Дело № 2-1448/2019

74RS0029-01-2019-001498-26

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кутырева П.Е., 

при секретаре Ходаковой О.О.,

с участием представителей ответчиков ФИО1, ФИО2,

рассмотрел 06 ноября 2019 года в открытом судебном заседании в зале суда в городе Магнитогорске Челябинской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория», ФИО4 и ФИО5 о взыскании невыплаченного страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа и ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к (с учетом уточнения) акционерному обществу «Государственная страховая компания «Югория» (с 07 августа 2019 года переименовано в акционерное общество «Группа страховых компаний «Югория», далее – АО «ГСК «Югория») и ФИО12, в котором просит взыскать в его пользу с АО «ГСК «Югория» невыплаченное страховое возмещение 192797,18 рублей, а также неустойку из расчета 1% в день от суммы 192797,18 рублей, рассчитанную по день вынесения судебного решения, денежную компенсацию морального вреда 10000 рублей, расходы на составление оценки 10000 рублей и штраф, а с ФИО12 – сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 172499 рублей. Также просит взыскать с ответчиков расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал на то, что он является собственником автомобиля ГАЗ №, идентификационный номер (VIN) №, автофургона, 2006 года выпуска, государственный регистрационный знак №. 

<

адрес> года около 1 часа 30 минут произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) – в тот момент, когда он двигался на своем автомобиле по проезжей части 

<

адрес> в г. Магнитогорске в сторону 

<

адрес>, с ним совершил столкновение автомобиль Дэу Нексия под управлением его собственника ФИО6, погибшего на месте. ДТП произошло по вине ФИО6, в результате ДТП был уничтожен принадлежащий ему (истцу) автомобиль, а также уничтожен груз помидор стоимостью 72000 рублей, два мобильных телефона общей стоимостью 

<

***> рублей и наличные денежные средства в размере 120000 рублей. Он обратился в страховую компанию виновника ДТП – АО «ГСК «Югория» с заявлением о страховой выплате, однако выплачено ему было лишь 207202,82 рублей, что значительно меньше действительной суммы ущерба.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, будучи извещенным надлежащим образом о его времени и месте, в направленном в суд письменном ходатайстве просил дело слушанием отложить со ссылкой на занятость представителя, в удовлетворении данного ходатайства судом отказано ввиду того, что дело находится на рассмотрении длительное время, предусмотренных законом оснований для отложения дела слушанием не представлено, я занятость представителя таким основанием не является, поскольку истец был не лишен возможности обратиться за помощью к другому представителю. Доказательств уважительности причин неявки ФИО3 и его представитель не представили, в связи с чем суд полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ. Ранее в судебном заседании представитель истца ФИО3 – ФИО7 заявленный иск поддержала.

Ответчики ФИО12 в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие, ранее в судебном заседании ФИО4, действующая в интересах дочери ФИО5, против иска возражала, её представитель ФИО2, а также представитель ответчика АО «ГСК «Югория» ФИО1 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали, указывая на недоказанность истцом заявленного размера ущерба, неправильность представленной истцом экспертизы, подложность представленных истцом доказательств. Представитель ФИО4 кроме того ссылалась на то, что ущерб не превысил суммы 400000 рублей, а представитель АО «ГСК «Югория» ссылалась на полную выплату страхового возмещения, также просила снизить неустойку и штраф в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заслушав представителей ответчика и исследовав материалы дела в судебном заседании, а также ранее в судебном заседании заслушав помимо представителей ответчиков также и пояснения ответчика и представителя истца, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных ФИО8 исковых требований.

Из материалов дела следует, что собственником автомобиля ГАЗ №, идентификационный номер (VIN) №, автофургона, 2006 года выпуска, государственный регистрационный знак № являлся ФИО3, собственником автомобиля Дэу Нексия, государственный регистрационный знак №, идентификационный номер (VIN) № являлся ФИО6 

Около 01 часа 40 минут ДД.ММ.ГГГГ около 

<

адрес> в г. Магнитогорске Челябинской области произошло ДТП – водитель ФИО6, управляя указанным автомобилем Дэу Нексия, находясь в состоянии алкогольного опьянения, следовал по проезжей части 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону ул. 

