РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 октября 2020 года г.Магнитогорск

Правобережный районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в составе:

Председательствующего Исаевой Ю.В.,

С участием прокурора Уфимцевой А.К., 

При секретаре Самаркиной А.П., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Новомед» о взыскании компенсации морального вреда, признании исследований и медицинских заключений, консультации врачей незаконными,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Новомед», просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с оказанием ему некачественной медицинской помощи сотрудниками ООО «Новомед» в размере 100 000 руб., признать незаконными проведенные в отношении него исследования ООО «Новомед» - УЗИ щитовидной железы от 11 декабря 2019 года, УЗИ органов брюшной полости (

<

данные изъяты>), почек, мочевого пузыря, предстательной железы от 11 декабря 2019 года, УЗИ мошонки от 11 декабря 2019 года, УЗИ головного мозга от 11 декабря 2019 года, МРТ поясничного (

<

данные изъяты>), МРТ отдела позвоночника от 11 декабря 2019 года, МРТ тазобедренных суставов от 17 декабря 2019 года, эхокардиографию, ЭХО, КС от 17 декабря 2019 года, УЗДГ вен нижних конечностей, медицинские заключения и консультации врачей от 11 декабря 2019 года, 17 декабря 2019 года, 18 декабря 2019 года, 26 декабря 2019 года. 

В обоснование исковых требований указано, что ООО «Новомед» в отношении него были проведены обследования, консультации врачей. Данные обследования не выявили ранее установленных у него заболеваний, проведены с нарушением стандартов оказания медицинской помощи, проведены без учета представленных медицинских документов. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (т. 1 л.д. 65, 115, т. 3 л.д. 1-2).

Истец ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен по месту нахождения в ФКУ ИК-1 ОУХД ГУФСИН по Пермскому краю. 

Судом удовлетворено ходатайство истца об организации видеоконференц-связи, однако возможности провести судебное заседание с использованием ВКС не имелось в связи с принятием начальника филиала ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-59 России от 16 октября 2020 года № 903 постановления о введении в ФКУ ИК-1 ОУХД ГУФСИН по Пермскому краю режимно-ограничительных мероприятий (карантина) в связи с высоким риском возникновения и распространения COVID-19, невозможностью представления ФИО1 на судебное заседание посредством ВКС. 

Участвуя в судебном заседании 26 мая 2020 года, истец ФИО8 требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Новомед» ФИО9 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил ходатайство об отложении судебного заседания в связи нахождением на больничном листе, однако доказательств нахождения на больничном суду не представлено, в связи с чем суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении ходатайства. Участвуя в судебном заседании 26 мая 2020 года, представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований, представил письменный отзыв (т. 1 л.д. 71-74), в котором указал, что истец ФИО1 не обладает материальным правом на предъявление исковых требований, оказанные медицинские услуги соответствуют процедуре оказания, технологии, отсутствуют основания для компенсации морального вреда, исковые требования не основаны на правовых способах защиты права. 

Третьи лица ФИО4, ФИО2, ФИО7, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, представили письменные пояснения, в которых указали, что обследования и осмотры были осуществлены согласно протоколу (т. 2 л.д. 33, 34-35, 36-37). 

Третьи лица ФИО6, ФИО3, ФИО5 в судебном заседании при надлежащем извещении участия в рассмотрении дела не принимали. 

Дело рассмотрено в отсутствие сторон. 

Исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Согласно ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу ч. 1 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям сторон подлежит применению законодательство о защите прав потребителей.

Согласно ст. 4 Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору.

При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодную для целей, для которых услуга такого рода обычно используется.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Статья 150 ГК РФ содержит перечень нематериальных благ, которые защищаются законом. К этим благам относятся, в том числе жизнь и здоровье человека.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 в пункте 4 Постановления «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Для возложения ответственности по возмещению вреда на лечебное учреждение, оказываемое медицинские услуги, по общим правилам главы 59 о возмещении вреда и особых правил параграфа 2 этой главы ГК РФ необходимы в совокупности следующие условия: 

-наступление вреда; 

-противоправное поведение причинителя вреда;

- причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда.

