Производство № 2-384/2026 (2-6629/2025;)

УИД 28RS0004-01-2025-014710-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 февраля 2026 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе председательствующего судьи Касымовой А.А., при секретаре Миловановой А.В., с участием представителя ФИО1 ФИО2, представителя Банк ВТБ (ПАО) ФИО3, представителя ПАО Сбербанк ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Сбербанк», ФИО5 о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, в обоснование указав, что 03 марта 2025 года истец узнал, что 17 февраля 2025 года на его счет ***, открытый в ПАО Сбербанк, зачислена сумма в размере 715 000 рублей по кредитному договору. Однако, истец для получения данного кредита в ПАО Сбербанк не обращался и не мог обращаться, так как у него уже имелся в ПАО Сбербанк ипотечный кредит на 4 000 000 рублей.

Уточнив информацию в банке, истец установил, что 17 февраля 2025 года в 21 час 19 минут ему был предоставлен кредит в сумме 715 000 рублей по кредитному договору №103297 с зачислением денежных средств на пенсионную карту, оформленную в ПАО Сбербанк. При этом сам кредит был датирован 18 февраля 2025 года, что дает право истцу делать вывод о получении кредита без заключения надлежащего договора.

Далее установлено, что указанный кредит, поступив на карту ПАО Сбербанк, 17 февраля 2025 года в 21 час 38 минут был переведен на карту ФИО1 в Банк ВТБ (ПАО) в размере 700 000 рублей. В последующем с указанной карты денежные средства были переведены ФИО6, который истцу не известен.

Указанные обстоятельства подтверждаются выписками по счетам ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО).

14 марта 2025 года ФИО1 обратился в МУ МВД России «Благовещенское» с заявлением по факту совершения в отношении него мошеннических действий. На основании указанного заявления возбуждено уголовное дело №12501100001000304 по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Несмотря на возбуждение уголовного дела в отношении физических лиц, ФИО1 очевидно, что ПАО Сбербанк, как исполнитель, незаконно навязал ему как потребителю услугу в предоставлении банковского продукта – кредита, не имея от потребителя соответствующего заявления. Истец понимает, что у банка не было оснований для предоставления кредита по обычным правилам, когда клиент приходит в банк, оформляет заявление, заполняет анкету, предоставляет пакет документов, затем банк перепроверяет данные обратившегося и дает согласие, либо отказывает в предоставлении кредита. Пренебрежение банком выполнения указанного алгоритма свидетельствует о том, что кредит навязан помимо воли истца (заемщика) и сделано это было отдельными сотрудниками банка, которые могли работать в сговоре с иными преступниками. За неправомерные действия своих работников отвечает банк, поскольку он выступает исполнителем.

Также истцу не понятно, каким образом Банк ВТБ (ПАО) позволили произвести списание денежных средств со счета клиента на имя другого лица, если сам ФИО1 этого не хотел и не делал соответствующего перевода.

Банк ВТБ (ПАО) нарушил закон о сохранности денежных средств клиента, соответственно, банком нарушен закон о защите прав потребителя, дающий потребителю право на получение услуги, обеспечивающей безопасность денежных средств на банковском счете.

ФИО5 это предполагаемый мошенник, который смог непонятным образом в ПАО Сбербанк оформить на имя ФИО1 кредит, перевести кредитные средства на карту ФИО1 в Банк ВТБ (ПАО), взломав систему безопасности ПАО Сбербанк, а затем совершил перевод с карты истца на свой счет, оформленный также в Банке ВТБ (ПАО).

Истец делает вывод о том, что Банк ВТБ (ПАО) виноват в списании денежных средств с карты мошенниками.

Истец выплатил указанный кредит досрочно 05 марта 2025 года, что подтверждается отсутствие у него актуальности в данном банковском продукте. ПАО Сбербанк для погашения задолженности по кредиту принял от ФИО1 726 224 рубля 52 копейки.

Кроме того, 01 марта 2025 года на счет ФИО1, открытый в Банке ВТБ (ПАО), от ФИО7 поступили денежные средства в размере 207 000 рублей, а затем сразу со счета сумма в размере 210 000 рублей была перечислена на счет ФИО5 Истец не имел волеизъявления на перечисление денежных средств, мошенники взломали его счет и списали деньги.

ФИО7 в свою очередь 01 марта 2025 года получила кредит в ПАО Сбербанк в размере 210 000 рублей, но она также не обращалась в банк с заявлением на получение кредита и не нуждалась в нем. Этот факт также содержится как отдельный эпизод в уголовном деле.

28 марта 2025 года истец обратился в Банк ВТБ (ПАО) с заявлением о возврате денежных средств в размере 210 000 рублей, но получил письменный отказ с указанием, что банк не установил нарушений связанных со списанием указанной суммы.

