Мировой судья Гребнев Д.В. копия

Дело № 12-55/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

06 февраля 2019 года г. Пермь

Судья Пермского районного суда Пермского края Костенко Т.Н.,

при секретаре судебного заседания Жижиной М.В.,

с участием потерпевшего ФИО1,

представителя потерпевшего ФИО2,

лица, в отношении которого прекращено производство по делу, ФИО3,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Пермского судебного района Пермского края от 24.12.2018,

установил:

Согласно протоколу об административном правонарушении от 31.10.2018 дело об административном правонарушении в отношении ФИО3 должностным лицом административного органа было возбуждено по факту нанесения им 

<

адрес> около 19:30 часов по адресу: 

<

адрес> в ходе сложившихся личных неприязненных отношений побоев ФИО1, брызнув газовым баллончиком в лицо, отчего последний испытал физическую боль. 

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Пермского судебного района Пермского края от 24.12.2018 производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО3 прекращено на основании п.3 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с совершением им действий в состоянии крайней необходимости. 

Не согласившись с постановлением, потерпевший ФИО1 обратился в суд с жалобой, в которой поставил вопрос о его отмене и возвращении дела на новое рассмотрение. В обоснование доводов жалобы указал, что выводы мирового судьи не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в основу вывода суда о наличии в действиях ФИО3 крайней необходимости были положены недостоверные показания свидетелей ФИО7, ФИО9, которые заинтересованы в исходе дела, их показания противоречат между собой, и не согласуются с произошедшими обстоятельствами по делу, показания ФИО3 не подтверждаются выводами судебно-медицинского эксперта. Полагает, что мировым судьей не установлено, что ФИО3 мог быть причинен вред более значительный, чем вред, причиненный им потерпевшему, в случае не распыления им газа в глаза потерпевшему, что исключает применение ст. 2.7 КоАП РФ. 

В судебном заседании ФИО1 на доводах жалобы настаивал, просил ее удовлетворить по основаниям, приведенным в жалобе, дополнив доводы жалобы тем, что судом были допущены в ходе рассмотрения дела процессуальные нарушения, так как свидетель ФИО4 участвовала в судебном заседании в качестве защитника ФИО3 Показал, что ранее конфликтов у него с сыном ФИО3 не происходило, сын спровоцировал конфликт для вселения в его жилище, допрошены по данному делу сотрудниками полиции с супругой они были до сына и свидетелей с его стороны. 

Представитель потерпевшего ФИО2 в суде настаивал на удовлетворении доводов жалобы, по основаниям в ней изложенным, а также обращая внимание на допущенные по делу мировым судьей процессуальные нарушения.

ФИО3 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении доводов жалобы, пояснив, что инициатором конфликта был его отец ФИО1, который попытался нанести ему удар по руке монтировкой, ФИО12 в качестве его защитника в судебном заседании не выступала, он был опрошен с сестрой сотрудниками полиции по делу после опроса отца и его супруги. 

Выслушав в суде пояснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, оснований для удовлетворения доводов жалобы не усматриваю по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Статьи 118 и 123 Конституции РФ определяют, что правосудие в РФ осуществляется судом, при этом судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. При этом обязанность доказывания вины лица, привлекаемого к административной ответственности, возложена на должностное лицо, осуществляющее производство по делу.

На основании ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В соответствии со ст. 6.1.1 КоАП РФ административным правонарушением признается нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

При этом по смыслу закона, объективную сторону состава данного правонарушения, влекущую наступление административной ответственности, составляют действия лица по умышленному нанесению побоев иному лицу, причинивших последнему физическую боль.

На основании статьи 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.

По смыслу приведенной нормы закона опасность, угрожающая личности и иным интересам должна быть реальной, а не мнимой и не предполагаемой; действия, совершаемые в обстановке крайней необходимости, по времени должны совпадать с реально существующей угрозой причинения вреда; опасность не могла быть устранена иными средствами; действия, квалифицируемые как административное правонарушение - единственное, что могло бы привести к устранению опасности.

В соответствии п.3 ч.1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии действия лица в состоянии крайней необходимости.

Исходя из положений ч.1 ст. 1.6 КоАП РФ обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности. 

В соответствии со статьями 1.5, 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении подлежат выяснению, в частности: лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), а также виновность данного лица в совершении административного правонарушения, обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не обязано доказывать свою невиновность, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи. 

В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Таким образом, из системного толкования норм закона следует, что установление виновности предполагает доказывание не только вины субъекта, но и его непосредственной причастности к совершению противоправного действия (бездействия), то есть объективной стороны деяния. Лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Доказывание вины лица в совершении административного правонарушения лежит на административном органе.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

Положения ч.1 ст. 1.5 КоАП РФ о презумпции невиновности лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, имеют первостепенное значение при рассмотрении по существу административного дела. 

