УИД 74RS0032-01-2023-001869-79

Дело № 2 – 13/2024 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 февраля 2024 г. г. Миасс Челябинской области 

Миасский городской суд Челябинской области в составе 

председательствующего судьи Захарова А.В.

при секретаре судебного заседания Рафиковой И.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия

У С Т А Н О В И Л:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 (ответчик) о взыскании с последнего: в счет возмещения ущерба от ДТП 637 350, 36 рубля; судебных расходов в сумме 29 274 рубля (в т.ч. расходы по оплате государственной пошлины в сумме 9 574 рубля, расходы по оплате услуг эксперта в сумме 17 500 рублей, расходы по оформлению нотариальной доверенности 2 200 рублей); процентов за пользование чужими денежными средствами на взысканные суммы ущерба и судебных расходов, начиная с момента вступления решения суда в законную силу и по день фактической оплаты, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. 

В обоснование заявленных требований истица указала, что ДАТА в 12 – 25 часов около дома НОМЕР по АДРЕС произошло ДТП, водитель ФИО2, управляя принадлежащим ему автомобилем «...», гос. рег. знак НОМЕР, перед выполнением маневра разворота не убедился в безопасности маневра, создал помеху и совершил столкновение с движущимся позади попутно автомобилем «...», гос. рег. знак НОМЕР, под управлением ФИО3 и принадлежащем истице. Виновным в ДТП является ответчик ФИО2, нарушивший п. 8.1 ПДД РФ, административное производство в отношении которого прекращено в связи с истечением срока давности. В результате ДТП автомобилю истицы были причинены механические повреждения (конструктивная гибель ТС), страховая компания ответчика выплатила истице страховое возмещение в размере 400 000 рублей (лимит ответственности).Однако данная сумма является не достаточной для полного возмещения ущерба, поскольку согласно независимой оценке рыночная стоимость ТС истицы на момент ДТП составляет 1 229 023, 74 рубля, стоимость годных остатков 191 673, 38 рубля, тем самым размер не возмещённого ущерба составляет 637 350, 36 рубля (1 229 023, 74 рубля – 191 673, 348 рубля – 400 000 рублей). За производство оценки истица оплатила 17 500 рублей. Истица так же вынуждена нести иные судебные расходы для восстановления своего нарушенного права (л.д. 4 – 7).

В судебном заседании представитель истицы ФИО4, так же представляющая интересы третьего лица ФИО3, поддержала заявленные требования по изложенным в иске основаниям, пояснив, что автомобиль истицы не восстановлен до настоящего времени.

Истица ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, письменно ходатайствовала о рассмотрении дела в своё отсутствие (т. 2, л.д. 58, 63). 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, письменно ходатайствовал о рассмотрении дела в своё отсутствие (т. 2, л.д. 56 оборот, 60, 65).

В предыдущем судебном заседании ответчик ФИО2 показал, что ДАТА на своём автомобиле двигался со старой части города на автозавод, остановился на обочине дороги за машиной, продающей незамерзающую жидкость, купил 3-х литровую бутыль, после чего сел в свой автомобиль, убедился в безопасности движения, включил поворотник, выехал с обочины, затем перестроился в левый ряд, проехал около 40 метров прежде чем начать маневр разворота, пропустил три встречных автомобиля и только потом начал разворачиваться. Когда заканчивал разворот, на скорости в левое крыло автомобиля ответчика врезалась машина под управлением третьего лица ФИО3(т. 1, л.д. 113). 

В судебном заседании представители ответчика ФИО2 – ФИО5 и ФИО8, действующие на основании нотариальных доверенностей (так же являющиеся представителями третьего лица ФИО9), исковые требования не признали, пояснив, что ответственность за причинённый ущерб лежит на третьем лице ФИО3 В момент ДТП ФИО2 управлял автомобилем, будучи включённым в полис ОСАГО. Сам автомобиль зарегистрирован в МРЭО ГИБДД на имя третьего лица ФИО9 (бывшей супруге ответчика), с которой ответчик проживает совместно в одном жилом помещении. Арифметический расчет ущерба и стоимость восстановительного ремонта автомобиля истицы (а равно стоимость годных остатков), сторона ответчика не оспаривает.

