Дело № 2-175/2024

УИД № 42RS0014-01-2023-001646-77 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Фисуна Д.П.,

при секретаре судебного заседания Ананиной Т.П.,

с участием старшего помощника прокурора г. Мыски Ушковой И.В.,

истца ФИО3.,

представителя истца ФИО4,

представителя ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Мыски Кемеровской области-Кузбасса 29 января 2024 года

гражданское дело по иску ФИО3 к Акционерному обществу «Междуречье» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к АО «Междуречье, просит суд взыскать с ответчика АО «Междуречье» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 237086 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 13 000 рублей, а также расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 581 рубль.

Исковые требования ФИО3 обосновывает тем, что повредил здоровье вследствие профессионального заболевания: 

<

данные изъяты> диагностированного 08 апреля 2014 года, в период работы в АО «Междуречье, (новые проявления: 

<

данные изъяты>), диагностированного 15 мая 2015 года в период работы в ОАО «УК «Южный Кузбасс», АО «Междуречье. По заключению МСЭ № от 14 мая 2018 года процент утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% в связи с профессиональным заболеванием установлен бессрочно.

На основании Заключения клиники НИИ КПГ и ПЗ г. Новокузнецка № от 26 апреля 2017 года об установлении степени вины предприятия, вина ответчиков в развитии у истца профессионального заболевания вина АО «Междуречье» - 100%. 

В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья истца резко ухудшилось. 

<

данные изъяты>. От этого истец испытывает особые нравственные страдания и дискомфорт. Его раздражительность сказывается на микроклимате в семье. Его постоянное болезненное состояние заставляет подстраиваться под его состояние близких ему людей, что доставляет истцу особенное страдание. До получения профзаболевания он вел достаточно активный образ жизни, принимал участие в соревнованиях, но с получением профзаболевания он всего этого лишен, не может делать элементарные вещи. Истец постоянно вынужден обращаться за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимать препараты, но улучшений нет. 

Истец обратился с заявлением 01 декабря 2023 года к ответчику о выплате ему компенсации морального вреда. Однако до настоящего времени заявление оставлено без ответа и удовлетворения. 

В денежном выражении моральный вред истец оценивает в размере 550 000 рублей. С учетом степени вины ответчика в возникновении профессионального заболевания, определенного в размере 100 %, истец просит взыскать с ответчика АО «Междуречье» 237086,04 рублей (550 000-312913,96 рублей).

Кроме этого, истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 13 000 рублей, а также за предоставление выписки из амбулаторной карты в размере 581 рубль. Полагает, что расходы должны быть возмещены в полном объеме.

Истец ФИО3 и его представитель ФИО4, допущенная к участию в деле в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ (л.д. 34), в судебном заседании настаивали на удовлетворении исковых требований, при этом привели доводы, аналогичные изложенным в описательной части решения суда. 