Как следует из материалов дела, указанные положения закона при рассмотрении настоящего дела мировым судьей были выполнены в полной мере, на основании исследованных доказательств им были правильно установлены фактические обстоятельства дела и, учитывая, что совокупностью представленных по делу доказательств, которые были оценены мировым судьей по правилам, предусмотренным ст. 26.11 КоАП РФ, вина ФИО3 в умышленном нанесении побоев ФИО1 не нашла своего подтверждения в ходе судебного заседания, его действия по распылению газа в лицо потерпевшего ФИО1 были вызваны действиями последнего, нанесшего удар по левой руке ФИО3 монтировкой, и пытавшегося нанести ему удар монтировкой по голове, от которого он увернулся и удар пришелся ему по руке, оценив представленные сторонами доказательства, мировой судья пришел к выводу о совершении ФИО3 действий, выразившихся в причинении побоев ФИО1 путем распыления в лицо последнему газа из газового баллончика в состоянии крайней необходимости, в связи с чем обоснованно на основании п.3 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ прекратил производство по делу об административном правонарушении. 

С учетом установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание, что административная ответственность за причинение побоев в состоянии крайней необходимости по закону исключается, а иных действий по умышленному нанесению побоев ФИО3 своему отцу ФИО1 мировой судья в ходе рассмотрения дела не установил, он пришел к правильному выводу о том, что состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, в деянии ФИО3 отсутствует.

Мотивы принятого мировым судьей решения в данной части, а также оценка собранных по делу доказательств в совокупности приведены в необходимом и достаточном объеме в постановлении мирового судьи, и каких-либо оснований не соглашаться с выводом мирового судьи об отсутствии в действиях ФИО3 состава административного правонарушения не нахожу. 

Выводы мирового судьи в этой части основаны на исследованных им доказательствах по делу, которые в своей совокупности не опровергают последовательных показаний в ходе всего производства по делу ФИО3 о том, что он брызнул из газового баллончика в лицо своему отцу ФИО1 в ответ на действия последнего, нанесшего ему удар монтажкой по руке и пытавшегося нанести ему этот удар по голове, однако он подставил под удар руку отчего он испытал физическую боль, удар нанес в целях предотвращения возможности нанесения отцом второго удара монтировкой по его спине. Показания ФИО3 в этой части согласуются и с показаниями свидетелей очевидцев ФИО7 и ФИО9, а также в целом подтверждаются и первоначально данными по делу объяснениями супруги ФИО1 – ФИО8, присутствовавшей в доме во время произошедших событий между И-выми, о том, что ФИО3 распылил в лицо мужа газ из газового баллончика для самозащиты и убежал с территории земельного участка. Кроме того, показания ФИО3 о нанесении ему удара по руке, что послужило причиной распыления им газа из газового балончика в ФИО1 в целях самозащиты, подтверждаются объективно и выводами судебно-медицинского эксперта о локализации и характере имевшейся у ФИО3 травмы в виде ссадин на левой верхней конечности. 

При этом, учитывая, что как пояснили в суде ФИО3 и ФИО1 первыми по обстоятельствам произошедших событий ДД.ММ.ГГГГ опрашивались в доме ФИО1 и его супруга ФИО8, в то время как ФИО3 и ФИО5 находились на улице в автомобиле, однако о том, что газ из газового балочника в лицо ФИО1 распылил ФИО3 для самозащиты, и после этого убежал с территории земельного участка, сотрудникам полиции сообщила свидетель ФИО8, то есть лицо, не заинтересованное в производстве по делу, и лишь после этого сотрудникам полиции ФИО3 сообщил о том, что в целях самозащиты от действий ФИО1 он распылил газ из газового балончика и ушел из зоны поражения, прихожу к выводу о том, что оснований не доверять последовательным показаниям в этой части ФИО3 и свидетелей ФИО9 и ФИО7 о распылении ФИО3 газа из газового баллончика в лицо ФИО1 в целях самозащиты от действий последнего не имеется. 