<

адрес>. Проезжая закругление проезжей части ул. 

<

адрес> вправо, вследствие нахождения в состоянии алкогольного опьянения, ухудшающего реакцию и внимание, потерял контроль за управлением транспортного средства, не справился с управлением, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, чем создал опасность для движения автомобиля ГАЗ №, идентификационный номер (VIN) №, автофургона, 2006 года выпуска, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО3, движущемуся со встречного направления, и совершил с ним столкновение. В результате ДТП названным автомобилям причинены механические повреждения.

Гражданская ответственность ФИО6 застрахована в АО «ГСК «Югория» по договору ОСАГО по полису №.

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались и подтверждаются пояснениями представителей сторон спора, а также имеющимися в материалах дела фотографиями, карточками учета транспортных средств, материалом об отказе в возбуждении уголовного дела, материалом выплатного дела.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 указанной статьи).

По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения и вина причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статьи 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

Согласно статье 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Исходя из содержания и смысла приведенных выше норм права, владельцы транспортных средств обязаны застраховать риск своей ответственности вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств, у страховой компании возникает обязанность по выплате страхового возмещения по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства при наличии противоправных виновных действий лица, застраховавшего свою ответственность, находящихся в причинно-следственной связи с ущербом, причиненным имуществу потерпевшего при использовании транспортного средства, а причинитель вреда обязан возместить потерпевшему ущерб, который не покрывается страховым возмещением.

При всём этом, в силу положений статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 58-59 Постановления от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснил, что под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства. Смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками. 

Разрешая спор, суд, проанализировав материал об отказе в возбуждении уголовного дела вкупе с пояснениями сторон спора, приходит к выводу, что непосредственной причиной вышеописанного дорожно-транспортного происшествия является действия водителя ФИО6

Согласно пункту 1.4 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила) на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.

В соответствии с пунктом 1.5 Правил участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу пункта 2.7 Правил водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

В соответствии с пунктом 9.7 Правил если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении.

В соответствии с пунктом 10.1 Правил водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В нарушение требований названных пунктов Правил, ФИО6 вел своё транспортное средство, находясь в состоянии алкогольного опьянения, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, чем создал опасность для водителя ФИО3

Вины водителя ФИО3 в ДТП суд не усматривает.

Таким образом, поскольку ФИО6 своими противоправными действиями причинил ФИО3 ущерб, то в силу вышеперечисленных норм у АО «ГСК «Югория», как лица, застраховавшего автогражданскую ответственность ФИО6, возникла обязанность возместить ФИО3 вред в пределах суммы 400000 рублей, а в остальной части причиненный имуществу ФИО3 вред подлежит возмещению наследниками умершего ФИО6 при условии доказанности превышения суммы ущерба над суммой 400000 рублей.

Разрешая требования истца о возмещении ущерба уничтожением автомобиля суд исходит из нижеследующего.

В обоснование размера данного ущерба ФИО3 представил экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, составленное ИП ФИО9, согласно которому стоимость восстановительного ремонта вышеназванного автомобиля ГАЗ составляет 808100 рублей без учета износа и 512800 рублей с учетом износа.

Также ФИО3 представил экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, составленное ИП ФИО9, согласно рыночная стоимость вышеназванного автомобиля ГАЗ составляет 351900 рублей, стоимость годных остатков 2400 рублей.

Стороной ответчика, не согласившейся с заявленным размером ущерба, заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы. Данное ходатайство было удовлетворено, экспертиза поручена ИП ФИО10

Согласно заключению эксперта ИП ФИО10 №ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, рыночная стоимость вышеназванного автомобиля ГАЗ по состоянию на день ДТП составляет 222870 рублей, стоимость годных остатков (стоимость металлолома оставшихся составных частей с учетом затрат на их утилизацию) составляет 13120 рублей.

У суда не имеется оснований не доверять заключению судебного эксперта, и, определяя размер ущерба, суд полагает правильным исходить из заключения судебного эксперта ИП ФИО10, а не из представленного истцом заключения ИП ФИО9 № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку судебный эксперт в отличие от ИП ФИО9 был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, судебный эксперт является более квалифицированным в области оценочной деятельности. Заключение ИП ФИО10 является более полным и мотивированным, содержит обоснование приведенных выводов, указание на источники цен на запасные части, ремонтные работы, в связи с чем, принимается судом за основу.

