РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 мая 2018 года г. Жигулевск

Жигулевский городской суд Самарской области в составе:

председательствующего судьи Неугодникова В.Н.,

с участием истца ФИО1, представителя истца – адвоката Гоошуцун В.П., действующего на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ООО «Бренд» – ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре Логиновой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-237/2018 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Бренд» о защите прав потребителей, отказе от исполнения договора, возврате денежных средств, уплаченных по договору, взыскании неустойки, убытков, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с указанным выше иском о защите прав потребителей к ООО «Бренд», с учетом последующих уточнений просила:

- расторгнуть договор от ДД.ММ.ГГГГ на поставку мебели (кухонного гарнитура) по индивидуальному проекту, 

- взыскать с ООО «Бренд» уплаченную за товар денежную сумму в размере 82000 рублей, неустойку в размере 40180 рублей, в счет компенсации морального вреда – 10000 рублей, а также убытки в размере 25800 рублей, в том числе: стоимость дополнительных фасадов в размере 1800 рублей, стоимость экспертного заключения в размере 9000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 рублей.

В обоснование требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком был заключен договор на поставку мебели (кухонного гарнитура) по индивидуальному проекту, в соответствии с которым ООО «Бренд» (Поставщик) обязан был передать в собственность ФИО1 (Покупатель) кухонный гарнитур вместе со стеновой панелью по индивидуальному проекту, а истец принять и оплатить его стоимость в общей сумме 82000 рублей.

Кухонный гарнитур был поставлен ответчиком 29.07.25017 года.

Договором предусмотрен гарантийный срок – три месяца с момента поставки кухонного гарнитура, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Истец утверждает, что в процессе эксплуатации кухонного гарнитура в некоторых местах фасадных и других панелей короба начала отслаиваться облицовочная пластиковая пленка, что, по мнению истца, является существенным дефектом и свидетельствует о ненадлежащем качестве товара.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о замене некачественного товара на качественный. Однако на данную претензию ответчик не отреагировал, в связи с чем истец обратилась в экспертную организацию для установления дефектов кухонного гарнитура и причин их возникновения.

ДД.ММ.ГГГГ была проведена независимая технологическая экспертиза. Ответчик присутствовал при осмотре кухонного гарнитура экспертом.

В соответствии с представленным заключением эксперта ООО «ПРОФИ-Эксперт» П.И.Г. № от ДД.ММ.ГГГГ в кухонном гарнитуре имеются недостатки:

1. тумба левая угловая – в правом верхнем углу и посередине на правой кромке имеется отделение облицовки фасада от основы без нарушения ее целостности;

2. шкаф навесной № – на правом фасаде и с внутренней стороны имеется вырыв (скол) на детали дверки;

3. шкаф навесной № – на боковинах имеются нефункциональные отверстия, не предусмотренные конструкторской документацией;

4. шкаф навесной № – на правом фасаде по правой кромке от нижнего горизонта имеются «зарезы» в виде оголенного ребра МДФ шириной до 2 мм (из-за некачественной обрезки) длиной 300 мм и по нижней кромки длиной 250 мм;

5. шкаф навесной № – на фасаде по левой кромке от нижнего имеются «зарезы» в виде оголенного ребра МДФ шириной до 2 мм (из-за некачественной обрезки) длиной 300 мм и по нижней кромки длиной 250 мм;

6. шкаф навесной № – на левом фасаде по левой кромке снизу от угла имеется отделение облицовки фасада от основы с нарушением ее целостности длиной 50 мм, а также имеются «зарезы» в виде оголенного ребра МДФ шириной до 3 мм на нижней кромке (из-за некачественной обрезки) длиной 200 мм и на нижней кромке боковины длиной 200 мм;

7. аллюминевый защитно-декоративный профиль (отклеен) не имеет герметичного клеевого соединения с вертикальной поверхностью в области плиты и мойки длиной 1430 мм и в области угла столешницы длиной 800 мм;

8. фартук стеклянный – с левой стороны короче наружных пластей боковых щитов гарнитура на 12 мм, с правой стороны короче наружной пласти бокового щитанавесного шкафа на 25 мм, а столешница на 5 мм;

9. цвет фартука не соответствует цвету столешницы на образцах фотографий;

10. винты крепления ручек в большинстве своем установлены без потайных уплотнительных шайб, головки не утоплены, возвышаются над поверхностью фасадов до 2 мм и во время эксплуатации будут цепляться за одежду или могут поранить руки;

11. стяжные винты внутри мебели не имеют пластиковых заглушек на головках;

12. отсутствуют силиконовые демпферы на открывающихся фасадах.

