Дело № 2-32/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Большереченский районный суд Омской области 

в составе председательствующего судьи Страшко Т.В., 

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Рыбалочкиной Т.В., представителей ответчика ФИО2 – по доверенности ФИО3 и адвоката Арндт И.В.,

помощника прокурора Большереченского района Шабаршиной Е.В.,

при секретаре Майер И.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в р.п. Большеречье, 

28 января 2020 года

дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, обязании составить акт по форме Н-1 по факту несчастного случая на производстве, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГг. обратился в суд с иском. В обоснование указал, что после выхода из детского дома, не имея своего жилья, находился в д.Кирсановка Большереченского района Омской области, живя на случайные заработки. В начале апреля 2016г. трудоустроился к ФИО2, в трудовые обязанности входило разбор здания в с.Старокарасук Большереченского района. Вместе с ним работали Б..., В..., С... Трудовой договор в письменном виде не заключался. ФИО2 платил каждому от 1000 до 2000 руб. в день. 

ДД.ММ.ГГГГ. на истца упала кирпичная плита, после увезли его в Большереченскую ЦРБ. После проведенного лечения был установлен диагноз – рак, и в 2017г. ему отняли правую ногу, установили 1 группу инвалидности, а в 2019г. – 2 группу. В больнице он сказал, что травму нанес себе сам. Помощи от ФИО2 не было.

Просит восстановить срок обращения в суд, поскольку является сиротой, социально не защищен, юридически не грамотен, длительное время находился на лечении, в связи с чем обратиться за защитой своих нарушенных прав не мог.

С учетом уточнения просил установить факт трудовых отношений между работодателем – физическим лицом ФИО2 и работником ФИО1; обязать ФИО2 составить акт по форме Н-1 по факту несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.; взыскать с ФИО2 в его пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования подержал по изложенным в иске основаниям. Пояснил, что знакомый Б... в апреле 2016г. предложил ему работу у ФИО6 по разбору аварийного здания в с.Старокарасук Большереченского района Омской области. За ним и другими рабочими из д.Кирсановка, которых было вместе с истцом 5-6 человек, ежедневно часов в 8-9 утра заезжало 2 автомобиля: 

<

данные изъяты> под управлением Л... и 

<

данные изъяты>, которым управлял ФИО6, всех доставляли в с.Старокарасук Большереченского района, где они разбирали здание, а после работы вечером также на автомашинах ФИО6 развозили обратно. Работа заключалась в разборе одноэтажного здания. Рабочие были в основном из д.Кирсановка, а также 1-2 из р.п.Большеречье. По указанию ФИО6 они сначала разбирали крышу, затем стены, очищали кирпичи, отрывали доски с пола, - все грузили в кузов 

<

данные изъяты>, ФИО4 увозил, говорил им, что часть стройматериала продавал. Считает, что приступил к работе с ведома работодателя ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ Сам ФИО2 в разборе здания не участвовал, контролировал ход работы, руководил рабочими, определял размер заработка, рассчитывался с каждым из них ежедневно по окончании рабочего дня, а также распоряжался полученным от разбора здания стройматериалом. В первые дни, когда разбирали крышу, оплата была по 500 руб. в день у каждого. Примерно через 3-4 дня приступили к разбору стен. Очищенный кирпич они складировали в кучу, а затем грузили в машину 

<

данные изъяты>, при этом ФИО6 им определил, что расчет будет производить всей бригаде, по 2 рубля 50 коп. за один кирпич с его погрузкой на 

<

данные изъяты>. То есть все работники долбили кирпичи и очищали, затем складировали в общую кучу, при погрузке они считали (при контроле ФИО6) общее количество загруженных кирпичей в кузов 

<

данные изъяты>, после окончания работ ежедневно ФИО6 их рассчитывал, деля количество загруженного в 

<

данные изъяты> кирпича на количество работников, таким образом, истец стал получать от 1000 до 2000 руб. ежедневно, как и остальные работники. Рабочими инструментами: ломы, топоры, гвоздодеры, обеспечивал ФИО6, кто-то из работников привозил свои. ФИО6 присутствовал на работе, отлучался, когда увозил разобранный стройматериал на 

<

данные изъяты>. Время работы определял ФИО5 том, что будет выходной и на работу не надо выходить, он узнавал от других работников, проживавших в д.Кирсановка, которые связывались с ФИО2 по телефону (у истца телефона не было). Всего за весь период работы он получил от ФИО2 не более 7-8 тысяч рублей.

