Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 2-7/2020

10 февраля 2020 г.

г. Бодайбо

Бодайбинский городской суд Иркутской области в составе: судьи Ермакова Э.С., при секретаре Отбойщиковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел России «Бодайбинский» о признании незаконным заключение по результатам служебной проверки, приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора незаконным, об отмене дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора,

у с т а н о в и л:

ФИО1 в лице своего представителя ФИО2 по доверенности со специальными полномочиями, предусмотренными ст. 54 ГПК РФ, обратилась в Бодайбинский городской суд с иском к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел России «Бодайбинский» о признании незаконным приказа * л/с от 12 апреля 2019 года о применении дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора незаконным и отмене этого дисциплинарного взыскания.

В обоснование исковых требований истица указала, что являясь старшим дознавателем ОП (дислокация рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» в звании капитан полиции на основании приказа МО МВД России «Бодайбинский» * л/с от 12 апреля 2019 года привлечена к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора за нарушение требований ст. 6.1 УПК РФ, пункта 86 «Должностного регламента (должностной инструкции) старшего дознавателя направления дознания отдела полиции, выразившееся в нарушении разумного срока судопроизводства, необоснованном продлении срока расследования, в неполноте дознания по уголовному делу *, повлекшее нарушение прав потерпевших лиц, возврат уголовного дела для производства дополнительного дознания. 

Основанием для проведения данной служебной проверки послужило представление и.о. прокурора Мамско-Чуйского района «Об устранении нарушений уголовно-процессуального законодательства в деятельности ОД МО МВД России «Бодайбинский» при расследовании уголовного дела *. 

С обжалуемыми заключением и приказом истица была ознакомлена 15 апреля 2019 года и полагает их незаконными, поскольку: только 12 апреля 2019 года была ознакомлена с должностным регламентом (должностной инструкцией) старшего дознавателя направления дознания отдела полиции (дсл. рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский», то есть в день завершения в отношении нее служебной проверки; с момента совершения проступков, перечисленных в представлении и.о. прокурора прошло более шести месяцев, а, следовательно, дисциплинарное взыскание не могло быть наложено на неё; ответчиком при проведении служебной проверки в отношении истца были не выполнены требования Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях МВД России, не приняты все меры по объективному и всестороннему установлению фактов и обстоятельств совершения ФИО1 дисциплинарного проступка.

В последующем дополнении к исковому заявлению, ФИО1 уточнила исковые требования и просила признать незаконными: 1) заключение по результатам служебной проверки ФИО1 от 12 апреля 2019 года; 2) пункты 1 и 3 приказа * л/с от 12 апреля 2019 года Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора (пункт 1) и лишении премии за один месяц (пункт 3).

Одновременно ФИО1 привела дополнительные основания, по которым выражает несогласие с оспариваемыми ею заключением и приказом, находя, что заключение по результатам служебной проверки было утверждено, а приказ о наложении дисциплинарного взыскания - принят Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» без полного, всестороннего рассмотрения всех собранных в ходе проверки материалов. 

В частности, она не согласна с выводами о нарушении срока дознания по делу, поскольку ею проведены все необходимые действия в установленные сроки.

Помимо этого, дополнила основания исковых требований, указав, что не допускала нарушений в ходе дознания, поскольку по факту причинения телесных повреждений гражданину С.М. материал был собран участковым уполномоченным и после этого был направлен старшему дознавателю для возбуждения уголовного дела. В свою очередь, ФИО1 вынесла постановление о возбуждении уголовного дела * от 19 мая 2017 года, однако это постановление было отменено заместителем прокурора, поскольку намотанный ремень на руку не является предметом, используемым в качестве оружия. Соответственно участковый направил данный материл мировому судье по подсудности. В мае 2018 года мировой судья передал материал проверки по факту причинения телесных повреждений С.М. в комиссию областной прокуратуры, которая в том момент находилась в прокуратуре Мамско-Чуйского района. Заместитель прокурора отменил свое постановление об отмене постановления о возбуждении уголовного дела и вынес требование о возбуждении уголовного дела. Только после этого на основании данного указания ФИО1 возбудила уголовное дело *. 

В ходе производства дознания по вышеуказанному уголовному делу из допроса несовершеннолетнего ФИО3 было установлено время совершения преступления – «в период времени с 20.00 до 21.00 часов», в фабуле обвинения истица указала мотив и цели преступления, написав их по шаблону прошлых обвинительных актов, которые утверждал ранее действовавший прокурор, все ранее направленные уголовные дела были рассмотрены в суде без каких-либо замечаний.

Формулировка обвинения была изложена в соответствии с выводами эксперта. В уголовном деле имелась экспертиза *, в которой врач эксперт на заданные вопросы ответил не в полном объеме. В связи, с чем назначена дополнительная экспертиза в г. Иркутске, перед этим были запрошены снимки, амбулаторную карту и стационарную карту на имя С.М.. Амбулаторную карту и снимки принесла мать С.М., стационарную карту ОГБУЗ РБ п. Мама предоставить не было возможности в связи с её утерей и об этом истица докладывала и прокурору и своему непосредственному руководителю. В связи с этим и было принято решение о направлении постановления о назначении дополнительной экспертизы с приложением рентгеновских снимков и амбулаторной карты на имя С.М.. Эксперты в одном из пунктов указали, что потерпевшему причинен легкий вред здоровью. В допросе С.М. пояснил, что Ю. нанес ему один удар по спине боковой обвязкой рамы, данные слова подтвердили свидетели и подозреваемый. В экспертизе в одном из пунктов описана царапина на спине С.Ю. и указано, что вред здоровью не причинен. Так же в допросе ФИО4 пояснил, что представить ремень, который намотал на левую руку, после нанес удары рукой обмотанной ремнем по лицу С.М. не может, так как не помнит, куда его дел. 

Противоречия в данном деле, как указала истица, были лишь в том, что Ю. пояснил, что ему нанес удар первый С.М., после он С.М.. В свою очередь, С.М. пояснил, что удар первым нанес Ю., только после этого С.М. нанес ответный удар. Более других противоречий по данному уголовному делу не было. 

Обстоятельства по факту управления транспортным средством Ю. в состоянии алкогольного опьянения не были известны, последний не был освидетельствован. Таким образом, подтверждение факта управления транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения Ю., не нашел своего подтверждения документально, а только в показаниях Ю..

По факту совершенного преступления в отношении Т. и П. с прокурором, курирующим дознание, было согласовано возбуждение уголовных дел * и * по ч.1 ст. 112 УК РФ и подписаны статистические карты. Согласно заключению эксперта ГБУЗ ИОБСМЭ * по представленным документам консультативного врача-невролога, потерпевшая Т. повреждений в области живота не имела. Кроме того, согласно протоколу УЗИ гинекологическое и плода на имя Т. грубых врожденных пороков плода не выявлено. Из показаний потерпевшей Т. установлено, что со слов её лечащего врача перинатального центра, выкидыш произошел не из-за побоев, а из-за нервного стресса. На основании вышеизложенного, прямой причинно-следственной связи между действиями Ю. и указанными обстоятельствами не имеется. 

По факту нарушения при проведении дознания в отношении П., истица указала, что последняя отказалась ехать в ГБУЗ ИОБСМЭ для решения вопроса о неизгладимости рубцов на ее лице. По внешнему виду, каких либо неизгладимых шрамов у П. не имелось, в связи, с чем она продолжила расследование по ч.1 ст. 112 УК РФ. А так же П. пояснила, что с Ю. примерилась и претензий к нему не имеет. По факту признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ истицей был зарегистрирован рапорт КУСП * от ***.

Уголовное дело * возбуждено в отношении неизвестных лиц, так как опрошенные очевидцы происшедшего пояснили, что драка была массовая, а не между двумя или тремя людьми. В виду чего были основания полагать, что потерпевшим Ш. и Е. могли нанести телесные повреждения и другие лица. Кроме того, уголовное дело было возбуждено по пункту «в» части 2 ст. 115 УК РФ, так как согласно заключению эксперта * и 3430 телесные повреждения могли быть причинены предметом - кастет. 

В ходе расследования вышеуказанного уголовного дела были допрошены очевидцы данного преступления, которые пояснили, что Ю. наносил удары рукой, сжатой в кулак, затем потерпевшие подтвердили показания свидетелей, после чего уголовное дело переквалифицировано, Ю. был уведомлен и допрошен в качестве подозреваемого по факту совершения преступления предусмотренного ч. 1 ст.115 УК РФ. Все уголовные дела были соединены в одно производство, присвоен единый *.

В отношении инкриминируемого ей нарушения в отношении приобщения к делу характеризующего материала за 2018 год в отношении Ю., истица указала, что дело она планировала направить в суд до своего очередного отпуска, то есть до 15 сентября 2018 года. Неоднократно в августе 2018 г. писала рапорты и служебные задания на командировку в г. Иркутск, для того чтобы допросить потерпевших и свидетелей по данному уголовному делу, которые находились на территории Иркутского района. Ответов от руководства не поступало. Истица доложила своему непосредственному начальнику, который сообщил, что при разговоре с ФИО5 они приняли решение, о написании ей поручения, которые она выполнит лично. Так же в г. Бодайбо находился свидетель преступления - ФИО6, которого попросила прийти в МО МВД РФ «Бодайбинский» для дачи показаний, при этом отправила факсом поручение в группу дознания. С,Р. просидел около 3 часов в МО МВД РФ «Бодайбинский» и уехал на вахту. Ни кто его так и не допросил. По вышеуказанным поручениям ФИО5 позвонила и сказала, что их не выполнит, так как потерпевшие и свидетели находятся за пределами г. Иркутска. Истица незамедлительно направила поручения в отделы.

10 сентября 2018 года истица передала уголовные дела начальнику ОП (дислокация рп. Мама) К. и ушла в очередной отпуск. Вернулась из отпуска 10 октября 2018г., однако по уголовным делам ни каких следственных действий не проводилось. Все ответы на поручения пришли, кроме одного. Не допрошен был потерпевший Ш., после чего истица неоднократно дублировала свои поручения. Участковый в пос. Грановщина направил не заверенные копии допроса, протокола об ознакомлении с экспертизой и характеристику на потерпевшего Шинковского. Оригиналы в дознание так и не поступили. 