Указанные недостатки отнесены экспертом к производственным, связанным с нарушением технологии производства.

Впоследствии ответчик был поставлен в известность о результатах экспертизы и выводах эксперта, однако до настоящего времени требования истца не исполнил.

Таким образом, истец считает, что она вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы в связи с обнаружением в товаре недостатков.

Также истец указывает, что при исполнении договора ответчик поставил товар не соответствующий размерам, в связи с чем истец вынуждена была вносить исправления путем заказа изготовления дополнительных фасадов и понесла убытки в размере 1800 рублей, которые также просит взыскать с ответчика.

Кроме того, истец просит взыскать в качестве убытков расходы по оплате экспертного заключения в размере 9000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 рублей.

Помимо этого, истец считает, что с ответчика подлежит взысканию неустойка за неисполнение требований Закона «О защите прав потребителей» в установленный срок в размере 40180 рублей (82000 рублей * 1% * 49 дней).

Истец указывает, что, не осуществив замену кухонного гарнитура, не только нарушил ее право как потребителя на получение товара надлежащего качества, но и вынудил истца тратить силы и времени на длительные переговоры, вследствие чего истец и члены ее семьи постоянно испытывали сильные нервные стрессы и переживания. Тем самым истцу был причинен моральный вред, который она оценивает в 10000 рублей.

Судом в ходе рассмотрения дела по ходатайству представителя ответчика была назначена судебная экспертиза для определения наличия в кухонном гарнитуре недостатков, их характера и причин возникновения, производство которой было поручено эксперту ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» К.В.Ю. В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ:

1. Предъявленный кухонный гарнитур имеет дефекты производственного характера, дефекты сборки и дефекты, полученные в результате нарушения условий эксплуатации, которые не соответствуют требованиям п. 5.2.2 ГОСТ 16371-2014 «Мебель. Общие технические условия».

Отмечает, что в своем заключении № от ДД.ММ.ГГГГ эксперт ООО «ПРОФИ-Эксперт» П.И.Г. не анализирует причинно-следственную связь образования дефектов; месторасположение дефектов, зависимость их происхождения от отрицательных факторов внешней среды (повышенная температура, влажность), влияние установки вытяжки, использование ее только в рециркуляционном режиме, без подключения вытяжки эвакуационного типа (с отводом в вентиляцию), в том числе, эксперт относит недостатки, возникшие в процессе сборки, и классифицирует их как производственные. 

2. Среди выявленных недостатков имеются:

- производственные дефекты (зазоры между радиусными дверьми и корпусами шкафов радиусной конструкции);

- дефекты сборки (установка вытяжки ниже 750 мм);

- дефекты эксплуатации (эксплуатация мебели при повышенной влажности и температуре);

- дефекты механического происхождения.

На изменение конструкции навесного шкафа с остекленными дверками около дверками около вытяжки на экспертизе истец претензии не предъявил.

3. Указанные недостатки возникли в результате сборки, эксплуатации, а также имеют производственные дефекты.

4. Признаки ненадлежащей эксплуатации кухонного гарнитура имеются.

5. Выявленные эксплуатационные недостатки могли образоваться вследствие эксплуатации кухонного гарнитура без подключения вытяжки, так как при использовании газовой панели происходит повышенный нагрев и увлажнение воздуха, которые при совместном действии негативно влияют на эксплуатационные свойства мебели.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель Гоошуцун В.П. на исковых требованиях настаивали, просили удовлетворить в полном объеме.

С заключением судебной экспертизы в части отнесения ряда дефектов к эксплуатационным не согласились. Считают необоснованными выводы эксперта о нарушении условий эксплуатации мебели, выраженных в повышенной влажности и высокой температуре в связи с неправильной установкой вытяжки. Представитель истца указал, что измерения температуры и влажности экспертом не производилось. Более того, требований по обязательной установке на кухне вытяжки отсутствуют. Также указали, что установке вытяжки препятствует конструкция кухни, при монтаже которой было частично перекрыто вентиляционное отверстие. В части доводов эксперта о повышенной влажности вследствие эксплуатации кухни с открытой форточкой пояснил, что при использовании газовой плиты обязательно должна быть открыта форточка. ФИО1, в свою очередь, в опровержение выводов эксперта указала, что кухня используется очень мало, так как она с несовершеннолетними детьми практически каждый день находится у матери, которая ей помогает, дома бывает только вечером.

Также истец утверждала, что услуга по сборке мебели была предоставлена ей ответчиком. Сама она мастера не находила, он приехал вместе с мебелью и был подобран ответчиком. Денежные средства за сборку она также передавала непосредственно ответчику, однако квитанция ей не была выдана.

