Дело № 2-3024/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 ноября 2017 года город Омск

Октябрьский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Бондаренко Е.В., при секретаре Кирюшиной Ю.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Военного прокурора Омского гарнизона в защиту интересов Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 о возмещении причиненного ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

Военный прокурор Омского гарнизона обратился в суд в защиту интересов Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 о возмещении материального ущерба. В обоснование иска указав, что военной прокуратурой Омского гарнизона проведена проверка исполнения командованием и должностными лицами Омского автобронетанкового инженерного института (далее ОАБИИ) законодательства о сохранности государственной собственности. Проверкой установлено, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ работал в ОАБИИ в должности начальника отделения специальной техники (технического обеспечения) отдела ремонта (техники, учетного) базы (обеспечения учебного процесса). ДД.ММ.ГГГГ между ОАБИИ и ФИО1 заключен договор о полной материальной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ в парк боевых машин ОАБИИ поступило 4 единицы специальной автомобильной техники – МТО-УБ1. На основании приказа начальника филиала военной академии материально-технического обеспечения от ДД.ММ.ГГГГ № «О создании комиссии по приему МТО-УБ1 в одностороннем порядке» для приемки материальных ценностей – МТО-УБ1 на ФИО1 возложена обязанность до ДД.ММ.ГГГГ принять МТО-УБ1. В период с ДД.ММ.ГГГГ комиссией ОАБИИ производилась приемка поступившей техники, однако при приемке членами комиссии осуществлялся только прием технического состояния прибывшей спецтехники. Фактическая приемка комплектности материальных ценностей, находящихся в кунге МТО-УБ1 членами комиссии не производилась. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написано заявление о фактическом принятии вышеуказанной техники на ответственное хранение. ДД.ММ.ГГГГ майором ФИО2 выявлена недостача материальных ценностей спецавтотехники, находящейся на ответственном хранении у ФИО1 на сумму 615 021 рубль 58 копеек. Поскольку ФИО1, как материально ответственное лицо несет ответственность за находящееся на его хранении имущество, после приемки на ответственное хранение специальной автомобильной техники допустил недостачу материальных ценностей, что повлекло причинение государству в лице ОАБИИ имущественного ущерба, в связи с чем, ФИО1 подлежит привлечению к полной материальной ответственности. Просит взыскать с ФИО1 в пользу государства сумму причиненного материального ущерба 615 021 рубль 58 копеек. 

В судебном заседании помощник военного прокурора Омского гарнизона ФИО3 поддержал доводы, изложенные в иске. Пояснил, что в период с ДД.ММ.ГГГГ военной прокуратурой Омского гарнизона была проведена проверка деятельности ОАБИИ, в ходе которой было установлено, что ФИО1, работая в ОАБИИ в должности начальника отделения специальной техники (технического обеспечения) отдела ремонта (техники, учетного) базы (обеспечения учебного процесса), являясь материально ответственным лицом, допустил недостачу товарно-материальных ценностей на сумму 615 021 рубль 58 копеек. По результатам проверки в адрес ОАБИИ в феврале 2016 года было вынесено представление об устранений нарушений законодательства, в котором также было указано о необходимости обращения ОАБИИ в суд для возмещения причиненного ущерба. Полагает, что срок исковой давности не пропущен.

Представитель третьего лица ОАБИИ по доверенности ФИО4 в судебном заседании полагала заявленные исковые требования обоснованными и подлежащие удовлетворению. Пояснила суду, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу в ОАБИИ. ДД.ММ.ГГГГ с ним заключен договор о полной материальной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была принята на ответственное хранение спецтехника. В рамках проведенной военной прокуратурой в 

<

данные изъяты> году проверки была установлена недостача товарно-материальных ценностей, по результатам которой было принято решение о необходимости обращения с иском в суд. Также в 

<

данные изъяты> года ОАБИИ была проведена проверка по данному факту, однако материалов данной проверки, помимо тех, которые представлены в суд, не сохранилось. Сумму причиненного ущерба ответчик в добровольном порядке не возмещает. Полагает, что срок для обращения в суд с иском о возмещении ущерба, причиненного работником не пропущен, поскольку течение указанного срока необходимо исчислять с момента, когда майором ФИО2 был написан второй рапорт о недостаче товарно-материальных ценностей на имя нового руководителя ОАБИИ, датированный ДД.ММ.ГГГГ. Ранее ОАБИИ с иском к ФИО1 не обращалось, ввиду отсутствия на это распоряжения руководителя. 

