Дело № 2-156/2019 г. 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июня 2019 г. г. Комсомольск-на-Амуре 

Центральный районный суд г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в составе:

председательствующего судьи Файзуллиной И.Г.,

при секретаре судебного заседания Снаровкиной А.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «охрана» Росгвардии о признании действий по личному досмотру и изъятию вещей незаконными, взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании действий незаконными, взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что истец работал в ПАО «Компания «Сухой» в филиале «КнААЗ им Ю.А. Гагарина» (иные данные) Приказом от (дата) истцу объявлен выговор и он лишен премии за ноябрь 2018. Основанием для снижения премии явилось то, что (дата) в 19.25 он находился на территории завода с сотовым телефоном с видеокамерой. (дата) работник ФГУП «Вневедомственная охрана объектов промышленности Российской Федерации» ФИО2 в ходе личного досмотра обнаружила у истца в кармане сотовый телефон, который изъяла совместно помощники начальника караула отдела охраны (№) ФИО3 Истец полагает, что поскольку он не совершил преступления или административного правонарушения на охраняемом объекте, ответчик ФИО2 не имела права производить личный досмотр, досмотр вещей и изъятие вещей. Своими действиями ФИО2 превысила свои должностные полномочия и нарушила личные неимущественные права на неприкосновенность личности и на распоряжение имуществом. В связи с чем истец просит признать данные действия ответчика незаконными и взыскать с связи с этим денежную компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей 00 копеек. 

Определением Центрального районного суда г. Комсомольска-на-Амуре от 23.04.2019 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Федеральное государственное унитарное предприятие «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации

Определением Центрального районного суда г. Комсомольска-на-Амуре от 21.05.2019 производство по данному гражданскому делу по исковому к ФИО2 о признании действий незаконными, взыскании компенсации морального вреда прекращено в связи с отказом истца от данной части исковых требований.

В ходе судебного заседания истец ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в исковом заявлении у четом отказа от исковых требований к ФИО2

Представитель истца ФИО4, допущенный к участию в деле на основании устного ходатайства истца, поддержал позицию своего доверителя в полном объеме и все им изложенное.

