Дело № 2-16/24

16RS0050-01-2022-010992-59

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 февраля 2024 года город Казань

Приволжский районный суд города Казани Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Чибисовой В.В., при секретаре судебного заседания Файзулове А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, действующей в интересах ФИО1, ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании недействительной государственной регистрации, признании права, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 действующей в интересах ФИО1, ФИО5 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки, признании недействительной государственной регистрации права собственности на квартиру, признании за истцом права собственности на квартиру.

В обоснование требований указано, что истцу на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ истец заключила договор дарения данной квартиры с ФИО2, который приходился ей внуком. На момент заключения данного договора дарения истец проживала в спорной квартире, другого жилья не имела. В настоящее время истец также проживает в данной квартире. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер. Незадолго до смерти, внук признался истцу в том, что взял кредит, предоставив квартиру в залог.

После смерти ФИО2 наследство приняли ответчики.

Истец ссылается на то, что что внук вынудил подарить ее квартиру. В результате обмана внука, истец лишилась квартиры. 

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, указывая, что квартира является единственным жильем истца, истец просила суд признать договор дарения квартиры недействительным, применить последствия недействительности сделки, признать за истцом право собственности на квартиру.

В ходе судебного заседания истец неоднократно меняла основание иска, указывая, что в момент совершения сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ указала, что сделка была ее совершена под влиянием заблуждения, также ссылалась на обман.

В судебном заседании истец и ее представитель заявленные исковые требования, с учетом их уточнения поддержали.

Ответчики о времени и месте рассмотрения дела судом извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. 

ФИО6, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, с иском согласился.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Тинькофф банк», ПАО «Сбербанк», ООО МК «Кэшдрайв» о времени и месте рассмотрения дела судом извещены надлежащим образом, в суд не явились. 

Выслушав пояснения истца и ее представителя, третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу положений пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с положениями статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передала одаряемому квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>. Право собственности на жилое помещение за ФИО2 зарегистрировано в установленном законом порядке.

Согласно свидетельству о смерти ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно материалам наследственного дела, наследниками, принявшими наследство после его смерти являются ФИО5, ФИО1 в лице законного представителя ФИО4 

Оспаривая заключенный договор, ФИО3 указывает на, то что была введена внуком в заблуждение, а также ссылалась на то, что на момент совершения сделки, ввиду своего состояния здоровья, не могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

По ходатайству стороны истца судом были назначены судебная психиатрическая экспертиза, а впоследствии комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которых было поручено экспертам ГУЗ «Республиканская психиатрическая больница им. академика В.М. Бехтерева» Министерства здравоохранения Республики Татарстан.

Согласно заключению № судебных психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, на момент заключения договора дарения недвижимого имущества, ДД.ММ.ГГГГ, каким-либо психическим расстройством не страдала. С учетом имевшихся у ФИО3 заболеваний, возраста, состояния здоровья, принимаемых медицинских препаратов, она на момент заключения договора недвижимого имущества, ДД.ММ.ГГГГ могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ психолого-психиатрических экспертов ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, на момент заключения договора дарения недвижимого имущества, ДД.ММ.ГГГГ, каким-либо психическим расстройством не страдала. С учетом имевшихся у ФИО3 заболеваний, возраста, состояния здоровья, принимаемых медицинских препаратов, она на момент заключения договора недвижимого имущества, ДД.ММ.ГГГГ могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

По представленным материалам гражданского дела не усматривается каких-либо психологических факторов, которые бы нарушали способность ФИО3 понимать характер и значение своих действий и руководить ими при подписании договора дарения 30.10.2021. Указанное юридическое действие соответствовало ее эмоциональному отношению и сложившейся семейной ситуации.

Таким образом, экспертами-психиатрами сделан однозначный вывод о том, что ФИО3 в юридически значимый период могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

Суд не обладает специальными познаниями в данных областях и основывает свои выводы на заключениях экспертов, которыми сделаны вышеуказанные выводы. 

Экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза проведена на основании определения суда, при ее проведении эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, экспертами даны однозначные ответы на поставленные в определении суда о назначении экспертизы вопросы, сомнений в правильности или обоснованности данного заключения у суда не возникло.

При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств по данной категории дел лежит на истце и является его обязанностью в силу приведенных положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец, на котором лежит бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорного договора дарения, не представила суду доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что в юридически значимый период в силу своего состояния истец не могла понимать значения своих действий и руководить ими, равно как и сведений в безусловном порядке подтверждающих нахождение истца в юридически значимый момент в состоянии, исключающем способность понимать значение своих действий и руководить ими.

Действия истца свидетельствуют о том, что ее воля была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из договора дарения квартиры.

Как поясняла в судебном заседании 31 января 2023 года (л.д. 59-60) сама истец, квартиру подарила внуку, он жаловался, что ему негде жить, потом, когда внук лежал в больнице, попросила вернуть квартиру назад. Истец приходила в МФЦ, подписывала документы, знакомым говорила, что отдала квартиру внуку, ее отговаривали. Истец указывала, что болела, был ковид, инсульт, предполагала, что если что-то случится, квартира внуку останется, пожалела внука, подарила ему квартиру. 

При этом, суд не принимает пояснения истца о том, что она не видела документы и не знала, что подписывает. Из совокупности данных истцом объяснений следует, что она понимала, что между сторонами был заключен договор дарения квартиры. 

Истец лично присутствовала при регистрации договора дарения квартиры.

Из текста договора дарения, а именно пункта 2 следует, что стороны подтверждают, что не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Согласно пункту 3 договора право собственности на отчуждаемую квартиру возникает у одаряемого с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Указанное исключает какое-либо иное толкование приведенных условий, свидетельствующее, что при заключении договора ФИО3 была введена в заблуждение одаряемым.

Доводы истца, что все действия свидетельствуют о заключении истцом договора дарения под влиянием заблуждения, обмана несостоятельны и голословны ввиду отсутствия надлежащих доказательств. 

То обстоятельство, что истец проживает в спорной квартире и несет бремя ее содержания не свидетельствует о недействительности оспариваемого договора дарения. 

Ответчики не лишены права предоставить принадлежащее им жилое помещение в пользование истцу.

Ссылки истца на ее личность, преклонный возраст и состояние здоровья отклоняется судом. В рамках рассмотрения дела судом проведена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, в ходе которой установлено, что на момент совершения юридически значимого действия истец понимала характер и значение своих действий, могла руководить ими, юридическое действие соответствовало эмоциональному отношению истца и сложившейся семейной ситуации.

Таким образом, доводы истца являются несостоятельными, договор дарения истец заключила добровольно, представленные в регистрирующий орган документы соответствовали требованиям закона, достоверных доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения не представлено.

Также истцом не представлено допустимых доказательств совершения сделки под влиянием обмана. 

Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения квартиры недействительным суд не находит.

Соответственно, не имеется оснований для удовлетворения производных требований о применении последствий недействительности сделки, признании недействительной государственной регистрации, признании права собственности на квартиру за истцом. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12,56,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 (паспорт №) к ФИО4 (паспорт №), действующей в интересах ФИО1 (СНИЛС №), ФИО5 (СНИЛС №) о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании недействительной государственной регистрации, признании права, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Приволжский районный суд города Казани Республики Татарстан.

Мотивированное решение изготовлено 07 марта 2024 года. 

Судья Чибисова В.В.