Гражданское дело № 2-820/2019

УИД № 44RS0028-01-2019-000836-02

Решение

 изготовлено 19 сентября 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Кострома

12 сентября 2019 года

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи К.А.Батухиной,

при секретаре судебного заседания А.А.Мартиросяна,

с участием помощника прокурора Костромского района К.В.Черных,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Тепличный комбинат «Высоковский» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 обратились в суд с иском к ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что 24 мая 1993 года в период работы в ГУСХП «Высоковский» (в настоящее время – ООО «Тепличный комбинат «Высоковский») произошёл несчастный случай, в результате которого погиб Б.А.Н., являвшийся супругом ФИО1, отцом ФИО2 и ФИО3, и родным братом ФИО5. Решением Димитровского районного суда города Костромы несчастный случай признан страховым и связанным с производством, вина погибшего не установлена. Кроме того, решением суда установлено, что смерть ... Б.А.Н., не прошедшего инструктаж, наступила в результате выполнения погибшим своих трудовых обязанностей. Причиной смерти является ... нижним стеклом окна теплицы при её обходе, при исполнении трудовых обязанностей без противоправного умысла погибшего. Стекло принадлежало ответчику и являлось источником повышенной опасности. В связи с тем, что смерть наступила от ранения стеклом, с учётом отсутствия инструктажа, имеет место факт необеспечения ответчиком погибшему работнику безопасных условий труда. На иждивении погибшего на момент смерти находилось трое человек – две дочери и супруга, находящаяся в отпуске по уходу за ребенком. Из-за гибели брата истец ФИО5 вынуждена была взять на себя дополнительный уход за престарелыми родителями, здоровье которых сильно ухудшилось от гибели сына. Также она весь период испытывает страдания от гибели близкого человека, поскольку они всю жизнь были очень близки между собой, делились своими личными проблемами и работами, советовались друг с другом, помогали друг другу. За все годы с момента гибели брата она (ФИО5) испытывает нравственные страдания, связанные с одиночеством. Истец ФИО1 так и смогла построить свою личную жизнь. В период жизни с погибшим у них была очень крепкая и дружная семья. Погибший был единственным и любимым человеком (мужчиной) в её жизни, которого она любит до сих пор из-за чего пребывает все эти годы в одиночестве, испытывает страдания. на момент гибели мужа ей было 26 лет. Истец ФИО2 на момент гибели отца была в возрасте 1 года 2 месяцев. Всю свою жизнь она испытывает горе утраты возможности воспитываться в полной семье, иметь отца, хоть что-то иметь в своей памяти о нём, знать какой он был с учётом собственного восприятия, а не из разговоров родных. Она была лишена иметь отца, так и не узнав об его отцовской любви, заботе внимании. Её семейная связь с отцом, была прервана в самом начале её жизни. Истец ФИО3 в связи с гибелью близкого человека – отца, утратила семейную связь с ним, не смогла получить возможности воспитания в полной семье, лишилась духовной поддержки, что отразилось на качестве жизни. После гибели отца, пережила сильнейший стресс оказавший влияние на психоэмоциональное развитие в период детства и дальнейшей жизни. На протяжении длительного периода времени, ответчик исходя из собственных интересов, намеренно отказывался от признания произошедшего несчастного случая, как выполнение погибшим работы в интересах работодателя, во время выполнения трудовой функции. При этом, ответчик постоянно высказывается о действиях погибшего как уголовно-противоправных, фактически выдвигая обвинение в отношении погибшего о совершении им кражи. Умышленно умаляет честь и достоинство личности погибшего, причиняет этим также тяжёлые нравственные страдания. Вина работодателя заключается в необеспечении безопасных условий труда. Оборудование (стекло) с его опасными свойствами принадлежит ответчику и является источником повышенной опасности. 

С учётом изложенного и со ссылкой на статьи 150-152, 1079 ГК Российской Федерации, статей 22, 212, 227 ТК Российской Федерации, истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 просят суд взыскать с ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» компенсацию морального вреда в связи с гибелью ФИО9: в сумме 2 000 000 рублей в пользу ФИО1; в сумме 1 000 000 рублей – в пользу ФИО2; в сумме 1 000 000 рублей – в пользу ФИО3; в сумме 1 000 000 рублей - в пользу ФИО5. (л.д. ...)

