена понятая ФИО3 и вновь заявил ходатайство о ее вызове в суд.

Судом данное ходатайство было рассмотрено, в удовлетворении отказано, поскольку судом ранее предпринимались меры к вызову свидетеля, однако явка ФИО3 объективно невозможна. 

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что ЧСВ отказался от дачи показаний и огласил его показания, данные в ходе предварительного расследования. После чего судебное заседание было отложено для подготовки сторон к прениям.

В следующем судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ судом было разрешено вновь заявленное ходатайство о вызове понятой ФИО3 предоставлено время для заключения соглашения с адвокатом в связи с отказом от адвоката Дайбовой А.Н. и подготовки к прениям и последнему слову.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ после оглашения дополнительных материалов по ходатайству стороны защиты судебное следствие по делу было закончено и суд перешел к прениям сторон, при этом ЧСВ возражений по поводу окончания судебного следствия не имел, а ходатайствовал о предоставлении времени для подготовки к прениям, которое судом ему было предоставлено и ЧСВ высказал свою позицию, в том числе по предъявленному обвинению в прениях.

Таким образом, с учетом того, что ЧСВ были разъяснены его права, в том числе давать показания в любой момент судебного следствия, его поведения в судебном заседании, которому судом предоставлялось время как для допроса, так и для участия в прениях, отсутствие с его стороны возражений окончания судебного следствия, участие в прениях сторон, суд апелляционной инстанции считает, что ЧСВ действовал в соответствии с выбранной им позицией защиты и воспользовался своим правом, отказавшись от дачи показаний.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Таким образом, приведенными выше и в приговоре доказательствами, которые суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора, виновность ЧСВ в содеянном им установлена и его действиям по ст. 158 ч. 2 п. «б, в» УК РФ дана правильная юридическая оценка. 

На основании вышеизложенного, оснований для отмены приговора и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется. 

Наказание ЧСВ назначено справедливое, соразмерно содеянному им, с соблюдением требований ст. 6, 60 УК РФ и с учетом целей наказания, установленных ст. 43 ч. 2 УК РФ. 

Судом были учтены все предусмотренные законом обстоятельства: характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все данные о личности осужденного, а также влияние назначенного наказания на его исправление и все конкретные обстоятельства дела. 

Оснований для признания смягчающим обстоятельством совершение ЧСВ преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции, поскольку материалы дела не содержат сведений о том, что ЧСВ оказался в тяжелой жизненной ситуации, у него установлена трудоспособная 

<

данные изъяты>.

При таких данных назначенное осужденному ЧСВ наказание является справедливым и оснований к его смягчению, не имеется. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при судебном рассмотрении не допущено.

Руководствуясь ст. 389-20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Калининского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ЧСВ оставить без изменения, а его апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, в кассационную инстанцию Новосибирского областного суда.

Судья: Е.В. Бондаренко