Понятие «противоправность» применительно к субъектам, оказывающим медицинские услуги, включает в себя совершение деяний, не отвечающих полностью или частично официальным требованиям, предписаниям, правилам и наличие недостатка медицинской услуги, т.е. ее несоответствие стандарту или обычно предъявляемым требованиям к качеству.

При этом, как указано выше, необходимо установление причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступлением вреда.

Согласно пп. 7 ст. 1 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий.

Согласно п. 21 указанной статьи качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

По общему правилу в силу ст. 1100 ГК РФ моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда за исключением случаев, прямо предусмотренных законом.

Судом установлено, что между ООО «Новомед» и ФИО6 15 ноября 2019 года заключен договор № на оказание медицинских услуг пациенту ФИО1 на срок с 15 ноября 2019 года по 31 декабря 2019 года (т. 1 л.д. 75-79). 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, всего на сумму 35 185 руб. 

Факт оплаты медицинских услуг в указанном размере ответчиком не оспаривался.

Полагая, что медицинские услуги ответчиком истцу оказаны не надлежащим образом, неправильно выставлены диагнозы, консультации, полученные медицинские заключения противоречат его истинным заболеваниям, были нарушены его права как человека, фактически ведущего жизнь инвалида, передвигающегося только на костылях, нуждающегося в постоянных лечениях, лекарственных средствах, 16 декабря 2019 года ФИО1 обратился в ООО «Новомед» с претензией о нарушении порядков и стандартов оказания медциниской помощи, неверных результатов, требованием проведении повторных УЗИ, МРТ, консультации другим урологом ООО «Новомед» за счет ответчика (т. 1 л.д. 26). 

Требования ФИО1 удовлетворены не были.

Согласно разъяснениям, содержащимся пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 ГПК Российской Федерации) и требований ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 68 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Таким образом, из системного анализа названных положений законодательства следует, что на истца возлагалась обязанность представить доказательства, подтверждающие факт причинения увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 67 ГПК РФ при вынесении решения суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, в также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доводы истца не могут являться бесспорным доказательством в подтверждение заявленных требований.

Потерпевший должен представить доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При обращении в суд с иском о компенсации морального вреда следует доказать противоправность поведения ответчиков, их вину, как причинителей вреда; факт наступления вреда; причинную связь между противоправными действиями ответчиков и наступившими последствиями.

Недоказанность одного из этих условий влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

Определением Правобережного районного суда г.Магнитогорска от 17 июня 2020 года (т. 2 л.д. 57-59), по ходатайству истца ФИО1 по данному гражданскому делу была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводов Заключения судебно-медицинской экспертизы № от 21 сентября 2020 года, проведенной экспертами АНО «Судебный эксперт» (т. 3 л.д. 4-99) при диагностике заболеваний ФИО1 в ООО «Новомед» имелись следующие нарушения стандартов оказания медицинских услуг:

Как следует из выписки от 14 ноября 2019 года, план обследования ФИО1 включал консультацию невролога с целями верификации диагнозов и рекомендаций по лечению пациента, а также для комиссионного решения вопроса о проведении МРТ ПОП с целью исключения компрессии спинного мозга, грыжы межпозвоночных дисков, органического поражения спинного мозга, определения необходимости двусторонней опоры (костылей) при ходьбе. Консультация невролога была рекомендована и специалистом, проводившим МРТ поясничного (пояснично-крестового) отдела позвоночника, также кардиологом и офтальмологом. Однако проведена она не была в нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от 24 декабря 2012 года № 1547н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при поражении межпозвонкового диска и других отделов позвоночника с радикулопатией (консервативное лечение)».

В нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от 24 декабря 2012 года № 1547г «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при поражении межпозвонкового диска и других отделов позвоночника с радикулопатией (консервативное лечение)» ФИО1 не проведен прием (осмотр, консультация) врача по лечебной физкультуре, которая была рекомендована ФИО1 кардиологом и является обязательным лечебным мероприятием.

В нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от 24 декабря 2012 года № 1498н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при гонартпрозе и сходных с ним клинических состояниях» ФИО1 не проведена консультация врача-физиотерапевта и механотерапии при заболеваниях и травмах суставов. 

Данные дефекты привели к тому, что ФИО1 не был проведен курс лечения для уменьшения болей в спине, пояснице и ногах. В результате ФИО1 не смог пройти велоэргометрию, а при его состоянии именно это диагностическое обследование было особенно важно для оценки степени поражения болезнью его сердца. 

В нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от 09 ноября 2012 года № 708н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при первичной артериальной гипертензии (гипертонической болезни)» в отношении истца не проведены суточный мониторинг артериального давления; исследование мочи на микроальбуминурию, учитывая наличие поражения почек у ФИО1; рентенография легких.

Невыполнение суточного мониторирования артериального давления нарушает также п.9 рубрики 3.9.4. приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». 

Непроведение рентгенографии органов грудной клетки нарушает приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 9 ноября 2012 г. № 708н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при первичной артериальной гипертензии (гипертонической болезни)», а также п. 6 рубрики 3.9.6. и п. 7 рубрики 3.9.7. приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Проведение рентгенографии органов грудной клетки привело бы к наличию объективного документа, по которому легко установить, имеется ли у ФИО1 гипертрофия (увеличение) левого желудочка. В настоящее время из-за данного дефекта диагностики результаты исследований по данному вопросу непроверяемы.

Несмотря на выявление у ФИО1 во время приема кардиологом гипертонического криза, оказание помощи в виде назначения препарата 

<

данные изъяты>, повторного контроля артериального давления, в том числе с целью установления тяжести гипертонии у пациента, не проводилось, что нарушает п. 14 рубрики 3.9.4. приказа Минздрава России от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

В нарушение п. 6 рубрики 3.9.5. приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» ФИО1 не было выполнено дуплексное сканирование экстракраниальных отделов брахицефальных артерий (при отсутствии проведения на догоспитальном этапе в последние 12 месяцев).

Не проведена консультация врача-нейрохирурга, которая является обязательной при неэффективности консервативной терапии, согласно приказу Минздрава России от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», разделу 3.6.5. «Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при мононевропатиях, поражениях нервных корешков и сплетений (коды по МКБ-10: 650; 651; 652; 654; 656; 657; 658; (359)», п. 8.

Проведено только УЗИ (ультразвуковое исследование) почек, но не выполнено ни одно из следующих исследований: обзорная урография (рентгенография мочевыделительной системы) и/или внутривенная урография и/или компьютерная томография почек и мочевыводящих путей с контрастированием, тогда как согласно приказу Минздрава России от 10 мая 2017 года № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», разделу З. 14.7. «Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при мочекаменной болезни (коды по МКБ-10: N20 - N22) 167», п. 5, ФИО1 должно было быть проведено именно одно из перечисленных трех исследований, и их замена на УЗИ не предусмотрена.

Причина такого требования нормативного документа заключается в том, что УЗИ - недостаточно точный метод исследования мочевыводящей системы. В частности, на УЗИ плохо видны мелкие детали (песок и мелкие камни в почках), трудно оценить работу мочевыводящей системы в динамике (в том числе выявить ненормальную подвижность почек и их склонность к опущению, которая и называется «нефроптоз»).

Протокол первичного приема врача-кардиолога содержит явные противоречия:«отмечает повышение АД с максимальными цифрами 

<

данные изъяты>. субъективно не ощущаемое в виде головной боли, «расфокусировки» зрения» (если больной субъективно не ощущает подъем давления, то у него не должно быть головной боли и расфокусировки зрения, а если они есть, то это и есть субъективное ощущение подъема давления); в одном месте указано, что пациент «справляется с обычной физической нагрузкой», в другом написано, что он жалуется на: «одышку при физ. нагрузке (подъем до 1 этажа - движение ограничено, пользуется костылями)».

