дело №2-91/2020

24RS0040-02-2018-001279-23

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 ноября 2020 год город Норильск район Талнах

Норильский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Шевелевой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Пустохиной В.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО3 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества, признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительной сделки,

УСТАНОВИЛ:

13 ноября 2018 года ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества – трехкомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес>, путем признания права собственности на 1/2 доли квартиры за каждым; признании договора дарения указанной квартиры от 08 декабря 2017 года заключенного между ФИО2 и ФИО6, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетнего одаряемого 

<

данные изъяты> – недействительным; применении последствий недействительной сделки. Взыскании с ФИО2 судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 13000 рублей, расходов по оплате юридических услуг в размере 10000 рублей, расходов по оплате справке о стоимости квартиры в размере 1500 рублей, расходов по оплате выписки из Единого государственного реестра в размере 425 рублей.

В обоснование требований указано, что в период с 07 апреля 2001 года по 12 марта 2007 года стороны состояли в зарегистрированном браке, 27 июня 2003 года в общую совместную собственность была приобретена спорная квартира, в которой после расторжения брака продолжает проживать ФИО2 с членами своей новой семьи. По взаимной договоренности бывших супругов, на регистрационном учете в данном жилом помещении по настоящее время состоит их дочь – 

<

данные изъяты> которая фактически проживает с матерью. Несмотря на прекращение семейных отношений, стороны достигли устной договоренности о сохранении совместной собственности до совершеннолетия дочери, с тем, чтобы затем решить жилищный вопрос в ее интересах, однако ФИО2 нарушил соглашение и 08 декабря 2017 года передал квартиру в дар своему сыну 

<

данные изъяты> без согласия истца, как второго участника общей совместной собственности.

Истец ФИО3 в судебном заседании не участвовала, в письменном заявлении просит дело рассмотреть в ее отсутствие, с участием представителя ФИО1

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности исковые требования поддержала, на их удовлетворении настаивала, дополнительно при разрешении спора предложено учитывать факт добросовестного поведения ФИО3, как собственника жилого помещения в части ежегодной оплаты начисленного налога на недвижимое имущество, включая налоговый период 2016 года, что подтверждает уведомлениями и квитанциями оплаты. О нарушенном праве ФИО3 узнала 17 сентября 2018 года, когда обратилась в управляющую жилищную организацию с целью получения выписки по финансово-лицевому счету, в чем ей было отказано со ссылкой на утрату права собственности. Указала на отсутствие обстоятельств и фактов, подтверждающих намерение истицы отказаться от своего права собственности на спорное жилое помещение, поскольку никогда не давала ФИО2 нотариального, иного письменного или устного согласия на распоряжение спорной квартирой по усмотрению ответчика, тем более в пользу его сына.

Ответчик ФИО2 по исковым требованиям привел возражения, в которых предложено считать, что спорная квартира фактически является его единоличной собственностью, поскольку приобретена путем обмена ранее принадлежавшего ему в порядке приватизации жилого помещения, к которому ФИО3 не имела никакого отношения, без разницы в стоимости и какой-либо денежной доплаты. Полностью поддерживает позицию возражений прошлого судебного разбирательства.

Представитель привлеченного к участию в деле отдела опеки и попечительства Администрации города Норильска ФИО8, действующая на основании доверенности, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ранее в представленном заключении по существу спора предложено исходить из законного режима имущества бывших супругов М-вых, и считать, что удовлетворением иска права несовершеннолетнего ФИО9 не нарушаются.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю ФИО10, действующая на основании доверенности, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Привлеченный к участию в качестве третьего лица ФИО11, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, об отложении дела не ходатайствовал. Согласно представленным письменным пояснениям по договору мены принадлежащей ему квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, денежной доплаты со стороны ФИО2 не производилось (том № л.д.2).

Ознакомившись с позицией сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке, который прекращен на основании решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о регистрации брака I-БА № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства о расторжении брака I-БА № от ДД.ММ.ГГГГ (Том № л.д.24,25,26).

В период брака, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО11 и ФИО2 заключен договор мены квартирами (том № л.д. 68), по условиям которого ФИО14 передает ФИО2 квартиру по адресу: 

<

адрес>, состоящую из трех комнат, общей площадью 64,90 кв.м., инвентаризационная оценка которой составляет 300000 рублей (оценивая стоимость 300000 рублей), а ФИО2 передает ФИО11 однокомнатную квартиру, принадлежащую ему на праве собственности на основании договора передачи жилого помещения в собственность от ДД.ММ.ГГГГ, расположенную по адресу: 

<

адрес>, состоящую из одной комнаты, общей площадью 35,56 кв.м., инвентаризационная оценка которой составляет 180000 рублей (оценивая стоимость 180 000 рублей, которая по соглашению сторон исправлена на 300 000 рублей, о чем в тексте договора имеется соответствующее исправление, удостоверенное подписями сторон).