В письменных возражениях сторона ответчика указала, что виновным в спорном ДТП полагает третье лицо ФИО3, водителя автомобиля «...», утверждая, что ФИО2 для разворота снизил скорость, занял крайне левое положение в полосе, убедился в безопасности маневра (пропустил встречные ТС), включил левый указатель поворота и начал совершать манёвр разворота, но при выезде на встречную полосу при завершении маневра на середине встречной полосы произошло столкновение, поскольку водитель ТС «...» резко сменил полосу движения и выехал на полосу встречного движения, не рассчитав безопасное расстояние до попутного автомобиля «...». Показания свидетелей ФИО7 и ФИО6 сторона ответчика полагает голословными и не соответствующими действительности (т. 1, л.д. 75 – 81).

Третьи лица ФИО3, ФИО9 и представители третьих лиц САО «Ресо – Гарантия», АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались своевременно и надлежащим образом (т. 2, л.д. 56, 59, 72). 

Третьи лица ФИО3 и ФИО9 письменно ходатайствовали о рассмотрении дела в своё отсутствие (т. 2, л.д. 64, 68).

В предыдущем судебном заседании третье лицо ФИО3 показал, что виновником ДТП полагает ответчика, который начал маневр разворота с правой обочины дороги, перегородив дорогу, так как автомобиль ФИО2 стоял около автомобиля, водитель которого продавал незамерзающую жидкость. Сигнала поворота у автомобиля ответчика ФИО3 не видел(т. 1, л.д. 209 оборот – 210). 

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО6 показал, что ДАТА двигался на своем автомобиле за автомобилем «...» под управлением ФИО3 Водитель автомобиля «...» с обочины правой стороны дороги начал разворот перед автомобилем «...», ФИО3 попытался уйти влево, но на середине дороги произошло столкновение (т. 1, л.д. 209 оборот – 210).

Из протокола судебного заседания от ДАТА, состоявшегося в ходе рассмотрения жалобы ответчика на постановление сотрудника ОГИБДД о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (материалы дела № 12 – 21/2023) следует, что опрошенный в качестве свидетеля ФИО7 (лицо, продававшее на обочине автодороги незамерзающую жидкость) показал, что ДАТА находился на своём ТС на мобильной точке по скупке аккумуляторов и продаже незамерзающей жидкости. Ответчик подъехал к обочине дороги и припарковал свой автомобиль «...» за машиной свидетеля, после чего ФИО2 вылез из своего ТС и купил у свидетеля бутыль с незамерзающей жидкостью. После покупки ответчик сел в свой автомобиль и стал резко выполнять маневр разворота. Всё произошло быстро, при выполнении разворота автомобиль ответчика ударил автомобиль «...» белого цвета, который двигался со стороны старой части города. После ДТП свидетель убедился, что участникам аварии не нужна помощь, и оставил номер своего телефона, поскольку являлся очевидцем происшествия. Затем к свидетелю подошёл ответчик и стал просить, чтобы свидетель дал показания сотруднику ГИБДД в пользу ответчика, на что ФИО7 ответил отказом (т. 1, л.д. 101 – 102).

Заслушав участвующих лиц, свидетеля и исследовав все материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

В соответствии с п.8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п.1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п.8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения.

Пунктом 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации регламентировано, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Исходя из ст. 13 Конвенции о дорожном движении, заключенной в г. Вене 08.11.1968 г. и ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29.04.1974 г., которая наряду с общепризнанными принципами и нормами международного права является составной частью правовой системы РФ, водитель ТС должен при любых обстоятельствах сохранять контроль над своим транспортным средством, с тем чтобы соблюдать необходимую осторожность и быть всегда в состоянии осуществлять любые маневры, которые ему надлежит выполнить. Водитель должен при изменении скорости движения ТС постоянно учитывать обстоятельства, в частности рельеф местности, состояние дороги и транспортного средства, его нагрузку, атмосферные условия и интенсивность движения, чтобы быть в состоянии остановить ТС в конкретных условиях видимости в направлении движения, а так же перед любым препятствием, которое водитель в состоянии предвидеть. Он должен снижать скорость и в случае необходимости останавливаться всякий раз, когда того требуют обстоятельства, особенно когда видимость неудовлетворительна.

