<

данные изъяты>

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 18 февраля 2025 г.

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе: 

председательствующего судьи Темеева А.Ю., единолично,

при секретаре Ложкиной И.Н.,

с участием: прокурора Шахмина И.Н.,

потерпевшей С., её представителя – адвоката Егорова Д.И.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Телицина О.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя помощника прокурора Ленинского района г. Ижевска Сазонтовой Ю.Д., дополнительному апелляционному представлению заместителя прокурора Ленинского района г. Ижевска Крыласова А.О., апелляционным жалобам потерпевшей С. и её представителя-адвоката Егорова Д.И. на приговор Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 4 декабря 2024 г. в отношении ФИО1.

Заслушав доклад председательствующего судьи Темеева А.Ю., выступления прокурора Шахмина И.Н., поддержавшего доводы апелляционных представлений, потерпевшей С. и её представителя – адвоката Егорова Д.И., поддержавших доводы апелляционных жалоб, осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Телицина О.А., возражавших против удовлетворения представлений и жалоб, просивших оставить приговор без изменения, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л :

приговором Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 4 декабря 2024 г. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, не судимый, 

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев;

на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, с возложением обязанностей, указанных в приговоре. 

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исполнять реально с даты вступления приговора в законную силу. 

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Взыскано с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей С. в счет возмещения морального вреда денежные средства в сумме № руб. 

ФИО1 признан виновным в нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. Преступление совершено 6 августа 2024 г. на проезжей части 

<

адрес>, возле регулируемого перекрестка проезжих частей 

<

адрес> – 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

ФИО1 вину в совершении преступления в ходе судебного разбирательства, проведенного судом в особом порядке, признал полностью.

В совместной апелляционной жалобе потерпевшая С. и её представитель-адвокат Егоров Д.И. выражают несогласие с приговором, считают его несправедливым, вследствие чрезмерной мягкости, так как назначенное наказание не соответствует тяжести преступления, личности осужденного, иным обстоятельствам. Ссылаясь на санкцию ч. 3 ст. 264 УК РФ, ч. 2 ст. 43 УК РФ, определение социальной справедливости, описав события совершенного ФИО1 преступления, указывают, что преступление совершено в месте скопления множества школ и детских садов, посторонние люди, которые скопились на месте аварии, осознавали, кто виновник ДТП, понимали, что он также мог стать причиной гибели любого из них. ФИО1 представляет общественную опасность, об этом свидетельствуют многочисленные штрафы о нарушении скоростного режима и ПДД, выводы из которых ФИО1 не вынес. На фоне этой продемонстрированной правоохранительной системой неэффективности, ни чем не оправданной мягкости по отношению к преступнику- продолжение той же самой тенденции. Такой гуманизм и доброта по отношению к преступнику является проявлением несправедливости по отношению к потерпевшим. Потерпевший и гособвинитель прямо просили суд о назначении именно строгого наказания в виде лишения свободы, однако их мнение не отражено в приговоре. Такая жесткая позиция потерпевших обусловлена не только тяжестью от гибели близких людей. Жесткость вызвана и позицией самого осужденного, который в течение всего следствия ни разу не предпринял попыток принести свои извинения за совершенное им преступление. Голословное утверждение о том, что с его стороны были попытки никаким образом не подтверждены. Поэтому признание и принесение извинений в суде потерпевшей стороне вызвано лишь желанием получить смягчающие вину обстоятельства, не преследуя цель загладить вину. Суд при назначении наказания не учел позицию потерпевших. Вину ФИО1 признал спустя 1,5 месяца после возбуждения уголовного дела, до этого ничего не признавал. Судом необоснованно сделан вывод о том, что в отношении ФИО1 имеется основание для применения п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ - активное способствование расследованию преступления. Отмечает, что преступление ФИО2 было совершено в условиях очевидности, момент преступления зафиксирован на камерах видеонаблюдения. Также в суде не исследовались документы, свидетельствующие о поиске ФИО2 очевидцев преступления, вызова бригады СМП. ФИО1 принес свои извинения в суде, до этого 4 месяца молчал, что говорит о его неискренности. ФИО1 перечислил потерпевшей № руб. в день матери, без каких-либо извинений, чем вызвал у неё еще больший стресс, в связи с чем она обратилась в больницу. ФИО1 не выяснял размер сумм для компенсации морального вреда. Материалами дела не подтверждено ни одно заболевание ФИО1, сведения внесены с его слов, что является лишь предположением. В суде не оглашались документы, подтверждающие состояние здоровья близких родственников ФИО2, в суде он не знал заболевания и группу инвалидности своих близких. Считает, что назначенное наказание является несправедливым и слишком мягким, должно быть назначено без применения ст. 73 УК РФ. Просят приговор изменить, назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы. 

