Судья Карцева А.Д. Дело № 22-1067/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 3 июня 2024 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего Матыскиной Л.С., 

с участием: прокурора Тюкалова М.Ю.,

адвоката Карабец Ю.С. в защиту интересов осужденного ФИО1, 

при секретаре Сафаровой К.М.к., секретарях-помощниках судьи Д., Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 - адвоката Карабец Ю.С. на приговор Кировского районного суда г. Томска от 27 февраля 2024 года, которым:

ФИО1, /__/, несудимый,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы.

Постановлено на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком 1 год, с возложением обязанностей в период испытательного срока: не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию в указанный государственный орган один раз в месяц.

Постановлено испытательный срок условно осужденному исчислять с момента вступления приговора в законную силу, с зачетом времени, прошедшего со дня провозглашения приговора, то есть с 27 февраля 2024 года.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлении приговора в законную силу, отменить.

По делу удовлетворен гражданский иск потерпевшей, с ФИО1 взыскано в пользу Б. 7500 рублей. 

Заслушав доклад судьи Матыскиной Л.С., пояснения адвоката Карабец Ю.С., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Тюкалова М.Ю., возражавшего относительно удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Преступление совершено в период времени с 00 часов 00 минут до 08 часов 54 минут 4 сентября 2022 года в г. Томске, при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, указав на отсутствие у него умысла на хищение телефона, от дачи показаний отказался.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Карабец Ю.С. выражает несогласие с приговором суда, указывает, что ФИО1 в судебном заседании вину не признал, указав на отсутствие у него корыстного мотива и умысла на хищение сотового телефона, поскольку, когда он забирал забытый на сидении автобуса сотовый телефон Б., в автобусе пассажиров не было. Обращает внимание на отсутствие у ФИО1 обязанности разыскивать собственника сотового телефона. Вместе с тем, он не препятствовал возвращению имущества потерпевшей, длительное время не отключал телефон, однако на него никто не звонил. Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 27 февраля 2024 года отменить, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу, государственный обвинитель Берет К.С. выражает несогласие с изложенными в ней доводами, считает их несостоятельными, просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 27 февраля 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Заслушав выступления участников уголовного судопроизводства, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности осужденного в совершении инкриминированного ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств и их надлежащей оценке, в том числе:

- показаний самого ФИО1, данных им в ходе предварительного расследования, содержащих сведения о характере его действий, связанных с тайным хищением имущества, вину в совершении которого признавал полностью, пояснившего о том, что в сентябре 2022 года, прибыв в /__/ на рейсовом автобусе Барнаул-Томск, заметил на одном из пассажирских сидений в салоне автобуса оставленный кем-то из пассажиров сотовый телефон, решил похитить его, убедившись, что за его действиями никто не наблюдает, положил телефон себе в карман и вышел из автобуса, не предпринимая никаких действий по возврату телефона, поскольку хотел оставить телефон себе. Приехав домой в /__/, он снял с телефона чехол, выбросил его, отключил телефон, извлек из него сим-карты, сбросил настройки, телефон передал в пользование брата М., через месяц забрал телефон себе, а позже его потерял; 

- показаний потерпевшей Б. пояснившей в ходе предварительного расследования об обстоятельствах, при которых у нее 4 сентября 2022 года в рейсовом автобусе Барнаул-Томск пропал принадлежащий ей сотовый телефон «Redme 9C NFC» с двумя сим-картами, который с учетом эксплуатации она оценивает в 7500 рублей, указав, что по прибытии в /__/, она произвела оплату за проезд, используя указанный телефон, после чего уже находясь дома, обнаружила его отсутствие, поняла, что сотовый телефон оставила именно в салоне автобуса, о чем сразу сообщила в полицию;

- показаний свидетеля М. в ходе предварительного расследования, подтвердившего факт передачи ему в пользование братом ФИО1 сотового телефона «Redme 9», без сим-карты и каких-либо данных, найденного им на одном из пассажирских сидений в салоне рейсового автобуса, на котором он возвращался из г. Барнаула в г. Томск, через месяц брат телефон у него забрал; 

- показаний свидетеля Б. – сотрудника полиции, пояснившего об обстоятельствах работы по сообщению о хищении сотового телефона «Redme 9С», в ходе которой установлена замена в телефоне потерпевшей ее сим-карты, на сим-карту, оформленную на имя М., а также установлено место нахождения ФИО1, который пояснил, что сотовый телефон нашел в рейсовом автобусе, распорядился им по своему усмотрению;

- а также совокупностью письменных материалов дела, которые приведены в приговоре, в том числе: протокол принятия устного заявления от потерпевшей; протокол осмотра места происшествия, в котором зафиксирована обстановка на участке местности, расположенного у /__/.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей, а также представленным письменным доказательствам не имелось, поскольку они подробно и полно изложены в приговоре, согласуются между собой, подтверждая и дополняя друг друга, не противоречат показаниям осужденного ФИО1, данным им в ходе предварительного расследования и признанным судом достоверными.

Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей и потерпевшей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для его оговора, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, в судебном заседании установлено не было.

Всем доказательствам, представленным и исследованным в судебном заседании, положенным в основу обвинительного приговора, суд дал надлежащую оценку в соответствии со ст. 88 УПК РФ. Выводы суда, касающиеся оценки доказательств, в приговоре приведены, подробно мотивированы и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности. 

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования в его пользу, судом апелляционной инстанции не установлено, как и не установлено данных, свидетельствующих об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, относящихся к инкриминируемому ФИО1 преступлению.

Так, судом обоснованно положены в основу приговора показания ФИО1, допрошенного на предварительном следствии, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, которые верно оценены в совокупности с иными исследованными судом доказательствами, в том числе показаниями потерпевшей, свидетелей, письменными доказательствами по делу. Причин для самооговора ФИО1 судом не установлено и суду апелляционной инстанции не представлено.

Таким образом, положенные в основу приговора доказательства являются последовательными, непротиворечивыми и дополняющими друг друга, а в своей совокупности полностью изобличающими ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден.

Действия ФИО1 верно квалифицированы по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину. 

Умысел ФИО1 на тайное хищение чужого имущества и корыстный мотив судом первой инстанции установлены достоверно и подтверждаются тем, что он незаконно, безвозмездно, тайно изъял имущество, которое ему не принадлежало, обратил в свою пользу и распорядился им по своему усмотрению. 

Квалифицирующий признак преступления «с причинением значительного ущерба гражданину» нашел свое подтверждение, что должным образом мотивировано в приговоре.

Выводы суда относительно фактических обстоятельств дела и юридической оценки действий осужденного сомнений не вызывают, в том числе, с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела и добытых доказательств, оцененных судом в их совокупности.

Доводы апелляционной жалобы защитника об отсутствие у ФИО1 умысла на совершение им хищения сотового телефона потерпевшей, отсутствие у осужденного обязанности разыскивать собственника телефона, являются несостоятельными, по своей сути являются продолжением защитной версии, имевшей место в суде первой инстанции, получившей оценку в приговоре, направлены на переоценку доказательств по делу судом апелляционной инстанции, однако противоречий в доказательствах, способных повлиять на правильность выводов суда первой инстанции о виновности осужденного в совершении инкриминированного преступления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника, или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них.

В силу ст. 227 ГК РФ, нашедший потерянную вещь, обязан немедленно уведомить об этом лицо, потерявшее ее, или собственника вещи или кого-либо другого из известных ему лиц, имеющих право получить ее, и возвратить найденную вещь этому лицу. Если лицо, имеющее право потребовать возврата найденной вещи, или место его пребывания неизвестны, нашедший вещь обязан заявить о находке в полицию или в орган местного самоуправления.

В соответствие с правовой позицией Конституционного Суда, выраженной в постановлении от 12 января 2023 г. N 2-П "По делу о проверке конституционности ст. 227 ГК РФ, ч.1, п.1 примечаний к ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, ст.ст. 75, 87 и 88 УПК РФ в связи с жалобами граждан", несмотря на то, что само по себе обнаружение потерянной вещи не является неправомерным, противоправное и активное сокрытие имущества нашедшим его лицом, обусловленная этим недостаточность гражданско-правовых мер по защите прав его законного владельца, общественная опасность его присвоения, как крайней формы злоупотребления нашедшим своими правомочиями, свидетельствуют о выходе за частноправовые пределы, очерченные ст. 227 ГК РФ. Признаки такого злоупотребления могут расцениваться в качестве составообразующих признаков преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ, с учетом тайного способа обращения с потерянной вещью, сокрытия самого факта ее обнаружения и принадлежности другому лицу.

Таким образом, в силу закона, если вещь утрачена(забыта) в месте, известном законному владельцу, и он имеет возможность за ней вернуться или получить ее, либо по индивидуальным свойствам вещи законный владелец может быть идентифицирован и нет оснований полагать, что вещь является брошенной, то лицо, которое обнаружило такую вещь в подобной обстановке, осознавало или должно осознавать указанные обстоятельства и при этом не только не приняло доступных ему мер найти законного владельца вещи, не сдало ее в установленном законом порядке, не обратилось в правоохранительные органы или органы местного самоуправления с заявлением о находке, но и активно сокрыло вещь для тайного обращения ее в свою пользу или в пользу других лиц, лицо, присвоившее эту вещь, совершает кражу.