Кроме того, судебный эксперт использовал методическое руководство для судебных экспертов «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», утвержденное в 2018 году, тогда как ИП ФИО9 использовал методическое руководство 2013 года, пояснив в судебном заседании, что нового методического руководства у него не было.

Также ИП ФИО9 в отличие от судебного эксперта ИП ФИО10 в своем отчете принимал за основу объявления о продаже автомобилей, выпущенных большей частью в 2007 году, тогда как автомобиль истца выпущен в 2006 году.

Вместе с тем, суд полагает возможным принять представленное истцом экспертное заключение ИП ФИО9 № от ДД.ММ.ГГГГ в качестве доказательства полного уничтожения автомобиля истца и нецесообразности его восстановления, поскольку стороны спора не возражали против самого факта полного уничтожения автомобиля истца и нецесообразности его восстановления, спор сторон в данной части сводился только к доаварийной стоимости автомобиля за вычетом годных остатков, в связи с чем судебная экспертиза назначалась только для выяснения этого вопроса.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 42 Постановления от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – постановление Пленума № 58) разъяснил, что в соответствии с подпунктом «а» пункта 18 и пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае полной гибели имущества потерпевшего определяется в размере его действительной стоимости на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков с учетом их износа. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость (подпункт «а» пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Факт полной гибели автомобиля истца подтвержден материалами дела и сторонами не оспаривается, таким образом размер причиненного истцу гибелью автомобиля ущерба составляет 209750 рублей (222870 рублей – 13120 рублей).

Ссылки представителя АО «ГСК «Югория» в судебном заседании на то, что разница между фактически произведенной страховщиком страховой выплатой и предъявляемыми истцом требованиями составляет менее 10 процентов, являются несостоятельными.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 39 названного постановления Пленума № 58, по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в связи с повреждением транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17 октября 2014 года, определяется только в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года № 432-П (далее – Методика).

Если разница между фактически произведенной страховщиком страховой выплатой и предъявляемыми истцом требованиями составляет менее 10 процентов, необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 3.5 Методики расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, образовавшееся за счет использования различных технологических решений и погрешностей, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности (пункт 40 постановления Пленума № 58).

Согласно пункту 1 статьи 12.1 Закона об ОСАГО в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза.

Согласно преамбуле к указанному положению Единая методика является обязательной для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр, определяют восстановительные расходы и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», экспертами-техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств, судебными экспертами при проведении судебной экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страховой выплаты потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В силу пункта 3.5 Методики расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности за счет использования различных технологических решений и погрешностей расчета, если оно не превышает 10 процентов. Указанный предел погрешности не может применяться в случае проведения расчета размера расходов с использованием замены деталей на бывшие в употреблении.

В соответствии с пунктом 6.1 Методики при принятии решения об экономической целесообразности восстановительного ремонта, о гибели и величине стоимости транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия необходимо принимать величину стоимости транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия равной средней стоимости аналога на указанную дату по данным имеющихся информационно-справочных материалов, содержащих сведения о средней стоимости транспортного средства, прямая адресная ссылка на которые должна присутствовать в экспертном заключении. Сравнению подлежат стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), подлежащих замене, и средняя стоимость аналога транспортного средства. Проведение восстановительного ремонта признается нецелесообразным, если предполагаемые затраты на него равны или превышают стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия (стоимость аналога).

Таким образом, указанный предел погрешности может применяться только в отношении расчетов размера расходов на восстановительный ремонт.

Между тем, по настоящему спору наступила полная гибель транспортного средства истца, в связи с чем, по данному страховому случаю подлежит взысканию не стоимость восстановительного ремонта автомобиля, а действительная стоимость транспортного средства на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков и пункт 3.5 Методики применению не подлежит.

Разрешая требования истца в части ущерба уничтожением груза помидор, суд учитывает, что согласно пункту 1 статьи 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Проанализировав представленные сторонами спора доказательства, суд приходит к выводу о доказанности того, что в результате вышеназванного ДТП был причинен ущерб ФИО3 уничтожением груза помидор стоимостью 72000 рублей.

