Дело № 2-3144/2018

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

26 ноября 2018 года г. Ростов-на-Дону 

Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Козловой Л.В.,

при секретаре Торосян Г.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО2, ФИО3 к Администрации г.Ростов-на-Дону, Администрации Октябрьского района г.Ростова-на-Дону, третье лицо - Департамент координации строительства и перспективного развития г. Ростов-на-Дону об обязании предоставить жилое помещение по договору социального найма,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с настоящим иском, указав в обоснование исковых требований на то, что распоряжением Администрации Октябрьского района города Ростова-на-Дону от 04.02.2016 года №51 ее семья признан малоимущей и принята на учет граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях по списку общей очереди с правом на дополнительную жилую площадь составом семьи 4 человека: она, дочь ФИО2, сын ФИО3, дочь ФИО2. Право на дополнительную жилую площадь признано в связи с наличием у ФИО3. заболевания, предусмотренного пунктом 3 Перечня заболеваний, дающих инвалидам, страдающим ими, право на дополнительную жилую площадь, утвержденного Постановление Правительства Российской Федерации от 21.12.2004 года №817. Согласно справке государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Психоневрологический диспансер» ФИО3 страдает заболеванием, входящим в перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при котором невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.06.2006 года №378. ФИО3 является ребенком-инвалидом, страдающим тяжелой формой хронического заболевания, что в соответствии с пунктом 6 Постановления Правительства Российской Федерации от 27.07.1996 года № 901 «О предоставлении льгот инвалидам и семьям, имеющим детей-инвалидов, по обеспечению их жилыми помещениями, оплате жилья и коммунальных услуг» дает право на дополнительную жилую площадь в виде отдельной комнаты. 

Каких либо реальных мер, направленных на предоставление жилого помещения семье истца органами самоуправления не принято, чем нарушено право семьи истца на жилище, закрепленное в ст.40 Конституции РФ. 

В связи с этим истец просит возложить обязанность на Администрацию г.Ростов-на-Дону, Администрацию Октябрьского района г.Ростова-на-Дону предоставить на семью из трех человек вне очереди по договору социального найма благоустроенное, отвечающее всем санитарным и техническим нормам, с учетом права ФИО3 на дополнительную жилую площадь, общей площадью не менее 70 кв.м, состоящее из не менее 3-х комнат, находящееся в черте г. Ростова-на-Дону. 

Решением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от 11 октября 2017 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 18 декабря 2017 г., исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО2, ФИО3 об обязании предоставить жилое помещение по договору социального найма, оставлены без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2018 г., решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 11 октября 2017 г., и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 18 декабря 2017 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Истица ФИО1 в судебное заседание не явилась, представила в суд заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием представителя Булгакова Д.М. Дело рассмотрено в отсутствии истцов в порядке ч.5 ст.167 ГПК РФ.

Представитель ФИО1 в лице адвоката Булгакова Д.М., в судебное заседание явился, дал суду пояснения аналогичные изложенным в исковом заявлении, исковые требования просил удовлетворить. Просил применить по аналогии разъяснения, содержащиеся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 22.01.2018 N 4-П "По делу о проверке конституционности пункта 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО15, ФИО16 и ФИО15", указывая на то, что ФИО3, несмотря на наличие совершеннолетнего возраста не может самостоятельно осуществлять уход за собой, в связи с чем жилое помещение должно быть предоставлено не только ему одному.

Представитель Администрации г.Ростова-на-Дону в лице ФИО4, действующей на основании доверенности в судебное заседание явилась, полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, указывая на то, что с 01.01.2018 года ФИО3 утратил право на внеочередное предоставление жилого помещения виду того, что его заболевание не входит в перечень заболеваний, дающих инвалидам, страдающим ими, право на дополнительную жилую площадь, утвержденного Постановление Правительства Российской Федерации от 21.12.2004 года. Пояснив также, что ответчику не переданы полномочия по финансированию мероприятий, связанных с предоставлением жилья.

Представитель Администрации Октябрьского района г.Ростова-на-Дону в лице ФИО5, действующего на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал и просила в иске отказать.