Представитель истца пояснил, что требования о расторжении договора заявлены в соответствии с положениями Закона «О защите прав потребителей», которые предоставляет потребителю отказаться от исполнения договора купли-продажи некачественного товара. При этом считал, что возврату подлежит стоимость всего кухонного гарнитура, в том числе стоимость стеновой панели, так как он является его неотъемлемой частью, приобретался вместе с гарнитуром.

В части требований о взыскании неустойки пояснил, что неустойка рассчитана за 49 дней, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, когда ответчику была н претензия.

Представителя ответчика ООО «Бренд» – ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, считает, что оснований для отказа от договор купли-продажи и возврата стоимости всего кухонного гарнитура не имеется.

При этом указал, что кухонный гарнитур и фартук являются двумя различными товарами. Стоимость кухонного гарнитура составляет 70500 рублей, фартука – 11500 рублей. Что касается убытков, связанных с приобретением дополнительных фасадов, в размере 1800 рублей указал, что данные фасады были приобретены истцом отдельно по собственному желанию, так как ей были внесены изменения в согласованную ранее конструкцию кухонного гарнитура, а именно уменьшен один из шкафов.

Сослался на то, что ранее ФИО1 уже обращалась в суд с требованием о возврате стоимости стеновой панели в размере 11500 рублей, а также расходов по устранению недостатков кухонного гарнитура в размере 1800 рублей, однако решением мирового судьи судебного участка № судебного района 

<

адрес>, оставленным без изменения апелляционным определением Жигулевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ей было отказано в удовлетворении требований. В связи с этим считал, что производство по делу в части возврата стоимости стеновой панели в размере 11500 рублей, а также убытков в размере 1800 рублей подлежит прекращению.

С заключением специалиста ООО «ПРОФИ-Эксперт» П.И.Г. не согласился, считает выводы о том, что недостатки вызваны нарушением технологии производства необоснованными. Отсутствие заглушек и силиконовых демпферов, по мнению ответчика, также не может быть отнесено к недостаткам, так как они изначально не входили в комплект, наличие данных элементов не является обязательным. Фурнитуру (ручки для мебели) истец также приобретала самостоятельно.

Также указал, что часть выявленных в заключении ООО «ПРОФИ-Эксперт» недостатков связана с некачественной сборкой.

При этом ответчик утверждает, что услуги по сборке мебели истице не оказывал, договором сборка предусмотрена не была, что было установлено решением мирового судьи судебного участка № судебного района 

<

адрес> и апелляционным определением Жигулевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. Истцу предлагалось подписать дополнительное соглашение, в соответствии с которым производилась бы сборка мебели, однако она от этого отказалась. В связи с этим считает, что ответчик не несет ответственности за недостатки сборки. Каких-либо договоров со сборщиком ООО «Бренд» не заключало, акт приема сборки инее подписывало. К показаниям сборщика ФИО3 просил отнестись критически, так они могут быть направлены на защиту своих интересов.

Нетехнологичные отверстия в корпусе мебели, по словам истца, образовались в результате самостоятельного внесения изменений истцом в конструкцию мебели.

С заключением судебной экспертизы не согласился в части отнесения к производственным дефектам зазоров между радиусными дверьми и корпусами шкафов радиусной конструкции. Указал, что ГОСТ 16371-2014, на который ссылается эксперт, не является обязательным. Техническим регламентов максимальная величина зазора не регламентируется, в заключенном с истцом договоре она также не установлена. Считает, что наличие зазора не влияет на возможность использования гарнитура по назначению. 

Также представитель ответчика отметил, что в ранее предъявленной претензии истец просила заменить товар на качественный, тогда как с претензией об отказе от исполнения договора купли-продажи и возврате стоимости товара не обращалась. По результатам рассмотрения претензии истцу было предложено согласовать дату осмотра кухонного гарнитура, однако этого сделано не было, истец самостоятельно обратилась в экспертную организацию еще до истечение срока ответа на претензию. В связи с этим рассмотрение претензии было приостановлено до получения результатов экспертизы, о чем было сообщено ответчику. После получения заключения оно было направлено производителю.

Таким образом, ответчик считает, что он не уклонялся от добровольного удовлетворения требований потребителя, в связи с чем оснований для взыскания неустойки и штрафа не имеется.

