РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

г.Рязань 26 февраля 2020 года

Советский районный суд г.Рязани в составе председательствующего судьи Никишиной Н.В.,

при секретаре Андриановой К.В.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ООО «СК «Переяславль» ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СК «Переяславль» о признании увольнения незаконным, установлении факта трудовых отношений, изменении даты увольнения, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, за задержку выдачи заработной платы, за задержку выдачи компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности по отчислению страховых взносов и налога,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СК «Переяславль» о признании увольнения незаконным, установлении факта трудовых отношений, изменении даты увольнения, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, за задержку выдачи заработной платы, за задержку выдачи компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда, мотивируя тем, что 01.06.2018 года был принят на работу к ответчику на должность 

<

данные изъяты>, с ним был заключен трудовой договор. Одновременно по требованию работодателя он написал заявление на увольнение по собственному желанию без даты. Данное заявление было написано под давлением работодателя, не являлось добровольным, в противном случае его, истца, не приняли бы на работу. В июне 2018 года он был направлен в командировку в 

<

адрес> края, денежные выплаты с учетом оплаты проезда за июнь составили 25 000 руб. С июня по август 2018 года по направлению работодателя он проходил обучение по направлению работодателя по профессии 

<

данные изъяты> по рулонным кровлям и по кровлям из штучных материалов в ООО «Учебно-производственный центр Рязаньгражданстрой» без отрыва от основной работы. 13.07.2108 года и 28.08.2018 года он соответственно получил удостоверение и свидетельство об обучении в ООО «Учебно-производственный центр Рязаньгражданстрой» по профессии 

<

данные изъяты>. 19.09.2018 года ему был выдан временный пропуск для прохода в АО «РНПК» как работнику ООО «СК «Переяславль» сроком действия по 31.12.2018 года. Заработную плату за июль-август 2018 года он не получал. Ответчик мотивировал это затратами на прохождение обучения. Им, истцом, были затрачены собственные средства на прохождение медосмотра и покупку СИЗ - средств индивидуальной защиты. За период с сентября по ноябрь 2018 года зарплата также не выплачивалась. 30.11.2018 года он обратился к ответчику с просьбой о выплате зарплаты, на что получил положительный ответ. 03.12.2018 года он обратился в администрацию работодателя в целях написать заявление по собственному желанию, но ему сказали, что он уже уволен 31.07.2018 года по собственному желанию и отдали трудовую книжку. Пропуск для прохода в АО «РНПК» был заблокирован. Однако 31.07.2018 года с приказом об увольнении 31.07.2018 года его не знакомили, окончательный расчет не производили. При обращении 05.12.2018 года в Государственную инспекцию труда в Рязанской области, факт задержки производства окончательного расчета в результате проверки подтвердился, установлено, что окончательный расчет произведен только 24.08.2018 года, а не 31.07.2018 года, однако факт его работы в период с 01.08.2018 года по 03.12.2018 года не подтвердился, о чем был дан ответ от 29.12.2018 года, с которым он, истец, частично не согласен. Действиями ответчика ему был причинен моральный вред, выразившийся в том, что он, как отец двоих детей, не смог обеспечивать их всем необходимым, не мог самостоятельно оплачивать коммунальные услуги, были нарушены не только его материальные блага, но и личное достоинство и честь. В связи с чем, ссылаясь на ч.4 ст.196, 213, 140, 237, 221 ТК РФ, просил признать его увольнение 31.07.2018 года незаконным, установить факт трудовых отношений в ООО «СК «Переяславль» с 01.08.2018 года по 03.12.2018 года, обязать ООО «СК «Переяславль» внести в трудовую книжку запись об увольнении по собственному желанию с 03.12.2018 года, взыскать с ООО «СК «Перяславль» невыплаченную заработную плату в размере 70 000 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 6 689, 34 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 5 401, 19 руб., за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 306, 15 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец увеличил исковые требования и окончательно просил признать его увольнение 31.07.2018 года незаконным, установить факт трудовых отношений в ООО «СК «Переяславль»с 01.08.2018 года по 03.12.2018 года, обязать ООО «СК «Переяславль» внести в трудовую книжку запись об увольнении по собственному желанию с 03.12.2018 года, взыскать с ООО «СК «Переяславль» невыплаченную заработную плату в размере 70 000 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 6 689, 34 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 15 030,87 руб., за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 1 226, 34 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., возложить на ответчика обязанность произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование Пенсионный фонд с подачей сведений индивидуального персонифицированного учета, в Фонд обязательного медицинского страхования, в Фонд социального страхования, в налоговую инспекцию для уплаты НДФЛ с 01.08.2018 года по 03.12.2018 года.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные исковые требования в окончательной редакции поддержали и просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 с исковыми требованиями не согласилась и, ссылаясь на пропуск истцом срока на обращение в суд, отсутствие перед истцом задолженности по заработной плате за время его работы, просила в удовлетворении исковых требований полностью отказать.