Делая такие выводы, суд исходит из того, что факт уничтожения помидор подтверждается материалом об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором имеется протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, которым следователем зафиксировано, что кабина автомобиля ГАЗ имеет деформацию и полностью выгорела, автомобиль ГАЗ опрокинут на левую сторону, автомобиль ГАЗ был гружен свежими помидорами, которые после опрокидывания располагаются справа от автомобиля ГАЗ. Проверить техническое состояние автомобиля ГАЗ не представляется возможным из-за полного выгорания кузова кабины автомобиля (№). Данный протокол осмотра места происшествия согласуется с фотографиями с места ДТП, на котором видны рассыпавшиеся обгорелые помидоры (т.1№) и справкой по ДТП, в котором зафиксирована полная деформация кузова автомобиля ГАЗ (т№). Судебным экспертом также установлено, что в результате возгорания уничтожена не только кабина, но и кузов, кроме того, суд в совокупности учитывает все обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и принимает во внимание, что имел место факт столкновения автомобилей на большой скорости с последующим возгоранием, что с достаточной степенью очевидности указывает на уничтожение груза автомобиля.

АО «ГСК «Югория» отказало ФИО3 в выплате страхового возмещения в части повреждения груза помидор, сославшись на отсутствие документов, подтверждающих право собственности на поврежденное имущество.

Согласно пункту 4.13 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Положением Банка России от 19 сентября 2014 года № 431-П при причинении вреда имуществу потерпевшего (транспортным средствам, зданиям, сооружениям, постройкам, иному имуществу физических, юридических лиц) кроме документов, предусмотренных пунктом 3.10 настоящих Правил, потерпевший представляет документы, подтверждающие право собственности потерпевшего на поврежденное имущество либо право на страховое возмещение при повреждении имущества, находящегося в собственности другого лица.

ФИО3 представлена накладная от ДД.ММ.ГГГГ на доставку груза от ФИО11 ФИО3, в графе наименование товара указано – «помидор», в графе количество – «1800», цена – «40», сумма – «72000». В графах «сдал» и «принял» стоят подписи, а подпись в графе «сдал» заверена печатью ИП ФИО11

Закон не предусматривает специального документа, подтверждающего право собственности на овощи, а потому суд приходит к выводу, что представленная накладная вкупе с вышеописанным материалом об отказе в возбуждении уголовного дела, которым подтверждается физическое обладание истцом названными помидорами, их нахождение в кузове автомобиля ГАЗ на момент ДТП и отсутствием каких-либо доказательств, которые бы указывали на то, что помидоры не являются собственностью истца, является документом, подтверждающим право собственности ФИО3 на уничтоженные помидоры.

По этим же основаниям суд признает необоснованными изложенные АО «ГСК «Югория» в письменном отзыве на иск и в судебном заседании доводы об отсутствии доказательств наличия у истца права собственности на помидоры. В представленной накладной указано, что груз направлен ФИО11 именно ФИО3, а не кому-либо ещё, из чего следует, что ФИО3 перевозил груз самому себе, что закону не противоречит.

Формальное отсутствие письменного договора купли-продажи, неполное и неправильное заполнение накладной и проставление печати индивидуального предпринимателя, прекратившего деятельность, на что также ссылался представитель АО «ГСК «Югория» по мнению суда не может указывать на отсутствие у истца права собственности на помидоры, учитывая, что АО «ГСК «Югория» не представлено никаких доказательств, которые бы опровергали содержание накладной (в частности, опровергали бы содержание графы «кому» - «ФИО3») и опровергали тот факт, что помидоры в момент ДТП физически находились в автомобиле истца.

Доводы АО «ГСК «Югория» о том, что помидоры не были представлены страховщику на осмотр не принимаются во внимание судом, поскольку АО «ГСК «Югория» и не согласовывало с ФИО3 дату осмотра помидор, в том числе повторную дату осмотра после непредставления помидор на осмотр и не оставлял заявление истца без рассмотрения по названному основанию, как то предусмотрено Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»

Ссылки АО «ГСК «Югория» в письменном отзыве на иск и в судебном заседании на то, что не установлено количество и наименование помидор, а также непригодность помидор к реализации, сводящиеся к доводам о недоказанности размера ущерба, суд также находит необоснованными.