Также не согласился со взысканием стоимости заключения ООО «ПРОФИ-Эксперт», так как истец обратилась в данную организацию еще до истечение срока ответа на претензию, необходимости в чем не было. В связи с этим считает данные расходы необоснованными.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО3, который осуществлял установку кухонного гарнитура, а также ИП ФИО4 – производитель мебели, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены.

От ИП М.А.В. до начала судебного заседания поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

ФИО3 причину неявки не сообщил. Ранее в судебном заседании, в том числе, будучи допрошенным в качестве свидетеля, подтвердил, что собирал кухонный гарнитур в квартире истца. При этом указал, что для сборки гарнитура его пригласил директор ООО «Бренд» Максим. С истцом он знаком не был, познакомился только в день сборки. По его словам, Максим пояснил, что есть заказ по сборке мебели, стоимость около 7000 рублей. При этом письменный договор не заключался, была устная договоренность. Денежные средства за установку он получил непосредственно от директора ООО «Бренд».

Выслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, учитывая письменные возражения представителя ответчика, суд приходит к следующему.

В силу ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии со ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Отношения, возникшие между покупателем и продавцом относительно качества приобретенного товара, регулируются параграфом 3 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и Законом РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей».

В соответствии с п. 1, 2 ст. 469 ГК РФ, ст. 4 Закона «О защите прав потребителей» продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями.

В преамбуле Закона «О защите прав потребителей» указано, что недостатком товара (работы, услуги) является несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Как установлено положениями п. 1, 2 ст. 475 ГК РФ, п. 1 ст. 18 Закона «О защите прав потребителей» потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе как потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула), так и отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. 

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Требования, указанные в пункте 1 настоящей статьи, предъявляются потребителем продавцу либо уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю (п. 2 ст. 18 Закона «О защите прав потребителей»).

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 476 ГК РФ, ч. 6 ст. 18 Закона «О защите прав потребителей» в отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Таким образом, в силу приведенных норм в случае продажи товара ненадлежащего качества, на который установлен гарантийный срок, распределение бремени доказывания зависит от времени обнаружения недостатков.

Если недостатки были обнаружены в течение гарантийного срока бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Аналогичная правовая позиция приведена в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО1 и ответчиком ООО «Бренд» был заключен договор на поставку мебели по индивидуальному проекту, в соответствии с которым ООО «Бренд» (Поставщик) обязался передать в собственность ФИО1 (Покупатель) Товар, а последняя обязуется принять и оплатить Товар в порядке и сроки, указанные в Договоре (л.д. 6).

Описание товара приведено в п. 1.2 Договора:

- кухонный гарнитур (по эскизу, без ручек, оплата ручек по факту) стоимостью 70500 рублей;

- стеновая панель стоимостью 11500 рублей.

Оплата товара произведена истцом в полном объеме, что ответчиком не оспаривается. Оплата производилась путем безналичного перечисления денежных средств на личный счет директора ООО «Бренд», который впоследствии вносил данные денежные средства в кассу, что подтверждается товарными чеками, а также квитанциями (л.д.7,117).

В соответствии с п. 1.3 Договора гарантийный срок на товар составляет 3 месяца с момента передачи Товара Покупателю при условии соблюдения Рекомендаций по эксплуатации Товара.

Кухонный гарнитур вместе со стеновой панелью был поставлен ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, что сторонами также не оспаривалось и подтверждается накладной на доставку мебели (л.д. 116).

Факт наличия в товаре недостатков подтверждается как представленными истцом фотографиями (л.д. 53-59), заключением ООО «ПРОФИ-Эксперт» № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11-32), показаниями свидетеля А.С.А., который пояснил, что, осуществляя монтаж барной стойки в сентябре 2017 года на кухне в квартире истца и заметил недостатки кухонного гарнитура в виде многочисленных отслоений пленки ПВХ от основания, а также заключением судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» К.В.Ю. (л.д. 186-209).

Так как недостатки товара были обнаружены истцом и претензия о замене товара ненадлежащего качества была направлена в адрес ООО «Бренд» до истечения гарантийного срока, обязанность доказать, что выявленные дефекты не являются производственными, возлагается на ответчика.

Однако суд не были предоставлены надлежащие доказательства того, что все выявленные недостатки кухонного гарнитура возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Суд соглашается с доводами предстасителя ответчика о том, что установленные в заключении ООО «ПРОФИ-Эксперт» недостатки в виде отсутствия заглушек и силиконовых демпферов не является производственным недостатком, так как они не входят в комплект.