ДД.ММ.ГГГГ. утром его, а также В..., Б..., С..., С..., как обычно, привезли на работу. Помнит, что ФИО6 этот момент не было, когда они продолжили разбирать стены. Крыши уже не было, стены сверху были разобраны, ее высота была уже не выше человеческого роста, истец стал выдалбливать снизу кирпичи, стена упала и придавила его. От боли он находился в шоковом состоянии, помнит, что его вытаскивали из-под плиты, приходили фельдшер, участковый, он ничего не мог говорить. Потом работники на автомобиле 

<

данные изъяты> под управлением Л.... увезли его в р.п.Большеречье в больницу. В больнице он сказал врачам, что упал сам с крыши, поскольку не хотел никого подставлять под удар, в том числе ФИО6 этот же день его прооперировали. Он узнал, что у него сломан таз, поврежден мочевой пузырь, врачи поставили ему трубку для отхождения мочи – эпицистостому. Примерно через неделю, ввиду ухудшения состояния, его увезли в областную больницу, затем также на машине больницы его привезли в июне в Большереченскую ЦРБ, затем он длительно лечился в Евгащинской больнице. После он плохо себя чувствовал, был ограничен в движении из-за травмы. Потом он тяжело заболел и зимой его увезли в туберкулезный диспансер. При этом после травмы постоянно болела нога, на ней возникали шишки, из которых в больницах откачивали жидкость. В тубдиспансере после проведения анализа на ноге установили, что у него саркома, в результате в сентябре 2017г. ампутировали ногу, установили инвалидность 1 группы. В марте 2018г. он был выписан из больницы. Передвигаться без ноги было затруднительно. В ноябре 2019г. ему установили 2 группу инвалидности, он научился ходить на костылях, адаптировался, в связи с этим обратился в суд с настоящим иском. С ФИО6 он после получения травмы не связывался. В настоящее время ввиду необеспеченности жильем, снимает в р.п.Большеречье жилье, в обслуживании ему помогает сестра, он получает пенсию по инвалидности. Работать по состоянию здоровья не может.

Представитель истца адвокат Рыбалочкина Т.В. уточненные исковые требования подержала, пояснила, что возникшие отношения между ФИО2 и ФИО1 являются трудовыми. В связи с произошедшим несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ. с ФИО1, ФИО2 обязан составить акт по форме Н-1. Требования о взыскании компенсации морального вреда обусловлены тяжестью полученной травмы, длительностью лечения, стойкими нарушениями функций организма, необходимостью пожизненного пользования мочеприемником, ограниченностью в движении. Учитывая, что ФИО1 проходил длительное лечение, с сентября 2017г. был признан инвалидом 1 группы, в ноябре 2019г. – инвалидом 2 группы, является сиротой, социально не обустроен, обучался в коррекционной школе-интернате для детей-сирот с отклонениями в развитии VIII вида, имеются основания для восстановления пропущенного срока обращения в суд.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не участвовал при надлежащем уведомлении.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 с иском не согласилась в полном объеме. Пояснила, что ее супруг ФИО2 был таким же рабочим, как и другие парни, которых перечислил истец, он также вместе с ними разбирал аварийное здание в с.Старокарасук с апреля по май 2016г. Когда упала плита на ФИО1, ФИО2 на месте разбора здания не было, в этот день с утра он на работу не приехал, так как дома сидел с ребенком. О произошедшем ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 узнал после обеда от кого-то из работавших на разборе здания по телефону, после чего сразу же поехал на 

<

данные изъяты> в с.Старокарасук, на месте ему парни рассказали что произошло. После этого они продолжили разбирать здание. ФИО2 через парней передал расчет для ФИО1 заработанные за этот день деньги – примерно 200-300 рублей. 

Подтвердила, что весной 2016г. к ее мужу подъехал кто-то из Администрации Старокарасукского с/п, предложил разобрать здание в с.Старокарасук, сказал, что ФИО2 в счет оплаты может забирать себе материал с разбора здания, нужно место очистить для застройки. Поскольку у ФИО2 были на тот момент во владении трактор-экскаватор и автомобиль 

<

данные изъяты>, он согласился оказать эти услуги, съездил в с.Старокарасук, осмотрел здание, объем работы, затем предложил знакомым из д.ФИО7.. и Б..., которых раньше нанимал для колки дров, помочь ему в разборе, а также чтобы они подыскали еще парней. В... и Б... привели несколько парней из д.Кирсановка, в том числе ФИО1 Из р.п.Большеречье ФИО2 взял Л...., К...., А.... Действительно, примерно в 8-9 утра ФИО2 уезжал на 

<

данные изъяты>, работник Л... ехал за рулем принадлежавшей ФИО4 

<

данные изъяты>, заезжали в д.Кирсановка, забирали парней, в том числе ФИО1, вечером также развозили парней в д.Кирсановка и в р.п.Большеречье. С парнями рассчитывался ФИО2 каждый день, материал с разбора здания привозил либо себе домой, либо продавал, также засыпал битым кирпичом дорогу в с.Старокарсук. За каждый кирпич он парням платил по 2 рубля 50 коп., плюс за погрузку кирпича он платил еще 50 коп., также он платил парням за стройматериал с разбора крыши. Считает, что ФИО2 не контролировал работы по разбору здания, режим работы все определяли сами, не всеми инструментами обеспечивал ответчик – парни привозили с собой и свой инструмент, ФИО2 сам пользовался своим инструментом, так как тоже осуществлял разбор здания, грузил, таскал материалы. Работы закончили к концу мая 2016г. Считает, что ФИО2 заплатил ФИО1 за все время работы не более 5000 руб.