Как далее указывает истица, она неоднократно, в ноябре, декабре 2018 года писала начальнику МО МВД России «Бодайбинский» рапорты о разрешении командировки в г. Иркутск для ознакомления потерпевших с материалами уголовного дела. Ответа от руководства не поступило, тогда она приняла решение о приостановлении уголовного дела за розыском подозреваемого, хотя место нахождения его ей было известно. 

Только в январе 2019 года истицу отправили в командировку, где она сделала все необходимые следственные действия, а по прибытии в пос. Мама, ею был напечатан обвинительный акт и направлено уголовное дело в прокуратуру на проверку.

По факту отсутствия в обвинительном акте отягчающих обстоятельств в соответствии с ч. 1.1. ст. 63 УК РФ, ФИО1 пояснила, что только судья (суд) назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения вызванном употреблением алкоголя.

В части орфографических ошибок в обвинительном акте истица не отрицает своей вины, поскольку данное нарушение было допущено ввиду большого объема уголовного дела (3 тома), однако эти ошибки не искажали фактические события происшедшего и не влияют на законность и обоснованность предъявленного обвинения.

После направления уголовного дела прокурором на дополнительное расследование истицей незамедлительно были исправлены нарушения и 24 апреля 2019 года вышеуказанное уголовное дело направлено в прокуратурудля принятия решения о направления в суд.

Истица – ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена, ранее просила рассмотреть дело в её отсутствие с участием представителя ФИО2.

Представитель истицы – ФИО2 по доверенности от 01 июля 2019 года со специальными полномочиями, предусмотренными ст. 54 ГПК РФ, исковые требования с учетом всех уточнений поддержала в полном объеме. 

Представители Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Бодайбинский» на основании доверенностей – ФИО5, ФИО7, ФИО8 исковые требования не признали. 

В письменных возражениях указали, что 04 апреля 2019 года в МО МВД России «Бодайбинский» из прокуратуры Мамско-Чуйского района поступило представление об устранении нарушений уголовно-процессуального законодательства в деятельности ОД МО МВД России «Бодайбинский» при расследовании уголовного дела *.

В целях выявления причин, характера и обстоятельств нарушения уголовно-процессуального законодательства в деятельности ОД МО МВД России «Бодайбинский» при расследовании уголовного дела *, указанных в представлении прокуратуры Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года начальником МО МВД России «Бодайбинский» назначена служебная проверка, проведение которой поручено майору внутренней службы М. -, начальнику штаба МО МВД России «Бодайбинский».

Служебная проверка проведена в строгом соответствии со ст. 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и «Порядком проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации», утвержденным приказом МВД России от 26 марта 2013 г. № 161.

Так, служебная проверка назначена и проведена по решению уполномоченного руководителя, в установленный законом срок по основанию, предусмотренному законом. Результаты проверки оформлены письменным заключением 12 апреля 2019 года на основании данных, содержащихся в материалах проверки. Заключение утверждено уполномоченным руководителем в установленный срок.

В ходе проведения служебной проверки ФИО1 под роспись разъяснены права, она давала объяснения (11 апреля 2019 года), часть допущенных ею нарушений не отрицала, при этом считала, что они допущены ею по уважительным причинам.

По результатам этой проверки установлено, что в производстве ОД МО МВД России «Бодайбинский» находилось уголовное дело *. По данному уголовному делу Ю. обвинялся в умышленном причинении легкого вреда здоровья С.М. с применением предмета, используемого в качестве оружия; умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Т., П. и в умышленном причинении легкого вреда здоровья Ш. и Е.. Обвинительный акт составлен старшим дознавателем ОП МО МВД России «Бодайбинский» ФИО1, утвержден начальником ОП МО МВД России «Бодайбинский» К. 14 марта 2019 г.

При производстве дознания по этому делу ФИО1 допущены грубые нарушения уголовно-процессуального закона, в частности ст. 73 УПК РФ, о чем было указано в представлении прокурора г. Бодайбо, и все эти нарушения были подтверждены материалами проверки, основанной на данных уголовного дела.

В связи с этим, расследование по уголовному делу было возобновлено и дело направлено прокурору для подписания обвинительного акта, однако указанные грубые нарушения норм УПК РФ и УК РФ исключили возможность направления уголовного дела в суд и постановления судом законного и обоснованного приговора, в связи с чем соответствующее уголовное дело 15 марта 2019 года было направлено начальнику ОП (дислокация р.п. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» для организации и производства дополнительного дознания в общем порядке и устранения выявленных недостатков в порядке ст. 226 УПК РФ. 

Также, по данному уголовному делу в связи с необходимостью проведения ряда процессуальных и следственных действий срок дознания по ходатайству дознавателя был продлен до 4 месяцев. Вместе с тем, в период с 05 сентября 2018 г. по 05 октября 2018 г. дознавателем фактически какие-либо процессуальные или следственные действия не проводились. Срок дополнительного расследования прокурором был установлен до 23 марта 2019 года, однако, старшим дознавателем уголовное дело повторно было направлено в суд лишь 29 апреля 2019 года, то есть спустя 36 суток.

Также ответчик отметил, что в условиях незначительной нагрузки (до 2-3 дел в производстве) особую сложность при производстве дознания данное уголовное дело не представляло, действия дознавателя, выразившиеся в затягивании расследования, допущенной волоките по делу привели к нарушению требований ст.6.1 УПК РФ о разумности срока уголовного судопроизводства, нарушению прав потерпевших от преступления лиц.

ФИО1, являясь старшим дознавателем направления дознания ОП (дисл. рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» в своей деятельности руководствуется Конституцией РФ, действующими на ее основе Законами РФ, нормативно-правовыми актами Президента РФ, Правительства РФ, МВД России, решениями коллегий МВД России, приказами начальника ГУ МВД России по Иркутской области, а также решениями органов власти и управления области в части касающейся деятельности службы, Должностным регламентом (Должностной инструкцией) старшего дознавателя направления дознания ОП (дисл. рп. Мама) Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Бодайбинский».

Согласно директиве №1-дсп от 14 ноября 2018 года «О приоритетных направлениях деятельности органов внутренних дел Российской Федерации в 2019 году» одним из приоритетных направлений деятельности МВД России в 2019 году определено: защита прав и законных интересов человека и гражданина при рассмотрении заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, иных обращений граждан, а также при производстве следствия и дознания; формирование надежной доказательственной базы при раскрытии и расследовании преступлений с использованием современных экспертно-криминалистических методов и средств. В соответствии с указанным приоритетным направлением основной задачей является принятие действенных мер ведомственного контроля за соблюдением законодательства при приеме, регистрации, разрешении заявлений, сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, по недопущению нарушений учетно-регистрационной дисциплины.

Согласно пункту 54 Должностного регламента (должностной инструкции) старшего дознавателя направления дознания капитан полиции ФИО1 обязана при выполнении служебных обязанностей соблюдать права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций. В соответствии с п.86 Должностного регламента (должностной инструкции) капитан полиции ФИО1 обязана принимать меры к наиболее полному, объективному и всестороннему производству дознания, своевременному и законному осуществлению процессуальных действий. В соответствии с п.87 Должностного регламента (должностной инструкции) обязана обеспечивать своевременное и качественное расследование по порученным уголовным делам, рационально использовать свое рабочее время.

Доводы старшего дознавателя капитана полиции ФИО1 о том, что нарушения при расследовании уголовного дела * были допущены ею более полугода назад и поэтому ее нельзя привлечь к дисциплинарной ответственности являются, по мнению ответчика, несостоятельными, так как грубые нарушения норм УПК РФ и УК РФ исключило возможность направления уголовного дела в суд и постановления судом законного и обоснованного приговора, в связи с чем, уголовное дело было направлено для организации и производства дополнительного дознания, и устранения выявленных недостатков 15 марта 2019г., что повлекло нарушение конституционных прав потерпевших от преступления на защиту и справедливое судебное решение. 

Таким образом, капитан полиции ФИО1 допустила нарушение требований ст. 6.1 УПК РФ, пункта 86 должностного регламента старшего дознавателя направления дознания, выразившееся в нарушении разумного срока судопроизводства, необоснованном продлении срока расследования, неполноте дознания по уголовному делу *, повлекшее нарушение прав потерпевших лиц, возврат уголовного дела для производства дополнительного дознания.

По результатам проведения служебной проверки лицом, её проводящим, на основании полного, объективного и всестороннего рассмотрения собранных в ходе служебной проверки материалов, за нарушение требований ст. 6.1 УПК РФ, пункта 86 должностного регламента предложено старшего дознавателя направления дознания, выразившееся в нарушении разумного срока судопроизводства, необоснованном продлении срока расследования, неполноте дознания по уголовному делу *, повлекшее нарушение прав потерпевших лиц, возврат уголовного дела для производства дополнительного дознания, на капитана полиции ФИО1, старшего дознавателя направления дознания ОП МО МВД России «Бодайбинский», наложить дисциплинарное взыскание – строгий выговор (п. 2 заключения).

На основании заключения служебной проверки Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» был издан приказ от 12 апреля 2019 г. * л\с, которым за вышеприведенные нарушения на капитана полиции ФИО1, старшего дознавателя направления дознания ОП МО МВД России «Бодайбинский», наложено дисциплинарное взыскание – строгий выговор (пос. 1).

Также приказом МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 г. № *, в соответствии с п. 32 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 31 января 2013 г. *, приказано не выплачивать капитану полиции ФИО1, премию за добросовестное выполнение служебных обязанностей, в течении одного месяца со дня привлечения к дисциплинарной ответственности (п. 3). ФИО1 была ознакомлена под расписку с приказом о наложении на нее дисциплинарного взыскания 15 апреля 2019 года.

Таким образом, истица была привлечена к дисциплинарной ответственности при наличии законных оснований и с соблюдением установленного порядка привлечения к дисциплинарной ответственности. Соответственно, оснований для признания заключения служебной проверки, а также незаконными пунктов 1 и 3 приказа МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 г. * л\с, не имеется.

ФИО9 ФИО1 дисциплинарный проступок, подтвержденный материалами служебной проверки, оценен МО МВД России «Бодайбинский» с учетом его характера, степени тяжести и значимости для интересов службы, условий его совершения, прежнего отношения к исполнению служебных обязанностей, в том числе и дисциплинарного взыскания, наложенного 17 июля 2018 года приказом МО МВД России «Бодайбинский» * л/с и других обстоятельств. По мнению ответчика, применительно к истцу дисциплинарное взыскание в виде строго выговора является соразмерным совершенному проступку. 

Исследовав материалы дела, заслушав участвующих в деле лиц, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований. 