В дополнительной апелляционной жалобе потерпевшая С. и её представитель-адвокат Егоров Д.И., поддерживая доводы первоначальной жалобы, ссылаясь на ст. 7, ч. 4 ст. 302, п. 3,4 ч. 1 ст. 305, п. 2 ст. 307 УПК РФ, п. 6, 8, 16 постановления Пленума ВС РФ № 55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре», считают, что указанные положения закона судом нарушены. Судом не дана совокупная оценка всем доказательствам, характеризующим личность ФИО1, суд уклонился от её оценки, а большая часть выводов сделана исключительно на предположениях и домыслах. Степень общественной опасности деяния судом не учтена. Также судом не учтена активная позиция потерпевшей стороны, то, что ФИО2 не совершены действия, свидетельствующие об осознании содеянного, возмещения вреда и иные обстоятельства, указывающие о снижении общественной опасности. Поведение ФИО2 на предварительном следствии и в судебном заседании указывает на отсутствие в его действиях смягчающих обстоятельств, что исключает возможное назначение наказания с применением ст. 73 УК РФ. В надежде на справедливое решение суда потерпевшей стороной было принято ошибочное мнение о проведении судебного заседания в особом порядке. В связи с чем, полагают необходимым отменить приговор суда, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда, рассмотрев дело в общем порядке судебного производства.

В дополнительной апелляционной жалобе потерпевшая С., поддерживая доводы ранее поданных жалоб, указывает, что судом необоснованно признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразилось в даче объяснений и признательных показаний. Считает, что объяснения и признательные показания ФИО1 необходимо учитывать в составе смягчающего наказание обстоятельства в контексте полного признания им вины, которое судом учтено. Обстоятельства причастности ФИО1 к преступлению явились очевидными, поскольку наезд на её несовершеннолетнего ребенка совершен в присутствии многочисленных свидетелей, в связи с чем, указанное судом смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, подлежит исключению из приговора, равно как и применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Кроме того, в материалах уголовного дела содержатся сведения, характеризующие личность осужденного ФИО1, согласно которым ранее он неоднократно привлекался к административной ответственности, в том числе в сфере ПДД РФ, что свидетельствует о его стойком антисоциальном поведении, нежелании вести законопослушный образ жизни. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что судом не в полной мере учтены сведения, характеризующие личность ФИО1, характер и степень общественной опасности преступления. При указанных обстоятельствах считает, что исправление ФИО1 может быть достигнуто только при назначении наказания в виде реального лишения свободы. Причиненный ей преступлением моральный вред не возмещен, какие-либо попытки осужденным ФИО1 возместить моральный вред, загладить свою вину не предпринимались ни в ходе предварительного следствия, ни при судебном рассмотрении дела. Учитывая повлекшие необратимые последствия в виде смерти её несовершеннолетнего ребенка, данные о личности ФИО1, считает, что судом необоснованно применены положения ст. 73 УК РФ, поскольку такое наказание не обеспечит достижение целей наказания, не будет способствовать исправлению ФИО1 и предупреждению совершения им новых преступлений. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда, а в случае отказа просит исключить из смягчающих наказание обстоятельств активное способствование расследованию преступления, применение положений ст. 73 УК РФ, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Созонтова Ю.Д. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливостью наказания ввиду чрезмерной мягкости. Ссылаясь на ст. 297 УПК РФ, ч. 1 ст. 60 УК РФ, полагает, что назначенное ФИО1 наказание не отвечает целям и задачам уголовного наказания, судом не учтена повышенная общественная опасность совершенного преступления (совершение преступления в отношении несовершеннолетнего), данные о личности подсудимого, позиция потерпевшей по делу. Указанные обстоятельства не соответствуют положениям ч. 1 ст. 60 УК РФ. Суду следовало обсудить вопрос о назначении ФИО1 более строгого наказания без применения положений ст. 73 УК РФ. Просит отменить приговор ввиду неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора, чрезмерной мягкости, направить для рассмотрения в тот же суд в ином составе суда.

