РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Бегияна А.Р.

при секретаре Талышовой Р.С.

с участием: истца ФИО4, представителя истца ФИО5, ответчика индивидуального предпринимателя ФИО6, ответчика ФИО6, представителя ответчика ФИО6 – ФИО7, представителя ответчика ООО «Глобалвэй» ФИО8, представителя ответчика ФИО9 – ФИО10, помощника прокурора Центрального района г. Твери Иванова Д.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании 15 сентября 2020 года в городе Твери гражданское дело по иску ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО6, ФИО9, ФИО6, ООО «Глобалвэй», ООО «Эр Ликид» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО6, индивидуальному предпринимателю ФИО6, ФИО9, ООО «Глобалвэй», ООО «Эр Ликид», о компенсации морального вреда.

В обосновании требований, с учетом уточненного иска, поданного в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец указал, что 02 июля 2019 года около 21 часа 15 минут на 358 км автодороги М-9 «Балтия» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства «Мерседес», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Крон», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО9 и транспортного средства «Ман», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Криолор», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО11

В результате дорожно-транспортного происшествия погибли водитель транспортного средства «Ман» ФИО1. и его пассажир ФИО2

Истец ФИО4 является сыном погибшего ФИО1 и признан потерпевшим по уголовному делу. 

Владельцем транспортного средства «Мерседес», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Крон», государственный регистрационный знак № является ИП ФИО6

На момент ДТП водитель ФИО9 состоял в трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем ФИО6

Истец просит взыскать в солидарном порядке с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Протокольным определением суда от 13 мая 2020 года в качестве соответчиков по ходатайству истца привлечены ООО «Глобалвэй», ООО «Эр Ликид».

Протокольным определением суда от 14 июля 2020 года в качестве соответчиков привлечены индивидуальный предприниматель ФИО6, ФИО9

В судебном заседании истец и его представитель ФИО5 поддержали заявленные исковые требования, просили иск удовлетворить.

Ответчик индивидуальный предприниматель ФИО6, ответчик ФИО6 и его представитель ФИО7 иск не признали, полагали требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению. Ответчик ФИО6 признал факт трудовых отношений на момент ДТП между ним, как индивидуальным предпринимателем, и ФИО9, сообщил, что последний являлся водителем транспортного средства «Мерседес», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Крон», государственный регистрационный знак №.

Представитель ответчика ООО «Глобалвэй» ФИО8 полагал требования подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчика ФИО9 – ФИО10 полагала требования подлежащими удовлетворению к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО6

Ответчик ФИО9, представитель ответчика ООО «Эр Ликид», третье лицо АО «АльфаСтрахование» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Согласно ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих деле, и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки не уважительными.

Кроме того, по смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо, участвующее в деле, само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе и реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Таким образом, неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО6 с учетом степени разумности и справедливости, изучив материалы гражданского дела, исследовав обстоятельства по делу, оценив все имеющиеся доказательства по делу, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Признание заносится в протокол судебного заседания. Признание, изложенное в письменном заявлении, приобщается к материалам дела.

Согласно положению пункта 3 статьи 1079 Гражданского Кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064). Следовательно, при решении вопроса об ответственности владельцев транспортных средств, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, следует опираться на общие основания ответственности, согласно которым вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации); лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации).

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных им в постановлении от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК Российской Федерации), т.е. по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга (пункт 25).

Из этого следует, что в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

В Определении Конституционного Суда РФ от 15.05.2012 N 811-О "По жалобе гражданина ФИО12 на нарушение его конституционных прав статьями 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам, признанным потерпевшими.

По смыслу оспариваемых заявителем статей 1079, 1083 и 1100 ГК Российской Федерации в системной взаимосвязи с его статьей 1064, устанавливаемое ими правовое регулирование нельзя рассматривать как не допускающее отказ в присуждении компенсации родственникам владельца источника повышенной опасности (транспортного средства), виновного в дорожно-транспортном происшествии - взаимодействии (столкновении) нескольких источников повышенной опасности (транспортных средств) - и погибшего в результате него, в том случае, когда другой участник столкновения Правила дорожного движения не нарушал и в столкновении не виновен.

Таким образом, при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину.

