УИД 39RS0002-01-2020-007803-20

Дело № 2- 1417/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 июня 2021 года г. Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Ирхиной Е.Н.,

при секретаре Долбенковой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого работником,

У С Т А Н О В И Л:

ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области обратилось в суд с названным выше иском к ФИО1, указывая, что ответчик проходил службу в уголовно-исполнительной системе с 23.04.2001 по 16.10.2020, в должности главного энергетика энергомеханической группы ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области с 

<

 Дата > по 

<

 Дата >. 

<

 Дата > с ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Приказом УФСИН России по Калининградской области от 

<

 Дата > №-лс 

<

 Дата > истец был уволен с занимаемой должности. На основании приказа учреждения от 

<

 Дата > № в связи с увольнением ФИО1 до 18.09.2020 необходимо было осуществить прием-передачу материальных ценностей с постановкой их на учет материально ответственного лица ФИО3 В результате проведенной инвентаризации была обнаружена недостача на сумму 297423 рубля. Уведомлением от 

<

 Дата > за исх. №/ТО/9/116-2834 ответчику, получившему данное уведомление лично, предлагалось прибыть в учреждение до 

<

 Дата > для передачи материальных ценностей, однако для проведения инвентаризации до указанного времени последний не прибыл. Комиссией, проводившей инвентаризацию, 

<

 Дата > был составлен акт о том, что инвентаризация материальных ценностей проведена без присутствия материально ответственного лица ФИО1 В соответствии с п. 1 договора о полной индивидуальной материальной ответственности ФИО1 было принято на себя обязательство бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба. В силу п. «в» указанного договора ФИО1 обязан вести учет, составлять и передавать в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества, а также участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества (п. «г»). Поскольку с ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности как с работником, осуществляющим получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей, то недостача подлежит с него взысканию в полном объеме. Из-за халатного отношения ответчика к вверенным товарно-материальным ценностям ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области причинен ущерб на общую сумму 297423 рубля 50 копеек, что подтверждается инвентаризационной описью от 15.09.2020 № 00000039. Добровольно возместить причиненный ущерб ответчик отказался. 19.11.2020 за исх. № 40/ТО/9/13-3966 в адрес ФИО1 было направлено требование о погашении суммы задолженности в добровольном порядке, ответ на которое до настоящего времени не получен, материальный ущерб не возмещен. На основании изложенного просит взыскать с ответчика ФИО1 в пользу ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области материальный ущерб в размере 297423 рублей 50 копеек.

Представитель истца ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области - ФИО4, действующая на основании доверенности от 22.05.2021, в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в иске, просила удовлетворить их в полном объёме. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Исследовав все доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, порядком ее прохождения и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника являются предметом регулирования Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее Федеральный закон от 19.07.2018 № 197-ФЗ) (ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ).

В случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 ч. 3 названного Закона, к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации (ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ).

Поскольку порядок установления ущерба, причиненного работодателю, и его последующего взыскания с работника, его причинившего, нормами данного специального закона не урегулирован, к указанным отношениям в силу ч. 2 ст. 3 Закона подлежат применению нормы трудового законодательства Российской Федерации.

В соответствии со ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации – сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности.

В соответствии со ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации – материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Как следует из материалов дела, в соответствии с приказом от 

<

 Дата > №-лс ФИО1 с 

<

 Дата > проходил службу в ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области, 

<

 Дата >, согласно приказу от 

<

 Дата > №-лс, - назначен на должность главного энергетика энергомеханической группы ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области по контракту сроком на пять лет, с должностным окладом 18720 рублей в месяц.

14.06.2018 между ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области и ФИО1 заключен договор № 00000005 о полной индивидуальной материальной ответственности, в соответствии с п. 1 которого работник принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, и в связи с этим обязался бережно относится к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба, вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества, своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю обо всех обстоятельствах, угрожающих сохранности вверенного имущества, участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества, а работодатель обязался создать работнику условия, необходимые для нормальной работы и обеспечения полной сохранности вверенного ему имущества. Договор подписан сторонами, что ответчиком в судебном заседании не оспаривалось.

Согласно Перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утверждённому Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 № 85, в соответствии с постановлением правительства Российской Федерации от 14.11.2002 № 823 должность главного энергетика отнесена к должностям, предусматривающим заключение письменного договора о полной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, следовательно, договор о полной индивидуальной материальной ответственности заключен с ФИО1 на законных основаниях.

16.10.2020 приказом УФСИН России по Калининградской области от 03.09.2020 № 265-лс ФИО1 уволен со службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации по собственному желанию по п. 4 ч. 2 ст. 84 Федерального закона Российской Федерации от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (по выслуге лет, дающей право на получение пенсии). Копия приказа об увольнении получена истцом 28.09.2020.

