УИД: №

Дело № 2-1060/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 марта 2021 года Кировский районный суд г.Перми в составе председательствующего судьи Швец Н.М., при секретаре Мазлоевой Е.С., с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 21 мая 2019 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3

Требования мотивированы тем, что на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию ФИО1 является собственником 1/2 доли наследственного имущества В. по 

<

адрес> и земельного участка площадью 600 кв.м. 

В соответствии с договором купли-продажи в 1999 году ФИО2 приобрел 1/2 долю домовладения по 

<

адрес>. 

В силу ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. Согласно ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности осуществляется по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия в порядке установленном судом. Вселение собственником жилого помещения членов семьи и иных граждан осуществляется с согласия всех собственников этого жилого помещения, чего ФИО2 сделано не было, в связи с чем в силу ст. 173.1 ГК РФ данная сделка является недействительной.

На судебном заседании 17 февраля 2020 года по делу № установлено, что ФИО2 в марте 2019 года совместно с супругой выехали из домовладения по 

<

адрес> в связи с проживанием по другому адресу. В этот период в домовладение вселилась семья ФИО3 с детьми и сожителем Н. В результате ФИО3, Н. перекрывают доступ ФИО1 к имуществу, принадлежащему на праве собственности. Таким образом, запрещают пользоваться, распоряжаться домовладением, земельным участком.

В мае 2019 года ФИО2 заключает со ФИО3 договор дарения долевой собственности. 

Согласно п.3.4 договора дарения даритель гарантирует, что даримые доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом не состоят в споре. При этом решением суда от 17 февраля 2020 года по делу № установлен спор о праве.

Определением суда на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, к участию в дело в качестве соответчика привлечена ФИО3

В судебном заседании истец на удовлетворении заявленного требования настаивал по изложенным в иске основаниям.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился, указав, что договор заключен на законных основаниях.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании участия не принимала, направила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствии.

Представитель ответчика ФИО3 в суде против удовлетворения требований возражал, указав, что в силу действующего законодательства при заключении договора дарения согласие истца не требовалось. Доводы истца основаны на неверном толковании права. Также указал на пропуск истцом срока исковой давности. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела и представленные доказательства, приходит к следующему.

Статья 209 Гражданского кодекса Российской Федерации наделяет собственника правами владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами (пункт 2).

В силу статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников (пункт 1). Участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса (пункт 2).

Из части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор дарения является безвозмездной сделкой.

Положениями части 2 статьи 576 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены ограничения для дарения имущества, находящегося в общей совместной собственности. Дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 246 Гражданского кодекса Российской Федерации участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, исходя из содержания указанной правовой нормы, распоряжение по взаимному согласию всех сособственников имуществом, находящимся в их долевой собственности, не затрагивает права каждого сособственника по своему усмотрению произвести отчуждение своей доли любым законным способом, и при этом согласие другого сособственника на отчуждение доли не требуется.

Единственным требованием, которое должно быть выполнено при возмездном отчуждении объекта долевой собственности, является соблюдение правила преимущественной покупки.

Однако при совершении безвозмездной сделки, к числу которой относится договор дарения, правила о преимущественном праве покупки, предусматривающие необходимость извещения остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю, не применяются.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 27 августа 1992 года истец ФИО1 является собственником 1/2 доли наследственного имущества В., в том числе деревянного одноэтажного жилого дома, находящегося по 

<

адрес>, расположенного на земельном участке площадью 600 кв.м. 

1/2 доли домовладения принадлежала на праве собственности В.1. на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию.

В соответствии с договором купли-продажи от 20 июля 1999 года В.1. продал 1/2 долю домовладения, находящегося по 

<

адрес>, расположенного на земельном участке 609 кв.м., ФИО2 

21 мая 2019 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой 1/2 долю в праве собственности на земельный участок площадью 604 +/- 2,55 кв.м. и индивидуальный жилой дом с надворными постройками, находящихся по 

<

адрес>.

Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 20 декабря 2019 подтверждается, что спорное жилое помещение, находящееся по 

<

адрес> представляет собой индивидуальный одноэтажный жилой дом с надворными постройками, площадью 40 кв.м, который принадлежит на праве общей долевой собственности с 11 октября 2016 года истцу ФИО1 (1/2 доли) и с 24 сентября 2019 ответчику ФИО3 (1/2 доли).

Обращаясь в суд с требованием о признании договора дарения недействительным, ФИО5 в качестве основания указал на отсутствие его согласия при заключении спорного договора. 

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Из материалов дела следует, что ФИО1 и ФИО2 на праве общей долевой собственности (по 1/2 доли в праве) принадлежал жилой дом и земельный участок.

21 мая 2019 года ФИО2 распорядился своим имуществом, подарив его ФИО3

При таких обстоятельствах, поскольку ФИО2 распорядился принадлежащими ему правами в отношении земельного участка и жилого дома, подарив соответствующую долю ФИО3, то есть возмездного их отчуждения не было, то соблюдения статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении оспариваемого истцом договора дарения, являющегося безвозмездной сделкой, не требовалось.

Данная сделка не нарушает требования действующего законодательства. Доказательств, подтверждающих нарушение действиями ответчиков законных прав истца в материалы дела в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Также не являются основаниям для признания спорного договора недействительным доводы истца об отсутствии его согласия на проживание семьи ФИО3 в доме до заключения оспариваемой сделки, чинении препятствий со стороны ФИО3 и членов ее семьи в пользовании жилым помещением в силу следующего.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст. 12 ГК РФ способами, а также иными способами, предусмотренными законом. Истец (заявитель) свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты. При этом избрание заявителем ненадлежащего способа защиты права может являться самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований.

В данном случае истец не лишен возможности избрать иной способ защиты нарушенного права путем предъявления соответствующего иска о не чинении препятствий в пользовании жилым домом и земельным участком. В свою очередь, право собственности дарителя (ФИО2) на 1/2 долю спорного имущества на 21 мая 2019 года кем-либо не оспаривалось, а наличие спора законности проживания в доме третьих лиц не является препятствием для заключения оспариваемого договора.

Представителем ответчика заявлено применение срока исковой давности.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами (в действующей редакции на момент заключения сделки дарения).

Судом установлено, что ранее (18 ноября 2019 года) ФИО1 обращался в суд с иском ФИО2, ФИО3 о взыскании денежной компенсации за пользование 1/2 доли в праве общей долевой собственности на домовладение, расположенное по 

<

адрес>, признании за ФИО1 права собственности на долю земельного участка и домовладения ФИО2, ФИО3, освобождении собственности ФИО6.(дело №).

Решением Кировского районного суда г. Перми от 17 февраля 2020 года в удовлетворении требований истца отказано, таким образом, срок исковой давности подлежит исчислению с 18 ноября 2019 года. С настоящим иском в суд истец обратилась лишь 21 января 2021 года, то есть с пропуском срока исковой давности.

Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности ФИО1 в силу положений ст. 205 ГК РФ, не представлено.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 21 мая 2019 года – отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми.

Судья Н.М.Швец