Как указано выше, пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 этой же статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 12 Постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что отсутствие возможности установить размер убытков с разумной степенью достоверности само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков, поскольку в этом случае подлежит определению размер причиненных убытков с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Руководствуясь названными разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд учитывает, что размер ущерба истцу уничтожением помидор, их количество и стоимость подтверждены не опровергнутой ответчиками накладной, при том, что автомобиль сгорел полностью, что предполагает уничтожение и груза в полном объеме. В деле нет никаких доказательств тому, что хотя автомобиль и сгорел, но груз остался частично целым. 

Кроме того, что касается цены помидор, то наряду с накладной судом исследованы распечатки объявлений о продаже помидор и Средние потребительские цены на помидоры в г. Магнитогорске с сайта Федеральной службы государственной статистики, которые даже выше заявленной истцом стоимости.

Исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению, суд считает, что АО «ГСК «Югория» необоснованно отказало ФИО3 в выплате страхового возмещения в части уничтожения груза помидор и что размер ущерба 72000 рублей, выразившийся в уничтожении груза помидор истцом доказан.

Разрешая требования истца в части ущерба уничтожением в результате ДТП двух мобильных телефонов общей стоимостью 

<

***> рублей и наличных денежных средств в размере 120000 рублей суд считает соответствующие требования необоснованными, поскольку доводы истца об уничтожении в результате ДТП двух мобильных телефонов и наличных денежных средств являются голословными, ничем не подтвержденными, а потому во внимание эти доводы не принимает. Сами по себе ссылки истца на факты уничтожения телефонов и наличных денег основаниями для удовлетворения исковых требований в соответствующей части являться не могут.

Так, в рамках проверки сообщения по факту ДТП не установлено уничтожения телефонов и наличных денег истца – в имеющемся материале об отказе в возбуждении уголовного дела имеются лишь ничем не подтвержденные пояснения самого истца о гибели телефонов и наличных денег.

Кроме того, исследуя вопрос об уничтожении телефонов, судом были запрошены сведения телефонного оператора и согласно представленной детализации звонки с принадлежащего истцу телефонного номера и номера, который истец указывал в объяснении следователю, совершались как до, так и после ДТП, кроме того, эти номера принадлежат согласно ответу сотового оператора разным людям и в момент ДТП звонки совершались из разных регионов. Доводы представителя истца о том, что её доверитель восстановил сим-карту, равно как и представленные договоры купли-продажи и кассовые чеки не подтверждают нахождение телефонов в момент ДТП в автомобиле истца. Вкупе со всем изложенным суд также принимает во внимание непредставление истцом ни в страховую компанию, ни в ходе судебного разбирательства, остатков поврежденных огнем телефонов.

Что же касается денежных средств, то заключение истцом договора займа само по себе также не свидетельствует о наличии у него наличных денежных средств в автомобиле на момент ДТП. Кроме того, к представленному договору суд относится критически, поскольку из его содержания следует, что он заключен в день ДТП в г. Магнитогорске, тогда как истцом представлена накладная о покупке у ИП ФИО11 г. Орске Оренбургской области помидор, из чего следует, что в дату, указанную в договоре займа, истец не находился в г. Магнитогорске, а приехал туда только вечером и, везя груз, попал в ДТП. При всем этом ранее ИП ФИО11 (до назначения судом экспертизы) и не ссылался на наличие договора займа, представив его лишь после нескольких судебных заседаний.

Помимо всего вышеперечисленного, в силу пункта 2 статьи 6 Закона об ОСАГО наличные денежные средства объектом обязательного страхования не являются.

На основании всего изложенного выше суд приходит к выводу, что общий размер причиненного истцу ущерба составляет 281750 рублей (209750 рублей ущерб от уничтожения автомобиля + 72000 рублей ущерб от уничтожения помидор). Данная сумма не превышает лимит 400000 рублей, по заявлению истца страховой компанией было выплачено 207202,82 рублей, следовательно сумма невыплаченного страхового возмещения составляет 74547,18 рублей (281750 рублей – 207202,82 рублей). Данная сумма таким образом подлежит взысканию с АО «ГСК «Югория», а к ФИО12 исковые требования заявлены необоснованно и удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истца о взыскании с АО «ГСК «Югория» неустойки и штрафа, суд исходит из нижеследующего.

