Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

13 октября 2020 года 

Нестеровский районный суд Калининградской области в составе

председательствующего судьи В.А. Белеховой,

при секретаре А.В. Турсуновой,

с участием прокурора Сагий Е.Р., 

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором просит взыскать с ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, в размере 1 200 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований указала, что 21 января 2019 года она поскользнулась и упала на улице, в результате падения повредила правую ногу, с жалобами на сильную боль в ноге вынуждена была обратиться к врачу хирургу в поликлиническое отделение ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница». Сразу же ей был сделан рентгеновский снимок и поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, назначено лечение. Впоследствии, поскольку ее состояние не улучшалось, она не могла ходить, испытывала боли, повышалась температура, 26 февраля, 19 марта и 26 марта 2019 года она повторно обращалась к хирургу в ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница», который рекомендовал продолжить назначенное лечение. В дополнительном обследовании ей было отказано, был поставлен диагноз ушиб 

<

данные изъяты>, для лечения был выписан гель и таблетки. 09 апреля 2019 года она была вынуждена самостоятельно обратиться для более углубленного обследования в ГБУЗ Калининградской области «Центральная городская клиническая больница». В данном лечебном учреждении ей был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, а в дальнейшем 03 июня 2019 года проведена операция 

<

данные изъяты>. В связи с тем, что в период с 21 января 2019 года по 09 апреля 2019 года она не получила надлежащей медицинской помощи в ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница», диагноз ей был поставлен неверно, не было назначено соответствующее лечение, за это время образовалась костная мозоль, она испытывала физические и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях, связанных с опасением за жизнь и здоровье, что привело к ухудшению состояния ее здоровья - повышению давления, подавленному эмоциональному состоянию, стрессу, депрессии, плохому настроению, душевной боли из-за неправильного диагноза и назначенных препаратов, она просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в указанной сумме.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 поддержали заявленные требования, изложив в их обоснование аналогичные доводы, ссылаясь на то, что дефекты оказания медицинской помощи ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» прямо повлияли на исход лечения, поскольку в данном лечебном учреждении правильный диагноз за три месяца так и не был поставлен, лечение проводилось не от того заболевания, которое имелось, что привело к ухудшению состояния ее здоровья и повлекло наступившие последствия в виде 

<

данные изъяты>. 

Представитель ответчика ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» ФИО3 возражал по существу предъявленных требований, ссылаясь на то, что вины ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» в некачественном оказании медицинской помощи нет. Полагает, что при первичном и повторном обращении к хирургу 

<

данные изъяты> не был определен, поскольку такой вид перелома имеет большие сложности в диагностике, показаний к оперативному лечению такого вида перелома первоначально нет, кроме того, у истца ФИО1 имелось сопутствующее заболевание в виде 

<

данные изъяты>. Считает, что не установлена причинно-следственная связь между действиями больницы и наступившими последствиями.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, свидетелей ФИО4, ФИО8, эксперта ФИО5, с учетом мнения прокурора Сагий Е.Р., суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1 и 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием ее обращения в суд с требованиями к ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» о компенсации морального вреда явилось некачественное оказание ей в этой больнице медицинской помощи (не были проведены необходимые обследования и не установлен диагноз, что повлекло ненадлежащее и несвоевременное лечение и привело к ухудшению состояния здоровья истца, причинило ей физические и нравственные страдания), тем самым нарушено ее право на здоровье как нематериальное благо.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права. 

К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац 2 пункта названного постановления).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 названного постановления).

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении ФИО1 морального вреда при оказании медицинской помощи.

В судебном заседании было установлено, и это подтверждается материалами дела, что 21 января 2019 года в 09 часов 30 минут после падения на улице в г. Нестерове Калининградской области истец ФИО1 обратилась в отделение скорой помощи ГБУЗ КО «Нестеровская ЦРБ», фельдшером бригады скорой помощи было произведено обезболивание, после чего она была доставлена на прием к хирургу в поликлинику с диагнозом ушиб 

<

данные изъяты>. 

В этот же день, 21 января 2019 года, ФИО1 была осмотрена хирургом, ей была проведена рентгенография 

<

данные изъяты>. Описывая снимок, рентгенолог указал в заключении: 

<

данные изъяты>. По результатам осмотра и рентгенографии хирургом был выставлен диагноз 

<

данные изъяты>, было рекомендовано лечение противовосполительными нестероидными обезболивающими препаратами. 

