Судья 1 инстанции – Белова Е.В. № 22-2254/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 августа 2020 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Трофимовой Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Братус Е.А., 

с участием прокуроров Мещерякова С.В., Лазовского Д.В.,

потерпевшего Потерпевший №1, 

осужденной ФИО1,

защитника адвоката Белоус А.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО1 и защитника адвоката Белоус А.А. на приговор Октябрьского районного суда г. Иркутска от 25 июня 2020 года, которым 

ФИО1, родившаяся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданка РФ, зарегистрированная и проживающая по адресу: 

<

адрес изъят> несудимая, 

осуждена по ч. 1 ст. 109 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год 5 месяцев. В соответствии со ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены ограничения и возложены обязанности. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. Решен вопрос о вещественных доказательствах.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признана виновной в причинении смерти по неосторожности.

Приговором установлено, что ФИО1 не имея удостоверения на право управления маломерным судном, самовольно села за управление маломерным судном гидроциклом Sea Doo, являющимся источником повышенной опасности. Не имея соответствующих знаний и навыков по управлению маломерным судном, в нарушение нормативно-правовых и распорядительных документов по обеспечению безопасности плавания на внутренних водных путях Российской Федерации, двигаясь по акватории залива, допустила наезд гидроциклом на оказавшегося в воде малолетнего ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., что повлекло причинение ему смерти по неосторожности от механической асфиксии в результате закрытия дыхательных путей водой при утоплении.