В ходе судебного разбирательства заявленные требования были дополнены требованием о возмещении за счёт ответчика понесённых истцами судебных расходов по оформлению доверенностей, а именно: в пользу ФИО1 и ФИО2 просили взыскать по 1 000 рублей каждой, в пользу ФИО5 – 1 000 рублей. (л.д. ...) 

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5, будучи извещёнными о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в своё отсутствие при участии своего представителя ФИО6. (л.д. 7...) Кроме того, истцами представлены суду письменные пояснения по существу заявленных ими требований о компенсации морального вреда (л.д. ...).

Представитель истцов ФИО6, действующая на основании доверенностей от 9 июля 2018 года (от ФИО3, л.д. ...), от 18 апреля 2019 года (от ФИО1, ФИО2, л.д. ...), от 22 июля 2019 года (от ФИО5, л.д. ...) в судебном заседании доводы своих доверителей поддержала, отметила законность и обоснованность заявленных ими требований.

Представитель ответчика ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» ФИО7, действующая на основании доверенности от 28 декабря 2018 года (л.д. ...) в судебном заседании указала на незаконность и необоснованность заявленных требований, просила в их удовлетворении отказать; дополнительно суду пояснила, что 25 мая 1993 года на предприятии был составлен акт о несчастном случае на производстве, было проведено специальное расследование несчастного случая со смертельным исходом. В соответствии с приказом от 28 мая 1993 года №... ... Б.А.Н. исключён из списка работников в связи со смертью, произведён полный расчёт, расходы на похороны умершего Б.А.Н. произведены за счёт совхоза-комбината. Для обеспечения получения семьёй Б-вых всех необходимых страховых выплат ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» (ранее – ГУСХП «Высоковский») было направлено письмо в адрес Государственного учреждения Костромского регионального отделения Фонда социального страхования. Таким образом, представитель ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» ФИО7 полагает, что оснований для взыскания дополнительных выплат семье погибшего не имеется. Отмечает, что в архивах ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» содержатся расчётные листы о произведении выплат за Б.А.Н. в июне, августе и по окончании года в декабре 1993 года. Кроме того, согласно решению Димитровского районного суда города Костромы от 10 августа 2010 года назначены ежемесячные страховые выплаты ФИО2, ФИО3; а также с Государственного учреждения «Костромское региональное отделение Фонда социального страхования РФ» взыскана задолженность по ежемесячным страховым выплатам. Кроме того, представитель ответчика со ссылкой на статьи 151, 1079, 1100 ГК Российской Федерации, а также на Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 указала, что несчастный случай на производстве с Б.А.Н. произошёл 25 мая 1993 года, законодательство, действующее на указанную дату, не предусматривало возможность компенсации морального вреда, нормы ГК Российской Федерации, на который истцы ссылаются в обоснование заявленных требований, не могут иметь обратной силы, а соответственно повлечь за собой обязанность ответчика по возмещению морального вреда. 

Кроме того, представитель ответчика ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» ФИО7 отметила, стороной истца не представлено ни одного документа в обоснование заявленных требований, не представлено медицинских справок, о которых шла речь в предварительном судебном заседании, заключений врачей и т.п. Определить индивидуальные особенности потерпевших не представляется возможным в виду того, что истцы отказываются принимать личное участие в рассмотрении дела, тем самым лишая ответчика возможности сформулировать свою позицию относительно размера заявленных требований. Кроме того, сторона ответчика просит суд при определении размера морального вреда учесть давность события (май 1993 года), прошло более 26 лет, все необходимые по закону выплаты были осуществлены, ранее за компенсацией истцы не обращались. Инструмент судебной защиты не может быть использован как способ обогащения. В ходе судебного разбирательства, по мнению представителя ответчика, истцами не представлены доказательства обоснованности заявленных сумм компенсации морального вреда. ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» в настоящее время находится в очень затруднительном финансовом положении. В отношении предприятия подано и принято Арбитражным судом Костромской области заявление о признании ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» банкротом (сумма требований 20 000 000 рублей). В настоящее время ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» не имеет возможности расплатиться по долгам за энергоресурсы, от непрерывной поставки которых зависит производственная деятельность самого комбината. (л.д. ...)

