Дело № 2 – 73/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 мая 2019 года г. Новосибирск

Калининский районный суд г. Новосибирска

в с о с т а в е:

Председательствующего судьи Авериной О.А. 

При секретаре Учлохумяне А.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО, ФИО, ФИО к ФИО и ФИО о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи недвижимого имущества, взыскании денежных средств и демонтаже забора, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО, ФИО и ФИО обратились в суд с иском к ФИО и ФИО, по которому, с учетом уточнений, просят перевести на истцов права и обязанности покупателя ФИО по договору купли-продажи 3/5 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, д. Славянская, 

<

адрес>, по 1/3 доли на каждого; взыскать с ФИО в пользу истцов разницу между стоимостью восстановления части жилого дома (литера А и литера а), в соответствии с эскизным проектом и фактически затраченных ответчиком денежных средств на приобретение спорной доли в размере 1 695 991 руб.; обязать ФИО за свой счет и своими силами демонтировать возведенный на месте снесенной доли жилого дома капитальный забор, а также взыскать с ответчиков судебные расходы на оплату госпошлины в размере 23 480 руб. (л.д. 4-5, 146-149).

В обоснование иска истцы указали, что ДД.ММ.ГГГГ соседка ФИО продала принадлежащие ей 3/5 долей в праве общей долевой собственности на дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, не известив истцов надлежащим образом о преимущественном праве покупки. Из представленных нотариусом документов следует, что истцам направлены уведомления о продаже спорной доли дома и земельного участка ДД.ММ.ГГГГ. Из данных документов видно, что уведомления содержат ряд неточностей, поскольку по адресу: 

<

адрес>, ФИО и ФИО не значатся, есть ФИО и ФИО, которые состоят на регистрационном учете и проживают по другим адресам. ФИО имела на руках копии паспортов истцов, которые ей были переданы самими истцами для предоставления в суд по снятию с регистрационного учета из дома по 

<

адрес>, брата ФИО Истцы полагают, что ФИО умышленно предоставила нотариусу недостоверные сведения с целью скрыть от истцов факт продажи спорной доли. У истцов имелись необходимые денежные средства на приобретение спорной доли дома на момент подписания предварительного договора купли-продажи в 2017 году. Как стало известно, доля была продана ФИО в рассрочку и в настоящее время доля дома и земельного участка находятся в залоге у ФИО При подписании договора купли-продажи ФИО передала ФИО 300 000 руб. и впоследствии перевела на счет дочери ФИО 125 400 руб. и в июне 2018 года перевела ФИО 41 000 руб., таким образом, всего было оплачено перед подписанием договора 466 400 руб. 

Из п. 1.7 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО с техническим состоянием дома ознакомлена, качество жилого дома ее удовлетворяет. Однако, ДД.ММ.ГГГГ ФИО заказала техническую экспертизу и по результатам обследования установлено, что жилой дом по 

<

адрес> (литера А) не пригоден для проживания, а фактический износ составляет 80 %, тогда как по результатам технической инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ составлял 68 %. После получения технического заключения ФИО уничтожила приобретенную ею долю жилого дома, не получив на снос разрешение администрации 

<

адрес>а 

<

адрес> и согласия сособственников, нарушив положения ст. 246 ГК РФ. Права истцов нарушены, что выражено в существенном ухудшении жилого дома, как единого объекта недвижимости, стоимость восстановления, согласно проекта, составляет 2 806 591 руб. Истцы подтверждают готовность заключить договор купли-продажи спорной доли за цену 1 300 000 руб. и на условиях, оговоренных договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 4-5, 146-149 т.1).

Истец ФИО в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно пояснила (л.д. 195 т.1), что ей и сестрам принадлежит часть дома литера А1, где расположены три жилые комнаты и кухня. В настоящее время в доме проживает их бабушка ФИО, а они с сестрами проживают по другим адресам. Ей известно, что их соседка ФИО в 2016 году обращалась в суд с целью выписать из дома своего брата, который там не жил, и впоследствии продать свою половину, однако непосредственно о продаже дома их не известили. С декабря 2016 года она проживает по другому адресу, о чем ФИО было известно. В мае 2018 года со слов бабушки узнала, что ФИО выехала, а о том, что ее часть приобрела ФИО стало известно, когда ответчик начала сносить свою половину. Она (истец) готова взять кредит и выкупить свою долю. Считает, что их половина и половина ФИО были единым домом. 

