САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-1903/2026 (33-24972/2025;) Судья: Григорьева Н.Н.

УИД 78RS0002-01-2024-010182-23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 12 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Бородулиной Т.С.

судей

ФИО1, ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1436/2025 по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 04 июня 2025 года по иску по иску ФИО4 к ПАО Сбербанк о признании договоров недействительными.

Заслушав доклад судьи Бородулиной Т.С., объяснения представителя истца, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика, возражавшего против доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился с иском к ПАО Сбербанк о признании договоров потребительского кредита от 

<

дата> на сумму 480 000 руб., потребительского кредита от 

<

дата> на сумму 450 000 руб., заключенных между сторонами недействительными с даты их заключения. В обоснование иска указывал на то, что 

<

дата> истец находился на берегу Финского залива 

<

адрес>, где неустановленными лицами был похищен, принадлежащий истцу телефон Айфон 12 мини, затем 

<

дата> и 

<

дата> были оформлены два потребительских кредита через мобильное приложение, договоры были подписаны электронной подписью истца, после зачисления кредитных средств на счет истца, были переведены на счета третьих лиц. 

<

дата> истец обратился в банк с заявлением о расторжении кредитных договоров, указывая на их недействительность. В добровольном порядке банк убытки, причиненные, мошенниками не возместил. 

<

дата> СУ УМВД России по 

<

адрес>, возбуждено уголовное дело №..., по признакам преступлю предусмотренного п.п. «в, г» ч. 2, ст.158 УК РФ.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 04 июня 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда, истец ФИО4 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, указывая на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ненадлежащую оценку доказательств.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, реализовал право на участие в деле через представителя.

При таких обстоятельствах судебная коллегия сочла возможным рассмотреть гражданское дело по апелляционной жалобе в отсутствие неявившихся лиц в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему

Судом установлено и из материалов дела следует, что между истцом и ПАО Сбербанк 30.07.2017 был заключен договор банковского обслуживания №... по заявлению истца (л.д. 36).

В соответствии с заявлением на банковское обслуживание истец выразил свое согласие с «Условиями банковского обслуживания физических лиц», принял на себя обязательства их выполнять. Истцу также была предоставлена услуга дистанционного доступа к счетам карт с использованием мобильной связи «Мобильный банк» на номер телефона +№....

В соответствии с п. 3.9 Договора банковского обслуживания клиент имеет право заключать с Банком кредитные договоры, в том числе с использованием системы «Сбербанк Онлайн». Все операции производимые с использованием системы «Сбербанк Онлайн» клиент подтверждает одноразовым паролем, который приходит на номер телефона, зарегистрированный для доступа к мобильному банку, либо путем нажатия при совершении операций кнопки «Подтверждаю».

Регистрация мобильного приложения была проведена ранее, с использованием устройства истца в системе осуществлялись операции, которые оспорены не были.

По сведениям Банка 18.05.2024 С. в 10:44:53, и 18.05.2024 в 11:16:42 с использованием реквизитов и персональных средств истца оформлены заявки на получение кредита на сумму 450 000 руб. и на 480 000 руб. в мобильном приложении Сбербанк Онлайн с использованием устройства, которые подтверждены смс-паролем, после принятия банком положительного решения истцу предоставлены индивидуальные условия кредитования, которые также были подписаны с использованием электронной подписи в виде ввода кода, направленного на номер телефона привязанного к мобильному приложению.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь нормами статей 1, 158, 160, 161, 421, 422, 432, 434, 438, 819, Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом "Об электронной подписи", оценив представленные по делу доказательства пришел к выводу, что кредитные договоры, подписанные истцом в электронном виде соответствуют нормам действующего законодательства и оснований полагать их недействительными не имеется.

Как указано судом, ФИО4 была предоставлена вся необходимая информация, с которой он ознакомился и подтвердил намерение на заключение договоров на предложенных банком условиях.

В 18.05.2024 в 10:44:53 на счет истца на карту VISA5977 были зачислены денежные средства в счет исполнения кредитного договора на сумму 450 000 рублей 18.05.2024 в 11:16:11 на сумму 480 000 руб.

