Судья Шадрина Е.В. УИД 16RS0051-01-2025-005929-14

Дело № 2-5385/2025

Дело № 33-2289/2026

Учет № 081 г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 февраля 2026 года г. Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Сахиповой Г.А., Фахриева М.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Фахриева М.М. гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение Советского районного суда г. Казани от 17 июня 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении иска ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан о признании незаконным решения об отказе в корректировке сведений индивидуального (персонифицированного) учета, включении в стаж периода и возложении обязанности назначить страховую пенсию по старости отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения истца ФИО2 в поддержку жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан (далее ОСФР по Республике Татарстан). В обоснование иска указано, что 24.01.2024 истец обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости. Ответчиком было принято решение об отказе в назначении страховой пенсии по старости ввиду того, что не было соблюдено одно из условий для приобретения права на установление страховой пенсии – величина индивидуального пенсионного коэффициента составляла менее 28,2. Работник клиентской службы предложила истцу оформить уход за пожилым человеком, достигшим возраста 80 лет, на тот период, когда баллы истцу не зачислялись. 20.11.2024 ФИО2 обратилась в ОСФР по РТ с заявлением о корректировке сведений индивидуального (персонифицированного) учета. Человек, достигший 80 лет, на момент оформления ухода за ним – это ФИО4, 

<

дата> года рождения, бывшая свекровь истца. Сын истца является единственным внуком ФИО4, проживает в настоящее время с бабушкой. ФИО4 в присутствии нотариуса собственноручно написала, что истец осуществляла уход за ней в период с 01.09.2015 по 01.02.2021, а также оформила на имя ФИО2 нотариально удостоверенную доверенность на представление ее интересов. Несмотря на это, ОСФР по Воронежской области, в который ОСФР по РТ был направлен соответствующий запрос, не установил факт родственных отношений и совместного проживания истца с ФИО4, а также указал на отсутствие сведений о компенсационных выплатах истцу по уходу за данным пожилым человеком. Данные основания были положены пенсионным органом в решение об отказе в корректировке сведений индивидуального (персонифицированного) учета и в итоге – к отказу в назначении страховой пенсии по старости ФИО3 В связи с изложенным истец просит суд признать незаконным решение ОСФР по РТ от 14.01.2025 об отказе в корректировке сведений индивидуального (персонифицированного) учета, обязать внести сведения об уходе за лицом, достигшим возраста 80 лет, в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица, обязать ОСФР по РТ назначить истцу страховую пенсию по старости с 24.01.2024.

В судебном заседании истец исковые требования поддержала, пояснила, что при отказе в назначении страховой пенсии по старости ей устно предложили в Пенсионном фонде представить сведения об уходе за пожилым человеком старше 80 лет, после чего она подала заявление, указав на уход за ФИО4 в период с 2015 года по 2021 год, представила необходимые сведения о родстве. Поясняла также, что живет «на два города» - в г. Казани и в г. Воронеже, с 2015 по 2021 год проживала с ФИО4, которая приходится ей бывшей свекровью и бабушкой ее сына, в г. Воронеже, ухаживала за ней, в этот период не работала, по месту жительства зарегистрирована была в г. Казани. О необходимости обращения за компенсационными выплатами в период ухода не знала. В настоящее время за ФИО4 уход осуществляет сын истца, ему перечисляются компенсационные выплаты (в ходе судебного разбирательства ФИО4 умерла)

Представитель ответчика не согласился с заявленными исковыми требованиями.

Судом принято решение в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе истец ФИО2 просит решение суда отменить, удовлетворить заявление о корректировке индивидуального лицевого счета и назначении страховой пенсии по старости. Считает решение суда незаконным и необоснованным, приводя доводы, указанные в исковом заявлении.

В дополнении к апелляционной жалобе истец указывает, что суд первой инстанции существенно нарушил требования материального и процессуального права, не дал надлежащей оценки письменным доказательствам, нотариально оформленному заявлению ФИО4, которая указывала, что истец осуществляла постоянный уход за ней. Не установление родства с нетрудоспособным пожилым человеком, отсутствие совместного проживания не могут являться основаниями для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО2 апелляционную жалобу поддержала по изложенным в ней основаниям.