В абзаце 2 пункта 11 Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных им в постановлении от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что 02 июля 2019 года около 21 часа 15 минут на 358 км автодороги М-9 «Балтия» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства «Мерседес», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Крон», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО9 и транспортного средства «Ман», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Криолор», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1

В результате дорожно-транспортного происшествия погибли водитель транспортного средства «Ман» ФИО1 и его пассажир ФИО2

Данные обстоятельства сторонами по делу не оспариваются, подтверждаются материалами уголовного дела №11901280008000092, в том числе: дополнительными сведениями о дорожно-транспортном происшествии от 02 июля 2019 года; протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 02 июля 2019 года; схемой к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 02 июля 2019 года; заключением судебно-медицинской экспертизы трупа № 98 ГКУ Тверской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы»; постановлением о прекращении уголовного дела от 03 ноября 2019 года, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В постановлении о прекращении уголовного дела от 03 ноября 2019 года следователь указал, что по результатам предварительного следствия, у ФИО9 не установлены нарушения ПДД РФ или эксплуатации транспортных средств, которые повлекли за собой наступление смерти ФИО2 и ФИО1 Выявленные у ФИО9 нарушения пункта 10.3 ПДД РФ в части движения со скоростью, превышающей установленное ограничение скорости движения 70 км/ч и нарушение пункта 10.1 ПДД РФ в части движения со скоростью, превышающей установленное ограничение, не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде выезда на полосу дороги, предназначенную для встречного движения.

Указанные обстоятельства не позволяют привлечь ФИО9 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ.

В судебном заседании установлено, что погибший ФИО1 являлся отцом ФИО4, истца по данному делу. 

Из письменных объяснений ФИО9, данными им при проведении проверки по факту ДТП от 02 июля 2019 года следует, что на момент ДТП он работал водителем ИП ФИО6, примерно в 21 час 15 минут он проезжал Западнодвинский район, внезапно у него в руках заколотило руль, в это же мгновение он услышал хлопок под ним, и тягач резко выбросило налево на встречную полосу. До этого он видел приближение по встречной полосе другого тягача МАН в кабине белого цвета. Утверждает, что причиной его выезда на встречную полосу и далее во встречный кювет, послужила техническая неисправность, внезапно лопнула шина левого переднего колеса. Из-за взрыва колеса тягач очень резко выбросило на встречную полосу, он буквально встал поперек нее, он никак не мог в том момент изменить ситуацию. 

В заключении эксперта №3366 судебной автотехнической экспертизы по уголовному делу №11901280008000092, выполненной экспертом АНО «Тверской Центр технических экспертиз» ФИО3 по поручению следователя, эксперт констатирует, что направление движения транспортных средств известно – автомобиль «Мерседес», под управлением ФИО9 осуществлял движение со стороны г. Рига в сторону г. Москва, а автомобиль Ман, под управлением ФИО1 осуществлял движение со стороны г.Москва в сторону г. Рига. 

Место столкновения автомобилей Мерседес с полуприцепом Крон и Ман с полуприцепом Криолор расположено у левого края проезжей части 358-го километра а/д М9 «Балтия» направление от г. Рига, на половине проезжей части, предназначенной для движения в строну г. Рига. В момент столкновения автомобиль Мерседес частично находился на левой для своего направления движения обочине, под углом к границе проезжей части, совершая выезд за пределы проезжей части.

Причиной выезда автомобиля Мерседес с полуприцепом Крон под управлением ФИО9 на встречную половину проезжей части могло явиться разгерметизация переднего левого колеса автомобиля.

Водитель автомобиля Ман ФИО1 не имел технической возможности избежать ДТП.

Действия водителя автомобиля Мерседес ФИО9 не соответствовали требованиям п. 10.3 ПДД РФ в части движения со скоростью, превышающую установленное ограничение скорости движения 70 км/ч и требованиям п. 10.1 ПДД РФ в части движения со скоростью, превышающей установленное ограничение.

В действиях водителя Ман ФИО1 с технической точки зрения не соответствий требованиям ПДД РФ не усматривается.

Фрагмент шины колеса транспортного средства, имеющийся в материалах дела в качестве вещественного доказательства, имеет следы, указывающие на их образование при разгерметизации шины колеса на двигающемся транспортном средства. Остаточная глубина протектора на представленной фрагменте шины составляет величину от 3,5 до 4-х мм. Эксплуатация транспортного средства с данной глубиной протектора была допустима.

Анализируя приведенные выше письменные доказательства, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие от 02 июля 2019 года произошло в результате выезда транспортного средства «Мерседес», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Крон», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО9 со своей полосы движения на встречную полосу движения, по которой двигалось со встречного направления прямо транспортное средство «Ман», государственный регистрационный знак № с полуприцепом марки «Криолор», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 В результате дорожно-транспортного происшествия погибли водитель транспортного средства «Ман» ФИО1 и его пассажир ФИО2

В соответствии с п. 1.3. Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Запрещается повреждать или загрязнять покрытие дорог, снимать, загораживать, повреждать, самовольно устанавливать дорожные знаки, светофоры и другие технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности и сообщить в полицию.

Пункты 2.3., 2.3.1. Правил дорожного движения Российской Федерации регламентируют, что водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения.

Согласно п. 3 Основных положений, техническое состояние и оборудование участвующих в дорожном движении транспортных средств в части, относящейся к безопасности дорожного движения и охране окружающей среды, должно отвечать требованиям соответствующих стандартов, правил и руководств по их технической эксплуатации.