Также суд считает обоснованными возражения ответчика относительно отнесения к производственным недостаткам не соответствие цвета стеновой панели образцам фотографий, так как ранее ФИО1 уже обращалась к ООО «Бренд» с иском о возврате стоимости стеновой панели по данным основаниям, однако решением мирового судьи судебного участка № судебного района 

<

адрес> (л.д. 40-45), оставленным без изменения апелляционным определением Жигулевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 60-62), ей было отказано в удовлетворении требований. 

В соответствии ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вместе с тем, в заключении судебной экспертизы установлено наличие производственного дефекта в виде зазоров в напольном и навесном шкафах с радиальной дверкой шириной 8 мм, что превышает допустимый зазор в 2 мм и не соответствует требованиям п. 5.2.2 ГОСТ 16371-20147.

Доводы представителя ответчика о том, что требования ГОСТ 16371-20147 не являются обязательными, тогда как техническим регламентом и условиями договора максимальная величина зазора не регламентируется, суд считает необоснованными, так как отсутствие в договоре требований к ширине зазоров сами по себе не свидетельствуют о возможности продажи мебели с произвольным зазором между сопрягаемыми деталями.

Так, выше указывалось, что в силу требований ст. 469 ГК РФ и ст. 4 Закона «О защите прав потребителей» продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи, а при отсутствии в условий о качестве – товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. 

Таким образом, суд считает, что при определении размера допустимой ширины зазоров эксперт К.В.Ю. обоснованно руководствовалась требованиям ГОСТ 16371-20147, так как иные требования к качеству договором не установлены.

Указание эксперта на то, что данный дефект может быть устранен путем замены дверки с радиусом равным радиусу сопрягаемой детали, не имеет существенного значения, так как мебель не относится к технически сложным товарам, в связи с чем истец вправе отказаться от товара и требовать возврата его стоимости при наличии любого недостатка независимо от возможности его устранения.

Заключение судебной экспертизы в части отнесения к эксплуатационным недостаткам множественных отслоений, сползания и коробления пленки ПВХ не может быть признано судом обоснованным.

Частью 3 статьи 86 ГПК РФ предусмотрено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Эксперт К.В.Ю. связывает возникновение данных недостатков с эксплуатацией мебели при повышенной влажности и температуре.

Вместе с тем, как следует их заключения судебной экспертизы, а также пояснений эксперта К.В.Ю., измерение температуры и влажности при проведении экспертизы не проводилось.

Из пояснений эксперта К.В.Ю., данных в судебном заседании, также следует, что выводы об эксплуатации мебели в условиях повышенной влажности и температуры сделаны ей в связи с неверным монтажом вытяжки. 

Так эксперт указывает, что установка вытяжки на высоте менее 750 мм приводит к выгоранию угольного фильтра. Вместе с тем, в судебном заседании эксперт пояснила, что осмотр угольного фильтра ей не производился, в связи с чем данные выводы эксперта носят предположительных характер, не были ей проверены и не могут быть приняты судом в качестве достоверных.

Кроме того эксперт сослалась на то, что вытяжка работает только в режиме рециркуляции, отвод в вентиляцию не осуществлен, что, по мнению эксперта, приводит к повышенной влажности и повышенной температуре воздуха при работе газовой плиты.

Однако, как указывалось выше измерение температуры и влажности экспертом не производилось.

Кроме того, эксперт К.В.Ю. не сослалась на какие-либо нормативные требования, которые предусматривают обязательную эксплуатацию кухня только с применением вытяжки. Рекомендации по эксплуатации кухонной мебели производства «Вариант-М» (ИП ФИО4) также не предусмотрено, что мебель может эксплуатироваться только при включенной вытяжке (л.д. 178-180).

Кроме того, экспертом не было учтено, что отвод вытяжки в вентиляцию в настоящее время невозможен в связи с тем, что при монтаже кухонного гарнитура крепежная система перекрыла часть вентиляционного отверстия, в связи с чем вывод в него воздуховода невозможен.

Представленные ответчиком на данные о влажности в октябре 2017 года (192 часа – 90%, 108 часов – 70%, 72 часа – 80%, 30 часов – 50%, 21 час – 40%, 9 часов – 30%) не могут быть приняты во внимание судом, так как указанные данные относятся к влажности снаружи помещения, тогда как допрошенный ранее в судебном заседании в качестве специалиста П.И.Г. указал, что при влажности снаружи 90% температуре 20°С влажность внутри помещения составляет 78% процентов, а при температуре от 15°С до -20°С – от 58% до 5% (л.д. 99), тогда как в соответствии с Рекомендацией по эксплуатации кухонной мебели производства «Вариант-М»мебель должна эксплуатироваться при влажности от 45 до 70%.