Истец ФИО также исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно пояснила (л.д. 195 т.1), что на ее имя вообще никаких извещений о продаже доли дома соседкой не поступало, она не проживает по 

<

адрес> с декабря 2017 года. О продаже доли ФИО узнала при тех же обстоятельствах, что и ФИО У нее имеются накопления и она желает выкупить свою долю. На август 2017 года ее муж продал комнату и у них имелось 900 000 руб., также в сентябре-октябре 2017 года она получила сертификат на мат. капитал.

Истец ФИО в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно пояснила (л.д. 195 т.1), что в доме она не проживает с марта 2018 года и в августе 2017 года на ее имя никаких извещений о продаже доли ФИО не поступало. Она также желает выкупить долю, она официально работает, намерена взять кредит.

Ответчик ФИО в настоящем судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, пояснила (л.д. 195-196, 232 т.1), что она является собственником земельного участка и дома по 

<

адрес> с апреля 2017 года. Зимой 2018 года они с семьей туда заехали. Часть земельного участка и дом ФИО граничили с ее участком. Она видела, что ФИО является инвалидом, ей трудно передвигаться и летом 2017 года она спросила у дочерей ФИО будут ли они продавать землю и дом, на что ей ответили утвердительно. Затем она обратилась непосредственно к ФИО Впоследствии ФИО ей говорила, что звонила ФИО – бабушке истцов с вопросом будут ли они выкупать ее долю, на что та ответила отказом, т.к. покупать им не за что. Затем состоялась сделка купли-продажи. По договору она купила долю в праве собственности на землю и дом, однако фактически часть дома ФИО и часть дома истцов это два отдельных дома, это видно по тех. паспортам, между ними было расстояние. При заключении договора она передала 300 000 руб. ФИО, всего договорились на 1 300 000 руб., в настоящее время она фактически все выплатила. Она не согласна с переводом прав покупателя на истцов, т.к. полагает, что при совершении сделки все было в соответствии с законом. Сначала она хотела оставить купленный дом для хозяйственных нужд, но когда из него стали выносить старую мебель, потолок чуть не упал и стало видно, что дом в очень плохом состоянии. Перед сносом дома она обращалась в администрацию района, сделала экспертизу и обратилась к ФИО, которая попросила после сноса утеплить ее стену. Затем через некоторое время ФИО попросила передать ей две сотки земли, т.к. у них земли мало. Впоследствии она звонила ФИО и та конкретно не озвучила свои требования. В итоге она (ответчик) приняла решение снести принадлежащий ей дом, что и было сделано. Забор она поставила в сентябре 2018 года на месте старого забора, отступив в свою сторону.

Ответчик ФИО в настоящее судебное заседание не явилась, извещена (л.д. 46 т.2), представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 144 т.1), будучи опрошенной в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования не признала, пояснила (л.д. 232-233 т.1), что до 2007 года у них с истцами действительно был единый дом, затем половину истцов снесли и на этом месте построили им новый дом. Общих стен после 2007 года у них не было, также как был разный фундамент и разные крыши. Когда она начала продавать свой дом, то в августе 2017 года поставила в известность ФИО, позвонив ей по телефону, спросила будут ли они покупать ее долю, ей ответили отказом. Все документы по доверенности оформляла ее дочь, т.к. она сама передвигается только в инвалидном кресле. Со слов дочери ей известно, что она лично разговаривала с ФИО, сообщала о продаже дома, однако ФИО заверила, что они покупать ее долю не будут. После этого обратились к нотариусу. Там разъяснили, что истцы имеют преимущественное право покупки и предложили им прийти и написать отказ. Также дочь говорила ФИО, что придут уведомления от нотариуса, их нужно получить. Истцы знали, что она продает дом и ищет вариант с квартирой. Дом действительно находился в плохом состоянии, т.к. с 2015 года она не могла за ним надлежащим образом следить. С ФИО они договорились о продаже за 1 300 000 руб., 300 000 было выплачено сразу, а остальное в рассрочку на 2 года. Затем у ФИО появилась возможность и она заплатила 700 000 руб. Уже после продажи и выезда ФИО сообщила, что у них с истцами начался конфликт и что она должна подарить им две сотки земли, т.к. у них земли мало. Забор между ее частью земли и землей истцов всегда был, его ставил еще ее отец.