Действия ПАО Сбербанк по навязыванию услуги, которой ФИО1 не хотел и которой не смог воспользоваться, так как действия ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), третьих лиц изначально были направлены на лишение ФИО1 такой возможности, навязали истцу кредитное обязательство, которое он исполнил досрочно. Тем самым причинили истцу ущерб, который банки должны возместить солидарно в части, касающейся кредита от 17 февраля 2025 года, а именно в размере 726 224 рубля 52 копейки.

Банк ВТБ (ПАО), как виновное лицо по невыполнению услуги, связанной с безопасностью денежных средств клиента на его счете, обязано возместить истцу убытки в размере 210 000 рублей.

Истец просит суд с учетом уточнений взыскать с ответчиков ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), ФИО5 в солидарном порядке в свою пользу денежные средства в размере 726 224 рубля 52 копейки, взыскать с Банк ВТБ (ПАО), ФИО5 в пользу истца денежные средства в размере 210 000 рублей.

Определением суда от 17 ноября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7

Определением суда от 11 декабря 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5

Далее, определением суда от 27 января 2026 года ФИО5 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Истец ФИО1, извещенный судом надлежащим образом, в судебное заседание не явился, обеспечил явку в суд своего представителя ФИО2, который настаивал на удовлетворении заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в иске, дополнительно указал, что в данном случае имеется преступная схема получения денежных средств мошенниками, доказательств заключения договора с ФИО5 ответчиком не представлено, приложенная переписка с качестве доказательств не может быть использована, так как непонятно между какими-лицами она велась, сведения о зачислении денежных средств на платформе криптовалюты отсутствуют.

Представитель Банк ВТБ (ПАО) ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, указав, что истец самостоятельно и добровольно осуществлял переводы денежных средств. Поддержал доводы письменных возражений, из содержания которых следует, что ранее истец обратился в Банк ВТБ (ПАО) с заявлением на предоставление комплексного обслуживания, в котором, в том числе просил: предоставить комплексное обслуживание в ВТБ (ПАО) в порядке и на условиях, изложенных в Правилах комплексного обслуживания физических лиц в ВТБ (ПАО), и подключить Базовый пакет услуг; предоставить доступ к ВТБ-Онлайн и обеспечить возможность его использования в соответствии с условиями Правил дистанционного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО); предоставить доступ к дополнительным информационным услугам по Мастер-счету/счетам, открытым на его имя в Банке. Все денежные переводы, в том числе оспариваемые истцом, осуществлялись с согласие клиента ФИО1 В силу Правил дистанционного обслуживания при выполнении операции/действия в Системе ДБО, в том числе с использованием мобильного приложения, клиент обязуется проконтролировать данные (параметры) совершаемой операции/проводимого действия, зафиксированные в распоряжении/заявлении по продукту/услуге в виде электронного документа, сформированном клиентом самостоятельно в Системе ДБО и при условии их корректности и согласия клиента с указанными данными (параметрами) совершаемой операции/проводимого действия, подтвердить (подписать) соответствующее распоряжение/заявление по продукту/услуге средством подтверждения. Во исполнение требований, установленных п. 2 ч. 2 ст. 9 Закона об электронной подписи, п. 7.1.3 Правил дистанционного обслуживания установлена обязанность клиента соблюдать конфиденциальность ФИО8, Пароля и других идентификаторов, средств подтверждения, используемых в Системе ДБО; исключить доступ третьих лиц к мобильному устройству, посредством которого передаются распоряжения/заявления по продукту/услуге в Банк. Клиент, присоединившийся к Правилам ДБО, имеет возможность оформить кредитный продукт в ВТБ-онлайн. Для подтверждения согласия на перевод денежных средств на мобильный номер истца, не выбывший из его владения, не заблокированный на дату предоставления согласия, банком направлялись специальные коды, действующие однократно. С учетом всех направленных кодов подтверждения у Банка ВТБ (ПАО) имелись достаточные основания полагать, что согласие на распоряжение о переводе денежных средств были даны истцом, самостоятельно авторизовавшимся в мобильной версии ВТБ-онлайн и успешно прошедшим этап идентификации, аутентификации. Факт того, что денежные переводы были оформлены третьими лицами, без воли истца, либо того, что мобильное устройство выбыло из владения ФИО1, не представлено. Обстоятельств недобросовестности и неосмотрительности со стороны банка не установлено. Просит в удовлетворении требований, предъявленных к Банк ВТБ (ПАО), отказать в полном объеме.

