Дело №2-142/19

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

23 января 2019 года город Казань 

Ново-Савиновский районный суд г. Казани в составе: 

председательствующего судьи Хайрутдиновой Р.М.,

при секретаре судебного заседания Шептур А.И., 

заслушав представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» к ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав,

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (далее – ООО «Маша и Медведь») обратилось к ФИО2 с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что в целях защиты своих исключительных прав истцом был произведен комплекс мероприятий, в результате которых 27 июня 2017 года был выявлен факт продажи продукции, нарушающий исключительные права истца. В торговом павильоне, расположенном по адресу: 

<

...>, этаж Звениговского магазина, отдел «Детские товары», предлагался к продаже и был реализован товар «конструктор». 

Указанный товар был приобретен истцом по договору розничной купли-продажи. В подтверждение сделки продавцом выдан товарный чек с реквизитами ответчика. Процесс заключения договора купли-продажи в порядке статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в целях самозащиты гражданских прав фиксировался истцом посредством ведения видеозаписи.

На данном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками: по свидетельству №505856 «Маша», дата регистрации 07 февраля 2014 года, срок действия до 14 сентября 2022 года; по свидетельству №505857 «Медведь», дата регистрации 07 февраля 2014 года, срок действия до 14 сентября 2022 года; по свидетельству №502630 «надпись Masha and Bear», дата регистрации 19 декабря 2013 года, срок действия до 14 сентября 2022 года. 

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. 

Ответчик, являясь профессиональным участником рынка, должен быть осведомлен о большом проценте контрафактной продукции на рынке и о противозаконности торговли такой продукцией, и мог определить, торгует ли он контрафактной продукцией, а также приобрести лицензионную продукцию для реализации. Проверка происхождения товара и отсутствия претензий третьих лиц – обязанность предпринимателя как и проверка качества продукции, которую он реализует. 

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика компенсацию на нарушение исключительных прав на средства индивидуализации – товарного знака №505856, товарного знака №505857, товарного знака №502630 в размере 10 000 рублей, расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товара, приобретенного у ответчика в размере 100 рублей, расходы на получение выписки ЕГРИП в размере 200 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 400 рублей. 

В ходе рассмотрения дела представитель истца исковые требования увеличил, согласно увеличенным исковым требованиям просил взыскать с ответчика 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак №505856, 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак №505857, 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак №502630, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 рублей, в остальной части исковые требования оставил неизменными.

В судебном заседании, проводимом посредством использования системы видеоконференцсвязи, представитель ООО «Маша и Медведь», действующая на основании доверенности ФИО1, исковые требования поддержала в полном объеме. До начала судебного заседания суду представила письменный отзыв на возражение ответчика, в котором указано, что видеосъемка процесса реализации спорного товара производилась на обычную видеокамеру в общественном месте, открытом для свободного посещения, без применения специальных и иных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, для использования которых необходимы специальные правомочия. Истцом представлена видеозапись закупки спорного товара, исходя из которой, можно сделать вывод об идентичности товара, зафиксированного на видеозаписи, и товаром, приложенным к исковому заявлению. Доказательства обратного ответчиком не представлено, заявление о фальсификации доказательств не заявлялось. Кроме того, истцом не приняты меры к досудебному урегулированию возникшего спора. Представитель истца считает заявленные требования законными, правомерными и минимальными и просит удовлетворить требования в полном объеме.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признали, представили письменное возражение на исковое заявление. Кроме того, представитель ответчика суду пояснила, что не согласны с размером компенсации, полагают, что данная сумма является несоразмерной, завышенной и просили снизить ее размер с учетом материального положения ответчика, который является пенсионером, деятельность в качестве индивидуального предпринимателя прекратил, иной источник дохода у него отсутствует. Также указали, что ответчик приобретал спорный товар у оптового поставщика, полагал его свободным от претензий третьих лиц, не знал о нарушении чужих интеллектуальных прав, его вина в форме умысла отсутствует.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1263, пунктом 3 статьи 1252 и статьей 1301 ГК РФ аудиовизуальным произведением является произведение, состоящее из зафиксированной серии связанных между собой изображений (с сопровождением или без сопровождения звуком) и предназначенное для зрительного и слухового (в случае сопровождения звуком) восприятия с помощью соответствующих технических устройств. Аудиовизуальные произведения включают кинематографические произведения, а также все произведения, выраженные средствами, аналогичными кинематографическим (теле- и видеофильмы и другие подобные произведения), независимо от способа их первоначальной или последующей фиксации.

В случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно пункту 1, подпункту 1 пункта 2 и пункту 3 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смещения обозначение, являются контрафактными.