1. В соответствии с частью 3 ст. 21 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее «Закон № 342») гражданин, поступающий на службу в органы внутренних дел, и сотрудник органов внутренних дел при заключении контракта обязуются выполнять служебные обязанности в соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией) и соблюдать ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также внутренний служебный распорядок федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения.

За нарушение служебной дисциплины на сотрудника органов внутренних дел в соответствии со статьями 47, 49 – 51 настоящего Федерального закона налагаются дисциплинарные взыскания (часть 3 ст. 15 Закона № 342).

В подпункте «а» пункта 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 года № 1377, также закреплены обязанности сотрудника органов внутренних дел знать и соблюдать основные и служебные обязанности, порядок и правила выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных ему прав. 

Под служебной дисциплиной согласно части 1 ст. 47 Закона № 342 понимается соблюдение сотрудником органов внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудник органов внутренних дел Российской Федерации, дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав (часть 1 ст. 49 Закона № 342).

Виды дисциплинарных взысканий, налагаемых на сотрудников органов внутренних дел в случае нарушения ими служебной дисциплины, перечислены в части 1 ст. 50 Закона № 342, к которым относится, в том числе строгий выговор (пункт 3). 

В статье 51 указанного закона определен порядок наложения на сотрудников внутренних дел дисциплинарных взысканий, в соответствии с которым: 

дисциплинарные взыскания на сотрудника органов внутренних дел налагаются прямыми руководителями (начальниками) в пределах прав, предоставленных им руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, за исключением перевода на нижестоящую должность в органах внутренних дел и увольнения со службы в органах внутренних дел сотрудника, замещающего должность в органах внутренних дел, назначение на которую и освобождение от которой осуществляются Президентом Российской Федерации (часть 3); 

дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке (часть 6); 

дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника органов внутренних дел по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка (часть 7); 

до наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника органов внутренних дел, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. В случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 52 настоящего Федерального закона может быть проведена служебная проверка (часть 8); 

о наложении на сотрудника органов внутренних дел дисциплинарного взыскания издается приказ руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя (часть 9), который в течение трех рабочих дней ознакомить сотрудника органов внутренних дел под расписку с приказом о наложении на него дисциплинарного взыскания (часть 11). 

При этом согласно статье 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона, а также по заявлению сотрудника (часть 1).

При проведении служебной проверки в отношении сотрудника органов внутренних дел должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах внутренних дел (часть 3).

Служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на тридцать дней. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника органов внутренних дел, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (часть 4).

Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения (часть 5).

Как следует из материалов дела, ФИО1 с 19 марта 2008 года проходит службу в Отделе внутренних дел по Мамско-Чуйскому району, при этом с мая 2016 года и по настоящее время – в должности старшего дознавателя направления дознания отделения полиции (дислокации р.п. Мама) МО МВД России «Бодайбинский».

В производстве старшего дознавателя ФИО1 находилось уголовное дело *, возбужденное 09 июня 2018 года, по которому согласно обвинительному акту, составленному дознавателем и утвержденному начальником ОП (дислокация пос. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» К. 14 марта 2019 года, Ю. обвинялся в умышленном причинении легкого вреда здоровья С.М., с применением предмета, используемого в качестве оружия; умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Т., П. и в умышленном причинении легкого вреда здоровью Ш. и Е..

Постановлением и.о. прокурора Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года данное уголовное дело возвращено начальнику ОП (дислокация в пос. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» для организации предварительного расследования и устранения выявленных недостатков.

Одновременно и.о. прокурора Мамско-Чуйского района Мартыновым О.Г. 15 марта 2019 года в адрес начальника МО МВД России «Бодайбинский», внесено представление (*) на предмет принятия исчерпывающих мер по устранению выявленных нарушений по уголовному делу *, привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности, в котором привел допущенные в ходе дознания нарушения, которые были положены в основу приведенного выше заключения по результатам служебной проверки. 

На основании распоряжения начальника МО МВД России «Бодайбинский» в отношении ФИО1 была проведена служебная проверка по фактам нарушения законности, указанным в представлении и.о. прокурора Мамско-Чуйского района, о чем истица была уведомлена 11 апреля 2019 года. 

Приказом временно исполняющего обязанности начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 года *-л/с на старшего дознавателя направления дознания отделения полиции (дсл. рп. Мама») МО МВД России «Бодайбинский» ФИО1 по результатам служебной проверки наложено дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора за нарушение требований ст. 6.1 УПК РФ, пункта 86 Должностного регламента (должностной инструкции) старшего дознавателя направления дознания отдела полиции (дислокация рабочий поселок Мама) МО МВД России «Бодайбинский», выразившееся в нарушении разумного срока судопроизводства, необоснованном продлении срока расследования, в неполноте дознания по уголовному делу *, повлекшее нарушение прав потерпевших лиц, возврат уголовного дела для производства дополнительного дознания (пункт 1 приказа).

Кроме того, главному бухгалтеру МО МВД России «Бодайбинский» предписано премию за добросовестное выполнение служебных обязанностей ФИО1 не начислять и не выплачивать в течение месяца со дня издания приказа (пункт 3).

Как следует из установочной части этого приказа, при производстве следственных действий по уголовному делу *, находящемуся в дознании ОП (дислокация рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» по обвинению Ю. в умышленном причинении легкого вреда здоровью С.М., с применением предмета, используемого в качестве оружия; умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Т., П., и в умышленном причинении легкого вреда здоровью Ш. и Е., с составлением обвинительного акта старшим дознавателем ФИО1, утвержденным начальником отделения полиции (дислокация в рп. Мама) К. 14 февраля 2019 года были допущены многочисленные нарушения уголовно-процессуального законодательства, в частности ст. 73, ч. 1 ст. 225 УПК РФ, согласно которым наряду с иными обстоятельствами, подлежащими доказыванию по уголовному делу, подлежат доказыванию событие преступление (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, формы вины и его мотивы; в обвинительном акте дознаватель указывает место и время совершения преступления, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значения для уголовного дела. В нарушение этих положений, в ходе дознания: 

не было установлено достоверно время совершения преступления Ю., поскольку указанное в обвинительном акте время - «9 мая 2017 года в период времени с 20.00 до 21.00 часов» достоверно не установлено и никакими доказательствами не подтверждено; 

в нарушение ст. 225 УПК РФ формулировка обвинения при описании причиненных С.М. телесных повреждений не соответствовала заключениям экспертов № *, 5724; не смотря на наличие в деле двух противоречащих экспертиз, неясных выводов экспертов, старшим дознавателем ФИО1 в нарушение ст. 207 УПК РФ необоснованно не была назначена дополнительная или повторная экспертиза, а в вину Ю. было вменено причинение телесных повреждений только выборочно; 

в ходе осмотра места происшествия по преступлению от 09 мая 2017 г. УУП ОУУП и ПДН ОП МО МВД России «Бодайбинский» была изъята боковая часть деревянной оконной рамы, которой якобы потерпевшему С.М. нанесли телесные повреждения и данная рама была приобщена в качестве доказательства по делу. Вместе с тем, очевидцы, потерпевший Ю. при осмотре места происшествия не присутствовали, на опознание данным лицам этот предмет не предъявлялся. В связи с этим, вывод о том, что именно этим предметом были нанесены телесные повреждения, не подтвержден, а достаточные следственные действия для определения предмета, используемого Ю. в качестве оружия, дознавателем не проведены. Таким образом, дознавателем необоснованно сделан вывод о том, что именно этим предметом С.М. были нанесены телесные повреждения, а достаточные следственные действия для определения предмета, используемого в качестве оружия, в том числе к установлению, осмотру ремня с помощью которого Ю. наносил удары С.М., дознавателем не приняты; 

противоречия в показаниях свидетелей, потерпевших и Ю. не устранены, меры к устранению соответствующих противоречий дознавателем не принимались, очные ставки между указанными лицами не проводились; 

в соответствии с заключением эксперта * экспертная комиссия отметила, что для решения вопроса о неизгладимости рубцов на лице у П., образовавшихся от действий Ю., необходимо проведение дополнительной судебно-медицинской экспертизы с очным осмотром потерпевшей не ранее конца октября 2018 года. Однако до настоящего времени дознавателем не были приняты меры к установлению обстоятельств, влияющих на существо обвинения, а именно, каковы причины прерывания беременности у Т., являются ли телесные повреждения на лице П. неизгладимым обезображиванием лица, имеется ли прямая причинно-следственная связь между действиями Ю. и указанными последствиями. Дознавателем преждевременно сделаны выводы о квалификации действий Ю., в органы следствия для принятия решения по указанным фактам материалы дела не направлялись; 

согласно формулировке предъявленного обвинения в обвинительном акте Ю. умышленно причинил средней тяжести вред здоровью потерпевшим Т. и П., но при этом дознавателем предъявлено обвинение Ю. по каждому из эпизодов по ч. 1 ст. 112 УК РФ, чем занижена квалификация его действий; 

по указанному эпизоду преступления в соответствии с показаниями Т. и П., Ю. произносил угрозы убийством, что подпадает под признаки состава преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, однако в материалах дела решение по данному факту отсутствовало. Помимо этого, согласно протоколу допроса Ю. указал, что катался на мотоцикле по улицам поселка Мама после употребления спиртного, однако показания в этой части дознавателем проигнорированы; 

Ю. незаконно предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ по факту умышленного причинения легкого вреда здоровья Ш. и Е., относящегося к делам частного обвинения и возбуждаемым только по заявлению потерпевшего, его законного представителя, а без такового - если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы. К иным причинам относится также случай совершения преступления лицом, данные о котором не известны. Вместе с тем, лицо, которое совершило данное преступление - Ю. было установлено, а сведений, что потерпевшие в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не могут защищать свои права и законные интересы в материалах дела отсутствуют; 

материал, характеризующий личность Ю. представлен по состоянию на июнь-июль 2018 года, тогда как дело с обвинительным актом направлено прокурору для утверждения в марте 2019 года; 

в нарушение ст. 255 УПК РФ, в качестве обстоятельств, отягчающих наказание, не отражено наличие рецидива преступлений, совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, тогда как в фабуле обвинения вменено совершение преступлений в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, в списке лиц, подлежащих вызову в суд не указаны С.М., Ш.Д., при наличии их показаний в обвинительном акте, приведенных в качестве доказательств по уголовному делу; 

при допросе несовершеннолетнего свидетеля З., в нарушение части 1 ст. 191 УПК РФ, не была применена видеозапись либо киносъемка, к материалам дела такие материалы не приобщены; 

в представленном обвинительном акте допущены многочисленные орфографические и пунктуационные ошибки, что не позволяет сделать вывод о законности и обоснованности предъявленного обвинения; 

в связи с необходимостью проведения ряда процессуальных и следственных действий срок дознания по ходатайству дознавателя был продлен до 4 месяцев, однако в период с 05 сентября 2018 года по 05 октября 2018 года никакие процессуальные действия не производились.

