САНКТ – ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-5936/17г

Дело № 1-20/17г Судья Павлова О.Ю.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Санкт-Петербург 23 августа 2017 года

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

В составе: судьи горсуда Весниной Н.А., единолично

при секретаре Дегтяревой М.А.

с участием: прокурора Воробьева В.А.

осужденной ФИО1

адвоката Кобылинского С.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании 23 августа 2017 года апелляционную жалобу осужденной ФИО1 и адвоката Ишмухаметова Р.Н. на приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 14 апреля 2017 года, которым 

ФИО1 

<

...> зарегистрированная и проживающая по адресу: 

<

адрес>; ранее не судимая;

ОСУЖДЕНА: по ст.296 ч.3 УК РФ к 1 году лишения свободы;

по ст.319 УК РФ к штрафу в размере 10 000 рублей.

На основании ст.73 УК РФ наказание по ст.296 ч.3 УК РФ в виде 1 года лишения свободы, назначено условно, с испытательным сроком на 1 год, в течение которого осужденная должна доказать свое исправление.

На основании ст.73 ч.5 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, являться в указанный орган для регистрации.

На основании ст.71 ч.2 УК РФ наказание в виде штрафа, назначенное по ст.319 УК РФ исполняется самостоятельно.

Заслушав доклад судьи горсуда Весниной Н.А.; объяснения осужденной ФИО1, адвоката Кобылинского С.Л., поддержавших доводы апелляционных жалоб; мнение прокурора Воробьева В.А., полагавшего, что приговор суда является законным и обоснованным и оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется; суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

Приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что 3.03.2016г. с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, угрожала причинением вреда здоровью следователю А.Г. в связи с производством предварительного расследования.

Также приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что 3.03.2016г. публично оскорбила представителя власти – следователя А.Г. при исполнении им своих служебных обязанностей.

Преступления совершены, при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 просит приговор суда, как незаконный, отменить, вынести в отношении неё оправдательный приговор.

В обоснование своих требований осужденная, подробно цитируя доказательства обвинения, изложенные в приговоре, указывает, что они не содержат сведений об угрозах применения насилия, оскорбления нецензурной бранью, а часть из них не являются доказательством вины.

Просит учесть, что следователь сфальсифицировал протокол обыска от 03.03.2016 года, так как копия указанного документа, выданная Р.А., не соответствует оригиналу, находящемуся в материалах дела, так как изменено время её прибытия и окончания обыска, внесена запись об отсутствии замечаний. Кроме того, данное следственное мероприятие было проведено для устрашения, так как в ходе обыска ничего найдено не было, обыск проводился без постановления суда, а признание обыска законным постановлением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга не имеет преюдициального значения.

Также просит учесть, что от следователя поступали угрозы применения электрошокера, которые Р.А. воспринимал реально, и в данный момент по данному факту проводится проверка. 

Обращает внимание, что показания свидетеля Л.К. данные в ходе следствия являются недопустимыми, так как из его показаний в суде следует, что 03.03.2016 он выпивал спиртное, а в показаниях в суде указал, что он слышал только со слов А.Г., что ФИО2 ударила его (А.Г.).

Также просит учесть, свидетели Р.А., Л.Д., К.О. в приговоре указаны как свидетели защиты, а в обвинительном заключении как свидетели обвинения.

Также указывает, что в постановлении о возбуждении уголовного дела не содержалось состава преступления по ст.296 ч.3 УК РФ, то есть отсутствовали угрозы применения насилия, в связи с чем не могло быть реальности восприятия угроз следователем.

Полагает, что показания следователя, оперативных сотрудников и понятых непоследовательны и противоречивы, так как из показаний следователя и оперативных сотрудников следует, что до прихода понятых они стояли на лестничной площадке, а согласно показаниям понятых и свидетелей сотрудники правоохранительных органов были в квартире, следователь и оперативный сотрудник указывают, что постановление о проведении обыска было предъявлено Р.А. до прихода понятых, а свидетели и понятые указывают противоположное.

Также обращает внимание, что после того как она прибыла в квартиру в которой проводился обыск, следователь отказался ей сообщать, что происходит, а оперативные сотрудники стали выталкивать её из квартиры, о чем свидетельствуют полученные ей повреждения, которые подтверждены документально и на которые она указывала следователю при опросе, который проводился, когда она находилась в состоянии гипертонического криза и не могла юридически оценить все обстоятельства и отразить все замечания в протоколе. Показания понятых П.Д. и Л.К. являются недопустимыми доказательствами, так как они находились в состоянии алкогольного опьянения.