Представитель третьего лица ОАБИИ – начальник филиала военной академии материально-технического обеспечения ФИО5 в судебном заседании поддержал заявленные требования. Считает, что срок для обращения в суд с настоящим иском не пропущен, поскольку последний подлежит исчислению с момента назначения его на должность руководителя. Прежнее руководство мер по возмещению причиненного ФИО1 ущерба не предпринимало. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил суду, что в период с ДД.ММ.ГГГГ он работал в ОАБИИ в должности начальника отделения специальной техники отдела ремонта. С ним был заключен договор о полной материальной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ в ОАБИИ поступило 4 единицы автомобильной техники МТО-УБ1. Указанная техника на основании приказа начальника ОАБИИ была им принята без комплектовочной ведомости, в связи с чем, не представилось возможным определить ее комплектность. В ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что на одном автомобиле отсутствовала сварка и мультимедийный аппарат, о чем он доложил майору ФИО2 Исковые требования не признает, поскольку отсутствует его вина в причинении ущерба ОАБИИ. Кроме того, истцом пропущен срок для обращения с требованиями о возмещении ущерба. В добровольном порядке имущественный вред ОАБИИ не возмещал, поскольку не считал себя виновным. Просил в иске отказать. 

Представитель ответчика по устному ходатайству ФИО6 в судебном заседании поддержал доводы ФИО1 дополнительно пояснил, что истцом не представлено доказательств того, что материальный ущерб причинен ОАБИИ в результате виновных действий либо бездействия ФИО1 Кроме того, из материалов дела следует, что недостача товарно-материальных ценностей выявлена ДД.ММ.ГГГГ, исковое заявление подано в суд 25 сентября 2017 года, срок обращения работодателя в суд о возмещении работником причиненного ущерба, предусмотренный ст. 392 ТК РФ истцом пропущен, доказательств уважительности пропуска данного срока истцом не представлено. Смена руководящего состава ОАБИИ основанием для восстановления пропущенного срока не является.

Представитель Министерства обороны РФ участия при рассмотрении дела не принимал, извещен о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом. 

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено ст. 238 ТК РФ, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под ним понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно ст. 239 ТК РФ, материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В силу положений ст. ст. 241, 242 ТК РФ, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 243 ТК РФ, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

Письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (ст. 244 ТК).

Как указано в ст. 247 ТК РФ, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

При этом, согласно положениям ст. 392 ТК РФ, работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Согласно разъяснений, приведенных в п. 3, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», судья не вправе отказать в принятии искового заявления по мотиву пропуска работодателем годичного срока, исчисляемого со дня обнаружения причиненного ущерба (часть вторая статьи 392 ТК РФ). Если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (часть третья статьи 392 ТК РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления. К обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба. Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований или возражений. 

Из материалов дела следует, что на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ начальника филиала академии тыла и транспорта (г. Омск), ФИО1 принят ДД.ММ.ГГГГ в порядке перевода в Военную академию тыла и транспорта (г. Санкт-Петербург) филиал г. Омск на должность начальника отделения специальной техники (технического обеспечения) отдела ремонта (техники, учебного) базы (обеспечения учебного процесса). 

