Дело № 2-2686/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Волгоград 10 декабря 2019 года

Советский районный суд города Волгограда

В составе судьи Лазаренко В.Ф.

При секретаре Сатваловой Ю.В.,

С участием 

представителя истца ФИО1

по доверенности от 21.08.2019 года ФИО2,

ФИО3,

представителя ответчика ИП ФИО4

по доверенности от 06.12.2019г. ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании договора коммерческой концессии (франшизы) №11 от 22 ноября 2018 года недействительным, взыскании денежных средств, судебных расходов, государственной пошлины, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО4, в котором просит: признать недействительным (ничтожным) договор коммерческой концессии (франшизы) №11 от 22.11.2018г., заключенный между ИП ФИО4 и ФИО1; применить последствия недействительности сделки – взыскать с ИП ФИО4 денежные средства, уплаченные по договору в размере 290 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 875 рублей 61 копейка, взыскать судебные расходы по оплате договора на оказание юридических услуг в размере 35 000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что 20.11.2018г. между истцом, являющимся физическим лицом в договоре, и ИП ФИО4 был заключен договор №11, путем обмена цветными скан-копиями документов в соответствии с условиями п.18.6 спорного договора. Согласно предмету договора п.2.1, правообладатель (ответчик) за вознаграждение и на срок действия договора предоставляет пользователю право использовать в своей деятельности объект интеллектуальной собственности ответчика, а также оказывать услуги истцу, предусмотренные договором. В соответствии с условиями договора ИП ФИО4, именуемый себя – «правообладатель», исходя из действия п.1.2 настоящего договора вводит понятие бизнес-модель охватывающую в себя следующую совокупность элементов:

- Логотип

- Стандарты (ноу-хау)

- CRM-система.

п.1.5 Логотип – графическое обозначение, являющееся в соответствии с ч.1 ст.1259 ГК РФ, объектом авторского права. Однако, правообладатель при заключении договора ввел в заблуждение пользователя, относительно действия ст.1259 ГК РФ. Так как ч.1 данной статьи дает исчерпывающий перечень объектов авторского права, который включены прежде всего произведения науки, литературы и искусства, а также названы другие объекты, которые являются результатом творческой деятельности человека:

- литературные произведения,

- драматические и музыкально-драматические произведения, сценарные произведения,

- хореографические произведения и пантомимы,

- музыкальные произведения с текстом или без текста,

- аудиовизуальные произведения,

- произведения живописи, скульптуры, графики, дизайн, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства,

- произведения декоративно-прикладного и сценографического искусства, 

- произведения архитектуры, градостроительства и садово-паркового искусства, в том числе в виде проектов, чертежей, изображений и макетов,

- фотографические произведения и произведения, полученные способами, аналогичными фотографии,

- географические и другие карты, планы, эскизы и пластические произведения, относящиеся к географии и к другим наукам. 