Суд, выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению. 

Так, сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Согласно ч.2 ст. 392 ТК РФ, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Из приведенной нормы Трудового Кодекса РФ следует, что требование о взыскании заработной платы и иных выплат является самостоятельным исковым требованием, с которым работник в случае невыплаты или неполной выплаты причитающихся ему сумм, вправе обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм.

В судебном заседании установлено, что 01.06.2018 года ФИО1 был принят в ООО «СК «Переяславль» на должность 

<

данные изъяты>, о чем с ним был заключен трудовой договор на срок до дд.мм.гггг. года и внесена запись в трудовую книжку.

По условиям трудового договора, ФИО1 принимался на должность 

<

данные изъяты> с должностным окладом 14 000 руб. в месяц; работнику устанавливался ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней, пятидневная рабочая неделя (выходные - суббота, воскресенье) (п.п.1.1, 2.1, 2.2., 3.1 трудового договора).

Приказом директора ООО «СК «Переяславль» № от дд.мм.гггг. года ФИО1 был уволен с работы 31.07.2018 года по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ по собственному желанию, о чем была внесена соответствующая запись в трудовую книжку истца.

В соответствии со ст.84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. 

Вместе с тем, как пояснил в судебном заседании истец, и его объяснения в этой части не оспорены ответчиком, трудовую книжку он получил фактически 03.12.2018 года.

Таким образом, о нарушениях своих трудовых прав истец узнал 03.12.2018 года с момента получения им трудовой книжки. 

Внесенная в журнал учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним ООО «СК «Переяславль» запись за № о выдаче на руки трудовой книжки ФИО1 31.07.2018 года с подписью ФИО1 в её получении, судом не может быть принята во внимание, поскольку заключением судебной почерковедческой экспертизы № от 23.08.2019 года, проведенной ФБУ Рязанская ЛСЭ Минюста России, установлено, что подпись от имени ФИО1 в книге учета движения трудовых книжек выполнена не им, а другим лицом с подражанием его подписи.

Данное экспертное заключение никем в установленном порядке не оспорено, соответствует предъявляемым к нему законом требованиям, поэтому является надлежащим доказательством по делу и учитывается судом.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец просил признать его увольнение 31.07.2018 года незаконным, обязать внести в трудовую книжку запись об увольнении по собственному желанию с 03.12.2018 года.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока на обращение с данными требованиями в суд и применении последствий пропуска данного срока в виде отказа в иске, поскольку о своем предполагаемом нарушенном праве истец узнал при получении трудовой книжки 03.12.2018 года, а с исковым заявлением в суд он обратился 03.03.2019 года, то есть свыше месячного срока, установленного законом.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд, суд приходит к следующему.

Как указано в абз. 2 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходя из содержания абз. 1 ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, а также ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Конституция РФ, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью и возлагая на государство обязанность по их соблюдению и защите (статья 2), гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46 часть 1), в том числе закрепленных статьей 37 Конституции РФ прав в сфере труда.

Предусмотренный ст.392 ТК РФ срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. 