Преступление совершено 20 августа 2018 года в заливе Мухур озера Байкал в 

<

адрес изъят>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ, ФИО1 не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 и ее защитник Белоус А.А., считают приговор суда незаконным, необоснованным подлежащим отмене. В основу приговора положены доказательства, не имеющие юридической силы. Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. В приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, суд принял одни доказательства, отвергнув другие. Выводы суда содержат существенные противоречия. Не действия ФИО1 представляли для ФИО10 опасность, напротив, его действия создали опасность столкновения двух гидроциклов. ФИО1 не могла предвидеть падение малолетнего в воду в непосредственной близости от гидроцикла под её управлением, а также затягивание гидрокофты потерпевшего в водозаборную решетку гидроцикла. Показания ФИО1 об обстоятельствах происшествия, подтверждаются показаниями ФИО16, ФИО17, ФИО6, заключениями судебных экспертиз, специалистов ФИО12, ФИО9 Исследованные судом доказательства, не подтверждают факт наезда на ФИО10 днищем гидроцикла. В приговоре на странице 8 неверно изложены показания ФИО16 о том, что он пытался делать искусственное дыхание пострадавшему прямо на гидроцикле. Свидетель показал, что не пытался, а производил искусственное дыхание. Показания ФИО16 в приговоре искажены, что свидетельствует об обвинительном уклоне. Так, свидетель категорично заявил, что в решетку водозабора не может затянуть человека. Гидрокофту затянуло, так как она не облегала тело, а свободно болталась до колен. Суд необъективно оценил показания ФИО7, пояснившего, что в решетку водозаборника человека, одетого в свободную одежду, может затянуть только с расстояния не более 50-60 см., т.е. находясь либо непосредственно под решеткой водозаборника, либо очень близко к нему. Протокол следственного эксперимента от 5.10.2018 года является недопустимым доказательством, поскольку не были воспроизведены действия участников происшествия, обстановка и иные обстоятельства происшествия. Кроме того, в качестве эксперта-специалиста был привлечен ФИО8, в отношении которого суд указал в приговоре, что он не обладает специальными познаниями в области маломерных судов и судовождения. Судом не дана объективная оценка показаниям специалиста ФИО18, подтвердившего правильность действий ФИО1, которая уходя от столкновения с гидроциклом под управлением ФИО10, изменила траекторию движения управляемого ею гидроцикла. Утверждавшего, что в случае наезда гидроциклом на теле ФИО10 должны были быть телесные повреждения. Заключение судебно-медицинского эксперта Номер изъят от 21.08.2018 года является недопустимым доказательством, так как экспертиза произведена с нарушением приказа №34-6н Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010г. «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-медицинских учреждениях РФ». Из заключения специалиста ФИО9 и его пояснений в судебном заседании следует, что отсутствие телесных повреждений на теле погибшего указывает на отсутствие прямого контакта гидроцикла с одеждой и телом, т.е. свидетельствует об отсутствии наезда на ФИО10, в отношении которого впоследствии неверно были выполнены реанимационные мероприятия. Показания ФИО9 в приговоре на странице 20 неверно изложены – ФИО9 утверждал, что до начала оказания помощи ФИО10 был жив, дышал самостоятельно, что подтверждается наличием остатков пищи при гистологическом исследовании альвеол, что причина смерти – асфиксия. Заключение судебно-медицинского эксперта Номер изъят и комплексная судебно-медицинская экспертиза выполнены специалистами ОБСМЭ, что само по себе вызывает сомнение в их объективности. Осужденная и её защитник считают, что смерть ФИО10 наступила в результате неверно проведенных реанимационных мероприятий. Заключение судоводительской ситуационной судебной экспертизы эксперта ФИО11 является недопустимым доказательством, поскольку экспертиза произведена с нарушением требований ст.ст.57,195,199 УПК РФ. Экспертиза произведена ФИО11 не в качестве эксперта ФГБОУ ВО «Сибирского государственного университета водного транспорта», а как ИП ФИО11, заключение заверено печатью ИП, т.е. экспертиза выполнена вне учреждения, которому было поручено производство экспертизы и ненадлежащим лицом, которое не было предупреждено об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. В целом, заключение ФИО11 является необоснованным, недостоверным. Выводы ФИО11 субъективны, тогда как, не имея исходных данных для моделирования происшествия, ФИО11 должен был отказаться от производства экспертизы. Выводы ФИО11 опровергаются материалами уголовного дела, показаниями ФИО6, ФИО16, ФИО17, заключениями экспертиз – трасологической и медицинской. Протокол осмотра места происшествия подлежит исключению из числа доказательств ввиду его неполноты, отсутствию в нем полной информации о месте происшествия. Так, согласно протоколу осмотрен был участок местности, тогда как происшествие произошло в акватории озера Байкал. Протокол не содержит описание местности: не отражены - строения на берегу и наличие залива, а в нем острова, не указаны площадь залива, состояние береговой линии, причал для маломерных судов, погодные условия (температура воды, сила и направление ветра, высота волны, глубина в месте гибели потерпевшего), отсутствуют наличие/отсутствие точек визуального обзора участка водоема, где погиб ФИО10; не содержит подробное описание гидроциклов (заводские номера, общий вид, расположение гидроциклов, наличие/отсутствие на них повреждений); не ясно как осуществлялась транспортировка гидроциклов в отдел полиции и каким транспортом; не отражено - в какой гидроцикл была затянута гидрокофта, какая её часть и на сколько оборотов; отсутствует краткое описание трупа, место его положения относительно постоянных ориентиров, наличие или отсутствие ключа от гидроцикла Yamaha на руке у погибшего, не указано в каком месте залива из воды извлекли его тело, могли ли люди на берегу наблюдать за движением гидроциклов, видеть падение ФИО10 в воду. Согласно выводам специалиста ФИО12 протокол следственного эксперимента от Дата изъята не является экспериментом, произведен безграмотно, в ходе эксперимента не производились видеозапись, фотографирование, а также подводная съемка (с целью установить действие депрессионной воронки). ФИО12 пришла к выводу, что на момент затягивания гидрокофты на вал, ФИО10 находился с правого борта гидроцикла в задней его части и причиной его гибели, явилась свободно свисающая гидрокофта. Суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание выводы специалиста-трасолога ФИО12 Отсутствие у ФИО1 удостоверения на право управления маломерным судном, не состоит в причинной связи с наступившими последствиями. Вывод суда об отсутствии знаний и навыков управления гидроциклом у ФИО10, опровергается показаниями как ФИО1, так и ФИО6, ФИО16, ФИО17, пояснивших, что малолетний потерпевший уверенно управлял гидроциклом. В действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.1 ст.109 УК РФ, а ФИО10 погиб в результате несчастного случая.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Лазовский Д.В. и потерпевший Потерпевший №1 просят оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, а приговор без изменения.

