КОПИЯ

судья Каратаев М.А. № 22-2151/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Оренбург 23 октября 2025 года

Оренбургский областной суд в составе:

предстательствующего судьи Агишевой Н.Н.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Оренбургской области Епифановой Н.В.,

осужденной ФИО2

защитника – адвоката Шарифова М.Ф.оглы, 

при секретаре судебного заседания Симаевой Е.М., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Шарифова М.Ф.оглы в интересах осужденной ФИО2 на приговор Илекского районного суда Оренбургской области от 20 августа 2025 года в отношении ФИО2 ФИО14

Заслушав доклад судьи Агишевой Н.Н., выступление осужденной ФИО2 и её защитника - адвоката Шарифова М.Ф.оглы, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Епифановой Н.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции,

У С Т А Н О В И Л:

приговором Илекского районного суда Оренбургской области от 20 августа 2025 года 

ФИО2 ФИО15 родившаяся (дата) в (адрес), гражданка Российской Федерации, имеющая высшее образование, состоящая в зарегистрированном браке, имеющая двоих малолетних детей, зарегистрированная и проживающая по адресу: (адрес), не судимая:

осуждена по ч. 2 ст. 303 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев, с лишением, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций представителя власти в системе органов внутренних дел Российской Федерации на срок 1 год. 

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены ограничения свободы: не выезжать за пределы территории муниципального образования (адрес) и не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации и обязанность являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц, в дни, установленные данным органом. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения. 

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Судом ФИО2 признана виновной в фальсификации доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание. 

Преступление совершено с (дата) по (дата) в (адрес) при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе адвокат Шарифов М.Ф.оглы в интересах осужденной ФИО2 ставит вопрос об отмене приговора суда. Считает приговор незаконным, необоснованным, немотивированным. В обоснование своих доводов ссылается на положения ст. 49 Конституции РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дела в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре». Отмечает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО2 в инкриминируемом преступлении не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, отсутствуют доказательства для постановки обвинительного приговора, в обоснование чего приводит показания самой ФИО2, ссылается на приобщенные справки, отчеты, поощрения, а также приводит показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2, Свидетель №1, содержание протокола осмотра места происшествия от (дата), заключение эксперта № Э3/70 от (дата). Указывает, что показания ФИО2 в приговоре искажены в части периода нахождения её в отпуске, в который был датирован протокол допроса свидетеля Свидетель №1 Обращает внимание, что компьютером ФИО2 мог пользоваться любой сотрудник полиции, что подтвердила свидетель Свидетель №3 Утверждает, что ФИО2 компьютер не осматривала, как указано в приговоре, а согласно протоколу осмотра места происшествия допрос свидетеля Свидетель №1 был обнаружен (дата), когда фактически уголовное дело находилось в прокуратуре. Отмечает, что в приговоре в отношении ФИО17 указано о возвращении свидетельства о регистрации ТС владельцу ФИО18, в связи с чем считать расписку поддельной не представляется возможным. Указывает, что допрос свидетеля Свидетель №1 в число доказательств вины ФИО16 не включен. Считает, что утверждение суда о том, что фальсификацию доказательств совершила исключительно ФИО2 не основано на полном и всестороннем исследовании всех обстоятельств дела, а именно: свободный доступ к кабинету дознавателя и материалам дела; создание файла допроса свидетеля Свидетель №1 (дата), когда уголовное дело было уже направлено в прокуратуру, по данному факту не была назначена и проведена компьюретно – техническая экспертиза; согласно заключению эксперта от (дата) № рукописные записи в протоколе допроса и расписке выполнены не ФИО2, а другим лицом. Обращает внимание, что для квалификации деяния по ст. 303 УК РФ необходимо установить наличие прямого умысла на фальсификацию доказательств, вместе с тем суд в приговоре обосновывает умысел ФИО2 из служебной загруженности и наличия личной заинтересованности в виде желания улучшить показатели. Утверждает, что в деле отсутствуют прямые доказательства, подтверждающие прямой умысел у ФИО2 Считает, что судом не исследованы альтернативные версии защиты, не проведены необходимые экспертизы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что заместитель прокурора ФИО6 должен был быть опрошен в качестве свидетеля по данному уголовному делу, однако он допрошен не был, обращая внимание, что прокурор ФИО6 принимал участие в качестве государственного обвинителя при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО7, составлял рапорт об обнаружении признаков преступления в действиях ФИО2 и утверждал обвинительное заключение. В связи с изложенным, считает, что прокурор ФИО6 не мог участвовать в уголовном деле в роли государственного обвинителя и поддерживать обвинение, и по смыслу п. 2 ч. 1 ст. 61 УПК РФ подлежал отводу. Полагает, что суд незаконно отказал стороне защиты в удовлетворении заявленного отвода прокурору ФИО6 и не учел наличие «иных обстоятельств» дающих основания полагать о личной, прямой или косвенной заинтересованности ФИО6 в исходе дела. Просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор и признать за ней право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Дудников М.Д. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Шарифова М.Ф.оглы без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступившие возражения, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности осужденной ФИО2 в совершении преступления основаны на совокупности доказательств, надлежащим образом исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.

Суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ, выводы суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления надлежащим образом мотивированы.

В описательно-мотивировочной части обвинительного приговора суда в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО2 преступления правильно установлены судом первой инстанции в ходе судебного заседания и полностью подтверждены доказательствами, которые были добыты в ходе предварительного расследования, проверены в судебном заседании и приведены в приговоре.

Так, ФИО2 в судебном заседании вину в совершенном преступлении не признала. В ходе судебного заседания пояснила, что с (дата) по (дата) находилась в отпуске с выездом за пределы РФ, (дата) приступила к выполнению своих обязанностей, с (дата) по (дата) находилась на больничном. В ноябре (дата) года при сборе уголовного дела в отношении ФИО7 обнаружила, что в протоколе допроса Свидетель №1 отсутствует ее подпись, поэтому и подписала протокол, не прочитав. Обвинительный акт она составляла сама и при этом обнаружила, что отсутствует протокол допроса в компьютере, поэтому она в ручную внесла данный допрос в обвинительный акт. Она протокол допроса сама не печатала, при осмотре компьютера обнаружила файл, созданный (дата) в 20:52, в то время когда уголовное дело находилось у прокурора. Она лично Свидетель №1 не допрашивала.

Надлежащим образом проверив доводы ФИО2 и её защитника об отсутствии в её действиях состава инкриминируемого ей преступления, сопоставив показания осужденной с другими имеющимися в деле доказательствами, оценив их в совокупности со всеми материалами дела, суд обоснованно признал показания осужденной недостоверными и расценил их как способ защиты. 

Несмотря на занятую осужденной ФИО2 позицию по отношению к предъявленному обвинению, суд пришел к обоснованному выводу о ее виновности в совершении преступления, которая установлена собранными по делу доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре, а именно:

- показаниями свидетеля Свидетель №2, являющегося начальником полиции ОМВД России по (адрес), согласно которым в отделе заведено правило, что в случае нахождения дознавателя в отпуске или на больничном, уголовные дела никому не передаются, кто возбудил дело, тот и заканчивает. ФИО1 по уголовному делу в отношении ФИО7 был составлен обвинительный акт и дело передано ему на утверждение, при этом были кое-какие незначительные поправки, которые сразу же были устранены. Ключи от кабинета дознавателя хранятся только у них самих;

- показаниями свидетеля Свидетель №3, являющейся старшим дознавателем ГД ОМВД России по (адрес), согласно которым доказательственную базу по делу в отношении ФИО7 собирала ФИО1, так как дело находилось в ее производстве. Кабинет закрывается и ключи есть у нее и ФИО2 О том вызывала и допрашивала ли ФИО2 Свидетель №1 в рамках уголовного дела в отношении ФИО7 ей не известно. Она не видела, чтобы в августе (дата) году Свидетель №1 приходил к ФИО2;

- показаниями свидетеля Свидетель №1, чьи показания были оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, об обстоятельствах его допроса в качестве свидетеля при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО7 в Илекском районном суде, в ходе которого он был ознакомлен с протоколом своего допроса и обнаружил, что такие показания он не давал и подпись в протоколе от (дата) не его, расписка от (дата) также выполнена не его почерком и подпись не его. В отдел полиции его никто не вызывал и не допрашивал. В июле (дата) года ФИО2 по поводу ФИО7 ему не звонила и не приглашала, никаких повесток он не получал.