ДД.ММ.ГГГГ между Омским автобронетанковым инженерным институтом филиал Военной академии материально-технического обеспечения им. Генерала армии А.В Хрулева Министерства обороны Российской Федерации и ФИО1 был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на работу начальником отделения специальной техники (технического обеспечения) отдела ремонта (техники, учебного) с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 8.1. трудового договора, за ущерб, причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей работник несет ограниченную материальную ответственность в пределах не более своего месячного заработка. Полную материальную ответственность работник несет только в случае заключения дополнительного договора о материальной ответственности. 

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому ФИО1 принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, в связи с чем, ФИО1 обязался: бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества; участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества (п. 1). Работник не несет материальной ответственности, если ущерб причинен не по его вине (п. 4). 

Согласно выписке из приказа начальника Омского автобронетанкового инженерного института филиала военной академии материально-технического обеспечения № от ДД.ММ.ГГГГ, приказано: для приема МТО-УБ1 в одностороннем порядке, прибывших железнодорожным транспортом №, назначить комиссию в составе: председателя комиссии капитана ФИО7, членов комиссии: подполковника ФИО8, подполковника ФИО9, подполковника ФИО10, капитана ФИО11, г.п. ФИО12 (п. 1); в период с ДД.ММ.ГГГГ вышеперечисленной комиссии проверить фактическое наличие и техническое состояние прибывших МТО-УБ1 (п. 2); начальнику отделения специальной техники (технического обеспечения) отдела ремонта (техники, учебного) базы (обеспечения учебного процесса) ФИО1 принять в одностороннем порядке 1 ед. МТО-УБ1 на базе Урал-4320, шасси номер 432000Е1395499 (п. 1). 

Согласно акту приема № МТО-УБ1 (Урал-4320), кунг-фургон № 076, шасси номер № утвержденного врио начальника филиала ДД.ММ.ГГГГ комиссией принята данная спецтехника, неисправностей при наружном и внутреннем осмотре не установлено, МТО-УБ1 (Урал-4320), кунг-фургон № 076 соответствует 2 категории, исправен и готов к эксплуатации. МТО-УБ1 (Урал-4320), кунг-фургон №, шасси номер № принят на ответственное хранение начальником отделения г.п. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно рапорту начальника отдела ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ на имя начальника бронетанковой службы, при проверке в отделении специальной техники МТО-УБ1, у начальника отделения ФИО1 выявлены следующие недостачи: мультимедийный справочно-информационный комплект МСК-УИМ в комплекте; источник питания инверторный специальный для электродуговой сварки и поплавки; кабель с зажимом на 400А; электродержатель; пульт ДУ; вставка плавкая; удлинитель; метчики (М3, М4, М5, М6, М6 х 0,75, М8, М8 х 1, М10, М10 х 1, М12, М12 х 1, М12 х 1,25, М14, М14 х 1,12, М14, М16, М16 х 1,5); плашки (М3, М4, М6, М6 х 0,75, М8, М8 х 1, М10, М10 х 1, М10 х 1,25, М12, М12 х 1, М12 х 1,25); вороток для плашек (Д-20, Д-25, Д-30, Д-25-30, Д-38-45); вороток для метчиков раздвижной для хв 7,1 -16; вороток для метчиков раздвижной для хв 16-25; фонарь поисково-спасательный светодиодный; лопата саперная; трап; трос буксирный. 

Аналогичный рапорт был написан начальником отдела ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. 

Допрошенный в судебном заседании начальник отдела ремонта ОАБИИ ФИО2 подтвердил изложенное им в рапортах. Также пояснил, что недостача товарно-материальных ценностей у ФИО1 была им обнаружена 28 февраля 2015 года, о чем он написал соответствующий рапорт, на основании которого была проведена ОАБИИ в 2015 году проверка, о результатах которой ему не известно. В связи со сменой руководства, 18 января 2016 года им также был написан на имя начальника рапорт аналогичного содержания. 

Согласно рапорту заместителя начальника филиала по материально-техническому обеспечению ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ на имя начальника филиала, ФИО13 просил назначить административное расследование по факту некомплекта МТО-УБ1. На основании данного рапорта ФИО14 было поручено провести административное расследование по факту некомплекта МТО-УБ1 № 076.