Следовательно, законодательством установлена обязанность водителя, осуществляющего маневр разворота (поворота), не создавать опасности и помех для движения, и не причинять вред другим участникам дорожного движения, и заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

Суд полагает, что виновным в спорном ДТП от ДАТА, следствием чему явилось причинение ущерба имуществу (автомобилю «...») истицы, является ответчик ФИО2, который при совершении маневра разворота с правой обочины дороги, заблаговременно не занял соответствующее крайнее (левое) положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, создал помеху (в виде своего автомобиля) для сзади движущегося в попутном направлении автомобиля «...» под управлением ФИО3, и допустил столкновение транспортных средств, исходя из нижеследующего.

Из материалов дела (определение о возбуждении дела об административном правонарушении, постановление по делу об административном правонарушении, решение судьи Миасского городского суда Челябинской области от 12.04.2023 года по делу № 12 – 21/2023, схема ДТП),и показаний участвующих лиц следует, что ДАТА в 12 – 25 часов около дома НОМЕР по АДРЕС произошло ДТП с участием ответчика ФИО2, управлявшего автомобилем «...», гос. рег. знак НОМЕР, и третьего лица ФИО3, управлявшего автомобилем «...», гос. рег. знак НОМЕР, принадлежащего истице. В результате ДТП автомобилям сторон были причинены механические повреждения. 

Постановлением по делу об административном правонарушении от ДАТА ФИО2 признан виновным в совершении правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (12.10.2022 г. в 12-25 час.управляя автомобилем «...» перед выполнением разворота не убедился в безопасности маневра, создал помеху и совершил столкновение с движущимся позади попутно автомобилем «...» под управлением ФИО3), и ему было назначено наказание в виде штрафа в размере 500 рублей. 

Решением судьи Миасского городского суда Челябинской области от 12.04.2023 года по делу № 12-21/2023 названное выше постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 отменено, производство по делу прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. Причиной отмены постановления явился факт не извещения должностным лицом ОГИБДД защитника привлекаемого к ответственности лица (ответчика ФИО2) о рассмотрении дела, окончившегося вынесением оспариваемого постановления, тем самым был нарушен порядок рассмотрения дела об административном правонарушении (т. 1, л.д. 8 – 13).

Суд отмечает, что производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 было прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ - в связи с истечением срока давности привлечения его к административной ответственности, то есть по не реабилитирующему основанию, и не свидетельствует об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчика к административной ответственности 

Согласно письменному объяснению третьего лица ФИО3 (водителя автомобиля «...»), данного им сотруднику полиции ДАТА, ДАТА ФИО3 двигался со стороны АДРЕС Не доезжая до дома НОМЕР по АДРЕС, ФИО3 увидел, как с правой обочины начал разворачиваться автомобиль «...». Чтобы не совершить с ним столкновение, водитель ФИО3 начал уходить на полосу встречного движения, но избежать столкновения не удалось. От удара автомобиль «...» отбросило на левую обочину и ФИО3 совершил наезд на фонарный столб. В ДТП ФИО3 не пострадал, за медицинской помощью обращаться не будет(т. 1, л.д. 91).

Согласно письменного объяснения ответчика ФИО2, данного им сотруднику полиции ДАТА, ответчик, находясь на правой обочине дороги, включил левый указатель поворота, выехал на свою полосу и занял крайнее левой положение, чтобы совершить маневр разворота, со встречной полосы автомобилей не было и сзади автомобиля ответчик не видел, и начал совершать маневр и неожиданно почувствовал удар в переднюю левую часть своего ТС. После столкновения автомобиль «...» совершил наезд на фонарный столб. В ДТП ФИО2 не пострадал, за медицинской помощью обращаться не будет (т. 1, л.д. 89 – 90). 

Из письменного объяснения, данного ФИО2 сотруднику полиции ДАТА, следует, что к ранее данному объяснению ответчик хочет добавить, что столкновение произошло на встречной полосе движения, в момент, когда ответчик завершал маневр разворота. В момент дачи первоначального письменного объяснения ФИО2 находился в эмоционально-возбужденном состоянии, ответчик так же не согласен со схемой места ДТП (т. 1, л.д. 87 – 88). 

Из письменного объяснения ФИО7, данного им сотруднику полиции ДАТА, следует, что свидетель (который продавал со своего автомобиля незамерзающую жидкость) видел, как ДАТА мужчина, управлявший автомобилем «...» (ответчик ФИО2) начал выполнять маневр разворота прямо с обочины дороги, на которой находился (с обочины правой части дороги). Затем свидетель услышал звук столкновения и увидел, что произошло столкновение указанного автомобиля «...» с автомобилем белого цвета (т. 1, л.д. 83 – 84).