Выслушав ФИО1, её защитника адвоката Белоус А.А. об отмене приговора по доводам апелляционной жалобы, потерпевшего Потерпевший №1, прокурора Лазовского Д.В. об оставлении приговора без изменения, проверив материалы дела, изучив доводы жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств: 

ФИО1 в судебном заседании не отрицала, что самовольно взяла гидроцикл Sea Doo, не имея допуск к управлению гидроциклом, каталась на нем по акватории залива. Видела, что малолетний ФИО10 на гидроцикле Yamaha также начал движение по заливу, но продолжила движение. В какой-то момент ФИО10 не справился с управлением гидроциклом, упал в воду и оказался под днищем гидроцикла Sea Doo;

потерпевший Потерпевший №1 подтвердил, что не давал разрешение ФИО1 пользоваться принадлежащим ему гидроциклом Sea Doo; 

по обстоятельствам гибели потерпевшего – показаниями свидетелей ФИО6, ФИО16, ФИО17, Свидетель №1, ФИО14, ФИО15

Так, ФИО6 показал, что в момент происшествия в заливе был штиль. ФИО1 самовольно взяла гидроцикл. Катаясь на нем по акватории залива, быстро делала повороты, создавая волну. Увидел, что ФИО10 на стоячем гидроцикле Yamaha направляется в сторону ФИО1, которая продолжала ездить кругами и восьмерками, а затем, сбросив газ, начала двигаться навстречу ФИО10 От большой волны, которая образовалась от гидроцикла Sea Doo, ФИО10 упал с гидроцикла Yamaha и в этот момент гидроцикл ФИО1 находился от него на небольшом расстоянии. Затем услышал крики ФИО1 о помощи. К месту происшествия приплыли он, С-вы отец и сын. Обнаружили, что гидрокофту, которая была на ФИО10, присосало к водозаборной решетке Sea Doo. Считает, что этого не случилось бы при холостых оборотах двигателя или отключенным двигателе. Когда удалось перевернуть гидроцикл, ФИО2 начал убирать воду изо рта мальчика. Затем, в подплывшую лодку, переложили мальчика, где ему оказывали первую медицинскую помощь. Считает, что когда мальчик упал в воду, ФИО1, вместо того, чтобы остановиться, хотела уехать вправо от него и дала газ, в результате, мальчика засосало в решетку водозаборника, так как она проехала над ним.

ФИО16 пояснил, что к месту происшествия поплыл на САБе и у гидроцикла Sea Doo оказался через 5-7 минут. Его сын и ФИО6 пытались вытащить мальчика из-под гидроцикла, тогда он залез на гидроцикл, раскачал его и перевернул вместе с мальчиком, который был прижат спиной к гидроциклу. Оказалось, что в водозаборную решетку засосало нижнюю часть гидрокофты. Он порвал эту часть кофты и этот кусок остался в решетке. Считает, что двигатель гидроцикла не был заглушен, и гидрокофта была затянута в решетку вследствие непосредственной близости мальчика к решетке гидроцикла, ФИО1 могла предвидеть, что ребенок может упасть с гидроцикла в воду.

ФИО17 пояснил, что увидел, как ФИО10 поехал на гидроцикле, затем услышал крик ФИО1 о помощи. Мальчик оказался прижат спиной к днищу гидроцикла. Под водой снял с него жилет, но кофту вытащить не смог. Отец раскачал гидроцикл, перевернул его, было видно, что кофта замоталась на вал. В это время подплыли лодка и катамаран, стали оказывать мальчику помощь.

ФИО14 показала, что находилась на берегу, узнав, что кто-то упал с гидроцикла и нужен врач, на катамаране в течение 8-10 минут плыла к месту происшествия. Мальчик находился в лодке, но дыхания и пульса у него уже не было.

Оснований не доверять указанным показаниям у суда не имелось. Показания вышеперечисленных свидетелей, взаимно подтверждают и дополняют друг друга и согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, искажений в показаниях свидетелей судом первой инстанции не допущено. 