На заседание суда апелляционной инстанции представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан ФИО5 не явился, в письменном ходатайстве просил решение суда оставить без изменения и рассмотреть апелляционную жалобу без его участия.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснение явившегося лица, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Частью 1 статьи 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее также Закон о страховых пенсиях) установлено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно, мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к указанному Федеральному закону). Страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (часть 3 статьи).

В силу пункта 6 части 1 статьи 12 Федерального закона о страховых пенсиях, в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного Федерального закона, засчитывается период ухода, осуществляемого трудоспособным лицом за инвалидом I группы, ребенком-инвалидом или за лицом, достигшим возраста 80 лет, которые сопровождаются уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

При подсчете страхового стажа периоды работы, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (часть 2 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

Из положений статей 3, 5 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» следует, что целями индивидуального (персонифицированного) учета являются, в том числе, создание условий для назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении. Органом, осуществляющим индивидуальный (персонифицированный) учет в системе обязательного пенсионного страхования, является Пенсионный фонд Российской Федерации.

Судом установлено и из материалов дела следует, что по результатам обращения ФИО2 о назначении страховой пенсии по старости, 27.04.2024, а затем 02.08.2024 ОСФР по РТ были вынесены решения об отказе в назначении ей страховой пенсии по старости (л.д. 9-12) по причине отсутствия страхового стажа требуемой продолжительности и необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента - не менее 28,2.

20.11.2024 истец обратилась в пенсионный орган с заявлением о корректировке сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесении уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет (ИЛС) с указанием на необходимость включения в ИЛС периода ухода за лицом, достигшим 80 лет, - ФИО4 в период с 01.09.2015 по 01.02.2021.

Для подтверждения периода ухода за пожилым человеком ОСФР по Республике Татарстан был направлен запрос в ОСФР по Воронежской области, по месту жительства ФИО4 Решением данного Отделения Фонда от 11.12.2024 (л.д. 16) было отказано во внесении дополнений в ИЛС истца сведений об уходе за пожилым человеком с 

<

дата> по 01.02.2021 с указанием на то, что ФИО2 не обращалась за назначением компенсационной выплаты по уходу за ФИО4, компенсационная выплата по уходу за ней в указанный период не назначалась и не выплачивалась, также не установлены факт родственных отношений и совместного проживания лиц; основания для зачета данных периодов в страховой стаж отсутствуют.

Основываясь на решении ОСФР по Воронежской области, 14.01.2025 ОСФР по РТ было принято обжалуемое решение об отказе в корректировке сведений индивидуального (персонифицированного) учета (л.д. 17).

Истец, не согласная с данным решением, представляет в подтверждение своих доводов об уходе за лицом, достигшим 80 лет, заявление, написанное (согласно пояснениям истца) ФИО4 от 07.08.2024 (л.д. 22), где указано на то, что ФИО2 ухаживала за ней в период с 01.09.2015 по 01.02.2021, в том числе покупала продукты и готовила, покупала лекарства, контролировала их прием, убирала квартиру, помогала соблюдать личную гигиену, сопровождала на прогулках. Также представлена датированная тем же числом нотариально удостоверенная доверенность от ФИО4 на имя ФИО2 на право представления ее интересов в органах, организациях и учреждениях, а также в судах (л.д. 25). Факт родственных связей с ФИО4 истец подтверждает документами, выданными органами ЗАГС, в частности, о заключении брака с сыном ФИО4 - ФИО6 от 1991 года (брак был расторгнут в 1999 году, 

<

дата> ФИО6 умер). Кроме того, истцом представлено заявление, написанное ею, подписанное ФИО4 (согласно пояснениям истца), адресованное суду, в котором также указано на то, что ФИО2 осуществляла за ней уход, помогала по хозяйству, с уборкой, покупкой продуктов, в том числе в период с 01.09.2015 по 01.02.2021; о том, что «такой уход можно оформить в пенсионном фонде, мы на тот момент не знали»; считает необходимым внести сведения об уходе за ней в ИЛС ФИО2 для назначения пенсии.