Поэтому мировой судья правильно расценил как достоверные и положил их в основу своего вывода о невиновности ФИО3 показания ФИО3, а также свидетелей ФИО9 и ФИО7, отвергнув при этом показания ФИО1 и его супруги ФИО8 в суде о том, что ФИО1 не ударял монтировкой по руке ФИО3 в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ, как недостоверные, опровергающиеся совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

При этом доводы потерпевшего и его представителя о том, что показания свидетелей ФИО13 и ФИО7 противоречивы, свидетели заинтересованы в исходе дела, расцениваю как несостоятельные, поскольку каких-либо существенных противоречий, которые бы могли поставить под сомнение выводы мирового судьи о невиновности ФИО3 в совершении административного правонарушения, и послужить основанием к отмене состоявшегося по делу постановления исследованные судом первой инстанции доказательства, в том числе показания ФИО1 и свидетеля ФИО8, не содержат. Имеющиеся в показаниях данных свидетелей расхождения являются незначительными, и основаны на их субъективном восприятии происходящих событий, не ставят под сомнение выводы мирового судьи в целом об отсутствии в действиях ФИО3 состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, а доводы о заинтересованности ФИО3 и свидетелей в создании конфликтной ситуации с ФИО1 в целях разрешения жилищного вопроса являются явно надуманными и объективно ничем не подтверждены. 

Утверждение заявителя и его представителя в суде о нарушении мировым судьей процессуальных требований в связи с допросом в судебном заседании в качестве свидетеля защитника ФИО3 - ФИО10 опровергаются не только показаниями об этом в суде ФИО3, но и содержанием протокола судебного заседания, из которого следует, что свидетель ФИО7 в судебном заседании участия в качестве защитника ФИО3 не принимала. Замечаний на протокол судебного заседания участниками не приносилось. 

Все остальные приводимые заявителем и его представителем доводы признаю также несостоятельными, поскольку они не опровергают правильные выводы мирового судьи о совершении ФИО3 с учетом установленных обстоятельств действий в состоянии крайне необходимости.

Доводы о неверном применении мировым судьей положений ст. 2.7 КоАП РФ в связи с не установлением возможности причинении вреда более значительного ФИО3 от действий ФИО1 в случае не распыления газа в лицо протерпевшему, не могут служить основанием для отмены состоявшегося по делу судебного постановления. 

При наличии причин, на которые указывал ФИО3, объясняя необходимость защиты своей жизни и здоровья от действий потерпевшего, его действия правильно расценены как совершенные в условиях крайней необходимости, поскольку все признаки, указанные в статье 2.7 КоАП РФ, в данном случае имеются. Материалы дела содержат объективные доказательства того, что действия ФИО3 носили вынужденный характер, так как в ходе рассмотрения дела мировым судьей установлено, что ФИО3 брызнул газом из газового баллончика в лицо ФИО1 для устранения опасности, непосредственного угрожающей ему со стороны потерпевшего, который нанес ему удар монтировкой, то есть орудием, обладающим поражающей способностью, по руке, при этом пытался нанести удар ФИО3 монтировкой по голове.

Устранение непосредственной опасности причинения вреда охраняемых законам интересам в сложившейся ситуации другими средствами, в условиях сложившейся ситуации, учитывая использование потерпевшим ФИО1 орудия для нанесения удара, попытка нанести им удар по голове, то есть жизненно-важному органу ФИО3, не представлялось возможным.

Таким образом, мировой судья правильно пришел к выводу о том. что предотвращенный действиями ФИО3 вред расценивается как более значимый по сравнению с нанесенным в результате его действий ущербом, охраняемым интересам его отца ФИО1

С учетом изложенного прихожу к выводу о том, что доводы жалобы ФИО1 сводятся к его несогласию с оценкой имеющихся в деле доказательств, произведенной мировым судьей в ходе рассмотрения дела. Между тем, несогласие ФИО1 с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судьей норм КоАП РФ и законодательства, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судьей допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Вопреки доводам ФИО1, каких-либо существенных противоречий, которые бы могли поставить под сомнение выводы мирового судьи о невиновности ФИО3 в совершении административного правонарушения, и послужить основанием к отмене состоявшегося по делу постановления, исследованные судом доказательства не содержат. 

Существенных нарушений норм КоАП РФ, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного решения, мировым судьей допущено не было.

Поскольку доводы жалобы потерпевшего сводятся лишь к переоценке исследованных мировым судьей доказательств по делу, и не содержат указания на допущенные по делу существенные нарушения процессуальных требований, что не может служить основанием для отмены состоявшегося по делу постановления, оснований к отмене обжалуемого постановления мирового судьи не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья,

решил:

постановление мирового судьи судебного участка № 2 Пермского судебного района Пермского края от 24.12.2018 о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО3 на основании п.3 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с совершением им действий в состоянии крайней необходимости, оставить без изменения, жалобу потерпевшего ФИО1 - без удовлетворения.

Решение вступает в силу со дня его вынесения.

Судья подпись Т.Н. Костенко

Копия верна: судья Т.Н. Костенко