Как далее указано в мотивировочной части приказа от 12 апреля 2019 года *л/с, действия старшего дознавателя, выразившиеся в затягивании дознания, допущенной волоките по делу, привели к нарушению требований ст. 6.1 УПК РФ о разумности срока уголовного судопроизводства, нарушению прав потерпевших от преступления лиц; 

грубые нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального кодексов исключили возможность направления уголовного дела в суд и постановления судом законного и обоснованного приговора, в связи с чем, уголовное дело было возвращено прокурором для дополнительного расследования в отделение полиции (дислокация в р.п. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» для организации дополнительного дознания в общем порядке и устранения выявленных недостатков в порядке ст. 226 УПК РФ. 

Обстоятельства допущенных нарушений старшим дознавателем ФИО1, приведенные выше в приказе от 12 апреля 2019 года */лс, были основаны на заключении по результатам служебной проверки от 12 апреля 2019 года, проведенной начальником штаба МО МВД России «Бодайбинский» М. и утвержденной Врио начальника этого межмуниципального отдела ФИО10.

В своих объяснениях, данных при производстве служебной проверки, ФИО1 не согласилась с нарушениями, за исключением допущенных ею описок и орфографических ошибок, и пояснила, что: 

правильно определила время совершения преступления по эпизоду со С.М., на основании показаний свидетеля Н., который пришел на территорию ЛТП около 19 часов и после этого, через час пришел сам Ю., где находились около часа. После причинения телесных повреждений С.М., последний ушел. После доставления С.М. в приемный покой больницы, сообщили матери потерпевшего, которая в протоколе допроса указала время – около 22 часов. Мотив и цели преступления были описаны «по шаблону» обвинительных актов прошлых лет, рассмотренным судом без замечаний; 

формулировка обвинения при описании телесных повреждений С.М. была написана согласно выводам эксперта, а неполнота и отсутствие назначения повторной экспертизы была связана с отсутствием стационарной карты потерпевшего, которая, по устной информации работников больницы была утеряна. ФИО1 направила в ОГБУЗ РБ копию письма эксперта и повторный запрос на стационарную карту, которая так и не поступила в ОП (дислокация рп. Мама), и не была направлена в ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы»; 

установить место нахождения ремня, который Ю. обернул кисть руки и наносил удары потерпевшему, не представилось возможным, в виду того, что на момент совершения преступления подозреваемый Ю. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, а так же в виду давности происходящих событий, последний не помнил, куда он выбросил данный предмет, а именно ремень. Именно это обстоятельство воспрепятствовало установить этот ремень, осмотреть, признать и приобщить в качестве вещественного доказательства. Других доказательств, кроме боковой обвязки оконной рамы, которой так же наносились удары С.М., в ходе повторного осмотра места происшествия обнаружено не было. Ввиду давности произошедших событий на момент расследования уголовного дела от фактического времени совершения преступления, подозреваемый Ю. отказался участвовать в следственном действии, а именно в опознании предмета. Изъятая боковая обвязка внешней рамы была осмотрена, признана и приобщена в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела; 

в ходе анализа показаний существенных противоречий, которые могли бы повлиять на квалификацию действий Ю., усмотрено не было, а в ходе проведенной 10 апреля 2019 года очной ставки между обвиняемым С-вым и несовершеннолетним свидетелем Н., существенных противоречий установлено не было; 

согласно заключению эксперта ГБУЗ ИОБСМЭ * от 09 июня 2018 г., согласно представленных документов: выписки из истории болезни ОГБУЗ ЦРБ п. Мама, обменной карте беременной ОГБУЗ РБ пос. Мама, протокола УЗИ гинекологического и плода; выписки амбулаторной карты * ГДП ИОКБ, консультативного врача-невролога потерпевшая Т. повреждения в области живота не имела. Кроме того, согласно протоколу УЗИ, гинекологическое и плода на имя Т., грубых врожденных пороков плода не выявлено. Из показаний потерпевшей Т. следует, что со слов врача перинатального центра, выкидыш произошел не из-за побоев, а из-за нервного стресса. На основании вышеизложенного, прямой причинно-следственной связи между действиями Ю. и указанными обстоятельствами не имеется; 

по факту преступления в отношении П., истица пояснила, что последняя отказалась проследовать в ИОБСМЭ для решения вопроса неизгладимости рубцов на лице. Для принятия решения по указанным фактам. 15 марта 2019 года ФИО1 были составлены рапорта об обнаружении признаков преступления по ч. 1 ст. 112, ч. 1 ст. 112 УК РФ в отношении Ю., для дачи правовой оценки действиям последнего; 

по факту формулировки предъявленного обвинения Ю. и решения вопроса о квалификации преступления, пояснила, что ФИО4 предъявлены обвинения по каждому из эпизодов по части 1 ст. 112 и части 1 ст. 112 УК РФ, а не по пункту «а» части 2 ст. 112 УК РФ (в отношении двух и более лиц), ввиду того, что эпизод преступления в отношении П. возник на почве неприязненных отношений, в результате чего Ю. нанес последней телесные повреждения. В происходящий конфликт вмешалась Т., в результате чего возник эпизод преступления в отношении неё на почве внезапно возникших неприязненных отношений. Полагает, что у Ю. не было единого умысла на умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью двум или более лицам;

в отношении Ю. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ был зарегистрирован рапорт в книгу учета сообщении о происшествиях за номером 426, по которому службой участковых уполномоченных полиции вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела; 

Ю. не был освидетельствован на предмет управления транспортным средством в состоянии опьянения, а выводы о том, что он управлял этим транспортным средством в состоянии опьянения, основаны только на его показаниях; 

уголовное дело по эпизоду причинения телесных повреждений Ш. и Е., было возбуждено по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 ст. 115 УК РФ, так как, согласно заключению эксперта * от 09 июля 2018 года и * от 13 июля 2018 года, телесные повреждения могли быть причинены предметом - кастет. Однако ввиду того, что применение такого предмета ФИО11 не было установлено, то вынесено постановление о переквалификации преступления с пункта «в» части 2 ст. 115 УК РФ на ч. 1 ст. 115 УК РФ; 

по плану данное уголовное дело должно было быть направлено в суд 15 сентября 2018 года. Истицей неоднократно были поданы рапорты на командировку в Иркутск, так как потерпевшие и многие свидетели находились в районе г. Иркутска. Однако начальником группы дознания ФИО5 рапорты согласованы не были. ФИО5 требовала от ФИО1 поручения о производстве отдельных следственных действий, поясняя, что сама выезжает в г. Иркутск все необходимые для уголовного дела следственные действия выполнит. Однако ни одно поручение исполнено не было, в связи с чем, уголовное дело неоднократно продлевалось. В настоящее время собран весь характеризующий материал на подозреваемого Ю., который также в допросе показал, что сменил место жительство, и проживает в пос. Луговский, где глава администрации отказался дать на него характеристику в связи с тем, что Ю. проживает на территории Луговки непродолжительное время, за которое охарактеризовать его не может; 

в отношении отсутствия в обвинительном заключении отягчающих обстоятельств ФИО1 указала, что только суд, назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ; 

потерпевший С.М. проживал с братом в г. Иркутске и последний был признан законным представителем потерпевшего по делу, в связи с чем, мать потерпевшего в список подлежащих вызову лиц не внесена, а свидетель Шмидт, не указанный в списке лиц, подлежащих вызову в суд, находится в местах лишения свободы; 

законный представитель выразила устный отказ аудио и видеофиксации, однако истицей была допущена ошибка, ввиду большого объема уголовного дела, и она забыла отобрать письменный отказ законного представителя.

Не смотря на возражения старшего дознавателя ФИО1, выводы заключения по результатам служебной проверки о допущенных ею процессуальных нарушениях, повлекших невозможность направления дела в суд с обвинительным актом и, следовательно, возвращения дела его для проведения дополнительного дознания, нарушению разумных сроков уголовного судопроизводства (ст. 6.1 УПК РФ), нашли свое подтверждение в судебном заседании, исследованными по делу доказательствами.

Так, приведенные в заключении по результатам служебной проверки обстоятельства допущенных старшим дознавателем ФИО1 нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства по уголовному делу *, согласуются с обстоятельствами, изложенными в постановлении и.о. прокурора пос. Мама от 15 марта 2019 года, которым прокурор реализовал свои полномочия, предусмотренные: 

абзацем 3 пункта 2 ст. 1 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», согласно которой в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства прокуратура Российской Федерации осуществляет надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие;

пункта 2 части 1 ст. 226 УПК РФ, предусматривающей, что прокурор рассматривает уголовное дело, поступившее с обвинительным актом, и в течение 2 суток принимает по нему одно из следующих решений, в том числе о возвращении уголовного дела для производства дополнительного дознания либо пересоставления обвинительного акта в случае его несоответствия требованиям статьи 225 настоящего Кодекса со своими письменными указаниями. При этом прокурор может установить срок для производства дополнительного дознания не более 10 суток, а для пересоставления обвинительного акта - не более 3 суток. 

Согласно частью 4 ст. 226 УПК РФ постановление прокурора о возвращении уголовного дела дознавателю для производства дополнительного дознания либо пересоставления обвинительного акта может быть обжаловано дознавателем с согласия начальника органа дознания вышестоящему прокурору в течение 48 часов с момента поступления к дознавателю уголовного дела. Вышестоящий прокурор в течение 3 суток с момента поступления соответствующих материалов выносит одно из следующих постановлений: 1) об отказе в удовлетворении ходатайства дознавателя; 2) об отмене постановления нижестоящего прокурора. В этом случае вышестоящий прокурор утверждает обвинительный акт и направляет уголовное дело в суд.