Представитель ответчика АО «Междуречье» ФИО5 действующая на основании доверенности № от 29 декабря 2023 года (л.д. 61) и диплома (л.д. 62) в судебном заседании относительно удовлетворения заявленных требований возражала в полном объеме, представив суду письменные возражения (л.д. 45-49), из которых следует, что пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации (далее ФОС), действующим на момент заключения между истцом и ответчиком Соглашения о компенсации морального вреда, предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению (далее по тексту - Организации), независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Из приведенных положений закона и ФОС, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, следует, что в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре. Профессиональное заболевание впервые установлено ФИО3 08 апреля 2014 года (Акт о случае профессионального заболевания № 18 апреля 2014 года). На основании заключения МСЭК № от 22 июня 2015 года истцу было установлено впервые 30% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 25 мая 2015 года до 01 июня 2016 года. В соответствие с условиями ФОС по угольной отрасли и Коллективного договора ОАО «Междуречье» на 2013-2015г.г. (приложение 1 к настоящим возражениям) в случае установления Работнику впервые утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования РФ (п.18 раздела 6 Коллективного договора ОАО «Междуречье»). 12 сентября 2015 года истец обратился с заявлением о выплате сумм в счет возмещения морального вреда. По итогу рассмотрения указанного заявления между ФИО3 и ОАО «Междуречье» было заключено Соглашение о компенсации морального вреда от 14 сентября 2015 года. 18 сентября 2015 года в соответствии с указанным Соглашением истцу была произведена выплата компенсации морального вреда в размере 312 913,96 рублей, что подтверждается платежным поручением № от 18 сентября года 2015 года. Указанные выплаты производятся работодателем единожды при установлении работнику утраты трудоспособности впервые, что прямо отражено в Коллективном договоре и Федеральном отраслевом соглашении (ФОС) по угольной отрасли. Соглашение о выплате компенсации морального вреда от 14 сентября 2015 года подписано истцом собственноручно, добровольно (п.6 Соглашения), размер, порядок и факт перечисления и получения выплат, произведенных АО «Междуречье», подтверждается в заявлении от 15 декабря 2023 года. С учетом п. 6 Соглашения от 14 сентября 2015 года с момента перечисления Обществом суммы 312 913,96 рублей на банковский счет ФИО3, указанный в п. 4 Соглашения, обязательство Общества по компенсации морального вреда Бараксанову И..И. считается прекращенным в полном объеме в связи с его надлежащим исполнением (на основании ст. 408 Гражданского кодекса РФ). Указанные выплаты производятся работодателем единожды при установлении работнику утраты трудоспособности впервые, что прямо отражено в п.18 раздела 6 Коллективного договора ОАО «Междуречье» на 2013-2015 г.г. Стороны трудовых отношений (Истец и Ответчик) пришли к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, что не противоречит закону и закреплено в подписанном собственноручно Истцом Соглашении от 14.09.2015., поэтому Ответчиком в соответствии с действующими нормативными актами своевременно и в полной мере были произведены все причитающиеся выплаты. Таким образом, на момент подачи искового заявления между Ответчиком и Истцом отсутствует спор в отношении выплаты компенсации морального вреда по профессиональному заболеванию, установленному Актом о случае профессионального заболевания № от 18 апреля 2014 года. Относительно соразмерности заявленных требований о компенсации морального вреда и законности их предъявления, правовая позиция Ответчика сводится к следующему. Согласно заключению врачебной экспертной комиссии № от 11 сентября 2015 года и данных трудовой книжки истец работал у Ответчика в период с июля 1985 года по июнь 2015 года. В период работы Ответчиком принимались все необходимые меры для снижения воздействия на Истца вредных условий труда в целях предупреждения профессионального заболевания, в том числе путем обеспечения средствами индивидуальной защиты, баланса рабочего времени и времени отдыха для восстановления организма. Истцу предоставлялись гарантии, предусмотренные законодательством и локальными нормативными актами за работу во вредных условиях труда, а именно: применение повышающего коэффициента к тарифной ставке, дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда, льготный стаж для реализации права на досрочную пенсию. На 14 мая 2018 года - момент установления Истцу утраты трудоспособности 30% бессрочно, Истец не являлся работником АО «Междуречье», трудовые отношения прекращены в июне 2015 года. Выплата компенсации морального вреда в размере 312 913,96 руб. (определенная между Истцом и Ответчиком в Соглашении от 14 сентября 2015 года произведена Ответчиком Истцу в течение 4 дней с момента подписания Соглашения о компенсации морального вреда, что подтверждается платежным поручением № от 18 сентября 2015 года. Своевременно и в полном объеме произведенные Ответчиком Истцу выплаты при обращении к работодателю, указывают на добросовестность действий Ответчика но отношению к Истцу, и должны быть учтены судом при рассмотрении исковых требований и определении размера компенсации морального вреда. Компенсация морального вреда не взыскивается за определенный период времени. Длящийся характер правоотношений сторон и лечения на размер компенсации не влияют. Само по себе изменение периода, на который установлена утрата профессиональной трудоспособности связи с полученным профессиональным заболеванием, в том числе и процента утраты трудоспособности, не может являться основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда. Кроме того, на момент рассмотрения дела, Истец в результате утраты профессиональной трудоспособности не утратил общей трудоспособности, речь идет исключительно о профессиональной трудоспособности, он не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе. Доказательств обратного Истец суду не представил. При определении вопроса о динамике профессионального заболевания и ухудшении состояния здоровья необходимо также учитывать возраст Истца (62 года), поэтому Ответчик не может нести ответственность за возрастные изменения, происходящие со здоровьем Истца. Относительно заявленных судебных расходов правовая позиция АО «Междуречье» сводится к следующему. Характер и объем услуг, оказанных представителем Истцу по делу: исковое заявление содержит к АО «Междуречье» только единственное требование - о компенсации морального вреда в связи с установлением утраты трудоспособности, при этом речь не идет о изменении обстоятельств, связанных с утратой трудоспособности; все документы, обосновывающие требование истца, имелись у истца, доказательств сложности истребования каких-либо дополнительных документов не представлено, получение выписки из истории болезни осуществляется по просьбе пациента и не требует участия представителя или запроса суда; указанное дело нельзя характеризовать как сложное.