Из письменного объяснения свидетеля ФИО6, данного им сотруднику полиции ДАТА, следует, что ДАТА свидетель, управляя ТС «...», двигался в сторону АДРЕС. Впереди свидетеля двигался автомобиль «...». Неожиданно для свидетеля стоящий на правой обочине по ходу движения автомобиль «...» начал выполнять маневр разворота с обочины. Водитель автомобиля «...» применил торможение и в целях избегания столкновения выехал на полосу встречного движения, после чего произошло ДТП. До столкновения водитель «...» двигался в крайнем правом положении, никаких маневров не выполнял. Водитель автомобиля «...» выполнял маневр разворота с обочины, на проезжую часть дороги для того, чтобы занять крайнее левое положение, не выезжал (т. 1, л.д. 85 – 86).

Копией выплатного дела подтверждается факт выплаты истице ФИО1 третьим лицом АО «ГСК «Югория» (страховой компанией ФИО2) страхового возмещения в размере 400 000 рублей (т. 1, л.д. 145 – 168).

Определением Миасского городского суда АДРЕС от ДАТА по делу была назначена судебная экспертиза с целью установления механизма столкновения транспортных средств сторон (т. 1, л.д. 212 – 216).

Из заключения судебных экспертов НОМЕР следует, что с технической точки зрения все заявленные повреждения автомобиля истицы «...» могли образоваться при ДТП от ДАТА, обстоятельства которого указаны в административном материале и материалах гражданского дела. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «...» от повреждений, которые могли образоваться в результате ДТП от ДАТА, определённая в соответствии с Методическими рекомендациями по проведению судебных экспертиз, на дату ДТП от ДАТА, составляет 2 271 024 рубля. 

По имеющимся материалам дела установить, располагал ли водитель ФИО3, управлявший автомобилем «...» в дорожно-транспортной ситуации от ДАТА технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «...» под управлением водителя ФИО2, не представляется возможным.

В дорожно –транспортной ситуации от ДАТА водитель ФИО3, управляя автомобилем «...», смещался влево относительно первоначального курса в результате воздействия на колесо рулевого управления после обнаружения опасности для движения. В материалах дела отсутствуют данные, подтверждающие, что водитель ФИО3, управляя автомобилем «...», мог производить обгон, перед произошедшим ДТП.

В дорожно – транспортной ситуации от ДАТА водитель ФИО2, управляя автомобилем «...», мог производить маневр разворота, начиная движение с обочины попутного направления. 

В дорожно – транспортной ситуации от ДАТА водитель ФИО2, управляя автомобилем «...», не мог производить маневр разворота, располагаясь в крайнем левом положении на полосе (стороне) проезжей части попутного направления (т. 2, л.д. 3 – 49).

Тем самым результатами судебной экспертизы полностью опровергаются доводы ответчика ФИО2 о том, что он совершал маневр разворота, находясь в крайней левом положении (полосе движения) попутного направления.

Выводы судебной экспертизы также подтверждают доводы стороны истицы о том, что ответчик ФИО2 совершал маневр разворота, находясь на обочине дороги попутного направления, а так же полностью соответствуют показаниям третьего лица ФИО3 и свидетелей. 

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд отмечает, что имеются существенные противоречия в показаниях ответчика ФИО2, данных им непосредственно после ДТП, и спустя длительный период времени (включая показания, данные в судебном заседании).

Так, в день ДТП ДАТА ответчик ФИО2 дал письменные объяснения сотруднику полиции, согласно которым при совершении маневра разворота ответчик с обочины выехал на свою полосу движения и занял крайне левое положение, при этом со встречной полосы автомобилей не было, и начал совершать маневр (т. 1, л.д. 89).

Однако впоследствии (письменное объяснение от ДАТА и показания, данные в судебном заседании ДАТА) ответчик ФИО2 утверждал, что остановившись в крайнем левом положении, он уступил дорогу трём автомобилям, движущимся во встречном направлении (т. 1, л.д. 88, 113).