Представитель ПАО Сбербанк в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1, предъявленных к ПАО Сбербанк, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях, дополнительно указала, что все операции, в том числе по оформлению кредитного договора были совершены с аккаунта ФИО1, коды и пароли для совершения операций направлялись на номер телефона, принадлежащий истцу, что подтверждается выписками и выгрузками с системы. Порядок заключения договора посредством электронного взаимодействия урегулирован законом и договором банковского обслуживания, заключенным между банком и истцом, а факт его заключения подтверждается доказательствами. Подписывая простой электронной подписью оспариваемый договор, истец подтвердил оформление заявки на кредит на указанных в заявлении-анкете условиях. Вышеизложенное свидетельствует, что кредитный договор заключен по волеизъявлению сторон. Банком были реализованы необходимые меры по предотвращению мошеннических действий в отношении ФИО1, а именно: было приостановлено оформление кредита на сумму 715 000 рублей, однако по истечении 4 часов истец продолжил оформление кредита. Оснований для приостановления операции/блокировки у ПАО Сбербанк не имелось, поскольку перевод денежных средств был осуществлен со счета открытого в ПАО Сбербанк, на его же счет, открытый в Банк ВТБ (ПАО). Из переписки ФИО1 с ФИО5 следует, что истец самостоятельно переводил денежные средства, источник получения суммы в размере 715 000 рублей ему был известен, доказательств обратно не представлено. Представленной банком выпиской из системы «Мобильный банк» подтверждается, что банк информировал клиента о совершенных операциях в тот же день. Клиент уведомление о совершении операций без его согласия в банк не направлял, в связи с чем, в силу ч. 14 ст. 9 Закона от 27.06.2011 №161-ФЗ «О национальной платежной системе» на банк не может быть возложена обязанность возмещения денежных средств по оспариваемой операции. Кроме того, требование о признании кредитного договора незаключенным или недействительным истцом не заявлено. Даже если будет установлено заключение кредитного договора под влиянием третьих лиц, сделка считается совершенной от имени клиента в силу доктрины видимости полномочий и применения по аналогии закона положений ГК РФ о представительстве (ст. 182-189 ГК РФ). Факт мошенничества, положенный в основу исковых требований не подтвержден, поскольку приговор по уголовному делу не вынесен, в материалах дела отсутствуют объективные доказательства совершения в отношении ФИО1 мошеннических действий. Все сделки, совершенные с использованием средств доступа, известных клиенту, считаются сделками, совершенными самим клиентом, и он с этим согласен. Просит в удовлетворении заявленных требований отказать.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении данного дела без его участия. Из письменного отзыва ФИО5 следует, что 17 февраля 2025 года между ФИО5 и ФИО1 заключен договор купли-продажи по обмену цифровых активов на криптовалютной платформе bybit (https://www.bybit.com/ru-RU/) на сумму 700 000 рублей и 01 марта 2025 года на сумму 210 000 рублей. Переводы от истца поступили в рамках исполнения обязательств по сделке, совершенной на указанной платформе, деятельность которой осуществляется в соответствии с правилами платформы, все операции фиксируются, а их легитимность подтверждается чеками и выписками. Перечисленные истцом денежные средства являлись оплатой за оказанную услугу по обмену цифровых активов. Указанные переводы носят возмездный характер и не могут расцениваться как неосновательное обогащение.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Учитывая, что лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, а, определив, реализует их по своему усмотрению, руководствуясь положениями ст.154 ГПК РФ, обязывающей суд рассмотреть спор в разумный срок, а также в соответствии с положениями статей 165.1 ГК РФ и 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Статьей 432 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу статьи 820 Гражданского кодекса РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

По смыслу приведенных правовых норм обязанность заемщика возвратить полученные от кредитора денежные средства возникает при доказанности факта заключения между ними договора на определенных условиях.

Согласно пункту 2 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного Федерального закона.

Для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Как разъяснено в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 года, кредитный договор, заключенный в результате мошеннических действий, является недействительной (ничтожной) сделкой. Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 28 октября 2010 года ФИО1 обратился в ПАО Сбербанк с заявлением на банковское обслуживание, в котором подтвердил свое согласие с УДБО и обязался их выполнять.

19 апреля 2024 года ФИО1 подключил услугу «Мобильный банк» по всем продуктам банка по единому номеру телефона ***

26 ноября 2024 года истец обратился с заявлением на получение карты, в котором просил выдать ему карту MIR SBERKARTA к платежному счету *** (№ карты ***).

26 февраля 2024 года ФИО1 самостоятельно осуществил удаленную регистрацию в приложении в системе «Сбербанк Онлайн» по номеру телефона ***, подключенному к услуге «Мобильный банк», получила в СМС-сообщении пароль для регистрации в системе «Сбербанк онлайн», и верно его ввел для входа в систему.

17 февраля 2025 года между ПАО Сбербанк и ФИО1 на основании заявления-анкеты на получение кредита через систему «Сбербанк Онлайн» с подписанием договора простой электронной подписью заключен кредитный договор №103927 на сумму 715 000 рублей.