При указанных обстоятельствах суд, руководствуясь положениями части 3 статьи 167 ГПК Российской Федерации, счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5.

Выслушав представителя истцов ФИО6, представителя ответчика ФИО7, исследовав материалы настоящего гражданского дела, выслушав заключение прокурора К.В.Черных, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что Б.А.Н., ... года рождения, умер 25 мая 1993 года, что подтверждается свидетельством о смерти серия ... №..., выданного ... Отделом записи актов гражданского состояния города Костромы (л.д. ...).

Причиной смерти Б.А.Н. явилась ... рана .... 

Смерть Б.А.Н. наступила в результате несчастного случая на производстве в период исполнения им трудовых обязанностей в ГУСХП «Высоковский» (в настоящее время – ООО «Тепличный комбинат «Высоковский»).

Приведённые обстоятельства также отражены в решении Димитровского районного суда города Костромы от 10 августа 2010 года, вступившего в законную силу 27 августа 2010 года (л.д. ...). Указанным решением суда исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворены частично; судом постановлено (л.д. ...):

«Отменить решение Государственного учреждения «Костромское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» о признании несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего 24 мая 1993 года с Б.А.Н., не связанным с производством и нестраховым, признав данный несчастный случай страховым.

Обязать Государственное учреждение «Костромское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» назначить и выплачивать ФИО2, ФИО3 с 1 августа 2010 года ежемесячные страховые выплаты каждой в размере по 2 079 рублей 89 копеек с последующей их индексацией в порядке, установленном законом.

Взыскать с Государственного учреждения «Костромское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» ФИО2, ФИО3 задолженность по ежемесячным страховым выплатам за период с 21 июля 2001 года по 31 июля 2010 года включительно в сумме по 150 289 рублей 69 копеек, индексацию задолженности в сумме по 80 183 рублей 61 копейки, а всего по 230 473 рубля 30 копеек каждой из истиц.

Взыскать с Государственного учреждения «Костромское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» государственную пошлину в доход бюджета городского округа города Костромы в размере 1 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.»

Факт состояния в родстве с умершим Б.А.Н. истцами подтверждён, документальное обоснование чему представлено в материалы дела (л.д. ...). В частности, свидетельством о регистрации брака между Б.А.Н. и О.В. (К.) ФИО8 (л.д. ...), свидетельствами о рождении ФИО9 (в замужестве – ФИО3) и ФИО2 (л.д. ...), свидетельствами о рождении ФИО9 (в замужестве – ФИО10) и ФИО9 (л.д. ...).

Истцы ФИО1 (супруга умершего), ФИО3 (дочь умершего), ФИО2 (дочь умершего) и ФИО5 (сестра умершего), обращаясь с исковыми требованиями к ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» о взыскании компенсации морального вреда, сослались в обоснование заявленных требований на положения статей 150-152, 1079 ГК Российской Федерации, статей 22, 212, 227 ТК Российской Федерации.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 года № 10 в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

При определении закона, подлежащего применению к спорным отношениям, судом принимается во внимание, что несчастный случай на производстве, в результате которого наступила смерть ФИО9, произошёл 24 мая 1993 года. 

ГК Российской Федерации, нормы которого в обоснование требований о компенсации морального вреда заявлены стороной истца, был введён в действие после указанного события.

Так, часть первая ГК Российской Федерации, содержащая в том числе нормы о защите нематериальных благ (среди них жизнь и здоровье) и компенсации морального вреда за посягательство на нематериальные блага (статьи 150, 151), введена в действие Федеральным законом «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ с 1 января 1995 года.

Часть вторая ГК Российской Федерации, определяющая правила об ответственности владельца источника повышенной опасности независимо от его вины за вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, включая моральный вред (§1. Общие положения о возмещении вреда (статьи 1064-1083), §4. Компенсация морального вреда (статьи 1099-1101), введена в действие Федеральным законом «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» от 26 января 1996 года № 15-ФЗ с 1 марта 1996 года.