Приведенные выше положения указывают на то, что несогласие с выводами прокурора, явившимися основанием для возвращения уголовного дела для проведения дополнительного дознания, должно быть выражено дознавателем в ином, прямо предусмотренном частью 4 ст. 226 УПК РФ порядке, а, следовательно, они не могут быть предметом исследования и оценки по настоящему делу, рассматриваемому в порядке гражданского судопроизводства.

Иная оценка действий дознавателя, в частности правильность квалификации деяний обвиняемого, полное указание обстоятельств инкриминируемого ему деяния, а равно иных обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, в рамках гражданского судопроизводства, недопустима. 

Постановление и.о. прокурора Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года о возвращении уголовного дела * по обвинению Ю., не было обжаловано в установленном законом порядке, является действующим, а, следовательно, оно объективно подтверждает имевшие место и указанные в нем нарушения уголовного и уголовного процессуального закона, допущенные старшим дознавателем ФИО1 при проведении дознания по данному делу.

Данные постановление и.о. прокурора Мамской-Чуйского района от 15 марта 2019 года было принято дознавателем ФИО1 к исполнению, в частности: 

направлен рапорт об обнаружении в действии Ю., признаков преступления, предусмотренного частью 1 ст. 112 УК РФ (по эпизоду нанесения телесных повреждений по лицу П.), преступления, предусмотренного частью 1 ст. 112 УК РФ (по эпизоду причинения телесных повреждений Т., находящейся в состоянии беременности). По данным эпизодам начальником отделения по обслуживанию Мамско-Чуйского района – заместителем начальника следственного отдела МО МВД России «Бодайбинский» вынесено постановление о прекращении уголовного дела за отсутствием в действиях состава преступлений); 

назначена дополнительная судебная медицинская экспертиза на исключение противоречий в ранее произведенных экспертизах судебно-медицинских экспертизах по эпизоду со С.М.; 

после проведения судебно-медицинского исследования, получения заключения и ознакомления с ним обвиняемого, потерпевшего, составлен и утвержден новый обвинительный акт от 23 апреля 2019 года с квалификацией; 

действий Ю. по эпизоду со С.М. - по пункту «в» части 2 ст. 115 УК РФ – умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с использованием предмета, используемого в качестве оружия (обмотанной ремнем с металлической пряжкой рукой). При этом исключено упоминание об ударе обвязкой рамы, используемой в качестве оружия, уточнено время совершения преступления со ссылкой на конкретные доказательства; 

действий Ю. по эпизоду с Т., П. – по пункту «а» части 2 ст. 112 УК РФ – как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни и здоровья человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья в отношении двух и более лиц; 

действий Ю. по эпизоду с Ш. и Е., - по части 1 ст. 115 УК РФ, то есть как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья. 

По данному обвинительному акту Мамско-Чуйским районным судом 28 августа 2019 года в отношении Ю. был постановлен приговор, которым он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 ст. 112 УК РФ (по эпизоду причинения средней тяжести вреда здоровью П.М. и Т.). 

Постановлениями от 27 августа 2019 года уголовное преследование Ю. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 ст. 115 УК РФ (по эпизоду со С.М.), прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, а преступления, предусмотренного частью 1 ст. 115 УК РФ (по эпизоду с Ш. и Е.) - в связи с отсутствием заявления потерпевших. 

Данные судебные акты, вступившие в законную силу, так же объективно подтверждают законность и обоснованность постановления и.о. прокурора Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года о возвращении уголовного дела * для производства дополнительного дознания. 

2. Доводы истицы о недоказанности её вины в установленных по делу процессуальных нарушениях, не могут быть признаны обоснованными.

Согласно части 1 ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением: 1) защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; 2) защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

В силу положений пункта 7 ст. 5 УПК РФ дознаватель - должностное лицо органа дознания, правомочное либо уполномоченное начальником органа дознания осуществлять предварительное расследование в форме дознания, а также иные полномочия, предусмотренные Уголовного процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Согласно части 3 ст. 41 УПК РФ дознаватель вправе: 1) самостоятельно производить следственные и иные процессуальные действия и принимать процессуальные решения, за исключением случаев, когда в соответствии с настоящим Кодексом на это требуются согласие начальника органа дознания, согласие прокурора и (или) судебное решение; 1.1) давать органу дознания в случаях и порядке, установленных настоящим Кодексом, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, о производстве отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о задержании, приводе, заключении под стражу и о производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении; 1.2) обжаловать с согласия начальника органа дознания в порядке, установленном частью 4 ст. 226 и частью 4 ст. 226.8 настоящего Кодекса, решения прокурора о возвращении уголовного дела дознавателю для производства дополнительного дознания либо пересоставления обвинительного акта или обвинительного постановления, о направлении уголовного дела дознавателю для производства дознания в общем порядке; 2) осуществлять иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом.

В силу части 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: 1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением; 5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; 6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания. 

Эти обстоятельства устанавливаются на основании собранных в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом, доказательств (ст. 86 УПК РФ).

Частью 1 ст. 225 УПК РФ установлено, что по окончании дознания дознаватель составляет обвинительный акт, в котором указываются: 1) дата и место его составления; 2) должность, фамилия, инициалы лица, его составившего; 3) данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности; 4) место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; 5) формулировка обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации; 6) перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания, а также перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; 7) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 8) данные о потерпевшем, характере и размере причиненного ему вреда; 9) список лиц, подлежащих вызову в суд.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (постановление от 6 июня 1995 г. № 7-П, определения от 21 декабря 2004 г. № 460-П, от 16 апреля 2009 г. № 566-О-О, от 25 ноября 2010 г. № 1547-О-О и от 21 ноября 2013 г. № 1865-О).

Таким образом, обязанности дознавателя предусмотрены не только должностным регламентом, но, в первую очередь, нормами уголовно-процессуального законодательства.

Поэтому, вопреки суждениям ФИО1, ознакомление её с должностным регламентом только 12 апреля 2019 года, не исключает её дисциплинарной ответственности. В должности старшего дознавателя она проходила службу с 2016 года, проводила дознание по делам, направляла их в установленном порядке прокурору, а, следовательно, знала и применяла в своей работе соответствующие нормы уголовного-процессуального законодательства. 

Более того, как следует из её собственноручно написанного рапорта от 30 марта 2016 года, давая согласие на замещение должности старшего дознавателя Отделения полиции (дислокация в пос. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» истица указала, что ознакомлена с соответствующим должностным регламентом. 

Согласно этому (типовому) регламенту 2016 года, дознаватель обязан: производить дознание по уголовным делам, порученных начальником группы дознания, по которым производство предварительного следствия обязательно (пункт 14); планировать свою работу, составляя календарный план-график по всем имеющимся делам и материалам, вести личное планирование (пункт 17); в соответствии с требованиями приказа МВД РФ от 21 ноября 2012 года № 1051 и уголовно-процессуальным законодательством принимать меры к наиболее полному, объективному и всестороннему производству дознания, своевременному, полному и всестороннему производству дознания, своевременному и законному осуществлению процессуальных действий (пункт 18); обеспечивать своевременное и качественное расследование по порученным уголовным делам, рационально использовать свое рабочее время; при производстве дознания все решения о направлении дознания и производстве следственных действий производить самостоятельно, за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение судебного решения, согласия прокурора, и нести ответственность за их законное и своевременное проведение (пункты 19, 20). 

Приведенные выше положения закона о статусе дознавателя, объективно указывают на то, что процессуальная самостоятельность данного должностного лица, которая выражается в праве самостоятельно принимать соответствующие действия и решения, определять направления и порядок совершения следственных и процессуальных действий, но и возлагает на это лицо корреспондирующую этому обязанность установить наиболее полно все обстоятельства, подлежащие расследованию по уголовному делу, составить обвинительное заключение в соответствии со ст. ст. 73, 225 УПК РФ.

При этом такие действия должны быть совершены дознавателем в установленный законом разумный срок, определяемый с учетом таких критериев, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведения потерпевшего и иных участников досудебного производства по уголовному делу, достаточности и эффективности действий дознавателя, производимых им в целях своевременного возбуждения уголовного дела, установления лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, а также общая продолжительности досудебного производства по уголовному делу.

Законом установлен сокращенный срок для проведения дознания – 30 суток со дня возбуждения уголовного дела. При необходимости этот срок может быть продлен прокурором до 30 суток (часть 3 ст. 223 УПК РФ). 

В этих условиях, именно ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ обязана была предоставить суду доказательства, свидетельствующие о наличии объективных обстоятельств, которые бы воспрепятствовали ей провести надлежащие следственные и процессуальные действия, составить отвечающий требованиям уголовно-процессуального закона обвинительный акт (например, конкретные указания надзирающего прокурора, руководителя органа дознания, иные обстоятельства), а так же провести дознание по делу в установленный законом срок, а при наличии объективной невозможности окончить дознание в это время, - в разумные сроки (ст. 6.1 УПК РФ). 

2.1. Исследованные по делу судом материалы уголовного дела *, а так же иные доказательства, исследованные в судебном заседании, приведенные выше, в совокупности объективно подтверждают то обстоятельство, что допущенные дознавателем ФИО1 нарушения при составлении обвинительного акта и направлении уголовного дела прокурору, исключившие возможность сделать вывод о законности и обоснованности предъявленных Ю. обвинений в совершении преступлений в отношении потерпевших С.М., П.М. и Т., а так же Ш. и Е., направить уголовное дело * в суд для постановления приговора, стали следствием не принятия истицей исчерпывающих необходимых процессуальных действий, направленных на полное установление всех обстоятельств уголовного дела.

Доводы истицы о том, что формулировка обвинения при описании телесных повреждений С.М. была написана согласно выводам эксперта, а неполнота и отсутствие назначения повторной экспертизы была связана с отсутствием стационарной карты потерпевшего, которая, по устной информации работников больницы была утеряна, а по повторному запросу на стационарную карту не было дано ответа, не могут быть признаны обоснованными.

Доказательств принятия своевременных и исчерпывающих мер, направленных на получение стационарной карты, включая выемку (ст. 182 УПК РФ) медицинской карты не проводилось, а так же совершения иных необходимых мер, направленных на получение данной карты, иных медицинских документов, необходимых для проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы, истицей предоставлено не было. 

О том, что у истицы имелась возможность назначения такой дополнительной экспертизы по телесным повреждениям потерпевшего С.М., свидетельствует и тот факт, что после возвращения дела прокурором, ФИО1 такая экспертиза была назначена и проведена, а её выводы были изложены в новом обвинительном акте. 

