Дело № 2-693/2019 г.

УИД 42RS0016-01-2019-000875-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе: председательствующего судьи Мартыновой Н.В., 

при секретаре судебного заседания Адрисовой Ю.С., 

с участием прокурора Мироновой А.Н., 

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке используя системы видеоконференц – связи между Куйбышевским районным судом г. Новокузнецка Кемеровской области и Дмитровским городским судом Московской области

04 июня 2019 года

гражданское дело по иску ФИО2 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к АО «ОУК «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда.

Требования истец мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ час. с ним произошел несчастный случай на производстве на участке № 

<

данные изъяты>»: во время выполнения наряда по ремонту гидравлического комплекса в лаве, в момент, когда он находился в межсекционном пространстве между 39 и 40 секциями, труба зацепилась за рештак и выскочив с конвейера ударила его в грудь и подбородок. Он получил 

<

данные изъяты>. Работодателем по данному факту составлен акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №. Его вины, выразившейся в грубой неосторожности, при наступлении данного несчастного случая не установлено. Произошедшая травма на производстве, а также ее последствия причинили ему физические и нравственные страдания: он испытывал физическую боль и болезненные ощущения, испытывал неудобства в повседневной жизни, поскольку из-за последствий травмы был ограничен в жизнедеятельности, лишен возможности вести активный образ жизни, а также испытывал физический и моральный дискомфорт по поводу того, что последствиями травмы сохранятся на всю оставшуюся жизнь. В первые часы после травмирования он потерял зрение, испытывал сильную головную боль. При дальнейшем осмотре медиками были выявлены 

<

данные изъяты>. При переломе ребер присутствовала интенсивная боль в зоне повреждения, которая усиливалась при дыхании, кашле, разговоре, движении и уменьшалась в состоянии покоя. В области перелома присутствовала отечность мягких тканей, кровоподтеки. Ушиб лица сопровождался сильными болями в области травмы, нарушением целостности кожных покровов, онемением лица, кроме того, у него онемела правая нога в результате травмы. В результате повреждения здоровья он испытывает значительные физические страдания, так как ему трудно было выполнять физическую работу, передвигаться, выполнять простые действия, необходимые для нормального жизнеобеспечения. Он неоднократно жаловался врачам на ноющую боль в шейном, грудном и поясничном отделе позвоночника, хруст в шейном отделе и ограничение подвижности (повороты влево, вправо), жгучие боли и покалывание в нижних конечностях, он неоднократно получал курсовое лечение, которое ему не помогает. Его травма повлияла на размер семейного бюджета, поскольку он много денег тратил на лечение. Также у него начались проблемы со сном в связи с постоянными головными болями, он постоянно переживал о том, что его семья оказалась в трудном материальном положении, было необходимо просить помощи у родных и близких для решения бытовых вопросов. Кроме того, в настоящее время он не может проводить досуг как раньше – играть волейбол, футбол, поскольку чувствует слабость, головокружение. Врачи, наблюдая за его состоянием здоровья, не дают каких-либо гарантий восстановления здоровья, считают, что здоровье не восстановится уже никогда, курсы терапии не помогают. Считает, что в связи со ст. ст. 151, 309, 1099-1101 ГК РФ, учитывая тяжесть перенесенных им физических и нравственных страданий, ответчик обязан оплатить ему компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2, его представители ФИО10, ФИО4 действующие на основании доверенности в судебном заседании доводы искового заявления и заявленные исковые требования поддержали, истец пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве на участке № 

<

данные изъяты> в результате которого он получил 

<

данные изъяты>, он был госпитализирован. Сразу же после травмы у него были сильные боли в грудной клетке, резкое снижение остроты зрения, рассечение верхней губы, он испытывал трудности с глотанием. После производственной травмы состояние здоровья истца ухудшилось, у него появились постоянные головные боли, боли в груди, улучшения состояния здоровья нет. В результате повреждения здоровья он испытывает значительные физические страдания, так как ему трудно было выполнять физическую работу, передвигаться, выполнять простые действия, необходимые для нормального жизнеобеспечения. Он неоднократно получал курсовое лечение, которое ему не помогает. После травмы он был вынужден уволиться с работы по состоянию здоровья. После прохождения курса лечения в Белокурихи состояние здоровья его улучшилось, но не восстановилось. В настоящее время он работает, но не по специальности. 

Представитель ответчика АО «ОУК ЮКУ» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала, пояснила, что АО «ОУК Южкузбассуголь» не должно нести ответственность за иные самостоятельные предприятия по заявленным требованиям истца, поскольку АО «

<

данные изъяты>» является самостоятельным юридическим лицом, правопреемником его АО «ОУК «Южкузбассуголь» не является. Полагает, что сумма компенсации морального вреда должна быть рассчитана в соответствии с положениями ФОСа и Соглашения на 2018-2019 г.г., принятым на себя работодателями на федеральном и территориальном уровне. Однако степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве до настоящего времени истцом не установлена. В связи с чем просит отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Суд, заслушав участников процесса, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению, изучив письменные материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

Рассматриваемые правоотношения возникли до введения в действие Трудового кодекса РФ, в связи с чем, должны применяться нормы Кодекса законов о труде РСФСР, действовавшего на тот момент.