Согласно пункту 1 статьи 4 ГК Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие (пункт 2 статьи 4 ГК Российской Федерации).

Федеральным законом «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ, Федеральным законом «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» от 26 января 1996 года № 15-ФЗ обратная сила нормам ГК Российской Федерации о компенсации морального вреда и об обязательствах вследствие причинения вреда не придана.

Таким образом, если действия, в результате которых гражданину был причинен моральный вред, совершены до вступления в силу ГК Российской Федерации, применению подлежат нормы законодательства, действовавшего на момент причинения такого вреда.

Понятие компенсации морального вреда с обязанностью выплаты её в денежном выражении за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, было впервые дано в статье 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, принятых 31 мая 1991 года и введённых в действие с 1 января 1992 года (Постановление Верховного Совета СССР от 31 мая 1991 года № 2212-1).

В соответствии со статьёй 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик моральный вред (физические или нравственные страдания), причинённый гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Действие указанной нормы в силу постановлений Верховного Совета Российской Федерации от 14 июля 1992 года № 3301-1 и от 3 марта 1993 года № 4604-1 применяется на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года.

В соответствии с частью 2 статьи 130 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоящие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, а также ребёнок умершего родившийся после его смерти.

Согласно статье 132 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда должно быть отказано, если иное не предусмотрено законодательными актами. В соответствии со статьёй 2 Кодекса законов о труде, утверждённого Верховным Советом РСФСР 9 декабря 1971 года (в редакции, действующей на момент несчастного случая) каждый работник имеет право на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

В силу статьи 108 Кодекса законов о труде администрация предприятия, учреждения, организации обязана обеспечивать нормальные условия работы для выполнения работниками норм выработки. Такими условиями считаются, а частности: исправное состояние машин, станков и приспособлений; безопасные и здоровые условия труда (соблюдение правил и норм по технике безопасности, необходимое освещение, отопление, вентиляция, устранение вредных последствий шума, излучений, вибрации и других факторов, отрицательно влияющих на здоровье работников, и т.д.).

Согласно статье 127 Кодекса законов о труде работники обязаны работать честно и добросовестно, блюсти дисциплину труда, своевременно и точно исполнять распоряжения администрации, повышать производительность труда, улучшать качество продукции, соблюдать технологическую дисциплину, требования по охране труда, технике безопасности и производственной санитарии, бережно относиться к имуществу предприятия, учреждения, организации.

В силу статьи 139 Кодекса законов о труде обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций. 

Производственные здания, сооружения, оборудование, технологические процессы должны отвечать требованиям, обеспечивающим здоровые и безопасные условия труда. Эти требования включают рациональное использование территории и производственных помещений, правильную эксплуатацию оборудования и организацию технологических процессов, защиту работающих от воздействия вредных условий труда, содержание производственных помещений и рабочих мест в соответствии с санитарно-гигиеническими нормами и правилами, устройство санитарно-бытовых помещений. При проектировании, строительстве и эксплуатации производственных зданий и сооружений должны соблюдаться санитарные правила и нормы по охране труда. (статья 140 Кодекса законов о труде)

Проведение инструктажа работников по технике безопасности, производственной санитарии, противопожарной охране и другим правилам охраны труда в силу статьи 144 Кодекса законов о труде возложено на администрацию предприятия, учреждения, организации возлагается проведение.

В то же время на момент несчастного случая, имевшего место 24 мая 1993 года, также действовали Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утверждённые Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года № 4214-1. 

В силу статьи 2 указанных Правил ответственность за вред, причинённый здоровью работника при исполнении им рудовых обязанностей, несёт работодатель.

Согласно статье 3 указанных Правил работодатель обязан возместить в полном объёме вред, причинённый здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей источником повышенной опасности (статья 454 ГК РСФСР), если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла потерпевшего. 