В последнем судебном заседании ФИО3 указала, что ФИО2 покупал кирпичи у парней, работавших на разборе здания, которых он привозил в с.Старокарасук, за доставку их туда парни платили деньги Л... на бензин.

Считает, что ФИО1 пропущен срок для обращения в суд за защитой своих прав.

Представитель ответчика адвокат Арндт И.В. поддержал позицию ФИО3, указав о несогласии с уточненными исковыми требованиями в полном объеме, отсутствии оснований для признания отношений трудовыми, поскольку не установлена трудовая функция, трудовые обязанности, должность ФИО1, дата начала и окончания рабочего времени, срочный или бессрочный договор, не установлено, что ФИО1 был допущен к работе ФИО2 и у него имелась договоренность непосредственно с ним об оплате труда, месте работы и проч. Каких-либо письменных доказательств факта трудовых отношений истцом суду не представлено. Считает, что между ФИО1 и ФИО2 были гражданско-правовые отношения по купле-продаже кирпича. Вины ФИО2 в получении травмы ФИО1 нет. ФИО1 причинил себе травму по своей неосторожности. Считает, что срок для обращения в суд истцом пропущен и оснований для его восстановления не имеется.

Представители ГУ-Омское региональное отделение фонда социального страхования РФ ФИО8 и ФИО9 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. с иском не согласились. Пояснили, что назначение обеспечения по страхованию для застрахованного лица носит заявительный характер. По настоящее время ФИО1 в отделение Фонда с заявлением о назначении какого-либо страхового обеспечения не обращался, в связи с чем они права ФИО1 не нарушали и не могут быть надлежащими ответчиками. Полагают о недоказанности ФИО1 факта трудовых отношений. Компенсация морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда, а не ФСС. Для получения выплат от ФСС (единовременной и ежемесячной) необходимо решение суда, акт по форме Н-1, затем истцу нужно будет пройти медико-социальную экспертизу для установления степени утраты профессиональной способности. Поэтому первоначальные требования истца об обязании ФСС о назначении выплат преждевременны.

Третье лицо – в лице председателя Комитета по управлению имуществом Администрации Большереченского муниципального района Омской области ФИО10 в настоящем судебном заседании не участвовала при надлежащем уведомлении. В предыдущем судебном заседании отношение к иску не выразила. Пояснила, что на момент признания многоквартирного дома по 

<

адрес> аварийным – ДД.ММ.ГГГГ., в собственности граждан находилась одна квартира. После признания дома аварийным, с разрешения Администрации, граждане оформили в собственность все квартиры, кроме двух, которые остались в собственности Комитета по управлению имуществом Администрации района. Указанный дом был включен в Федеральную Программу по переселению из аварийного жилья, граждане были переселены в новые квартиры до 2016г. Распоряжение о сносе аварийного здания не издавалось. Считает, что снос/демонтаж должен быть осуществлен гражданами-собственниками аварийных квартир. Разбор здания был окончен до начала строительства на этом месте нового трехквартирного дома. Комитет никаких договоров ни с кем на разбор аварийного дома не заключал, кто фактически осуществил разбор дома – не знает, о произошедшем несчастном случае с ФИО1 не было известно.

Третье лицо – Глава Старокарасукского сельского поселения ФИО11 в последнем судебном заседании участия не принимала, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, против удовлетворения требований истца не возражала. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. пояснила, что здание по 

<

адрес>, в котором находилось 7 жилых квартир, было признано аварийным и подлежащим сносу. По федеральной программе гражданам были предоставлены другие квартиры, они были выселены. Администрация Старокарасукского с\п искала того, кто разберет это здание, она предложила ФИО2, так как у него была техника, он согласился сделать эту работу на безвозмездной основе, они устно договорились, что ФИО2 может забрать себе строительные материалы от разбора здания, площадка должны быть очищена для застройки. Письменный договор с ФИО2 на оказанные им услуги не заключался. Здание весной 2016г. в течение 2 месяцев было разобрано под руководством ФИО2 Здание находилось рядом с Администрацией сельского поселения, поэтому она видела, что там были рабочие, техника, работа велась. О том, что произошел несчастный случай ДД.ММ.ГГГГ. с ФИО1, ей не было известно.

Заслушав стороны, лиц, участвующих в деле, свидетелей, заключение участвующего в деле прокурора Шабаршиной Е.В., считавшей иск подлежащим удовлетворению, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, являвшийся собственностью Большереченского муниципального района, ДД.ММ.ГГГГ. был признан аварийным и подлежащим сносу (л.д.30-45), и включен в региональную адресную программу Омской области по переселению граждан из аварийного жилищного фонда в 2013-2017 годах (л.д.106-121).