Согласно положениям ст. 2 Кодекса законов о труде РСФСР, действовавшего до 01 февраля 2002 года, каждый работник имеет право на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; на возмещение ущерба, причиненного повреждением здоровья.

В соответствии со ст. 108 Кодекса законов о труде РСФСР, администрация предприятия, учреждения, организации обязана обеспечивать нормальные условия работы для выполнения работниками норм выработки. Такими условиями считаются:

1) исправное состояние машин, станков и приспособлений;

2) своевременное обеспечение технической документацией;

3) надлежащее качество материалов и инструментов, необходимых для выполнения работы, и их своевременная подача;

4) своевременное снабжение производства электроэнергией, газом и иными источниками энергопитания;

5) безопасные и здоровые условия труда (соблюдение правил и норм по технике безопасности, необходимое освещение, отопление, вентиляция, устранение вредных последствий шума, излучений, вибрации и других факторов, отрицательно влияющих на здоровье работников, и т.д.).

В силу ст. 139 Кодекса законов о труде РСФСР, на всех предприятиях, в учреждениях, организациях создаются здоровые и безопасные условия труда. Обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций. Администрация обязана внедрять современные средства техники безопасности, предупреждающие производственный травматизм, и обеспечивать санитарно-гигиенические условия, предотвращающие возникновение профессиональных заболеваний работников.

В соответствии со ст. 159 Кодекса законов о труде РСФСР вред, причиненный работникам в результате несчастных случаев или профессиональных заболеваний при исполнении ими своих трудовых обязанностей, возмещается в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частями 2 и 3 ст. 139, частью 1 ст. 143 КЗоТ РФ обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций. Администрация обязана внедрять современные средства безопасности, предупреждающие производственный травматизм, обязана обеспечить надлежащее техническое оборудование всех рабочих мест и создавать на них условия работы, соответствующие единым межотраслевым и отраслевым правилам по охране труда.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ РФ № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Абзацем 2 п. 2 ст. 8 ФЗ РФ № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 21 Федерального закона от 20 июня 1996 года N 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности" социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011 г. «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…», работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ. 

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

В Гражданском кодексе РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются ст. ст. 151, 1099, 1100, 1001.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. N 2). 

Из копии трудовой книжки истца (л.д. 17-27) следует, что истец работал в должности подземного горного мастера на предприятии ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» 

<

данные изъяты> в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 

Из акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ час. ФИО2 выполнял наряд по ремонту гидравлики комплекса в лаве 15. В 13.00 час. по лаве, с в/м на к/м скачивали 4 трубы. Майоров находился в межсекционном пространстве между 39 и 40 секциями. В 13.15 час. одна труба зацепилась за рештак и выскочив с конвейера ударила его в грудь и подбородок. В результате чего истец получил 

<

данные изъяты>. Вины работника не установлено (л.д.7-9). 

Факт наличия у истца производственных травм, подтверждается медицинскими документами: выпиской из истории болезни (л.д.10), медицинской картой (л.д. 11-12), заключением невролога (л.д. 13), из которых следует, что ФИО2 с июня 1998 г. после несчастного случая до 2017 г. периодически обращался за медицинской помощью, проходил лечение по поводу данной травмы, проходил обследование и лечение в санатории Белокуриха, что свидетельствует о том, что в целом состояние здоровья истца после несчастного случая на производстве ухудшилось и в результате лечения не восстановилось.

Таким образом, судом достоверно установлено и не оспаривается ответчиком, что в период работы в АО «ОУК ЮКУ» в результате несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получил травму.

Суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» не несет ответственности перед истцом по долгам 

<

данные изъяты>». 

Из представленных суду документов следует, что на основании решения Комитета по управлению государственным имуществом от ДД.ММ.ГГГГ государственное предприятие шахта «Абашевская» было преобразовано в акционерное общество открытого типа шахта «Абашевская», которое являлось правопреемником государственного предприятия шахта «Абашевская». АООТ шахта «Абашевская» в 1998 г. было преобразовано в ОАО «Шахта «Абашевская», что подтверждается свидетельством о государственной регистрации, Уставом ОАО «Шахта «Абашевская». Из устава ОАО «Шахта «Абашевская-Н» видно, что данное общество было образовано в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта «Абашевская». 

В соответствии с Определением Арбитражного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ конкурсное производство в отношении ОАО «Шахта «Абашевская» завершено.