Суд обоснованно признал вышеприведённые показания свидетелей достоверными, поскольку они являются допустимыми доказательствами, получены в соответствии с нормами УПК РФ, стабильны, последовательны, согласуются между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествии от (дата), в ходе которого был осмотрен служебный кабинет ФИО2 и на ее компьютере обнаружен файл «Допрос свидетеля Свидетель №1», дата создания документа (дата) в 20 часов 52 минуты, а также изъяты протокол допроса Свидетель №1 от (дата) и копии книги регистрации посетителей, в которой отсутствует запись о посещении Свидетель №1 отдела полиции (дата);

- протоколом осмотра места происшествия от (дата), в ходе которого старшим инспектором ФИО8 добровольно выданы свободные образцы почерка ФИО2 (рапорты, справки о доходах);

- протоколом осмотра места происшествия от (дата), в ходе которого в здании Илекского районного суда было осмотрено уголовное дело в отношении ФИО7;

- заключением эксперта № Э3/70 от (дата), согласно которому подписи и записи от имени Свидетель №1 в протоколе допроса свидетеля от (дата) и расписке от (дата) выполнены не Свидетель №1, подпись в графе «дознаватель» выполнены ФИО2;

- заключением эксперта № Э3/92 от (дата), согласно которому рукописные записи в протоколе допроса свидетеля Свидетель №1 и расписке Свидетель №1 выполнены не ФИО2, а другим лицом;

- протоколом осмотра предметов от (дата), в ходе которого были осмотрены и приобщены копии материалов уголовного дела в отношении ФИО7 и другими письменными доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Все изложенные в приговоре доказательства, которые стороны представили в ходе судебного разбирательства, суд исследовал полно и объективно, их анализ и оценка изложены в приговоре, вследствие чего доводы апелляционной жалобы о том, что суд постановил приговор на сомнительных, противоречивых, в том числе полученных с нарушением закона доказательствах, суд апелляционной инстанции обоснованно отклоняет. Все изложенные в приговоре доказательства суд проверил, сопоставив их между собой, каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, с приведением мотивировки принятых в этой части решений, не согласиться с которой не имеется оснований.

Каких-либо данных о заинтересованности свидетелей в исходе дела, оговоре ими осужденной в судебном заседании, равно и существенных противоречий в их показаниях, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда первой инстанции о виновности осужденной, судом апелляционной инстанции не установлено. Объективные данные, опровергающие изложенные в приговоре показания свидетелей в материалах дела отсутствуют и суду представлены не были.

Все письменные доказательства, в том числе протоколы выемки, осмотров, положенные в основу приговора, непосредственно исследованы судом, их содержание приведено в приговоре, и им дана соответствующая оценка в совокупности с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, при этом по существу их содержание стороной защиты не оспаривалось.

Приведенные в приговоре заключения экспертов суд обоснованно признал в качестве допустимых доказательств, порядок их назначения и производства соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, выводы экспертов, имеющих значительный стаж работы по специальности, надлежащим образом мотивированы, научно обоснованы и сомнений не вызывают.

Судом проанализированы показания осужденной ФИО2, данные ею в судебном заседании, которые расценены как желание оправдать свои действия, вызванное результатами исследования доказательств стороны обвинения. Оценивая позицию осужденной ФИО2, не признавшей свою вину в совершении инкриминируемого преступления и утверждавшей о том, что протокол допроса Свидетель №1 и расписку от его имени она не подделывала, только поставила свою подпись в протоколе допроса в графе дознаватель, не читая его, суд обоснованно признал ее способом защиты от предъявленного обвинения. Свои выводы в указанной части суд мотивировал, изложил в приговоре, и у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для их опровержения.

Оснований полагать, что судом искажены показания осужденной, не имеется. Не полное отражение в приговоре времени нахождения ФИО2 в отпуске является явной технической ошибкой, и не свидетельствует об искажении ее показаний, а также не ставит под сомнения выводы суда о её виновности в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии прямых доказательств умысла и причастности ФИО2 к фальсификации протокола допроса и расписки, о допущенных в ходе следствия процессуальных нарушениях, выразившихся в том, что не были исследованы альтернативные версии о возможности подделки протокола третьими лицами, не проведена компьютерная экспертиза на предмет выяснения, кто именно создал файл «Допрос свидетеля Свидетель №1», не представлены доказательства, что ФИО2 стремилась искусственно улучшить статистику, являлись предметом оценки судом первой инстанции и были мотивированно отвергнуты, поскольку не исключают в действиях осужденной состава инкриминируемого преступления и не умаляют ее степени ответственности в фальсификации доказательств по уголовному делу.

