Судья Керашев Т.Н. Дело № 2024 год

Апелляционное ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 02 сентября 2024 года

Верховный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи ФИО8

при секретарях судебного заседания ФИО3 и ФИО4

с участием прокуроров ФИО5 и ФИО7

осужденного ФИО1 и его защитника адвоката ФИО9

потерпевшей Потерпевший №1

представителя потерпевшей Потерпевший №2 - адвоката ФИО6

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе (и дополнениям к ней) адвоката ФИО9, поданных в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Шовгеновского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес> ССР, гражданин РФ, со средним образованием, не состоящий в браке, не имеющий на иждивении малолетних детей и иных лиц, невоеннообязанный, пенсионер, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, не судимый, 

-признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде 1 (одного) года 2 (двух) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 (два) года.

Осужденному ФИО1 определен порядок следования в колонию- поселение за счет государства самостоятельно, в соответствии с предписанием о направлении к месту отбывания наказания территориального органа уголовно- исполнительной системы.

Контроль по обеспечению направления осужденного в колонию- поселение возложен на УФСИН России по 

<

адрес>.

Согласно ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия в колонию-поселение. 

Время следования осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день. 

Разъяснено ФИО1, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток и заключен под стражу с направлением в колонию-поселение под конвоем в порядке ст.ст. 75, 76 УИК РФ.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 (два) года, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ, исчислять с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы, распространив его на все время отбывания наказания в виде лишения свободы.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1, до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения.

Процессуальные издержки возмещены за счет средств федерального бюджета. Гражданский иск по делу не заявлен. Конфискация имущества применена быть не может, ввиду отсутствия оснований, установленных ст. 104.1 УК РФ. В приговоре решена судьба вещественных доказательств. 

Доложив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, выслушав мнение участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

согласно приговору, ФИО1, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человеку и повлекшее по неосторожности смерть человека, то есть преступление, предусмотренное ч.3 ст. 264 УК РФ, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 признал себя виновным полностью, в содеянном раскаялся и принёс свои извинения потерпевшим. 

В апелляционной жалобе адвокат ФИО9, не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий осужденного ФИО1, просит изменить приговор 

В обоснование своих доводов указал, что ФИО1 по месту жительства характеризуется положительно, на профилактических учетах не состоит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд признал полное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном преступлении, добровольное возмещение ущерба, положительную характеристику по месту жительства, принесение извинений потерпевшей, преклонный возраст, состояние здоровья. 

Однако, каким образом, признавая обстоятельствами смягчающими наказание, преклонный возраст и состояние здоровья, суд назначает осужденному наказание с его реальным отбытием в колонии-поселении.

В приговоре оговаривается, что судом не установлено оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством «активное способствование раскрытию и расследованию преступления», о чем заявлено защитником в прениях сторон. Однако, защитником в прениях сторон заявлено о признании смягчающим наказание обстоятельством «содействие в ходе следствия», а не «раскрытие», так как преступление само по себе очевидное. 

Вывод суда о том, что никаких активных действий по расследованию преступления ФИО1 не принимал, ошибочен. ФИО1, будучи лежачим больным, сам нуждаясь в постоянном уходе, при проведении допросов и других следственных действий во время следствия, по приезду следователя, давал показания не ссылался на свое состояние, на наличие постоянных болей, не препятствовал ходу следствия, а наоборот, оказывал всяческое содействие.

При изучении приговора становится ясно, что судом решение принималось без учета п.п. 1,2,3 ст. 67 УПК РФ, которые гласят: «Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности». 

Решение судом принято на основе обвинительного заключения, что видно при сравнении текста приговора и обвинительного заключения, где они совершенно одинаковы целыми абзацами. 

При судебном следствии не учтены показания потерпевшей Потерпевший №2, данные ею в ходе следствия, в которых она, предупрежденная о даче правдивых показаний и об ответственности за дачу ложных показаний, пояснила, что не имеет к ФИО1 никаких претензий, материальный ущерб ей возмещен, что заверено ее росписью, однако по истечении некоторого времени ее мнение поменялось, появились претензии. Ссылка потерпевшей и ее представителя на юридическую безграмотность и введение ее в заблуждение следователем на стадии предварительного следствия, неуместны. Потерпевшая, являющаяся индивидуальным предпринимателем и имеющая полноценное образование, не может не понимать понятий «имеет претензии материального и морального характера» или «не имеет претензии материального и морального характера». 