Как видно из протоколов осмотра от 20 и Дата изъята происшествие произошло у базы отдыха Тогот в 

<

адрес изъят> Был произведен осмотр трупа потерпевшего, изъяты: детский гидрокостюм, гидроцикл Yamaha, гидроцикл Sea Doo с лоскутами одежды в решетке водомета (том 1, л.д. 37-46; том 2л.д. л.д. 1-25). Указанные лоскуты гидрокофты были извлечены из гидроцикла экспертом АНО «Иркутское экспертное бюро» ФИО8 (том 3, л.д. 160) и изъяты у него, о чем составлен протокол выемки (том 3, л.д. 163-170). 

Согласно протоколу осмотра от Дата изъята и заключению эксперта Номер изъят от Дата изъята на задней поверхности, в нижней части гидрокофты множественные механические круглые повреждения ткани с неровными краями, следы сильного замятия ткани в виде заломов имеется сжатие материала с образованием складок, а также множественные повреждения полуовальной округлой формы в виде расслоения ткани размерами от 0,5х0,5 см до 2х2,5 см. Данные повреждения могли возникнуть при затягивании материи гидрокофты в решетку водозаборника гидроцикла и последующего наматывания ее на вал (том 3 л.д. л.д. 171-180; л.д. 190-192).

В ходе следственного эксперимента Дата изъята установлено, что затягивание гидрокофты в решетку водозаборника гидроцикла SEA DOO возможно только при нахождении днища гидроцикла непосредственно над находящимся в воде человеком, наезде на него. При выключенном двигателе гидроцикла, а также при работе двигателя гидроцикла на «холостом» ходу затягивание гидрокофты в решетку водозаборника и наматывание ее на вал двигателя не происходит (том 4 л.д.6-14). 

Согласно заключениям судебно-медицинских и технико-судоводительской экспертиз: 

Номер изъят от Дата изъята на поверхности корпуса гидроцикла Sea Doo BRP RXP 260RS имеются множественные повреждения, в том числе на левой боковой поверхности корпуса в виде динамического следа скольжения. В решетке водозаборника обнаружена скрученная гидрокофта (том 7 л.д. л.д. 59-67); 

Номер изъят от Дата изъята смерть ФИО10 наступила от утопления в воде, что подтверждается морфологическими признаками, указанными в судебно- медицинском диагнозе. Обнаруженные поверхностная ссадина нижней губы; ссадины пояснично-крестцовой области, тыльной поверхности в проекции головки 3-й пястной кости правой кисти; точечный струп правой локтевой ямки, не состоят в причинной связи со смертью и маловероятно, что могли образоваться в результате соударения с гидроциклом (том 1, л.д. 50-54).

Заключением комплексной судебно-медицинской-эксплуатационно-технической экспертизы по материалам дела Номер изъят от Дата изъята установлено, что отсутствие на теле ФИО10, одетого в гидрокостюм, гидрокофту, спасательный жилет, телесных повреждений при наезде на него (проезда над ним, при условии частичного погружения в воду) Дата изъята скулой днища (то есть боковой поверхностью днища) гидроцикла Sea Doo BRP RXP 260RS или иными частями корпуса гидроцикла возможно. Смерть ФИО10 наступила в результате утопления в воде (том 7л.д. л.д. 171-223).

Вопреки утверждениям, содержащимся в апелляционной жалобе, эксперты Иркутского областного бюро СМЭ были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Каких-либо оснований сомневаться в компетентности судебно-медицинских экспертов или не доверять их выводам, не имеется. Выводы экспертов о причине смерти потерпевшего согласуются с другими доказательствами, и их объективность сомнений не вызывает.

