Санкт-Петербургский городской суд

Рег. №: 22-30/19

Дело № 1-29/2018 Судья: Киреев А.П.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Санкт-Петербург 22 января 2019 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО1,

при секретаре: Ефимовой Д.Ю.

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно- судебного управления прокуратуры г. Санкт-Петербурга Рамазанова В.В.,

осужденного ФИО2, участвующего посредством видеоконференцсвязи

адвоката Нагорной Л.П. в интересах осужденного 

рассмотрел в судебном заседании апелляционное представление старшего помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО3

на приговор Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 10 сентября 2018 года, которым

ФИО2, 

<

 сведения о личности> гражданин РФ, ранее не судимый, -

осужден по:

ст. 319 УК РФ к штрафу в размере 10.000 рублей,

ст. 318 ч. 1 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы.

На основании ст.69 ч.2 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строго наказания более строгим, назначено наказание в виде 1 года 2 месяцев лишения свободы. 

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. 

На основании ст.73 ч.5 УК РФ на ФИО2 возложена обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденных.

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 отменена, из-под стражи он освобожден в зале суда. До вступления приговора в законную силу в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Гражданский иск удовлетворен, взыскано с ФИО2 в пользу потерпевших Д.-М.А. и С.-Ю.В. по 20.000 рублей каждому.

Заслушав пояснения прокурора Рамазанова В.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, пояснения осужденного ФИО2 и адвоката Нагорной Л.П., полагавших удовлетворить апелляционное представление прокурора, приговор отменить, судья апелляционной инстанции

установил:

В апелляционном представлении помощник прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО3 просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе. Ссылается на постановление Пленума ВС РФ №55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», ст.ст.240, 303 ч.1 УПК РФ, ст.1 п.6 ФЗ от 01 июня 2005 года №53-ФЗ «О государственном языке РФ» и указывает, что суд, излагая в описательно- мотивировочной части обвинительного приговора доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении ФИО2 о его виновности в инкриминируемых ему преступлениях, а именно показания потерпевших Д.-М.А. и С.-Ю.В., свидетелей Ш.-С.Н., Г.-М.Е., Щ.-В.Е. и Н.-И.А. , неоднократно использует ненормативную лексику, скрытую изменением отдельных букв графическими значками, искажая тем самым смысл и правильное толкование таких слов и выражений участниками судопроизводства, в том числе, создавая подсудимому препятствие в осуществлении права на защиту и дискредитируя суд, как орган осуществляющий правосудие. 

Считает, что грамотность составления приговора в отношении ФИО2 нарушена, как с юридической точки зрения, так и в общепринятом смысле, так как использовано недопустимое изложение слов и выражений, неприемлемых в официальных документах.

Кроме того указывает, что судом удовлетворены гражданские иски потерпевших Д.-М.А. и С.-Ю.В. и с ФИО2 взыскано в пользу потерпевших по 20.000 рублей каждому. Однако, как следует из материалов уголовного дела, данные потерпевшие на предварительном следствии от реализации права в порядке ст.44 УПК РФ отказались, заявления о взыскании с ФИО2 по 20.000 рублей каждому в счет возмещения морального вреда поданы ими уже в суде и не являются мотивированными.

Ссылаясь на ст.44 ч.1 УПК РФ, п.40 вышеназванного Пленума ВС РФ №55 от 29 ноября 2016 года, а так же ст. ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, указывает, что судом в ходе судебного заседания процессуальный статус потерпевших в порядке ст.44 УПК РФ, как гражданских истцов, а подсудимого ФИО2 в порядке ст.54 УПК РФ, соответственно, определен не был, что лишало суд при вынесении приговора принять решение в порядке ст.309 УПК РФ.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционного представления, заслушав участников процесса, судья апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст.389.15, 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются, в том числе, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

Статьей 240 УПК РФ предусмотрен принцип непосредственности и устности судебного разбирательства.

По смыслу ст.18 ч.1 УПК РФ уголовное судопроизводство ведется на русском языке.

Согласно ст.1 п.6 ФЗ от 01 июня 2005 года №53-ФЗ "О государственном языке РФ" при использовании русского языка, как государственного языка РФ, не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани).

Использование в процессуальных документах ненормативной лексики - нецензурных выражений, не только не отражает в полной мере содержания существа предъявленного обвинения, как того требует уголовно-процессуальный закон, а, напротив, искажает смысл и правильное толкование таких слов и выражений участниками судопроизводства, создает обвиняемому препятствие в осуществлении права на защиту.

Согласно ст.392 УПК РФ, вступивший в законную силу приговор обязателен для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц и подлежит неукоснительному исполнению на всей территории РФ.

В соответствии со ст.393 УПК РФ, копии приговора направляются в различные государственные учреждения для исполнения.

В силу ст.ст.296, 303, 310 УПК РФ, суд постановляет приговор именем Российской Федерации, что определяет его значение, как важнейшего акта правосудия. Приговор должен быть составлен в ясных и понятых выражениях, в нем недопустимо употребление неточных формулировок, использование непринятых сокращений и слов, неприемлемых в официальных документах, в связи с чем, суду следует избегать изложения в нем не вызываемых необходимостью формулировок.

Как следует из данного приговора, суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона, в описательно-мотивировочной части при изложении показаний потерпевших Д.-М.А. и С.-Ю.В., свидетелей Ш.-С.Н., Г.-М.Е., Щ.-В.Е. и Н.-И.А. , допустил использование нецензурной брани, в том числе скрытой изменением отдельных букв графическими значками, искажая тем самым смысл и правильное толкование таких слов и выражений участниками судопроизводства, не допустимой не только в официально-деловом стиле, но и, исходя из общепризнанных норм морали, в общении между гражданами, не соответствующей и нормам современного русского языка, чем грубо нарушил требования уголовно-процессуального закона, что повлекло умаление авторитета судебной власти, так как процессуальный документ, содержащий такие выражения, не может быть постановлен от имени государства и публично провозглашен. 

Указанный приговор не мог провозглашаться судом в полном обьеме, поскольку содержал слова и выражения, использование которых недопустимо в официальном документе, выносимом от имени РФ. По тем же причинам, приговор впоследствии не мог быть вручен заинтересованным лицам, направлен для исполнения, а так же опубликован в порядке, предусмотренном ФЗ РФ от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ». 

Провозглашение приговора в таком виде, создает подсудимому препятствие в осуществлении права на защиту и дискредитирует суд, как орган осуществляющий правосудие. 

Допущенное судом первой инстанции нарушение требований, предъявляемых к форме и содержанию приговора, нарушает общие принципы судопроизводства, ущемляет интересы участников судебного разбирательства, следовательно, является основанием для отмены приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду надлежит строго соблюдать положения уголовного и уголовно-процессуального закона, всесторонне, полно и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку и вынести законное, обоснованное и мотивированное решение.

В связи с отменой приговора по изложенным выше основаниям, судебная коллегия не рассматривает по существу иные доводы апелляционного представления, поскольку они могут быть исследованы при повторном рассмотрении уголовного дела по существу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, судья апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 10 сентября 2018 года в отношении ФИО2 – отменить.

Дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Апелляционное представление старшего помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО3 – удовлетворить частично.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения. 

Судья Санкт-Петербургского

городского суда ФИО1