Представитель Департамента координации строительства и перспективного развития г. Ростова-на-Дону в лице ФИО6, действующего на основании доверенности в судебное заседание явился, полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 № года рождения, является ребёнком-инвалидом и страдает заболеванием, входящим в Перечень тяжёлых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июня 2006 года № 378, что подтверждается справками, выданными ГБУ РФ «Психоневрологический диспансер» от 29 сентября 2014 года №№ 6909, 6911 (л.д. 6). 

Распоряжением администрации Октябрьского района г. Ростова-на-Дону от 4 февраля 2016 года № 51, семья ФИО1 признана малоимущей и принята на учёт граждан в качестве нуждающихся в обеспечении жилым помещением по договору социального найма во внеочередном порядке как семья, в составе которой имеется ребёнок-инвалид ФИО3, страдающий тяжёлой формой хронического заболевания. 

Распоряжением администрации Октябрьского района г. Ростова-наДону от 14 сентября 2017 года № 487 внесены изменения в распоряжение от 4 февраля 2016 года № 51, согласно которым семья ФИО1 признана малоимущей и принята в составе семьи из 4 человек: она, дочь ФИО2, сын ФИО3, дочь ФИО2 на учёт граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма по списку общей очереди. ФИО3 включён в список граждан, имеющих право на внеочередное предоставление жилого помещения по договору социального найма. 

Семья истцов с 05.11.2015 года зарегистрирована и проживает по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 48,80 кв.м, собственником которой является ФИО18 В указанном жилом помещении зарегистрировано и проживает 5 человек.

Основанием включения ФИО1 и членов ее семьи в список учета граждан, имеющих право на внеочередное предоставление жилых помещений, явилось то обстоятельство, что ее сын ФИО3, страдает заболеванием, входящим в Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный постановлением Правительства РФ от16 июня 2006 года № 378.

По состоянию на 1 октября 2017 года ФИО3 числится в вышеназванном списке под номером 21, иных данных, актуальных на день рассмотрения настоящего спора, в материалы дела представлено не было.

Согласно ч. 1 ст. 1 Жилищного кодекса РФ жилищное законодательство основывается на необходимости обеспечения органами государственной власти и органами местного самоуправления условий для осуществления гражданами права на жилище, его безопасности, на неприкосновенности и недопустимости произвольного лишения жилища, на необходимости беспрепятственного осуществления вытекающих из отношений, регулируемых жилищным законодательством, прав, а также на признании равенства участников регулируемых жилищным законодательством отношений по владению, пользованию и распоряжению жилыми помещениями, если иное не вытекает из настоящего Кодекса, другого федерального закона или существа соответствующих отношений, на необходимости обеспечения восстановления нарушенных жилищных прав, их судебной защиты, обеспечения сохранности жилищного фонда и использования жилых помещений по назначению.

Как следует из ст. 2 Жилищного кодекса РФ, органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий обеспечивают условия для осуществления гражданами права на жилище, в том числе: в установленном порядке предоставляют гражданам жилые помещения по договорам социального найма или договорам найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда;

В соответствии со ст. 49 Жилищного кодекса РФ по договору социального найма предоставляется жилое помещение государственного или муниципального жилищного фонда.

Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 40 право каждого на жилище и предполагая, что в условиях рыночной экономики граждане обеспечивают его реализацию в основном самостоятельно с использованием для этого различных допускаемых законом способов, одновременно возлагает на органы государственной власти и органы местного самоуправления обязанность по созданию условий для осуществления данного права (часть 2).

Реализуя соответствующие дискреционные полномочия, законодатель в Жилищном кодексе Российской Федерации, вступившем в силу 1 марта 2005 года, предусмотрел институт социального найма жилых помещений, суть которого состоит в предоставлении из государственных и муниципальных фондов жилых помещений во владение и пользование малоимущим гражданам, нуждающимся в жилье.

Согласно ч. 1 ст. 57 ЖК РФ жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности исходя из времени принятия таких граждан на учет, за исключением установленных частью 2 данной статьи случаев.

В силу п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ вне очереди жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, указанных в предусмотренном пунктом 4 части 1 статьи 51 настоящего Кодекса перечне.

В соответствие с ч. 1 п. 4 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются: являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма или собственниками жилых помещений, членами семьи собственника жилого помещения, проживающими в квартире, занятой несколькими семьями, если в составе семьи имеется больной, страдающий тяжелой формой хронического заболевания, при которой совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, и не имеющими иного жилого помещения, занимаемого по договору социального найма или принадлежащего на праве собственности. Перечень соответствующих заболеваний устанавливается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Таким образом, эта норма устанавливает особый (льготный) порядок реализации жилищных прав указанных в ней категории граждан.

В Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 16 июня 2006 года № 378, включены хронические и затяжные психические расстройства с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями.

В соответствии со ст. 23 Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» признаками тяжелого психического расстройства являются: непосредственная опасность больного для себя или окружающих, или его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности.

Статьей 17 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" определено, что инвалиды и семьи, имеющие детей-инвалидов, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, принимаются на учет и обеспечиваются жилыми помещениями в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Инвалиды и семьи, имеющие детей-инвалидов, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, вставшие на учет после 1 января 2005 года, обеспечиваются жилым помещением в соответствии с жилищным законодательством Российской Федерации.

Жилые помещения предоставляются инвалидам, семьям, имеющим детей- инвалидов, с учетом состояния здоровья и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Инвалидам может быть предоставлено жилое помещение по договору социального найма общей площадью, превышающей норму предоставления на одного человека (но не более чем в два раза), при условии, если они страдают тяжелыми формами хронических заболеваний, предусмотренных перечнем, устанавливаемым уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Таким образом, статья 17 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" является отсылочной нормой, подлежащей применению в системной взаимосвязи с положениями этого же Федерального закона и нормами жилищного законодательства.

Внеочередной (льготный) порядок обеспечения жилым помещением инвалидов, страдающих тяжелой формой хронических заболеваний, при котором невозможно совместное проживание, Федеральный закон от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" не устанавливает.

Пунктом 2 Правил предоставления льгот инвалидам и семьям, имеющим детей-инвалидов, по обеспечению их жилыми помещениями, оплате жилья и коммунальных услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27 июля 1996 года N 901, определены основания признания инвалидов и семей, имеющих детей-инвалидов, нуждающимися в улучшении жилищных условий для принятия их на учет.

К категории граждан, имеющих право на внеочередное обеспечение жилой площадью по договору социального найма относится несовершеннолетний ФИО3

Из содержания Постановления Конституционного Суда РФ от 22.01.2018 N 4-П "По делу о проверке конституционности пункта 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО15, ФИО16 и ФИО21" следует, что несовершеннолетние дети, страдающие заболеваниями, указанными в Перечне тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире (утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июня 2006 года N 378), в частности дети-инвалиды, тем более нуждаются в том, чтобы им были обеспечены условия для полноценного развития и интеграции в общество. В этих целях при осуществлении правового регулирования общественных отношений с участием инвалидов необходимо учитывать их интересы и потребности как лиц, нуждающихся в повышенной социальной защите, что предполагает не только создание специальных правовых механизмов, предоставляющих инвалидам дополнительные преимущества и гарантирующих им право на равные с другими гражданами возможности при реализации конституционных прав, но и введение мер социальной поддержки для лиц, осуществляющих социально значимую функцию воспитания детей-инвалидов и ухода за ними, связанную с повышенными психологическими и эмоциональными нагрузками, физическими и материальными затратами, с тем чтобы определенным образом компенсировать таким лицам соответствующие обременения, возникающие в связи с необходимостью обеспечивать особые нужды и потребности детей-инвалидов, обусловленные их возрастом и состоянием здоровья. Исходя из приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в постановлениях от 1 июля 2014 года N 20-П и от 27 июня 2017 года N 17-П, и с учетом природы России как социального государства, обязанного обеспечивать охрану семьи и права ребенка, предоставление жилого помещения в порядке, предусмотренном пунктом 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, в расчете лишь на самого несовершеннолетнего, страдающего тяжелой формой хронического заболевания из числа указанных в перечне, предусмотренном пунктом 4 части 1 статьи 51 данного Кодекса, фактически приводило бы либо к отказу от использования данной льготы, либо - при ее использовании - к существенным затруднениям в реализации родителями прав и обязанностей, возлагаемых на них Конституцией Российской Федерации и законом, и тем самым поощряло бы нарушение прав как самих несовершеннолетних, так и их родителей, а следовательно, лишало бы смысла закрепление в жилищном законодательстве права на получение вне очереди жилого помещения по договору социального найма применительно к несовершеннолетним, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, делая его иллюзорным, что противоречило бы статьям 7, 38 (части 1 и 2), 40 (часть 1) и 41 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Таким образом, пункт 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации, на основании которого несовершеннолетним гражданам, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, указанных в перечне, предусмотренном пунктом 4 части 1 статьи 51 данного Кодекса, предоставляются вне очереди жилые помещения по договорам социального найма, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования обязывает правоприменительные органы при принятии соответствующих решений обеспечивать баланс прав и законных интересов таких несовершеннолетних, их родителей и других проживающих совместно с ними в одном жилом помещении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, а также граждан, включенных администрацией муниципального образования в список нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Это означает, что пункт 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации во всяком случае не предполагает вынесения решения о предоставлении несовершеннолетнему гражданину, страдающему соответствующим заболеванием, жилого помещения без учета того, что он не может быть лишен возможности получать должные уход и воспитание, т.е. без учета необходимости постоянного обеспечения его особых нужд и потребностей, а следовательно, проживания в предоставляемом ему жилом помещении по крайней мере еще одного взрослого члена семьи. Не может данное законоположение рассматриваться и как препятствующее предоставлению жилого помещения исходя из необходимости проживания несовершеннолетнего вместе с членами его семьи, если при оценке обстоятельств конкретного дела правоприменительный орган придет к выводу, что для состояния здоровья несовершеннолетнего, его развития и интеграции в общество определяющим (предпочтительным) будет именно их совместное проживание, однако при принятии такого решения должны приниматься во внимание как права других членов семьи на благоприятные условия проживания, так и наличие у публичного образования возможности предоставления жилого помещения соответствующей площади.