Таким образом, судом первой инстанции достоверно установлено, что малолетний погиб в результате утопления, оказавшись под гидроциклом под управлением ФИО1

Вышеуказанная совокупность доказательств опровергает утверждение стороны защиты о том, что наступлению смерти потерпевшего способствовала неверно оказанная медицинская помощь. Установленные судом первой инстанции обстоятельства происшествия свидетельствуют, что помощь потерпевшему не оказала и, с учетом временного фактора, уже в принципе не могла оказать влияния на причинную связь между действиями ФИО1 и смертью потерпевшего.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о невиновности ФИО1 и необходимости её оправдать, поскольку суд пришел к ошибочному выводу о наличии в действиях ФИО1 общественно-опасного деяния, что противоречит установленным по делу обстоятельствам о несчастном случае и полностью исключает вину осужденной, в суде первой инстанции достоверно установлено обратное и сторона защиты делает такой вывод, основываясь только на субъективном мнении, не подтвержденном достоверными сведениями.

Суд апелляционной инстанции разделяет выводы суда первой инстанции о том, что действия ФИО1 при управлении гидроциклом находились в причинной связи с наступившими последствиями. Установлен прямой умысел ФИО1 на нарушение лицом, управляющим гидроциклом, Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, Правил пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, результатом которого стало наступление смерти человека. У осужденной имелась техническая возможность избежать происшествия. Момент возникновения опасности для движения ФИО1 по акватории залива возник, когда она обнаружила, что за рулем сложного в управлении стоячего гидроцикла Yamaha, требующего достаточного опыта вождения, находится малолетний, который в силу возраста мог не справиться с управлением и оказаться в беспомощном состоянии.

Так, старший государственный инспектор по маломерным судам ФИО18 пояснил, что гидроцикл является маломерным судном и в неопытных руках опасен для жизни. Необходимо иметь допуск к управлению гидроциклом - пройти обучение, получив теоретические знания и практические навыки вождения, изучив устройство гидроцикла, управление им, правила плавания по внутренним водным путям, навигационную обстановку. Управляющий гидроциклом должен знать и соблюдать нормы и правила, установленные Кодексом внутреннего водного транспорта РФ, Правилами плавания на внутренних водных путях, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, заметив утопающего, заглушить двигатель. Находящегося в воде человека может затянуть в шахту гидроцикла, если близко подъехать к нему, либо наехать на него, либо проехать над ним; 

согласуются с показаниями ФИО19 и показания инструктора по практической части обучения управления гидроциклами ФИО7, оглашенные в порядке ст.281 УПК РФ, о том, что в ходе обязательного обучения разъясняются основы безопасности управления гидроциклом, его техническое устройство. Если вблизи гидроцикла упал человек, необходимо сразу же заглушить двигатель, так как находящегося в воде человека, можно травмировать гидроциклом, его может затянуть под гидроцикл (том 3, л.д. л.д. 6-11). 

Мнению ФИО7 о том, что затянуть в решетку водозаборника человека может на расстоянии не более 50-60 сантиметров, то есть, находясь либо непосредственно под решеткой водозаборника, либо очень близко к нему, судом первой инстанции дана верная оценка, поскольку мнение свидетеля о том или ином факте, не является установленным фактом. Суд первой инстанции в строгом соответствии с процессуальным законом выяснил у ФИО7 сведения о фактах и отсек его мнение и предположения, поскольку они не могут быть доказательствами.

Показания ФИО19 и ФИО7 не противоречат Руководству по эксплуатации гидроцикла Sea Doo, согласно которому запрещается запускать двигатель гидроцикла, если кто-либо находится рядом в воде или позади гидроцикла. Необходимо держаться в стороне от решетки водомета, когда двигатель гидроцикла запущен, подвижные детали могут затянуть свободные части одежды или шнурки спасательного жилета (том 6 л.д.л.д. 195-253).

В ходе следственного эксперимента Дата изъята была установлена дальность обзора, доступного ФИО1, при управлении гидроциклом марки Sea Doo в сидячем положении, которая составила около двух метров (том 8 л.д. л.д. 1-10).

Из показаний ФИО1 в судебном заседании следует, что она наблюдала, как ФИО10 сел на гидроцикл и направился в акваторию залива, но при этом, продолжая движение на гидроцикле Sea Doo, отвернула нос гидроцикла влево. На одну или две секунды перевела взгляд на панель гидроцикла, а затем обнаружила на расстоянии около 40 см. от неё качающийся на воде гидроцикл Yamaha. ФИО10 на гидроцикле не было, момент его падения в воду не видела.