Просит учесть, что следователь А.Г. неоднократно менял свои показания, для того чтобы прикрыть свои недочеты при проведении обыска, кроме того им был изъят из уголовного дела протокол допроса Р.А. в качестве свидетеля от 21.06.2016 года, чтобы объяснить факт противоправного проникновения в квартиру, так как на самом деле дверной замок был вскрыт, в связи с чем после проведения обыска ей пришлось проводить его замену, о чем имеются доказательства в материалах дела.

Также обращает внимание, что она пыталась освободить свои руки, удерживаемые А.Г., который воспользовался ситуацией и преподнес указанные действия как размахивание руками и удар, но суд не оценил, могла ли она в силу своих физических данных нанести удар при удерживаемых руках, а также просит учесть, что намерений трогать и оскорблять А.Г. у неё не было, а употребление 2 бранных слов явилось результатом эмоционального состояния и провокационных действий А.Г..

Обращает внимание, что возбуждение уголовного дела в отношении неё носило личный интерес А.Г. и оперативных сотрудников, а также в повышении статистических служебных показателей.

В апелляционной жалобе адвокат Ишмухаметов Р.Н., действующий в интересах осужденной ФИО1, просит приговор суда, как незаконный, отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В обоснование жалобы, указывает, что суд необъективно подошел к оценке доказательств, так как посчитал показания потерпевшего и свидетелей обвинения четкими, последовательными, дополняющими друг друга, подтверждающимися иными собранными по делу доказательствами, в то время как к показаниям свидетелей защиты суд отнесся критически, посчитав, что указанные лица заинтересованы в исходе дела, ввиду их родственных связей.

Полагает, что суд необоснованно положил в обоснование вины ФИО1 протокол обыска от 03.03.2016 года, так как сторона защиты указала суду на существенные обстоятельства, которые влекут признание данного следственного действия незаконным.

Подробно излагая показания Л.К. и П.Д., указывает, что суд в приговоре в обоснование вины указал на показания понятых Л.К. и П.Д., которые исказил, так как содержание их показаний в приговоре не соответствует содержанию показаний на предварительном следствии и в суде, что свидетельствует о явном обвинительном уклоне со стороны суда.

Также полагает, что в материалах уголовного дела и в ходе судебного разбирательства не было представлено доказательств вины его подзащитной в инкриминируемых ей действиях, так как показания потерпевшего и свидетелей обвинения являются противоречивыми и не дают ясной и последовательной картины действий 03.03.2016 года при обыске, а проведение обыска является незаконным, в связи с тем, что следователем были нарушены положения ст. 182 УПК РФ, так как он не обеспечил в указанном следственном действии участие ФИО1, которая постоянно проживает и зарегистрирована в жилом помещении, где производился обыск, и нормы п. 9 Кодекса этики и служебного поведения федеральных государственных служащих СК РФ, что исключает неправомерность действий ФИО1

Просит учесть, что показания А.Г. продиктованы целью оправдать свои действия и придать им законность и обоснованность, в связи с чем указанным показаниям необходимо дать более объективную и справедливую оценку, а схожие показания свидетелей Н.А. и Д.Л. являются необъективными, так как указанные оперативные сотрудники долгое время сотрудничают с А.Г. в силу служебной необходимости и их показания относительно проникновения в квартиру ФИО1 опровергаются показаниями понятых.

Полагает, что следователем нарушены положения ст. 60 УПК РФ, так как при производстве обыска были привлечены понятые, ведущие маргинальный образ жизни, состоящие на учете у нарколога, из показаний которых следует, что перед участием в обыске они употребляли алкоголь, то есть не могли четко осознавать суть происходящего. Из показаний свидетеля Л.К. следует, что когда он подошел к двери квартиры, оперативные сотрудники уже были в квартире, то есть в нарушение требований ст. 182 УПК РФ обыск был начат без участия понятых.

Подробно излагая показания ФИО3 Л.Д., К.О., указывает, что они последовательны и дают четкую картину произошедшего, а именно то, что понятые были нетрезвые, ФИО1 не препятствовала изъятию вещей и не пыталась их сокрыть, а лишь потребовала поставить системный блок на место, не наносила следователю ударов по лицу, а напротив, А.Г. вел себя грубо, не предъявил удостоверение и ударил её по руке.