Между тем как следует из материалов дела, Администрацией г. Ростова-на-Дону на протяжении около 3-х лет не принимаются меры, направленные на предоставление жилого помещения семье Т-вых, принимая во внимание, что несовершеннолетний ФИО3 вправе претендовать на отдельное жилое помещение во внеочередном порядке по договору социального найма как лицо, страдающее заболеванием, входящим в Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный постановлением Правительства РФ от16 июня 2006 года № 378.

Также суд принимает во внимание, что материалами дела подтвержден факт отсутствия у истцов в собственности каких-либо жилых помещений.

В связи с чем, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований, с возложением на Администрацию г. Ростова-на-Дону предоставить семье Т-вых, состоящей из несовершеннолетнего ФИО3, и его матери ФИО1 благоустроенного жилого помещения по договору социального найма общей площадью не менее нормы предоставления на состав семьи из двух человек, с учетом права несовершеннолетнего ФИО3 на дополнительную жилую площадь.

В данном случае суд исходит из физической и умственной незрелости несовершеннолетнего ФИО3 № года рождения, а также необходимость постоянного обеспечения его особых нужд и потребностей, а также принимая во внимание, что местом жительства ребенка является место жительства законного представителя, и корреспондирующую обязанность родителей (законных представителей) проживать совместно с ребенком, в данном случае матери несовершеннолетнего.

Вместе с тем, суд полагает несостоятельными доводы ответчика, принимая во внимание, что в силу ч. 3 ст. 57 ЖК РФ гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, жилые помещения по договорам социального найма предоставляются на основании решений органа местного самоуправления.

Согласно ФЗ от 06.10.2003 г. N 131 "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", действующим жилищным законодательством вопросы обеспечения граждан жилыми помещениями относятся к компетенции органов местного самоуправления.

Кроме того, отсутствие либо недостаточность финансирования органов местного самоуправления при реализации полномочий по обеспечению жилыми помещениями по договору социального найма граждан, определенных федеральным законом, а также отсутствие в законе субъекта Российской Федерации правового регулирования вопросов, касающихся обеспечения жилыми помещениями лиц, указанных в тех или иных федеральных законах, не могут влиять на реализацию прав этих граждан и служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При этом в процессе рассмотрения настоящего дела администрацией города Ростова-на-Дону не представлено никаких доказательств, подтверждающих факт принятия мер, направленных на исполнение установленной законом обязанности по предоставлению истцу жилого помещения, как со дня принятия Т-вых на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, так и до настоящего времени. 

Также суд полагает несостоятельными доводы представителя ответчика об утрате несовершеннолетним с 01.01.2018 года права на внеочередное предоставление жилого помещения.