После признания дома аварийным, с разрешения Комитета по управлению имуществом администрации Большереченского района, 5 квартир из 7 были приватизированы гражданами, с которыми впоследствии при переселении были заключены договора мены, и таким образом, все квартиры вновь перешли в собственность муниципалитета.

Как следует из ответа Комитета по управлению имуществом администрации Большереченского муниципального района (л.д.106-107), фактический разбор указанного объекта недвижимости осуществлялся силами администрации Старокарасукского сельского поселения.

Из пояснений в судебном заседании Главы Старокарасукской сельской администрации ФИО11 следует, что в ее компетенцию входила организация сноса аварийного МКД, в связи с чем она обратилась к ФИО2, имевшему необходимую технику – трактор-экскаватор и 

<

данные изъяты>, для оказания услуг. ФИО2 на предложение ФИО11 согласился, между ними были оговорены условия: снос аварийного здания производится ФИО2, с очищением им площадки от строительного мусора, полученными с разбора дома материалами он может распорядиться по своему усмотрению, оплата за услуги не предусматривалась. В период с апреля по май 2016г. ФИО2 выполнил снос здания, ФИО11 претензий по качеству работы не высказывала.

Из сведений Гостехнадзора, ГИБДД следует, что в 2016г. ФИО2 на праве собственности принадлежал экскаватор колесный 

<

данные изъяты> (л.д.28); автомобиль 

<

данные изъяты> (л.д.100). Также супруга ФИО2 – ФИО3 подтвердила, что в этот период во владении ФИО2 находился автомобиль 

<

данные изъяты>, принадлежавший родственникам.

Учитывая установленные обстоятельства, между Администрацией Старокарасукского с/п и ФИО2 возникли гражданско-правовые отношения по устному безвозмездному договору подряда в соответствии со ст.702 ГК РФ, когда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы.

Из технического паспорта на многоквартирный жилой 

<

адрес> и Заключения по результатам обследования технического состояния строительных конструкций дома по указанному адресу (л.д.35-39) следует, что его площадь составляла 441,0 кв.м., здание одноэтажное, стены наружные и внутренние кирпичные с многочисленными трещинами, техническое состояние стен недопустимое, кровля шиферная, чердак и пол дощатый.

Для выполнения работ по устному договору подряда, ФИО2 в начале апреля 2016г. нанял работников, в том числе ФИО1

Сторонами определен срок действия договора с ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГг. на срок до окончания работ по разбору здания, что подтверждается пояснениями в судебном заседании истца и представителя ответчика ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, осуществляя работы по разбору стен здания, получил из-за падения кирпичной плиты на него тяжелую травму: закрытый перелом лонной и седалищной костей справа и слева, закрытую тупую травму живота, ушиб мочевого пузыря, закрытую травму уретры, забрюшинная гематома, ушиб мошонки, шок смешанного генеза 1-2 степени (л.д.93).

В связи с полученной травмой ФИО1 находился на стационарном лечении в Большерченской ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., в БУЗОО «Клинический медико-хирургический центр» с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ (с диагонозом: политравма, двусторонний перелом седалищных и лобковых костей, с переходом на дно вертлужной впадины справа, перелом боковых масс крестца, ушиб мочевого пузыря, ушиб и межмышечная гематома, флегмона бедра), в БУЗОО «Большереченская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., в Евгащинском отделении ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ., с ДД.ММ.ГГГГ. – ДД.ММ.ГГГГ., с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ в Большереченской ЦРБ, с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. в БУЗОО «Клинический противотуберкулезный диспансер №4».

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО12 была проведена операция по ампутации ноги в связи с саркомой.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 установлена инвалидность 1 группы.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 установлена инвалидность 2 группы.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 обратился за защитой своих трудовых прав в прокуратуру (л.д.122).

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 обратился с настоящим иском в суд.

В соответствии с частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Судом установлено, что ФИО1 после получения травмы проходил длительное лечение и реабилитацию после проведенных многочисленных операций: ДД.ММ.ГГГГ. ему установлена эпицистостома, при выписке из Большереченской ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ. рекомендован постельный режим, обезболивание. Из пояснений ФИО1 следует, что в этот период он проживал у случайных людей, не имея своего жилья, не имел никаких доходов, при этом был ограничен в движении, чувствовал себя плохо. Указанное подтверждается обращениями в поликлинику Большереченской ЦРБ: ДД.ММ.ГГГГ. по поводу мочеотделения, ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ. по поводу установленного катетера в связи с его повреждением, ДД.ММ.ГГГГ. в связи с выпадением эпицистостомической трубки, ДД.ММ.ГГГГ. по поводу уретры – госпитализирован на дневной стационар.