Причину отнесения дефекта в виде незначительного разбухания лесоматериалов в ящике над духовым шкафом к производственным эксперт К.В.Ю., будучи допрошенной в судебном заседании, пояснить не смогла.

К доводам представителя ответчика в этой части о том, что весь кухонный гарнитур выполнен из одного лесоматериала, в связи с чем, по его мнению, в случае применения некачественных лесоматериалов разбухание произошло бы и на других элементах, суд относится критически, так как какими-либо доказательствами доводы об использовании одного лесоматериала при производстве всего гарнитура не представлено.

С учетом изложенного у суда отсутствуют основания считать, что выявленные недостатки в виде множественных отслоений, сползания и коробления пленки ПВХ и разбухания лесоматериалов кухонного гарнитура являются следствием нарушения истцом правил его эксплуатации.

Часть недостатков эксперт относит к дефектам сборки, в том числе: работу рециркуляционной системы по принципу замкнутого цикла, уменьшение расстояния от панели плиты до вытяжки, наличие окрашенных сколов, не закрепленные ручки двери, неравномерное прилегание плинтуса.

При этом эксперт указывает, что сборка проводилась наемными рабочими истца, а не работниками продавца, а также ссылается на п. 1.1 Договора, в соответствии с которым Продавец только передает товар, а Покупатель его получает.

Однако к выводам эксперта в этой части суд относится критически, так как эксперт фактически разрешает правовые вопросы, а именно дает оценку правоотношениям сторон, тем самым выходя за пределы своей компетенции.

При этом у суда отсутствуют основания считать, что сборка мебели осуществлялась истцом самостоятельно.

Так, из содержания представленной электронной переписки ФИО1 и директора ООО «Бренд» Т.М.В., подлинность которой сторонами не оспаривалась, следует, что сборщик мебели был подобран ответчиком, о чем прямо указывает Т.М.В. (л.д. 81-95)

Из показаний ФИО3, допрошенного, в том числе, в качестве свидетеля, который непосредственно осуществлял сборку кухонного гарнитура, также следует, что по вопросу сборки мебели к нему обращался директор ООО «Бренд» Т.М.В., денежные средства он также получал от последнего, тогда как с истицей до момента начала сборки мебели знаком не был.

Указанные доказательства подтверждают доводы истца, о том, что услуга по сборке мебели была также предоставлена ей ответчиком.

Доводы представителя ответчика о том, что к показаниям ФИО3 следует отнестись критически, так как они могут быть обусловлены желанием избежать ответственности, не обоснованы, так как с требованием о возмещении убытков в связи с некачественным монтажом мебели к нему могут обратиться как истец, так и ответчик.

Ссылка истца на положения договора, которые не предусматривает предоставления услуг по сборке мебели, а также на решение мирового судьи судебного участка № судебного района 

<

адрес> и апелляционное определение Жигулевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которыми установлено, что установка мебели в условия договора между сторонами не входила, сама по себе не исключает возможность заключения между сторонами отдельного соглашения о сборке мебели, вне рамок договора поставки. Отсутствие письменного договора, подписанного сторонами, также не исключает возможности его заключения устно и не влечет его недействительность.

С учетом приведенных обстоятельств у суда отсутствуют основания считать, что недостатки кухонного гарнитура, возникшие вследствие дефектов сборки, возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения последним правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Таким образом, материалами дела подтверждаются доводы истца о наличии в товаре недостатков, в том числе, производственного характера, тогда как ответчиком не представлено надлежащих доказательств того, что все выявленные недостатки не являются производственными, в связи с чем суд приходит к выводу, что истец вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и требовать возврата уплаченных за товар денежных средств.

Тот факт, что ранее истец не обращался к ответчику с претензией о возврате стоимости товара, не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, так как Законом «О защите прав потребителей» обязательный претензионный порядок по данным требованиям не предусмотрен.

Ранее истец обращалась к ответчику с претензией о замене товара на качественный. Данные требования в установленный законом срок не выполнены.

В соответствии с п. 2 ст. 23 Закона «О защите прав потребителей» в случае невыполнения требований потребителя в сроки, предусмотренные статьями 20 - 22 настоящего Закона, потребитель вправе по своему выбору предъявить иные требования, установленные статьей 18 настоящего Закона.

Более того, как следует из пояснений представителя ответчика, фасады того цвета, который был выбран истцом, в настоящее время у ответчика отсутствует, сроки их поставки назвать не смог.

При этом истец вправе требовать возврата стоимости как кухонного гарнитура в сумме 70500 рублей, так и стеновой панели в сумме 11500 рублей, а всего 82000 рублей.