Также указывает, что в действиях его подзащитной не имеется состава преступления, предусмотренного ст. 296 УК РФ, так как угроз причинения вреда здоровью в адрес А.Г. она не высказывала, а произнесенные ею грубые слова не могут быть истолкованы как конкретные угрозы в его адрес, а относятся к оценке ситуации в целом и не носят адресный характер, а кроме того отсутствует реальность восприятия А.Г. угроз в свой адрес со стороны ФИО2, так как он на это не указывает в своих показаниях.

Просит учесть, что о нанесении удара ФИО4 показывают только потерпевший и оперативные сотрудники, а остальные свидетели данный факт не подтверждают, что может свидетельствовать о том, что указанные лица желают любыми способами обвинить ФИО2, действия А.Г. оправдать, избежать ответственности за неправомерное поведение при проведении обыска, при этом гематому на лице А.Г. мог получить самопроизвольно, при падении книг или коробок с антресоли на его лицо.

Также полагает, что в действиях ФИО2 отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 319 УК РФ, так как она находилась в стрессовом состоянии и высказывала свое негативное отношение к происходящему, однако её слова не были направлены исключительно в адрес А.Г., в то время как состав данного преступления предполагает наличие прямого умысла на высказывание оскорбления в адрес определенного конкретного лица при исполнении им служебных обязанностей. Кроме того в материалах дела отсутствует лингвистическое исследование, заключение эксперта, которые могли бы дать оценку тому, являются ли слова ФИО2 при обстоятельствах произошедшего оскорблением, унижающим честь и достоинство потерпевшего, а отсутствие такого заключение, указывает на несостоятельность обвинения.

Обращает внимание, что ФИО1 всю жизнь посвятила служению закону, работая в 

<

...>, имеет многочисленные поощрения и характеризуется исключительно добропорядочно, в связи с чем её действия при указанных обстоятельствах носили оборонительный характер, против незаконных действий следователя.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, и обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор суда в отношении ФИО1, как обвинительный, правильным, но подлежащим изменению в части назначения наказания.

Выводы суда о виновности осужденной ФИО1 в совершении инкриминируемых ей преступлений при обстоятельствах, установленных судом, подтверждаются доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Из протокола судебного заседания усматривается, что все доказательства, представленные суду сторонами, были предметом тщательной проверки и последующей оценки в обжалуемом приговоре.

Суд обоснованно сослался в приговоре как на доказательства вины осужденной, на показания потерпевшего и свидетелей, допрошенных в ходе судебного разбирательства, а также на показания свидетелей, данных ими в ходе предварительного расследования и оглашенных в ходе судебного разбирательства в порядке ст. 281 УПК РФ, поскольку против оглашения их показаний участники процесса не возражали. Оглашенные и исследованные показания свидетелей судом обоснованно были признаны допустимыми доказательствами, полученными в соответствии с требованиями закона. 

Кроме того, вина осужденной подтверждается совокупностью иных доказательств, признанной судом достаточной, в том числе, письменными доказательствами – телефонограммой об обращении 3.03.2016г. А.Г. в №... поликлинику, где ему был поставлен диагноз: ушиб, гематома левой скуловой области и где он пояснил, что 3.03.2016г. по адресе: 

<

адрес> избит на работе; заключениями эксперта, согласно которым у А.Г. установлена гематома левой скуловой области (1), что не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью, образовалось от воздействия твердого тупого предмета по механизм удара или давления, могло быть получено от удара кулаком в область лица, для образования данного повреждения достаточно одного травмирующего воздействия, возможность его образования не исключается в срок, указанный в постановлении; выпиской из приказа от 10.02.2009г. о назначении А.Г. на должность следователя СО по 

<

...> ГСУ СК РФ по СПб; выпиской из приказа от 12.11.2014г. о присвоении А.Г. очередного специального звания капитана юстиции; должностной инструкцией старшего следователя СО по 

<

...>; копией постановления следователя А.Г. от 1.03.2016г. о возбуждении уголовного дела №... по признакам преступления, предусмотренного ст.171-2 ч.2 п.«а» УК РФ в отношении неустановленных лиц; копией постановления следователя А.Г. от 2.03.2016г. о производстве обыска в жилище Р.А. по адресу: 

<

адрес> случаях, не терпящих отлагательства; копией протокола обыска от 3.03.2016г. по адресу: 

<

адрес>; протоколом осмотра предметов от 4.04.2016 – ксерокопии протокола обыска от 3.03.2016г., производившегося по адресу: 

<

адрес>, с надписью «дополнение в протокол: удар по лицу был нанесен после отталкивания следователем моей матери. Также следователь хватал мою мать за локтевые сгибы с целью вытолкнуть в сторону кухни. Р.А. 3.03.2016г. (подпись)»; вещественным доказательством – листом формата А4 с дополнением к протоколу обыска от 3.03.2016г.; постановлением Петроградского районного суда СПб от 4.03.2016г. в рамках уголовного дела №..., о признании проведенного неотложного обыска в жилище Р.А. по адресу: 

<

адрес>, законным. 

