Дело № 2-2/20

.

РЕШЕНИЕ

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 февраля 2020 года Бавлинский городской суд Республики Татарстан 

под председательством судьи Саитова М.И.

при секретаре Сафиной Э.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры и записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним недействительными, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора дарения квартиры, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между М. и ФИО2, и записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним недействительными. В обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ умер М., наследниками после его смерти являются истец и ответчик. ДД.ММ.ГГГГ истцу стало известно о том, что квартира по адресу: 

<

адрес>, принадлежит на праве собственности ответчику. Ранее указанная квартира принадлежала на праве собственности М. Истец полагает, что при совершении сделки по переходу права собственности на квартиру наследодатель не отдавал отчет своим действиям и не мог понимать правовых последствий указанной сделки в силу наличия психических заболеваний. Истец ФИО1 уточняя заявленные требования и увеличивая предмет иска просил признать недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и запись регистрации перехода права собственности на имя ФИО2, признать недействительным завещание составленное умершим наследодателем М. ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2 по основаниям предусмотренным ст. 177 ГК РФ. 

В судебном представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 от исковых требований в части признания завещания недействительным от ДД.ММ.ГГГГ отказался, в остальной части настаивал на исковых требованиях пояснив, что при оформлении договора дарения наследодатель истца М. не мог в полной мере осознавать характер и юридические последствия заключаемой сделки, что подтверждается заключением посмертной судебно-психиатрической экспертизы. 

Ответчик ФИО2 и ее представитель адвокат Галиулина Н.А. в судебном заседании исковые требования о признании договора дарения недействительным не признали, в том числе по основаниям пропуска срока исковой давности. Просили взыскать с ответчика расходы на услуги представителя в сумме 20000 рублей, расходы на проезд в сумме 7711 рублей 18 копеек, расходы на проведение экспертизы возложить на истца. 

Представители третьего лица Межмуниципального отдела по Бавлинскому и Ютазинскому районам Управления Росреестра по Республике Татарастан на судебное заседание не явились, заявлением просили рассмотреть дело без их участия, решение оставили на усмотрение суда. 

Суд, выслушав стороны, изучив представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со статьей 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как видно из договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, М. подарил ФИО2 принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Переход права собственности зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ запись регистрации №. 

Из свидетельства о смерти серии III-КБ № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенному нотариусом Бавлинского нотариального округа Республики Татарстан Ф. и зарегистрированному в реестре за №, М. завещал из принадлежащего ему имущества – квартиру по адресу: 

<

адрес>, автомобиль марки ВАЗ-21102, 2002 года выпуска, земельный участок и гараж по адресу: 

<

адрес>, район ЭЛОУ-1, ФИО2

Из свидетельства о заключении брака серии II-КБ № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что М. и ФИО2 заключили брак ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке, выданной руководителем исполнительного комитета Поповского сельского поселения Бавлинского муниципального района Республики Татарстан ДД.ММ.ГГГГ, М. постоянно по день смерти проживал и был зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>, вместе с ним проживала и продолжает проживать супруга ФИО2

В судебном заседании установлено, что между М. и ответчиком ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения квартиры по адресу 

<

адрес>, имеющий в соответствии с требованиями закона письменную форму. По условиям договора истец безвозмездно передал в собственность ответчика (дарит) указанный объект недвижимости, а ответчик принимает в собственность. Договор подписан сторонами, зарегистрирован в органах государственной регистрации. Иных последствий, кроме перехода права собственности на данные объекты недвижимости, как это предусмотрено договором, данная сделка не повлекла. То есть, содержание договора и его правовые последствия соответствуют требованиям закона. 

Из заключения судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что М. на юридически значимый период времени ДД.ММ.ГГГГ страдал органическим расстройством личности, однако указанные изменения психики были выражены не столь значительно, по своему психическому состоянию в период написания завещания М. мог понимать значение своих действий и руководить ими. Во второй юридически значимый период ДД.ММ.ГГГГ у М. обнаруживались другие психотические расстройства в связи со смешанными заболеваниями, по своему психическому состоянию в период написания договора дарения М. не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая исследованные доказательства, суд признает заключение судебно-психиатрических экспертов допустимым доказательством по делу и считает его верным, всесторонним, объективным и достаточно аргументированным. Данное заключение основано на всех материалах гражданского дела, составлено компетентными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Каких-либо объективных доказательств, дающих основания сомневаться в правильности и обоснованности заключения эксперта, суду не представлено.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, оценив результаты экспертного заключения в совокупности с другими исследованными доказательствами, в том числе объяснения сторон, суд приходит к выводу, что оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ был составлен М. в тот момент, когда он в силу своего состояния здоровья не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной сделкой в силу положений статьи 177 ГК РФ.

Производство по делу в части требований о признания завещания от ДД.ММ.ГГГГ недействительным судом прекращено на основании заявления представителя истца об отказе от иска в указанной части в соответствии с положениями ст. 173 ГПК РФ с разъяснением последствий отказа от иска.