Однако, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих Определениях, такой срок, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленный данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 21 мая 1999 года N 73-О, от 12 июля 2005 года N 312-О, от 15 ноября 2007 года N 728-О-О, от 21 февраля 2008 года N 73-О-О и др.).

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а при пропуске срока по уважительным причинам он может быть восстановлен судом (часть третья статьи 392 ТК РФ). 

Поскольку судом установлено, что трудовую книжку истец фактически получил на руки 03.12.2018 года, с иском о признании увольнения и связанным с ним требованием об изменении даты увольнения на 03.07.2018 года (внесении записи об увольнении с 03.12.2018 года) он обратился 03.03.2019 года, согласно отметке на почтовом конверте, срок давности на обращение в суд по данным требованиям истец пропустил.

Статьей 92 ТК РФ предусмотрено, что при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" и в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 г. N 15).

В судебном заседании установлено, что 05.12.2018 года истец обратился в Государственную инспекцию труда в Рязанской области по вопросу нарушения его трудовых прав, по результатам рассмотрения обращения ФИО1 трудовой инспекцией в адрес работодателя ООО «СК «Переяславль» было вынесено предписание № от 17.12.2018 года, обязывающее общество в срок до 18.01.2019 года выплатить ФИО1 компенсацию за несвоевременную выплату окончательного расчета при увольнении и расходы по прохождению медосмотра; факт работы ФИО1 в период с 01.08.2018 года по 31.12.2018 года трудовой инспекцией установлен не был, о чем ФИО1 был направлен письменный ответ от 29.12.2018 года.

Таким образом, в период с 05.12.2018 года по 29.12.2018 года у истца имелись объективные причины, вследствие которых он не обращался за разрешением спора в суд.

Вместе с тем, никаких доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока на обращение с требованиями в суд о признании увольнения незаконным и связанным с ним требованием о внесении записи об увольнении с 03.12.2018 года в последующий период истцом не представлено.

По смыслу ч.4 ст.198 ГПК РФ в случае признания причин пропуска срока исковой давности или срока обращения неуважительными, выносится решение об отказе в иске, при этом в мотивировочной части решения суда может быть указано только на установление судом данных обстоятельств.

Таким образом, исковые требования ФИО1 о признании увольнения с 31.07.2018 года незаконным и внесении записи в трудовую книжку об увольнении с 03.12.2018 года удовлетворению не подлежат в связи с пропуском истцом срока на обращение с данными требованиями в суд.

Срок на обращение в суд с иском об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы, компенсации за задержку выдачи заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации за задержку выдачи такой компенсации, а также по требованиям о возложении на ответчика обязанности по отчислению страховых взносов и налога, вопреки утверждению представителя ответчика, истцом не пропущен, данные требования производными от требования о признании увольнения незаконным, не являются.

Рассматривая данные требования по существу, суд приходит к следующему.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Такой позиции придерживается Верховный Суд РФ в Определениях от 04.03.2019 г. №, 30.09.2019 года №, от 21.10.2019 г. № и других.

Как пояснил в судебном заседании истец ФИО1, он продолжал работать в ООО «СК «Переяславль» после 31.07.2018 года до 03.12.2018 года, выполнял по поручению работодателя разовые поручения, связанные с погрузкой-разгрузкой материалов, в сентябре - ноябре 2018 года он проходил обучение по направлению работодателя на территории нефтезавода, о чем ему был выдан пропуск. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 факт работы ФИО1 в августе, ноябре 2018 года отрицала, пояснив, что ФИО1, вернувшись с командировки по направлению ООО «СК «Переяславль», в июле 2018 года был уволен, в августе в ООО «СК «Переяславль» он не работал, а в сентябре по просьбе ФИО1 он вновь привлекался к работе в ООО «СК «Переяславль» на прежних условиях на территории Рязанского нефтезавода, где у ООО «СК «Переяславль» имеется объект, в связи с чем ФИО1 был выдан временный пропуск сроком действия с 19.09.2018 г. по 31.12.2018 г., при этом ни трудовой, ни гражданско-правой договор с ним не заключался, но заработная плата выплачивалась.