Суд первой инстанции, исследовав представленные сторонами доказательства, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, основываясь на том, что установление периода ухода, осуществляемого трудоспособным лицом за лицом, достигшим возраста 80 лет, имеет заявительный характер и устанавливается решением органа, осуществляющего пенсионное обеспечение по месту жительства лица, за которым осуществляется уход, принимаемым на основании заявления трудоспособного лица, осуществляющего уход в соответствии с пунктом 6 Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2007 г. № 343.

Судебная коллегия, соглашаясь с данными выводами суда, находит их законными, соответствующими материалам дела, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания, установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела, а доводы апелляционной жалобы истца ФИО2 - необоснованными, так как они направлены на переоценку установленных в ходе судебного разбирательства фактических обстоятельств и собранных по делу доказательств, исходя из следующего.

Согласно действующему пенсионному законодательству, объективным и бесспорным подтверждением факта ухода в рассматриваемой ситуации является лишь назначение и выплата ухаживающему лицу компенсационных выплат, которые назначаются уполномоченным органом лишь после установления факта такого ухода.

Как указано выше, в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 12 Федерального закона о страховых пенсиях, в страховой стаж также засчитывается период ухода, осуществляемого трудоспособным лицом за лицом, достигшим возраста 80 лет, которые сопровождаются уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 02.10.2014 № 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий.

Согласно пункту 34 данных Правил, период ухода, осуществляемого трудоспособным лицом за лицом, достигшим возраста 80 лет, устанавливается решением органа, осуществляющего пенсионное обеспечение по месту жительства лица, за которым осуществляется уход, принимаемым на основании заявления трудоспособного лица, осуществляющего уход, по форме согласно приложению № 3 и документов, удостоверяющих факт и продолжительность нахождения на инвалидности (для инвалидов I группы и детей-инвалидов), а также возраст (для престарелых и детей-инвалидов) лица, за которым осуществляется уход.

При раздельном проживании трудоспособного лица, осуществляющего уход, и лица, за которым осуществляется уход, помимо указанных документов представляется письменное подтверждение лица, за которым осуществляется (осуществлялся) уход, или его законного представителя о том, что за ним в действительности осуществлялся уход, указываются фамилия, имя, отчество лица, осуществлявшего уход, и период ухода. В качестве документов, подтверждающих возраст, могут быть представлены свидетельство о рождении, паспорт, а также другие документы.

Таким образом, необходимым условием включения периода ухода за лицом, достигшим возраста 80 лет, в страховой стаж является обращение претендующего на то лица с заявлением и предусмотренными законодательством документами в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение.

Порядок назначения и осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет (далее - лица, осуществляющие уход), в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 26 декабря 2006 г. № 1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами», определен Правилами осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2007 г. № 343.

В соответствии с пунктом 6 данных Правил, для назначения компенсационной выплаты необходимы следующие документы (сведения): а) заявление лица, осуществляющего уход, с указанием даты начала ухода и своего места жительства, а также документ, удостоверяющий его личность; б) заявление нетрудоспособного гражданина о согласии на осуществление за ним ухода конкретным лицом, а также документ, удостоверяющий личность нетрудоспособного лица. Указанное заявление может представляться лицом, осуществляющим уход. При необходимости подлинность подписи нетрудоспособного гражданина на указанном заявлении может подтверждаться актом обследования органа, осуществляющего выплату пенсии; в) сведения о том, что лицо, осуществляющее уход, не получает пенсию; г) сведения органа службы занятости по месту жительства лица, осуществляющего уход, о неполучении им пособия по безработице; д) сведения об инвалидности, содержащиеся в федеральном реестре инвалидов; ж) заключение лечебного учреждения о нуждаемости престарелого гражданина в постоянном постороннем уходе; з) сведения, подтверждающие отсутствие факта осуществления работы и (или) иной деятельности, в период которой застрахованное лицо подлежит обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», лица, осуществляющего уход, а также нетрудоспособного гражданина; л) сведения о неназначении компенсационной выплаты за осуществление ухода за нетрудоспособным гражданином, являющимся получателем одновременно 2 пенсий.

Согласно пункту 8 вышеуказанных Правил, компенсационная выплата назначается с месяца, в котором лицо, осуществляющее уход, обратилось за ее назначением с заявлениями и всеми необходимыми для представления документами в орган, осуществляющий выплату пенсии, но не ранее дня возникновения права на указанную выплату.