26 февраля 2019 года ФИО1 с жалобами на боли в 

<

данные изъяты> также обращалась на прием к хирургу ГБУЗ КО «Нестеровская ЦРБ», ей было откорректировано лечение 

<

данные изъяты> 

С жалобами на продолжающиеся боли в 

<

данные изъяты> ФИО1 обращалась к этому же врачу повторно 19 марта 2019 года и 26 марта 2019 года, дополнительное обследование ей не назначалось, продолжалось назначенное лечение того же заболевания.

09 апреля 2019 года ФИО1 с жалобами на боли в области 

<

данные изъяты> сустава самостоятельно обратилась на прием к врачу травматологу ГБУЗ КО «Центральная городская клиническая больница» в г. Калининграде. В результате консультации и изучения рентгеновского снимка 

<

данные изъяты> от 21 января 2019 года, сделанного в ГБУЗ КО «Нестеровская ЦРБ», врачом не было исключено наличие 

<

данные изъяты>. В ходе определения локального статуса было установлено, что 

<

данные изъяты>. Были рекомендованы дополнительные обследования.

Материалами дела подтверждается, что в результате проведенного дополнительного обследования (компьютерной томографии и рентгенографии) в дальнейшем диагноз 

<

данные изъяты> у ФИО1 подтвердился. С 31 мая 2019 года по 23 июня 2019 года она находилась на стационарном лечении в ГБУЗ КО «Центральная городская клиническая больница» с диагнозом 

<

данные изъяты>, 03 июня 2019 года ФИО1 была прооперирована, 

<

данные изъяты>.

По поводу оказания ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница» медицинской помощи ненадлежащего качества ФИО1 обращалась в Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Калининградской области. Данное обращение было направлено для рассмотрения в Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Калининградской области 

Филиалом ООО «Капитал МС» в Калининградской области проводилась экспертиза качества медицинской помощи по случаю оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница. Согласно экспертному заключению от 20 сентября 2019 года врачом экспертом страховой компании были установлены дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1, заключающиеся в том, что при первичном и повторном обращении в Нестеровскую ЦРБ не был выставлен диагноз 

<

данные изъяты>. Также в заключении указано, что 

<

данные изъяты> переломы 

<

данные изъяты> имеют большие трудности в диагностике и показаний к оперативному лечению в экстренном периоде не имеют.

Эксперт ФИО5, проводивший экспертизу качества медицинской помощи, включенный в территориальный реестр экспертов качества медицинской помощи Калининградской области по специальности «травматология и ортопедия», в судебном заседании доводы, изложенные в заключении, поддержал, пояснив, что если бы данный перелом был выявлен изначально, смещения отломков бы не наступило, также сослался на то, что имели место недостатки в оказании медицинской помощи врачом хирургом на первоначальном этапе. 

Давая пояснения в судебном заседании, врач хирург ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница» ФИО6 сослался на то, что в настоящее время хирург ФИО7, у которого лечилась ФИО1, в больнице не работает. Пояснил, что имеются сложности в первоначальной диагностике 

<

данные изъяты>, лечение ушиба и перелома отличается тем, что при переломе необходим длительный постельный режим, иммобилизация конечности, накладывание гипса или специальных повязок. Кроме того, периоды выздоровления при этих заболеваниях различные, как правило, лечение ушиба может составлять несколько недель, если болевой синдром не проходит, нужны дополнительные обследования, однако наличие 

<

данные изъяты> может давать болевой синдром.

В судебном заседании врач рентгенолог больницы ФИО8, описывающий рентгеновский снимок ФИО1 от 21 января 2019 года, пояснил, что на этом первичном снимке нельзя было определить наличие перелома, он видел ровные и четкие края, признаков перелома не обнаруживал, были видны только явные признаки 

<

данные изъяты>, а ушиб на снимке не отражается.

В материалах дела имеется ответ Министерства здравоохранения Калининградской области от 13 сентября 2019 года на обращение ФИО1, в котором указано, что руководством ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница» по доводам жалобы ФИО1 проведена проверка, по итогам проверки при оказании медицинской помощи установлены дефекты, в связи с чем врач хирург привлечен к дисциплинарной ответственности.

В деле имеется приказ №/П-1 от 10 сентября 2019 года главного врача ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница», из которого следует, что в результате проведенной проверки по жалобе ФИО1 по факту некачественного оказания ей медицинской помощи было установлено, что при первичном обращении и при последующих обращениях отсутствует рентгенологическая динамика, а также описание локального статуса 

<

данные изъяты>, что могло привести к неправильной постановке диагноза и лечению пациентки, в связи с чем врачу хирургу ФИО7 объявлено замечание. 