Правовая оценка содеянного ФИО1 является законной, обоснованной и мотивированной. Исходя из исследованных доказательств, суд первой инстанции пришел обоснованно к выводу о том, что ФИО1 во время проведения обыска в жилище ее сына, в связи с проведением предварительного следствия угрожала следователю А.Г. причинением вреда здоровью с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, а также публично оскорбила представителя власти – следователя А.Г. при исполнении им своих должностных обязанностей, в процессе проведения неотложного обыска в жилище. Указанные обстоятельства подтверждены показаниями допрошенных по делу лиц, совокупностью иных доказательств, приведенных в приговоре. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, следователь А.Г. проводил 3.03.2016г. обыск в 

<

адрес> в Санкт-Петербурге в рамках своих должностных полномочий, расследуя уголовное дело №..., на основании своего постановления, т.е. действовал законно и обоснованно. Указанный обыск постановлением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 4.03.2016г. был признан законным и обоснованным. Некоторые несоответствия копии протокола обыска, выданной лицу, в жилище которого проводился обыск Р.А.), и копии, имеющейся в материалах уголовного дела, и касающиеся времени прибытия в квартиру ФИО1 и указания на последней странице протокола обыска о том, что от участвующих в обыске лиц замечаний не поступило, не свидетельствуют, что действия следователи при проведении неотложного обыска в жилище являлись незаконными.

Также являются несостоятельными и доводы апелляционных жалоб о незаконности обыска из-за не обеспечения участия в данном следственном действии ФИО1 Суд апелляционной инстанции полагает, что данные доводы не основаны на законе. В соответствии со ст.182 ч.11 УПК РФ при производстве обыска участвует лицо, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетние члены его семьи. При производстве обыска в жилище Р.А. присутствовал сам Р.А. Закон не требует присутствия при проведении обыска в жилище всех зарегистрированных в данном жилище лиц. 

Кроме того, вопреки утверждениям стороны защиты, обыск в жилище Р.А. был начат и проводился в присутствии понятых, что следует из показаний понятых Л.К. и П.Д., показаний потерпевшего А.Г. и свидетелей Н.А. и Д.Л.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований полагать, что дверь в жилище Р.А. была вскрыта и следователь с сотрудниками УФСБ незаконно проникли в жилище, не имеется. Из протокола осмотра места происшествия от 3.03.2016г. – входной двери в 

<

адрес> в СПб, усматривается, что на двери видимых повреждений не имеется, имеется царапина на косяке на высоте около 1 метра от пола и повреждение на уплотнителе косяка (№...), т.е. следов вскрытия замка не зафиксировано. Таким образом, указанное в протоколе осмотра не свидетельствует о том, что дверь в квартиру была вскрыта лицами, проводившими обыск.

Доводы стороны защиты о том, что на показаниях понятых Л.К. и П.Д. нельзя основывать обвинение, т.к. данные понятые участвовали в проведении обыска, будучи в состоянии алкогольного опьянения, являются несостоятельными. Указанные понятые были допрошены судом и подтвердили, что на протяжении обыска чувствовали себя нормально, понимали, что происходило вокруг (№...).

Доводы стороны защиты о том, что судом в приговоре искажены показания свидетелей Л.К. и П.Д. не соответствуют действительности. Показания данных понятых на предварительном следствии был оглашены в суде, понятые подтвердили правдивость данных показаний, пояснив, что лучше помнили события при их допросе на следствии. 

Доводы осужденной и показания свидетеля Р.А. о том, что во время обыска от следователя поступали угрозы применения электрошокера не подтверждаются показаниями потерпевшего, свидетелей - понятых Л.К. и П.Д., сотрудников УФСБ Н.А. и Д.Л.. 