Применительно к положениям статьи 1515 ГК РФ субъектом нарушения исключительных прав может быть, как юридическое лицо, индивидуальный предприниматель, так и физическое лицо.

На основании пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 Постановления от 13 декабря 2016 года № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

В судебном заседании установлено, что ООО «Маша и Медведь» является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации:

- по свидетельству №505856 «Маша», дата приоритета – 14 сентября 2012 года, дата государственной регистрации - 07 февраля 2014 года, срок действия до 14 сентября 2022 года; правовая охрана предоставлена в отношении товаров в классах МКТУ 03, 05, 09, 14, 15, 16, 18, 21, 25, 28, 29, 30, 32, 35, 41;

- по свидетельству №505857 «Медведь», дата приоритета – 14 сентября 2012 года, дата государственной регистрации - 07 февраля 2014 года, срок действия до 14 сентября 2022 года, правовая охрана предоставлена в отношении товаров в классах МКТУ 03, 05, 09, 14, 15, 16, 18, 21, 25, 28, 29, 30, 32, 35, 41; 

- по свидетельству №502630 «надпись Masha and Bear», дата приоритета - 05 мая 2012 года, дата государственной регистрации - 19 декабря 2013 года, срок действия до 14 сентября 2022 года, правовая охрана предоставлена в отношении товаров в классах МКТУ 05, 09, 11, 12, 145, 18, 20, 21, 22, 26, 27, 29, 30, 32. 

Из материалов дела следует, что 26 июня 2017 года в торговом павильоне, расположенном по адресу: 

<

...>, этаж Звениговского магазина, отдел «Детские товары», индивидуальный предприниматель ФИО2 незаконно организовал реализацию товара «конструктор» с изображениями, сходными до степени смешения товарными знаками «Маша», «Медведь», «Маша и Медведь» по цене 100 рублей за одну единицу в количестве одной единицы с признаками контрафактности. Данный товар не был изготовлен компаниями-лицензиатами ООО «Маша и Медведь» и имел отличия от оригинальной продукции.

Указанный товар предлагался к продаже и был реализован ответчиком ФИО2, что подтверждено представленной в материалы дела видеозаписью процесса контрольной закупки от 27 июня 2017 года, а также товарным чеком от 27 июня 2017 года, содержащим сведения о наименовании продавца ФИО2, ИНН и ОГРН продавца, отраженные в печати, имеющейся на товарной чеке, совпадающие с данными, указанными в выписке из ЕГРИП в отношении ответчика, о денежной сумме в размере 100 рублей, уплаченной за товар, о дате приобретения товара (л.д. 27).

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 08 апреля 2015 года.

03 апреля 2018 года ФИО2 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, о чем внесена запись в указанный реестр.

Таким образом, реализация ответчиком товара, содержащего изображения персонажей мультфильма и товарного знака, исключительные права на использование которых принадлежат истцу, который не давал своего согласия на использование товарных знаков на реализуемом товаре, является нарушением исключительных прав последнего. При этом судом установлено, что имело место нарушение в отношении трех объектов исключительных прав «Маша», «Медведь» и «Маша и Медведь».

Обстоятельства реализации конструктора подтверждены видеосъемкой, которой зафиксирован момент приобретения спорного товара, его оплаты и выдачи товарного чека.

При этом, видеосъемка является допустимым доказательством и средством защиты гражданских прав.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13 декабря 2016 года № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 02 апреля 2013 года № 16449/12, пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско-правовой ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается разными способами.

В данной ситуации следует руководствоваться разъяснениями Постановления Конституционного Суда Российской Федерации N 28-П от 13 декабря 2016 года, признавшего на примере рассмотрения дел с правонарушениями, совершенными до 01 октября 2014 года, положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду определить общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Исходя из предписаний статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации Гражданский кодекс Российской Федерации в целях обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты как одного из основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1) закрепляет в качестве общего принципа правило о возмещении убытков (реального ущерба и упущенной выгоды), причиненных лицу, право которого нарушено, в полном объеме лицом, их причинившим (статья 15). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению; при этом, по смыслу пункта 1 статьи 15 ГК Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер установить невозможно.

При рассмотрении настоящего иска ответчиком указано, что размер убытков правообладателя (включая упущенную выгоду) не рассчитан и не доказан, что не было опровергнуто истцом, и, следовательно, имеются основания для снижения общего размера компенсации с учетом конституционных требований равенства, справедливости и соразмерности, закрепленных в пункте 1 статьи 1250 ГК РФ - соразмерно доказанным последствиям нарушения, поскольку иное приводит к нарушению статьи 21 Конституции Российской Федерации, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Ответчик указал, что спорный товар приобретался им на территории Российской Федерации. Ответчик исходил из принципа надлежащего исполнения обязательств, презумпции поставки товара свободным от претензий третьих лиц, а также принципа добросовестности своих контрагентов. Продажа конструкторов является обычным способом их распространения и, по общему правилу, не предполагает специальной проверки того факта, нарушены ли при их создании интеллектуальные права третьих лиц.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчик знал или должен был знать о нарушении чужих интеллектуальных прав. При таких обстоятельствах вина в форме умысла в действиях ответчика отсутствует.