Судом установлено, что потерпевшей Б., обнаружившей пропажу телефона, было достоверно известно место его утраты. Она имела возможность за ним вернуться либо иным способом получить принадлежащую ей вещь, временно выбывшую из ее владения, о чем свидетельствует осуществление ею звонков с другого телефона на свой абонентский номер, ее незамедлительное обращение в правоохранительные органы сначала с сообщением о пропаже сотового телефона в рейсовом автобусе Барнаул-Толмачево - Томск, а затем с заявлением о его хищении в салоне указанного автобуса.

Как установлено судом в ходе судебного следствия и правильно указано в приговоре, ФИО1, обнаружив лежащий на пассажирском сидении в рейсовом междугородном автобусе сотовый телефон, ему не принадлежащий, не сообщил о находке водителю автобуса, администрации автовокзала г.Томска, в полицию, не пытался предпринять иные действия, направленные на возврат телефона его владельцу, как это предписано ст. 227 ГК РФ, при том, что мобильный телефон находился в рабочем состоянии и имел идентификационные признаки, а, воспользовавшись тем, что за его действиями никто не наблюдает, положил телефон в карман своей одежды, привез его к себе домой, где снял с него чехол, отключил телефон, извлек сим-карты, сбросил все настройки до заводских, после чего передал телефон во временное пользование своему брату, а затем забрал его себе, распорядившись похищенным по своему усмотрению, что свидетельствует об умысле ФИО1 на совершение хищения данного имущества. При таких обстоятельствах, по смыслу закона, ФИО1, присвоив найденный им сотовый телефон, принадлежащий потерпевшей Б., совершил кражу. 

Учитывая изложенное суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО1 состава преступления против собственности.

При этом, вопреки доводам жалобы защиты, отсутствуют доказательства каких-либо действий(бездействия) со стороны осужденного, направленных на возврат собственнику сотового телефона.

Таким образом, все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ. Подсудимый и защитник активно, в полном объеме и без ограничений пользовались правами, предоставленными законом, в том числе при исследовании доказательств.

Данных, свидетельствующих о нарушениях уголовно-процессуального законодательства при производстве предварительного и судебного следствия, не имеется. Обстоятельств, дающих основание полагать, что следователь, судья, в производстве которых находилось данное уголовное дело, были лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе уголовного дела, также не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, сведений о его личности, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, в полном объеме судом учтено наличие обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, а потому является справедливым, соразмерным содеянному.

Суд исследовал все данные о личности осужденного, признал обстоятельством, смягчающим наказание осужденного, в соответствие с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ - наличие у виновного малолетнего ребенка, а в соответствие с ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины на стадии предварительного следствия.

Кроме этого, судом учтено, что ФИО1 ранее не судим, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, является /__/.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом верно не установлено.

Судом учтены все сведения о личности осужденного, которые нашли документальное подтверждение в материалах уголовного дела и имеют значение при решении вопроса о наказании. Новых данных, способных повлиять на вид и размер назначенного наказания, суду апелляционной инстанции не представлено.

Мотивы, по которым суд пришел к выводу о назначении осужденному лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, в полной мере изложены в приговоре и оснований не соглашаться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом, наказание в виде лишения свободы осужденному назначено не в максимальных пределах санкции ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Учитывая, что ни каждое в отдельности из смягчающих обстоятельств, ни их совокупность существенно не повлияли на степень общественной опасности содеянного осужденным, суд первой инстанции обоснованно не признал их исключительными, позволяющими назначить ФИО1 наказание с применением положений ст. 64 УК РФ.

Наряду с чем, обоснованно сделан вывод и приведены мотивы об отсутствии оснований для применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что суд в полной мере учел все данные о личности осужденного, выполнив требования закона об индивидуализации наказания.

Все заслуживающие внимания обстоятельства учтены судом первой инстанции при решении вопроса о назначении ФИО1 наказания, в связи с чем, оно не может быть признано излишне суровым.

Выводы суда о виде и размере наказания мотивированы, и оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Гражданский иск Б. рассмотрен судом в соответствии с нормами гражданского законодательства. Выводы суда, касающиеся обоснованности исковых требований потерпевшей и размера денежной суммы, подлежащей взысканию, основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, в приговоре надлежащим образом мотивированы и основаны на законе. 

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в связи с необходимостью исправления технической ошибки во вводной его части, где судом в нарушение положений п.3 ст. 304 УПК РФ указано на участие в судебном заседании государственного обвинителя К.С., тогда, как согласно протоколу судебного заседания, в судебном заседании принимал участие государственный обвинитель Берет К.С. Данная техническая ошибка, по мнению суда апелляционной инстанции, подлежит исправлению, с указанием во вводной части обжалуемого приговора фамилии и инициалов государственного обвинителя Берет К.С., вместо К.С.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кировского районного суда г. Томска от 27 февраля 2024 года в отношении ФИО1 изменить, 

указать в водной части приговора фамилию и инициалы государственного обвинителя Брет К.С., вместо К.С.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1, адвоката Карабец Ю.С., без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев, через суд первой инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Матыскина Л.С.