Факт правопреемства ОАО «Шахта «Абашевская- Н» в том числе по долгам ОАО «Шахта «Абашевская» подтверждается протоколом внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Абашевская», разделительным балансом на 01.10.99г., актом приема-передачи основных средств. Из данных документов видно, что в выделенное ОАО «Шахта Абашевская-Н» были переданы практически все активы, основные и оборотные средства, транспорт, оборудование, объекты недвижимости, кредиторская и дебиторская задолженности, сырье, материалы, участки выработок, готовая продукция. 

Из устава АО «ОУК «Южкузбассуголь», образованного в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе и ОАО «Шахта «Абашевская- Н», ОАО «Шахта «Кушеяковская», видно, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Абашевская- Н», ОАО «Шахта «Кушеяковская» по всем обязательствам. Кроме того, обязательства перед ФИО6 на момент реорганизации ОАО «Шахта Абашевская» еще не возникли и, соответственно, не могли быть включены в передаточный акт. 

Поэтому, по мнению суда, в данном случае правопреемником по обязательствам перед истцом является АО «ОУК ЮКУ», в том числе и за ОАО «Шахта Абашевская».

В соответствии со ст. 57, 58 ГК РФ при реорганизации юридического лица при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом. 

В соответствии со ст. 59 ГК РФ в передаточном акте и разделительном балансе должны содержаться положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами. 

В соответствии со ст. 1093 ГК РФ, в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда. 

Таким образом, в законе предусмотрен переход всех прав и обязанностей реорганизованного юридического лица, а не их части. Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца в связи с несчастным случаем на производстве несет АО «ОУК ЮКУ». При этом, для разрешения спора не имеет юридического значения тот факт, что ответчик не является непосредственным причинителем вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

При определении суммы компенсации морального вреда судом принимается во внимание, что истец испытывал и испытывает до настоящего времени физические и нравственные страдания, связанные с полученной травмой, поскольку постоянно испытывает физические страдания, проявляющиеся в постоянных болях в шейном, грудном и поясничном отделе позвоночника, болях и ограничении в движении в левом плечевом суставе, в нижних конечностях, что подтверждается исследованной в судебном заседании медицинской картой пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях в отношении ФИО1, из которой следует, что последний регулярно обращался за медицинской помощью по поводу постоянных болей в суставах, позвоночнике и связывал эти боли с травмой, полученной на производстве. Кроме того, нравственные страдания истец испытывает и в связи с тем, что он не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству: не может поднимать тяжести, что-то перенести, придержать, испытывает боли в связи с изменением погодных условий. Вынужден постоянно принимать различного вида лекарственные средства, рекомендованные ему врачом, что подтверждается представленными выписками из медицинских заключений, медицинской картой, показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО8, которые пояснили, что истец всегда вел активный образ жизни, любил играть в футбол и волейбол. Из-за травмы, до настоящего времени истец часто посещает больницу, где проходит лечение в виде уколов, вынужден постоянно принимать различного вида лекарственные средства, рекомендованные ему врачом. Он не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству: не может поднимать тяжести, что-то перенести, придержать, испытывает боли в позвоночнике, в верхних и нижних конечностях. Изменение образа в худшую сторону привело к тому, что у него возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительности, возбудимости, он испытывает беспокойство, все это сказывается на его общении с семьей и близкими. 

Учитывая изложенное, суд считает, что истец испытывал и испытывает в настоящее время физические и нравственные страдания, связанные с полученной травмой в результате несчастного случая и ее последствиями.

Данные обстоятельства, безусловно, свидетельствуют о постоянном ухудшении состояния здоровья истца и отсутствии благоприятного прогноза последствий производственной травмы, подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, показаниями свидетелей, медицинскими документами и ответчиком не опровергнуты.

При этом суд также учитывает и то обстоятельство, что последствия травмы являются неопределенными, поскольку из пояснений истца, свидетелей, медицинской карты видно, что улучшения состояния его здоровья не происходит. 

Суд учитывает, что последствия производственной травмы истец ощущает до сих пор, состояние его здоровья ухудшается, ему периодически назначаются курсы лечения. Сведений о благоприятном прогнозе в лечении и возможности улучшения состояния здоровья истца в настоящее время не имеется и каких-либо доказательств этом ответчиком не представлено. 

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО2 до сих пор испытывает физические и нравственные страдания, именно в связи с производственной травмой. Доказательств того, что последствия полученной травмы в будущем будут устранены и истец сможет вернуться к своему привычному образу жизни, суду не представлено. 

Доказательств иного ответчиком, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, не представлено. 

С учетом обстоятельств причинения вреда здоровью истца, характера перенесенных им физических и нравственных страданий, степени вины ответчика, по мнению суда, сумма компенсации в размере 80 000 руб. будет соответствовать принципам разумности и справедливости, в силу ст.ст.151, 1101 ГК РФ и компенсирует перенесенные истцом страдания.

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика в счет местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 80000 (восемьдесят тысяч) руб. и в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 07 июня 2019 г.

Председательствующий: Мартынова Н.В.