Представитель ответчика ФГУП «Охрана» Росгвардии ФИО5, действующий на основании доверенности (№)д от (дата), исковые требования истца не признал в полном объеме, указав, что (дата) с 18:00 по 21:00 часов ФИО2 несла службу на посту (№) центральной проходной ПАО «Компания «Сухой» «КнААЗ им. Ю.А. Гагарина», исполняя обязанности контролера КПП 1 категории, в которые входят: охрана помещений и территорий объекта, обеспечение пропускного и внутриобъектового режимов персонала и посетителей на объектах. в 19:25 часов на территорию охраняемого объекта ПАО «КнААЗ» зашел работник цеха (№) ФИО1 с сумкой в руках. ФИО2 был задан вопрос ФИО1 о том имеются ли у него запрещенные к вносу на территорию охраняемого объекта предметы, на который истец дал отрицательный ответ. Одновременно с этим ФИО1 и его сумка были ею осмотрены с применением металлодетектера. Прибор подал сигнал о наличии металлических предметов в вещах ФИО1 ФИО2 доложила начальнику караула ФИО6 о том, что необходимо произвести осмотр находившихся при ФИО1 вещей, для этой цели она направила на пост помощника начальника караула ФИО3, а сама производила просмотр камеры видеонаблюдения. Истцу было предложено предоставить вещи к осмотру, т.е. добровольно выложить предметы из сумки и карманов. В ответ на просьбу работников ответчика, истец сам открыл сумку и вынул из сумки запрещенный в соответствии с п. 5.2 Инструкции И02.56.1.003-2017 «Пропускной и внутриобъектовый режим» к проносу на территорию охраняемого объекта предмет (смартфон, оснащённый камерой), о чем ФИО2 доложила начальнику караула ФИО6 При этом, личный досмотр не производился. В соответствии п. 5.2 Инструкции всем работникам и посетителям категорически запрещается заносить (цифровые носители информации, радиотехническую аппаратуру, в том числе и мобильные телефоны с фото и видео камерами и картами памяти). Указанные ограничения введены ввиду того, что Завод ПАО «КНААЗ» является режимным предприятием и на его территории установлены требования по защите государственной тайны. В соответствии с положениями Инструкции для осмотра персонала и посетителей могут использоваться специальные технические средства обнаружения запрещенных предметов (металлодетектор), не причиняющие вреда здоровью. В отношении ФИО1 в присутствии помощника начальника караула ФИО3 был составлен акт о нарушении дисциплины труда 06/1610 от (дата), а затем акт и телефон были переданы в РСО для дальнейшего разбирательства. При этом ФИО1 не было заявлено несогласия в проводимых мероприятиях. В соответствии с п. 4.11 Инструкции законные требования работников охраны, находящихся при исполнении служебных обязанностей, в части соблюдения установленных правил пропускного и внутриобъектового режимов, обязательны для выполнения всеми работниками, независимо от их статуса. ФИО2 находилась при исполнении служебных обязанностей на рабочем месте и выполняла требования вышеуказанных нормативных актов, следовательно, обладала правом требовать от работников ПАО «КнААЗ» соблюдения правил федерального законодательства и Инструкции И02.56.1.003-2017 «Пропускной и внутриобъектовый режим», в частности п. 5.2 Инструкции, запрещающего работникам заносить мобильные телефоны с фото и видео камерами и картами памяти, которые являются носителями информации. В своей объяснительной от (дата) истец пояснил, что ему было известно о том, что на территорию завода запрещено проносить телефоны с фото (видео) камерой. Право на свободу и личную неприкосновенность истца работниками ответчика не нарушалось. В отношении истца имел место осмотр его вещей (сумки), то есть визуальное изучение объекта без непосредственного обследования осматриваемой вещи. Требования истца о компенсации морального вреда в сумме 10 000 рублей также являются незаконными и необоснованными.

Суд, заслушав пояснения истца, представителей истца и ответчика, изучив материалы дела, пришел к следующим выводам. 

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 работал в ПАО «Компания «Сухой» в филиале «КнААЗ им Ю.А. Гагарина» в цехе (№) оператором станков (фрезерных) с программным управлением.

(дата) на посту (№) центральной проходной ПАО «Компания «Сухой» «КнААЗ им. Ю.А. Гагарина» у истца был изъят сотовый телефон с фотовилеокамерами.

По данному факту (дата) был составлен акт о нарушении дисциплины труда ФИО1 – находился на территории закодв с сотовым телефоном с фотовидеокамерами. 

Приказом директора филиала от (дата) (№)/л-с истцу объявлен выговор и принято решение о не начислении премии за ноябрь 2018 года за нарушение требований п. 5.2 Инструкции «Пропускной и внутриобъектовый режим» И02.56\.1003-2017кт.

Истец при составлении акта о нарушении дисциплины труда № ОК-1663 от (дата) дал объяснение, что забыл оставить сотовый телефон в машине, каких-либо замечаний или дополнений не указал. 

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела и не оспаривались сторонами в ходе судебного разбирательства.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. 

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ст. 17 Конституции РФ).

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. 

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Свои требования о взыскании компенсации морального вреда, истец ФИО1 обосновывает тем, что (дата) работником ответчика ФИО2 в ходе личного досмотра обнаружен в кармане истца и изъят сотовый телефон, однако закон не представляет право работникам вневедомственной охраны производить личный досмотр, досмотр вещей и их изъятие, что свидетельствует о том, что работник ответчика превысила свои должностные полномочия и нарушила личные неимущественные права истца на неприкосновенность личности и на распоряжение имуществом ч. 1 ст. 22 и ч. 2 ст. 35 Конституции РФ.

Конституцией Российской Федерации гражданину гарантируются различные права и свободы, и действующее законодательство призвано регулировать их осуществление, соблюдая баланс между правами и интересами личности, общества и государства, а также обеспечивать действующие механизмы защиты принадлежащих гражданину прав, не допуская злоупотреблений. Для защиты каждого конкретного права законодательством предусмотрены определенные механизмы, которые не могут заменяться другими, хоть и схожими, по желанию граждан.

Согласно ч. 1 ст. 22 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

В силу ч. 2 ст. 35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии со ст. 12 Федерального закона «О ведомственной охране» № 77-ФЗ от 14.04.1999, работники ведомственной охраны обязаны осуществлять мероприятия по предупреждению нарушений пропускного и внутриобъектового режимов. На основании ст. 11 настоящего Федерального закона работники ведомственной охраны имеют право требовать от работников, должностных лиц охраняемых объектов и других граждан соблюдения пропускного и внутриобъектового режимов.

В ходе судебного разбирательства установлено, что (дата) с 18:00 по 21:00 часов ФИО2 несла службу на посту (№) центральной проходной ПАО «Компания «Сухой» «КнААЗ им. Ю.А. Гагарина», исполняя обязанности контролера КПП 1 категории, в которые входят: охрана помещений и территорий объекта, обеспечение пропускного и внутриобъектового режимов персонала и посетителей на объектах, т.е. имела правом требовать от работников ПАО «КнААЗ» соблюдения правил федерального законодательства и Инструкции И02.56.1.003-2017 «Пропускной и внутриобъектовый режим», в частности п. 5.2 Инструкции, запрещающего работникам заносить мобильные телефоны с фото и видео камерами и картами памяти, которые являются носителями информации. Указанные ограничения введены ввиду того, что ПАО «КНААЗ» является режимным предприятием и на его территории установлены требования по защите государственной тайны.

В силу положений Инструкции по обеспечению режима секретности в Российской Федерации, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.01.2004 № 3-1 в организациях, допущенных к проведению секретных работ, таких как ПАО «КнААЗ», устанавливается пропускной режим. Персонал и посетители обязаны выполнять требования разработанных локальных требований пропускного и внутриобъектового режимов во избежание утраты сведений, составляющих государственную тайну.

В соответствии с п. 4.11 Инструкции законные требования работников охраны, находящихся при исполнении служебных обязанностей, в части соблюдения установленных правил пропускного и внутриобъектового режимов, обязательны для выполнения всеми работниками, независимо от их статуса.

В соответствии с положениями Инструкции для осмотра персонала и посетителей могут использоваться специальные технические средства обнаружения запрещенных предметов (металлодетектор), не причиняющие вреда здоровью.

Согласно п. 4.12 Инструкции по всем случаям нарушений внутриобъектового и пропускного режимов составляются акты о нарушении названных режимов, которые, как и материальные ценности (мобильные телефоны и другие запрещенные предметы) передаются с согласия владельца в службу безопасности ПАО «КНААЗ».

В отношении ФИО1 в присутствии помощника начальника караула ФИО3 был составлен акт о нарушении дисциплины труда 06/1610 от (дата), а затем акт и телефон были переданы в РСО для дальнейшего разбирательства. При этом ФИО1 не было заявлено несогласия в проводимых мероприятиях. при получении телефона, ФИО1 собственноручно сделал запись в акте о нарушении дисциплины труда 06/1610 от (дата), о том, что получил телефон и претензий не имеет.

В ходе судебного разбирательства стороной ответчика оспаривался факт того, что проводился личный досмотр истца, в ходе которого был изъят сотовый телефон. При этом, стороной истца в подтверждение данных доводов, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено допустимых доказательств, подтверждающих данные обстоятельства.

Таким образом, учитывая изложенное, установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства не нашел своего доказательственного подтверждения факт нарушения личных неимущественных прав истца, и как следствие этому отсутствии правовых оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «охрана» Росгвардии о признании действий по личному досмотру и изъятию вещей незаконными, взыскании денежной компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья Файзуллина И.Г.