Так, 17 февраля 2025 года ФИО1 в 16 часов 04 минуты (по МСК) был выполнен вход в систему «Сбербанк Онлайн» посредством мобильного приложения на устройстве Redmi0Note060Pro, без новой регистрации, что подтверждается Журналом регистрации входов.

После входа в систему 17 февраля 2025 года в 16 часов 05 минут (по МСК) ФИО1 оформил заявление на расчет кредитного потенциала.

Кредитный потенциал был рассчитан банком и 17 февраля 2025 года в 16 часов 06 минут (по МСК) на телефон клиента *** направлено соответствующее сообщение.

17 февраля 2025 года ФИО1 в 16 часов 20 минут (по МСК) выполнен вход в «Сбербанк Онлайн», где он сформировал заявление-анкету на кредит.

Банк в целях безопасности дистанционного предоставления услуги 17 февраля 2025 года в 16 часов 48 минут (по МСК) приостановил оформление кредита на сумму 715 000 рублей, о чем на телефон истца *** было направлено сообщение.

ФИО1 в 21 час 02 минуты (по МСК) 17 февраля 2025 года был выполнен вход в систему «Сбербанк Онлайн» посредством мобильного приложения на устройстве Redmi0Note060Pro, без новой регистрации, что подтверждается Журналом регистрации входов. После входа в систему в 21 час 03 минуты истец продолжил оформление кредита.

Вместе с тем, 17 февраля 2025 в 21 час 03 минуты (по МСК) банк отказал ФИО1 в выдаче кредита и направил на телефон клиента *** соответствующее уведомление.

Однако, 17 февраля 2025 года в 21 час 13 минут (по МСК) ФИО1 был выполнен очередной вход в систему «Сбербанк Онлайн» посредством мобильного приложения на устройстве Redmi0Note060Pro, без новой регистрации, что подтверждается Журналом регистрации входов.

После входа в систему 17 февраля 2025 года в 21 час 13 минут (по МСК) ФИО1 еще раз оформил заявление-анкету на кредит в сумме 715 000 рублей на срок 55 месяцев с процентной ставкой за пользование кредитом в размере 38,2% годовых, о чем ему на телефон было направлено сообщение.

Пароль подтверждения был введен корректно, в результате чего кредитный договор №103927 был заключен, денежные средства в размере 715 000 рублей в 21 час 19 минут зачислены на платежный счет ***, что подтверждается выпиской по счету, протоколом проведения операции и сообщением, направленным на номер ***

Таким образом, 17 февраля 2025 года между ФИО1 и ПАО Сбербанк был заключен договор на согласованных сторонами условиях.

Заявление на получение кредита, а также индивидуальные условия по потребительскому кредиту подписаны простой электронной подписью (ПЭП) заёмщика, согласно условиям банковского обслуживания.

17 февраля 2025 года в 21 час 38 минут (по МСК) после зачисления денежных средств в размере 715 000 рублей на платежный счет ***, ФИО1 осуществил перевод денежных средств в сумме 700 000 рублей через систему быстрых платежей с карты *** на карту клиента ФИО1, открытую в Банк ВТБ (ПАО) по номеру телефона +***

17 февраля 2025 года ФИО1 осуществлен перевод денежных средств со своего счета *** на счет ФИО5 *** в размере 700 000 рублей, а также 01 марта 2025 года им совершен перевод на тот же счет в размере 210 000 рублей.

05 марта 2025 года на основании заявления ФИО1 задолженность по кредитному договору №103927 погашена в полном объеме, договор кредитования закрыт.

17 марта 2025 года истец обратился в ПАО Сбербанк с заявлением №250317-7000-141633 по факту совершения спорных операций по оформлению кредита на сумму 715 000 рублей и перечислению кредитных средств в сумме 700 000 рублей с карты МИР 0870 по номеру телефона *** в Банк ВТБ (ПАО) получателю А.А. Т.

На указанное обращение банком был дан ответ, что данный вопрос должен решаться в рамках уголовного дела, поскольку расследованием мошенничества, розыска и задержанием преступников занимаются правоохранительные органы. Дополнительно указано, что для входа в приложение «Сбербанк Онлайн» использовали устройство, которое было подключено к его профилю. В целях безопасности банк сбросил доступ в «Сбербанк Онлайн».

Также ФИО1 обратился в Банк ВТБ (ПАО), ООО СК «Сбербанк Страхование» с заявлениями о признании перевода произведенного 01 марта 2025 года с его карты на имя ФИО5 в сумме 210 000 рублей страховым случаем и возврате данных денежных средств.

На указанные обращения был дан ответ, что заявленное события не является страховым случаем, поскольку он самостоятельно перевел денежные средства со своего счета в ПАО Сбербанк на счет в Банк ВТБ (ПАО) и далее осуществил перевод этих денежных средств мошенникам. В связи с чем, отсутствуют основания для выплаты страхового возмещения.