Согласно показаниям ФИО6 потерпевший не удержался на гидроцикле Yamaha из-за волны от гидроцикла Sea Doo.

Согласно выводам судоводительской ситуационной экспертизы от Дата изъята движение на гидроцикле регламентировано документами, обязательными для исполнения всеми лицами, совершающими движение на данном типе маломерного судна, в том числе Кодексом внутреннего водного транспорта, Правилами плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, Техническим регламентом о безопасности объектов внутреннего водного транспорта, Правилами пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, Правилами пользования водными объектами для плавания на маломерных судах в 

<

адрес изъят>. 

ФИО1 управляла гидроциклом без права на управление, обучения, практических занятий по управлению таковым судном не проходила. Навыки и умения компетентными органами не проверялись и не оценивались. 

ФИО1, увидев гидроцикл под управлением ФИО10, в соответствии с п.п.16, 17 Правил плавания по внутренним водным путям РФ, должна была немедленно остановиться и продолжить визуальное наблюдение за действиями ФИО10, в частности, за выбранным им курсом. Вопреки требованиям Правил, в условиях, исключающих визуальное наблюдение за судном, управляемым ФИО10, продолжила движение на гидроцикле Sea Doo по собственно выбранному курсу, осуществляя маневрирование круговыми движениями, не обеспечила постоянного визуального наблюдения за окружающей обстановкой и остановку гидроцикла при падении ФИО10 в воду. Заметив движущийся на нее гидроцикл под управлением ФИО10, ФИО1 немедленно не остановилась и в нарушение п. 23 Правил прекратила наблюдение, став искать кнопку «старт/стоп», чтобы остановить двигатель, который к этому времени заглох самостоятельно при засасывании гидрокофты в водозаборное отверстие.

Из заключения эксперта следует, что ФИО1 двигатель не глушила. Учитывая конструкцию гидроцикла Sea Doo, рост и вес ФИО1, заправку топливом на 1-2 деления на датчике, положительные метеорологические условия (светлое время суток, отсутствие осадков, сильного ветра, высота волны не более 0,25 метра), ограничений для обзора ФИО1, в том числе «слепых» зон, невозможных для обзора, при движении по акватории залива, при условии постоянного визуального наблюдения за акваторией, не имелось. Прекратив наблюдение на 1 секунду и, продолжая при этом движение, ФИО1 лишила себя возможности видеть, что находится на поверхности воды прямо по курсу на расстоянии около 10 метров (при скорости 36 км/час) и около 5 метров (при скорости 18 км/час). Осуществляя круговые маневры в непосредственной близости от гидроцикла ФИО10, осужденная лишила себя возможности своевременно действовать, отвлеклась от визуального наблюдения за судном ФИО10, не остановилась - действия её по продолжению маневрирования (выворачиванию руля влево), прекращению наблюдения и предотвращению происшествия с ФИО10 были неверными, несвоевременными, недостаточными. Неверность её действий привела к гибели ребенка.

Гидрокофту, надетую на ФИО10, могло затянуть в водозаборник гидроцикла при нахождении его под днищем гидроцикла. Ни с правого, ни с левого борта, при нахождении рядом с бортами, гидрокофту в водозаборник затянуть не могло, что объясняется конструкцией гидроцикла. Затягивание одежды в правую часть решетки водозаборного отверстия при падении человека в воду с правого борта от гидроцикла Sea Doo возможно только при нахождении человека в одежде под днищем гидроцикла, невозможно затягивание одежды в левую часть решетки водозаборного отверстия при падении человека в воду с правого борта от гидроцикла Sea Doo. Затягивание гидрокофты в водозаборное отверстие гидроцикла Sea Doo, расположенное с левой стороны днища, при условии падения потерпевшего в воду с правой стороны от гидроцикла Sea Doo маловероятно, даже при условии наезда на него правой частью корпуса гидроцикла. При таких условиях одежда человека была бы затянута в водозаборное отверстие гидроцикла, расположенное с правой стороны. Для наматывания гидрокофты на вал после ее засасывания в водозаборное отверстие при любом направлении вращения вала произойдет наматывание (том 7 л.д.л.д. 113-148).