Если вред причинен здоровью работника не источником повышенной опасности, то работодатель освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. (часть вторая статьи 3 указанных Правил)

Доказательством ответственности работодателя за причиненный вред, а в случаях, предусмотренных частью второй статьи 3 Правил, и доказательством его вины могут служить документы и показания свидетелей, в частности: акт о несчастном случае на производстве; приговор, решение суда, постановление прокурора, органа дознания или предварительного следствия; заключение государственного инспектора по охране труда либо других должностных лиц (органов), осуществляющих контроль и надзор за состоянием охраны труда и соблюдением законодательства о труде, о причинах повреждения здоровья; медицинское заключение о профессиональном заболевании; решение о наложении административного или дисциплинарного взыскания на должностных лиц; решение регионального (отраслевого) отделения Фонда социального страхования о возмещении работодателем бюджету государственного социального страхования расходов на выплату работнику пособия по временной нетрудоспособности в связи с трудовым увечьем. (статья 5 указанных Правил)

Согласно акту специального расследования несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего в ... часа 24 мая 1993 года с ... совхоза-комбината «Высоковский» Б.А.Н. в качестве причин несчастного случая названы: 1) низкая трудовая дисциплина ... Б.А.Н., выразившаяся в хищении продукции комбината, с использованием служебного положения; 2) слабый административный контроль за работой ..., .... 

В то же время, решением Димитровского районного суда города Костромы от 10 августа 2010 года, вступившего в законную силу 27 августа 2010 года (л.д. ...) довод представителей ответчика ГУ СХП «Высоковский» о том, что несчастный случай произошёл при хищении Б.А.Н. продукции предприятия судом отвергнут, умысел лица (Б.А.Н.) соответствующим заключением правоохранительных органов не подтверждён, а обстоятельства, изложенные в акте специального расследования, основаны на основе умозаключений членов комиссии, являющихся сотрудниками предприятия. 

В силу части 2 статьи 61 ГПК Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

С учётом выше изложенного, суд полагает, что выводы, к которым пришел Димитровский районный суд города Костромы при признании несчастного случая страховым, и указанные в решении суда от 10 августа 2010 года, имеют преюдициальное значение при разрешении спора, заявленного в рамках настоящего дела, в котором участвуют те же лица.

Доказательств того, что вред был причинён Б.А.Н., не по вине работодателя, стороной ответчика ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» суду не представлено; равно как отсутствуют убедительные доказательства умысла или грубой неосторожности Б.А.Н., которые бы находились в причинной связи с его смертью.

В соответствии со статьёй 26 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утверждённые Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года № 4214-1, право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные граждане, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, ребенок умершего, родившийся после его смерти, а также один из родителей, супруг или другой член семьи, если он не работает и занят уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего, не достигшими 14 лет. Иждивенство детей предполагается и не требует доказательств.

В силу статьи 30 указанных Правил работодатель обязан возместить семье, потерявшей кормильца вследствие трудового увечья, моральный вред. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Судом установлено, что с ... ФИО1 состояла в зарегистрированном браке с Б.А.Н.. По состоянию на 24 мая 1993 года брак расторгнут не был. От брака Б-вы имели общих детей: дочерей ФИО9, ... года рождения, и ФИО2, ... года рождения. На момент несчастного случая (24 мая 1993 года) супруга погибшего Б.А.Н. – ФИО1 не работала, осуществляла уход за малолетними детьми. 

С учётом выше изложенного, суд усматривает основания и условия для возложения на ответчика ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» обязанности по компенсации морального вреда ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в связи со смертью Б.А.Н., наступившей вследствие несчастного случая на производстве, имевшем место 24 мая 1993 года. 

В то же время суд не находит законных оснований для возложения на ответчика ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» обязанности по компенсации истцу ФИО5 (сестре погибшего) морального вреда, поскольку по смыслу вышеназванных норм закона существенным признаком категории лиц - «нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие право на получение от него содержания» - является зависимость их обеспечения от кормильца и наличие между этими лицами и кормильцем имущественных отношений.

Из пояснений представителя ФИО6 следует, что ФИО5 на иждивении погибшего Б.А.Н. не находилась, проживала отдельно, заявленные требования о компенсации мотивированы исключительно наличием родственных отношений. Доказательств обратного суду не представлено, равно как не следует это и из письменных пояснений самой ФИО5. 

