№ 2-88/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Абатское Абатского района Тюменской области 05 октября 2020 года

Абатский районный суд Тюменской области в составе:

председательствующего судьи Лихачевой Н.В.,

при секретаре Павлович В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, применении последствий недействительности сделки, о признании незаконными действий по обработке персональных данных, о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в Абатский районный суд с иском к Акционерному обществу «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее». С учетом уточнения исковых требований просила признать договор об обязательном пенсионном страховании № от 31.12.2017 года, заключенный между нею и АО «НПФ «Будущее», недействительным; применить последствия недействительности сделки; обязать АО «НПФ «Будущее» возвратить в Пенсионный фонд Российской Федерации средства пенсионных накоплений в сумме 71538,21 руб.; взыскать с АО «НПФ «Будущее» денежные средства, удержанные Пенсионным Фондом РФ как результат инвестирования средств пенсионных накоплений при переводе средств пенсионных накоплений в АО «НПФ «Будущее» в размере 26093,58 руб., путем перечисления данных денежных средств на её индивидуальный лицевой счет, открытый в Пенсионном Фонде РФ; признать незаконными действия АО «НПФ «Будущее» по обработке её персональных данных; взыскать с АО «НПФ «Будущее» компенсацию морального вреда в размере 50000,00 руб.; взыскать с АО «НПФ «Будущее» в пользу истца судебные расходы в размере 33269,20 руб., из которых: расходы по оплате юридических услуг в размере 14 500,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 600,00 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 18169,20 руб.. Требования мотивировала тем, что с августа 2015 года её страховщиком являлся Пенсионный Фонд РФ, где находились её пенсионные накопления. Однако через портал «Госуслуги» в октябре 2019 года она узнала, что её страховщиком по обязательному пенсионному страхованию является АО "НПФ «Будущее». Из документов, полученных в ГУ Управление пенсионного фонда РФ в г. Ишиме Тюменской области (межрайонное), ей стало известно, что с 04.03.2018 года её страховщиком является «НПФ «Будущее». Средства её пенсионных накоплений переданы новому страховщику в соответствии с заявлением застрахованного лица о переходе из ПФ РФ в НПФ от 04.12.2017 года № и договором об обязательном пенсионном страховании от 31.12.2017 года №. Из Пенсионного Фонда РФ в АО «НПФ «Будущее» были переданы её пенсионные накопления в сумме 71538,21 руб., при передаче средств пенсионных накоплений за досрочный переход было произведено удержание результата инвестирования средств пенсионных накоплений в сумме 26093,58 руб.. Она не оформляла и не подписывала заявление о переходе из ПФ РФ в АО «НПФ «Будущее», договор об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «Будущее» не заключала, в связи с чем, оспаривает его действительность. Ответчик нарушил ее права на защиту персональных данных. Она испытывает нравственные страдания, так как без ее согласия пенсионные накопления были переданы в неизвестный фонд. Она очень переживает, что может потерять пенсионные накопления. Отстаивая свои права, она давала объяснения в полиции, сейчас осуществляет защиту своих прав в суде. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель Болдырев Р.С. уточненные требования истца ФИО1 поддержал в полном объеме. Считает, что возврат ПФ РФ результата инвестирования пенсионных накопления из резерва ОПС невозможен, так как из резерва денежные средства расходуются на цели предусмотренные законом. Удержание денежных средств произошло в результате незаконных действий ответчика, который заключил договор ОПС с неизвестным лицом от имени истца. 

Представитель ответчика АО «НПФ «Будущее» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, направил в суд возражения, в которых просит в удовлетворении иска ФИО1 отказать. В обоснование возражений указывает, что оспариваемый договор является действующим, информация о нем внесена Пенсионным Фондом Российской Федерации в единый реестр застрахованных лиц на основании заявления застрахованного лица о переходе в АО «НПФ «Будущее», средства пенсионных накоплений ФИО1 переданы в управление Фонду. Оспариваемый договор не может быть признан недействительным, поскольку истцом не представлено доказательств принадлежности другому лицу подписи в договоре и заявлении о переходе. В результате проведения Фондом проверки качества оформления и заключения с ФИО1 договора об обязательном пенсионном страховании нарушений не установлено. Считает, что результат инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1 в размере 26093,58 руб. был переведен Пенсионным Фондом РФ в свой резерв по обязательному пенсионному страхованию и в случае признания оспариваемого договора недействительным является для Пенсионного Фонда неосновательным обогащением, следовательно, подлежит возврату Пенсионным Фондом на пенсионный счет накопительной части пенсии ФИО1. Также указывает, что в соответствии с действующим законодательством Фонд обязан обеспечивать сохранность персональных данных застрахованных лиц в течение всей их жизни, правовые основания для прекращения Фондом обработки персональных данных отсутствуют. Поскольку в действиях Фонда признаки нарушения норм действующего законодательства и прав истца не установлены, факт причинения истцу нравственных или физических страданий не подтвержден никакими документами, истцом не указано в чем выражались нравственные и физические страдания, правовые основания для взыскания с Фонда компенсации морального вреда отсутствуют. (л.д. 63-67)

Представитель третьего лица ГУ Управление Пенисонного Фонда РФ в г. Ишиме Тюменской области (межрайонное) ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требования ФИО1 не возражала.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие указанных лиц, оснований для отложения судебного заседания не установлено.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему:

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований или возражений.

