Дело № 2- 3794/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 сентября 2020 года город Уфа

Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Нурисламовой Р.Р.,

при секретаре Надршиной М.И.,

с участием истца ФИО1, ее представителя- ФИО2, 

ответчика ФИО3, ее представителя- ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просит признать договор дарения № б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между истцом и ответчиком, недействительным; прекратить право собственности за ФИО3 на недвижимое имущество- квартиру, назначение: жилое, общая площадь 33,2 кв.м., этаж: 10, кадастровый №, адрес объекта: 

<

адрес>; признать право собственности за ФИО1 на недвижимое имущество - квартиру, назначение: жилое, общая площадь 33,2 кв.м., этаж: 10, кадастровый №, адрес объекта: 

<

адрес>.

В обоснование требований указано, что она проживает по адресу: РБ, 

<

адрес>. Проработав мастером цеха № Фабрики 8 Марта 

<

адрес> 21 год, за высокие показатели она награждалась почетными грамотами, денежными премиями, была занесена в фабричную книгу Почета. От работы получила трехкомнатную квартиру, которую впоследствии продала и купила квартиры снохе (ее сын ФИО5 умер, сноха осталась с детьми) и себе однокомнатную квартиру по адресу: РБ, 

<

адрес>. В 2008 году истец решила подарить указанную квартиру своей дочери ФИО8, но в 2016 году она сильно заболела и приняла решение подарить эту квартиру вновь истцу, поскольку чувствовала, что скоро умрет. ДД.ММ.ГГГГ заключили с ней договор дарения в отношении квартиры по адресу: РБ, 

<

адрес>. Дочь умерла, у нее остались: дочь ФИО3 (ответчик) и сын ФИО9. Вышеуказанную квартиру истец хотела оставить в наследство детям своей дочери, то есть внукам. После смерти дочери к ней пришла ФИО3, истец сказала, что плохо себя чувствует, она предложила сходить составить завещание. Сказала, что после смерти квартира будет передана внукам, что она будет навещать и помогать, что все будет хорошо. Она доверяла ФИО3, ничего не читала, что подписывала, никто ей ничего не разъяснял, думала, что составляет завещание, как и желала, но при обращении к юристу ей разъяснили, что она подписала договор дарения ДД.ММ.ГГГГ на ФИО3 в отношении указанной квартиры, и на нее было оформлено право собственности, что подтверждается выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ. Внучка с ней в этой квартире не проживала, услуги ЖКХ не оплачивает, в квартире зарегистрирована только истец. После оформления всех документов ФИО3 перестала ее навещать, отвечать на звонки, хотя телефон был доступен, бросила ее. С марта 2019 года не видела ответчика, искала по всем последним известным адресам, но результата не было. Родственникам удалось до нее дозвониться, она сказала им, что сильно занята, соответственно сознательно перестала отвечать на звонки, получив то, что хотела. В декабре 2019 года истец решила обратиться в отдел полиции, позже ей перезвонили из полиции, сказали, что внучка жива, но адрес не дали, до сих пор внучка на связь не выходит. Она доверяла внучке, не сомневалась в ней, думала, что квартиру будет передана в собственность только после ее смерти, по завещанию, что до смерти внучка будет проживать с ней в квартире и за ней ухаживать. Не стала бы подписывать договор дарения, зная, что квартира перейдет только внучке. Считает, что квартира принадлежит ей, намерения заключать с ответчиком договор дарения не было. Ответчик ввела ее в заблуждение и обманным путем оформила на себя собственность. Другого жилья у истца нет. Ответчик воспользовалась ее состоянием здоровья, беспомощностью, юридической неграмотностью и доверием, обманным путем убедила подписать договора дарения. Заключая договор дарения, не понимала последствия такой сделки, не предполагала, что лишается единственного жилья.

Истец и ее представитель исковые требования поддержали, просили удовлетворить по приведенным доводам и основаниям. Истец пояснила, что является малограмотной, образование 7 классов, ей 82 года, работала на фабрике 41 год, в период работы получила квартиру, которую продала и купила однокомнатную квартиру по адресу: РБ, 

<

адрес>. Данная квартира является ее единственным жильем, дарить ее намерения не имела, так как жить ей больше негде. Зрение и слух ее подводят, состояние здоровья плохое. Доверяла ответчику, подписывала документы, не читая, содержание документа ей никто не разъяснял.

Ответчик и ее представитель исковые требования не признали, в удовлетворении просили отказать. Ответчик ФИО3 суду пояснила, что истец осознанно и добровольно подарила ей квартиру, сама пришла к такому решению, содержание договора ей разъяснялось. Общение с истцом не прекращала, возник небольшой разлад.