В дополнительном апелляционном представлении заместитель прокурора Ленинского района г. Ижевска Крыласов А.О. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливостью наказания ввиду чрезмерной мягкости. В обоснование ранее поданного представления уточняет, что судом необоснованно признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства – активное способствование расследованию преступления, которое выразилось в даче объяснений и признательных показаний. Объяснения и признательные показания ФИО1 необходимо учитывать в составе смягчающего наказание обстоятельства как полное признание вины, которое судом уже учтено. Обстоятельства причастности ФИО1 к преступлению являлись очевидными, поскольку наезд на несовершеннолетнего совершен в присутствии многочисленных свидетелей, в связи с чем, данное смягчающее наказание обстоятельство подлежит исключению, равно как и применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Кроме того, судом не дана надлежащая оценка неоднократному привлечению ФИО1 к административной ответственности, что свидетельствует о его стойком антисоциальном поведении, нежелании вести законопослушный образ жизни. Судом не учтена личность ФИО1, характер и степень общественной опасности преступления, а исправление ФИО1 может быть достигнуто при назначении наказания в виде реального лишения свободы. Учитывая обстоятельства совершенного преступления, повлекшие необратимые последствия в виде смерти и данные о личности ФИО1, суд необоснованно применил положения ст. 73 УК РФ, поскольку это не обеспечит достижение целей наказания, не будет способствовать исправлению ФИО1, предупреждению совершения им иных преступлений. Одновременно с изложенным, суду следовало предоставить возможность исправление ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и заменить ему назначенное наказание принудительными работами в порядке ст. 53.1 УК РФ. Просит приговор изменить, исключить смягчающее наказание обстоятельство – активное способствование расследованию преступления, исключить применение положений ст. 73 УК РФ, назначить ФИО1 наказание в виде 2 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ основное наказание заменить принудительными работами на 2 года с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей и представление прокурора защитник-адвокат Телицин О.А. считает, что приговором ФИО1 назначен самый строгий вид наказания в виде лишения свободы. Его подзащитный, понимая тяжесть наступивших последствий, при полном признании вины и искреннем раскаянии, при наличии смягчающих и отсутствии отягчающих обстоятельств, принимает решение суда и считает его справедливым и законным. Не желая лишний раз травмировать чувства потерпевшей о невосполнимой утрате близкого, он принял решение о рассмотрении дела в особом порядке и в суде принес извинения. Не соответствуют действительности доводы жалобы о том, что вину признал лишь спустя полтора месяца после возбуждения уголовного дела. ФИО1 признал вину сразу еще до возбуждения дела и до заявления исковых требований перевел потерпевшей имеющуюся у него денежную сумму. Вопреки доводам жалобы и представления о восстановлении социальной справедливости, суд должным образом учел все обстоятельства дела, не только то, что ФИО1 превысил допустимую скорость, в связи с чем не смог избежать наезда, но и то, что потерпевший выбежал на проезжую часть при запрещенном для него красном сигнале светофора, что и является социальной справедливостью в оценке общественной опасности данной трагедии. Вопреки доводам жалобы и представления, в суде полно и обстоятельно исследованы и указаны в приговоре смягчающие обстоятельства и они не оспоримы. А отягчающих обстоятельств нет. Указание в представлении о том, что преступление совершено в отношении несовершеннолетнего, некорректно, поскольку действия ФИО1 не направлены в отношении конкретного лица, отнесены законом к категории средней тяжести при неосторожной форме вины, а повышенная общественная опасность преступлений данной категории может быть, когда совершены в состоянии опьянения, либо при отягчающих обстоятельствах, либо поведении, направленном на сокрытии своих действий, чего в данном случае не было. Наоборот, при обнаружении перебегающего дорогу на запрещающий ему свет пешехода, ФИО1 применил торможение, не избежав наезда, не скрылся, а срочно вызвал скорую помощь. Суд, исследовав все смягчающие обстоятельства, личность ФИО1, пришел к правильному выводу о его неопасности для общества и при назначении самого сурового наказания, счел возможным исправление его без реального отбывания наказания. Полагает, что доводы жалобы потерпевшей о гуманности и несправедливости наказания построены исключительно на эмоциях, вызванной горечью утраты, которую его подзащитный и он полностью разделяют и сочувствуют, однако назначенное наказание считают справедливым и соразмерным. Если в течение испытательного срока ФИО2 поведет себя недостойно, он может быть направлен в места лишения свободы. ФИО1 является законопослушным молодым человеком, имеющим хорошее воспитание и социальную ответственность. Не имея сбережений в связи с молодым возрастом, имеет постоянное место работы, небольшой заработок и стремится к возмещению ущерба. До и после вынесения приговора переводит потерпевшей денежные суммы и его намерения о заглаживании вреда являются искренними. ФИО1 является не потерянным для общества человеком, у него есть планы на создание семьи и заботу о родителях и родственниках. 