Так, из справки ГБУ РО «ПНД» от 21.09.2018г. следует, что в связи с вступившим в силу с 01.01.2018г. новым Перечнем заболеваний в соответствии с приказом МЗ РФ от 29.11.2012 года № 987Н и Приказом МЗ РФ от 30.11.2012г. №991н заболевание ФИО3 не входит в новый Перечень заболеваний.

Вместе с тем, на момент издания Распоряжения от 04.02.2016г. действовал Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.06.2006 года № 378.

Приказом Министерства Здравоохранения РФ от 29.11.2012 года № 987Н утвержден новый перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире.

Часть 1 статьи 6 Жилищного кодекса Российской Федерации закрепляет общеправовой принцип действия законодательства во времени: акт жилищного законодательства не имеет обратной силы и применяется к жилищным отношениям, возникшим после введения его в действие.

На момент возникновения спорных правоотношений имеющееся у ФИО3 заболевание входило в указанный выше перечень, право на получение жилого помещения по договору социального найма в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации возникло у него с момента постановки на жилищный учет по соответствующему основанию в феврале 2016 года, то есть до вступления в силу Перечня тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденного приказом Министерства здравоохранения от 30 ноября 2012 г. N 987н.

Действующее жилищное законодательство (пункт 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации) не ставит право на внеочередное предоставление жилого помещения в зависимость от наличия или отсутствия иных лиц, имеющих право на получение жилого помещения вне очереди, от обеспечения жильем других очередников, от времени постановки на учет в качестве нуждающихся в предоставлении жилого помещения, от включения в список граждан, имеющих право на получение жилого помещения вне очереди (список внеочередников).

Отсутствие в законодательстве указания на срок, в течение которого жилье должно быть предоставлено гражданам, имеющим право на его внеочередное предоставление, свидетельствует о том, что жилое помещение указанной категории граждан должно быть предоставлено незамедлительно после возникновения соответствующего субъективного права - права на получение жилого помещения вне очереди.

При этом суд принимает во внимание, что с иском о защите своих нарушенных прав истцы обратились в сентябре 2017 года, то есть до вступления в силу Перечня тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденного приказом Министерства здравоохранения от 30 ноября 2012 г. N 987н.

При таких обстоятельствах суд соглашается с тем, что право истца на предоставление жилого помещения является нарушенным и обязанность по предоставлению жилья должна быть возложена на Администрацию муниципального образования - г. Ростова-на-Дону, в связи с чем в удовлетворении иска к Администрации Октябрьского района г. Ростова-на-Дону надлежит отказать.

С доводами истца относительно необходимости применения положений вышеназванного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации по аналогии, и предоставления жилого помещения всей семье согласиться нельзя. 

Так Постановлением от 22.01.2018 N 4-П Конституционный Суд Российской Федерации дал оценку конституционности пункт 3 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации признал оспоренное положение не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку содержащееся в нем положение по своему конституционно-правовому смыслу само по себе не может служить основанием для отказа в предоставлении жилого помещения несовершеннолетнему гражданину, страдающему соответствующим заболеванием, с учетом необходимости проживания в нем также его родителей и других членов семьи, если, исходя из обстоятельств конкретного дела, их совместное проживание является определяющим для состояния здоровья несовершеннолетнего, его развития и интеграции в общество и при наличии у публичного образования фактических возможностей для предоставления жилого помещения соответствующей площади.

Вместе с тем, из обстоятельств настоящего дела не следует, что совместное проживание несовершеннолетнего ФИО3 и других членов его семьи, кроме матери является определяющим для состояния его здоровья, развития, и при этом у Администрации муниципального образования - г. Ростова-на-Дону есть фактическая возможность для предоставления жилого помещения соответствующей площади для всех членов семьи ребенка-инвалида.

В связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части не имеется.

На основании изложенного, и, руководствуясь ст.ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО2, ФИО3 – удовлетворить частично.

Обязать Администрацию города Ростова-на-Дону предоставить семье несовершеннолетнего ФИО3, состоящей из несовершеннолетнего ФИО3 и его матери ФИО1 благоустроенное жилое помещение по договору социального найма, общей площадью не менее нормы предоставления на двух человек с учетом права ФИО3 на дополнительную жилую площадь.

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 30 ноября 2018 года. 

Судья