Представитель Управления Росреестра по РБ в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом о дне, времени и месте рассмотрения дела. 

На основании ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 являлась собственником квартиры по адресу: РБ, 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, с одной стороны, и ФИО3, с другой стороны, заключен договор дарения, по условиям которого истец подарила квартиру, расположенную по адресу: РБ, 

<

адрес>, ответчику. 

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ч.1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с ч. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Согласно ч.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Проанализировав представленные по делу письменные доказательства, доводы и возражения сторон, суд приходит к выводу о правомерности заявленных истцом требований.

По смыслу ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Исходя из положений статей 167, 178, 572 ГК РФ юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В данном случае совокупностью представленных по делу доказательств подтверждается обоснованность выводов суда о доказанности заблуждений истца относительно природы заключаемой им сделки.

Преклонный возраст истицы на момент заключения оспариваемой сделки (81 год), имеющиеся заболевания, снижение слуха и зрения, что затрудняет ориентированность в практических вопросах, делали невозможным должное восприятие сути содержания сделки и понимание ее правовых последствий.

Оценивая заключенную между истцом и ответчиком сделку дарения спорного жилого помещения на предмет соответствия закону, суд исходит из того, что правовой сущностью договора дарения является безвозмездная передача имущества от дарителя в собственность к одаряемому.

Совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

В данном случае из представленных по делу доказательств следует, что передачи имущества по договору как таковой не состоялось. ФИО3 в спорную квартиру не вселялась, расходы по ее содержанию не несла, т.е. фактически не вступала в пользование жилым помещением. Истица продолжает проживать по указанному адресу, несмотря на регистрацию права собственности ответчика на квартиру, и нести бремя содержания жилья.

Таким образом, после подписания договора дарения, его стороны не совершали действий по исполнению сделки. Данные обстоятельства правомерно суд расценивает как отсутствие у сторон намерений исполнять совершенную сделку и как следствие создать ее правовые последствия. 

Как установлено по делу, подписывая договор дарения истица ввиду стечения тяжелых жизненных обстоятельств, а именно, необходимость в постороннем уходе по состоянию здоровья, утрата близкого родственника - дочери, рассчитывала на материальную помощь и уход со стороны ответчицы, не предполагала, что последняя может распорядиться ее квартирой, что является существенным для истицы, являющейся одиноким пожилым человеком, нуждающимся в уходе, не имеющим другого жилья. Следует учесть, что договором дарения не предусмотрено сохранение за истицей права пользования данным жильем, т.е. договор дарения заключен на крайне невыгодных условиях для истицы условиях.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание состояние здоровья истца, преклонный возраст, юридическую неграмотность, заключение договора на крайне невыгодных условиях, что с учетом пояснений истца о намерении составить завещание, а не заключать договор дарения, свидетельствует о фактическом несоответствии ее волеизъявления заключенному сторонами договору дарения, суд считает, что истец заблуждалась относительно природы сделки.

Личностными особенностями истицы в силу преклонного возраста, состояния здоровья и образовательного уровня, а также отсутствием доказательств выражения истицей намерений подарить принадлежащую ей квартиру, лишившись тем самым единственного жилья, отсутствия факта наступления правовых последствий, вытекающих из договора дарения, позволяют суду придти к обоснованному выводу о наличии оснований к признанию заключенного между истцом и ответчиком договора дарения недействительным, с применением правовых последствий недействительности сделки.

В силу п. 6 ст. 178 ГПК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом ст. 167 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 167 ГПК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Применяя названные нормы, суд считает необходимым привести стороны безвозмездной сделки в первоначальное положение, возвратив истцу право собственности на спорное имущество.

На основании положений, предусмотренных ст.98 ГПК РФ, учитывая, что заявленные исковые требования нашли подтверждение в судебном заседании, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Исходя из цены иска и размера удовлетворенных исковых требований, с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 19 207, 79 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-198, 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки- удовлетворить.

Признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО3, недействительным.

Прекратить право собственности ФИО3 на недвижимое имущество- квартиру, назначение: жилое, общая площадь 33,2 кв.м, этаж: 10, кадастровый №, адрес объекта: 

<

адрес>.

Восстановить признать право собственности ФИО1 на недвижимое имущество- квартиру, назначение: жилое, общая площадь 33,2 кв.м, этаж: 10, кадастровый №, адрес объекта: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 19 207, 79 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: Р.Р. Нурисламова