Одной из основных обязанностей работника по трудовому договору является бережное отношение к имуществу работодателя, в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества (абзац седьмой части второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как указывалось выше, материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (ч. 3 ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника».

Частью первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работника возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев полной материальной ответственности установлен ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации. Так, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора (п. 2 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя.

Между тем, согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Из этого разъяснения и положений трудового законодательства, регулирующего вопросы материальной ответственности работника, следует, что законодателем установлена презумпция вины работника при условии доказанности работодателем правомерности заключения с работником договора о полной материальной ответственности и самого факта недостачи, в этом случае работник обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Как видно из материалов дела, ответчиком ФИО1 доказательств отсутствия его вины в возникновении недостачи, выявленной в результате инвентаризации материальных ценностей от 15.09.2019, не представлено.

Так, судом установлено, что в соответствии с приказом ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области от 

<

 Дата > № в связи с увольнением ФИО1 необходимо было осуществить приём-передачу материальных ценностей на учёт материально-ответственного лица ФИО3 до 18.09.2020 в составе комиссии: заместитель начальника – начальник центра ФИО5, начальник оперативного отдела ФИО6, главный бухгалтер ФИО7

03.09.2020 за исх. № 40/ТО/9/116-2834 ФИО1 в адрес его проживания было подготовлено уведомление с просьбой прибыть в ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области до 14.09.2020 для передачи материальных ценностей, числящихся за ним. Данное уведомление, согласно проставленной в нем подписи, было получено ФИО1 04.09.2020 лично, что им не опровергнуто. Однако, как следует из акта, составленного членами комиссии и утвержденного 15.09.2020 начальником учреждения, в связи с неявкой материально-ответственного лица ФИО1 инвентаризация материальных ценностей проведена без его присутствия. Согласно названному акту и материалам дела, в ходе проведения инвентаризации имущества, находящегося на учете у материально-ответственного лица – ФИО1 по состоянию на 15.09.2020 был проверен период с 01.11.2019 – даты проведения, в соответствии с приказом от 30.10.2019 № 322, последней годовой инвентаризации, по результатам которой (инвентаризационная опись/сличительная ведомость от 01.11.2019) излишек и недостачи вверенных ФИО1 материальных ценностей выявлено не было. При проведении инвентаризации 15.09.2020 было проверено фактическое наличие имущества с данными бухгалтерского учёта, с учетом товарных накладных на приход товара, по инвентаризационным описям (сличительным ведомостями) №, № от 

<

 Дата >. По инвентаризационной описи (сличительная ведомость) № 00000039 от 15.09.2020 по счёту 105.00.00 «Материальные запасы» выявлена недостача материальных ценностей на общую сумму 297423 рубля. 

В соответствии с составленным истцом и представленным суду перечнем, количество выявленных при инвентаризации от 15.09.2020 в качестве недостачи материальных ценностей составило 18 единиц на указанную выше сумму 297423 рубля. Таким образом, факт возникновения недостачи вверенных ФИО1 материальных ценностей в количестве 18 единиц на сумму 297423 рубля в период времени с 01.11.2019 по 15.09.2020 подтверждается инвентаризационной описью № 00000039 от 15.09.2020. Оснований не доверять представленным данным, выведенным по результатам названной выше инвентаризации, у суда не имеется, в ходе судебного разбирательства ответчик ФИО1 каких-либо доводов несогласия с процедурой проведенной инвентаризации, ее результатами не привел.

В период между годовой инвентаризацией, проведенной ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области 01.11.2019, до даты проведения инвентаризации материальных ценностей от 15.09.2019, главный энергетик энергомеханической группы учреждения майор внутренней службы ФИО1, уволенный со службы в органах уголовно-исполнительной системы 16.10.2019 приказом от 03.09.2019 № № 265-лс, освобождался от исполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью: с 01.11.2019 по 08.11.2019, с 27.11.2019 по 25.12.2019, с 15.07.2020 по 12.08.2020; находился в отпусках: за 2019 год - с 12.11.2019 по 21.12.2019 с продлением до 19.01.2020, с 31.08.2020 по 04.09.2020, за 2020 год с последующим увольнением – с 07.09.2020 по 16.10.2020.