Данные пары утверждений по законам логики не могут быть истинными одновременно. 

Протокол первичного приема врача-кардиолога содержит признаки формального, поверхностного отношения к обследованию больного: указано, что он «В СА не служил (по мед. показаниям)», но врач не пытается выяснить, с каким именно диагнозом больной был признан негодным для службы в армии;

- не предпринято никакой попытки оценить переносимость больным физических нагрузок объективно, все записано лишь со слов больного и притом с противоречиями, которых врач не заметил и не попытался выяснить истину.

Если пациент отказывается выполнять велоэргометрию из-за болей, можно было применить обезболивание (например, новокаиновую блокаду в сочетании с нестероидными противовоспалительными), а с учетом подозрения на симуляцию имело смысл объяснить больному, что проведение пробы ни при каком результате не ухудшит его положение, но поможет выявить скрытые болезни, если таковые есть.

Протокол первичного приема врача-кардиолога содержит еще одно противоречие: пациент жалуется на отеки ног, но врач при осмотре их не обнаруживает. Эксперты разъяснили, что единственным способом определить, есть ли у пациента отеки ног, состоит в том, что врач нажимает пальцем на его кожу в нижней части голени и через небольшое время отпускает. Если после этого в месте нажатия остается видимая глазом ямка, то отеки есть. Этот метод так прост и эффективен, что попыток заменить его каким-либо объективным исследованием не делается. Поэтому в настоящее время невозможно точно узнать, были ли отеки на ногах ФИО1 во время приема у кардиолога. Прием кардиолога состоялся в 10:00 час. Между тем, отеки ног (вызванные хоть недостаточностью работы сердца, хоть затруднением оттока по венам) появляются к вечеру, а к утру исчезают (так как в их образовании велика роль силы тяжести и, соответственно, положения больного, вертикального или горизонтального). Поэтому попытка определить их в 10:00 при небольшой степени отеков заведомо неинформативна. Надо было организовать проверку на отеки ближе к концу дня. 

Согласно протоколу приема врача-уролога от 11 декабря 2019 года, уролог либо не спросил пациента о перенесенных ранее заболеваниях почек и простаты, либо не отразил эти данные в карте. Любой из этих вариантов является дефектом оказания медицинской помощи.

Значение данного дефекта состоит в том, что не было проведено более детальное обследование с прицельным поиском нефроптоза, мочекаменной болезни, пиелонефрита и простатита. Исключить эти заболевания на основании отсутствия из признаков на УЗИ и в общем анализе мочи нельзя, так как это обследование является лишь скрининговым, то есть предназначенным для людей, считающих себя здоровыми, и позволяющим выяснить сам факт наличия у них заболеваний, требующих более полного обследования. Нормальная картина УЗИ и общего анализа мочи характерна для этих заболеваний в фазу ремиссии (когда очередное обострение стихло), но не является признаком выздоровления, так как указанные заболевания являются хроническими и излечены полностью быть не могут.

Особо эксперты обратили внимание на то, что симулировать несуществующие нефроптоз, мочекаменную болезнь и простатит невозможно, так как эти диагнозы ставят на основе объективных и не поддающихся искусственному воспроизведению признаков.

Одним из наиболее беспокоящих больного и ограничивающих его жизнедеятельность заболеваний ФИО1 является распространенный остеохондроз позвоночника, который выявлен объективными исследованиями (магнитно-резонансная томография). В дополнение, у ФИО1 имеется объективно подтвержденный компрессионный перелом одного из позвонков. 

Диагностикой и лечением заболеваний и травм позвоночника должен заниматься травматолог-ортопед, а диагностикой и лечением их неврологических осложнений - невролог. 