Указанные доказательства, вопреки доводам апелляционной жалобы, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции, с учетом позиции стороны обвинения, дал верную юридическую оценку действиям осужденной, и на основе исследованных доказательств, правильно пришел к выводу о виновности ФИО1 в причинении смерти по неосторожности, квалифицировав её действия по ч. 1 ст. 109 УК РФ, поскольку ФИО1 действовала небрежно, то есть не предвидела возможность наступления смерти малолетнего ФИО10 в результате своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть наступление указанных последствий. 

Как видно из материалов дела, гидроцикл, которым управляла ФИО1, относится к числу водных транспортных средств и с учетом технической конструкции является источником повышенной опасности. В нарушение п. 5 Правил пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, утвержденных приказом МЧС России от 29.06.2005г., №502, согласно которому к управлению маломерными судами, прошедшими государственную регистрацию, допускаются судоводители, имеющие удостоверение на право управления маломерным судном, ФИО1 управляла гидроциклом не имея такового права, не обладала специальными познаниями и навыками по управлению гидроциклом. 

Будучи обязанной выполнять требования не только Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации, утвержденных приказом Минтранса Российской Федерации от 14 октября 2002 года N 129, а также Правил пользования водными объектами для плавания на маломерных судах в водоемах Иркутской области, утвержденных постановлением правительства Иркутской области №87-пп от 27.03.2009г., при эксплуатации гидроцикла, ФИО1 грубо нарушила специальные нормы, регулирующие безопасное плавание - не соблюдая требований п.п.16,17 Правил плавания по внутренним водным путям РФ, пп. "т" п. 8 и пп. "а, г" п. 11 Правил пользования маломерными судами на водных объектах РФ, при выполнении маневров, проявляя преступную небрежность, не приняла меры к своевременной остановке гидроцикла Sea Doo, когда обнаружила, что за рулем гидроцикла Yamaha оказался ребенок, т.е. не обнаружила важных обстоятельств, представляющих угрозу безопасности плавания и человеческой жизни, неправильно оценила складывающуюся ситуацию, 

Таким образом, судом первой инстанции бесспорно установлено наличие причинной связи между действиями ФИО1 и смертью ФИО10

Доводы ФИО1 и её защитника адвоката Белоус А.А., изложенные в апелляционной жалобе, аналогичные приведенным ими в ходе как досудебного, так и судебного следствия, проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты, с указанием в судебном решении мотивов его принятия. Эти выводы суд апелляционной инстанции разделяет.

Вопреки доводам апелляционной жалобы следственные действия проведены без нарушений уголовно-процессуального закона, судебные экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертами, обладающими специальными знаниями, выводы их мотивированы. 

Судом правильно оценены показания специалиста ФИО9 о причине смерти потерпевшего, которые не опровергают выводы экспертов, и специалиста ФИО12, которые свелись к анализу и собственной оценке доказательств. 

Из протокола судебного заседания следует, что судом дело рассмотрено в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд создал сторонам, в том числе стороне защиты, все необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Все ходатайства сторон об исследовании тех или иных доказательств, а также иные ходатайства обсуждались в судебном заседании и по ним принимались мотивированные решения, в том числе и в пользу стороны защиты. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы защиты о порочности ввиду неполноты протокола осмотра места происшествия от Дата изъята . Согласно ст. 176 УПК РФ основным назначением осмотра места происшествия является обнаружение следов преступления, выяснение обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В протоколе от Дата изъята зафиксированы имеющие значение обстоятельства, в том числе гидроциклы Sea Doo и Yamaha, а из фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия видно, что лоскуты гидрокофты находятся в нижней части гидроцикла Sea Doo. Последнее не оспаривается и ФИО1 

Сторона защиты не лишена была возможности представить суду первой инстанции описание местности, строений, причала, залива и острова в нем, данные о глубине залива в месте происшествия, его площади, состоянии береговой линии, сведения о погодных условиях. 