Указанный в договоре логотип не является субъектом действия ст.1259 ГК РФ, а в силу прямого действия закона правообладатель должен был применить ст.1477 ГК РФ, товарный знак и знак обслуживания. На товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (ст.1481). Правила настоящего Кодекса о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых услуг. В соответствии со ст.1481 ГК РФ, на товарный знак выдается свидетельство, зарегистрированное в Государственном реестре товарных знаков. Далее стандарты (ноу-хау) в соответствии со ст.1469 ГК РФ, частью 1 определено, что по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах. Обладатель исключительного права на секрет производства должен пройти регистрацию в Государственном органе для получения патента. При определении правовой квалификации договора п.16 п.п.16.1, стороны принимают и признают, что договор является смешанным. Однако, с.421 ГК РФ, устанавливает понятие (свобода договора), где в части 3 стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержаться в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения или существа смешанного договора. Смешанный договор, является договор, содержащий элементы различных гражданско-правовых договоров, соединенных общей целью, как предусмотренных законодательством, так и не предусмотренных им, но и не противоречащих ему, при этом под такими элементами понимаются предмет и иные существенные условия, предусмотренные законодательством для соответствующего договора. Под элементами различных договоров в данном случае следует понимать не отдельные изолированные права и обязанности, включенные в содержание того или иного договора, а определенную их совокупность, характерную для соответствующего договора. В состав смешанного договора в соответствии с действующим законодательством входят элементы различных гражданско-правовых договоров, соединенных общей целью, закрепленных статьями ГК РФ в частности: ст.1027 договор коммерческой концессии, ст.1469 лицензионный договор о предоставлении права использования секрета производства. Однако, по своей сути, заключенный договор между правообладателем и пользователем в соответствии со ст.1027 ГК РФ является договором коммерческой концессии, так как обладает всеми признаками в соответствии с ч.1 данной статьи, где по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие, предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау), в соответствии с ч.3 сторонами по договору коммерческой концессии могут быть коммерческие организации и граждане, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей (что в свою очередь исключает возможность заключения договора между юридическими лицами, ИП и физическими лицами). При изучении договора и норм гражданского права, выявлены обстоятельства при которых правообладатель, зная о том, что договор коммерческой концессии подлежит регистрации в Роспатенте и не может быть заключен с физическим лицом, при этом подменив понятие логотип и товарный знак, который также подлежит регистрации, ввел в заблуждение, и по сути навязал услугу пользователю. В соответствии с условиями раздела 5 договора – платежи и порядок расчета, истец перечислил на указанный в договоре счет ответчика со своей банковской карты сумму в размере 290 000 рублей двумя платежами по 145 000 рублей от 22.11.2018г. (идентификатор операции 988715) и от 15.12.2018г. (идентификатор операции 830243), что подтверждается предоставленными суду документами. Однако, спустя некоторое время, истец решил расторгнуть договор, в связи с некорректным выполнением своих обязательств по договору ответчиком. Он начал понимать, что исполнение договорных обязательств с его стороны не возможны по ряду обстоятельств. Например, выбранные истцом помещения в г. Москва ответчиком были согласованы, тогда как нормы СанПиН не позволяли открывать в данных помещениях производство, предусмотренное договором. Определив, что последствия исполнения спорного договора влекут непредусмотренные существенные затраты, истец вступил в переписку с ответчиком, соблюдая претензионный порядок рассмотрения спора. В своем письме от 23.04.2019г., ссылаясь на Закон о защите прав потребителей, он выдвинул требования ответчику о возврате оплаченных по договору денежных средств и признании договора расторгнутым. Однако, вступая в переписку с ответчиком, истец неверно выбрал способ защиты своих прав, но просил расторгнуть договор и вернуть денежные средства, и который указал, что в случае невозврата денежных средств, уплаченных им по спорному договору в полном объеме, будет вынужден обратиться в суд за защитой своих интересов и возврата денежных средств. Денежных средств ответчик не вернул, более того в своем ответе от 24.06.2019г. ответчик считает, что выполнил часть работ и акт приема-передачи объектов интеллектуальной собственности. Истец с действиями ответчика не согласился, акты не подписывал. не признавая долг, ответчик не оставляет истцу иного, как обратиться в арбитражный суд Волгоградской области за защитой своих прав. Истец считает претензионный порядок исполненным. Подсудность определена в соответствии с экономическим характером спора, который возник в ходе осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности между хозяйствующими субъектами. Коммерческая концессия относится к группе обязательств по созданию и использованию объектов интеллектуальной собственности. Договором коммерческой концессии является договор, согласно условиям которого одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау) (п.1 ст.1027 ГК РФ). Сторонами по договору коммерческой концессии могут быть только коммерческие организации и граждане, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей – субъекты предпринимательской деятельности, так как договор франчайзинга всегда заключается в целях ведения предпринимательской деятельности, направленной на извлечение прибыли (п.3 ст.1027 ГК РФ). Таким образом, ответчик незаконно, злоупотребляя правом, вводя истца – физическое лицо по спорному договору, в заблуждение заключил с ним спорный договор, по которому истец произвел существенную оплату, понеся существенный ущерб. ИП ФИО4, не является добросовестной стороной по сделке, т.к. заключая спорный договор он не мог не знать, что правовая форма такого договора исключает одну из сторон в качестве физического лица, указанная в п.2.1 лицензия не была предоставлена истцу в качестве приложения, а ссылка в договоре о предоставлении права на использование объекта интеллектуальной собственности на условиях этой самой лицензии. Более того, ответчик требует выплаты неустойки в размере 200 000 рублей при расторжении договора в своем письме на имя истца от 23.07.2019г. Таким образом, истец считает, что договор, заключенный между ним и ответчиком, является оспоримым в силу закона, подлежит признанию в суде ничтожным (недействительным) с применением судом последствий недействительности сделки. Истец считает, что в связи с тем, что спорный договор, заключенный с ответчиком 20.11.2018г. не имел правового развития и является оспариваемым, то ответчик незаконно пользуется чужими денежными средствами с момента их перечисления, то есть дата первого периода с 22.11.2018г., дата второго периода с 15.12.2018г., что и стало основанием для расчета процентов за пользование чужими денежными средствами. Сумма процентов составляет 16 875 рублей 61 копейка. За защитой своих интересов, истец заключил договор на юридические услуги и наделил полномочиями по доверенности представителя. Истцом оплачена государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 29 октября 2019 года доле по исковому заявлению ФИО1 к ИП ФИО4 о признании недействительным договора коммерческой концессии (франшизы) №11 от 22.11.2018г., о применении последствий недействительности ничтожной сделки, о взыскании 290 000 рублей, о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами 16 875,61 рубль, о взыскании судебных расходов передано в Волгоградский областной суд для направления его в суд общей юрисдикции, к подсудности которого оно отнесено законом.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом. Обеспечил явку своих представителей.