Как верно отмечено судом, в ходе следствия и в судебном заседании было установлено, что доступ в кабинет дознавателей имелся только у Свидетель №3 и ФИО2, уголовное дело в отношении ФИО7 находилось в производстве только у дознавателя ФИО2 и никому другому в производство не передавалось, о том, что протокол допроса Свидетель №1 изготовлен дознавателем ФИО2, свидетельствует ее подпись в данном процессуальном документе. Каких-либо доказательств заинтересованности Свидетель №3 или иных третьих лиц в фальсификации доказательств по уголовному делу и возможности осуществления этого, в ходе судебного следствия не установлено.

На основании вышеизложенного, доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО4оглы об отсутствии у ФИО2 заинтересованности в фальсификации доказательств уголовного дела судом апелляционной инстанции признаются также несостоятельными. 

То обстоятельство, что нет объективных данных о том, что именно ФИО2 изготовила протокол допроса свидетеля и расписку, проведенной экспертизой установлено, что рукописные записи в протоколе допроса свидетеля Свидетель №1 и расписке Свидетель №1 выполнены не ФИО2, а другим лицом, которое ни органами следствия, ни судом не установлено, на что обращает внимание сторона защиты, не опровергает выводы суда о наличии в действиях ФИО2 состава преступления, так как фальсификация заключалась в том, что ФИО2 внесла в протокол допроса свидетеля заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения о факте производства следственного действия, времени и месте его проведения, а также содержании, при фактическом не проведении данного следственного действия и изготовила расписку от имени свидетеля, в которую внесла также сведения не соответствующие действительности. В рамках расследования уголовного дела в отношении ФИО7 именно дознаватель ФИО2 была обязана принять в отношении него законное и обоснованное решение на основе полученных ею в установленном порядке допустимых, достоверных и относимых доказательств.

Обстоятельств, объективно препятствующих ФИО2 провести данное следственное действие в установленном законом порядке, не имелось, и в суде апелляционной инстанции не приведено, к числу которых не представляется возможным отнести высокую нагрузку на дознавателя и требования руководства отдела полиции об окончании уголовных дел, что не может превалировать над необходимостью осуществления сбора доказательств с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Тот факт, что осужденная ФИО2 находилась в отпуске с (дата) по (дата), тогда как протокол допроса свидетеля Свидетель №1 датирован (дата), в компьютере ФИО2 обнаружен файл с допросом данного свидетеля, созданный (дата), тогда как уголовное дело уже было направлено в прокуратуру (адрес), также не может свидетельствовать о невиновности осужденной ФИО2 в совершении преступления, поскольку данный документ содержит ложные сведения, в том числе и относительно даты его создания. 

Судом первой инстанции верно установлено, что ФИО2 была осведомлена, что протокол допроса Свидетель №1 от (дата) содержит заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения, которые в силу ст. 75 УПК РФ, являются недопустимыми доказательствами и не могут быть использованы для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, однако тем не менее она включила данное доказательство в перечень доказательств в обвинительный акт по уголовному делу в отношении ФИО7 по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ и направила данное уголовное дело начальнику полиции ОМВД России по (адрес) Свидетель №2 для утверждения обвинительного акта и направления его в прокуратуру (адрес), а затем в суд.

Доводы жалобы защитника о том, что допрос свидетеля Свидетель №1 в число доказательств вины ФИО7 не включен не соответствует действительности и опровергаются копией обвинительного акта по обвинению ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, в котором в качестве доказательств виновности последнего приведены показания свидетеля Свидетель №1 от (дата), свидетель Свидетель №1 указан в списке лиц, подлежащих вызову в суд (т. 1 л.д. 15-21).

Вопреки позиции защиты, отраженные в обвинении мотивы действий осужденной в виде иной личной заинтересованности, выразившейся в желании извлечь для себя выгоду неимущественного характера, обусловленную такими побуждениями, как карьеризм, а также из ложно понятых интересов службы в органах внутренних дел, выразившихся в желании улучшения своих показателей по службе путем скорейшего окончания наибольшего количества уголовных дел, и, не желая при этом надлежащим образом выполнять возложенные на нее обязанности по доказыванию и производству следственных действий в строгом соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, в нежелании накладывать арест на имущество обвиняемого, в целях избежать возможных неблагоприятных для себя последствий в служебной деятельности, вплоть до привлечения к дисциплинарной ответственности, обусловленных качеством расследования, вероятностью возвращения уголовного дела для дополнительного расследования, не умаляют степени общественной опасности действий осужденной ФИО2, а напротив, свидетельствуют о недопустимом для дознавателя как для должностного лица формальном подходе к процедуре сбора доказательств без фактической проверки их достоверности. Более того наличие мотива элементом состава инкриминируемого преступления не является.