При этом, представитель истца отрицала факт доступа посторонних лиц, а также сотрудников ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области к материальным ценностям в помещение по месту их хранения. Согласно справке от 21.06.2021, подписанной старшим инспектором коммунально-бытового и хозяйственного обеспечения отдела интендантского и хозяйственного обеспечения учреждения, у главного энергетика учреждения было два кабинета, расположенные в запретной зоне и в административном здании промышленной зоны учреждения, в котором главный энергетик хранил вверенные ему материальные ценности. Данное помещение запирается на ключ, который находился только у главного энергетика и третьим лицам ни в период нахождения истца в отпуске, в том числе по болезни, либо в командировке, не передавался, смена материально-ответственных лиц в указанный период не проводилась. Каких-либо доводов, доказательств в опровержение приведенных обстоятельств, ответчиком суду указано и представлено не было.

В силу вышеизложенного, оснований полагать, что истцом не были обеспечены надлежащие условия для хранения вверенных ответчику материальных ценностей, исключающие возможность их утраты, у суда не имеется.

Ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий.

Как усматривается из договора о полной индивидуальной материальной ответственности от 14.06.2018, стороны согласовали условие о том, что работник обязуется своевременно сообщать работодателю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества (подп. «б» п. 1.). 

Вместе с тем, суду не представлено доказательств обращения ФИО1 к работодателю с соответствующими заявлениями (рапортами), в том числе доказательств, подтверждающих факт порчи, утраты имущества по вине работодателя, обращений ФИО1 к работодателю с заявлениями об отсутствии возможности вести учет и контроль за движением вверенных ему материальных ценностей по причине отсутствия надлежащих условий (доступ иных лиц к этим ценностям, компьютерным программам).

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцом доказаны все обстоятельства причинения ущерба, необходимые для возложения на ответчика ФИО1 обязанности по возмещению ущерба работодателю, в результате его виновного поведения, имеющего прямую причинную связь с причинением ущерба.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Вместе с тем, доказательств, исключающих материальную ответственность ФИО1 перед работодателем, свидетельствующих об отсутствии вины в недостаче вверенного имущества, ответчиком не представлено, материалы дела обратного не содержат. При этом ответчиком ни путем подачи письменных объяснений, ни в судебном заседании не оспаривалось, что утраченные материальные ценности были вверены ему на хранение.

Отобрать письменные объяснения у ФИО1 по факту отсутствия материальных ценностей, согласно пояснениям представителя истца, ввиду его неявки 15.09.2020 на инвентаризацию, не представилось возможным, посредством же направления соответствующего уведомления таковые, в нарушение положений части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, не истребовались.

Вместе с тем, несоблюдение работодателем требования об обязательном получении объяснений от работника не является существенным нарушением процедуры установления причины возникновения ущерба. Из смысла ч. 2 ст. 247 ТК РФ следует, что давать объяснения является правом, а не обязанностью работника. Отсутствие объяснения не исключает обязанности работодателя доказать законность установления причины возникновения ущерба и не лишает работника впоследствии права дать соответствующие объяснения в суде. Материалами настоящего дела подтверждается, что факт отсутствия объяснений от ФИО1, не являвшегося в учреждение, равно как и в судебные заседания, кроме одного, - от 26.02.2021, не опровергает обстоятельства и причины возникновения недостачи. 

19.11.2020 за исх. № 40/ТО/9/13-3966 в адрес ФИО1 было направлено требование о погашении суммы задолженности в добровольном порядке, ответ на которое истцом также не получен, материальный ущерб не возмещен.

Поскольку работодатель доказал правомерность заключения с ответчиком договора о полной индивидуальной материальной ответственности, наличие ущерба, возникшего в результате виновных действий (бездействия) ФИО1, выразившихся в необеспечении сохранности вверенных ему материальных ценностей, его размере, отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, а ответчик в свою очередь доказательств отсутствия своей вины в причинении ущерба не представил, суд, с учетом изложенных выше норм права, приходит к выводу о наличии оснований для возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба.

Вместе с тем согласно статье 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п. 

По смыслу ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52, правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. В случае, если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом ч. 2 ст. 56 ГПК РФ необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника.

Не смотря на то, что ответчик не заявлял об уменьшении размера ущерба, в последние судебные заседания не являлся, суд, учитывая позицию стороны истца, просившую при отсутствии оснований для взыскания ущерба в полном объеме, взыскать таковой в размере среднего заработка ответчика, а также оценив размер ущерба, размер заработной платы ответчика, его семейное положение, иные обстоятельства, полагает возможным снизить размер взыскиваемого ущерба до 100000 рублей.

Кроме того, в силу ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчика государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3200 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого работником – удовлетворить:

Взыскать с ФИО1 в пользу ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области сумму причиненного ущерба в размере 100000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3200 (три тысячи двести) рублей.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 09.07.2021.

Судья: подпись