Из материалов дела следует, что действительно ООО «СК «Переяславль» выдало ФИО1 временный пропуск № на срок с 19.09.2018 года по 31.12.2018 г. и производило выплату заработной платы ФИО1 за период с 01.09.2018 года по 31.10.2018 года, согласно платежным ведомостям № от 16.11.2018 года, № от 30.10.2018 г., № от 12.10.2018 года, 452 от 28.09.2018 года, в которых указан размер сумм, причитающихся ФИО1 за каждый месяц, в том числе в качестве аванса.

Согласно данным ведомостям, в сентябре 2018 года ФИО1 было выплачено 14 000 руб., то есть в размере ранее установленного ФИО1 должностного оклада, в октябре 2018 года - 15 000 руб. что, по пояснениям представителя ответчика в суде, было связано с оплатой сверхурочного отработанного им времени.

Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы, проведенной ФБУ Рязанская ЛСЭ Министерства юстиции РФ от 31.01.2020 г. №, не оспоренной ни одной из сторон, подписи в получении денежных средств во всех вышеуказанных платежных ведомостях выполнены самим ФИО1

Таким образом, оценивая приведенные доказательства в их совокупности, суд полагает, что, несмотря на то, что трудовой договор со ФИО1 в период с 01.09.2018 года по 31.10.2018 года не заключался, факт нахождения ФИО1 в трудовых отношениях с ООО «СК «Переяславль» в данный период на условиях ранее заключенного с ним трудового договора подтвержден, что, собственно, не оспаривалось представителем ответчика ФИО3 в судебном заседании.

Вместе с тем, факт работы ФИО1 в указанной организации в иной заявленный им период, в частности, в течение августа, ноября 2018 года, с 01.12.2018 года по 03.12.2018 г. никакими доказательствами не подтвержден. 

Истцом, на которого судом в соответствии со ст.56 ГПК РФ возлагалась обязанность доказать данный факт, никаких объективных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что он выполнял конкретную работу по поручению и с ведома работодателя - ООО «СК «Переяславль» в течение всего заявленного в исковом заявлении периода с 01.08.2018 года по 03.12.2018 года не представлено.

Ссылка истца на временный пропуск №, выданный ООО «СК «Переяславль» для прохождения на территорию АО РНПК, в котором указан срок действия пропуска с 19.09.2018 года по 31.12.2018 года факт работы истца с 01.08.2018 по 31.08.2018 года, с 01.11.2018 по 30.11.2018 года, с 01.12.2018 по 03.12.2018 года в ООО СК «Переяславль» не подтверждает, поскольку лишь свидетельствует о допуске истца на данный объект в период, указанный в пропуске. При этом, как пояснил в судебном заседании сам же истец, после 03.12.2018 года он на территории данного объекта не приходил.

Ссылка истца на удостоверение № от 13.07.2018 г. и свидетельство № от 28.08.2018 года, выданные ООО «Учебно-Производственный Центр «Рязаньгражданстрой», из которых следует, что в период с 14.06.2018 года по 28.08.2018 года ФИО1 проходил обучение по профессии и специальности 

<

данные изъяты>, факт его работы в августе, ноябре и декабре 2018 г. в ООО СК «Переяслаль» также бесспорно не подтверждает, поскольку из объяснений самого же истца в судебном заседании следует, что обучение, на которое он направлялся работодателем, он фактически не проходил, удостоверение и свидетельство ему выдали на руки. 

Кроме того, судом установлено, что приказами директора ООО «СК «Переславль» № от 06.06.2018 г. и № от 01.07.2018 года ФИО1 был направлен в командировку в 

<

адрес> края, исходя из объяснений сторон в процессе, фактически истец находился в командировке в июне 2018 года, а в последующем был досрочно отозван работодателем в город Рязань.