По настоящему делу ФИО1 в обоснование своих требований ссылается на оформление кредитного договора в ПАО Сбербанк на его имя без его согласия, перечисление денежных средств со счета в ПАО Сбербанк на счет в Банк ВТБ (ПАО), открытых на его имя, и дальнейшее перечисление денежных средств со счета, открытого на его имя в Банк ВТБ (ПАО) на счет неизвестного ему лица, в результате мошеннических действий.

14 марта 2025 года истцом в МУ МВД России «Благовещенское» подано заявление по факту совершения в отношении него мошеннических действий, которые было зарегистрировано в КУСП за № 6124.

Постановлением следователя СУ МУ МВД России «Благовещенское» от 14 марта 2025 года в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Из протокола допроса потерпевшего ФИО1 от 14 марта 2025 года следует, что в начале февраля 2025 года он в сети Интернет заинтересовался предложениями от ООО «Газпроминвест» о сотрудничестве, в силу которого ФИО1 должен сделать финансовый вклад, а сотрудники указанной финансовой организации от его имени будут выгодно манипулировать денежными средствами, а именно: участвовать в торгах, выступать на бирже и т.д. Данное предложение показалось ему интересным. Один из сотрудников-ведущий специалист, который представился как ФИО9 (сот. тел. ***, ***) начал общение, консультируя относительно деятельности организации, возможности участия ФИО1 и сотрудничества, а также о перспективах данного сотрудничества. Следуя инструкциям, ФИО1 через приложение «Маркет» (платформа инвестиций) зарегистрировался в сети в чате «обмен валют». Затем следуя инструкции ФИО9, для открытия счета 13 февраля 2025 года он перевел на карту Банк ВТБ (ПАО) счет №*** ФИО5 денежные средства в размере 2 000 рублей. После, для активации счета и пополнения его баланса 14 февраля 2025 года он перевел на счет ФИО5 79 000 рублей. 17 февраля 2025 года ФИО9 убедил ФИО1 вложить еще более крупную сумму, однако свободных денег у него не было, а брать кредит он не мог, поскольку уже имел ипотечный кредит на сумму 4 000 000 рублей. На что ФИО9 заверил, что поможет в получении денежных средств, не указав источник их получения, только пояснил, что всё можно будет сделать по «смартфону». Путём определенных манипуляций, выполненных по инструкциям ФИО9, произведённых по «Whats Арр», он получил от ФИО9 сообщение, что деньги им от ФИО1 получены в этот же день (17.02.2025 года). Позже он узнал, что 17 февраля 2025 года на счёт *** в ВТБ была зачислена сумма 715 000 рублей, сведений об отправителе денежных средств не значилось. Он полагал, что эти деньги поступили из финансовой организации ФИО9 Позже ФИО1 узнал, что эти деньги 17 февраля 2025 года были переведены на счёт в Банк ВТБ (ПАО), отрытый на имя ФИО5 18 февраля 2025 года ему на «Whats Арр» от ФИО9 поступил скриншот данных его счёта в их компании, с указанием размера инвестиции в 750 долларов и прибыль составила 177,87 долларов. Таким образом, ФИО9 демонстрировал для отчётности движение по счёту в компании. 03 марта 2025 года ФИО1 понял, что денежные средства в размере 715 000 рублей он получил от Сбербанка, однако за его получением он не обращался. Затем со слов ФИО9 программа потребовала оформить страховку, которая стоила 330 000 рублей. Для этого на специальную ячейку необходимо внести указанную сумму. Указанная страховка необходима для вывода денежных средств в специальную ячейку. ФИО1 занял у товарища ФИО10 денежные средства в размере 310 000 рублей, которые перевел на счет ФИО5 Однако, несмотря на перевод денежных средств, ФИО1 пришло уведомление о том, что по причине длительного не подключения страхового полиса по его счету объявлен простой, в связи с чем необходимо провести процедуру закрытия счета. Но так как счет заблокирован, то имеется возможность закрытия счета на 2-ое ответственное лицо, не имеющего проблем с банками и во время проведения операции данный человек должен находиться рядом для безопасного проведения операции. ФИО1 пришел скриншот, что на его счете находится 27 939,96 долларов. Естественно, он был заинтересован в получении данной суммы, так как это и была цель его участия в данной акции. 27 февраля 2025 года ему на карту поступил перевод на сумму 10 920 рублей от ФИО9, который указал, что денежные средства в размере 8 000 рублей необходимо перевести абоненту с сим-картой ***, что он и сделал, получателем оказалась ФИО11. Для предоставления 2-го ответственного лица он обратился за помощью к своей теще ФИО7. 01 марта 2025 года посредством видесвязи на него вышел ФИО12 (-***) сотрудник технической поддержки и они стали общаться втроем: он, ФИО13 и ФИО7 ФИО13 указал, что на счет ФИО7 поступят денежные средства со счета ФИО1 02 марта 2025 года ФИО7 пришло СМС-сообщение от ПАО Сбербанк об остатке денежных средств, однако указанная сумма показалась нелогичной, в связи с чем, она зашла в свой личный кабинет «Сбербанк Онлайн», где узнала, что 01 марта 2025 года на нее оформлен кредит на сумму 220 000 рублей, заявку на получение которого она не подавала, а также сама в банк не обращалась. В тот момент он понял, что ФИО12, ФИО5 и ФИО9 являются мошенниками. Денежные средства, перечисленные указанным лицам, не возвращены. Таким образом, ему был причинен материальный ущерб на сумму 1 111 000 рублей, который до настоящего момента не возмещен.