Из выписного эпикриза Большереченской ЦРБ от ДД.ММ.ГГГГ. следует о том, что ФИО1 поступил в тяжелом состоянии, с высокой температурой, пневмотораксом, язвами-пролежнями, анемией и пр. После этого ФИО1 проходил длительное лечение в противотуберкулезном диспансере в течение 330 дней. В этот период ему установлена инвалидность 1 группы, была отнята нога. Передвижение было возможно только после реабилитации, с помощью средств реабилитации (костылей или коляски). Из программы реабилитации инвалида 2 группы ФИО1 следует, что он ограничен в самообслуживании, передвижении, трудовой деятельности, нуждается в медицинской реабилитации, протезировании, у него имеются нарушения в опорно-двигательном аппарате, функций нижних конечностей, функций системы крови и иммунной системы, нарушения мочевыделительной функции, нарушения, обусловленные физическим внешним уродством (мочевыделительное отверстие) (л.д.127-141).

Кроме того, ФИО1 не имеет высшего/среднего юридического образования, полученное им образование является коррекционным, о чем свидетельствует справка КОУ Омской области «Тарская специальная (коррекционная) школа-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, с отклонениями в развитии VIII вида» от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1 в разумный срок, после установления ему инвалидности 2 группы вместо ранее установленной 1, обратился сначала в прокуратуру – в срок менее 1 месяца, а затем в суд.

Суд признает, что совокупность сложившихся обстоятельств после получения травмы, состояние здоровья, не позволили ФИО1 обратиться в суд в установленный ст.392 ТК РФ срок, в связи с чем пропущенный по уважительной причине срок подлежит восстановлению. 

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения: в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; выполнение работы лично работником и исключительно или главным образом в интересах работодателя; выполнение работы в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; имеет определенную продолжительность и подразумевает определенную преемственность; требует присутствия работника; предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу; периодическая выплата вознаграждения работнику; тот факт, что данное вознаграждение является единственным или основным источником доходов работника; признание таких прав, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата стороной, заказавшей проведение работ, поездок, предпринимаемых работником в целях выполнения работы; или то, что работник не несет финансового риска.

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться:

лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 настоящего Кодекса;

судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (часть 1 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (часть 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей статьи 19.1, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (часть 4 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте; условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1 Трудового кодекса Российской Федерации; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из показаний свидетеля В... в судебном заседании следует, что в 2016г. в д.Кирсановка приехал ФИО2 и предложил работу, которая заключалась в разборе здания в с.Старокарасук, за что ФИО2 обещал заплатить. По просьбе ФИО2 он, Б... подыскали еще нескольких парней в д.Кирсановка, в том числе ФИО1, которые желали заработать. Таким образом, он вместе с Б..., ФИО13 и другими парнями работали у ФИО4 на разборе здания в с.Старокарсук, при этом он (В...) приступил к работе на 1-2 дня раньше истца и проработал примерно 1 месяц. Также было несколько рабочих из р.п.Большеречья, которых также, как и их, привозили на транспорте ФИО2 либо Л..., либо/и ФИО2, вечером отвозили домой. Оплата была сдельная, в зависимости от того, сколько сделают – сначала разбирали крышу здания, затем стены и пр. ФИО2 контролировал их работу, руководил разбором здания, рассчитывался с ними, то есть оплачивал их труд. Весь строительный материал принадлежал ФИО2, который его увозил и распоряжался им. Также ФИО2 определял режим работы, выходные, о чем сообщал по телефону и присылал либо не присылал машину за ними. Также ФИО2 обеспечивал бригаду инструментами, некторые привозили свой инструмент. 

Свидетель А... суду пояснил, что он также ездил в с.Старокарасук в апреле 2016г. разбирать здание, работали все у ФИО6 Об этой работе он узнал от В..., который предложил ему «подработать», «закалымить». Вместе с ними также работал ФИО12 ФИО6 привозил и увозил их на объект, они долбили ему кирпичи, ответчик их рассчитывал. Тутубалин Г. определял плату: за разбор крыши примерно по 500 рублей каждому, за один кирпич – 2 руб. 50 коп. Весь кирпич, который они надолбили за день, они считали при погрузке в ЗИЛ и получившуюся сумму ФИО6 делил на всех, давал каждому деньги. За невыход на работу ФИО6 денег не платил. В основном у всех был свой инструмент, не исключает, что ФИО6 привозил инструменты для рабочих. 

Также из показаний А... следует, что ответчик в разборе здания участия не принимал, «задавал работу», говорил, с чего начинать, практически всегда присутствовал на объекте. 

Свидетель А... суду пояснил, что он приступил к разбору здания в с.Старокарасук по просьбе ФИО2, сказавшего ему, что свидетель будет получать за работу по 2 рубля 50 коп. за один кирпич + 50 коп. за погрузку. К работе он приступил после произошедшего несчастного случая с ФИО1, на следующий день. Видел место, где упала кирпичная стена на ФИО12 Ежедневно их привозили и увозили на работу на двух машинах – ФИО6 на 

<

данные изъяты> и Л... на 

<

данные изъяты>. ФИО2 определял время начала и окончания работ, выходные. 