Представитель 3-го лица нотариуса ФИО – ФИО, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на десять лет (л.д. 63) в судебном заседании с исковыми требованиями истцов не согласился, пояснил (л.д. 196 т.1), что в августе 2017 года ФИО, действуя через представителя, обратилась к нотариусу с просьбой уведомить долевых собственников о продаже своей доли, что и было сделано. В адрес истцов нотариусом были направлены извещения по адресу объекта недвижимости по данным из Управления Росреестра по 

<

адрес>, т.к. другими сведениями нотариус не располагал. Однако все конверты были возвращены в связи с истечением срока хранения.

Третье лицо ФИО – бабушка истцов, зарегистрированная и проживающая по 

<

адрес>, суду пояснила (л.д. 196-197, 233 т.1), что по указанному адресу она проживает с 2005 года. Так как мама у девочек умерла, все внучки стали жить с ней. Ее половина дома была в очень ветхом состоянии, заваливалась, в связи с чем ей не оформляли опеку, она дом неоднократно ремонтировала, а в 2007 году ей помогли его отремонтировать через депутата. Фактически сделали реконструкцию, стены действительно стали разные, но крыша была общая. Затем признавали право собственности на дом через суд. В 2016 или 2017 году ФИО ей сказала, что будет продавать дом за 1 500 000 руб., на что она ей говорила, что таких денег у них. Никаких уведомлений к ним не приходило. О том, что ФИО продает дом с рассрочкой, известно не было. О продаже дома ФИО она узнала весной 2018 года от другой соседки и обратилась к ФИО с вопросом покупает ли она дом. ФИО сказала, что покупает землю. Она предложила им поговорить, т.к. впоследствии истцы не смогут оформить свой дом, потому что мало земли. ФИО сразу заявила, что дом ей не нужен и они будут его сносить. Тогда она пошла к ФИО, стала ей тоже говорить, что земли мало и землю им не разделят, на что ФИО ответила, что сами виноваты. Летом 2018 года ФИО сломала свою часть дома, в связи с чем повреждена часть дома, в которой она живет.

Представитель 3-го лица – администрации 

<

адрес>а 

<

адрес> в судебное заседание не явился по неизвестной причине, о дате судебного заседания извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав пояснения сторон, третьих лиц, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, полагает, что исковые требования ФИО, ФИО и ФИО удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 250 ГПК РФ при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.

В соответствии с ч. 2 ст. 250 ГК РФ продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее.

Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков.

Особенности извещения участников долевой собственности о намерении продавца доли в праве общей собственности продать свою долю постороннему лицу могут быть установлены федеральным законом.

В соответствии с ч. 3 ст. 250 ГК РФ при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Судом установлено, что ФИО, ФИО, ФИО и ФИО являлись сособственниками индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где ФИО, ФИО и ФИО принадлежало на праве собственности по 45/300 доли в праве общей долевой собственности на дом, а ФИО принадлежало 55/100 доли в праве собственности на указанный дом (л.д. 8-9, 27-28, 35-42 т.1 – выписки из ЕГРН). 

На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом ФИО, продавец ФИО продала покупателю ФИО 55/100 принадлежащих ей долей в праве общей долевой собственности на объект индивидуального жилищного строительства – жилой дом, общей площадью 85,2 кв.м., литер А., А1, расположенный по адресу: 

<

адрес> 3/5 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, площадью 609,0 кв.м., находящийся по этому же адресу. (л.д. 44-46, 113-115 т.1). 

Судом установлено, что ответчик ФИО, решив продать свои доли в праве собственности на дом и земельный участок, с целью соблюдения требований ст. ст. 246, 250 Гражданского кодекса РФ, ДД.ММ.ГГГГ обратилась к нотариусу ФИО (л.д. 120, 126, 132 т.1), где указала, что намерена продать недвижимое имущество по цене 1 300 000 руб. 

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО, в порядке ст. 250 ГК РФ, были направлены по адресу регистрации и жительства истцов заявления ФИО об условиях продажи принадлежащих ей долей в праве собственности на дом и земельный участок и уведомления о намерении ответчика продать принадлежащие ей доли в праве собственности по цене 1 300 000 руб. с рассрочкой платежа на срок не более 24 месяцев (л.д. 121-122, 127-128, 133-134 т.1).

Указанные уведомления были направлены нотариусом ДД.ММ.ГГГГ заказными письмами по месту нахождения недвижимого имущества и последнему известному месту жительства сособственников по адресу: 

<

адрес> на имя каждого из истцов – ФИО, ФИО1 и ФИО2 с обратным уведомлением о вручении, что подтверждается почтовыми квитанциями (л.д. 123, 129, 135 т.1), отчетами об отслеживании отправлений сайта «Почта России» (л.д. 127, 131, 137 т.1, л.д. 49, 50 т.2), а также конвертами с отметками почты (л.д. 124, 130, 136 т.1). 