В приговоре указывается на неоднократное привлечение ФИО1 к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения. Однако, при этом, не отмечается, что все нарушения были связаны с незначительным превышением установленной скорости движения и что, все наложенные штрафные санкции, оплачены. 

В ходе прений представителем потерпевшей Потерпевший №2 были принесены причины, из-за которых у потерпевшей имеются претензии в ФИО1:

- не оказал первую медицинскую помощь при ДТП;

- не поинтересовался ее состоянием после ДТП;

- лично не передал денежные средства в качестве возмещения ущерба;

-не зашел к потерпевшей в палату, где она проходила лечение, чтобы лично принести извинения;

- не звонил ей, хотя имел возможность общаться с ней, и общался с другими лицами. 

При озвучивании данных причин, представителем не учтено, что у ФИО1 после ДТП имелись телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, субарахноидального кровоизлияния в лобной области, закрытый перелом 2-6 ребер справа, 10-11 ребер слева, закрытый перелом с вывихом головки левого бедра, закрытый перелом правой голени, закрытый перелом лучевой кости справа, потеря сознания и доставление в медицинское учреждение без сознания. И как мог человек 76 лет с такими телесными повреждениями оказать первую медицинскую помощь при ДТП и поинтересоваться ее состоянием после ДТП, тогда как сам был доставлен в медицинское учреждение без сознания. Передача денежных средств родственниками ФИО1, принесение извинений в связи со случившимся, было сделано по инициативе ФИО1 и по его указанию. Как он мог ее проведать в палате, где она проходила лечение, тогда как он сам был лежачим больным, передвигали его исключительно или на каталке, или на носилках.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Одновременно, суд не учел требования ст. 43 УК РФ, в соответствии с которым наказание применяется, как в целях восстановления социальной справедливости, так и в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений и посчитал необходимым назначить ФИО1 в пределах санкции ч. 3 ст. 264 УК РФ в виде лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

В ходе прений защитником высказано мнение о возможности вынесения наказания с применением ст.73 УК РФ, которая устанавливает, что если достижение одной из целей наказания, а именно- исправление осужденного возможно без реального отбытия им наказания, суд может назначить такому осужденному наказание условно, без реального отбытия им наказания. Считает, что перечисленные цели наказания для ФИО1 возможны без его реального лишения свободы, поскольку наказание в виде, реального лишения свободы может самым пагубным образом сказаться на дальнейшей его судьбе.

Так же просит суд не применять к ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами, поскольку осужденный проживает один и по состоянию своего здоровья не может передвигаться на общественном транспорте. Тем более, что по месту его проживания общественный транспорт не развит.

Просит приговор Шовгеновского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ отменить и вынести новое решение с применением ст.73 УК РФ. 

В дополнительной апелляционной жалобе защитник полностью поддержал доводы своей апелляционной жалобы о необоснованном назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, без учета сведений о полном (а не частичного как указано в приговоре) возмещении осужденным причиненного преступлением ущерба потерпевшим, без учета его возраста, состояния здоровья, которое ухудшилось у него в результате полученных травм при ДТП и послужило основанием постановки его на учет в ГБУ Республики Адыгея «Комплексный центр социального обслуживания населения по 

<

адрес>», поскольку он не может самостоятельно обеспечить свои жизненные потребности и обслуживать себя в быту.

Так же указал, что суд первой инстанции необоснованно не нашел оснований для применения к назначенному ФИО1 наказанию в виде лишения свободы, положений ст. 73 УК РФ.

Возражений на апелляционную жалобу и дополнения к нему, не поступило. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и адвокат ФИО9 просили приговор изменить по доводам апелляционной жалобы и дополнениям к ней.

Потерпевшая Потерпевший №1, просила не применять к осужденному строгого наказания.

Представитель потерпевшей Потерпевший №2 - адвокат ФИО6, просила оставить приговор без изменений, находя его законным, обоснованным и справедливым.

Прокурор ФИО7 просил оставить приговор без изменений, находя его законным, обоснованным и справедливым, а апелляционные жалобу и дополнения к ней адвоката ФИО9 - без удовлетворения, в виду необоснованности заявленных в них требований. 

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. 

Как видно из дела, в судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 свою вину признал полностью и заявил о своем раскаяние в совершенном преступлении.

Виновность осужденного ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе, показаниями осужденного, потерпевших, свидетелей, письменными материалами дела, которые исследованы судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и оценены в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ.