Судебная практика по данной категории дел является устоявшейся, истцом не представлено доказательств сложности обоснования исковых требований или в истребовании документов для обоснования требований. На основании вышеизложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО3 просит отказать полностью. 

Прокурор полагает заявленные исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению. Вместе с тем, полагает заявленную истцом сумму компенсации морального вреда завышенной, просит суд снизить ее. 

Суд, выслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, изучив возражения на иск, учтя заключение прокурора, а также исследовав письменные доказательства по делу, считает, что исковые требования являются обоснованными, но подлежащими частичному удовлетворению. 

Судом установлено, что истец ФИО3 работал на протяжении 29 лет 11 месяцев в условиях воздействия вредных факторов на различных предприятиях угледобывающей промышленности: а именно с июля 1985 года по октябрь 1991 года в «Разрез «Междуреченский», с октября 1991 года по август 1998 года в АО «Междуречье», с августа 1998 года по июня 2015 в ОАО «Междуречье», что подтверждается копией трудовой книжки (л.д. 12-14). 

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника от 31 декабря 2003 года № (л.д. 17-18) стаж работы ФИО3 в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание 23 года. Согласно предварительному диагнозу «

<

данные изъяты> ведущим вредным производственным фактором в развитии данного заболевания является шум,вибрация, усугубляющее действие оказывает тяжесть трудового процесса, неблагоприятный микроклимат. Воздействию данных факторов ФИО3 подвергался более 23 лет, работая в профессии тракториста, машинист бульдозера. 

18 апреля 2014 года работодателем составлен акт № о случае профессионального заболевания ФИО3 (л.д. 19-20). Из п. 17 названного акта усматривается, что профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенства технологии, технологического оборудования, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха.

В соответствии с п. 18 акта причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, эквивалентный корректированный уровень вибрации составлял на рабочем месте: машиниста бульдозера на ДЭТ-250- сидение Z0-108, дБ при ПДУ 107 Дб, Х0-111 дБ при ПДУ 116 Дб, Д-355 - сидение Z0-108, дБ при ПДУ 107 Дб, Х0-110 дБ, У0-106 дБ при ПДУ-116 дБ; Д10Т- сидение Z0-122, дБ при ПДУ 115 Дб, Х0-118 дБ, У0-119 дБ при ПДУ-112 Дб. Условия труда согласно Р.2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда относятся к вредному 3 классу 1-2 степени. Исходя из п. 19 Акта, вина работника отсутствует.

Согласно медицинского заключения от 08 апреля 2014 года (л.д 21) ФИО3 установлено профессиональное заболевание 

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное (от 08 апреля 2014 года). 

Как следует и справки № от 07 апреля 2016 года (л.д. 23) ФИО3 был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, подтверждено повторно. Наличие указанного в заключении диагноза подтверждается медицинскими документами (л.д.22, 24-28). 