Как следует из отчетов об отслеживании отправлений сайта «Почта России» (л.д. 127, 131, 137 т.1), а также согласно отметок на конвертах (л.д. 124, 130, 136 т.1), указанные уведомления не были получены истцами и ДД.ММ.ГГГГ возвращены в адрес отправителя – нотариуса ФИО с отметками «за истечением срока хранения». 

Как пояснили сами истцы, на август-сентябрь 2017 года в доме по 

<

адрес> проживали и были зарегистрированы по месту жительства истцы ФИО и ФИО 

Доводы истца ФИО о том, что на ее имя уведомление не направлялось, поскольку согласно ответа почты (л.д. 51 т.2) в базе почтового отделения 84 сведения о таком письме отсутствуют, судом не принимаются, поскольку опровергаются уведомлением (л.д. 128 т.1), квитанцией об отправке (л.д. 129 т.1), конвертом с отметками почтовой службы (л.д. 130 т.1), в том числе и 84 почтового отделения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором (л.д. 131 т.1).

Доводы истца ФИО о том, что уведомление на ее имя не направлялось, а было направлено на имя ФИО3 также опровергаются представленными документами: уведомлением (л.д. 122 т.1), квитанцией об отправке (л.д. 123 т.1), конвертом с отметками почтовой службы (л.д. 124 т.1) и отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором (л.д. 125 т.1), из которых следует, что уведомление направлялось именно в адрес ФИО

Тот факт, что ФИО и ФИО на август 2017 года уже сменили фамилию ФИО4 на ФИО (л.д. 152 т.1 – свидетельство о заключении брака ДД.ММ.ГГГГ) и ФИО (л.д. 151 т.1 – свидетельство заключении брака ДД.ММ.ГГГГ) не свидетельствует о направлении уведомлений ненадлежащим лицам, поскольку официальная информация об этом у нотариуса отсутствовала, учитывая, что согласно выписки из ЕГРН на жилой дом и земельный участок от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 116-118 т.1) и от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 35-42 т.1), данные ФИО и ФИО по прежнему указаны как ФИО и ФИО

Доводы истца ФИО о том, что уведомление было направлено для нее по ненадлежащему адресу – 

<

адрес>, поскольку на август 2017 года она по этому адресу не проживала, а проживала и была зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>, судом также не принимаются, учитывая, что у нотариуса на момент направления уведомления отсутствовали сведения об ином месте жительства сособственника ФИО

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в Определении ДД.ММ.ГГГГ N 5-КГ13-109, по смыслу указанных норм требование об извещении можно признать исполненным, если продавец представит доказательства о направлении им уведомления о продаже доли по месту жительства или последнему известному месту жительства сособственников.

Кроме того, в подтверждение доводов ответчиков об извещении истцов о продаже ФИО своей доли, суд полагает возможным учесть пояснения свидетеля ФИО – дочери ФИО, которая суду пояснила (л.д. 233-234 т.1), что летом 2017 года она лично общалась с ФИО, которой говорила, что мама намерена продать свою часть дома и землю. ФИО спрашивала, будет ли ФИО покупать или нет, они с ней обсуждали цену, говорили о продаже в рассрочку. Она разъяснила ФИО, что на их имя придут уведомления от нотариуса. Затем ФИО говорила, что приходили извещения, но как она поняла, они их не получили. При этом, ФИО никогда не говорила, что они с сестрами хотят выкупить эту долю.

Каких-либо иных доказательств, опровергающих факт направления уведомлений, истцы в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представили. 

При таких обстоятельствах, руководствуясь приведенными правовыми нормами, суд пришел к выводу, что ответчик ФИО выполнила свою обязанность, предусмотренную ст. 250 ГК РФ, а именно письменно уведомила сособственников о продаже доли и предоставлении им права на преимущественную покупку, так как передала уведомление о продаже своей доли в спорном доме через нотариуса, при этом, указанное уведомление содержало в себе все необходимые условия продаваемого имущества и его цену.