В силу положений статьи 845 Гражданского кодекса РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (пункт 1).

Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 846 Гражданского кодекса РФ при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами.

Банковский счет может быть открыт на условиях использования электронного средства платежа (пункт 3 статьи 846 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 847 Гражданского кодекса РФ закреплено, что права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета.

Договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом (пункт 4).

Согласно пункту 1 статьи 858 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, ограничение распоряжения денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету, в том числе блокирования (замораживания) денежных средств в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 854 Гражданского кодекса РФ списание денежных средств со счета осуществляется Банком на основании распоряжения клиента (пункт 1).

Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между Банком и клиентом (пункт 2).

Таким образом, списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента.

В соответствии с пункту 2.4 Положения Банка России от 29.06.2021 № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств», удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных средств, позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с пунктом 1.26 настоящего Положения.

Возврат (аннулирование) неисполненного распоряжения осуществляется банком не позднее рабочего дня, следующего за днем, в который возникло основание для возврата (аннулирования) распоряжения, включая поступление заявления об отзыве (пункт 2.14 Положения Банка России от 29.06.2021 № 762-П).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.06.2024 № ОД-1027, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В соответствии с пунктами 5.1 - 5.3 статьи 8 Федерального закона от 27.06.2011 № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, осуществить информирование клиента, запросить у клиента подтверждение возобновления исполнения распоряжения, а также возобновить исполнение распоряжения в порядке, установленном данным Федеральным законом.

Согласно пункту 9.1 статьи 9 Федерального закона «О национальной платежной системе» (в редакции, действовавшей на момент совершения спорных платежей), в случаях выявления оператором по переводу денежных средств операций, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, оператор по переводу денежных средств приостанавливает использование клиентом электронного средства платежа и осуществляет в отношении уменьшения остатка электронных денежных средств плательщика действия, предусмотренные частями 5.1 - 5.3 статьи 8 названного Закона.

Частью 9 статьи 9 Федерального закона «О национальной платежной системе» предусмотрено, что использование клиентом электронного средства платежа может быть приостановлено или прекращено оператором по переводу денежных средств на основании полученного от клиента уведомления или по инициативе оператора по переводу денежных средств при нарушении клиентом порядка использования электронного средства платежа в соответствии с договором.

В соответствии с пунктами 4, 5 и 5.1 статьи 8, пунктами 10 и 11 статьи 27 Федерального закона «О национальной платежной системе» при приеме к исполнению распоряжения клиента оператор по переводу денежных средств обязан удостовериться в праве клиента распоряжаться денежными средствами, проверить реквизиты перевода, достаточно ли денежных средств для исполнения распоряжения клиента, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений клиента, предусмотренные законодательством Российской Федерации. Если право клиента распоряжаться денежными средствами не удостоверено, а также если реквизиты перевода не соответствуют установленным требованиям, оператор по переводу денежных средств не принимает распоряжение клиента к исполнению и направляет клиенту уведомление об этом не позднее дня, следующего за днем получения распоряжения клиента. Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". Оператор по переводу денежных средств в рамках реализуемой им системы управления рисками определяет в документах, регламентирующих процедуры управления рисками, процедуры выявления операций, соответствующих признакам осуществления переводов денежных средств без согласия клиента, на основе анализа характера, параметров и объема совершаемых его клиентами операций (осуществляемой клиентами деятельности). В целях обеспечения защиты информации при осуществлении переводов денежных средств Банк России осуществляет формирование и ведение базы данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, а также по форме и в порядке, которые им установлены, предоставляет информацию обо всех случаях и (или) попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, включая информацию, указанную в настоящей части, операторам по переводу денежных средств, операторам платежных систем, операторам услуг платежной инфраструктуры, операторам электронных платформ. В базу данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента включается в том числе информация о переводах денежных средств без добровольного согласия клиента, а также переводах денежных средств, связанных с переводами денежных средств без добровольного согласия клиента, в отношении которых от федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел получены сведения о совершенных противоправных действиях в соответствии с части 8 настоящей статьи.