Согласно информации по стоимости материальных ценностей, входящих в состав МТО-УБ1 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ представленного ОАО «ШЗСА» на имя начальника бронетанковой службы Омского Автобронетанкового Инженерного института, стоимость материальных ценностей на МТО-УБ1, (согласно перечня, указанного в рапорте начальника отдела ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ) составляет 615 021 рубль 58 копеек. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля начальник ремонтного отделения ОАБИИ ФИО15 в судебном заседании пояснил, что ему известно, что около двух лет назад было установлено отсутствие товарно-материальных ценностей на МТО-УБ1. О результатах проверки ему не известно. Пояснил, что спорное транспортное средство имеет комплектность, в которую также входит имущество, указанное в сообщении ОАО «ШЗСА», за исключением троса буксирного, который в комплектности не указан, однако идет совместно с машиной. 

Из материалов дела также следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ военным прокурором Омского гарнизона проведена проверка соблюдения должностными лицами Омского автобронетанкового инженерного института требований законодательства о сохранности государственной собственности. При проведении проверки установлено, что ФИО1 являясь материально-ответственным лицом, после приемки на ответственное хранение специальной автомобильной техники, попустил недостачу материальных ценностей МТО-УБ1, что повлекло причинение государству в лице филиала имущественного ущерба в размере 615 021 рубль 58 копеек. По результатам проверки военным прокурором Омского гарнизона на имя начальника Омского автобронетанкового инженерного института вынесено представление об устранении нарушений законодательства, в том числе предложено рассмотреть вопрос о привлечении ФИО1 к полной материальной ответственности с учетом суммы недостачи в размере 615 021 рубль 58 копеек.

Согласно заключения о результатах административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении в период с ДД.ММ.ГГГГ административного расследования по факту недостачи в отделении специальной техники (технического обеспечения) отдела ремонта (техники, учебного) базы (обеспечения учебного процесса) мультимедийного справочно-информационного комплекта МСК-УКМ и источника питания инверторного специального для электродуговой сварки и наплавки, указано о выявленной 28 февраля 2015 года майором ФИО2 недостаче у ФИО1 материальных ценностей на сумму 615 021 рубль 58 копеек, предложено подготовить исковое заявление о взыскании с ФИО1 материального ущерба. 

С исковым заявлением Военный прокурор Омского гарнизона обратился в суд в защиту интересов Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации о взыскании с ФИО1 причиненного ущерба – ДД.ММ.ГГГГ. 

В ходе судебного разбирательства стороной ответчика заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ. 

Суд соглашается с утверждением ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд. 

Исковое заявление поступило в Октябрьский районный суд города Омска 25 сентября 2017 года. 

Учитывая дату выявления недостачи товарно-материальных ценностей (ДД.ММ.ГГГГ), при том, что указанная недостача была выявлена в рамках проведенной в период с ДД.ММ.ГГГГ военным прокурором Омского гарнизона проверки, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ в адрес начальника Омского автобронетанкового инженерного института было направлено представление об устранение нарушений законодательства, соответственно работодателю с достоверностью было известно о наличии у ФИО1 недостачи товарно-материальных ценностей, размер причиненного ущерба, обращение в суд имело место по истечении установленного ст. 392 ТК РФ годичного срока. 

Ходатайства о восстановлении срока истцом не заявлено, доказательств уважительности причин его пропуска, не представлено. 

Смена руководящего состава в Омском автобронетанковом инженерном институте, доказательством уважительности установленного законом срока не является. 

При таких обстоятельствах суд полагает, что истцом пропущен срок для обращения в суд с настоящим исковым заявлением, что является самостоятельным основанием к отказу в иске.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования Военного прокурора Омского гарнизона в защиту интересов Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 о возмещении причиненного ущерба, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Октябрьский районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Е.В. Бондаренко

Решение в окончательной форме изготовлено 21 ноября 2017 года.