При таких обстоятельствах суд полагает, что требования истца об установлении между сторонами факта трудовых отношений подлежат частичному удовлетворению: лишь в части его работы у ответчика в период с 01.09.2018 года по 31.10.2018 года, в остальной части удовлетворению не подлежат.

Соответственно, не могут быть удовлетворены требования истца о взыскании заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск за август, ноябрь 2018 года и с 01.12.2018 года по 03.12.2018 года, поскольку факт трудовых отношений в указанный период не доказан.

Рассматривая требования о взыскании заработной платы за период с сентября-октября 2018 года и компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст.136 ТК РФ, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Трудовым договором, заключенным между ФИО1 и ООО СК «Переяславль» от 01.06.2018 года периодичность выплаты заработной платы установлена не была.

Как пояснила представитель ответчика ФИО3 в суде, выплата заработной платы работникам ООО «СК «Переяславль» должна была осуществляться в сроки, установленные Трудовым Кодексом РФ, то есть каждого 15-го числа месяца (аванс) и 1-го числа месяца.

Судом установлено, что за сентябрь и октябрь 2018 года, ФИО1 была выплачена заработная плата в размере, не менее установленном трудовым договором, а именно 14 000 руб. - за сентябрь 2018 года и 15 000 руб. - за октябрь 2018 года.

Таким образом, задолженности по выплате заработной платы за данный период не имеется.

Вместе с тем, исходя из положений ст.136 ТК РФ, срок выплаты заработной платы ответчиком был нарушен.

Так, согласно платежной ведомости № от 28.09.2018 года о выплате ФИО1 аванса за сентябрь 2018 года в размере 10 000 руб. и платежной ведомости № от 12.10.2018 г. о выплате оставшейся части заработной платы в размере 4 000 руб., эти выплаты ему были произведены 28.09.2018 года и 12.10.2018 г. соответственно, тогда, как в соответствии с положениями ст.136 ТК РФ аванс подлежал выплате не позднее 15.09.2018 года, оставшаяся часть заработной платы - не позднее 01.10.2018 года.

Согласно платежным ведомостям № от 30.10.2018 года и № от 16.11.2018 года, ФИО1 было выплачено 10 000 руб. 30.10.2018 года (аванс) и 5 000 руб. (заработная плата) 16.11.2018 года соответственно, то есть также с нарушением установленных сроков - не позднее 15.10.2018 года аванс и не позднее 31.10.2018 года - оставшаяся часть заработной платы. 

Согласно ст.236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

По информации Банка России, в оспариваемый период ключевая ставка ЦБ РФ неоднократно изменялась и составляла с 26.03.2018 года - 7,25% годовых, с 17.09.2018 года - 7, 50% годовых.

Таким образом, с учетом установленного Трудовым Кодексом РФ срока выдачи заработной платы, проценты за задержку выдачи заработной платы, исчисляемые по формуле: сумма невыплаченной заработной платы х размер ключевой ставки ЦБ РФ/150 х количество дней просрочки невыплаты заработной платы, составят за сентябрь 2018 года 79, 83 руб.

- с суммы задолженности 10 000 руб. за период с 16.09.2018 года по 27.09.2018 года включительно 59, 83 руб. ((10 000 руб. х7, 25 %/150х1 =4, 83 руб.) + (10 000 руб. х7, 50 %/150х 11 дн.=55 руб.));

- с суммы задолженности 4 000 руб. за период со 02.10.2018 года по 11.10.2018 года включительно 20 руб. (4 000 руб. х 7,50 %/150х 10 дн.);

- за октябрь 2018 года - 95 руб. 

- с суммы задолженности 10 000 руб. за период с 16.10.2018 года по 29.10.2018 года включительно 70 руб. ((10 000 руб. х7, 50%/150х14 дн.);

- с суммы задолженности 5 000 руб. за период с 31.10.2018 года по 15.11.2018 года включительно 25 руб. (5 000 руб. х 7,50 %/150х 10 дн.);

Итого, компенсация за задержку выплаты заработной платы за сентябрь-октябрь 2018 года составит 189, 16 руб. (79, 83 руб. + 95 руб.).