Данные противоречия суд полагает существенными, поскольку при исследуемых обстоятельствах ДТП ответчик, дабы совершить маневр разворота, должен был действовать быстро, при этом убедившись в отсутствии встречных транспортных средств. Поскольку автомобиль ответчика ФИО2 находился за машиной, на которой продавалась незамерзающая жидкость, ответчик, решив развернуться и убедившись в отсутствии встречного транспорта, и полагая, что сзади транспортные средства так же отсутствуют (не заметив из – за машины, продающей незамерзающую жидкость (или по иной причине) наличия на дороге сзади в попутном направлении автомобиля истца), приступил к маневру разворота непосредственно с правой обочины дороги, на которой находился.

Суд полагает, что ответчик ФИО2 дал наиболее правдивые показания обстоятельств ДТП непосредственно после происшествия (об отсутствии встречных транспортных средств при совершении им маневра разворота), т.е. ДАТА, так как в момент дачи первоначальных показаний ответчик не располагал временем, чтобы скорректировать свои показания относительно впоследствии избранной им тактикой защиты. Показания, данные ФИО2 после ДАТА (о наличии трёх встречных автомобилей, которые ответчик пропустил перед тем, как начать разворот), противоречат как первоначальным показаниям самого ФИО2, так и совокупности иных собранных по делу доказательств, включая показания свидетелей и третьего лица. 

При этом ссылку ответчика на своё эмоционально-возбужденное состояние при дачи им первоначальных показаний ДАТА, что могло помешать ФИО10 верно воспринять все фактические события произошедшего, суд во внимание не принимает, поскольку сам по себе факт наличия у человека эмоционально-возбужденного состояния (а так же наличие повышенного давления и гипертонической болезни), не свидетельствует о не верности рассказанных лицом обстоятельств, и не препятствует их реальному восприятию. 

Ответчик ФИО2 допущен к управлению ТС (имеет соответствующее водительское удостоверение), тем самым состояние его здоровья (включая зрение и когнитивные способности), не вызывает сомнений. 

Доказательств наличия у ФИО2 в момент ДТП или после ДТП галлюцинаций, каких-либо бредовых состояний, не позволивших ему дать ДАТА соответствующие показания сотруднику ГИБДД, в материалы дела не предоставлено.

Надлежащих доказательств обратному стороной ответчика, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не предоставлено.

Судебная экспертиза определения механизма столкновения автомобилей сторон проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, и в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ: экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, имеющими соответствующую квалификацию, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (т. 2, л.д. 4). 

Экспертное заключение мотивировано, последовательно и логично, содержит подробное описание процесса проведенного исследования, методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы обоснованы, в заключении указана нормативно-техническая документация, в соответствии с которой проводилась экспертиза, описание исследования. Материалы, иллюстрирующие заключение экспертов, приложены к заключению.

Таким образом, заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, у суда нет сомнений в достоверности выводов данной экспертизы. 

Стороной ответчика результаты судебной экспертизы надлежащими доказательствами не оспорены, ходатайств о назначении по делу повторной или дополнительной экспертизы не заявлено.

Суд не принимает во внимание доказательства, представленные стороной ответчика (экспертное заключение № ДАТА от ДАТА, и заключение специалиста НОМЕР от ДАТА) и свидетельствующие об отсутствии вины ответчика ФИО2 в совершении спорного ДТП (выполнение им маневра разворота с крайнего левого положения в полосе своего движения) и наличии в аварии вины третьего лица ФИО3 (нарушение пунктов10.2, ч. 2 п. 10.1, 11.2, 8.1 ПДДД РФ), поскольку указанные доказательства полностью противоречат совокупности всех иных собранных по делу доказательств (показаниям стороны истца, третьего лица ФИО3, свидетелей, материалам по факту ДТП, судебной экспертизы и др.), неоспоримо свидетельствующих о наличии вины именно ответчика ФИО2 в спорном ДТП (т. 1,л.д. 176 – 187, т. 2, л.д. 84).

Суд отмечает, что указанные выше доказательства были представлены заинтересованной в исходе дела стороной ответчика, при проведении данных исследований проводившие их специалисты не были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (в отличие от судебных экспертов); квалификация и стаж работы экспертов, проводивших исследование по назначению суда выше, нежели специалистов, составивших спорные исследования; специалисты, привлечённые стороной ответчика, не исследовали все материалы дела (в отличие от судебных экспертов), и руководствовались только пояснениями стороны ответчика (т.е. их исследования априори не являются полными); о проведении исследований не была поставлена в известность другая сторона (тем самым были нарушены принципы состязательности и объективности); при проведении исследования специалисты, приглашённый стороной ответчика, не соблюдали требования федерального законодательства (Федеральный закон от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

С учетом изложенного, так же принимая во внимание, что экспертное заключение, данное экспертами по назначению суда, более полно и мотивированно составлено, соответствует требованиям Закона, предъявляемым к такого рода доказательствам, стаж работы и квалификация судебных экспертов более длительна и высока, нежели специалистов, привлечённых стороной ответчика, суд полагает надлежащим доказательством, отвечающим требованиям ГПК РФ, именно заключение экспертов, произведённое по назначению суда. 