Также являются несостоятельными и доводы апелляционных жалоб о том, что представленные стороной обвинения доказательства не содержат сведений об угрозах насилия, оскорбления нецензурной бранью. Из показаний на следствии понятых Л.К. и П.Д., из показаний в суде свидетелей Н.А., Д.Л., потерпевшего А.Г. усматривается, что ФИО1, зная, что А.Г. является следователем, во время производства им следственных действий, препятствуя производству обыска, оскорбляла его, в том числе и нецензурной бранью, а также угрожала ударить А.Г.

Вопреки доводам стороны защиты, о нанесении потерпевшему осужденной удара в лицо после высказывания угрозы нанесения такого удара, свидетельствуют показания потерпевшего и свидетелей. Согласно показаний потерпевшего А.Г., свидетелей Н.А. и Д.Л. в суде и показаний свидетелей Л.К. и П.Д. на предварительном следствии, ФИО1 после предупреждения ее следователем А.Г. прекратить мешать проведению обыска, сказала, что не отдаст системный блок и ударит А.Г., если он не поставит его на место. А.Г. системный блок не место не поставил и ФИО1 нанесла А.Г. один удар кулаком в область лица слева.

Версия осужденной о том, что телесное повреждение потерпевший А.Г. получил в результате падения на него книг и других предметов с антресоли, опровергается показаниями на предварительном следствии понятых Л.К. и П.Д. и показаниями в суде свидетелей Н.А. и Д.Л., показаниями потерпевшего А.Г. о том, что на А.Г. с антресолей ничего не падало.

При этом, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у А.Г. зафиксировано телесное повреждение – гематома левой скуловой области, которая могла быть получена 3.03.2016г. от удара кулаком в лицо.

Вопреки доводам стороны защиты, помимо показаний потерпевшего А.Г., понятых Л.К. и П.Д., сотрудников УФСБ Н.А. и Д.Л., о нанесении ФИО1 удара в лицо потерпевшему А.Г. свидетельствует и собственноручная запись об этом сына осужденной ФИО1 Р.А. в протоколе обыска.

С учетом указанного, доводы апелляционных жалоб об отсутствии доказательств вины осужденной в совершении инкриминируемых ей преступлений и об отсутствии в ее действиях составов преступлений, предусмотренных ст.296 ч.3, 319 УК РФ являются несостоятельными и подлежат оставлению без удовлетворения. 

Суд объективно подошёл к представленным по уголовному делу материалам и в части, касающейся личности осуждённой, а также к оценке обстоятельств, влияющих на вид и размер назначаемого наказания за каждое преступление в отдельности. Само наказание за каждое из преступлений нельзя рассматривать как несправедливое в силу его соответствия требованиям закона, а также и ввиду того, что оно осуждённой, назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 60,61 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершённых преступлений, данных, характеризующих личность осужденной. При этом суд не установил обстоятельств, отягчающих наказание, и полностью учел обстоятельства, смягчающие наказание.

Однако, вопреки требованиям закона суд не назначил осужденной наказание по совокупности преступлений, предусмотренное ст.69 ч.2 УК РФ, т.е. не применил уголовный закон, подлежащий применению.

По мнению суда апелляционной инстанции, данные нарушения уголовного закона, допущенные судом первой инстанции, устранимы судом апелляционной инстанции, в связи с чем не имеется оснований для отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение.

Суд апелляционной инстанции полагает, что вправе изменить в этой части приговор суда и назначить осужденной наказание на основании ст.69 ч.2 УК РФ, т.е. по совокупности совершенных преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, а затем применить к окончательному наказанию положения ст.73 УК РФ с сохранением обязанностей, возложенных на осужденную ФИО1, поскольку данное изменение приговора улучшает положение осужденной. 

В остальном приговор суда является законным и обоснованным. Доводы апелляционных жалоб подлежат оставлению без удовлетворения. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.389-20 ч.1 п.9, 389-28, 389-33, 389-35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 14 апреля 2017 года в отношении ФИО1 ИЗМЕНИТЬ:

Исключить из резолютивной части указание об исполнении наказания в виде штрафа самостоятельно.

На основании ст.69 ч.2 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно ФИО1 назначить наказание в виде 1 года лишения свободы, которое в силу ст.73 УК РФ считать условным с испытательным сроком в 1 год, и с возложением на ФИО1 обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденной, являться в указанный орган для регистрации.

В остальном приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и адвоката Ишмухаметова Р.Н. – без удовлетворения.

Судья: /Веснина Н.А./