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (п. 1 статьи 1 ГК РФ). Интеллектуальные права защищаются с учетом последствий нарушения этого права (пункт 1 статьи 1250 ГК РФ).

Как разъяснялось в пункте 43.3. Постановления Пленумов ВС и ВАС РФ N 5/29 от 26 марта 2009 года размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В Постановлении Президиума ВАС РФ N 16449/12 от 02 апреля 2013 года со ссылкой на Постановление Президиума ВАС РФ N 8953/12 от 20.11.2012 указывалось, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Таким образом, в силу указанных актов обязательного судебного толкования и взаимосвязанных положений п. 1 статьи 1 и п. 1 статьи 1250 ГК РФ такие обстоятельства, как: последствия нарушения исключительного права, вероятные убытки правообладателя, имущественное положение, в котором он находился бы, если бы произведение использовалось правомерно, являются неотъемлемыми элементами предмета доказывания по иску о взыскании компенсации и относятся к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного рассмотрения дела в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

По смыслу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ сведения о стоимости исключительных прав при различных видах использования и иная ценовая информация находятся исключительно у истца, как правообладателя спорных объектов интеллектуальных прав, и не могут быть определены и предоставлены ответчиком или иными лицами.

Однако истец не представил суду для сравнения идентичные или аналогичные по потребительским свойствам оригинальные товары, которые правомерно выпускаются им самим или с его согласия, что лишает суд возможности вынести обоснованное суждение о наличии признаков контрафактности на спорных товарах или, напротив, об их отсутствии.

Отсутствуют в материалах дела сведения о вероятных убытках правообладателя при таких способах правомерного использования, как размещение товарных знаков или изготовление экземпляров аудиовизуальных и художественных произведений с последующим их нанесением на конструкторы или взаимозаменяемые по потребительским свойствам товары.

Также суду не представлены сведения о ценах на оригинальные конструкторы или взаимозаменяемые по потребительским свойствам товары, изготовленные самим правообладателем или с его согласия с правомерным использованием указанного в основании иска товарного знака, что не позволяет определить долю стоимости исключительных прав в стоимости самого товара для целей обоснования последствий нарушения и обеспечения восстановления нарушенных прав при помощи соразмерной компенсации.

Определяя размер компенсации, судом принимаются во внимание фактические обстоятельства дела, однократность нарушения, поскольку ранее ответчик ФИО2 к административной и иной ответственности не привлекался, невысокая стоимость реализованного товара (100 рублей), что продажей одного товара были нарушены права истца на три товарных знака, кроме того, ответчику не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции.

При этом суд, руководствуясь положением ч.3 ст.1252 ГК РФ, исходя из того, что одним действием ответчика нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, а именно на использование трех товарных знаков, права на которые принадлежат одному правообладателю - истцу, считает возможным снижение размера компенсации за нарушение прав на 50%, что составит 5000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак 505856, 5000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак №505857, 5000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 502630.

Согласно статье 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Статьей 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела в суде отнесены, в частности расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы. 

Статья 98 ГПК РФ устанавливает общий порядок распределения расходов между сторонами. При этом, суд распределяет расходы без какого-либо специального заявления сторон. 

Согласно товарному чеку от 27 июня 2017 года истцом понесены расходы на приобретение товара у ответчика в размере 100 рублей. Расходы, понесенные истцом в ходе сбора доказательств для предъявления иска, признаются судебными издержками, в случае если указанные доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости. Таким образом, судебные издержки в размере 100 рублей – стоимость вещественных доказательств – товара, приобретенного у ответчика, подлежат возмещению ответчиком в полном объеме.

Суд, расходы по получению выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей относит к издержкам, необходимым в связи с рассмотрением дела. В связи с чем, указанные расходы, которые подтверждены документально, в силу абзаца 9 ст. 94,98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика в указанном размере.

Исходя из ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, в связи с чем, с ответчика подлежат взысканию в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 400 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» к ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» 5000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак 505856, 5000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак №505857, 5000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 502630, расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика, в размере 100 рублей, расходы по получению выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Ново-Савиновский районный суд г. Казани в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Р.М. Хайрутдинова

Мотивированное решение изготовлено 28 января 2019 года.

Судья Р.М. Хайрутдинова