Согласно абзацу второму пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 78 вышеназванного Постановления № 58 разъяснил, что размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства определяется в размере 1 процента, а за несоблюдение срока проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определяется в размере 0,5 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО). Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, т.е. с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно.

ФИО3 обратился в АО «ГСК «Югория» 27 ноября 2018 года (№), следовательно, неустойка подлежит начислению с 18 декабря 2018 года по 06 ноября 2019 года и составит 241535,52 рублей (74548 рублей х 1% х 324 дня).

Согласно пункту 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере 50% от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

В пункте 82 вышеназванного Постановления № 58 разъяснено, что размер штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего определяется в размере 50 процентов от разницы между суммой страхового возмещения, подлежащего выплате по конкретному страховому случаю потерпевшему, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке до возбуждения дела в суде, в том числе после предъявления претензии. При этом суммы неустойки (пени), финансовой санкции, денежной компенсации морального вреда, а также иные суммы, не входящие в состав страховой выплаты, при исчислении размера штрафа не учитываются (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО).

Таким образом, размер штрафа в данном случае составляет 37274 рубля (74548 рублей х 50%). 

Возражения АО «ГСК «Югория» о том, что штраф не подлежит взысканию, так как истец не является потребителем, основаны на неправильном толковании закона.

Штраф с ответчика подлежит взысканию на основании положения пункта 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, а не пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, поскольку страховой случай наступил после 01 сентября 2014 года. Пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО в отличие от пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей закрепляет, что штраф взыскивается при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица, независимо от того, является он потребителем или нет.

Ссылки АО «ГСК «Югория» на определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации по делу № 47-КГ16-12 от 11 октября 2016 года не могут быть положены в основу отказа в удовлетворении требований истца о взыскании штрафа, поскольку по приведенному делу, рассмотренному Верховным Судом Российской Федерации, имели место иные обстоятельства (истцом был заключен с ответчиком договор страхования имущества – кафе-шашлычной, сдаваемой в аренду, а не договор ОСАГО).

Однако при всём этом представителем АО «ГСК «Югория» в судебном заседании заявлено ходатайство о снижении неустойки и штрафа в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и суд находит это ходатайство обоснованным.

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 82 постановления Пленума № 58 разъяснено, что применение статьи 333 ГК РФ об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика, сделанному в суде первой инстанции или в суде апелляционной инстанции, перешедшем к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. В решении должны указываться мотивы, по которым суд пришел к выводу, что уменьшение их размера является допустимым.

Суд приходит к выводу о том, что до рассмотрения дела по существу о АО «ГСК «Югория» имелись обоснованные сомнения в размере причиненного истцу ущерба в части повреждения груза помидор, при том, что основную часть взысканной судом суммы составляет ущерб именно в виде уничтожения груза помидор, тогда как разница между экспертизой страховой компании и судебной экспертизой в части стоимости автомобиля составляет 1,2%. 

Кроме того, неполная выплата страхового возмещения была произведена истцу в декабре 2018 года, а в суд истец обратился лишь в июне 2019 года и впоследствии уточнил требования, заявив их дополнительно к наследникам умершего ФИО6, всё это вызвало возникновение длительного периода расчета неустойки.

Помимо этого суд также учитывает отсутствие в деле доказательств тому, что неполная выплата страхового возмещения существенным образом нарушило права истца, при том, что страховая компания не отказывалась в полном объеме от выплаты страхового возмещения, а в своих ответах истцу предлагал представить дополнительные документы., при том, что страховая компания не отказывалась в полном объеме от выплаты страхового возмещения, а

Учитывая же, что неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства должником и не должна служить средством обогащения кредитора, но при этом направлена на восстановление прав кредитора, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а потому должна соответствовать последствиям нарушения, суд считает, что неустойка в размере 241535,52 рублей и штраф в размере 37274 рубля не соответствуют последствиям нарушения ответчиком АО «ГСК «Югория» обязательств по выплате страхового возмещения и приходит к выводу о наличии того исключительного случая, когда снижение неустойки и штрафа является допустимым, а потому полагает правильным снизить размер взыскиваемой с ответчика неустойки до 50000 рублей, а штрафа – до 10000 рублей.