Согласно заключению клиники НИИ КПГ и ПЗ г. Новокузнецка №от 11 сентября 2015 года (л.д. 16) об установлении степени вины предприятий, степень вины разделена следующим образом: Разрез «Междуреченский» - 20,9%; АО «Междуречье» -22,8%, ОАО «Междуречье» -56,3% На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с общей и локальной вибрацией классов: 2,3, ст. 1-2 в профессии машиниста бульдозера. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 29 лет 11 месяцев.

Заключением МСЭ № от 14 мая 2018 года процент утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% был установлен бессрочно (л.д. 15).

12 сентября 2015 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате ему единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с установлением утраты трудоспособности (л.д. 57).

14 сентября 2015 года между АО «Междуречье» и ФИО3 было заключено соглашение о компенсации морального вреда (л.д. 31,58), по условиям которого стороны достигли соглашения о размере компенсации морального вреда в размере 312913,96 рублей.

18 сентября 2015 года ОАО «Междуречье» выплатило истцу единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в связи с установлением утраты трудоспособности сумму в размере 312913,96 рублей, что подтверждается платежным поручением № от 18 сентября 2015 года (л.д. 59)

Приказом Филиала № Государственного учреждения - Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 16 июля 2015 года № (л.д. 29), с учетом 30% утраты профессиональной трудоспособности ФИО3 была назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 17651,17 рублей за период с 01 июля 2015 года по 01 июня 2016 года. 

Приказом Филиала № Государственного учреждения - Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 44), с учетом 30% утраты профессиональной трудоспособности ФИО3 была назначена единовременная страховая выплата в сумме 33136,04 рублей. 

Порядок расчёта размера компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием предусмотрен п. 18. Коллективного договора ОАО «Междуречье» на 2013 – 2015 годы, согласно которому в случае установления впервые работнику Общества утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель выплачивает в счет возмещения морального вреда единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации). В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, то выплачивается часть единовременной выплаты, рассчитанная пропорционально проценту вины ОАО «Междуречье», установленному соответствующими документами. В случае установления вины работника размер единовременной компенсации, выплачиваемой работодателем, уменьшается пропорционально степени вины работника (л.д. 50-56). 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21, абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

Исходя из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли (промышленности), подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

Так, в соответствии с п. 1.1 Отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 01 апреля 2013 года по 31 марта 2016 года, Федеральное отраслевое соглашение (далее по тексту - ФОС) является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению, независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1.2 ФОС установлено, что его сторонами являются работники организаций в лице их полномочного представителя - Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности и работодатели (в лице их полномочного представителя - Общероссийского отраслевого объединения работодателей угольной промышленности..

В соответствии с п. 5.4 указанного ФОС в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.

В настоящем случае такой спор о размере компенсации морального вреда возник между работником ФИО3 и работодателем АО «Междуречье».

Как установлено материалами дела, ответчик при определении компенсации морального вреда руководствовался положениями ст. 237 ТК РФ, нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности и коллективным договором из которых следует, что возмещение морального вреда производится в случае установления утраты профессиональной трудоспособности впервые. Работодатель рассчитал компенсацию морального вреда из расчета 30 % утраты профессиональной трудоспособности, установленной впервые, и среднего заработка истца.

При принятии решения суд учитывает, что по своему характеру данная выплата (единовременная компенсация в соответствии с Коллективным договором и п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации) является разовой, выплачивается работнику при установлении ему впервые степени утраты профессиональной трудоспособности и последующее изменение степени утраты профессиональной трудоспособности не влечет повторное взыскание такого вида компенсации в пользу работника.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец указывает, что размер компенсации морального вреда с учетом его особенностей, физических и нравственных страданий, определяет в 550 000 рублей без учета степени вины ответчика.

Суд считает довод истца о том, что выплата АО «Междуречье» компенсации морального вреда в сумме 312 913,96 рублей за полученное им профессиональное заболевание недостаточна, является обоснованным. 

Возражения АО «Междуречье» со ссылкой на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор, на достигнутое сторонами соглашение о выплате не может умалять права истца на полное возмещение вреда.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Пояснения ФИО3 о его физических и нравственных страданиях, обусловленных наличием профессионального заболевания, подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами об обращении его за медицинской помощью и прохождения им лечения, сведениями из медицинских документов, выпиской из амбулаторной карты пациента (л.д. 21-28). 