Законность и допустимость приведенных в приговоре доказательств никто под сомнение не ставит и не обжалует.

Квалификация действий осужденного ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ является правильной и соответствующей фактическим обстоятельствам, установленным судом в ходе судебного разбирательства.

При разрешении вопроса о назначении ФИО1 вида и размера основного и дополнительного наказания, суд в соответствии с нормами главы 10 УК РФ, правильно учел обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения данного вопроса: характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного, условия его жизни, состояние здоровья и обоснованно назначил ему основное наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 2 (два) месяца и дополнительное, в виде лишения права управления транспортными средствами на 2 (два) года. 

Назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законе целям и задачам наказания. 

В этой связи, суд апелляционной инстанции не может признать обоснованными доводы защитника, что суд первой инстанции при назначении наказания не учел в качестве смягчающего наказание обстоятельства «активное содействие ФИО1 расследованию преступления», выразившиеся в даче им правдивых и признательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления, поскольку данное обстоятельство учтено судом в качестве смягчающего в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ в форме «полного признания подсудимым своей вины и раскаяния в содеянном преступлении».

Необоснованными являются и доводы защитника относительно признания судом первой инстанции в качестве смягчающего наказание обстоятельства «частичное», а не «полное», возмещение осужденным причиненного ущерба потерпевшей Потерпевший №2, поскольку размер ущерба, в таких случаях, определяется судом с учетом мнения потерпевшей стороны и представляемых ею соответствующих сведений.

Как видно из приговора, суд обоснованно, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства «частичное, добровольное возмещение ФИО1 потерпевшей Потерпевший №2 причиненного ущерба», исходя из той суммы, которую ФИО1 добровольно и в силу своих возможностей смог передать потерпевшей в счет заглаживания причиненного преступлением вреда.

Не подлежат рассмотрению и доводы защитника относительно претензий потерпевшей Потерпевший №2 к ФИО1 в период после ДТП, поскольку данные обстоятельства судом первой инстанции не учитывались при назначении наказания. 

В то же время, заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы (и дополнений к ней) защитника в части того, что определяя ФИО1 условия исполнения назначенного основного наказания в виде лишения свободы - в колонии-поселении -, суд не принял во внимание сведений о его реальном физическом состоянии, в совокупности с другими смягчающими наказание обстоятельствами, которые повлияли на принятие по данному вопросу иного окончательного решения, значительно улучшающего положение осужденного.

Как видно из приговора, отказывая в применении к назначенному ФИО1 основному наказанию положений ст. 73 УК РФ, суд мотивировал свое решение фактическими обстоятельствами и степенью общественной опасности совершенного осужденным преступления, данными о его личности и, что применение положений указанной нормы материального закона не будет способствовать достижению целей наказания. Однако, суд в приговоре не раскрыл, какими конкретно обстоятельствами и сведениями он руководствовался принимая данное решение.

В то же время, согласно выводам судебно-медицинского эксперта, изложенным в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ и приведенным в приговоре в качестве доказательства вины осужденного, в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 сам получил тяжкий вред здоровья в виде: сотрясения головного мозга, малого САК (субарахноидальное кровоизлияние) в лобной области; закрытого перелома 2-3-4-5-6 ребер справа и 10-11 ребер слева; двустороннего гемоторакса (кровь в плевральной полости); правостороннего пневмоторакса (воздух в плевральной области); закрытого внутрисуставного оскольчатого перелома вертлужной впадины с вывихом головки левого бедра; закрытого трехлодыжечный перелома правой голени с подвывихом стопы кзади и кнутри; закрытого краевого перелома шиловидного отростка лучевой кости справа без смещения.

Данные сведения о физическом состоянии ФИО1 остались без надлежащей оценки суда первой инстанции, тогда как, в совокупности с данными о его возрасте, наличием признанных судом и указанных в приговоре смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, они существенным образом могли повлиять на принятие судом решения о применении к осужденному положений ст. 73 УК РФ.

Таким образом, назначая ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, суд не привел в приговоре конкретных доводов, которые позволили ему сделать вывод об исправлении ФИО1 только в условиях его временной изоляции от общества - в колонии – поселении -, формально сославшись на отсутствие оснований для применения положений ст. 73 УК РФ. 

Суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения ст. 73 УК РФ, противоречащими установленным по делу фактическим обстоятельствам и всем данным о реальном физическом состоянии осужденного, которые, вопреки выводам суда первой инстанции, указывают на возможность достижения целей назначенного основного наказания путем применения к ФИО1 условного наказания, как к лицу, не представляющего никакой угрозы для общества.