Из заключения главного внештатного специалиста по лучевой и инструментальной диагностике Министерства здравоохранения Калининградской области ФИО9 по рентгеновскому снимку ФИО1 от 21 января 2019 года следует, что наряду с признаками 

<

данные изъяты> на снимке прослеживается линия перелома, сделано заключение по данному снимку: 

<

данные изъяты>. 

В ходе судебного разбирательства по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам государственного бюджетного учреждения «Бюро судебно-медицинской экспертизы Калининградской области».

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы №, проводившейся в период со 02 июня 2020 года по 15 сентября 2020 года, возможность правильного установления диагноза ФИО1 на первоначальном этапе у ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница» была даже при том объеме диагностических мероприятий, который был проведен (осмотр врача хирурга, рентгенография области 

<

данные изъяты>, консультация рентгенолога). В целом проведенное лечение соответствовало установленному диагнозу ушиб 

<

данные изъяты>, сопутствующий 

<

данные изъяты>, однако на данном этапе не был выявлен имевшийся у нее перелом 

<

данные изъяты>, что привело к удлинению сроков лечения в связи с переломом, но не привело к ухудшению здоровья. На первоначальном этапе оказания медицинской помощи имели место недостатки в виде не выявления имеющегося перелома, а также имели место выявленные в ходе служебной проверки дефекты, заключающиеся в том, что при первичном осмотре и при последующих осмотрах хирургом не описывался локальный статус, не исследовалась рентгенологическая динамика. Причиной 

<

данные изъяты> ФИО1 явились последствия полученной 21 января 2019 года после падения травмы в виде 

<

данные изъяты>. 

Исследуя все доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашел подтверждение факт оказания ответчиком ненадлежащей медицинской помощи ФИО1, поскольку не были соблюдены государственные гарантии обеспечения качества оказания медицинской помощи.

Суд приходит к выводу, что причинение истцу физических и нравственных страданий по вине ответчика имело место, противоправность поведения ответчика, наличие причинно-следственной связи между его противоправным поведением и причинением морального вреда, виновность ответчика в причинении физических или нравственных страданий ФИО1 подтверждена материалами дела. 

Ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в не установлении ФИО1 правильного диагноза, что повлекло за собой ненадлежащее и несвоевременное лечение ФИО1, а также отсутствие его вины в дефектах оказания ей медицинской помощи, приведших к удлинению сроков лечения, и к длительным переживаниям и длительному болевому синдрому в суставе, в связи с чем имеются предусмотренные законом основания для возложения на больницу обязанности по компенсации морального вреда ФИО1. 

Суд находит заслуживающими внимания доводы истца, на которых она основывала свои исковые требования о компенсации морального вреда, о том, что в случае оказания ей своевременной медицинской помощи и проведения всех необходимых обследований и диагностических мероприятий, включая углубленное рентгенологическое исследование 

<

данные изъяты> сустава, на боль в котором она жаловалась на протяжении около трех месяцев, проведение консультаций узких специалистов, ей был бы правильно и своевременно установлен диагноз, и соответственно, была бы оказана надлежащая медицинская помощь с учетом ее состояния здоровья.

Кроме того, вина ответчика в ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО1 основывается на не соблюдении требований части 2 и части 5 статьи 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в соответствии с которыми лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

В то же время, в ходе рассмотрения дела ответчиком ГБУЗ КО «Нестеровская центральная районная больница» в суд не были представлены доказательства, подтверждающие, что больницей все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента по указанным ею жалобам и в целях установления правильного диагноза, определению и установлению симптомов имеющейся у ФИО1 травмы были правильно организованы и проведено необходимое обследование пациента, в то время как в соответствии с пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на ответчике лежит обязанность доказывания своей невиновности в причинении морального вреда ФИО1. 

Исходя из указанных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 действительно были причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в физической боли и переживаниях, связанных с некачественным оказанием медицинской помощи. 

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, степень вины ответчика, степень причиненного вреда здоровью истца, кроме того судом учитывается характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости. 

С учетом изложенного, исходя из принципа разумности и справедливости, суд находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению, полагая, что в пользу истца подлежит компенсация морального вреда в сумме 150 000 рублей, полагая, что данная сумма является разумной и справедливой.

Руководствуясь ст. ст. 194 -198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, удовлетворить частично. 

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калининградской области «Нестеровская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, в сумме 150 000 (сто пятьдесят) рублей, в остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Калининградского областного суда через Нестеровский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

В окончательной форме мотивированное решение изготовлено 19 октября 2020 года.

Судья В.А. Белехова