Дело № 2-1026/20

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

29 октября 2020 года г. Елизово Камчатского края

Елизовский районный суд Камчатского края в составе:

Председательствующего судьи Цитович Н.В.,

при секретаре Жуковой А.С.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика – адвоката Хариной Т.Р., назначенной судом в порядке ст.50 ГПК РФ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о прекращении права пользования жилым помещением,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, ссылаясь на те обстоятельства, что она является собственником жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. С 19 января 1988 года по настоящее время в указанном жилом помещении зарегистрирован ответчик ФИО2, который является братом истца. ФИО2 членом семьи истца не является, длительное время (с октября 2016 года) в спорной квартире не проживает, выехав из нее в другое место жительства и забрав все свои вещи, коммунальные платежи по спорному жилому помещению не оплачивает, не несет бремя его содержания, с истцом не общается, место жительства ответчика истцу неизвестно.

По указанным основаниям просила признать ответчика прекратившим право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, поскольку регистрация ответчика в спорном жилом помещении не позволяет истцу как собственнику в полной мере реализовать свои права на владение, пользование и распоряжение своей собственностью.

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержала по изложенным в нем основаниям. Пояснила, что ранее указанное в иске жилое помещение принадлежало матери истца и ответчика, квартира была приватизирована в пользу их матери, истец и ответчик отказались от участия в приватизации в ее пользу. Мама истца и ответчика умерла в 2002 году. С 2005 года истец в указанной квартире не проживает, вступила в наследство на спорное жилое помещение в 2014 году, оформив свое право собственности. Ответчик проживал в данном жилом помещении до 2016 года, после чего истец выгнала его из указанной квартиры, так как ответчик устраивал в ней беспорядки, собирал компании, в которых употреблял спиртные напитки, не оплачивал коммунальные услуги, в квартире неоднократно отключали электричество за неуплату.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, извещался в установленном законом порядке, место жительства ответчика суду неизвестно.

Третье лицо Администрация Корскского сельского поселения, будучи извещенной о времени и месте судебного разбирательства, представителя в судебное заседание не напарвило.

На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, с участием адвоката по назначению.

Назначенный судом в качестве представителя ответчика в порядке ст.50 ГПК РФ адвокат Харина Т.Р. в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, полагала, что ответчик не подлежит признанию прекратившим право пользования указанным в иске жилом помещении, поскольку в 1993 году дал согласие на его приватизацию, в связи с чем, имеет право на постоянное проживание в спорном жилом помещении.

Заслушав пояснения истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Право на жилище относится к основным правам и свободам человека и гражданина и гарантируется Конституции РФ, а также ч. 4 ст. 3 ЖК РФ. При этом, никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Жилищного кодекса РФ, жилищное законодательство основывается на недопустимости произвольного лишения жилища.

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия", при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция РФ предоставила каждому, кто законно находится на территории РФ, право свободно передвигаться, выбирать место жительства, а также гарантировала право на жилище.

В соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (в редакции, действовавшей на момент приватизации спорного жилого помещения) граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. 

В силу ч.1 ст.35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 19 ФЗ от 29.12.2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.Следовательно, если бывший член семьи собственника на момент приватизации имел равные права с лицом, которое впоследствии приобрело в собственность данное жилое помещение, но отказался от приватизации, дав согласие на приватизацию иному лицу, то при переходе права собственности на жилое помещение он не может быть признан утратившим право пользования им, поскольку имеет право пользования данным жилым помещением, которое носит бессрочный характер.

При этом, необходимо учитывать, что, давая согласие на приватизацию жилого помещения, лицо исходило из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер, следовательно, его права должны быть учтены при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу, поскольку иное толкование нарушало бы положения ст. 40 Конституции РФ. В связи с этим, за указанным лицом при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу сохраняется право пользования жилым помещением.

Таким образом, в случае приобретения жилого помещения в порядке приватизации в собственность одного из членов семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, лица, отказавшиеся от участия в его приватизации, но давшие согласие на ее осуществление, получают самостоятельное право пользования данным жилым помещением.

В целях соблюдения баланса законных интересов и прав собственника и членов его семьи, иных лиц, имеющих право бессрочного пользования жилым помещением, такие лица могут быть признаны утратившими право пользования жилым помещением, если установлено, что они отказались от прав на него, потеряв интерес к использованию жилого помещения в связи с выездом на новое место жительства в порядке ст. 83 Жилищного кодекса РФ, согласно которой в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, к членам семьи собственника жилого помещения, отказавшимся от участия в его приватизации, не может быть применен пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-I "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование) (аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16.05.2017 N 46-КГ17-7, определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 4-КГ18-18).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, было предоставлено матери истца ФИО3 на основании ордера № 1374 от 06 ноября 1987 года на состав семьи из пяти человек, в том числе истца и ответчика (л.д.79-80).

Стороны зарегистрированы в указанном жилом помещении с 19 января 1988 года по настоящее время (л.д.7).

Данное жилое помещение было передано в собственность матери истца и ответчика ФИО3 на основании договора о передаче жилого помещения в собственность гражданина на основании Закона РФ «О приватизации жилого фонда в РФ» от 05 апреля 1993 года (л.д.76).

При этом, из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 дал согласие на приватизацию указанной в иске квартиры его матерью ФИО3 с оформлением договора на ее имя, что подтверждается его письменным заявлением от 12 октября 1992 года.

Давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (ст. 2 Закона РФ от 04.07.1991 года N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), ответчик исходил из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу.

16 ноября 2002 года ФИО3 умерла (л.д.18).

Истец ФИО1 в установленном законом порядке приняла наследство после смерти матери, и ей 27 марта 2014 года было выдано свидетельство о праве на наследство в виде жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д.11).

31 июля 2017 года право собственности истца на указанное в иске жилое помещение зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (л.д.12-14).

Принимая во внимание приведенные выше нормы права, а также то, что ответчик ФИО2 на момент приватизации спорного жилого помещения был зарегистрирован и проживал в нем, отказался от участия в приватизации, и дал свое согласие на приватизацию спорной квартиры в собственность его матери, после смерти которой право собственности на указанное жилое помещение перешло к истцу в порядке наследования, то суд приходит к выводу о том, что за ответчиком сохраняется право бессрочного пользования спорной квартирой.

Ответчик ФИО2 мог быть признан прекратившим право пользования спорным жилым помещением в случае его добровольного отказа от права пользования данным помещением. Однако, бесспорных доказательств, свидетельствующих об отказе ответчика ФИО2 от своих прав пользования спорной квартирой, суду не представлено. Напротив, из пояснений истца в судебном заседании следует, что в 2016 году она выгнала ответчика из занимаемого им жилого помещения, то есть его выезд из спорной квартиры не носит добровольного характера.

Оценив в совокупности все исследованные по данному делу доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о признании ответчика прекратившим право пользования спорным жилым помещением.

При этом, показания свидетеля ФИО4, допрошенной в судебном заседании 07 октября 2020 года, пояснившей, что проживание в спорной квартире невозможно по причине ее захламления ответчиком, в ней отключено электричество, ответчик не проживает в данном жилом помещении с 2016 года, правового значения при разрешении настоящего спора не имеют, поскольку ответчик не может быть лишен права пользования указанным жилым помещением в силу прямого указания закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований о прекращении ФИО2 права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме – 06 ноября 2020 года.

Судья Н.В. Цитович