Из дела правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости: 

<

адрес>, представленных суду Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю Норильский отдел следует, что на регистрацию представлены заявление ФИО2, ФИО3, ФИО11 о регистрации договора мены и перехода права собственности, копия свидетельства о заключении брака, копия договора мены от ДД.ММ.ГГГГ, договор передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, выписка из домовой книги (Том № л.д. 63).

В материалах регистрационного дела имеется заявление о регистрации договора мены от ДД.ММ.ГГГГ и перехода права собственности на квартиру по 

<

адрес>, к ФИО2 и ФИО3 от ФИО11 с выдачей свидетельства о праве общей совместной собственности. В заявлении стоят подписи ФИО2, ФИО3, ФИО11 (Том № л.д. 67).

Согласно свидетельства о государственной регистрации права серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, трехкомнатная квартира по 

<

адрес> зарегистрирована на праве общей совместной собственности за ФИО3 и ФИО2 (Том № л.д. 106).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО13 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия «ФИО15» (Том № л.д. 87).

ФИО2 и ФИО4 являются родителями ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (Том № л.д. 86).

На регистрационном учете в квартире по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> состоят: с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 (Том № л.д. 96-99)

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (даритель) и ФИО4, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетнего ФИО5 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры по адресу: 

<

адрес>, района Талнах, 

<

адрес> (Том № л.д. 88-89). Регистрация перехода права собственности осуществлена ДД.ММ.ГГГГ.

По сведениям Межрайонной ИФНС России № по 

<

адрес>, за ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано право собственности на объект недвижимого имущества: квартиру по адресу: 

<

адрес>, в связи с чем за налоговые периоды начислялся и подлежал уплате налог на имущество физических лиц. Предоставить информацию о начисленных и уплаченных налогах за период с 2003 года по 2012 год не представилось возможным в связи с истечением архивного срока хранения информации, однако за налоговый период 2013 года по сроку уплаты ДД.ММ.ГГГГ начислен налог в сумме 1301,14 рублей – уплата произведена ДД.ММ.ГГГГ; за налоговый период 2014 года по сроку уплаты ДД.ММ.ГГГГ начислен налог в сумме 1301,00 рублей, уплата произведена ДД.ММ.ГГГГ; за налоговый период 2015 года по сроку оплаты ДД.ММ.ГГГГ начислен налог в сумме 1492 рубля, уплата произведена ДД.ММ.ГГГГ; за налоговый период 2016 года по сроку уплаты ДД.ММ.ГГГГ начислен налог в сумме 1729,00 рублей – уплата произведена ДД.ММ.ГГГГ; за налоговый период 2017 года по сроку уплаты ДД.ММ.ГГГГ начислен налог в сумме 1854,00 рублей – уплата отсутствует. Извещения на уплату налога направлялись по адресу регистрации: 

<

адрес>. Истцом в материалы дела представлены налоговые уведомления, требования, квитанции оплаты.

Из утверждения истца следует, что ДД.ММ.ГГГГ она обратилась в управляющую жилищную организацию ООО «СеверныйБыт» по вопросу получения сведений о регистрации по месту жительства несовершеннолетней дочери ФИО12, и была информирована о смене собственника спорного жилого помещения, без ее согласия (Том № л.д.27).

Данное обстоятельство подтверждено выпиской из Единого государственного реестра недвижимости, истребованной по запросу истца от ДД.ММ.ГГГГ (Том № л.д.33-34), и по мнению стороны истца, является основанием для признания договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Разрешая спор, суд считает необходимым руководствоваться нижеследующим.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.8 ГК РФ, гражданские права возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно положениям ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением.

Согласно ч.3 ст.574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно ч.3 ст.433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушений (в редакции, действующей на момент совершения сделки).

Семейное законодательство РФ регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными) (ст. 2 Семейного кодекса РФ).

Суд исходит из того, что договор мены от ДД.ММ.ГГГГ заключен в период брака ФИО2 и ФИО3, право общей совместной собственности на жилое помещение - квартиру по адресу: 

<

адрес>, района Талнах, 

<

адрес> возникло и зарегистрировано на основании заявления ФИО2 и ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, на государственную регистрацию договора мены от ДД.ММ.ГГГГ предоставлялось свидетельство о заключении брака с ФИО3, а после государственной регистрации права выдано свидетельство серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому трехкомнатная квартира по 

<

адрес> принадлежит на праве общей совместной собственности ФИО3 и ФИО2

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом части 4 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дела о расторжении брака", не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные, общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности, подлежащей разделу между супругами.