Поскольку судом установлен факт работы истца в ООО «СК «Переяславль» в период с сентября 2018 года по октябрь 2018 года, последним днем работы его в ООО «СК «Переяславль» считается 31.10.2018 года.

В соответствии со ст.122 ТК РФ право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя. По соглашению сторон оплачиваемый отпуск работнику может быть предоставлен и до истечения шести месяцев.

В соответствии со ст.127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Согласно Разъяснениям Федеральной службы по труду и занятости, изложенным в письме от 31.10.2008 N 5921-ТЗ, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. При этом не имеет значения, получил работник право на ежегодный оплачиваемый отпуск или нет.

В силу п.28 Правил об очередных и дополнительных отпусках" (утв. НКТ СССР 30.04.1930 N 169) (в ред. от 20.04.2010), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

Если работник отработал менее 11 месяцев, дни отпуска, за которые должна быть выплачена компенсация, рассчитываются пропорционально отработанным месяцам (абз.4 п.28 данных Правил).

Компенсация за неиспользованный отпуск рассчитывается в соответствии со ст. 139 Кодекса РФ исходя из расчета 2,33 дня отпуска за 1 месяц (письмо Роструда от 31.10.2008 N 5921-ТЗ).

Таким образом, исходя из фактических обстоятельств дела, истцу полагалось за 2 полных месяца (сентябрь-октябрь 2018 года) 5 дней отпуска, исходя из следующего расчета: 28 дней отпуска/12 месяцев в году = 2,33 дн.; 2 мес. х 2,33 дн. = 4, 66 дня, что, с учетом округления составит 5 дней.

За эти 2 месяца истцом получено 29 000 руб. (14 000 руб. + 15 000 руб.)

В соответствии со ст.139 ТК РФ средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Таким образом, среднемесячный заработок истца составит 494, 88 руб. (29 000 руб./2/29, 3).

Поэтому компенсация составит 2 474, 40 руб. (494, 88 руб. х 5 дн.) и подлежит взысканию с ответчика, который выплату указанной компенсации истцу не произвел.

Судом также установлено, что компенсация за неиспользованный отпуск за период работы истца в ООО «СК «Переяславль» в июне-июле 2018 года также не осуществлялась.

Поэтому за указанный период истцу подлежит оплате: 2 389, 07 руб. (28 000 руб. (исходя из размера заработной платы, согласно условиям договора - 14 000 руб. в месяц)/2/29, 3 = 477, 82 руб. - среднедневной заработок для оплаты компенсации за неиспользованный отпуск; 477, 82 руб. х 5 дн.). 

Поскольку ответчиком был нарушен срок выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с июня по июль 2018 года, с учетом положений ст.236 ТК РФ, действующих в период с 01.08.2018 года по 09.12.2018 года ключевых ставок ЦБ РФ, исходя из заявленного истцом периода, выходить за пределы которого суд в соответствии с ч.3 ст. 196 ГПК РФ по настоящему делу не вправе, компенсация за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск составит: 

период начисления

сумма долга

кол-во дней

проценты

сумма, руб.

01.08.2018

16.09.2018

2389,07

47

7,25%

54,27

17.09.2018

16.12.2018

2389,07

91

7,50%

108,70

17.12.2018

16.06.2019

2389,07

182

7,75%

224,65

17.06.2019

28.07.2019

2389,07

42

7,50%

50,17

29.07.2019

08.09.2019

2389,07

42

7,00%

46,83

09.09.2019

27.10.2019

2389,07

49

6,50%

50,73

28.10.2019

09.12.2019

2389,07

43

6,25%

42,80

всего 

578,15

Компенсация за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с сентября - октября 2018 г. составит:

период начисления

сумма долга

кол-во дней

проценты

сумма, руб.