Однако в протоколе травматолога-ортопеда от 26 декабря 2019 года остеохондроз и перелом позвоночника даже не упоминаются. Диагностикой заболеваний позвоночника по неизвестной причине занимается кардиолог (специалист по болезням сердечно-сосудистой системы), а рекомендаций по их лечению, в том числе по режиму, нуждаемости в костылях и т.д., не занимается вообще никто, хотя такие рекомендации были одной из главных целей обследования ФИО1

Непроведение диагностики и лечения болезней и травм позвоночника - грубейший дефект работы травматолога-ортопеда вообще и его осмотра от 26 декабря 2019 года в частности. 

Вышеуказанные дефекты являются дефектами обследования и лечения. 

Экспертами выявлены следующие дефекты установления диагноза:

ФИО1 в ООО «Новомед» установлены следующие диагнозы: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Экспертами указано, что данные диагнозы нельзя признать правильным, поскольку обследование ФИО1 проведено поверхностно, т.е. недостаточно полно. Лечение не было проведено вообще, что еще больше снизило полноту обследования. В частности, из-за болей пациент не смог пройти велоэргометрию, необходимую для точного диагноза состояния его сердца. Поэтому вопрос о наличии и выраженности у него ишемической болезни сердца и степени выраженности сердечной недостаточности остался нерешенным.

У ФИО1 имеется 

<

данные изъяты>). Однако у него в прошлом объективно зарегистрированы болезни 

<

данные изъяты>, и кардиолог ООО «Новомед» тоже диагностирует ему 

<

данные изъяты> без указания ее конкретного вида. Поэтому нет оснований утверждать, что у него именно гипертоническая болезнь (самостоятельная), а не почечная артериальная гипертензия (которая часто осложняет болезни почек). Нормальные УЗИ-картина почек и общий анализ мочи на момент осмотра не исключают наличия хронических болезней почек вне обострения и, соответственно, не исключают и почечный вариант артериальной гипертензии. По данным представленных амбулаторных карт, давление у ФИО1 повышается часто и до высоких величин, несмотря на лечение, что характерно именно для почечной гипертензии.

По данным представленных амбулаторных карт, давление у ФИО1 повышается часто и до высоких величин, несмотря на лечение. При таком давлении у него должны развиться патологические изменения внутренних органов. 

Как минимум два из них обнаружены офтальмологом и кардиологом.

Это 

<

данные изъяты>.

Нечеткие признаки 

<

данные изъяты> есть и на ЭКГ. Это блокада 

<

данные изъяты> Врач, расшифровывавший ЭКГ, объяснил их позицией сердца, но доводов не привел. По имеющимся данным решить этот вопрос точно невозможно, так как рентгенография грудной клетки не проведена.

Согласно рекомендациям экспертов ВОЗ (1978), выделяют три стадии ГБ (в основу классификации положены наличие и выраженность поражения внутренних органов).

I стадия отсутствуют объективные признаки поражения внутренних органов (так называемых органов-мишеней), имеется лишь повышение артериального давления.

II стадия - имеется по крайней мере один из признаков поражения органов. В случае ФИО1 достоверно имеется два признака 

<

данные изъяты> и, возможно, есть и третий (

<

данные изъяты>).

Поэтому у него стадия 

<

данные изъяты>.

По данным УЗИ, у ФИО1 имеются 

<

данные изъяты>.

В диагнозе они не отражены.

В формулировке диагноза болезней позвоночника корешковый синдром даже не упоминается, хотя больной предъявляет характерные для него жалобы: «практически постоянные ноющие и прокалывающие боли в левой половине грудной клетке, четко несвязанные с физ. нагрузкой, с иррадиацей в левую ключицу, левую половину шеи», «боли в позвоночнике, тазобедренных и коленных суставах, усиливающиеся при физ. нагрузке».