Статьей 401 Гражданского кодекса РФ установлено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2).

Из приведенных положений закона в их взаимосвязи следует, что при списании денежных средств со счета банк обязан убедиться, что распоряжение дано клиентом или уполномоченным им лицом, в том числе в случае распоряжения денежными средствами при помощи электронных средств платежа с использованием кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

Банк обязан доказать, что принял все меры для надлежащего исполнения обязательства при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалось по характеру обязательства и условиям оборота.

Разрешая возникший спор, суд приходит к выводу, что истец, заключив с ПАО Сбербанк кредитный договор с соблюдением установленной формы его заключения, принял на себя обязательства по возврату суммы кредита и уплате процентов, действия банка по заключению кредитного договора и по переводу кредитных средств основаны на распоряжении клиента, идентифицированного должным образом, в соответствии с условиями договора о дистанционном банковском обслуживании, с которыми истец был ознакомлен и согласен, и которые позволяют удаленно заключить кредитный договор, а также совершить иные операции, в рассматриваемом случае истец подписал кредитный договор путем указания корректного пароля, направленного банком, при котором такая электронная подпись считается подлинной и проставленной клиентом, клиент самостоятельно несет ответственность за последствия, наступившие в результате невыполнения либо ненадлежащего выполнения им условий договора, в том числе в части предоставления третьим лицам доступа (разглашения) или бесконтрольного обращения со своим идентификатором, паролем и кодом, используемых для совершения операций в системах банка.

В соответствии с пунктом 2 статьи 160 Гражданского кодекса РФ использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно пункту 4 статьи 11 Федерального закона от 27 июля 2006 года №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронная подпись - это информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

Простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (пункт 2 статьи 5 Закона об ЭП).

Оспариваемые ФИО1 операции по оформлению кредитного догвоора и переводу денежных средств осуществлялись посредством систем «Сбербанк Онлайн», «ВТБ-Онлайн» при входе в которые использовались персональные средства доступа – постоянные Логин и Пароль, полученные ФИО1 при регистрации в системах «Сбербанк Онлайн» и «ВТБ-Онлайн» в соответствии с Условиями банковского обслуживания и Условий пользования банковскими картами, посредством устройства, зарегистрированного в системах Банков.

Операции входа в системы «Сбербанк Онлайн», «ВТБ-Онлайн» и перевода денежных средств клиентом на счет получателя были осуществлены корректно; операции подтверждены в соответствии с Условиями банковского обслуживания и Порядка предоставления услуг по удаленным каналам обслуживания.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что действия Банков при совершении оспариваемых операций являются добросовестными, данных свидетельствующих о том, что Банки знали или должны были знать о совершении указанных операций не истцом, а иными третьими лицами, не представлено. При этом проявляя осмотрительность, обеспечивая безопасность дистанционного предоставления услуг, ПАО Сбербанк принял меры к приостановлению операции по предоставлению кредита, предшествующей операциям по получению кредитных средств и перечислению их третьим лицам, что было преодолено действиями самого истца.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, предъявленных к ПАО Сбербанк и Банк ВТБ (ПАО) о взыскании незаконно списанных денежных средств, поскольку Банки, в рассматриваемом случае, не являются обогатившимися лицами, так как денежные суммы зачислялись не на их счет, а на счет физического лица; Банки не имеет права распоряжаться по своему усмотрению спорными денежными средствами и, соответственно, не могут быть обязаны в судебном порядке к возврату необоснованно зачисленных на счета третьих лиц денежных сумм.

Рассматривая требования истца о взыскании с ФИО5 денежных средств, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса РФ.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса РФ (обязательства вследствие неосновательного обогащения), применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 4 статьи 1103 Гражданского кодекса РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Как следует из пункта 1 статьи 1107 Гражданского кодекса РФ, лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17 июля 2019, по делам о взыскании неосновательного обогащения разъяснено, что на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Таким образом, в соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, размер данного обогащения. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса РФ.

Исходя из положений пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность гражданина в данном случае презюмируется.

Судом установлено, что 13 февраля 2025 года со счета ***, открытого на имя ФИО1 в Банк ВТБ (ПАО), осуществлен перевод денежных средств в сумме 2 000 рублей на счет ***, открытый на имя ФИО5, в Банк ВТБ (ПАО).

Кроме того, ФИО1 с ранее указанного принадлежащего ему счета совершил на счет ***, принадлежащий ФИО5 следующие переводы: 14 февраля 2025 года в сумме 79 000 рублей, 17 февраля 2025 года в сумме 700 000 рублей, 21 февраля 2025 года в сумме 230 000 рублей, 22 февраля 2025 года в сумме 100 000 рублей, 01 марта 2025 года в сумме 210 000 рублей.