Доводы представителя ответчика о том, что кухонный гарнитур и стеновая панель являются различными товарами, суд считает необоснованными.

В соответствии со ст. 478 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, соответствующий условиям договора купли-продажи о комплектности.

Пунктом 1.1 Договора прямо предусмотрено, что все приобретаемое по договору имущество является единым Товаром (Мебелью по индивидуальному проекту).

Согласно описанию Товара (п. 1.2 Договора) он состоит из кухонного гарнитура и стеновой панели, то есть они являются часть комплекта одного товара.

Из пояснений истца и ее представителя также следует, что стеновая панель подбиралась именно для данного кухонного гарнитура, в связи с чем интереса в ее самостоятельном использовании истец не имеет.

Ссылка представителя ответчика на решение мирового судьи судебного участка № судебного района 

<

адрес>, оставленное без изменения апелляционным определением Жигулевского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ранее истцу было отказано в возврате стоимости стеновой панели в размере 11500 рублей в связи с ее несоответствием эскизу, не может являться основанием ни для прекращения производства по настоящему делу в этой части, ни для отказа в удовлетворении данных требований, так как заявленные в настоящее время требования подлежат удовлетворению по иному основанию. 

Так, если по ранее рассмотренному делу ФИО1 ссылалась на недостатки исключительно стеновой панели и просила вернуть только ее стоимость, то в ходе рассмотрения настоящего дела нашел подтверждение факт наличия производственных дефектов в товаре в виде мебели по индивидуальному проекту в целом, в связи с чем стоимость стеновой панели подлежит возврату истцу вместе со стоимостью всего комплекта мебели, то есть требования удовлетворены по иным основаниям.

Также подлежат удовлетворению требования истца о возмещении убытков в виде стоимости дополнительных фасадов в размере 1800 рублей (л.д. 7).

Судом установлено, что данные расходы были понесены истцом в связи с уменьшением размера навесного шкафа для размещения вытяжки непосредственно над варочной поверхностью, так как согласно первоначальному эскизу она была смещена на 10 см, то есть являлись расходами по улучшению товара. В ходе рассмотрения настоящего дела судом было установлено, что мебель является некачественной и удовлетворены требования о возврате стоимости товара, то есть истец лишена возможностями пользоваться данными улучшениями, в связи с чем расходы по внесению изменений в конструкцию мебели подлежат взысканию в ее пользу в качестве убытков в соответствии со ст. 18 Закона «О защите прав потребителей».

В данном случае решение мирового судьи судебного участка № судебного района 

<

адрес> также не может служить основанием для прекращения производства по настоящему делу в этой части либо отказа в удовлетворении данных требований, так как в ранее рассмотренном деле ФИО1 ссылалась на то, что расходы по приобретению дополнительных фасадов были понесены в связи с устранением недостатков кухонного гарнитура, однако вина ООО «Бренд» в ходе рассмотрения дела установлена не была. 

В настоящее время расходы по изготовлению дополнительных фасадов в размере 1800 рублей подлежат возмещению в качестве убытков одновременно с отказом от договора купли-продажи мебели ненадлежащего качества и возвратом ее стоимости не зависимо от того, были ли понесены данные расходы по вине ответчика либо по инициативе истца.

Также подлежат возмещению в качестве убытков расходы по оплате досудебного исследования товара в размере 9000 рублей, которые подтверждены квитанцией (л.д. 33), так как данные расходы были понесены истцом в связи с продажей товара ненадлежащего качества.

Доводы ответчика о том, что в экспертную организацию истец обратилась до окончания срока ответа на претензию истца, сами по себе не свидетельствуют о необоснованности данных расходов и не могут служить основанием для отказа в их возмещении.

В силу п. 5 ст. 18 Закона «О защите прав потребителей» обязанность по проверке качества товара возлагается на продавца. Однако это не лишает потребителя право самостоятельно провести проверку качества.

Доводы, на которые ссылается ответчик, могли бы служить основанием для отказа в возмещении истцу расходов по досудебному исследованию мебели в том случае, если бы требования потребителя были удовлетворены в установленный законом срок по результатам проверки качества, проведенной ответчиком самостоятельно. Однако в данном случае требования истца удовлетворены не были. Более того, рассмотрение претензии ФИО1 было приостановлено до получения результатов исследования, то есть самостоятельную проверку качества ответчик не проводил.