Каких – либо сомнений и не ясностей выводы судебных экспертов не содержат, письменными объяснениями судебных экспертов так же были разрешены все возникшие у стороны ответчика вопросы, на которые экспертами даны подробные ответы, согласно которым все объективные следы происшествия согласуются с описанным экспертами механизмом столкновения транспортных средств (т. 1, л.д. 78, 82).

Сам по себе факт не согласия стороны ответчика с выводами судебных экспертов не свидетельствует о не правильности сделанных экспертами выводов, и фактически отражает субъективное восприятие действительности самой стороной ответчика.

Довод стороны ответчика о том, что является возможным выполнение маневра разворота ТС «...» из крайнего левого положения, опровергается выводами судебных экспертов, установивших, что сам радиус поворота автомобиля «...» технически не позволяет выполнить безопасный маневр разворота из крайнего левого положения.

Суд отмечает, что подобный разворот может иметь место, если водитель автомобиля полностью пренебрежёт ПДД РФ (в этом случае при развороте на проезжей части (включая полосу встречного движения) будут иметь место неоднократные остановки и продолжения движения ТС (так называемые «вперёд - назад»), что является недопустимым, поскольку влечёт серьёзную угрозу безопасности дорожного движения. 

Мнение стороны ответчика о том, что в спорном ДТП имеется вина третьего лица ФИО3, управлявшего автомобилем «...» (полностью или в части), который не соблюдал (по мнению стороны ответчика) скоростной режим (двигался с запрещённой ПДД РФ скоростью), суд полагает ошибочным, поскольку материалами дела не подтверждён факт того, что водитель ФИО3 двигался с запрещённой ПДД РФ скоростью.

Кроме того, суд отмечает, что скорость, с которой фактически двигался водитель автомобиля «...» ФИО3, не имеет правового значения для разрешения спора, поскольку не находится в причинно – следственной связи с самим фактом возникновения ДТП (авария возникла в результате нарушения ответчиком ФИО2 ПДД РФ, выразившихся в том, что ответчик не занял крайнее левое положение при развороте, приступив к маневру непосредственно с правой обочины дороги, тем самым создал помеху (в виде собственного ТС) для водителя ФИО3) и совершил столкновение с ТС истицы.

Соответственно, скорость движения водителя ФИО3, двигавшегося прямо по своей полосе движения, не являлась причиной ДТП (в отсутствие помехи со стороны ответчика сама авария не имела бы места быть).

Между тем, действия ответчика ФИО2 состоят в прямой причинно – следственной связи с возникновением ДТП и непосредственно привели к последнему. 

Доказательств тому, что в сложившихся дорожных условиях водитель ФИО3 имел возможность затормозить и избежать столкновения транспортных средств, в материалы дела не предоставлено.

В этой связи то обстоятельство, что в письменных объяснениях сотруднику ГИБДД опрошенный ФИО6 показал, что не знаком с ФИО3 (т. 1, л.д. 86), а впоследствии сам ФИО3 показал, что они являются родственниками и коллегами, на выводы суда не влияют, поскольку показания названных выше лиц (в части фактических обстоятельств дела) соотносятся со всеми материалами дела и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

Тем самым оснований не доверять показаниям ФИО3 и ФИО6 (в части фактических обстоятельств произошедшего ДТП), оснований не имеется.

Принимая во внимание вышеизложенное, виновным в совершении спорного ДТП, имевшего место ДАТА, результатом чему явилось причинение ущерба имуществу (автомобилю) истицы, суд полагает именно ответчика ФИО2 

Разрешая требования ФИО1 о взыскании с виновного лица размера причинённого истице ущерба, суд исходит из следующего. 

Частью 1 ст. 35 Конституции РФ установлено, что право частной собственности охраняется законом.