ФИО3 не отрицала, что ФИО2, согласившийся оказать услугу Администрации Старокарасукского сельского поселения по разбору аварийного дома, подыскивал людей для осуществления этой работы, для чего связался со знакомыми Вайс, Бодревичем, которые ранее у него работали, чтобы те помогли ему в этом. Также представитель ответчика не отрицала, что ежедневно работавших на разборе здания парней доставляли на работу и вечером отвозили с работы, оплату за работу устанавливал и осуществлял ФИО2 Все полученное при разборе рабочие отдавали ФИО2, которым он сам единолично распоряжался по своему усмотрению – продавал доски, кирпичи, подсыпал дорогу и пр.

Таким образом, ФИО2 знал, кто приступил к работе по разбору здания, в том числе знал, что к работе приступил ФИО1, всех работников допустил к работе, считал их работавшими у него, организовал и осуществлял доставку работников своим транспортом к месту работы и обратно, все работники трудились в интересах ФИО2, осуществляя по его указанию разбор здания поэтапно, под его контролем, трудились в соответствии с установленным работодателем ФИО2 режимом работы, он предоставлял инструменты для работы, осуществлял ежедневные выплаты работникам.

Из пояснений ФИО1, свидетелей В..., А...., А.... следует, что они выполняли работы лично, исключительно в интересах ФИО2, получали оплату за свой труд, которая являлась для каждого единственным и основным источником доходов.

Из характера выполняемой работы очевидно, что ФИО1 работал по профессии рабочего, трудовые отношения носили срочный характер – на время выполнения работ по разбору здания.

Оплату труда ФИО2 производил каждому из работников в зависимости от общего результата на этапе разбора здания на кирпичи, при разборе крыши оплата была фиксированной.

Таким образом, ФИО1 обоснованно полагал, что между ним и работодателем ФИО2 сложились трудовые отношения.

Доводы стороны ответчика о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений по договору купли-продажи кирпича, а не трудовых, безосновательны.

Так в соответствии со ст.454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из показаний ФИО3, ФИО11, показаний свидетелей с достоверностью следует о том, что рамках договоренностей муниципалитета с ФИО2, он становился законным владельцем всех материалов со здания, подлежавшего демонтажу. Из доказательств следует, что ФИО2 с помощью работников и имевшейся у него техники, осуществлял непосредственное руководство демонтажом здания. За осуществленную работу по демонтажу здания он осуществлял оплату работникам. При этом он не мог покупать кирпичи у своих работников, поскольку кирпичи они не продавали, кирпичей у них не было, они их добывали при разборе здания. Кроме того, ФИО2 являясь единственным владельцем стройматериала с разбираемого здания, не мог покупать их «у себя», производимая им оплата бригаде рабочих являлась платой за их труд по разбору/демонтажу здания.

Не выдерживает критики и версия стороны ответчика, возникшая в последнем заседании о том, что расходы за бензин за доставку работников в с.Старокарасук, они возмещали водителю Л... При этом свидетель А.... не смог уточнить детали этого, а допрошенные ранее свидетель В...., в настоящем судебном заседании свидетель А...., - об этом не упоминали.

Также свидетель В.... подтвердил обстоятельства произошедшего с ФИО1 несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ., указав, что они, в том числе ФИО1, после доставки их на работу, продолжили разбирать стены. Когда В.... ушел пить чай, услышал крики, прибежав, все увидели под плитой ФИО13. ФИО13 с высоты не падал, это было очевидно, на него упала стена. Затем пришли участковый и фельдшер. Парни приподняли плиту, достали ФИО13, увезли его на 

<

данные изъяты> под управлением Л... в больницу. После этого приехал на работу на 

<

данные изъяты> ФИО2, спрашивал, как произошел несчастный случай, после чего продолжили работу. Также свидетель подтвердил, что он работал у ФИО2 примерно 1 месяц, пока здание не было разобрано до конца, ФИО2 весь строительный материал и мусор вывез.

Свидетель М... суду пояснил, что как участковый уполномоченный, обслуживающий в том числе Старокарасукский участок, знал, что разбором аварийного дома по 

<

адрес> занимался ФИО2 До ФИО2 люди, жившие в этому доме, сняли трубы, разобрали печи, часть досок, окна. Стены, крыша, потолок – это все разбирал ФИО2 Он видел, как ФИО2 приезжал на машине ЗИЛ, вывозил стройматериалы, подсыпал дорогу, его работники разбирали здание. Сам ФИО2 работами по разбору здания не занимался. Работников привозили на машине. Работы велись около 2 месяцев. Про несчастный случай с ФИО13 пояснил, что ему днем сообщили о том, что на стройке кого-то придавило. Он прибыл на место разбора дома, там находилось несколько человек, ФИО13 сидел, прислонившись к стене, внешних телесных повреждений на нем не было. Также здесь была фельдшер. Он посчитал, что если произошло что-то серьезное фельдшер или другой врач передаст сообщение в полицию, и уехал по своим делам, не придав значение этому случаю. О том, что ФИО13 был тяжело травмирован, не знал. Объяснений ни от кого не брал, проверка по данному факту не проводилась.