Диагноз заболевания суставов нижних конечностей по неизвестной причине приведен в двух вариантах, противоречащих один другому: 

Вариант кардиолога: 

<

данные изъяты>

Вариант травматолога-ортопеда: 

<

данные изъяты>

Из такого диагноза невозможно понять даже, какие суставы, кроме коленных, поражены: плечевые, тазобедренные или же и те и другие. Невозможно понять и величину НФС (нарушения функции суставов). От этой величины зависят различные социальные последствия, например, установление группы инвалидности. Ее необходимо указывать для каждого сустава отдельно путем измерения углов нескольких движений в суставе и оценки полученных данных. Однако кардиолог не проводит таких измерений и без всякого обоснования диагностирует НФС 2-3 степени (каких именно суставов, непонятно).

Травматолог-ортопед измеряет в коленных суставах только сгибание, которое в норме: 90 гр. Разгибание он не оценивает, хотя ставит диагноз 

<

данные изъяты> при котором нарушено именно разгибание (больной не может выпрямить ногу в колене). Поэтому обоснования диагноза 

<

данные изъяты> нет.

Травматолог-ортопед оценивает НФС как 1-2 ст., но о каких суставах речь, непонятно. Если это НФС плечевых суставов, то величина НФС для коленных не указана вообще. А если суммарная, то для коленных суставов она не обоснована, так как не измерен угол разгибания.

Таким образом, диагноз, установленный ФИО1, не выдерживает никакой критики.

При этом экспертами при даче заключения учтено, что Бунтов Бпоступил в ООО «Новомед» не для курса лечения, а только для обследования и получения рекомендаций. Поэтому требования нормативных документов, применимые только к курсу лечения в стационаре, эксперты не рассматривали. ФИО1 является заключенным, поэтому просто назначить ему дополнительное обследование и лечение было затруднительно. Однако ничто не мешало врачам отразить необходимость дополнительного обследования и лечения в своих рекомендациях, и если это не было сделано, то это надлежит рассматривать как дефект оказания медицинской помощи. Исковое заявление ФИО1 содержит много нареканий на то, что записи врачей в медицинских документах не соответствуют реальности. 

В связи с отсутствием информации для сравнения, например видеозаписей сотрудников ФСИН, подлинника ЭКГ, фотографий с УЗИ (сомнения вызывают именно результаты УЗИ), проверка соответствия записей врачей в медицинских документах реальности невозможна. Это относится также к результатам ультразвуковых исследований.

Исковое заявление ФИО1 содержит много нареканий на то, что в ООО «Новомед» у него не обнаружен ряд заболеваний, имевшихся ранее. Такие факты действительно есть, но они не означают, что обследование было некачественным. Например, исследование наличия гастрита и дуоденита требует особого метода обследования (гастроскопии), и в цели данного обследования диагностика гастрита и дуоденита не входила. 

У ФИО1 ранее выявлялись 

<

данные изъяты> Эти заболевания в результате лечения могут перестать определяться, то есть печень и простата примут нормальные размеры и плотность, исчезнет портальная гипертензия, нормальными станут анализы, и т. д

У ФИО1 ранее выявлялась 

<

данные изъяты>, но признаки этой болезни часто не поддаются объективному выявлению никакими методами.

Диагнозы ставят только лечащие врачи, но не те, которые проводят инструментальное обследование. Последним нет надобности изучать медицинские документы и детально расспрашивать больного, их задача только в том, чтобы провести исследование прибором и описать то, что они увидят на момент исследования. Строго говоря, они должны писать в заключении не о готовых диагнозах, а лишь об их признаках.

Основным и «итоговым» критерием того, что суд установил обстоятельства (факты), является достоверность доказательства этих обстоятельств.

Решение суда не может быть основано на предположениях об обстоятельствах дела. Суд не может принять в качестве доказательств вины ответчиков лишь показания истца, поскольку они не подтверждены иными объективными доказательствами по делу.