Указанные обстоятельства подтверждаются выпиской по счету ***, представленной Банк ВТБ (ПАО) по запросу суда.

Также данной выпиской подтверждается расходование ФИО5 денежных средств после их зачисления на его счет в тот же день путем снятия наличных посредством банкоматов.

Факт поступления спорных денежных средств от ФИО1 на счет ФИО5 сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривался.

Ответчиком ФИО5 в обоснование осуществленных истцом на его счет переводов указано о заключении между ними 17 февраля 2025 года договора купли-продажи по обмену цифровых активов на криптовалютной платформе, во исполнение которого истцом ФИО1 на счет ФИО5 были перечислены указанные денежные средства. Перечисленные денежные средства являлись платой за оказанную услугу по обмену цифровых активов. В качестве доказательств исполнения своих обязательств в рамках данного договора ФИО5 представлены скриншоты приобретения криптовалюты USDT, переписки с платформы Bybit.

Ответчик полагает, что действовал добросовестно и законно, строго в соответствии с правилами платформы Bybit и не имел никакого умысла на незаконное присвоение денежных средств. Считает, что истцом не представлено доказательств возникновения обязательств перед ним.

В силу пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса РФ сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Согласно пункту 1 статьи 162 Гражданского кодекса РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона от 31 июля 2020 года № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.

В силу статьи 14 указанного Федерального закона под организацией выпуска в Российской Федерации цифровой валюты понимается деятельность по оказанию услуг, направленных на обеспечение выпуска цифровой валюты, с использованием доменных имен и сетевых адресов, находящихся в российской национальной доменной зоне, и (или) информационных систем, технические средства которых размещены на территории Российской Федерации, и (или) комплексов программно-аппаратных средств, размещенных на территории Российской Федерации.

Выпуск цифровой валюты в Российской Федерации – это действия с использованием объектов российской информационной инфраструктуры и (или) пользовательского оборудования, размещенного на территории Российской Федерации, направленные на предоставление возможностей использования цифровой валюты третьими лицами.

Организация выпуска и (или) выпуск, организация обращения цифровой валюты в Российской Федерации регулируются в соответствии с федеральными законами.

В Российской Федерации запрещается распространение информации о предложении и (или) приеме цифровой валюты в качестве встречного предоставления за передаваемые ими (им) товары, выполняемые ими (им) работы, оказываемые ими (им) услуги или иного способа, позволяющего предполагать оплату цифровой валютой товаров (работ, услуг).

В письменных возражениях ФИО6 указал, что между истцом и ними 17 февраля 2025 года заключен договор купли-продажи по обмену цифровых активов на криптовалютной платформе. Перечисление спорных денежных средств являлось платой за оказанную услугу по обмену цифровых активов.

Вместе с тем, при рассмотрении дела не нашли своего подтверждения доводы ответчика ФИО5 о предоставлении истцу какого-либо имущества, в том числе в виде цифровой валюты, передаче данного имущества в пользу ФИО1 и принятие истцом этого имущества (цифровой валюты, электронного финансового актива, доступа к электронному кошельку, др.), наличия между сторонами соответствующих правоотношений.

Необходимо отметить, что до настоящего времени в Российской Федерации являются не урегулированными отношения по поводу так называемых криптовалют, то есть виртуальных электронных денег, создание и дальнейший оборот которых происходят при помощи компьютерной сети. Эмиссия криптовалют происходит децентрализованно. Государственный контроль за такой валютой в настоящее время не предусмотрен. Криптовалюта не предусмотрена статьей 128 ГК РФ в качестве объекта гражданских прав, в том числе не отнесена к безналичным деньгам (статья 140 ГК РФ), так как не определена законодательством в качестве средства платежа.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, подтверждающих законность и обоснованность получения денежных средств на счет, открытый на имя ФИО5, либо передачи денежных средств во исполнение каких-либо договорных обязательств, а также доказательств возврата денежных средств в полном объеме истцу, ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что зачисленные ФИО1 на счет, открытый на имя ФИО5, денежные средства в общей сумме 910 000 рублей (в пределах заявленных требований), являются неосновательным обогащением и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Наличия обстоятельств, препятствующих возврату неосновательного обогащения и перечисленных в ст. 1109 ГК РФ, судом не установлено, ответчиками не доказано.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что при обращении в суд с рассматриваемым иском ФИО1 был освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии с подпунктом 16 пункта 1 статьи 333.20, подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ государственная пошлина в размере 23 200 рублей подлежит взысканию с ответчика ФИО5 в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 (ИНН ***) в пользу ФИО1 (СНИЛС ***) денежные средства в сумме 910 000 (девятьсот десять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО5 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 23 200 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Касымова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 20 марта 2026 года.