01.11.2018

16.12.2018

2474,4

91

7,50%

56,91

17.12.2018

16.06.2019

2474,4

182

7,75%

232,68

17.06.2019

28.07.2019

2474,4

42

7,50%

51,96

29.07.2019

08.09.2019

2474,4

42

7,00%

48,50

09.09.2019

27.10.2019

2474,4

49

6,50%

52,54

28.10.2019

09.12.2019

2474,4

43

6,25%

44,33

всего 

598,80

Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца заработной платы за июль 2018 года не имеется, поскольку судом установлено, что при направлении истца в командировку ответчик произвел выплату ему денежных средств в размере 25 000 руб. за 2 месяца нахождения в командировке из расчета 14 000 руб. - за каждый месяц с учетом времени нахождения истца в командировке в июне 25 календарных дней, согласно приказу от 06.06.2018 года №.

Требований о взыскании с ответчика недоплаты по заработной плате за июнь 2018 года истцом не заявлено, а факт полной оплаты истцу заработной платы за июль 2018 года подтверждается представленной ответчиком квитанцией о приеме налоговой декларации (расчета), поданной в Межрайонную ИФНС России № 2 по Рязанской области в электронном виде, согласно которой ООО «СК «Переяславль» произвело отчисления по всем страховым взносам, в том числе на обязательное пенсионное, медицинское страхование, социальное обеспечение в отношении застрахованного работника ФИО1 исходя из размера его заработной платы - 14 000 руб. за июль 2018 года, тем самым выполнив возложенную на него статьей 122 ТК РФ обязанность по осуществлению обязательного социального страхования работника.

Согласно ч.1 ст.419 НК РФ плательщиками страховых взносов признаются организации, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам.

В силу п.1 ч.1 ст.420 НК РФ объектом обложения страховыми взносами для таких плательщиков - организаций, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса) в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

Согласно ст.11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", страхователи представляют предусмотренные законом сведения для индивидуального (персонифицированного) учета (страховой номер индивидуального лицевого счета, фамилию, имя и отчество работающего, дату приема на работу, дату увольнения и прочие сведения) в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации, а сведения о сумме заработка - в налоговые органы по месту их учета; данные организации обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в указанный Фонд. 

На основании Федерального Закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» от 29.11.2010 года № 326-ФЗ, «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» от 15.12.2001 года № 167-ФЗ, «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» от 29.12.2006 года № 255-ФЗ обязанность по перечислению предусмотренных данными федеральными законами взносов за застрахованных работников возлагается на страхователей - организаций, производящих выплаты физическим лицам.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст.226 НК РФ российские организации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей. 

В судебном заседании установлено, что ООО «СК «Переясловль» такую обязанность в отношении ФИО1 в период его работы в данной организации в сентябре-октябре 2018 года не исполнило.

В связи с чем на ответчика должна быть возложена обязанность произвести отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, Фонд социального страхования РФ и обязательного медицинского страхования, с подачей сведений индивидуального персонифицированного учета в Управление Пенсионного фонда РФ, а также возложена обязанность по исчислению и уплаты налога на доходы физических лиц в налоговую инспекцию исходя из заработной платы и иных начислений, произведенных обществом истцу за период с 01.09.2018 года по 31.10.2018 года.

Обязанности произвести отчисления за иные указанном истцом в исковом заявлении периоды у ответчика отсутствует, поскольку факт выполнения истцом трудовых обязанностей в ООО «СК «Переяславль» в августе и ноябре 2018 года своего подтверждения не нашел.

В соответствии с ч.1 ст.15 Гражданского Кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что работодателем невыплатой истцу заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в установленные законом сроки были нарушены трудовые права истца, с ответчика в пользу истца должна быть взыскана компенсация морального вреда.

Частью 2 статьи 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Указанные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.), так и в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

Учитывая фактические обстоятельства дела, степень физических и нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 2 000 руб. в пользу истца, подлежащую взысканию с ответчика.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

При подаче иска ФИО1 в силу положений ТК РФ, НК РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Поэтому с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 509, 19 руб. (209, 19 руб. - по требованиям имущественного характера, 300 руб. - по требованию неимущественного характера) пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При рассмотрении дела были понесены судебные издержки, связанные с производством по делу судебной экспертизы, назначенной по определению суда от 17.09.2019 года; согласно которому производство данной экспертизы было поручено ФБУ Рязанская ЛСЭ, оплата расходов по её проведению была возложена на ответчика.