В соответствии с п. 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Пунктом 9.4 Правил дорожного движения Российской Федерации установлено, что вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых.

Стороной ответчиков, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены допустимые и относимые доказательства, подтверждающие отсутствие в действиях водителя ФИО9 вины в дорожно-транспортном происшествии от 02 июля 2019 года, а также не представлено доказательств соблюдения водителем ФИО9 требований приведенных выше Правил дорожного движения Российской Федерации. 

Из заключения эксперта №3366 следует, что причиной выезда автомобиля Мерседес с полуприцепом Крон под управлением ФИО9 на встречную половину проезжей части могла явиться разгерметизация переднего левого колеса автомобиля. 

Прежде всего, следует отметить, что данный вывод эксперта носит предположительный характер.

В свою очередь ответчиками ФИО9 и индивидуальным предпринимателем ФИО6 не представлены иные допустимые доказательства, подтверждающие, что выезд транспортного средства Мерседес на встречную полосу движения вследствие разгерметизации переднего левого колеса на этом транспортном средстве, произошел не по их вине, то есть не представлено доказательств того, что водитель и его работодатель должным образом обеспечили исправное техническое состояние транспортного средства.

Материалы дела не содержат допустимых и относимых доказательств, подтверждающих, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего ФИО1

Анализируя приведенные выше обстоятельства, сопоставляя с требованиями приведенных норм материального и процессуального права суд приходит к выводу, что выше приведённые доказательства являются допустимыми и в своей совокупности достаточными для вывода о виновности индивидуального предпринимателя ФИО6 в дорожно-транспортном происшествии вследствие содержания автомобиля в ненадлежащем техническом состоянии, и возникшем у ФИО4 права на получение компенсации морального вреда в результате этого ДТП, повлекшего смерть его отца ФИО1

В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» дано разъяснения, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

Из объяснений ответчика ФИО6, данных в судебных заседаниях, последним признавалось, что на момент ДТП ФИО9 состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО6, работал водителем, путевые листы ФИО9 всегда выдавались.

О наличии трудовых отношений между ФИО9 и индивидуальным предпринимателем ФИО6 свидетельствуют показания ФИО9 и ФИО6, данные в рамках уголовного дела в протоколах допроса свидетеля от 15 августа 2019 и соответственно от 10 июля 2019 года 

При таких обстоятельствах, суд признает установленным, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО9 состоял в трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем ФИО6, работал у последнего водителем. 

Таким образом, с учетом требований статей 1068, 1079, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных им в постановлении от 26 января 2010 года N 1, суд приходит к выводу, что компенсация морального вреда в пользу истца подлежит взысканию с индивидуального предпринимателя ФИО6

Наличие трудовых отношений на момент ДТП между погибшим ФИО1 и ООО «Глобалвэй», равно как и управление ФИО1 автопоездом с использованием прицепа, принадлежащего ООО «Эр Ликид», правового значения для правильного разрешения настоящего дела не имеют, поскольку п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает солидарную ответственность владельцев источников повышенной опасности перед третьими лицам, к таковым погибший ФИО1, в данном конкретном случае, не относится. 

Также является ненадлежащим ответчиком ФИО6 как физическое лицо, поскольку в рассматриваемом случае имели место трудовые правоотношения между индивидуальным предпринимателем ФИО6 и его работником ФИО9, в связи с чем, как указано выше, именно индивидуальный предприниматель ФИО6 является ответственным за вред, причиненный истцу его работником.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из содержания указанных статьей, а также разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» усматривается, что суду предоставлено право самостоятельно определять сумму компенсации морального вреда с учетом характера и степени физических страданий, применительно к конкретным обстоятельствам дела, а также с учетом разумности и справедливости.

Принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, характер и степень нравственных страданий, учитывая, что истец перенес и в будущем будет переносить нравственные страдания в связи с безвозвратной потерей близкого родного человека, смерть которого является тяжелым событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, которая привела в том числе к разрыву семейной связи между отцом и сыном, учитывая индивидуальные особенности личности ФИО4, его возраст, семейное положение, наличие у него малолетнего ребенка, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО6 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 800000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 61.1 и п.2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, взыскивается с ответчика в бюджет муниципального образования г. Твери, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Согласно ч. 2 ст. 88 ГПК РФ размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Таким образом, в соответствии с пп. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет муниципального образования город Тверь подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 о компенсации морального вреда удовлетворить. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 800000 рублей.

Исковые требования ФИО4 к ФИО9, ФИО6, ООО «Глобалвэй», ООО «Эр Ликид» о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 в бюджет муниципального образования городской округ город Тверь государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Центральный районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.Р. Бегиян

Решение суда в окончательной форме принято 18 сентября 2020 года

1версия для печати