Согласно ч. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По указанным выше основаниям суд полагает виновным в совершении спорного ДТП, имевшего место ДАТА, ответчика ФИО2, который в нарушение п. 8.1 ПДД РФ совершая маневр разворота с правой обочины дороги, не занял соответствующее крайнее положение на своей полосе движения и создал помеху движущемуся сзади в попутном направлении водителю автомобиля «...» ФИО3 В результате ДТП автомобилю истицы причинены механические повреждения. 

В силу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность, причинителем вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности. 

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ)

В силу прямого указания ст. 1079 Гражданского кодекса РФ обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством,… и т.п.).

Из приведенных положений закона следует, что ответственным за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, является юридическое лицо или гражданин, владеющий источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании.

Суд отмечает, что согласно ч. 1 ст. 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 16 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» владельцы транспортных средств должны осуществлять обязательное страхование своей гражданской ответственности в соответствии с федеральным законом. В отношении транспортных средств, владельцы которых не исполнили данную обязанность, постановка на государственный учет не проводится.

В силу пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не застраховали свою гражданскую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

В пункте 19 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 указано, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В силу положений раздела 2 Правил дорожного движения РФ, водитель механического ТС обязан иметь при себе водительское удостоверение и регистрационные документы на ТС.

Из показаний представителей ответчика ФИО2 и материалов дела следует, что в момент ДТП ФИО2 имел при себе соответствующее водительское удостоверение, дающее ему право на управление автомобилем «...», а так же регистрационные документы на указанную машину. 

Из показаний представителей ответчика и материалов дела так же следует, что ответчик ФИО2 на момент спорного ДТП застраховал свою гражданскую ответственность владельца ТС (был вписан в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению).

Соответственно, ответчик ФИО2 имеет право управления ТС (соответствующе водительское удостоверение) и в момент ДТП владел автомобилем «...» на законном основании (был вписан в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению ТС), в силу чего именно на ФИО2, являющегося титульным (законным) владельцем ТС на момент ДТП, и непосредственным причинителем вреда, законом возлагается обязанность по возмещению причинённого им ущерба. 

Именно ФИО2, являясь титульным владельцем источника повышенной опасности (автомобилем) на законных основаниях, не проявил должной степени внимательности и осмотрительности к сохранности находящегося в его владении транспортного средства и совершил ДТП, причинив механические повреждения имуществу (автомобилю) иного участника дорожного движения.

В рассматриваемом случае при установленных обстоятельствах ответственность за причиненный вред несет ответчик ФИО2, с которого суд полагает необходимым взыскать в пользу истицы соответствующие денежные средства.

Из представленного стороной истицы экспертного заключения по определению стоимости восстановительного ремонта и годных остатков транспортного средства НОМЕР от ДАТА следует, что повреждения автомобиля «...» возникли в процессе перекрёстного столкновения с автомобилем «...». Стоимость восстановительного ремонта (без учета износа запасных частей) повреждённого ТС «...» составляет 3 053 451, 789 рубля. Стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа запасных частей) повреждённого ТС «...» составляет 1 104 186, 67 рубля. Рыночная стоимость автомобиля «...» на момент ДТП составляет 1 229 023, 74 рубля. Стоимость годных остатков повреждённого транспортного средства «...» составляет 191 673, 38 рубля (т. 1, л.д. 15 – 44).

Названное выше заключение специалиста о стоимости восстановительного ремонта автомобиля «...» и стоимости годных остатков стороной ответчика не оспорено, доказательств иной стоимости восстановительного ремонта и годных остатков не представлено.

В судебном заседании представители ответчика заявили о том, что стоимость восстановительного ремонта ТС истицы и стоимость годных остатков автомобиля ими не оспаривается.

С учетом изложенного, при определении стоимости восстановительного ремонта и стоимости годных остатков автомобиля «...» суд принимает во внимание названное выше экспертное заключение. 

За проведение исследования стоимости восстановительного ремонта ТС и его годных остатков истицей было оплачено 17 500 рублей(т. 1, л.д. 14).

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Поскольку лицо, имуществу которого противоправными действиями иных лиц был причинён вред, имеет право на полное возмещение вреда, в которое включается и необходимость использования новых запасных частей при восстановительном ремонте пострадавшего в ДТП транспортного средства.