Возражая против иска, ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 110), указывал, что квартира по 

<

адрес>, которая передана по договору мены от ДД.ММ.ГГГГ, являлась его личной собственностью, ранее принадлежала родителям и приватизирована им в период брака без участия ФИО3

В соответствии с положениями ст. 567 ГК РФ по договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар в обмен на другой. По договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30), если это не противоречит правилам настоящей главы и существу мены. При этом каждая из сторон признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен.

Согласно ст. 568 ГК РФ если из договора мены не вытекает иное, товары, подлежащие обмену, предполагаются равноценными, а расходы на их передачу и принятие осуществляются в каждом случае той стороной, которая несет соответствующие обязанности.

Из представленного в материалы дела договора мены от 27 июня 2003 года, заключенного между ФИО11 и ФИО2, следует, что ФИО11 передает ФИО2 квартиру, состоящую из трех комнат, общей площадью 64,90 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, инвентаризационная оценка которой составляет 300000 рублей (оценивая стоимость 300000 рублей), а ФИО2 передает ФИО11 квартиру, состоящую из одной комнаты, общей площадью 35,56 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, инвентаризационная оценка которой составляет 180000 рублей (оценивая стоимость 180000 рублей, которая по соглашению сторон исправлена на 300000 рублей, о чем в тексте договора имеется соответствующее исправление, удостоверенное подписями сторон).

Из письменных пояснений ФИО11 относительно договора мены от 27 июня 2003 года следует, что никаких доплат со стороны ФИО2 не производилось (том № л.д.2).

В соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" проведение оценки общего имущества супругов является обязательным при возникновении спора о его стоимости, в том числе при составлении брачных контрактов, и разделе имущества разводящихся супругов по требованию одной из сторон или обеих сторон в случае возникновения спора о стоимости имущества.

30 января 2020 года представителем истца ФИО1, действующей на основании доверенности, заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, на предмет определения среднерыночной стоимости обмениваемых жилых помещений по договору мены от 27 июня 2003 года, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Кроме того, предложено экспертным путем определить рыночную стоимость спорной квартиры по адресу: 

<

адрес> на текущую дату, поскольку стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела (т. 1, л.д. 236 - 237).

Согласно заключению ООО «Таймырский центр независимой экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость трехкомнатной квартиры общей площадью 64,90 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составила 331963 рублей.

Рыночная стоимость однокомнатной квартиры общей площадью 35,56 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составила 229421 рубль.

Рыночная стоимость трехкомнатной квартиры общей площадью 64,90 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> по состоянию на дату производства экспертизы ДД.ММ.ГГГГ составила 1717 000 рублей (Том № л.д.24-59).

Оценив представленное заключение эксперта ООО «Таймырский центр независимой экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ, суд принимает его в качестве доказательства, отвечающего требованиям допустимости, достоверности и достаточности. Заключение подготовлено экспертом, имеющим необходимую квалификацию. Выводы эксперта обоснованы.

Одновременно ответчиками вопреки положениям ст.ст. 12, 56 ГПК РФ не были приведены суду доказательства, свидетельствующие о том, что рыночная стоимость квартир, указанных в экспертном заключении завышена.

Оснований не доверять выводам указанного экспертного заключения у суда не имеется, доказательств, ставящих под сомнение его выводы, суду не представлено, однако суд считает необходимым учитывать, что поскольку стороны свободны в заключении договора, и при заключении сделки мены квартиры волеизъявление сторон было направлено на установление между сторонами сделки именно тех гражданско-правовых отношений, которые были обусловлены договором мены, стоимость обмениваемых квартир предполагалась равноценной. 

Кроме того, в соответствии со ст. 33 СК РФ, законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии со статьей 34 СК РФ имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

Согласно пункта 2 статьи 38 СК РФ общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 42 СК РФ супруги вправе определить в брачном договоре имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Таким образом, супруги (бывшие супруги) вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.

По условиям договора мены от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО11 передает ФИО2 принадлежащую ему на праве собственности квартиру по 

<

адрес>, в результате чего в собственность ФИО2 переходит вышеуказанная квартира (Том № л.д. 69).

При сдаче документов на регистрацию договора мены ДД.ММ.ГГГГ, в заявлении ФИО2 и ФИО3 указывают, что после перехода права собственности, квартира будет зарегистрирована на праве общей совместной собственности супругов, на договоре мены также имеется штамп Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>, на котором имеется отметка, что ДД.ММ.ГГГГ произведена регистрация, выдано свидетельство о государственной регистрации права совместной собственности 

<

адрес> (Том № л.д. 104), то есть супругами путем подачи такого заявления определен иной, в отличие от условий договора мены режим собственности спорного имущества - квартиры.