Проверив материалы дела, выслушав участников уголовного судопроизводства, оценив доводы апелляционных жалоб, представлений и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Обвинительный приговор в отношении ФИО3 постановлен в порядке, предусмотренном гл. 40 УПК РФ. Все условия применения особого порядка принятия судебного решения, порядка проведения судебного заседания без проведения судебного разбирательства и постановления приговора в соответствии со ст. 316 УПК РФ судом соблюдены. 

В судебном заседании осужденный согласился с предъявленным ему обвинением и поддержал свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. Ходатайство осужденным заявлено добровольно, после консультации с защитником, последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства ему разъяснены. Интересы осужденного представлял профессиональный защитник.

Доводы потерпевшей о том, что следователь ввел её в заблуждение относительно последствий рассмотрения уголовного дела в особом порядке, являются необоснованными. Решение о рассмотрении уголовного дела в особом порядке без проведения судебного разбирательства принималось в судебном заседании. Потерпевшей председательствующим была разъяснена судебная процедура и последствия рассмотрения уголовного дела в особом порядке без проведения судебного разбирательства. Об особом порядке принятия судебного решения по делу стороны, в том числе потерпевшая С. и её представитель – адвокат Егоров Д.И., не возражали. 

Суд, проанализировав материалы уголовного дела, пришел к правильному выводу, что обвинение, предъявленное ФИО1, обосновано, полностью подтверждается собранными по делу доказательствами. Доказательства, представленные суду, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства.

Каких-либо фундаментальных нарушений, в том числе норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при рассмотрении судом уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, по делу не допущено.

Квалификация действий осужденного ФИО1 соответствует описанию преступного деяния, с обвинением, в совершении которого он согласился. Суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Вместе с тем, согласно разъяснений, данных в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств…» при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст. 264 УК РФ, судам следует указывать в приговоре нарушение каких конкретно пунктов Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства повлекло наступление последствий, указанных в ст. 264 УК РФ, и в чем конкретно выразилось это нарушение. 