Согласно пункту 1 статье 36.4 Федерального закона от 07 мая 1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее – Федерального закона № 75-ФЗ) договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании. Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 36.4 Федерального закона № 75-ФЗ при заключении договора об обязательном пенсионном страховании застрахованным лицом, реализующим право на переход из одного фонда в другой фонд, должен соблюдаться следующий порядок: 1) заключение договора об обязательном пенсионном страховании в простой письменной форме; 2) направление заявления о переходе из фонда в фонд застрахованным лицом в Пенсионный фонд Российской Федерации; 3) внесение Пенсионным фондом Российской Федерации соответствующих изменений в Единый реестр застрахованных лиц в срок до 1 марта года, следующего за годом подачи застрахованным лицом заявления о переходе в фонд, при условии, что фонд уведомил ПФР о вновь заключенном с застрахованным лицом в договоре об обязательном пенсионном страховании.

Пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка). В соответствии с пунктом 1 и пунктом 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. 

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

Из материалов дела следует, что 27.03.2018 года средства пенсионных накоплений ФИО1 на основании договора об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года переведены в АО «НПФ «Будущее». В связи с переводом средств пенсионных накоплений ФИО1 в АО «НПФ «Будущее» Пенсионным фондом Российской Федерации удержан результат инвестирования средств пенсионных накоплений в сумме 26093,58 руб.. Данные обстоятельства подтверждаются: договором об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года (л.д. 18); выпиской о состоянии пенсионного счета накопительной пенсии застрахованного лица (л.д. 19-22); сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица (л.д. 23-25). 

Истец ФИО1 основывает требования на том, что она не подписывала договор об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года и с заявлением о переводе средств пенсионных накоплений не обращалась. Для разрешения вопроса о принадлежности истцу подписи в договоре об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года определением Абатского районного суда Тюменской области от 17.06.2020 года по делу назначена судебная почерковедческой экспертиза (л.д. 133-136). 

Заключением ФБУ Тюменская ЛСЭ Минюста Российской Федерации от 31.07.2020 года подтверждается, что подписи от имени ФИО1, изображения которых исполнены в копии договора об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года и копии заявления застрахованного лица ФИО1 о досрочном переходе из Пенсионного Фонда Российской Федерации в НПФ, осуществляющий деятельность по обязательному страхованию от 29.09.2017 г., выполнены не самой ФИО1, а другим лицом (л.д. 153-157). 

Суд находит установленным, что ФИО1 не подписывала договор об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года. 

Принимая во внимание приведенные требования закона и установленные обстоятельства отсутствия воли ФИО1 на заключение договора об обязательном пенсионном страховании, имеются основания для признания недействительным договора об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года. В связи с чем, требование истца ФИО1 в части признания недействительным договора об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «Будущее» и застрахованным лицом № от 31.12.2017 года подлежат удовлетворению.

В качестве последствия признания недействительности сделки на АО «НПФ «Будущее» подлежит возложение обязанности вернуть предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию Пенсионному фонду Российской Федерации средства пенсионных накоплений на формирование накопительной части пенсии ФИО1, определенные в порядке, установленном пунктом 2 ст.36.6-1 Федерального закона № 75-ФЗ, включая средства, полученные от предыдущего страховщика Пенсионного фонда Российской Федерации в сумме 71538,21 руб.. 

Суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования ФИО1 о взыскании с АО «НПФ «Будущее» в её пользу на основании ст.т.15, 1064 ГК РФ, денежных средств, удержанных Пенсионным Фондом Российской Федерации как результат инвестирования средств пенсионных накоплений при переводе средств пенсионных накоплений ФИО1 в АО «НПФ «Будущее» в сумме 26093,58 руб. путем перечисления данных денежных средств на индивидуальный лицевой счет ФИО1, открытый в Пенсионном Фонде Российской Федерации.

Доводы ответчика о том, что в случае признания оспариваемого договора недействительным результат инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1 в размере 26093,58 руб., переведенный Пенсионным Фондом РФ в свой резерв по обязательному пенсионному страхованию, является для Пенсионного Фонда неосновательным обогащением, следовательно, подлежит возврату Пенсионным Фондом на пенсионный счет накопительной части пенсии ФИО1, суд считает необоснованными по следующим основаниям.