По смыслу положений ст.ст. 55, 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Судом при оценке экспертного заключения учтено, что экспертиза проведена компетентными экспертами, обладающими медицинскими познаниями, учел их стаж работы, а также то обстоятельство, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Однако нарушения, указанные в экспертном заключении в качестве нарушений стандартов качества оказания услуг в виде отсутствия консультации невролога, врача по лечебной физкультуре, врача-физиотерапевта и механотерапии, врача-нейрохирурга, непроведении суточного мониторирования артериального давления, рентгенографии органов грудной клетки, сканирования экстракраниальных отделов брахиоцефальных артерий, обзорной урографии и/или внутривенной урографии и/или компьютерной томографии почек и мочевыводящих путей с контрастированием, не могут быть приняты судом в качестве таковых, поскольку оказание данных услуг договором, заключенным между ООО «Новомед» и ФИО6, об оказании ФИО1 медицинских услуг не урегулированы, сторонами не согласованы, не оплачены. 

За исключением вышеуказанных нарушений, выявленных экспертами, остальные услуги признаются судом выполненными с ненадлежащим качеством.

В силу статей 55 и 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с действующим законодательством, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (ст. 151 ГК РФ). 

Доказательства отсутствия его вины ответчик не представил.

Положения ч. 3 статьи 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» устанавливают, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно п.1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Для наступления ответственности, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями и вину причинителя вреда.

В силу статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со статьей 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

Согласно абзацу 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В пункте 3 вышеуказанного Постановления указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41)

В соответствии с положениями статьи 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что действиями медицинских работников, выразившимися в оказании медицинской помощи ненадлежащего качества, истцу причинен моральный вред, поскольку нарушены его права на получение медицинской помощи надлежащего качества.

При этом согласно ст.3 Всеобщей декларации прав человека и ст.11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, определившими, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Вопреки мнению ответчика, ФИО1 является потребителем оказанных ему по договору между ООО «Новомед» и ФИО6 медицинских услуг, поскольку из п. 1.3 договора следует, что ООО «Новомед» оказывает пациенту ФИО1 медицинские услуги. 

С учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, принципов разумности и справедливости, суд находит правильным определить размер компенсации морального вреда в 20000 руб., отказав истцу в остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда.

Как указано в пункте 46 Постановления Пленума ВС РФ N 17 при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Разрешая спор по существу, суд учитывает, что удовлетворение исковых требований истца влечет наложение на ответчика штрафа в обязательном порядке, поскольку на момент вынесения решения ответчиком действия по добровольному урегулированию спора не предприняты, хотя он имел возможность удовлетворить требования потребителя и в ходе судебного разбирательства, а законом в данном случае не предусмотрен обязательный досудебный порядок урегулирования спора.

Таким образом, в пользу истца должен подлежит взысканию штраф в размере 10000 рублей. (20000 * 50%).

Требования истца о признании проведенных ООО «Новомед» в отношении него исследований и медицинских заключений, консультации врачей незаконными удовлетворению не подлежат, поскольку диагнозы ставят лечащие врачи, но не те, которые проводят инструментальное обследование, поскольку им нет надобности изучать медицинские документы и детально расспрашивать больного, их задача состоит в том, чтобы провести исследование прибором и описать то, что увидят на момент исследования. Кроме того, требования о признании результатов исследований и консультаций специалистов незаконными не основаны на способах защиты гражданских прав, поскольку данные заключения не влияют на возникновение, изменение либо прекращение прав истца. 

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера (например, о компенсации морального вреда). 

За производство судебной экспертизы АНО «Судебный эксперт» истцом ФИО1 уплачено 64 680 руб. (т. 3 л.д. 120). 

В связи с частичным удовлетворением неимущественных исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, невозможностью применения пропорциональности при распределении судебных расходов, суд считает необходимым взыскать с ООО «Новомед» в пользу ФИО1 расходы на производство судебной экспертизы в размере 64 680 руб. 

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с ООО «Новомед» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф в размере 10 000 руб., расходы на производство судебной экспертизы в размере 64 680 руб.

В удовлетворении оставшихся исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме, через Правобережный районный суд гор. Магнитогорска Челябинской области. 

Председательствующий: 

Решение в окончательной форме принято 26 октября 2020 года. 

1версия для печати