Доводы защиты о порочности заключения эксперта Номер изъят не содержащего ответы на поставленные вопросы, проведении судебной медицинской экспертизы трупа ФИО10 с нарушением методики исследования трупа, были тщательно проверены судом и признаны необоснованными. Выводы суда в этой части суд апелляционной инстанции находит правильными.

Судом первой инстанции правильно указано, что осмотр гидроцикла Sea Doo, изъятого при осмотре места происшествия, согласно протоколу осмотра места происшествия Дата изъята , не влияет на достоверность содержания указанного протокола и не порочит его. Не являются такими основаниями и доводы защиты об осмотре гидроциклов в месте, не являющемся местом происшествия, отсутствие проверки технического состояния гидроциклов на воде. 

Суд апелляционной инстанции разделяет выводы суда, признавшего надуманными доводы защиты о порочности заключения эксперта Номер изъят от Дата изъята . Экспертиза назначена Дата изъята , производство экспертизы начато Дата изъята ., т.е. на момент вынесения постановления о назначении экспертизы ФИО1 процессуальным статусом подозреваемой, обвиняемой не обладала, у следователя отсутствовала обязанность знакомить ее и защитника с постановлением о назначении экспертизы в соответствии со ст. 195 УПК РФ. Дата изъята ФИО1 и ее защитник были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы, с заключением эксперта.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований к исключению из числа доказательств – 

протокола следственного эксперимента от Дата изъята , правильно указал, что в ходе эксперимента проверялись обстоятельства, при которых возможно затягивание в решетку водозаборника гидроцикла гидрокофты, надетой на человека. Эксперимент отвечает требованиям ст.181 УПК РФ проведен в обстановке, максимально приближенной к обстановке события преступления и участие в нем ФИО8 не порочит указанное доказательство; 

заключение судоводительской ситуационной экспертизы от Дата изъята . Выводы об этом подробно изложены в приговоре и суд апелляционной инстанции их разделяет.

Приговор суда постановлен с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства регламентирующих составление приговора (ст. ст. 304, 307, 308 УПК РФ).

Судом первой инстанции не допущено нарушений уголовно-процессуального законодательства, путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав ФИО1

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, данных о ее личности, наличия таких смягчающих наказание обстоятельств, как совершение преступления небольшой тяжести впервые, неудовлетворительное состояние здоровья, молодость, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, с учетом влияния наказания на исправление осужденной и условия жизни её семьи.

Суд при назначении наказания указал, что ФИО1 принимала меры к спасению пострадавшего, но учел это обстоятельство в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, тогда как оно предусмотрено п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ. Суд апелляционной инстанции полагает необходимым признать оказание помощи потерпевшему смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ.

С учетом вносимых в приговор изменений назначенное ФИО1 наказание подлежит смягчению. 

Оснований для применения ст. 64 УК РФ судом первой инстанции не установлено, с учетом фактических обстоятельств совершения преступления, отсутствия исключительных обстоятельств по делу.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ, относится к категории небольшой тяжести.

Согласно п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года.

Судом установлено, что преступление ФИО1 совершено 20 августа 2018 года, т.е. со дня совершения преступления прошло более 2 лет. От следствия и суда ФИО1 не уклонялась, поэтому течение сроков давности не приостанавливалось.

Приговор суда подлежит изменению, поскольку на момент апелляционного рассмотрения дела истекли сроки давности уголовного преследования, предусмотренные ст. 78 ч. 1 п. "а" УК РФ, в связи с чем ФИО1 подлежит освобождению от назначенного по ч.1 ст.109 УК РФ наказания в соответствии с положениями ст. 302 ч. 8 УПК РФ и по основанию, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского районного суда г. Иркутска от 25 июня 2020 года в отношении ФИО1 изменить,

признать оказание помощи потерпевшему обстоятельством, в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, смягчающим наказание;

назначенное ФИО1 наказание смягчить до 1 года 4 месяцев ограничения свободы.

ФИО1 освободить от наказания по ч.1 ст.109 УК РФ на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, за истечением сроков давности уголовного преследования.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденной ФИО1 и ее защитника адвоката Белоус А.А. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Е.Н. Трофимова