Таким образом, для включения спорного периода в страховой стаж истцом должен быть подтвержден как факт обращения в пенсионный орган с заявлением об установлении периода ухода, так и факт обращения к пенсионному органу и истца, и лица, в отношении которого она осуществляла уход, с целью получения соответствующей меры социальной поддержки в связи с осуществлением в отношении него ухода.

Указанными правилами не предусмотрено установление факта ухода за лицом, достигшим возраста 80 лет, свидетельскими показаниями, медицинскими документами и иными косвенными доказательствами.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований истца, верно указал, что истец и ФИО4 не обращались в пенсионные органы за назначением компенсационной выплаты по уходу за нетрудоспособным лицом в период с 01.09.2015 по 01.02.2021, заявляемый ФИО2 как период ухода за указанным лицом, соответственно пенсионным органом по месту жительства ФИО4 не составлялся акт обследования, не собирались сведения, подтверждающие или опровергающие отсутствие факта осуществления ухода за ней, не отбиралось ее заявление о согласии на осуществление ухода конкретным лицом в присутствии сотрудников органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, в связи с чем установить данные факты в 2024 году, после обращения истца с соответствующим заявлением в ОСФР, объективно и достоверно не представляется возможным, поскольку, согласно действующему пенсионному законодательству, бесспорным подтверждением факта ухода в рассматриваемой ситуации является назначение и выплата ухаживающему лицу компенсационных выплат, которые назначаются уполномоченным органом лишь после установления факта такого ухода.

Опровергая доводы истца о том, что она не знала о необходимости обращения в пенсионный орган за компенсационными выплатами в период ухода, суд отметил, что ранее, 18.07.2022, ФИО2 обращалась в пенсионный орган с заявлением об уточнении сведений индивидуального (персонифицированного) учета с указанием на осуществление ухода за другим лицом, достигшим 80 лет, - ФИО7, и период ухода за этим лицом включен в ее ИЛС, что свидетельствует о том, что о процедуре получения компенсационных выплат и порядке учета периода ухода за пожилыми лицами истцу было известно.

Кроме того, суд установил, что при первоначальном обращении за назначением страховой пенсии 25.01.2024 истцом в соответствующих графах формы заявления о назначении страховой пенсии (пп. «е» пункта 3) не было указано на осуществление ухода за ФИО4, при этом суд критически отнесся к пояснениям истца о том, что о возможности включения периодов ухода за пожилым лицом в страховой стаж и учета в ИЛС ей подсказала сотрудник Пенсионного фонда, после чего ею и было написано заявление о включении спорного периода в стаж, для подтверждения которого получено заявление ФИО4, поскольку они составлены спустя несколько лет после окончания заявленного истцом периода ухода, по просьбе самой ФИО2, при этом на этот период за ФИО4, возраст которой достиг 90 лет, осуществлял уход сын ФИО2 - ФИО8, то есть она находилась в зависимом отношении от семьи истца, ухаживающей за ней.

Также суд из пояснений истца и материалов дела установил, что в период заявляемого истцом ухода за ФИО4, проживавшей в г. Воронеже, ФИО2 была зарегистрирована по месту жительства в г. Казани, до начала заявленного периода ухода последним местом работы истца являлось ООО «Ренессанс жизнь» в г. Казани.

Судебная коллегия считает вышеизложенные выводы суда обоснованными, поскольку они подтверждаются представленными сторонами доказательствами, которые были оценены судом с учетом относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточностью и взаимной связью в их совокупности.

Доводы апелляционной жалобы истца являются аналогичными с указанными в исковом заявлении и в суде первой инстанции доводами, и они сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены вынесенного по делу судебного постановления. Заявленные в ходе судебного заседания апелляционной инстанции ходатайства истца о допросе свидетелей, приобщении копий электронных билетов рассмотрены судебной коллегией и в соответствии с положениями требований части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оставлены без удовлетворения.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия считает, что оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется, решение суда соответствует собранным по делу доказательствам и требованиям закона, является мотивированным.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г. Казани от 17 июня 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 24 февраля 2026 года.

Председательствующий судья

Судьи