Тем самым указание осужденной и ее защитником на то, что фальсификация ФИО2 доказательства не повлекла нарушения чьих-либо прав, общественной опасности не представляет, не исключает в действиях осужденной ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, не требующей для квалификации действий виновного лица наступление общественно опасных последствий. 

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2022 года № 20 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях против правосудия» объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, состоит, в частности, в умышленном приобщении лицом, производящим дознание, к уголовному делу в качестве доказательств заведомо поддельных документов, а соответственно по конструкции состава оно носит формальный характер и не предполагает оценки судом существенности его вреда для правосудия и соблюдения прав граждан.

Таким образом, версия об отсутствии состава преступления и возможной причастности к фальсификации документов иных заинтересованных лиц, имевших доступ к кабинету и компьютеру ФИО2, проверена судом первой инстанции на основе совокупности допустимых, взаимодополняющих доказательств и является несостоятельной.

Доводы адвоката Шарифова М.Ф.оглы о том, что выводы суда о виновности ФИО2 не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, являются несостоятельными, поскольку вина осужденной ФИО2 бесспорно доказана совокупностью приведенных в приговоре доказательств, в том числе последовательными показаниями вышеприведенных свидетелей, заключениями экспертиз, иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Доказательства полно и подробно изложены в приговоре. Они согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, дополняют друг друга, совпадают в деталях и не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно признаны судом допустимыми, достоверными и взяты за основу при постановлении приговора. Их совокупность была достаточна для признания вины осужденного ФИО2 Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, приведенной в приговоре, не является основанием для признания приговора незаконным и необоснованным.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции верно квалифицировал действия осужденной ФИО2 по ч. 2 ст. 303 УК РФ - как фальсификация доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание.

Выводы суда относительно квалификации действий осужденной в приговоре надлежаще мотивированы, и с ними полностью соглашается суд апелляционной инстанции. Оснований для иной квалификации действий осужденной, ее оправдания, как об этом ставился вопрос в апелляционной жалобе защитника и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не имеется.

Судом правильно установлено, что ФИО2, являясь дознавателем группы дознания ОМВД России по (адрес) сфальсифицировала доказательства по расследованному ею уголовному делу: протокол допроса свидетеля Свидетель №1 от (дата), изготовление которого было обеспечено ФИО2 без фактического проведения данного следственного действия и изготовила от имени Свидетель №1 расписку о получении им на ответственное хранение автомобиля, при том, что автомобиль ему не передавался, а находился на специализированной стоянке, которые затем приобщила к материалам уголовного дела в качестве доказательств совершения ФИО7 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Осужденная ФИО2 является надлежащим субъектом рассматриваемого преступления, поскольку в соответствии с примечанием № 1 к ст. 285 УК РФ, п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» должностными лицами признаются лица постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющим функции представителя власти, в том числе наделена в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от нее в служебной зависимости, а также правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, организациями, учреждениями независимо от их ведомственной принадлежности и форм собственности.

Как установил суд и указал в приговоре, на момент совершения преступления ФИО2 являлась должностным лицом – дознавателем группы дознания ОМВД России по (адрес), с (дата) осуществляла предварительное расследование по уголовному делу № по обвинению ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ. Таким образом, на основании приказа начальника Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по (адрес) от (дата) № л/с ФИО2 являлась должностным лицом, осуществлявшим на постоянной основе функции представителя власти.

Анализ доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, позволил суду первой инстанции сделать правильный вывод о наличии у ФИО2 прямого умысла на совершение преступления, выразившегося в осознанном предоставлении фальсифицированных документов в качестве доказательств по уголовному делу в отношении ФИО7

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, оснований для оправдания ФИО2 по предъявленному обвинению в совершении инкриминируемого преступления, у суда не имелось, не имеется таких оснований, и у суда апелляционной инстанции.