Ссылка истицы на то, что Ю. не помнил, куда он бросил ремень с пряжкой, которой наносил удары С.М. и именно это воспрепятствовало ей установить данный предмет, так же несостоятельна, поскольку в протоколе допроса в качестве подозреваемого, Ю. не давал таких показаний. Данный вопрос, как следует из протокола, дознавателем не выяснялся. Ограничившись устными, внепроцессуальными объяснениями подозреваемого, иных следственных и процессуальных действий, которые бы исчерпывающим образом установили отсутствие данного предмета, старшим дознавателем ФИО1 предпринято не было. 

Не могут быть приняты во внимание и возражения истицы о невозможности проведения следственного действия – опознания боковой обвязки оконной рамы, которой наносились удары С.Ю., ввиду отказа подозреваемого Ю. от участия в этом процессуальном действии, поскольку факт этого отказа процессуально не был оформлен. В протоколе допроса в качестве подозреваемого таких сведений об отказе его от участия в следственном действии не содержится. 

2.2. Доводы истицы о том, что у неё при расследовании уголовного дела в отношении Ю. по этому эпизоду – причинению телесных повреждений П., не было оснований для вывода о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями Ю. (нанесении им ударов по лицу и телу, в том числе в область живота потерпевшей, после которых у П. произошел выкидыш), поскольку это не следовало из медицинских документов, в связи с чем, данный вопрос ею не был разрешен, не могут быть признаны заслуживающими внимания. 

Указанные обстоятельства, в частности причинной связи между действиями Ю. по применению насилия к Т., находившейся в это время в состоянии беременности, и произошедшим у неё выкидышем, в связи с необходимостью специальных познаний в области медицины, подлежали разрешению путем экспертного исследования, а не самостоятельных выводов дознавателя. 

Суждения истицы о том, что П. отказалась выехать в ИОБСМЭ для решения вопроса о неизгладимости рубцов на её лице, образовавшихся от действий Ю., процессуально не закреплены и представленными суду материалами дела не подтверждены. 

Рапорт для принятия решения по указанным обстоятельствам об обнаружении признаков преступления, предусмотренных частью 1 ст. 112, частью 1 ст. 112 УК РФ был выведен старшим дознавателем ФИО1 только 15 марта 2019 года, то есть уже после возвращения прокурором уголовного дела * для дополнительного дознания.

Исследованные в судебном заседании материалы указанного уголовного дела, в частности показания потерпевших П., Т. объективно подтверждают выводы и.о. прокурора Мамской-Чуйского района о наличии противоречий в их показаниях с Ю., которые не были устранены путем очных ставок между ними. 

Вопреки доводам ФИО1, без устранения данных противоречий квалификации совершенных Ю. деяний в отношении потерпевших Т. и П. по соответствующим статьям уголовного кодекса Российской Федерации, в частности, как по части 1 ст. 112 и части 1 ст. 112 УК РФ, то есть в отношении каждого из потерпевших, а не по пункту «в» части 2 ст. 112 УК РФ, была преждевременной. 

Не смотря на то, что Ю. не был освидетельствован на предмет управления транспортным средством в состоянии опьянения, а о том, что он управлял этим транспортным средством в состоянии опьянения, свидетельствуют его показания, не освобождало дознавателя от проведения иных мероприятий по своевременной и полной проверки данного обстоятельства, что прямо следует из положений ст. ст. 73, 144 УПК РФ). 

2.3. Вопреки объяснениям ФИО1, не смотря на то, что первоначально уголовное дело в отношении Ю. по эпизоду с Ш. и Е. было возбуждено по пункту «в» части 2 ст. 115 УК РФ, а затем, вынесено постановление о переквалификации преступления на ч. 1 ст. 115 УК РФ, не освобождает дознавателя от соблюдения общих условий для возбуждения дела по данной статье, предусмотренных частью 4 ст. 20 УК РФ (Аналогичная правовая позиция выражена в пункте 22 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре»). 

2.4. Доводы истцы о том, что ею предпринимались процессуальные действия, направленные на проверку обстоятельств, связанных с осуществлением Ю. угрозы убийством потерпевшим Т., П., нашли свое подтверждение в судебном заседании, о чем свидетельствуют заверенная копия журнала КУСП пгт. Мама Мамско-Чуйского района, согласно которому 27 августа 2018 года был зарегистрирован * рапорт УУП и ПДН капитана полиции ФИО1 о том, что в отношении Ю. усматриваются признаки преступления ч.1 ст.119 УК РФ за угрозу убийством П.; по результатам данной проверки вынесено постановление о возбуждении уголовного дела * по ч.1 ст. 119 УК РФ.

Постановлением УУП ОП (дислокация рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» от 28 сентября 2018 года установлено, что по результатам проведенной в порядке ст.144 УПК РФ проверки постановление о возбуждении уголовного дела * от 06 сентября 2019 года, вынесенное старшим дознавателем ОП ФИО1 (КУСП * от 27 августа 2018 года), постановлением прокуратуры **, отменено.

По результатам проведенной повторной проверки постановлением от 28 сентября 2018 года старшим УУП отделения УУП и ПДН ОП (дислокация рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» М.А. в возбуждении уголовного дела в отношении Ю. по материалам проверки (КУСП * от 27 августа 2018 года) угрозы убийством или причинения тяжкого вреда здоровья П. и Т. отказано по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст.24 УПК РФ – отсутствие в действиях Ю. составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 и ч. 1 ст. 119 УК РФ. 

Вместе с тем, ФИО1 вменяется не то, что такое решение ею как дознавателем не было принято, а отсутствие приобщения текста такого решения к материалам уголовного дела при направлении его прокурору с обвинительным актом. Данное обстоятельство, установлено как и.о. прокурора Мамско-Чуйского района в постановлении от 15 марта 2019 года о возвращении уголовного дела для производства дополнительного дознания, так и заключением по результатам судебной проверки, материалами уголовного дела. Какими-либо доказательствами, представленными истицей, это обстоятельство не было оспорено и опровергнуто. 

2.5. То обстоятельство, что уголовное дело должно было быть направлено в суд в сентябре 2018 года и именно по состоянию на это время собран характеризующий материал в отношении подозреваемого Ю., не освобождает дознавателя от необходимости сбора и приобщения к делу такого материала на момент составления обвинительного акта и направления дела в суд, что прямо следует из положений ст. 73 УПК РФ. 

Поэтому соответствующие возражения истицы в этой части нельзя признать правильными и соответствующими уголовно-процессуальному закону.

Не смотря на то, что окончательное решение о виновности подозреваемого и назначении ему наказания принимает суд, это не освобождает дознавателя от прямой обязанности, предусмотренной пунктом 7 части 1 ст. 225 УПК РФ, указать в обвинительном акте наличие всех отягчающих вину обстоятельств, включая рецидив преступления, совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, как это имело место в отношении Ю..

Другие основания для возвращения дела прокурором для проведения дополнительного дознания, а именно отсутствия приобщения к делу видеозаписи допроса несовершеннолетнего свидетеля, наличия орфографических ошибок в тексте обвинительного акта, ФИО1 не оспаривала. 

Суд учитывает, что истица имела опыт работы в должности старшего дознавателя с 2016 года, который, с учетом характера и сложности расследуемого дела, поведения самого подозреваемого и его отношения к имеющимся в отношении него подозрениям, в частности дачи признательных показаний по делу по всем эпизодам дела, позволял ей, в соответствии с предоставленными ей полномочиями, предусмотренными ст. 41 УПК РФ, правильно определить направление расследования, круг необходимых процессуальных действий, направленных на полноту и объективность проведенного дознания по уголовному делу *. 

Однако это не было ею сделано.

Таким образом, совокупность обстоятельств, изложенных в постановлении и.о. прокурора Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года о возвращении уголовного дела * для производства дополнительного дознания, полностью согласуется с выводами служебной проверки о виновном нарушении старшим дознавателем ФИО1 приведенных выше положений уголовно-процессуального закона, которые повлекли к возвращению дела для дополнительного дознания, а, следовательно, к необоснованному затягиванию сроков дознания, которые в совокупности (со дня возбуждения дела 09 июня 2018 года) превысили десять месяцев (23 апреля 2019 года – утвержден обвинительный акт). 

3. Анализируя выводы заключения служебной проверки и приказа Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 года *л/с в части нарушения ФИО1 разумного срока судопроизводства, суд разрешает спор применительно к приведенным выше положениям ст. 6.1. УПК РФ, согласно которой в соответствии со ст. 6.1. УПК РФ с учетом правовой и фактической сложности уголовного дела, поведения потерпевшего и иных участников досудебного производства по уголовному делу, достаточности и эффективности действий дознавателя, производимых им в целях своевременного возбуждения уголовного дела, установления лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, а также общей продолжительности досудебного производства по уголовному делу.

Из материалов дела следует, что 09 июня 2018 г. возбуждено уголовное дело *, 19 июня 2018 г. допрошены свидетель С.М. и потерпевший С.М.; потерпевший С.М. ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы и заключением эксперта; 25 июня 2018 г. допрошен подозреваемый Ю.; 27 июня 2018 г. подозреваемый Ю. ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы; 28 июня 2018 г. подозреваемый Ю. ознакомлен с заключением эксперта; 03 июля 2018 г. допрошен свидетель Ш.Д.;

06 июля 2018 г. прокурором срок дознания по уголовному делу * продлен до 08 августа 2018 г. в связи с необходимостью истребования характеризующего материала, допроса подозреваемого, отсутствия заключения эксперта; 05 августа 2018 г. допрошен свидетель Н.; 

06 августа 2018 г. прокурором срок дознания по уголовному делу * продлен до 08 сентября 2018 г. в связи с необходимостью получения ответа из СИЗО (характеризующий материал в отношении Ю.), установления очевидцев; 

14 августа 2018 г. назначена дополнительная судебная экспертиза телесных повреждений С.М., в этот же день подозреваемый ознакомлен с постановлением о назначении дополнительной судебной экспертизы; 

30 июня 2018 г. возбуждено уголовное дело в отношении С.М. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ по факту причинения средней тяжести вреда здоровью Т.; ранее в порядке ст. 144 УК РФ постановлением от 22 мая 2018 года Т. была назначена и судебная медицинская экспертиза; 15 июля 2018 г. допрошен подозреваемый Ю., 18 июля 2018 г. подозреваемый ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы; 20 июля 2018 г. допрошен свидетель В.; 