Представители истца ФИО1 по доверенности ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали, просят их удовлетворить, подтвердив изложенные в исковом заявлении обстоятельства.

Ответчик ИП ФИО4 в судебное заседание не явился, о дне слушания извещен надлежащим образом. Обеспечил явку своего представителя.

Представитель ответчика ИП ФИО4 по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обосновании своих довов указав, что между сторонами не заключалось какого либо договора коммерческой концессии (франшизы), а договор по оказанию услуг. Данные обстоятельства так же подтверждаться и практикой рассмотрения аналогичных споров Арбитражным судом Волгоградской области по аналогичному договору.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит заявленные требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что 20.11.2018 года между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО1 был заключен договор коммерческой концессии №11(далее договор) по условиям которого правообладатель за вознаграждение и на срок действия договора предоставляет пользователю право использовать в своей деятельности ОИС, а также оказывает пользователю услуги, предусмотренные договором. ОИС, а также иные объекты, составляющие Бизнес-модель, предоставляются пользователю с целью организации пользователем в пределах Территории Предприятия и последующих продаж. Лицензия на ОИС, передаваемая по договору, является не исключительной.

Согласно условий договора, ОИС – совокупно Логотип, ноу-хау (стандарты).

В соответствии с п.5.1 договора, за предоставление пользователю права использования в своей деятельности ОИС, а также за оказание пользователю услуг, предусмотренных договором, пользователь выплачивает правообладателю вознаграждение, состоящее из: платежа в размере 290 000 рублей (п.5.1.1), периодических платежей в размере 10 000 рублей в месяц в течении срока действия договора (п.5.1.2) 

Согласно п.13.1 договора, договор заключен сроком на пять лет.

Чеками по операции «Сбербанк онлайн» подтверждены факты перевода истцом 22.11.2018г. на сумму в размере 145 000 рублей, 15.12.2018г. на сумму в размере 145 000 рублей, денежных средств ответчику во исполнение условий договора.

Договор составлен в письменной форме, с указанием предмета договора и условий договора, подписан каждой из сторон.

В соответствии с ч.1,2,3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с ч.1 ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим, гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров.

Согласно ч.1 ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч.1,2 ст. 154 Гражданского кодекса РФ сделки могут быть двух- или много сторонними (договоры) и односторонними. Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражение воли одной стороны.

В силу ст. 155 Гражданского кодекса РФ односторонняя сделка создает обязанности для лица, совершившего сделку. Она может создавать обязанности для других лишь в случаях, установленных законом либо соглашением с этими лицами.

Согласно ст. 160 Гражданского кодекса РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающим сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Указанные требования предусмотрены законом для обеспечения судебной защиты прав и интересов сторон, ввиду того, что исполнение обязательства может быть проверено судом путем толкования условий договора принимая во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (ст. 431 ГК РФ). 

В соответствии с ч.1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч.2,3,5 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно ч.1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч,1,2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с ч.1,2,3 ст. 1027 Гражданского кодекса РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау). Договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определённой сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг). Сторонами по договору коммерческой концессии могут быть коммерческие организации и граждане, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей.

Статьей 431 ГК РФ предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно пункту 1 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату.

В пункте 2 названной статьи указано, что лицензионный договор заключается в письменной форме, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Лицензионный договор подлежит государственной регистрации в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1232 настоящего Кодекса.

На основании пункта 6 статьи 1235 ГК РФ лицензионный договор должен предусматривать:

1) предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору, с указанием в соответствующих случаях номера и даты выдачи документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство (патент, свидетельство);

2) способы использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В результате толкования условий договора следует, что спорным договором согласованы все существенные условия, относящиеся к лицензионному договору, то есть они соответствуют закону.

Как следует из доводов иска, подписанный между сторонами договор относится к договору концессии и отсутствие его государственной регистрации в Роспатенте является основанием для признания его недействительным (ничтожным).

В статье 1477 ГК РФ товарный знак определен как обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, исключительное право на которое удостоверяется, свидетельством на товарный знак (статья 1481); знак обслуживания - обозначение, служащее для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

Статьей 1480 ГК РФ предусмотрено, что государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков) в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 настоящего Кодекса.

Таким образом, товарный знак как средство индивидуализации становится объектом гражданских прав после его государственной регистрации. До регистрации обозначение, отвечающее признакам товарного знака, товарным знаком с распространением на него соответствующего правового режима не является.

Суд признает несостоятельным довод истца, что между сторонами фактически был заключен договор коммерческой концессии. 