При описании преступного деяния, признанного судом доказанным, суд указал о нарушении ФИО1 п.п. 1.3, 1.5 абз. 1 Правил дорожного движения, которые содержат лишь общие требования ко всем участникам дорожного движения и не находятся в прямой причинной связи с причинением смерти Ф. в данном конкретном дорожно-транспортном происшествии, в связи с чем указание на них необходимо исключить из приговора.

При этом исключение из приговора ссылок на нарушение ФИО1 указанных пунктов правил дорожного движения на квалификацию его действий не влияет.

Вопрос о психическом состоянии ФИО1 исследован судом с достаточной полнотой. Вывод суда о его вменяемости основан на исследованных в суде доказательствах.

Сославшись на ст. 60 УК РФ, суд назначил ФИО1 наказание с учетом положений частей 1 и 5 ст. 62 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 2 года условно, с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, с применением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Вместе с тем, имеются основания для изменения приговора в части назначенного наказания. 

Согласно п. 4 ст. 389.15, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несправедливость приговора. Несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости. 

Такие нарушения закона по настоящему уголовному делу допущены. 

В силу требований ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. 

В соответствии с требованиями ч. 1 и 3 ст. 60 УК РФ, п. 4 ст. 307 УПК РФ, разъяснениями, данными в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Вышеприведенные требования закона при назначении ФИО1 наказания судом надлежащим образом не выполнены.

При вынесении приговора судом учтено, что ФИО1 не судим, вину в совершении преступления признал полностью, в содеянном искренне раскаялся, принес извинения потерпевшей, в добровольном порядке частично возместил последней моральный вред, причиненный в результате преступления, имеет постоянное место жительства, регистрации и работы, источник дохода, по месту бывшей учебы, по месту работы и месту жительства характеризуется исключительно положительно, страдает рядом заболеваний. Кроме того, суд учёл состояние здоровья проживающих совместно с ФИО1, отца, имеющего инвалидность 1 группы и состояние здоровья матери, страдающей хроническим заболеванием, а так же состояние здоровья племянницы, имеющей статус ребенка-инвалида, в силу заболевания опорно-двигательного аппарата, испытывающей трудности в передвижении, которой подсудимый оказывает физическую помощь. Указанные обстоятельства суд признал смягчающими наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ. 

Противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, обоснованно не признана судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ. 

Вместе с тем, по смыслу закона, разъяснений, данных в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 (ред. от 25.06.2024) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств,.. .», если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст. 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований Правил), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание. 

Однако, судом первой инстанции это сделано не было, подлежало учету при назначении наказания и определении размера компенсации морального вреда. 

Активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче ФИО1 объяснений до возбуждении уголовного дела, неоднократной даче признательных показаний на стадии следствия, оказание помощи потерпевшему, непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове СМП МЗ УР, суд в соответствии п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признал смягчающими наказание обстоятельствами. 

Вместе с тем, согласно п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

Согласно материалам уголовного дела факт совершения ФИО1 преступления был очевиден для правоохранительных органов, получивших сообщение о ДТП, его объяснения от ДД.ММ.ГГГГ, а также показания в качестве подозреваемого и обвиняемого не могут являться активным способствованием расследованию преступления, поскольку хотя и содержали информацию о его фактических действиях и об очевидце аварии, однако, не предоставили какой-либо значимой информации, тем более, что в нарушении скоростного режима он себя фактически виновным не признавал, указывал, что двигался со скоростью около 50 км/ч. Факт наезда на пешехода осужденным ФИО1 был установлен сотрудниками правоохранительных органов непосредственно на месте ДТП, исходя из дорожной обстановки, которая нашла свое отражение в протоколе осмотра места происшествия, схеме места дорожно-транспортного происшествия, изъятым видеозаписям и заключением авто-технической экспертизы, установившей скорость движения осужденного на автомобиле. Лишь признание вины при очевидной виновности осужденного к совершенному деянию и наличия совокупности доказательств, изобличающих его, не может признаваться активным способствованием расследованию преступления. 