25 июля 2018 года прокурором срок дознания по уголовному делу * продлен до 29 августа 2018 г. в связи с отсутствием свидетеля ФИО12; 

28 июля 2018 г. потерпевшая Т. допрошена, ознакомлена с постановлением о назначении судебной экспертизы и с заключением эксперта; 

30 июня 2018 г. возбуждено уголовное дело * по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ по факту причинения средней тяжести вреда здоровью П.; ранее в порядке ст. 144 УК РФ постановлением от 22 мая 2018 года П. была назначена судебно-медицинская экспертиза; 

01 июля 2018 г. допрошена потерпевшая П.; 10 июля 2018 года потерпевшая ознакомлена с постановлением о назначении судебной экспертизы от 22 мая 2018 года и с заключением эксперта от 09 июня 2018 года; 15 июля 2018 года допрошен подозреваемый Ю. и 23 июля 2018 г. подозреваемый ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы;

25 июля 2018 г. прокурором срок дознания по уголовному делу * продлен до 29 августа 2018 г. в связи с отсутствием свидетеля ФИО12; 

26 июля 2018 г. допрошен свидетель Е., 29 июля 2018 г. допрошен свидетель К.Д.; 16 августа 2018 г. допрошен свидетель Т.;

16 июля 2018 г. возбуждено уголовное дело * по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 ст. 115 УК РФ, в связи с причинением Ш. и Е. телесных повреждений; 20 июля 2018 г. допрошены свидетели Е., В., Т.; 22 июля 2018 г. допрошен свидетель Р., 23 июля 2018 г. допрошен свидетели К. и Д.; 24 июля 2018 г. допрошен свидетель Г.; 01 августа 2018 г. допрошен свидетель П.; 

13 августа 2018 г. прокурором срок дознания по уголовному делу * продлен до 14 сентября 2018 г. в связи с необходимостью истребования характеризующего материала; признания потерпевшими Е. и Ш., их допроса по поручениям по причине нахождения последних за пределами Мамско-Чуйского района Иркутской области; 

18 августа 2018 года допрошены свидетели К., К.; 19 августа 2018 г. допрошен свидетель С., 20 августа 2018 г. допрошен свидетель Т., 28 августа 2018 г. допрошен подозреваемый Ю.; 

28 августа 2018 г. перечисленные выше уголовные дела соединены, им присвоен *;

29 августа 2018 г. по поручению ФИО1 в пос. Бохан Иркутской области допрошен потерпевший Е., ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы; ознакомлен с заключением эксперта; 30 августа 2018 г., 02 сентября 2018 года, 05 сентября 2018 года подозреваемый Ю. ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы и заключениями эксперта; 

05 сентября 2018 г. прокурором срок дознания по уголовному делу продлен до 08 октября 2018 г. в связи с неполучением ответов по поручениям; необходимостью установления очевидцев преступления; 

06 сентября 2018 г. и 10 сентября 2018 года подозреваемый Ю. ознакомлен с заключениями экспертов № *, 207, 3430, 3434; 

05 октября 2018 г. на основании постановления о возбуждении ходатайства о продлении срока дознания прокурором срок дознания по уголовному делу продлен до 07 ноября 2018 г. в связи с неполучением ответов по поручениям; необходимостью установления очевидцев; 

03 октября 2018 г. поступило заключение (дополнительная экспертиза) по телесным повреждениям С.М.. № 5724, с которым подозреваемый ознакомлен лишь 18 октября 2018 года; 25 октября 2018 г. по поручению ФИО1 в с. Оек Иркутского района допрошен потерпевший Ш.; ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы; ознакомлен с заключением эксперта;

02 ноября 2018 года прокурором срок дознания по уголовному делу продлен до 08 декабря 2018 г. в связи с необходимостью проведения очной ставки; допроса свидетелей, установления очевидцев; 

03 ноября 2018 года дополнительно допрошен потерпевший Е.; свидетель С.; 

04 ноября 2018 года дознание приостановлено в связи с не установлением места нахождения Ю., которое принято к производству 14 марта 2019 года, допрошен подозреваемый Ю.. Дело направлено с обвинительным актом прокурору 14 марта 2019 года.

Оценивая приведенные выше обстоятельства, суд учитывает, что уголовное дело по обвинению Ю. в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 2 ст. 115 УК РФ, пункта «а» части 2 ст. 112 УК РФ, части 1 ст. 115 УК РФ, как в целом, так и по каждому эпизоду обвинения не представляло большой сложности ни по установлению фактических обстоятельств инкриминируемых подозреваемому деяний и средствам их доказывания, учитывая признание Ю. своей вины и даче последовательных показаний по делу, ни по правовой квалификации этих действий. 

Дело не потребовало проведения значительного количества судебных экспертиз (вещественных доказательств, биологических и т.п.), большого количества потерпевших и свидетелей, необходимости их розыска и установления их места нахождения.

Доводы ФИО1 о высокой нагрузке, не позволившей ей проводить дознание в более сжатые сроки, не могут быть признаны обоснованными.

Наличие в производстве ФИО1 иных уголовных дел не освобождало её от обязанностей по планированию и систематическому выполнению необходимых процессуальных действий при производстве дознания по каждому отдельно взятому уголовному делу с учетом сроков дознания, установленных законом.

Более того, подтверждение доводов о чрезмерной нагрузке ФИО1 при проведении служебных проверок не представлено надлежащей информации о количестве находившихся у нее в производстве дел в установленный служебной проверкой период, и ежедневной занятости в период расследования этих дел, которая бы объективно препятствовала осуществлять дознание по уголовному делу в отношении Ю..

Напротив, по информации начальника дознания МО МВД России «Бодайбинский» ФИО5, данной ею в судебном заседании, нагрузка старшего дознавателя ФИО1 по находящимся в её производстве делам не превышала пяти в месяц и была значительно ниже, чем в дознании МО МВД России «Бодайбинский» (дислокация в г. Бодайбо).

Доводы ФИО1 о том, что нарушение процессуальных сроков при расследовании уголовного дела допущено не было, поскольку срок дознания неоднократно продлевался прокурором, само по себе не свидетельствует о добросовестном выполнении истицей возложенных на нее обязанностей при производстве дознания.

Ссылка истицы на то обстоятельство, что потерпевшие Ш. и Е. проживали и фактически находились в дер. Егоровщина Иркутского района Иркутской области, в направлении её в командировку для работы с этими потерпевшими ей было отказано, а поручения о совершении процессуальных действий, данные в августе 2018 года не были исполнены начальником дознания МО МВД России «Бодайбинский» ФИО5, а последующие поручения – другими отделами полиции (ОП № 10 г. Иркутска), не может быть признана заслуживающей внимание. 

Полномочия дознавателя, предусмотренные пунктом 1.1. части 3 ст. 41 УПК РФ, предоставляют ему право давать органу дознания в случаях и порядке, установленных настоящим Кодексом, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, о производстве отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о задержании, приводе, заключении под стражу и о производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении.

Это право предполагает так же и обязанность дознавателя осуществлять необходимый контроль за исполнением данных поручений, принимая во внимание сокращенный срок дознания, требовать от ответственных лиц исполнения этих поручений, обращаться в вышестоящие органы внутренних дел по подчиненности с требованием об оказании содействия в их проведении и т.п. 

Первоначальные поручения о производстве отдельных следственных действий в отношении Ш. и Е. были даны старшим дознавателем ФИО1 начальнику дознания МО МВД России «Бодайбинский» ФИО5 13 и 14 августа 2018 года, затем, в связи с неисполнением этих поручений – 15 августа 2018 года на имя начальника ОП МО МВД России г. Бохана, 29 августа 2018 года на имя начальника ОП МО МВД России «Иркутское». 

В связи с неисполнением последнего поручения, лишь 09 октября 2018 года Начальник ОП (дислокация в пос. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» направил повторно данное поручение, которое было исполнено 25 октября 2018 года. 

Согласно кадровой справке, старший дознаватель ФИО1 находилась в очередном отпуске с 10 сентября 2018 года по 03 октября 2018 года, 15 октября 2018 года. 

Учитывая, что срок исполнения поручений составляет 10 дней, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 необходимого и достаточного времени для контроля за исполнением выданных ею поручений, а в случае их неисполнения – направления повторных поручений, запросов о ходе исполнения и т.п. Однако после выхода из отпуска 03 октября 2018 года повторное поручение о совершении процессуальных действий по находящемуся в её производстве делу было направлено только 09 октября 2018 года. 

Именно это бездействие истицы в указанный период так же отдалило срок дознания по делу.

При этом каких-либо данных о нахождении ФИО1 в отпуске до 10 октября 2018 года не имеется, в судебное заседание ни истица, ни её представитель подтверждающих это обстоятельств доказательств суду не представили.

Рапорт о направлении в командировку, в том числе для ознакомления с материалами уголовного дела Ш., который не был утвержден начальником дознания МО МВД России «Бодайбинский» ФИО5, начальником ОП (дислокация в пос. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» К., был подан истицей только в декабре 2018 года. Однако данное дело было приостановлено с 04 ноября 2018 года в связи с неустановлением места нахождения Ю., в связи с чем, отсутствие выезда ФИО1 в командировку не повлияло непосредственно на срок дознания.

Иных доказательств, свидетельствующих о наличии объективных препятствий к организации допроса свидетелей, потерпевших и подозреваемого, ознакомлении их с процессуальными документами, заключениями экспертиз, обеспечивающей проведения дознания в установленный законом срок, проведения других действий, указанных в постановлении и.о. прокурора Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года, направленных на полноту проведенного дознания по делу, ФИО1 в порядке ст. 56 ГПК РФ не представила.

При этом, не смотря на то, что дознание не осуществлялось в период с 05 сентября 2018 года по 03 октября 2018 года в связи с нахождением ФИО1 в очередном отпуске, то есть по уважительной причине, это обстоятельство, с учетом общего срока дознания более чем 10 месяцев, не может свидетельствовать об осуществлении дознания истицей по уголовному делу в разумный срок. 

Совокупность приведенных выше обстоятельств объективно свидетельствует об отсутствии надлежащей и эффективной организации дознавателем ФИО1 своевременных процессуальных действий при проведении дознания по уголовному делу *, которые, принимая во внимание положения ст. 6.1 УПК РФ, не могут быть признаны разумными и обоснованными. 

В этих условиях, выводы, изложенные в заключении по результатам служебной проверки и в приказе Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 года *л/с о том, что действия старшего дознавателя, выразившиеся в затягивании дознания, допущенной волоките по делу, привели к нарушению требований ст. 6.1 УПК РФ о разумности срока уголовного судопроизводства, нарушению прав потерпевших от преступления лиц, являются законным и обоснованным. 

На наличие таких последствий указывает и то обстоятельство, что постановлениями Мамско-Чуйского районного суда от 27 августа 2019 года и 28 августа 2019 года уголовное дело в отношении Ю. в совершении им преступления, предусмотренного пунктом «в» частью 2 ст. 115 УК РФ (в отношении потерпевшего С.М.), прекращено в связи с истечением срока давности для привлечения к уголовной ответственности. 

4. Доводы истицы и ее представителя о том, что ответчиком нарушен порядок и сроки привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. 

Предусмотренные частями 6 и 7 ст. 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сроки привлечения к дисциплинарной ответственности нарушены не были, поскольку представление и.о. прокурора Мамской-Чуйского района об устранении нарушений уголовно-процессуального закона в деятельности ОД МО МВД России «Бодайбинский» при проведении расследования уголовного дела *, в котором содержались нарушения, допущенные при производстве дознания по этому делу старшим дознавателем ФИО1, было внесено на имя руководителя отдела внутренних дел – МО МВД России «Бодайбинский» 15 марта 2019 года. 

В соответствии с этим представлением, руководителем дано поручение о проведении служебной проверки, о чем ФИО1 была уведомлена. По результатам этой служебной проверки, было составлено заключение, утвержденное Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» 12 апреля 2019 года и, в тот же день, приказом от 12 апреля 2019 года * л/с к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора.

Согласно ст. 225 УПК РФ днем окончания дознания является день составления дознавателем обвинительного акта, утвержденного начальником органа дознания, который вместе с уголовным делом направляется прокурору.

Именно по результатам всей совокупности собранных в ходе дознания доказательств по делу и составленного обвинительного акта, прокурор может принять одно из правовых решений, предусмотренных пунктами 1 и 2 части 1 ст. 226 УПК РФ. 

Поэтому днем совершения дисциплинарного проступка, выразившемся в нарушении уголовно-процессуального закона при производстве дознания, а, так же нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства, то есть длящемся правонарушении, является день составления дознавателем обвинительного акта и его утверждения начальником дознания, то есть в данном случае – 14 марта 2019 года. 

В этих условиях, доводы истицы о том, что она привлечена к дисциплинарной ответственности за пределами шестимесячного срока со дня совершения допущенных ею нарушений, указанных прокурором в представлении, а так же со времени, когда прокурор ранее неоднократно продлял сроки дознания и ему, а так же органу внутренних дел, должно было стать известно о допущенном нарушении, несостоятельны.

Исследованные в судебном заседании доказательства, приведенные выше, подтверждают соблюдение ответчиком требований как норм ст. ст. 51, 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», так и действующего «Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации», утвержденных Приказом МВД России от 26 марта 2013 года № 161, согласно которым: 

основанием для проведения служебной проверки является необходимость выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также заявление сотрудника (пункт 13);

поручение сотруднику о проведении служебной проверки оформляется в виде резолюции на свободном от текста месте документа, содержащем сведения о наличии основания для ее проведения. Допускается оформление резолюции на отдельном листе или на специальном бланке с указанием регистрационного номера и даты документа, к которому она относится (пункт 14);

решение о проведении служебной проверки должно быть принято не позднее двух недель с момента получения соответствующим руководителем (начальником) информации, являющейся основанием для ее проведения (пункт 15);

служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении (п. 16).

Приведенными выше нормативными положениями прямо определены нормы, касающихся порядка проведения служебной проверки, несоблюдение которых может служить основанием для признания недействительным (незаконным) заключения по результатам служебной проверки, в частности: о круге лиц, имеющих право назначать и проводить служебную проверку, лиц, имеющих право утверждать ее результаты, нормы о сроках проведения служебной проверки; об обязательном получении объяснений от лица, в отношении которого проводится служебная проверка. 

Отдельные же недостатки при проведении служебной проверки и оформлении ее результатов, то есть формальные нарушения, не могут служить безусловным основанием для признания недействительным заключения по результатам служебной проверки (Определение Верховного Суда РФ от 12 февраля 2018 года № 70-КГПР17-23).

Указанные требования, как указанно выше были соблюдены, существенных нарушений при проведении проверки не допущено, поскольку: а) проверка проведена должностным лицом на основании поручения Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 04 апреля 2019 года, о чем ФИО1 была уведомлена 11 апреля 2019 года; б) от истицы было истребовано объяснение, которое она дала собственноручно по всем значимым обстоятельствам нарушений; в) взыскание было наложено надлежащим должностным лицом – Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» 12 апреля 2019 года по результатам проведенной служебной проверки на основании заключения, составленного в соответствии с разделом IV приведенного выше «Порядка проведения служебной проверки…», которое было утверждено этим же должностным лицом. 

Доводы истицы и её представителя о неполноте, формальности и необъективности служебной проверки, не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку выводы, изложенные в заключении по результатам проверки и, соответственно, в приказе о наложении дисциплинарного взыскания приказом Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 года *л/с о допущенных старшим дознавателем ФИО1 нарушениях уголовно-процессуального закона при проведении дознания по уголовному делу *, полностью подтверждены постановлением и.о. прокурора Мамско-Чуйского района от 15 марта 2019 года о возвращении этого уголовного дела * для дополнительного дознания, а так же материалами уголовного дела, исследованного в ходе проверки. 

Эти обстоятельства и выводы заключения по результатам проверки нашли свое подтверждение и в настоящем судебном заседании.

Срок проведения служебной проверки, предусмотренный пунктом 16 «Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации», утвержденных Приказом МВД России от 26 марта 2013 года № 161, не нарушен, не превысил предельных сроков её проведения и не вышел за пределы срока для привлечения сотрудника к дисциплинарной ответственности, предусмотренного частью 6 ст. 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Суждения истицы и её представителя о том, что ФИО1 была ознакомлена с уведомлением о проведении в отношении неё служебной проверки только 11 апреля 2019 года, а уже 12 апреля 2019 года было утверждено заключение по результатам проверки и издан приказ * л/с о наложении дисциплинарного взыскания, не влекут безусловного признания заключения и приказа незаконными.

Предоставив письменное объяснение по допущенным нарушениям закона, ФИО1 о том, что времени для подготовки такого объяснения по тем же фактам нарушений, ей было недостаточно, не заявила, не просила о дополнительном времени, необходимого для подготовки дополнительного мотивированного объяснения по делу, которое бы могло быть учтено работодателем. 

С учетом этих обстоятельств, у должностного лица – Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» имелись достаточные основания для утверждения заключения по результатам служебной проверки и принятия решения по её результатам в отношении виновных лиц. 

Приведенные выше доказательства в совокупности объективно указывают на то, что ответчиком - МО МВД России «Бодайбинский» были соблюдены сроки и порядок наложения на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора. 

Кроме того, наказание было наложено на ФИО1 с учетом требований ст. 40 «Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации», утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 года № 1377 «О Дисциплинарном уставе органов внутренних дел Российской Федерации», в частности в соответствии с тяжестью совершенного проступка и степени вины, а вид дисциплинарного взыскания определен исходя из характера проступка и его последствий, повлекшего нарушение прав участников уголовного судопроизводства на защиту прав и законных интересов граждан, потерпевших от преступлений посредством проведения дознания по делу в разумный срок, и обстоятельств, при которых он был совершен.

Учтено и предшествующее отношение ФИО1 к исполнению служебных обязанностей, в частности привлечение её к дисциплинарной ответственности в виде замечания приказом от 17 июля 2018 года № 411 МО МВД России «Бодайбинский» в связи с процессуальными нарушениями, допущенными в ходе расследования уголовных дел № 73262, № 73261, № 73293, № 73298 (не выполнении исчерпывающих мер по установлению лиц, совершивших преступления, нарушения требований ст. 73, ч.5 ст.208 УПК РФ, отсутствии допроса свидетеля, не исполнении отдельного поручения по уголовному делу, допущение волокиты, необоснованное продление сроков расследования, нарушения требований совместного Приказа ГП РФ от 29 декабря 2005 года №39/1070/1021/253/780/353/399 «О едином учете преступлений», выразившиеся в нарушении сроков выставления статистического материала).

Данный приказ не измен, не отменен, не признан незаконным, а наложенное взыскание досрочно не снято. 

На основании исследованных по делу доказательств, которые являются относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточными для вывода суда о том, что привлечение старшего дознавателя ОП (дислокация рп. Мама) МО МВД России «Бодайбинский» ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора было осуществлено: а) при наличии законных оснований – противоправного и виновного нарушения ею норм уголовного процессуального законодательства, повлекшего нарушение прав участников уголовного судопроизводства на проведение дознания по уголовному делу * в разумный срок; б) с соблюдением установленного законом порядка привлечения к такой ответственности; в) с учетом тяжести совершенного проступка, обстоятельств, при которых он совершен, его характера и последствий, а так же предшествующего отношения сотрудника к исполнению должностных обязанностей. 

Принимая во внимание данное нарушение, привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора, у Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» имелись основания для невыплаты ей премии за один месяц (пункт 3 приказа от 12 апреля 2019 года * л/с), что соответствует положениям пункта 32 «Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации», утвержденного Приказом МВД России от 31 января 2013 г. № 65, согласно которому на основании приказа руководителя сотрудникам, имеющим дисциплинарное взыскание «строгий выговор», «предупреждение о неполном служебном соответствии», «перевод на нижестоящую должность в органах внутренних дел», премия не выплачивается в течение одного месяца со дня их привлечения к дисциплинарной ответственности.

Принимая во внимание обстоятельства, установленные по настоящему делу, в удовлетворении заявленных истицей требований о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки старшего дознавателя ФИО1 от 12 апреля 2019 года, пунктов 1 и 3 приказа Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 года * л/с о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде строго выговора (пункт 1) и лишении премии за один месяц (пункт 3), следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел России «Бодайбинский» о признании незаконными о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки старшего дознавателя ФИО1 от 12 апреля 2019 года, пунктов 1 и 3 приказа Врио начальника МО МВД России «Бодайбинский» от 12 апреля 2019 года * л/с о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора и не начислении и не выплате премии за один месяц, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Бодайбинский городской суд в течение одного месяца.

Судья: Э.С. Ермаков