О том, что сообщение о получении травмы ФИО1 не было передано Большереченской ЦРБ в ОМВД, в связи с чем проверка до настоящего времени в порядке ст.144 УПК РФ не проведена, подтверждается материалами дела (л.д.61, 93).

Из медицинской карты стационарного больного БУЗОО «Большереченская ЦРБ» следует, что ФИО1 поступил в стационар с травмой ДД.ММ.ГГГГ. в 17 часов 25 минут. Из анамнеза заболевания: «со слов около 1,5 часов назад упал с крыши на землю, после чего самостоятельно встать не смог, друзья доставили на легковой машине в ЦРБ».

Истец ФИО1 пояснил, что в больнице он сообщил недостоверные сведения о причине своей травмы исходя из ложных представлений о товариществе и взаимопомощи, желая не вмешивать ФИО2 в произошедшее, понимая об ответственности последнего.

В выписном эпикризе БУЗОО «Клинический медико-хирургический центр» (л.д.9) указано в анамнезе, что травма получена ДД.ММ.ГГГГ. в быту, в состоянии алкогольного опьянения упал с крыши строения, высота до 4 метров.

Аналогично изложено в анамнезе причины получения травмы в мед. карте Омского противотуберкулезного диспансера №4.

Из показаний допрошенных свидетелей В...., А...., истца ФИО13 не следует, что они либо ФИО13 распивали спиртное на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ.

Показания свидетеля А...., что на следующий день после получения травмы ФИО13 он на объекте обнаружил бутылку, из которой пахло спиртным, не подтверждают факт нахождения ФИО13 в момент получения травмы в состоянии алкогольного опьянения.

Также состояние алкогольного опьянения у ФИО1 при поступлении его в Большереченскую больницу объективными данными, в том числе содержащимися в медицинской документации, не подтверждено.

При этом суд отмечает, что ФИО1 с травмой поступил первоначально в Большереченскую ЦРБ, там в анамнезе о состоянии алкогольного опьянения пациента не указывалось.

Исходя из того, что между ФИО1 и работодателем ФИО2 фактически сложились трудовые отношения, произошедший с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. несчастный случай связан с производством, поэтому у ФИО2 возникла обязанность выдать акт о несчастном случае на производстве формы Н-1.

В соответствии со ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; ознакомление работников с требованиями охраны труда.

Согласно положениям ст.3 Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со ст.227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы); повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

Как следует из положений ст.229 ТК РФ, для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

В расследовании несчастного случая у работодателя - физического лица принимают участие указанный работодатель или его полномочный представитель, доверенное лицо пострадавшего, специалист по охране труда, который может привлекаться к расследованию несчастного случая и на договорной основе.

Министерством труда РФ издано Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утверждено Постановлением Минтруда РФ от 24.10.2002г. №73, которое в соответствии с п.2 распространяется на работодателей – физических лиц, вступивших в трудовые отношения с работником. 

В силу пп.2 п.3 названного Положения расследуются в установленном порядке, квалифицируются, оформляются и учитываются в соответствии с требованиями статьи 230 Кодекса и настоящего Положения как связанные с производством несчастные случаи, происшедшие с работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя (его представителя), а также осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Учитывая изложенные обстоятельства, понятие несчастного случая на производстве, установленные законодателем, суд считает, что оснований для того, чтобы не признать произошедшее с ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ. событие, повлекшее получение им тяжелой травмы, несчастным случаем на производстве по смыслу ст.227 ТК РФ не имеется, поскольку указанное произошло при осуществлении им работы у работодаттеля ФИО2, к которой ФИО1 был допущен, выполнял демонтаж стены здания по распоряжению ответчика, ФИО2, несмотря на неприсутствие на объекте в момент несчастного случая знал, что работа по разбору здания ведется работниками, производится демонтаж стен.

Судом установлено, что потерпевший в составе бригады выполнял работу, к которой был допущен, выполнял свою трудовую функцию рабочего. Кроме того, он выполнял должностные обязанности в рабочее время, по указанию работодателя ФИО2 Место несчастного случая – кирпичная стена в разбираемом здании по 

<

адрес>. В своих интересах ФИО1 стену не разбирал, выполнял поручение ФИО2

Абзац второй пункта 3 статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусматривает право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, т.е. нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, и направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Гражданским кодексом РФ установлен порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина при исполнении договорных или иных обязательств. Вред возмещается по правилам, установленным ГК РФ "Обязательства вследствие причинения вреда" гл. 59, если законодательством не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Моральный вред в соответствии со ст. 151 ГК РФ - это физические или нравственные страдания гражданина, причиненные ему действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Применительно к трудовым отношениям - это физические или нравственные страдания работника, связанные с неправомерным поведением работодателя.

Физические страдания работника выражаются в форме болевых ощущений, в том числе при получении травмы, профессионального заболевания, связанном с нарушением норм по технике безопасности, приведшем к повреждению здоровья (заболеванию) работника.