Такой отказ означает, что сам истец признает неправомерность заявленного им требования и тем самым подтверждает правомерность позиции ответчика.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняются по следующим основаниям. 

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной по основанию ч. 1 ст. 177 ГК РФ, составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

После смерти гражданина, совершившего сделку в состоянии, когда он был не способен понимать значение своих действий или руководить ими, с иском о признании такой сделки недействительной (даже если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал) может обратиться его наследник как правопреемник. При этом, поскольку в соответствии со ст. 201 ГК РФ правопреемство не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления, такое обращение наследника не изменяет сделанных выше выводов. Соответственно, если способность наследодателя понимать значение своих действий или руководить ими была восстановлена при его жизни, срок исковой давности по соответствующему требованию начинает течь с момента, когда, восстановив указанную способность, наследодатель узнал или должен был узнать о совершении им данной сделки (п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 г. № 9). Если соответствующая способность не была восстановлена при жизни наследодателя, срок исковой давности по требованию об оспаривании рассматриваемой сделки и о применении последствий ее недействительности начинает течь с момента, когда о ее совершении узнал или должен был узнать наследник. При этом соответствующий срок не может начаться ранее момента смерти наследодателя, поскольку до этого момента наследник не может обратиться с соответствующим требованием об оспаривании.

Исходя из обстоятельств рассматриваемого дела, срок исковой давности, который должен исчисляться с момента, когда наследник узнал или должен были узнать о нарушении своих прав, истцом не пропущен.

В соответствии с абзацем 2 статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В силу ст. 101 ГПК РФ, при отказе истца от иска понесенные им судебные расходы ответчиком не возмещаются. Истец возмещает ответчику издержки, понесенные им в связи с ведением дела. 

Как следует из сопроводительного письма ГУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика В.М.Бехтерева Министерства здравоохранения Республики Татарстан» к заключению эксперта, оплата за проведение назначенной по делу экспертизы составила 15000 рублей, возложенная определением суда обязанность по оплате услуг эксперта не исполнена. При проведении экспертного исследования на разрешение экспертов ставились вопросы в связи с оспариванием истцом завещания и договора дарения, обоснованность заявленных требований по основаниям предусмотренным ст. 177 ГК РФ в части были подтверждены заключением посмертной судебно-психиатрической экспертизы. Принимая во внимание, что отказ представителя истца от иска в части оспаривания завещания не был связан с добровольным удовлетворением исковых требований ответчиком расходы на проведение экспертизы с учетом удовлетворенных требований истца подлежит возложению на стороны в равных долях. 

В связи с чем, в силу статей 94, 98, 101, 103 ГПК РФ, с истца и ответчика в пользу ГУЗ РКПБ имени академика В.М.Бехтерева МЗ РТ в счет оплаты судебной экспертизы подлежит взысканию сумма в размере 7500 рублей с каждого. С ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 в счет возмещения расходов на оплату государственной пошлины при подаче иска по исковым требованиям об оспаривании договора дарения подлежит взысканию сумма в размере 300 рублей. 

Отказ от иска и прекращение в связи с этим производства по делу в части оспаривания завещания не освобождает истца от обязанности возместить ответчику понесенные им судебные расходы. В связи с чем, с истца ФИО1 в пользу ответчика ФИО2 в счет возмещения издержек в связи с ведением дела по требованиям об оспаривании завещания подлежат взысканию расходы на услуги представителя в разумных пределах с учетом объема оказанных юридических услуг в размере 10000 рублей. 

Суд не усматривает оснований для взыскания с истца расходов на приобретение моторного топлива по представленным ответчиком кассовым чекам, поскольку из указанных платежных документов невозможно сделать вывод об относимости указанных расходов к настоящему спору. Расчет стоимости проезда представителя по месту рассмотрения спора ответчиком не представлен, равно как и не предоставлены сведения о технических характеристиках транспортного средства, использовавшегося для проезда, а также о расстоянии, на проезд которого было потрачено приобретенные по указанным чекам моторное топливо. В связи с чем, оснований для взыскания транспортных расходов не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры и записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним недействительными, удовлетворить.

Признать договор дарения квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между М. и ФИО2 недействительным и погасить внесенную в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись регистрации права собственности на имя ФИО2 за № от ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов на оплату государственной пошлины в сумме 300 (триста) рублей. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы на услуги представителя в сумме 10000 (десять тысяч) рублей. 

Взыскать с ФИО1, ФИО2 в пользу Государственного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика В.М.Бехтерева Министерства здравоохранения Республики Татарстан» расходы на проведение экспертизы в размере 7500 (семь тысяч пятьсот) рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Татарстан в течение месяца через Бавлинский городской суд Республики Татарстан со дня его принятия.

Судья: М.И. Саитов.