Судом установлено, что в период брачных отношений ФИО3 и ФИО2, супруги каких-либо договоров о распределении совместного имущества на случай расторжения брака не заключали, право общей совместной собственности на указанное жилое помещение возникло и зарегистрировано на основании личного письменного заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, с согласия ФИО3, что подтверждает копия регистрационного дела Норильского отдела Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в отношении спорного объекта недвижимости, при этом на государственную регистрацию договора мены от ДД.ММ.ГГГГ заявителем предоставлялось свидетельство о заключении брака с ФИО3 - I-БА № от ДД.ММ.ГГГГ, и это не позволяет считать, что ФИО2 заблуждался относительно правовой природы совершаемых действий или имел возражения по переходу права собственности от ФИО11 в общую совместную собственность супругов. 

Доказательств обратного суду не представлено.

Таким образом, из представленных доказательств судом установлено, что спорная квартира является общей совместной собственностью бывших супругов.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осуществлено дарение спорной квартиры, приобретенной в период брака с ФИО3 своему сыну – ФИО9, без согласия бывшей супруги.

Названный договор зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, а в ЕГРП внесена соответствующая запись №.

Положения ст. 35 СК РФ специально регулируют правоотношения в сфере оборота общего имущества супругов.

В соответствии с п.2 ст.35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. 

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Режим общей совместной собственности на супружеское имущество действует с момента заключения брака и до раздела имущества по правилам ст. 38 СК РФ.

Следовательно, согласие второго супруга на отчуждение имущества, находящегося в общей совместной собственности супругов, требуется и в том случае, если брак к моменту заключения договора дарения расторгнут. 

Если договор дарения общего имущества разведенных супругов заключен без согласия второго супруга, то пострадавшая сторона может претендовать на возврат половины подаренного имущества, поскольку доли супругов предполагаются равными (п. 1 ст.39 СК РФ).

По правовой природе сделка, совершенная без нотариально удостоверенного согласия супруга, не участвующего в сделке, является оспоримой. 

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Из содержания данной нормы следует, что в случае отчуждения одним из супругов объектов недвижимого имущества, находящихся в совместной собственности, законность отчуждения этого имущества должна доказывает сторона, которая произвела отчуждение.

Таким образом, семейным законодательством, регулирующим правоотношения в части совершения сделок по распоряжению общим недвижимым имуществом супругов, бремя доказывания на потерпевшую сторону не возлагается.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ч. 2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В обоснование заявленных требований истица указала, что согласия на сделку не давала, что также объективно усматривается из материалов регистрационного дела договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и не оспорено ответчиком ФИО2 в судебном заседании, напротив, из его пояснений следует, что конфликтные взаимоотношения с бывшей супругой не позволяли долгие годы достичь соглашения по вопросу раздела имущества, соответственно, заключая договор дарения ДД.ММ.ГГГГ, ответчик знал о притязаниях истца на спорное жилое помещение.

Суд полагает, что ФИО4, действующая в качестве законного представителя несовершеннолетнего одаряемого ФИО5, была достоверно осведомлена о данных обстоятельствах. 

С учетом изложенного, во взаимосвязи с вышеприведенными нормами права суд не усматривает правовых оснований для признания действий участников спорной сделки добросовестными.

В силу ст. 209 ГК РФ ФИО2 вправе был распорядиться 1/2 доли имущества, передав ее по безвозмездной сделке, но не имел права без согласия супруги распоряжаться ее собственностью.

Доказательствами, имеющимися в деле, подтверждается, что принадлежащее на законных основаниях ФИО3 недвижимое имущество выбыло из владения помимо ее воли, что подтверждает у истца правовой интерес в признании сделки об его отчуждении недействительной 

Таким образом, исходя из установленного принципа равенства долей супругов в общем имуществе, и учитывая, что ФИО3 свою волю на совершение сделки не выразила, оспариваемый договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ признается судом недействительным в целом, и в порядке применения последствий недействительной сделки, зарегистрированное право собственности ФИО5 на спорное недвижимое имущество – подлежит прекращению.

Ходатайство ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняется по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 года №15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Конституционный Суд РФ в определении от 21.10.2008 года N 651-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П.В. на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 38 Семейного кодекса РФ» указал, что положение п. 7 ст.38 СК РФ в системе норм, регулирующих вопросы применения исковой давности, в том числе во взаимосвязи с п. 2 ст.9 СК РФ и п. 1 ст. 200 ГК РФ, и с учетом разъяснения, содержащегося в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года №15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» (п. 19), не может рассматриваться как нарушающее конституционные права и свободы граждан.