Согласно п. 1 ст. 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

В отличие от предмета лицензионного договора, предметом договора коммерческой концессии может быть предоставление правообладателем пользователю только комплекса исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации. При этом обязательной передаче в составе этого комплекса подлежит право на товарный знак (знак обслуживания).

Под товарным знаком принято понимать зарегистрированное и одновременно защищенное законом наименование товара, услуги или бренда-производителя. Иногда именуется «торговой маркой» или «знаком обслуживания». Владельцем товарного знака и обладателем исключительных прав на него в России может быть индивидуальный предприниматель или организация.

Логотип — это стилизованный графический знак, слово или изображение, применяемое в целях индивидуализации какого-либо бренда, предприятия или отдельного человека. Необязательно имеет отношение к бизнесу и не всегда может быть защищен законодательством.

Главное отличие товарного знака от логотипа в том, что первый подлежит обязательной регистрации в государственных и иных структурах, которые впоследствии гарантируют его правовую защиту. В то время как логотип, не всегда может быть защищен законодательством. Но тот логотип, что зарегистрирован в установленном порядке, может являться товарным знаком.

По договору истцу право на товарный знак не подлежало передаче, а следовательно заключенный договор нельзя рассматривать как договор коммерческой концессии.

Правовое регулирование секретов производства (ноу-хау) предусмотрено в главе 75 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно пункту 57 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации N 5/29 от 29.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», термины «секрет производства» и «ноу-хау» используются в качестве синонимов.

В силу главы 75 ГК РФ секрет производства следует понимать как объект, примыкающий к объектам исключительных прав.

В пункте 1 статьи 1466 ГК РФ сформулировано понятие исключительного права на секрет производства путем отсылки к статье 1229 ГК РФ, согласно которой гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

В соответствии со статьей 1233 ГК РФ правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. По договору об отчуждении исключительного права приобретатель обязуется уплатить правообладателю предусмотренное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

В соответствии с п. 1 ст. 1465 ГК РФ секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого, характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что переданная истцу информация является ноу-хау (секретом производства), так как обладает всеми необходимыми признаками, установленными гражданским законодательством.

Доводы иска о ничтожности договора по причине отсутствия обязательной регистрации заключенного между сторонами договора и прав, передаваемых на его основе, суд находит необоснованными, поскольку действующим законодательством не закреплено обязательное условие такой регистрации.

Согласно ст. 1468 ГК РФ по договору об отчуждении исключительного права на секрет производства одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ей исключительное право на секрет производства (ноу-хау) в полном объеме другой стороне - приобретателю исключительного права на этот секрет производства.

По своей юридической природе данный договор является обычным гражданско-правовым договором, заключаемым в простой письменной форме, то есть никакой специальной регистрации данный договор не требует.

Таким образом, ответчик в сложившейся ситуации вправе осуществлять передачу прав на использование ноу-хау на основании лицензионного договора.

Поскольку исключительные права на ноу-хау не подлежат государственной регистрации, лицензионное соглашение о передаче права использования указанного комплекса прав также не подлежит государственной регистрации (п. 2 ст. 1235, п. 2 ст. 1232 ГК РФ).

В соответствии с ч.1 ст. 1233 Гражданского кодекса РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор).

Фактически ответчиком была оказана истцу услуга по продвижению товара и реализации продукта на рынке.

Договор между сторонами заключен в письменной форме, что не противоречит закону, подписан каждой из сторон. Доказательств, свидетельствующих о неисполнении условий договора ответчиком, истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено. 

Как указано в п.3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Как разъяснено в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается, что стороны приступили к исполнению договора.

Так, ФИО1 оплачен первоначальный платеж по договору в сумме 290 000 рублей, что подтверждается чеками по операции ПАО «Сбербанк».

Таким образом, материалами дела подтверждается, что стороны приступили к исполнению спорного договора, посчитав, что оснований для признания этого договора незаключенным не имеется.

На основании изложенного, поскольку договор №11 от 20.11.2018г. является действующим и соответствующим закону, основания для взыскания с ИП ФИО4 290 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 16 875 рублей 61 копейка отсутствуют, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1

Исходя из изложенного, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, с учетом требований ст. 67 ГПК РФ и установленных по делу обстоятельств суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения исковых требований, в связи, с чем в иске должно быть отказано.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 191-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании договора коммерческой концессии (франшизы) №11 от 22 ноября 2018 года недействительным, взыскании денежных средств, судебных расходов, государственной пошлины - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в течение месяца после изготовления решения суда в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи апелляционных жалоб через Советский районный суд г. Волгограда.

Судья подпись В.Ф. Лазаренко

Мотивированное решение изготовлено 13 декабря 2019 года.

Судья подпись В.Ф. Лазаренко