Согласно абзацу 7 пункта 1 статьи 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ, средства пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии подлежат передаче из одного фонда в другой фонд или в Пенсионный фонд Российской Федерации в случае, в частности, прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абзацем седьмым пункта 2 статьи 36.5 указанного Федерального закона - предыдущему страховщику. 

Согласно абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона "О негосударственных пенсионных фондах" договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

В соответствии с п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона "О негосударственных пенсионных фондах" при наступлении обстоятельства, указанного в абз. 7 п. 1 ст. 36.6, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6.1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика (абз. 2 п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона "О негосударственных пенсионных фондах").

Согласно статьям 36.4, 36.6.1 Федерального закона "О негосударственных пенсионных фондах" инвестиционный доход может быть утерян при досрочном переходе (чаще 1 раза в 5 лет) из одного пенсионного фонда в другой пенсионный фонд (перевода пенсионных накоплений граждан). Досрочно переведенные пенсионные накопления передаются новому пенсионному фонду без учета инвестиционного дохода, заработанного предыдущим страховщиком.

Поскольку положениями Федерального закона "О негосударственных пенсионных фондах" не урегулирован вопрос о восстановлении суммы удержанного инвестиционного дохода, в данной части подлежат применению положения Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из п. 1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По смыслу указанных норм лицо, требующее возмещение убытков должно доказать нарушение своего права, факт нарушения такого права именно лицом, к которому предъявляются требования, наличие причинно-следственной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков.

Таким образом, убытки являются формой гражданско-правовой ответственности, и взыскание их возможно при наличии определенных условий, в том числе наличия вины и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

Истцом ФИО1 заявлены требования о признании незаконными действий АО «НПФ «Будущее» по обработке персональных данных и компенсации морального вреда в сумме 50000,00 руб.. 

Отношения, связанные с обработкой персональных данных регулируются положениями Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее Закон N 152-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 5 Закона N 152-ФЗ обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе.

Положениями п. 1 ч. 1 ст. 6 Закона N 152-ФЗ предусмотрено, что обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

Как следует из ч. 1 ст. 14 Закона N 152-ФЗ субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав.

Учитывая вышеизложенные нормы, регулирующие отношения, связанные с обработкой персональных данных, с учетом того, что АО «НПФ «Будущее» персональные данные ФИО1 получены незаконно, согласия на обработку персональных данных она не давала, суд считает заявленные требования в этой части подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что ответчик не удостоверился надлежащим образом в действительности и подлинности согласия истца на обработку его персональных данных, в то время как в силу закона был обязан с достоверностью установить подлинность согласия субъекта персональных данных на их обработку, принять все меры осмотрительности, убедиться в том, что волеизъявление заключить договор и предоставить персональные данные для их обработки и передачи исходит от самого субъекта персональных данных, что повлекло за собой неблагоприятные последствия истца, в виде перевода средства пенсионных накоплений из ПФ РФ в АО «НПФ «Будущее».

С учетом установленных обстоятельств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца, связанных с обработкой её персональных данных, ФИО1, как субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на компенсацию морального вреда в судебном порядке, что напрямую следует из положений ст. 151, ч. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 17 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд принимает во внимание: индивидуальные особенности истца; требования разумности и справедливости; степень тяжести причиненных истцу душевных, нравственных страданий вследствие необеспечения со стороны ответчика требований законодательства в сфере обработки персональных данных, повлекших негативные последствия в виде неправомерного перевода пенсионных накоплений из одного пенсионного фонда в другой.

Кроме того, при определении компенсации морального вреда суд руководствуется, в первую очередь, положениями закона, устанавливающими необходимость индивидуальной оценки нравственных страданий лица.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных страданий, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в размере 5000 рублей.

Истцом ФИО1 заявлено требование о взыскании судебных расходов в размере 33269,20 руб., из которых: расходы по оплате юридических услуг в размере 14 500,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 600,00 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 18169,20 руб..

Часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ устанавливает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации, предусматривающих право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45), и гарантирующих каждому право на получение квалифицированной юридической помощи (статья 48), каждое лицо свободно в выборе судебного представителя и любое ограничение в его выборе будет вступать в противоречие с Конституцией Российской Федерации. Данное утверждение подтверждается Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 г., в котором сделан вывод о том, что реализации права на судебную защиту наряду с другими правовыми средствами служит институт судебного представительства, обеспечивающий заинтересованному лицу получение квалифицированной юридической помощи (статья 48), а в случаях невозможности непосредственного (личного) участия в судопроизводстве -доступ к правосудию.