То обстоятельство, что прокурор ФИО6 принимал участие в качестве государственного обвинителя и поддерживал обвинения при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО7, подал рапорт об обнаружении признаков преступления в действиях ФИО2, утверждал обвинительное заключение в отношении ФИО2, не свидетельствует о невозможности участия прокурора ФИО6 и поддержания обвинения в отношении ФИО21.А. при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, поскольку исходя из положений ч. 2 ст. 66 УПК РФ, участие прокурора в производстве предварительного расследования, а равно его участие в судебном разбирательстве не является препятствием для дальнейшего участия прокурора в производстве по данному уголовному делу. Оснований для отвода прокурора, предусмотренных положениями ст. 61 УПК РФ, у суда первой инстанции не имелось, поскольку данных об обстоятельствах, исключающих участие прокурора ФИО6 в производстве по делу в соответствии со ст. ст. 61, 66 УПК РФ, не имеется. Каких-либо фактических сведений, свидетельствующих о личной заинтересованности государственного обвинителя ФИО6 в исходе дела, не связанной с выполнением должностных обязанностей по поддержанию обвинения от имени государства, суду апелляционной инстанции не представлено, апелляционная жалоба также не содержит таких сведений. В связи с чем, ходатайство адвоката Шарифова М.Ф.оглы об отводе прокурора ФИО6 судом первой инстанции обоснованно оставлено без удовлетворения. Постановление Илекского районного суда (адрес) от (дата) является законным.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном разбирательстве, ставящих под сомнение законность, обоснованность и справедливость обвинительного приговора, по делу не допущено.

Нарушений требований ст. ст. 14, 15 УПК РФ судом допущено не было. Из протокола судебного заседания сведений о нарушениях порядка проведения и необъективности проведенного судебного следствия не усматривается: судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, усомниться в правильности которых у суда апелляционной инстанции нет оснований, права и законные интересы участников уголовного судопроизводства не были стеснены или нарушены.

Несогласие стороны защиты с решениями суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайств, заявленных в судебных заседаниях, не свидетельствуют о наличии у суда обвинительного уклона. Утверждение стороны защиты о предвзятости суда и обвинительном уклоне судебного следствия опровергается содержанием протокола судебного заседания. 

В ходе судебного разбирательства суд тщательно проверил все версии и доводы стороны защиты о невиновности ФИО2 и мотивированно указал на их несостоятельность.

Фактически все доводы апелляционной жалобы адвоката в целом, были предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были проверены или не учтены судом первой инстанции, повлияли бы на обоснованность и законность приговора либо опровергали выводы суда первой инстанции, а по существу, сводятся к несогласию с выводами суда и направлены на их переоценку, основанную на собственной субъективной трактовке стороны защиты фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, в связи с чем, не являются основаниями для отмены или изменения приговора.

Совокупность исследованных по делу доказательств полностью опровергает доводы, изложенные осужденной и стороной защиты, в апелляционной жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции об оправдании осужденной, которые признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, как избранный стороной защиты способ защиты осужденной от предъявленного обвинения.

При назначении наказания ФИО2 суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учел обстоятельства дела, характер и общественную опасность совершенного преступления, данные, характеризующие личность осужденной, обстоятельства, влияющие на размер наказания, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи. 

Судом были изучены и учтены при назначении наказания данные о личности ФИО2, которая является гражданкой Российской Федерации, имеет постоянное место жительства и регистрации, не судима, на профилактических учетах не состоит, характеризуется по месту работы исключительно с положительной стороны, по месту жительства посредственно, состоит в зарегистрированном браке, имеет двоих малолетних детей.

К обстоятельству, смягчающего наказание ФИО2, судом обоснованно отнесено, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, – наличие двоих малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденной ФИО2, верно не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновной, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу, что достижение целей наказания и исправление ФИО2 возможно при назначении ей основного наказания в виде ограничения свободы. Установленные осужденной ограничения при отбывании основного наказания соответствуют требованиям ст. 53 УК РФ.

Обстоятельств, препятствующих назначению наказания в виде ограничения свободы, предусмотренных ч. 6 ст. 53 УК РФ, судом на момент вынесения решения не установлено.

Также обоснованным с учетом всех вышеперечисленных обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, следует признать решение суда о назначении осужденной ФИО2 дополнительного наказания с учетом положений ч. 3 ст. 47 УК РФ в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением организационно – распределительных функций представителя власти в системе органов внутренних дел Российской Федерации, которое надлежащим образом мотивировано.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, совершенного ФИО2, поведения осужденной во время и после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основание для применения положений ст. 64 УК РФ, судом не установлено, с чем также соглашается суд апелляционной инстанции.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления судом верно не установлено, учитывая конкретные обстоятельства и характер совершенного преступления, степень его общественной опасности, личность осужденной.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

Оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы адвоката Шарифова М.Ф.оглы в интересах осужденной ФИО2, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Илекского районного суда Оренбургской области от 20 августа 2025 года в отношении ФИО2 ФИО20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Шарифова М.Ф.оглы в интересах осужденной ФИО2 – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня оглашения апелляционного постановления. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись Н.Н. Агишева 

Копия верна. Судья Н.Н. Агишева