Нравственные страдания заключаются в негативных переживаниях лица, в частности, в связи с возникновением травмы, профессионального заболевания.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба. Статьи 151, 1101 ГК РФ предусматривают, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Факт получения травмы ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 при разборе здания стороной ответчика не оспаривался.

Судом установлено ее получение при исполнении трудовых обязанностей. 

ФИО1 после получения травмы проходил длительное лечение, на 2 года устанавливалась инвалидность 1 группы, в настоящее время он является инвалидом 2 группы, эпицистостома продолжает функционировать, передвигается с помощью костылей. Из протокола проведения медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ., проведенной Бюро №2 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России, у истца ФИО1 стойкие выраженные нарушения функций мочевыделительной системы (обусловленные физическим внешним уродством – эпицистостома) являются последствием политравмы апреля 2016г. в виде закрытого перелома костей таза, седалищных и лобковых костей с ушибом мочевого пузыря и мошонки, посттравматической стриктурой уретры. Ограничен в движении, нуждается в посторонней помощи. Из-за состояния здоровья у него изменился круг общения, уменьшилась частота встреч с родственниками, друзьями, затруднено посещение различных организаций. До настоящего времени нарушенные функции полностью не восстановлены, профессиональный, социально-бытовой статусы нарушены. Степень стойких расстройств функций организма достигает 70-80%; степень выраженности категорий жизнедеятельности, таких как самообслуживание, передвижение, трудовая деятельность – вторая (Акт МСЭ №№).

Принимая решение об удовлетворении требований о компенсации морального вреда в заявленном размере – 300 000 рублей, суд также исходит, в соответствии со ст.237 ТК РФ, ст.1079 ГК РФ, из того, что обязанность обеспечения безопасных условий труда возлагается на работодателя; строительная деятельность, в том числе демонтаж здания, которой занимался ответчик, отнесена законом к деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих, в связи с чем обязанность возмещения вреда в данном случае у работодателя возникает без учета его вины.

Определяя размер компенсации морального вреда в указанной в решении денежной сумме, суд учел степень вины причинителя вреда (необеспечение безопасности работника при выполнении работ, носящих для него повышенную опасность), характер нравственных страданий истца (ограничение способности к трудовой деятельности, состоянии здоровья), указанные выше фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, индивидуальные особенностей потерпевшего (получение травмы в молодом возрасте – 20 лет, социальный статус – сирота, отсутствие близких, способных оказать помощь, воспитывавшегося в интернате, по коррекционной программе), требования разумности и справедливости, в том числе учел материальное положение работодателя, являющегося в настоящее время индивидуальным предпринимателем, имеющий доход, владеющий недвижимым имуществом, транспортными средствами на праве собственности. 

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В силу абз. 3 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

По смыслу приведенных нормативных положений, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Таким образом, по смыслу закона грубой неосторожностью потерпевшего - истца по делам рассматриваемой категории, применительно к ст. 1083 ГК РФ, - могут быть признаны только такие его неосторожные действия либо бездействие, которые в значительной мере обусловили наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий.

При этом обязанность по доказыванию грубой неосторожности потерпевшего возложена на ответчика.

В настоящем деле таких доказательств в достаточном объеме ответчиком не представлено.

Из показаний свидетелей В...., А...., А...., а также самого ФИО1 следует, что с правилами по технике безопасности ведения работ при демонтаже здания ФИО2 их не знакомил, инструктаж на рабочем месте по охране труда не проводил, защитными средствами (каски и пр.) не обеспечивал.

То обстоятельство, что ФИО1, осуществляя демонтаж стены, долбил кирпичи с нижней части, при вышеуказанных установленных обстоятельствах, о грубой его неосторожности не свидетельствует.

Доказательств того, что ФИО2 предписывал по определенным правилам, этапам разбирать стены здания, запрещал разбирать стены каким-то определенным способом, не представлено. Знаков, указателей, страховочного оборудования, ограждения в рабочей зоне демонтажа не было.

Согласно медицинским документам, ФИО1 в момент происшествия не находился в состоянии алкогольного опьянения, сведений о наличии этанола в его крови не имеется.

Допрошенные судом свидетели со стороны ответчика (А...., А...., В...) не являлись очевидцами получения травмы истцом.

Работодатель не провел своевременно расследование несчастного случая, о произошедшем в установленном порядке уполномоченных лиц не уведомил.

Поскольку достаточных доказательств наличия в действиях ФИО1 грубой неосторожности работодатель не представил, у суда отсутствуют основания для уменьшения размера компенсации морального вреда.

Таким образом, учитывая установленные судом обстоятельства, исковые требования подлежат полному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в полном объеме.

Установить факт трудовых отношений между работодателем-физическим лицом ФИО2 и работником ФИО1.

Возложить обязанность на ФИО2 оформить акт по форме Н-1 по факту несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 (трехсот тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Большереченский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Мотивированная часть решения изготовлена 03.02.2020г.

Судья Т.В. Страшко