Разрешая требования о взыскании с ООО «Бренд» компенсации морального вреда, суд также признает их подлежащими удовлетворению, поскольку в соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» для взыскания морального вреда потребителю достаточно установить факт нарушения исполнителем прав потребителя (п.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»). Однако суд считает, что размер морального вреда, оцененный истцом в 10 000 рублей, явно завышен, компенсация морального вреда должна быть взыскана с ответчика в размере 1 000 рублей, так как данная сумма соответствует характеру и степени причинения истцу нравственных страданий. Причинение истцу физических страданий в процессе судебного разбирательства установлено не было.

Также истец вправе требовать взыскания неустойки за нарушение срока исполнения его требований.

Частью 1 ст. 23 Закона «О защите прав потребителей» предусмотрено, что за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Вместе с тем, суд считает, что истцом неверно определен срок взыскания неустойки. Так, из пояснений представителя истца следует, что ими заявлено требований о взыскании неустойки за 49 дней с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с направления претензии в адрес ответчика, до ДД.ММ.ГГГГ.

Статьей 21 Закона «О защите прав потребителей» установлено, что в случае обнаружения потребителем недостатков товара и предъявления требования о его замене продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) обязан заменить такой товар в течение семи дней со дня предъявления указанного требования потребителем, а при необходимости дополнительной проверки качества такого товара продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) - в течение двадцати дней со дня предъявления указанного требования.

Как следует из сведений об отслеживании отправлений Почты России, претензия была получена ответчиком ДД.ММ.ГГГГ. При этом, директор ООО «Бренд» присутствовал при осмотре мебели ДД.ММ.ГГГГ, то есть имел возможность зафиксировать недостатки. Таким образом, требования истца должны были быть исполнены в срок до ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем истец вправе требовать взыскания неустойки за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (24 дня), что составляет 19680 рублей (82000 * 1% * 24 дня).

В силу ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, данным в п. 34 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

С учетом принципа разумности и справедливости, исходя из необходимости установления баланса интересов, суд считает возможным снизить размер неустойки за просрочку удовлетворения требований потребителя до 8 000 рублей.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Тот факт, что истец в досудебном порядке не обращался с претензией об отказе от договора купли-продажи, не может служить основанием для отказа во взыскания штрафа при удовлетворении данных требований, так как присуждение штрафа является мерой ответственности за нарушенное право потребителя. При этом требования истца как об отказе от исполнения договора купли-продажи, так и о возмещении убытков содержалось в первоначальном исковом заявлении, направленном в адрес ответчика. Таким образом, ответчику были известны требования истца, у него имелась возможность удовлетворения данных требований до вынесения решения суда. Однако ООО «Бренд» требования ФИО1 до настоящего времени не исполнил, исковые требования не признал, что свидетельствует об уклонении ответчика от удовлетворения требований потребителя в добровольном порядке.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд считает возможным снизить размер штрафа до 20 000 рублей, что соответствует последствиям нарушения обязательств ответчиком.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 13 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Расходы истца по оплате услуг представителя составили 15000 рублей, что подтверждается представленной квитанцией (л.д. 97). 

При определении разумных размеров расходов на оплату услуг представителя судом принимается во внимание продолжительность рассмотрения и сложность дела, объем фактически проделанной представителем ответчика работы. Учитывая изложенное, суд считает возможным взыскать в пользу компенсацию расходов на оплату услуг представителя в размере 13 000 рублей.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета г.о. Жигулевск государства госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден на основании п. 3 ст. 17 ФЗ «О защите прав потребителей», исходя из размера удовлетворенных имущественных исковых требований (120 800 рублей) в размере 3 616 рублей, а также за удовлетворение требований о компенсации морального вреда в размере 300 рублей, а всего – в размере 3 916 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь Законом РФ «О защите прав потребителей», ст. 309, 310, 454, 456, 457, 469, 478 ГК РФ, ст. 56,100,194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Принять отказ ФИО1 от исполнения договора от ДД.ММ.ГГГГ на поставку мебели по индивидуальному проекту, заключенного между Обществом с ограниченной ответственностью «Бренд» и ФИО1.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Бренд» в пользу ФИО1 стоимость кухонного гарнитура в размере 82000 рублей, убытки в виде стоимости дополнительных фасадов в размере 1 800 рублей, расходы по оплате за заключение эксперта в размере 9000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, неустойку за нарушение сроков выполнения требований о возврате стоимости товара за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 8 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требования потребителя в размере 20 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 рублей, а всего – 134 800 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Бренд» государственную пошлину в доход бюджета городского округа Жигулевск в размере 3 916 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Самарский областной суд через Жигулевский городской суд 

<

адрес>.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ. 

Судья Жигулевского городского суда 

<

адрес> В.Н. Неугодников