Сам по себе факт состояния ФИО5 в неимущественных (родственных) отношениях с погибшим в силу статей 26, 30 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утверждённых Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года № 4214-1, не является безусловным основанием выплаты соответствующей компенсации, несмотря на то, что нравственные страдания по поводу смерти родного брата ФИО5 продолжает испытывать и в настоящее время.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 года № 10 при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При оценке индивидуальных особенностей ФИО1, ФИО2, ФИО3, степени их нравственных и физических страданий, суд также принимает во внимание их письменные пояснения, представленные суду. 

В то же время, сама по себе смерть близкого человека (отца, супруга), по мнению суда, является обстоятельством, нарушающим (подрывающим) благополучие семьи, и не могла не причинить ФИО1, ФИО2, ФИО3 соответствующих нравственных страданий. 

У суда не вызывает сомнений невосполнимость утраты истцами родственной, семейной связи с ФИО9, глубина их переживаний, наличие стресса, ощущение чувства потери и горя, в особенности у детей, которые в силу своего малолетнего возраста (на момент несчастного случая), а также в период взросления и становления как личностей, были лишены той моральной и материальной поддержки со стороны отца (ФИО9), на которую вправе были рассчитывать и которая была им необходима. 

С учётом характера и обстоятельств несчастного случая, принимая во внимание перенесенные ФИО1, ФИО2, ФИО3 нравственные и физические страдания, с учетом их индивидуальных, в том числе возрастных, особенностей, признавая невосполнимость утраты отца (супруга), суд полагает, что денежная выплата в размере 300 000 рублей будет является более разумной и справедливой компенсацией морального вреда, нежели заявленная истцами. 

Других доказательств, помимо письменных пояснений истцов, позволяющих иначе оценить степень (тяжесть) нравственных страданий истцов с учетом их индивидуальных особенностей, материалы дела не содержат, а стороной истца суду не представлено. В связи с чем, оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает. 

Разрешая требования истцов ФИО1 и ФИО2 о взыскании с ответчика судебных расходов по оформлению нотариальной доверенности на представителя суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьёй 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу части 1 статьи 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 2 Постановления «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» от 21 января 2016 года № 1 перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

С учётом изложенного, принимая во внимание, что из содержания доверенности от 18 апреля 2019 года (л.д. ...) не следует, что она составлена для участия представителя ФИО6 именно в данном деле, предметом рассмотрения которого является вопрос о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о том, что содержание названной доверенности носит общий характер, не связанный с рассмотрением судом конкретного дела, в связи с чем расходы понесенные заявителями ФИО1, ФИО2 на её получение взысканию не подлежат.

При этом, согласно положениям статьи 103 ГПК Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истцы были освобождены, подлежит взысканию с ответчика ООО «Тепличный комбинат «Высоковский» в доход бюджета Костромского муниципального района.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Тепличный комбинат «Высоковский» удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственности «Тепличный комбинат «Высоковский» (ОГРН 

<

***>, дата регистрации 11 января 2016 года) в пользу ФИО1, ... года рождения, уроженки ..., компенсацию морального вреда в размере 300 000 (Триста тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственности «Тепличный комбинат «Высоковский» (ОГРН 

<

***>, дата регистрации 11 января 2016 года) в пользу ФИО2, ... года рождения, уроженки ..., компенсацию морального вреда в размере 300 000 (Триста тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственности «Тепличный комбинат «Высоковский» (ОГРН 

<

***>, дата регистрации 11 января 2016 года) в пользу ФИО3, ... года рождения, уроженки ..., компенсацию морального вреда в размере 300 000 (Триста тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Тепличный комбинат «Высоковский» – отказать.

ФИО4 в удовлетворении исковых требований к Обществу с ограниченной ответственностью «Тепличный комбинат «Высоковский» - отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственности «Тепличный комбинат «Высоковский» (ОГРН 

<

***>, дата регистрации 11 января 2016 года) в доход бюджета Костромского муниципального района Костромской области государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Костромской районный суд Костромской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Федеральный судья

К.А.Батухина