Судом также учитывается, что условия продажи вышеуказанной доли по договору в виде перечисления денежных средств на депозит нотариуса, внесение денежных средств на счет суда, закладки денежных средств в банковскую ячейку, в подтверждение о реальности своих намерений, истцами выполнены не были.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 6 (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 14), при предъявлении иска о переводе прав и обязанностей покупателя в связи с нарушением преимущественного права покупки истец обязан внести по аналогии с частью 1 статьи 96 ГПК РФ на банковский счет управления (отдела) Судебного департамента в соответствующем субъекте Российской Федерации уплаченную покупателем сумму, сборы и пошлины, а также другие суммы, подлежащие выплате покупателю в возмещение понесенных им при покупке доли необходимых расходов.

Данный порядок истцами соблюден не был.

Надлежащих доказательств наличия у истцов достаточных денежных средств для приобретения имущества ФИО на момент заключения договора и в настоящее время, материалы дела не содержат.

С учетом изложенного, суд полагает, что в иске ФИО, ФИО и ФИО к ФИО и ФИО о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи недвижимого имущества должно быть отказано.

Не подлежит удовлетворению также требование истцов о взыскании с ФИО в их пользу денежной компенсации в размере 1 695 991 руб. в связи со сносом ФИО 55/100 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по 

<

адрес> связи с отсутствием для этого каких-либо оснований.

Как следует из выписки из ЕГРН (л.д. 8-9, 27-28, 35-42 т.1) ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован переход права собственности 55/100 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> (литеры А, А1) от ФИО на покупателя ФИО в соответствии с договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Истцам ФИО, ФИО и ФИО, как указывалось ранее, принадлежит по 45/300 доли в праве общей долевой собственности на дом.

Из пояснений сторон следует, что летом 2018 года, ФИО снесла принадлежащую ей часть дома (литера А), соответствующую 55/100 долей в праве общей долевой собственности на дом по 

<

адрес>, которая перестала существовать (л.д. 11 т.1 – фотографии, л.д. 13 т.1 – ответ администрации 

<

адрес>а 

<

адрес>).

Обосновывая свои исковые требования о взыскании денежной компенсации, истцы ссылаются на положения ст. 15 ГК РФ (л.д. 147 т.1) и просят взыскать с ФИО убытки в размере 1 695 991 руб., которые необходимо будет затратить на восстановление разрушенной части дома, принадлежавшей ФИО, исходя из стоимости восстановления, согласно проекту, подготовленному ООО «Сибтерем» (л.д. 166-186 т.1) в размере 2 806 591 руб. с учетом понесенных расходов на проектные работы в размере 14 400 руб. (л.д.187 т.1 – квитанция) за минусом фактически оплаченных ФИО денежных средств по договору купли-продажи – 1 125 000 руб. 

В соответствии с ч.1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с ч.2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч.1 ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

Судом установлено, что действительно ФИО согласия сособственников на снос части дома не получала.

Однако, судом установлено, что по факту ФИО, ФИО, ФИО являются собственниками 45/300 долей каждая, расположенных в части дома под литерой А1, 2008 г. постройки, а ФИО являлась собственником 55/100 доли, расположенных в части дома под литерой А, 1965 г. постройки (л.д. 23-26 т.1 – копия техпаспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ). Доля ФИО, ФИО и ФИО имеет отдельный вход и доля ФИО также имела отдельный вход.

Из решения Калининского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует (л.д. 188-193 т.1), что изначально жилой дом по адресу: 

<

адрес>, имел полезную площадь 76,6 кв.м., жилую площадь 46,7 кв.м., где истцам принадлежало 2/5 доли в праве общей долевой собственности. Согласно приказу мэрии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-од истцам были выделены денежные средства в качестве социальной помощи на ремонт дома. При осмотре 2/5 доли в доме установлено, что ремонт невозможен, необходима реконструкция, которая и была произведена путем сноса части дома и возведения на ее месте новой постройки. 

Решением Калининского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 188-193 т.1) за Федотовой (ныне ФИО) О.А., Федотовой (ныне ФИО) О.А. и ФИО признано право собственности на самовольную постройку – 381/852 доли жилого 

<

адрес> (литер А, В), общей площадью 85,2 кв.м., жилой площадью 62,6 кв.м. 

Согласно технического паспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 23-26 т.1) индивидуальный жилой 

<

адрес>, 2008 годов постройки, литеры А, А1, а, имеет общую площадь 85,2 кв.м. и состоял из объекта индивидуального жилищного строительства (литера А), жилого пристроя (А1) и холодного пристроя (литера а).