Кроме того, в обоснование возможности применения к назначенному осужденному основному наказанию положений ст. 73 УК РФ, служат и сведения об изменившихся обстоятельствах жизни осужденного, т.е., о состоянии его здоровья и условиях жизни предоставленных суду апелляционной инстанции защитой осужденного.

Так, по заключению ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес> «Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы» № (смешанного профиля) №.2.1/2024 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена инвалидность третьей группы. 

Согласно справки ГБУ Республики Адыгея «Комплексный центр социального обслуживания населения по 

<

адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находится на социальном обслуживании на дому в указанном учреждении, в связи с невозможностью обеспечить свои необходимые жизненные потребности и самостоятельно обслуживать себя в быту. 

В подтверждение данных сведений, в судебном заседании суда апелляционной инстанции зафиксирован факт невозможности передвижении ФИО1 без посторонней помощи. В судебное заседание осужденный явился в сопровождении посторонних лиц, передвигаясь при помощи специального устройства - передвижных ходунков. 

Кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 показал, что в настоящее время, в связи со смертью своей супруги, он проживает один. С учетом полученных в результате ДТП телесных повреждений и невозможностью самостоятельного обслуживания своих жизненных потребностей в быту, его поставили на учет в районный центр социального обслуживания. Кроме помощи в осуществлении своих жизненных потребностей, ему регулярно оказывают и медицинскую помощь.

С учетом указанных сведений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что пребывание осужденного ФИО1 в условиях исправительного учреждения, при отсутствии помощи от сотрудников социальной службы, негативно отразиться на его здоровье. 

При таких обстоятельства, по делу имеются все основания для применения к назначенному осужденному ФИО1 основному наказанию в виде лишения свободы, положений ст. 73 УК РФ, с возложением на него обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ, исполнение которых и будет способствовать достижению целей назначенного основного наказания.

Наличие у ФИО1 административных взысканий за допущенные им ранее нарушения правил дорожного движения (штрафы все оплачены), не может являться препятствием для применения к нему по настоящему делу положений ст. 73 УК РФ, поскольку оно применяется судом апелляционной инстанции исключительно на основании данных о личности осужденного, в том числе фактическом состоянии здоровья осужденного, в совокупности с его возрастом, наличием смягчающих наказание обстоятельств, отсутствием отягчающих и изменившихся условий его жизни. При этом, судом апелляционной инстанции, как и судом первой инстанции, учитывается характер и степень общественной опасности совершенного преступления. 

Довод апелляционной жалобы об отмене дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 2 (два) года, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, поскольку данный вид дополнительного наказания, согласно санкции ч.3 ст. 264 УК РФ, является обязательным, а оснований для применения по делу положения ст. 64 УК РФ, не имеется, на что обоснованно указано и в приговоре суда первой инстанции.

В связи с применением к назначенному основному наказанию положений ст. 73 УК РФ, из приговора подлежит исключению указание о порядке и условиях следования осужденного ФИО1 в колонию - поселение и сроках исчисления основного наказания. 

Кроме того, в части порядка исполнения дополнительного наказания в виде лишения ФИО1 права управления транспортными средствами на 2 (два) года, необходимо указать, что его срок необходимо исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Иных оснований для изменения приговора в отношении ФИО1, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

П О С Т А Н О В И Л :

апелляционную жалобу (и дополнения к ней) адвоката ФИО9 – удовлетворить, частично. 

Приговор Шовгеновского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

Назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 1 (один) год 2 (два) месяца, в соответствии со ст. 73 УК РФ считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.

На период испытательного срока возложить на ФИО1 обязанности: 

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; 

- являться один раз в месяц в специализированный государственный органа, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, для регистрации.

Контроль за поведением условно осужденного на период испытательного срока, возложить на территориальный орган уголовно-исполнительной инспекции по 

<

адрес> УФСИН России по 

<

адрес>.

Исключить из приговора указание о порядке и условиях следования осужденного ФИО1 в колонию-поседение.

Дополнительное наказание в виде лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 (два) года – оставить без изменения, указав, что срок его исполнения необходимо исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить.

Апелляционное постановление и приговор суда первой инстанции вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ. 

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 - 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в суд кассационной инстанции, через суд постановивший приговор в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае кассационного обжалования, осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий ФИО8