Таким образом, течение трехлетнего срока исковой давности к требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, начинается с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Никаких других оснований для начала течения трехлетнего срока исковой давности по требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, законодатель не предусматривает.

Поскольку после расторжения брака раздел имущества между ФИО3 и ФИО2 не производился, спора о порядке пользования квартирой не было, следовательно, режим совместной собственности бывших супругов - сохранялся.

Сделка по дарению спорного имущества совершена ответчиком 08 декабря 2017 года, истец информирована о нарушенном праве 17 сентября 2018 года, с иском о признании договора дарения недействительным ФИО3 обратилась в суд 13 ноября 2018 года, то есть в пределах срока исковой давности.

Поскольку иск подлежит удовлетворению, то в силу статьи 98 ГПК РФ, понесённые истцом расходы на уплату государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика. Кроме того, за счет ответчика подлежат возмещению судебные расходы истца, связанные с предоставлением доказательств: справки об оценке имущества в размере 1500 рублей, получение сведений из ЕГРН в размере 425 рублей (том № л.д.23,32).

На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из толкования ст. 100 ГПК РФ следует, что разумность пределов, являясь оценочной категорией, определяется судом с учетом особенностей конкретного дела. 

По настоящему гражданскому делу истцом ФИО3 понесены судебные расходы на оплату консультационных услуг юридического характера и по составлению искового заявления в размере 10000 рублей, в подтверждение чего представлены договор об оказании юридических услуг №Ю-3 от 01 октября 2018 года, акт об оказании услуг, квитанция об оплате от 26 октября 2018 года, кассовый чек на сумму 10000 рублей (Том №1 л.д.29-31).

Соотнося заявленную сумму расходов на оплату оказанных услуг с объемом защищенного права, учитывая характер рассматриваемого спора и категорию дела, объем доказательственной базы, количество судебных заседаний (2), и сложившиеся в регионе г.Норильска расценки юридических услуг, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает возможным определить к возмещению расходы истца в размере 5000 рублей.

При направлении в суд заключения эксперта руководитель ООО «Таймырский центр независимой экспертизы» заявил ходатайство о взыскании при вынесении судебного решения оплаты экспертизы (Том №2 л.д.21-22)

Согласно ч. 2 ст. 85 ГПК РФ в случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса. 

Стоимость проведенной «Таймырский центр независимой экспертизы» экспертизы в размере 37500 рублей подтверждена документально.

Поскольку решение суда состоялось в пользу истца, с ответчика ФИО2 в пользу «Таймырский центр независимой экспертизы» подлежит взысканию оплата судебных расходов на проведение экспертизы. 

Истцом оплачена государственная пошлина в размере 12500 рублей (12200+300=12500) (том № л.д.2).

Исходя из размера удовлетворенных требований с ответчика ФИО9 в пользу истца ФИО3 подлежат взысканию расходы истца на оплату государственной пошлины в размере 12085 рублей (1717 000/2 = 858500-200000 * 1%+5200=11785) + 300 рублей по требованию неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 24:55:0000000:13498 - квартиры по адресу: Россия, 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетнего ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Применить последствия недействительности сделки:

Прекратить право собственности ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ на объект недвижимого имущества с кадастровым номером 24:55:0000000:13498 – квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Произвести раздел совместно нажитого имущества бывших супругов ФИО2 и ФИО3 следующим образом:

Признать за ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения право долевой собственности на жилое помещение – квартиру по адресу: Россия, 

<

адрес>, в размере 1/2 доли за каждым.

Настоящее решение суда является основанием для является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр недвижимости: аннулирования записи о государственной регистрации права собственности ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на объект недвижимого имущества с кадастровым номером 24:55:0000000:13498 – квартиру по адресу: 

<

адрес>., произведенной на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и основанием для государственной регистрации права собственности ФИО3, ФИО2 по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилое на объект недвижимого имущества с кадастровым номером 24:55:0000000:13498 – квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 в счет возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины 12085 рублей, по предоставлению доказательств 1925 рублей, оплате юридических услуг 5000 рублей, всего взыскать 19010 рублей.

Взыскать с ФИО2 за проведение судебной экспертизы 37500 рублей, путем перечисления Обществу с ограниченной ответственностью «Таймырский центр независимой экспертизы» ИНН 

<

***>, на счет №, открытый в Красноярском отделении № ПАО Сбербанк 

<

адрес>. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца с даты составления в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда составлено 07 декабря 2020 года.

Председательствующий: судья Е.В. Шевелева