Доводы апелляционных жалоб потерпевшей, а также апелляционного представления прокурора в указанной части подлежат удовлетворению.

Кроме того, учтенное судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове СМП МЗ УР, также подлежит исключению, как не нашедшее своего подтверждения. Согласно проверенным судом материалам уголовного дела, каких-либо данных о том, что именно осужденный вызвал скорую помощь, не имеется. Из карты вызова скорой помощи следует, что её вызвал прохожий. Иных объективных данных материалы дела не содержат. Из пояснений осужденного ФИО1 в суде апелляционной инстанции, следует, что он звонил в скорую помощь, но кто её вызвал, не знает, к потерпевшему не подходил, какую-либо помощь не оказывал.

Кроме того, учтенное судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, данные о том, что ФИО1 страдает рядом заболеваний, также подлежит исключению. Материалы уголовного дела не содержат данных о наличии у ФИО1 ряда заболеваний. Указанные им в суде апелляционной инстанции заболевания ничем не подтверждены, не являются тяжёлыми и не могут быть учтены как смягчающее обстоятельство.

Доводы апелляционной жалобы потерпевшей в данной части также подлежат удовлетворению.

Необоснованное признание в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, активного способствования расследованию преступления, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, привело к незаконному применению положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и назначению несправедливого наказания ввиду его чрезмерной мягкости. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что назначенное осужденному ФИО1 наказание не является соразмерным характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам его совершения, личности виновного, то есть является несправедливым, имеются основания для его усиления.

Назначив осужденному ФИО1 условное наказание, с применением ст. 73 УК РФ, суд не правильно применил уголовный закон, не в полной мере учел обстоятельства дела и характер совершенного осужденным преступления, не дал надлежащую оценку личности осужденного и наступившим последствиям, в связи с чем, назначенное ФИО1 наказание не соответствует принципу восстановления социальной справедливости, целям исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

Как следует из приговора, решая вопрос о применении ФИО1 условного осуждения, суд обосновал принятое решение лишь данными о личности, при этом, не приведя никаких оснований, позволивших суду сделать указанный вывод.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначая наказание в соответствии с положениями ст.73 УК РФ, суд фактически не учел характер и степень общественной опасности содеянного. Признав, что исправление осужденного возможно без реального отбывания наказания, суд в приговоре не указал, какие именно обстоятельства он имел в виду, которые свидетельствовали бы о возможности исправления осужденного при условном осуждении.

Совершение преступления впервые, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств само по себе не является достаточным основанием для применения положений ст. 73 УК РФ, поскольку в соответствии с ч. 2 ст.73 УК РФ, суд должен учитывать не только личность виновного и смягчающие обстоятельства, но и характер, степень общественной опасности совершенного преступления. 

При учете характера общественной опасности преступления следует прежде всего иметь в виду направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Судом не учтено, что в соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Судом оставлены без внимания обстоятельства совершенного преступления и конкретные действия ФИО1, значительная общественная опасность содеянного, не дана надлежащая оценка имеющимся в материалах дела данным о личности ФИО1, который и ранее нарушал Правила дорожного движения РФ.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевшей о том, что назначенное ФИО1 наказание не соответствует целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ, является чрезмерно мягким, в связи с этим полагает необходимым исключить из приговора указание о применении положений ст. 73 УК РФ при назначении ему наказания в виде лишения свободы, считает, что исправление осужденного ФИО1 невозможно без реального отбывания наказания.

Кроме того, при назначении наказания ФИО1, суд первой инстанции не учел следующее. 

В силу требований ч. 1 ст. 60 УК РФ более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Санкция ч. 3 ст. 264 УК РФ помимо лишения свободы предусматривает и альтернативный вид основного наказания - принудительные работы.

В силу императивного предписания п. 7.1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате обязан решить, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст. 53.1 УК РФ. Решение суда по этому вопросу должно быть мотивированным, основанным на конкретных, установленных по настоящему делу, обстоятельствах с приведением в приговоре мотивов, позволяющих проверить и оценить его законность.