Требования истца о взыскании компенсации морального вреда являются необоснованными.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» на правоотношения, возникающие из договора страхования, с участием потребителей распространяются положения Закона о защите прав потребителей в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно преамбуле Закона «О защите прав потребителей», настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. При этом в соответствии со сформулированной законодателем дефиницией потребителем признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести, либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Принимая во внимание, что принадлежащий истцу и поврежденный вследствие рассматриваемого события автомобиль ГАЗ является малотоннажным автомобилем и предназначен для перевозки большого количествагрузов, при этом в момент ДТП истец вез помидоры весом 1800 килограмм, что объективно не предназначено для личных и семейных нужд, то при таких обстоятельствах на истце в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежала обязанность доказать использование указанного транспортного средства исключительно для личных, семейных нужд. Такие доказательства истцом не представлены, а потому основания для применения положений Закона «О защите прав потребителей» к сложившимся между сторонами спорным правоотношениям не имеется. Так как истец не доказал причинение ему действиями ответчика морального вреда, то в удовлетворении исковых требований о компенсации этого морального вреда надлежит отказать.

Распределяя судебные расходы, суд исходит из нижеследующего.

Частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей и суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Возмещение судебных издержек на основании приведенных норм осуществляется, таким образом, той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, в силу того судебного постановления, которым спор разрешен по существу. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Поскольку иск подлежит частичному удовлетворению, то суд приходит к выводу о необходимости возложения на АО «ГСК «Югория» обязанности возместить истцу понесенные последним расходы на оплату оценки пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований и расходы на оплату услуг представителя также пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований и в разумных пределах.

В пункте 100 вышеприведенного постановления Пленума № 58 разъяснено, что если потерпевший, не согласившись с результатами проведенной страховщиком независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), самостоятельно организовал проведение независимой экспертизы до обращения в суд, то ее стоимость относится к судебным расходам и подлежит возмещению по правилам части 1 статьи 98 ГПК РФ и части 1 статьи 110 АПК РФ независимо от факта проведения по аналогичным вопросам судебной экспертизы.

Истцом понесены расходы на оценку в размере 10000 рублей (л.д.51) и эти расходы истцом понесены в подтверждение ущерба от гибели автомобиля в размере 349500 рублей (гибель помидор, телефонов, денежных средств предметом оценки не являлась), соответствующие требования истца удовлетворены на 21,33% (74548/349500х100%), соответственно с АО «ГСК «Югория» в пользу истца подлежат взысканию расходы на оценку 2133 рубля.

Определяя размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, суд руководствуется разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 12-13 Постановления от 21 января 2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которым расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Суд считает, что размер понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя 30000 рублей не соответствует принципам разумности и справедливости, учитывая пропорциональность взыскания судебных расходов, объем заявленных требований, цену иска, сложность дела, продолжительность рассмотрения дела, расходы на оплату услуг представителя должны быть взысканы в размере 5000 рублей.

В силу положений вышеприведенной статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с АО «ГСК «Югория» в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 1954,94 рублей, а ФИО3, который не доказал факт того, что он является потребителем, а потому он не освобожден от несения судебных расходов, в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина 3401,01 рублей (3101,01 рублей за имущественное требование о взыскании ущерба, пропорционально той части требований, в удовлетворении которой отказано и 300 рублей за нематериальное требование о компенсации морального вреда, в удовлетворении которого также отказано).

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Частично удовлетворить заявленные ФИО3 к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» исковые требования.

Взыскать с акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» в пользу ФИО3 невыплаченное страховое возмещение в размере 74547 рублей 18 копеек, неустойку за период с 18 декабря 2018 года по 06 ноября 2019 года в размере 50000 рублей, штраф в размере 10000 рублей, расходы на оценку в размере 2133 рубля и расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных ФИО3 к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» и в полном объеме в удовлетворении заявленных к ФИО4 и ФИО5 исковых требований – отказать.

Взыскать с акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1954 рубля 94 копейки.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3401 рубль 01 копейку.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: П.Е. Кутырев

Решение суда в окончательной форме изготовлено 07 ноября 2019 г.