Пояснения истца объективно подтверждаются также показаниями свидетелей, опрошенных в судебном заседании.

Так, свидетель ФИО1 показала, что 

<

данные изъяты>

Свидетель ФИО2 показала, что истец 

<

данные изъяты>

Исследовав представленные доказательства, суд соглашается с доводами истца о том, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиком АО «Междуречье» не соответствуют степени его физических и нравственных страданий, и не достаточен для компенсации морального вреда, причиненного работодателем своему работнику. 

Ссылка ответчика АО «Междуречье» на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор не может умалять права истца на полное возмещение вреда.

Суд отмечает, что взыскание компенсации морального вреда после добровольной выплаты ответчиком АО «Междуречье» не является повторным взысканием такой компенсации, а лишь восполняет ее недостаточный размер с учетом физических и нравственных страданий истца.

Этот вывод согласуется с позицией Верховного Суда РФ, выраженной в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» согласно которому факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Учитывая фактически обстоятельства причинения вреда, то, что заболевание истец получил при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя, учитывая нравственные и физические страдания истца, индивидуальные особенности, а именно зрелый возраст истца, который в связи с полученным профессиональным заболеванием и вызываемым им болями имеет ограничения в физических движениях, осуществляемой деятельности, образе жизни, от чего ощущает свою ущербность, что свидетельствует о тяжести перенесенных им страданий, принимая во внимание процент утраты ФИО3 трудоспособности, а также учитывая принцип разумности, который стимулирует участников гражданского оборота к ответственному и добросовестному поведению, принцип справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав ФИО3 суд считает, что сумма, выплаченная истцу АО «Междуречье» в сумме 312913,96 рублей, не достаточна для компенсации морального вреда, причиненного работодателями своему работнику. 

Вместе с тем, оценивая в совокупности все доказательства по делу, суд приходит к выводу, что денежная компенсация морального вреда ФИО3 должна быть снижена до 500 000 рублей. 

С учётом установленного процента вины ответчика АО «Междуречье» 100%, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы- 312913,96 рублей, подлежащая взысканию сумма составляет 187086,04 рублей, и будет соответствовать балансу интересов сторон, является достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий (500 000– 312913,96 рублей). 

Осуществление истцом расходов по оплате услуг представителя в размере 13000 рублей подтверждается договором об оказании юридических услуг от 27 ноября 2023 года (л.д. 36) и актом выполненных работ по договору об оказании юридических услуг от 15 декабря 2023 года (л.д. 37), по условиям которого одновременно с подписанием акта выполненных работ ФИО3 оплачены услуги в размере 13 000 рублей путем передачи денежных средств исполнителю ФИО4 

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (часть 1).

Устанавливая разумные пределы возмещения судебных расходов, суд учитывает характер спора (степень сложности дела), объем оказанной правовой помощи (консультацию, участие в судебных заседаниях), частичное удовлетворение исковых требований и определяет ко взысканию с ответчиков сумму расходов на оплату услуг представителя в размере по 10 000 рублей.

Помимо изложенного, в связи с рассмотрением настоящего дела истец понес дополнительные расходы: расходы на составление выписки из медицинской амбулаторной карты в размере 581 рубль. Данные расходы, их стоимость и фактическая оплата истцом, объективно подтверждена товарным чеком № от 05 декабря 2023 года, чеком (л.д.33).

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобождается от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика АО «Междуречье» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 196-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично. 

Взыскать с Акционерного общества «Междуречье» (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО3, 23 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда 187 086,04 рублей, а также судебные расходы: расходы по оплате юридических услуг представителя в сумме 10 000 рублей, расходы на составление выписки из медицинской амбулаторной карты в размере 581 рубль. 

В удовлетворении исковых требований ФИО3 в части взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов в большем размере - отказать. 

Взыскать с Акционерного общества «Междуречье» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход бюджета Мысковского городского округа государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда изготовлено 31 января 2024 года.

Председательствующий: Фисун Д.П.