Согласно технического паспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 157-159, 160-165, 209-218 т.1) индивидуальный жилой 

<

адрес>, 2008 годов постройки, литеры А, А1, имеет общую площадь 85,2 кв.м. и состоял из жилого дома (литера А), 1965 года постройки, и жилого пристроя (литера А1), 2008 года постройки.

Как следует из акта осмотра комиссией из администрации 

<

адрес>а 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ части дома, принадлежащей на праве общей долевой собственности ФИО (л.д. 64 т.1), осматриваемая часть дома представляет собой ветхое строение с каркасно-засыпными стенами с дощатой отделкой, двускатной крыше. Справа к ней примыкает строение, принадлежащее иным участникам общей долевой собственности на жилой дом. В доме расположены три комнаты и кухня. Во всех комнатах вздыбленный пол из окрашенных досок, потолок неровный, волнообразный, местами обвисший, оклеен потолочной плиткой. Стены также неровные, оштукатуренные, окрашенные, с множеством трещин.

Согласно справки ФГУП «Ростехинвентаризация» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 156 т.1) жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, имеет следующие характеристики; литера А жилой дом, процент фактического износа 68, литера А1 жилой пристрой, процент износа -7.

Согласно Технического заключения от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ООО «Заря» (л.д. 65-112 т.1), в строительных конструкциях дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, литера А, наблюдаются деформация и дефекты, свидетельствующие о снижении их несущей способности и т.д. Мночисленные дефекты несущих и ограждающих конструкций свидетельствуют об исчерпании их несущей способности. Дальнейшая эксплуатация жилого дома несет угрозу жизни и здоровью граждан. Проведение капитального ремонта жилого 

<

адрес> литера А с целью устранения вышеуказанных дефектов является экономически нецелесообразной задачей.

Кроме того, согласно заключения судебной строительно-технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом ООО «Мэлвуд» (л.д. 5-34 т.2) обследованием установлено, что фактически здания 1965 года постройки (литера А) и 2008 года постройки (литера А1), расположенные на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, после проведения реконструкции в 2008 году и до сноса части строения летом 2018 года, являлись отдельно стоящими, не зависящими друг от друга зданиями, не имеющими признаков единства (Приложение № к Инструкции о проведении учета жилищного фонда в РФ, утвержденной Приказом Минземстроя РФ от ДД.ММ.ГГГГ №). Здания 1965 года постройки (литера А) и 2008 года постройки (литера А1), расположенные на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, не стояли на едином фундаменте, не имели общую стену, крышу, кровлю и чердак. 

Таким образом, в ходе рассмотрения дела суд полагает достоверно установленным, что принадлежащая ФИО часть дома (литера А) в размере 55/100 долей в праве общей долевой собственности на дом по 

<

адрес>, 1965 года постройки, находилась в аварийном состоянии, к дальнейшей эксплуатации была не пригодна и по факту являлась самостоятельным строением, в связи с чем положения ст. 246 ГК РФ о получении согласия сособственников на снос указанной части дома применению в данном случае не подлежат. 

Следовательно, никаких оснований для взыскания убытков в виде расходов на восстановление разрушенной части дома в пользу истцу не имеется и в иске ФИО, ФИО и ФИО в этой части также должно быть отказано.

При этом, суд полагает необходимым отметить, что истцы ФИО, ФИО и ФИО не лишены возможности требовать восстановления своего нарушенного права в связи со сносом строения ФИО в случае, если принадлежащему им недвижимому имуществу – жилому дому (литера А1) причинен материальный ущерб, что предметом спора по настоящему делу не является.

Вместе с тем, не подлежит удовлетворению требование истцов о возложении на ФИО обязанности по сносу забора, установленному ответчиком на земельном участке на месте принадлежащего ей дома после его сноса, учитывая, что спор о порядке пользования земельным участком в рамках настоящего дела истцами не заявлялся, забор на остальной части земельного участка был установлен и ранее, а требование о демонтаже забора заявлено в целях восстановления нарушенного права истцов в случае перевода на них прав и обязанностей покупателей по договору купли-продажи жилого дома, в чем истцам отказано.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Учитывая, что в иске ФИО, ФИО и ФИО отказано в полном объеме, оснований для взыскания в их пользу понесенных судебных расходов по оплате госпошлины в размере 17 104 руб. 54 коп. (л.д. 3 т.1 - квитанция) по настоящему делу не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194, 198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО, ФИО и ФИО к ФИО и ФИО о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, взыскании денежных средств в размере 1 695 991 рубль и демонтаже забора – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.