Вместе с тем, в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

С учетом изложенного, в пользу истицы подлежит взысканию в счет возмещения причинённого материального ущерба автомобилю 637 350, 36 рубля, исходя из следующего расчета: 1 229 023, 74 рубля (рыночная стоимость ТС истицы, не подлежащего восстановлению) – 400 000 рублей (выплаченное страховое возмещение) – 191 673, 38 рубля (стоимость годных остатков). 

Стоимость понесённых истицей расходов по оплате услуг оценщика в сумме 17 500 рублей (т.1, л.д. 14) подлежит взысканию с виновной стороны, поскольку данные расходы понесены ФИО1 в связи с ДТП и подтверждены документально.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. 

При подаче иска истцом были понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 574 рубля, так же подлежащие взысканию с ответчика ФИО2, поскольку решение суда принято в пользу истицы(л.д. 3). 

Из разъяснений, данных в п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 г. № 1«О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В данном случае расходы истицы в сумме 2 200 рублей на оформление нотариальной доверенности (т. 1, л.д. 45 – 46) суд так же полагает подлежащими взысканию с ФИО2, поскольку данная доверенность выдана для рассмотрения конкретного гражданского дела (о чём прямо указано в доверенности), в т.ч. на стадии исполнительного производства.

Разрешая требование истицы о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемыми на сумму ущерба и судебных расходов, за период с момента вступления решения суда в законную силу до момента фактического исполнения обязательств, суд исходит из следующего. 

Частью 1 ст. 395 ГК РФ установлено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из разъяснений, данных в пунктах 2 и 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 (в ред. от 07.02.2017 г.) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам ст. 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (п. 3 ст. 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). 

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

С учётом изложенного, суд так же считает обоснованным начисление процентов за пользование чужими денежными средствами как на сумму ущерба, так и на сумму судебных расходов (в данном случае расходов по уплате государственной пошлины, расходов по оплате услуг нотариуса и оценщика), по следующим основаниям.

Государственная пошлина (денежный сбор) по своей правовой природе представляет собой индивидуальный возмездный платеж, уплата которого предполагает совершение в отношении конкретного плательщика определенных юридически значимых действий.

Исходя из положений подп. 1 п. 3 ст. 44 Налогового кодекса Российской Федерации отношения по поводу уплаты государственной пошлины, возникающие между ее плательщиком - лицом, обращающимся в суд, и государством, после ее уплаты прекращаются.

Одновременно государственная пошлина и иные понесённые в ходе рассмотрения дела стороной расходы (в т.ч. расходы по оплате нотариальных и оценочных услуг) становятся понесенными истцом расходами, связанными с рассмотрением гражданского дела (по сути убытками), распределение которых производится судом по результатам рассмотрения дела. У должника, с которого по правилам ГПК РФ взысканы судебные расходы, возникает денежное обязательство по уплате взысканной суммы другому лицу (кредитору) независимо от того, в материальных или процессуальных правоотношениях оно возникло.

Если судебный акт о возмещении судебных расходов не исполнен (исполнен несвоевременно), лицо, в пользу которого он вынесен, на основании ст. 395 ГК РФ вправе обратиться с заявлением о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами на присужденную вступившими в законную силу судебными актами суммы убытков и судебных расходов.

Законодательством начисление процентов на понесенные стороной судебные расходы не исключено.

С учётом изложенного, суд полагает необходимым так же взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истицы проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанными с суммы общей задолженности 666 624, 36 рубля (637 350, 36 рубля (сумма ущерба) + 9 574 рубля (сумма гос. пошлины) + 17 500 рублей (оплата услуг оценки) + 2 200 рублей (стоимость нотариальных услуг)), за период с момента вступления настоящего решения суда в законную силу до момента фактического исполнения денежного обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд

Р Е Ш ИЛ:

Исковые требования ФИО1 (ИНН НОМЕР) к ФИО2 (ИНН НОМЕР) о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба 637 350рублей 36 копеек, и судебные расходы в общей сумме 29 274 рубля 00 копеек (в том числе: расходы по оплате государственной пошлины в сумме 9 574 рубля 00 копеек, расходы по оплате услуг оценщика в сумме 17 500 рублей 00 копеек, расходы по оформлению нотариальной доверенности 2 200 рублей 00 копеек).

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитываемые на сумму общей задолженности 666 624 рубля 36 копеек, начиная с момента вступления решения суда в законную силу до момента фактического исполнения денежного обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Настоящее решение может быть обжаловано путём подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий:

Мотивированное решение суда составлено 15.02.2024 года.