Согласно правоприменительной практике Европейского суда по правам человека заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если докажет, что они были понесены в действительности и по необходимости и являются разумными по количеству. Европейский суд исходит из того, что если дело велось через представителя, то предполагается, что у стороны в связи с этим возникли определенные расходы, и указанные расходы должны компенсироваться за счет проигравшей стороны в разумных пределах.

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований ФИО1, указанное обстоятельство дает истцу право требовать возмещения судебных расходов, понесенных им по настоящему делу.

В подтверждение расходов ФИО1 представила договор на оказание правовой помощи от 03.03.2020 года (л.д. 45), квитанцию об оплате услуг адвоката Болдырева Р.С. от 03.03.2020 года на сумму 2500,00 руб. за составление искового заявления (л.д. 46), договор на оказание правовой помощи от 11.06.2020 года (л.д.175 ), квитанцию об оплате услуг адвоката Болдырева Р.С. от 11.06.2020 года на сумму 12000,00 руб. за представление интересов в суде (л.д.174)

Факт выполнения адвокатом Болдыревым Р.С. проведенной работы подтвержден материалами дела: представляя интересы ФИО1, составил исковое заявление (л.д. 5-9); ознакомившись с материалами дела, подготовил ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы (л.д. 123-125); принимал участие в судебном заседании 17.06.2020 года (л.д. 130-132); подготовил мотивированное заявление об уточнении исковых требований (л.д.168-170); подготовил заявление о взыскании судебных расходов (л.д.171-172); принимал участие в судебных заседаниях: 10.06.2020 года, 17.06.2020 года, 05.10.2020 года.

Факт несения ФИО1 расходов на оплату услуг представителя Болдырева Р.С. в сумме 12 000,00 рублей подтвержден квитанцией.(л.д.174)

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств следует соотносить с объектом судебной защиты - размером возмещения стороне расходов с объемом защищаемого права. По смыслу названной нормы разумные пределы судебных расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 N 454-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, в ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по существу указано на обязанность суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, характер и сложность спора, длительность его рассмотрения, объем доказательной базы, подлежащей изучению, степень участия представителя, объем оказанной правовой помощи, требования разумности и справедливости, баланса интересов сторон, суд считает, что расходы на представителя в размере 14500,00 руб. (2500,00+12000,00) подлежат удовлетворению. 

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика АО «НПФ «Будущее» государственную пошлину за подачу иска в суд в сумме 600,00 руб.. Оплата госпошлины в указанной сумме подтверждается чеком-ордером от 04.03.2020 года. (л.д. 10)

Поскольку решением суда требования истца к ФИО1 удовлетворены, то с ответчика в пользу ФИО1 необходимо взыскать возврат государственной пошлины в размере 600,00 руб.

Согласно абз. 2 ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дел, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам.

Как следует из материалов гражданского дела, определением суда от 17.06.2020 года в соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса РФ по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ Тюменской области лаборатории судебной экспертизы Минюста РФ (л.д. 133-136)

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, возражений против назначения и проведения по делу экспертизы не представил.

Оплата экспертизы возложена на истца ФИО1.

Оплата услуг экспертного учреждения произведена истцом в полном объеме 29.07.2020 года в сумме 17 640,00 руб. с уплатой комиссии в сумме 529,20 рублей, что подтверждается чеком-ордером от 29.07.2020 года.

Соответственно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 18169,20 руб. (17640,00+529,20), так как судебное решение вынесено по ее результатам, и истцом экспертиза была оплачена в полном объеме.(л.д.173)

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, применении последствий недействительности сделки, о признании незаконными действий по обработке персональных данных, о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать недействительным договор об обязательном пенсионном страховании от 31.12.2017 года №, заключенный между ФИО1 и Акционерным обществом «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее».

Обязать Акционерное общество «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» возвратить в Пенсионный фонд Российской Федерации пенсионные накопления ФИО1 денежные средства в размере 71538 рублей 21 копейки.

Взыскать в пользу ФИО1 с Акционерного общества «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» денежные средства, удержанные Пенсионным Фондом РФ как результат инвестирования средств пенсионных накоплений, при переводе средств пенсионных накоплений в Акционерное общество «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» в сумме 26093 рубля 58 копеек путем перечисления данных денежных средств на индивидуальный лицевой счет ФИО1, открытый в Пенсионном Фонде Российской Федерации. 

Признать незаконными действия Акционерного общества «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1.

Взыскать в пользу ФИО1 с Акционерного общества «Негосударственный Пенсионный Фонд «Будущее» компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Взыскать в пользу ФИО1 судебные расходы в сумме 33269 рублей 20 копеек, из которых: 14 500,00 руб. расходы по оплате юридических услуг, 600,00 руб. расходы по оплате государственной пошлины в размере, 18169,20 руб. расходы по оплате экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Абатский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: 

Решение в окончательной форме принято 09 октября 2020 года.