Однако, суд ограничился лишь констатацией того, что оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ не имеется, не изложив каких-либо суждений, позволяющих уяснить критерии, которые позволили прийти к такому выводу. Суд не аргументировал, какие данные о личности ФИО1 свидетельствуют о невозможности достижения целей уголовного наказания исправления ФИО1 без отбывания лишения свободы при назначении более мягкого альтернативного вида наказания - принудительных работ.

Вышеприведенный вывод суда первой инстанции без указания на конкретные обстоятельства, препятствующие применению ст. 53.1 УК РФ, нельзя признать обоснованным и мотивированным, а приговор в этой части - отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ.

Учитывая совокупность смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, всех данных, характеризующих его личность, а также принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности достижения всех целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, при замене ФИО1 в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ лишения свободы принудительными работами.

Обстоятельств, которые могли бы препятствовать принятию такого решения, в том числе и перечисленных в ч. 7 ст. 53.1 УК РФ, не усматривается, доказательств наличия таковых сторонами суду апелляционной инстанции не представлено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается; суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам.

Санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ предусмотрено назначение к принудительным работам и обязательного дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3-х лет.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции не установлено и таковых суд апелляционной инстанции также не усматривает. В этой связи суд апелляционной инстанции полагает необходимым назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначавшегося по обжалуемому приговору.

С учетом изложенного из приговора подлежит исключению указание о назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, к наказанию в виде лишения свободы.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении исковых требований потерпевшей С. и взыскании в её пользу с ФИО1 компенсации морального вреда. 

Между тем, взысканная с осужденного в качестве компенсации морального вреда сумма в размере № рублей, по мнению суда апелляционной инстанции, подлежит снижению с учетом того, что в действиях погибшего также усматриваются нарушения правил дорожного движения, состоящие в причинной связи с наступившими последствиями и судом апелляционной инстанции данные обстоятельства признаны смягчающими.

При таких обстоятельствах приговор подлежит изменению, размер взысканного с ФИО1 в пользу потерпевшей С. морального вреда подлежит соразмерному снижению до № рублей, с учетом положений статей 151, 1099 - 1101 ГК РФ, принципов разумности и справедливости, а также фактических обстоятельств уголовного дела. 

Иных, нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда по делу не установлено, в остальной части приговор является законным и обоснованным. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

приговор Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 4 декабря 2024 г. в отношении ФИО1 изменить, апелляционные жалобы потерпевшей и её представителя, апелляционные представления прокурора частично удовлетворить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о нарушении ФИО1 п. п. 1.3, 1.5 абз. 1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Признать в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, несоблюдение потерпевшим Ф. требований пунктов 4.4, 6.5 Правил дорожного движения.

Исключить из приговора указания о признании в качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств: активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче ФИО1 объяснений до возбуждения уголовного дела, неоднократной даче признательных показаний на стадии следствия; оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове СМП МЗ УР; данные о том, что ФИО1 страдает рядом заболеваний.

Исключить из приговора указание о применении при назначении ФИО1 наказания положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Усилить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ наказание до 2 лет 3 месяцев лишения свободы.

Исключить из приговора указание о назначении к наказанию в виде лишения свободы дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Исключить из приговора указание о применении при назначении ФИО1 наказания положений ст. 73 УК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 3 месяца заменить принудительными работами на срок 2 года 3 месяца с удержанием в доход государства 5% заработной платы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Определить осужденному порядок следования к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства в порядке, предусмотренном частями 1 и 2 ст. 60.2 УИК РФ, в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания наказания.

Срок принудительных работ исчислять в соответствии с ч. 1 ст. 60.3 УИК РФ со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Снизить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей С., до № рублей. 

В остальной части приговор суда в отношении ФИО1 оставить без изменения. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу. Осужденный имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции. 

Председательствующий - А. Ю. Темеев 

<

данные изъяты>