Согласно заявлению ФБУ Рязанская ЛСЭ от 02.06.2019 года, стоимость экспертизы составляет 12 580 руб., в том числе 5 440 руб. - почерковедческая экспертиза (по счету № от 30.10.2019 года), 7 140 руб. - техническая экспертиза (по счету № от 30.10.2019 года).

Ответчиком представлено платежное поручение № от 23.01.2020 года об оплате 5 440 руб. за производство почерковедческой экспертизы, оплата технической экспертизы документов в размере 7 140 руб. ответчиком не произведена со ссылкой на то, что эксперт провел её без законных на то оснований, поскольку определением суда от 17.09.2019 года эксперту было поручено провести лишь почерковедческую экспертизу.

Суд полагает, что данные доводы стороны ответчика не могут являться основаниями к освобождению его от уплаты данных судебных расходов, поскольку частью 2 статьи 86 ГПК РФ предусмотрено, что в случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

В определении суда от 17.09.2019 на разрешение экспертов был поставлен вопрос определить, кем, ФИО1 или другим лицом, выполнена цифровая запись «31.07.18 г.» в тексте заявления об увольнении.

Согласно выводам экспертов, изложенных в заключениях от 08.11.2019 года №, данная цифровая запись была выполнена не ФИО1, а иным лицом, при этом данная запись была внесена позднее основного текста заявления, на свободном от текста месте.

Учитывая, что истцом было заявлено требование о признании увольнения с 31.07.2018 года незаконным на основании того, что запись об увольнении его с 31.07.2018 года он не производил; факт и дата подачи истцом заявления по собственному желанию, обстоятельства, при которых была подано такое заявление, факт того, что данное заявление было написано под давлением и не являлось добровольным были определены судом в качестве юридически значимых по делу, суд полагает, что эксперт не превысил свои полномочия при проведении экспертизы и с учетом позиции ч.1 ст.86 ГПК РФ провел полное исследование, выявив обстоятельства, имеющие значение для дела.

В связи с чем суд признает понесенные экспертом расходы связанными с рассмотрением настоящего дела, а потому в силу ст.ст.98, 103, 103.1 ГПК РФ они подлежащат взысканию с ответчика в пользу ФБУ Рязанская ЛСЭ в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «СК «Переяславль» удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «СК «Переяславль» за период с 01.09.2018 года по 30.10.2018 года.

Взыскать с ООО «СК «Переяславль» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01.06.2018 года по 31.07.2018 года в размере 2 389 рублей 07 копеек и за задержку за выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 578 рублей 15 копеек.

Взыскать с ООО «СК «Переяславль» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск за период 01.09.2018 года по 31.10.2018 года в размере 2 474 рублей 40 копеек и за задержку за выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 598 рублей 80 копеек.

Взыскать с ООО «СК «Переяславль» компенсацию за задержку выплаты заработной платы за сентябрь-октябрь 2018 года в размере 189 рублей 16 копеек.

Обязать ООО «СК «Переяславль» произвести отчисления страховых взносов в Пенсионный Фонд с подачей сведений индивидуального персонифицированного учета, в Фонд медицинского страхования, в Фонд социального страхования, а также произвести удержания по налогу на доходы физических лиц в налоговую инспекцию с присужденных денежных сумм.

Взыскать с ООО «СК «Переяславль» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения в трудовой книжке, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда в большем размере ФИО1 к ООО «СК «Переяславль» - отказать.

Взыскать с ООО «СК «Переяславль» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 509 рублей 19 копеек. 

Взыскать с ООО «СК «Переяславль» в пользу ФБУ Рязанская ЛСЭ Минюста России судебные расходы за производство экспертизы в размере 7 140 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Советский районный суд г.Рязани в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья