Гражданское дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 февраля 2018 года Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего Лебедевой С.В., 

при секретаре Баумгертнер М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО1, представителя истца адвоката Туркова Р.А., действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, помощника прокурора г.Стрежевого Петрушина А.И., гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Стрежевская ГБ» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Стрежевская ГБ» (далее ОГАУЗ «Стрежевская ГБ») о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обосновании требований указала, что с 29.05.1997 она работала в Муниципальном учреждении здравоохранения «Центральная городская больница» в городе Стрежевом. Работала медицинской сестрой кардиологического отделения, затем медицинской сестрой процедурного кабинета поликлиники. С 01.04.2008 работала в здравпункте Западно-Полуденном месторождении фельдшером. С 01.03.2009 переведена фельдшером в здравпункт Малореченского месторождения, где работала в должности постоянно до конца декабря 2017 года. Наименование работодателя несколько раз менялось. Согласно Постановлению Главы города Стрежевого № от 10.02.2004 МУЗ «Центральная городская больница» переименована в МУЗ «Городская больница». Затем согласно Постановлению Администрации городского округа ФИО3 от 21.12.2011 № переименована в муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница», позже в Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Стрежевская городская больница». 30.12.2010 между ней и ответчиком заключен трудовой договор № о работе истца в здравпункте Малореченского месторождения в должности фельдшера. В п. № трудового договора указано на начало работы с 01.01.2011, окончание 31.12.2011. 30.12.2011 заключено дополнительное соглашение № к трудовому договору № от 30.12.2010 с датой начала работы 01.01.2012, окончанием работы 31.12.2012. 20.12.2012 заключено дополнительное соглашение № к тому же договору, согласно которому началом работы является дата 01.01.2013, окончанием – 31.12.2013. 30.12.2013 заключено дополнительное соглашение №, где в п. № указано начало работы 01.01.2014, окончание работы 31.12.2014. 30.12.2014 заключено дополнительное соглашение №, согласно п. № которого трудовой договор заключается на определенный срок по 31.12.2015. Затем было заключено дополнительное соглашение № от 30.12.2015, согласно п. № которого трудовой договор заключается на определенный срок по 31.12.2016. 30.12.2016 заключено дополнительное соглашение №, где в п. № указано на начало работы 01.01.2017, окончание 31.12.2017. При этом, работодатель постоянно заверял ее, что указание срока в трудовом договоре и дополнительных к нему соглашениях простая формальность и трудовой договор всегда будут продлевать. На протяжении семи лет истец выполняла одну и ту же работу, на одном и том же месте, нареканий к работе не было. Как и всем работникам, истцу предоставлялся ежегодный отпуск, оплачивался льготный проезд, по существу она работала по основному месту работы. 29.12.2017 истец ознакомлена с приказом № от 07.12.2017 о прекращении трудового договора № от 30.12.2010, согласно которому ее уволили с 31.12.2017 на сновании п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ, в связи с истечением срока действия трудового договора. В тот же день выдана трудовая книжка. С увольнением истец не согласна, считает его незаконным, поскольку ответчик не предупредил ее в письменной форме об увольнении за три дня в соответствии со ст. 79 ТК РФ. У работодателя отсутствовали основания предусмотренные законом для заключения именно срочного трудового договора, с учетом характера предстоящей работы и условий ее выполнения. В нарушение требований ст. 57 ТК РФ в трудовом договоре и дополнительных соглашениях не указаны обстоятельства и причины, послужившие основанием для заключения срочного трудового договора. Кроме того, договор в течение более семи лет (с 30.12.2010 по 31.12.2017) многократно продлевался на новый срок для выполнения одной и той же трудовой функции на одном и том же рабочем месте. В трудовой книжке имеется только одна запись о первоначальном заключении трудового договора № от 30.12.2017, на основании приказа № от 07.12.2017, что подтверждает работу по бессрочному трудовому договору. 

Истец, с учетом уточнений, просит суд признать трудовой договор №, заключенный 30.12.2010 с Муниципальным учреждением здравоохранения «Городская больница» города Стрежевого, заключенным на неопределенный срок, восстановить ее на работе в Областном государственном автономном учреждении здравоохранения «Стрежевская городская больница» в прежней должности фельдшера, взыскать с ответчика в ее пользу оплату за время вынужденного прогула за период с 01.01.2018 по 16.02.2018 в сумме 48294 рубля 40 копеек, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Истец ФИО1 и представитель адвокат - Турков Р.А., в судебном заседании на исковых требованиях настаивали по основаниям, изложенным в иске, просили их удовлетворить в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признала в полном объеме, пояснила, что между истцом и ответчиком был заключен срочный трудовой договор по оказанию платных медицинских услуг, заказчиком которых является ОАО "Т" на основании договора, что подтверждается материалами дела. ФИО1 указывает на отсутствие обстоятельств заключения с ней срочного трудового договора, ссылаясь на Постановление Пленума ВС РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», однако во всех трудовых договорах и дополнительных соглашениях эти обстоятельства указаны. Кроме того полагала, что работодателем представлены все доказательства, свидетельствующие о том, на каких основаниях с ФИО4 были заключены срочные трудовые договоры. Договора с заказчиком ОАО «Т» были заключены на оказание дополнительных услуг, которые не финансируются из фонда обязательного медицинского страхования, с окончанием услуги оканчивался и срок трудового договора. В трудовой договор № от 30.12.2010 вносились изменения, заключались дополнительные соглашения, что не запрещено ст. 79 ТК РФ. Полагала, что доводы истца о неведении заключения с ней срочного трудового договора, являются надуманными, поскольку ФИО4 в конце каждого года писала заявление о приеме её на работу по срочному трудовому договору, подписывала приказы о приеме и увольнении, в связи с чем она не могла не знать о заключении с ней срочного трудового договора. Также указала, что материалы дела сдержат доказательства о том, что истец фактически получила приказ о прекращении срочного трудового договора 08.12.2017, о чем имеется соответствующий акт. Не согласна с уточненными исковыми требованиями истца, полагает, что при удовлетворении требований истца, подлежит взысканию заработная плата за январь 2018 года, исковые требования в части взыскания заработной платы за февраль 2018 носят предположительный характер. Считает, что учреждением права истца не ущемлены, поскольку при увольнении истцу были выплачены все компенсационные выплаты. Полагала, что истцом не доказан факт причинения ей ответчиком моральных и нравственных страданий. В ходе судебного заседания неоднократно предлагалось истцу заключить мировое соглашение, но истец отказалась. Просила в удовлетворении исковых требований истца отказать. 

В своем заключении по делу помощник прокурора Петрушин А.И. полагал, что имеются основания для удовлетворения исковых требований истца в полном объеме, поскольку представленными сторонами доказательствами подтверждён факт незаконного увольнения истца в связи с истечением срока трудового договора, имеются основания для признания срочного трудового договора, заключенного с истцом заключенным на неопределенный срок, поскольку в соответствии со ст. 58 ТК РФ трудовые договоры заключаются на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор). У работодателя отсутствовали основания предусмотренные законом для заключения с истцом именно срочного трудового договора, с учетом характера её предстоящей работы и условий ее выполнения. В нарушение требований ст. 57 ТК РФ в трудовом договоре и дополнительных соглашениях не указаны обстоятельства и причины, послужившие основанием для заключения срочного трудового договора. Кроме того, договор в течение более семи лет многократно продлевался на новый срок для выполнения одной и той же трудовой функции на одном и том же рабочем месте.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив материалы дела, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Эти и иные положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепляющие гарантии свободного труда, конкретизированы в федеральных законах, регулирующих порядок возникновения, изменения и прекращения служебно - трудовых отношений.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

В соответствии со ст. 58 ТК РФ трудовые договоры заключаются: на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно разъяснениям, данными в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных ТК РФ или иными федеральными законами (ч. 2 ст. 58, ч. 1 ст. 59 ТК РФ).

В случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Срочный трудовой договор заключается на основе добровольного согласия работника и работодателя, в случае, когда согласие на заключение договора было дано работником вынужденно, он вправе оспорить правомерность заключения с ним срочного трудового договора в суд общей юрисдикции. Если судом на основе исследования и оценки всех фактических обстоятельств дела будет установлено, что согласие работника на заключение такого договора не является добровольным, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок (Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 15 мая 2007 года N 378-О-П, нормативное положение абз. 3 ч. 2 ст. 59 ТК РФ).

Из вышеуказанного Постановления Пленума следует, что в силу ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать наличие обстоятельств, делающих невозможным заключение трудового договора с работником на неопределенный срок, возлагается на работодателя. При недоказанности таких обстоятельств, следует исходить из того, что трудовой договор заключен на неопределенный срок.

В соответствии с п. 2 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В силу ч. 1 ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения.

Данная норма регулирует отношения, возникающие при наступлении определенного события - истечения установленного срока действия трудового договора. Это обстоятельство не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли.

Согласно представленной справке ОГАУЗ «Стрежевская ГБ», постановлений Главы г. Стрежевого № от 10.02.2004, Администрации г. Стрежевого от 21.12.2011 №, распоряжения Департамента здравоохранения Томской области от 13.12.2013 №, наименование работодателя несколько раз менялось: МУЗ «Центральная городская больница» переименована в МУЗ «Городская больница», затем муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница», впоследствии Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Стрежевская городская больница».

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с 01.04.2008 на основании заявления от 25.03.200, приказа №-к от 04.04.200, ФИО1 принята в здравпункт Западно-Полуденном месторождении фельдшером, что также подтверждается трудовой книжкой истца (т. 1 л.д. 12, т. 3 л.д. 1-2).

Между ответчиком и истцом в период с декабря 2008 по декабрь 2009 года заключались срочные трудовые договоры (№ от 31.12.2008 и № от 30.12.2009), затем расторгались.

30.12.2010 между ФИО1 и ответчиком заключен трудовой договор № о работе истца в здравпункте Малореченского месторождения в должности фельдшера. Срок действия установлен с 01.01.2011 по 31.12.2011 (пункт № договора) (т. 1 л.д. 16-19).

Согласно приказу № от 18.01.2010 фельдшер ФИО1 переведена из здравпункта Западно-Полуденного месторождения фельдшером в здравпункт Малореченского месторождения (т. 1 л.д.20, т. 3 л.д. 23).

С 30.12.2011 по 30.12.2015 между работодателем и ФИО1 заключались дополнительные соглашения.

30.12.2011 дополнительное соглашение № к трудовому договору № от 30.12.2010, согласно которому в пп. № трудового договора внесены изменения, с указанием даты начала работы 01.01.2012, окончания работы 31.12.2012 (т. 1 л.д.22, т.3 л.д.32).

20.12.2012 дополнительное соглашение № к трудовому договору №, согласно которому началом работы является дата 01.01.2013, окончанием – 31.12.2013 (т. 1 л.д.24, т. 3 л.д.33). 

30.12.2013 дополнительные соглашения № и №, где в п. № дополнительного соглашения № указано начало работы 01.01.2014, окончание работы 31.12.2014, в дополнительном соглашении № трудовой договор № от 30.12.2010 изложен в новой редакции, с указанием предоставления работнику работы в должности фельдшера с 01.01.2011 (приказ от 30.12.2010), установления должностного оклада и компенсационных выплат (т. 1 л.д. 26-33, т. 3 л.д. 35-42). 

30.12.2014 дополнительное соглашение №, с указанием на изменение должностного оклада, компенсационных выплат и срока действия по 31.12.2015 (т. 1 л.д. 34-40, т. 3 л.д. 43-49). 

25.06.2015 дополнительное соглашение № с внесением дополнений п. 10 раздела II о возмещении ущерба (т. 1 л.д. 41, т. 3 л.д. 50),

01.09.2015 дополнительное соглашение № к трудовому договору № от 30.12.2010 о внесении изменений о включении в трудовой договор взаимных обязательств при выполнении работы, связанной с оборотом наркотических средств и психотропных веществ ( т. 1 л.д 42-43, т. 3 л.д. 51-520.

30.12.2015 дополнительное соглашение № к трудовому договору № от 30.12.2010 с установлением должностного оклада и компенсационных выплат, с указанием определенного срока по 31.12.2016 (т. 1 л.д. 44-50, т. 3 л.д. 53-59).

30.12.2016 дополнительное соглашение №, где в п. №. указано на начало работы 01.01.2017, окончание 31.12.2017 (т. 1 л.д. 51, т. 3 л.д. 60).

23.06.2017 дополнительное соглашение № к трудовому договору от 30.12.2010 с указанием на изменение п. 13 раздела 4 «Оплата труда» изложена в новой редакции: должностной оклад рублей в месяц, стимулирующие выплаты (т. 1 52-53, т. 3 л.д. 61-62).

28.09.2017 работодателем составлено уведомление о расторжении срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия. Ознакомиться и подписать указанное уведомление истец отказалась, о чем составлен соответствующий акт (т. 3 л.д. 63- 64).

На основании приказа № от 07.12.2017 ФИО1 уволена в связи с истечением срока трудового договора п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ (т. 1 л.д.54, 55). 

08.12.2017 составлен акт об отказе ФИО1 подписать приказ об увольнении (т. 3 л.д.65). 

29.12.2017 истцу вручена трудовая книжка. 

Согласно расчетному листку за декабрь 2017 года, с истцом произведен полный расчет при увольнении в сумме .

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что работодателем с истцом неоднократно были заключены дополнительные соглашения к трудовому договору № от 30.12.2010 в части изменения срока его действия на определенный срок для выполнения одной и той же трудовой функции - фельдшера, которая является штатной. 

В трудовой книжке истца указаны следующие записи: о приеме на работу с 01.04.2008 на основании приказа № от 04.04.2008, приказы о переводе из месторождения Западно-Полуденного в Малореченское и обратно (приказ № № от 02.03.2009, приказ № от 15.04.2009, приказ № от 18.01.2010, запись об увольнении в связи с истечением срока трудового договора (приказ № от 07.12.2017) (т. 1 л.д. 12-13).

Представитель ответчика ФИО2, пояснила, что в настоящее время здравпункт на Малореченском месторождении продолжает функционировать, штатная единица фельдшера занята другим человеком, принятым вместо уволенной ФИО1 

Довод ответчика о том, что ФИО1 не пошла на контакт с работодателем, не изъявила желание продолжать работать (отсутствие заявления), в связи с чем была уволена по истечению срока действия договора, является несостоятельным, поскольку истцом факт увольнения оспаривается.

Оценивая заключенный между сторонами по делу трудовой договор № от 30.12.2010, суд приходит к выводу о том, что он не содержит указания на обстоятельства и причины, послужившие основанием для его заключения на определенный срок (ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации), как того требует императивные положения нормы ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации, а ссылка работодателя о заключении срочного трудового договора с истцом в связи с временным расширением объема оказываемых услуг по договору на оказание медицинских услуг с ОАО «Т», является не состоятельной, поскольку указанная деятельность ответчика является коммерческой, где существуют финансовые риски, что не может отражаться на трудовых правах работника. 

В силу ст. 58 ТК РФ, согласно которой трудовой договор не может быть заключен на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор).

Вместе с тем, трудовой договор № от 30.12.2010 с истцом в течение более семи лет многократно (путем заключения дополнительных соглашений) продлевался на новый срок для выполнения одной и той же трудовой функции на одном и том же рабочем месте, трудовые отношения между сторонами спора в спорный период не прерывались, носили постоянный характер, при этом истец замещала штатную единицу по указанной должности.

Таким образом, у работодателя отсутствовали основания предусмотренные законом для заключения с истцом именно срочного трудового договора, с учетом характера предстоящей работы и условий ее выполнения. 

То обстоятельство, что трудовой договор и дополнительные соглашения были подписаны самой ФИО1, не свидетельствует о правомерности действий работодателя по заключению срочного трудового договора при отсутствии законных оснований.

Таким образом, прекращение с истцом трудового договора № от 30.12.2010 и увольнение по приказу 07.12.2017 № на основании п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ нельзя признать законным и обоснованным.

Поскольку судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора установлена многократность (более 5 лет) заключения дополнительных соглашений к трудовому договору с истцом на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции, учитывая разъяснения п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд признает трудовой договор № от 30.12.2010 заключенным на неопределенный срок, а требование ФИО1 о признании срочного трудового договора на неопределенный срок подлежащим удовлетворению. 

Довод ответчика о том, что при заключении трудового договора стороны достигли соглашения относительно срока его действия, соответственно срок его окончания являлся безусловным основанием к увольнению истца по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, суд признает несостоятельным, поскольку он основан на неверном толковании норм трудового права, содержащих закрытый перечень оснований для заключения срочного трудового договора.

В связи с признанием судом неправомерных действий по заключению с истцом срочного трудового договора при отсутствии на то законных оснований, ФИО1 подлежит восстановлению на работе в прежней должности-фельдшера на Малореченском месторождении. 

Однако, довод истца о неполучении уведомления о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия, не может быть принят судом, поскольку ответчиком в материалы дела представлены документы, свидетельствующие об обратном, кроме того истец в судебном заседании указала о том, что об увольнении ей стало известно 28.12.2017.

В силу ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Согласно ст. ст. 234, 394 Трудового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула.

Принимая во внимание установленный факт нарушения работодателем трудовых прав ФИО1, с ОГАУЗ «Стрежевская ГБ» подлежит взысканию оплата дней вынужденного прогула, которым следует признать период с 01.01.2018 по 16.02.2018.

Пунктом 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года N 2 предусмотрено, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ. 

Согласно ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ). 

На основании ст.129 Трудового кодекса Российской Федерации тарифная ставка - фиксированный размер оплаты труда работника за выполнение нормы труда определенной сложности (квалификации) за единицу времени без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Согласно п. 13 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 года N 922, при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок. Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период. Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

При рассмотрении дела судом установлено, что метод работы по трудовому договору № от 30.12.2010, заключенному с ФИО1, являлся вахтовым (п. 2.1 договора), должностной оклад на момент увольнения истца составлял 6 578 рублей в месяц (дополнительного соглашения № к трудовому договору от 30.12.2010).

В соответствии с графиком работы фельдшерского здравпункта Малореченского месторождения при суммированном учете рабочего времени за 2017 год, период продолжительность вахты ФИО1 составлял 15 дней с 10 по 25 числа каждого месяца, что также подтвердила представитель ответчика в судебном заседании.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, пояснениями сторон, что продолжительность рабочего времени ФИО1, составляла 10 часов в день.

Из представленных стороной ответчика документов: справке о доходах, расчету среднего заработка истца, за расчетный период с 01.01.2017 по 31.12.2017 среднечасовой заработок фельдшера здравпункта Малореченского месторождения ФИО1 составил 219 рублей 52 копейки, всего отработано 1775, 4 часа, куда включено время заезда и выезда.

Определяя средний заработок, который исчисляется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате, суд приходит к следующему.

В судебном заседании представителем истца произведен расчет оплаты вынужденного прогула истца за период с 01.01.2018 по 16.02.2018 (период в котором у истца предполагалась рабочая вахта, в январе с 10 по 25 число - 15 дней, в феврале с 10 по 16 число – 7 дней), а именно: 219, 52 (среднечасовой заработок) х10 (количество отработанных часов в день) х22 (количество рабочих дней вахты)=48 294 рубля 40 копеек. 

Представленный стороной истца расчет суммы задолженности заработной платы за время вынужденного прогула в размере 48 294 рубля 40 копеек судом проверен, и признан арифметически верным.

Таким образом, в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма заработной платы за время вынужденного прогула в размере 48 294 рубля 40 копеек. 

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда в сумме 20 000 рублей. 

В силу ст. ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами, а работодатель обязан выплатить данную компенсацию.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

В соответствии с п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при определении компенсации морального вреда должны учитывается требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

Учитывая, что ответчиком допущены нарушения трудовых прав работника, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Суд признает, что в результате нарушения ответчиком трудовых прав, лишение возможности трудиться и получать за выполняемый труд соответствующее вознаграждение, иных выплат, был причинен моральный вред в виде нравственных страданий, что явилось причиной переживаний, испорченного настроения истца. 

При этом, учитывая обстоятельства дела, нарушение трудовых прав истца со стороны ответчика, степень вины ответчика, характера и объем причиненных истцу нравственных страданий, личности истца, руководствуясь положениями ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ, разъяснениями, содержащимся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суд приходит к выводу об удовлетворении иска ФИО1 в части взыскания компенсации морального вреда в сумме 5 000 рублей, находя эту сумму соответствующей требованиям разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 333.36 НК РФ истец, обратившийся в суд с требованиями, вытекающими из трудовых правоотношений, освобожден от уплаты государственной пошлины.

Исходя из статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 1649 рублей (300 рублей в связи с удовлетворением требований неимущественного характера + 1 349 в связи с предъявлением требований имущественного характера).

В соответствии со ст. 396 ТК РФ и ст. 211 ГПК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Стрежевская ГБ» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Признать трудовой договор № от 30.12.2010 заключенный между Муниципальным учреждением здравоохранения «Городская больница» города Стрежевого и ФИО1, заключенным на неопределенный срок. 

Восстановить ФИО1 на работе в Областном государственном автономном учреждении здравоохранения «Стрежевская городская больница» в должности фельдшера.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Стрежевская ГБ» в пользу ФИО1 оплату за время вынужденного прогула за период с 01.01.2018 по 16.02.2018 в размере 48 294 рубля 40 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Стрежевская ГБ» госпошлину в доход местного бюджета в размере 1 649 (одна тысяча шестьсот сорок девять) рублей.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Томский областной суд через Стрежевской городской суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий.подпись. Лебедева С.В.

Копия верна.судья. Лебедева С.В.