При этом суд пришел к выводу, что оснований для отказа в предоставлении кредита с учетом вышеизложенного у банка не имелось.

После получения вышеуказанных денежных средств на счет №..., указанный в заявке как счет зачисления, истец распорядился полученными денежными средствами путем перевода на свои же счета в другом банке, а также на карту по номеру +№... получатель Ш.К.

Банк со своей стороны дважды предупреждал истца о подозрительности совершенных операций путем приостановки операции на 18.05.2024 в 10:45 (л.д. 72), 18.05.2024 11:31 (возобновлены после подтверждения ее клиентом), при этом истцу были направлены смс-сообщения во избежание мошеннических действий и предложено созвониться с сотрудниками банка по указанным телефонам.

Из расшифровки стенограммы взаимодействия с голосовым помощником 18.05.2024 года в 10:48:54,, а также 18.05.2024 в 11:03:27 следует, что денежные переводы в размере 101 000 руб. и 50 500 руб. соответственно были приостановлены и клиент подтверждает в разговоре, что не находится под чьим-либо влиянием и отдает отчет своим действиям.

Таким образом, суд пришел к выводу, что истец распорядился поступившими на его счет денежными средствами по своему усмотрению, причем делал это последовательно, совершая различные действия, должен был осознавать их последствия.

Кроме того, судом указано, что на момент совершения оспариваемых операций банковская карта истца не была заблокирована как утерянная, или украденная, с какими-либо заявлениями об утере средств доступа или мобильного телефона, в банк истец не обращался.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что действия банка по списанию денежных средств с карт истца являются законными, соответствуют приведенным выше условиям договора на обслуживание карты Сбербанка. Вследствие этого доводы истца о том, что ПАО Сбербанк предоставил истцу услугу ненадлежащего качества, не нашли своего подтверждения.

Доводы о том, что кредитные договоры истец не заключал, судом отклонены, поскольку перечисление денежных средств осуществлено истцом самостоятельно.

При указанных выше обстоятельствах, суд пришел к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют основания для удовлетворения требований истца, так как отсутствуют доказательства, указывающие неправомерные действия банка.

Судом указано, что руководствуясь положениями статей 401, 847, 848, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона РФ «О защите прав потребителей», ФЗ «О национальной платежной системе», Положениями о правилах осуществления перевода денежных средств, утвержденного Центральным Банком РФ 19 июня 1012 г. № 383-П, Банк, получив распоряжение клиента исполнил поручение клиента в соответствии с установленными и согласованными между сторонами правилами.

У ответчика не имелось оснований полагать, что оспариваемые операции совершаются без ведома истца или соответствующих полномочий, у банка отсутствовали правовые основания для неисполнения распоряжений истца на совершение спорных операций.

Кроме того, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также обратил внимание на то, при установлении фактических обстоятельств, ответственность за убытки, причинённые истцу, должны нести третьи лица, совершившие соответствующие противоправные действия по распоряжению денежными средствами истца и получившие в результате этого имущественную выгоду, а не ответчик по данному делу.

Как указано судом, в рамках проведения проверки КУСП по заявлению истца было возбуждено уголовное дело №... по признакам преступления, предусмотренного п.п. «в,г» ч.2 ст. 158 УК РФ, на момент рассмотрения дела не был установлен сам факт кражи, совершенной с банковского счета при хищении безналичных и электронных денежных средств путем их перевода в рамках применяемых форм безналичных расчетов, введения в заблуждение неустановленными лицами.

В силу ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям закона решение суда первой инстанции не отвечает.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате действий неуполномоченных лиц является неправомерным, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 названного кодекса третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Договор, заключенный в результате обмана или иных неправомерных действий, является ничтожным.

С учетом положений закона о сделке как о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, если ответчик приводит доводы об обстоятельствах заключения кредитного договора от его имени без его участия неустановленным лицом с использованием мобильного приложения банка, то эти доводы должны получить правовую оценку суда.

С учетом положений закона о сделке как о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, если ответчик приводит доводы об обстоятельствах заключения кредитного договора от его имени без его участия неустановленным лицом с использованием мобильного приложения банка, то эти доводы должны получить правовую оценку суда. Вместе с тем, судом первой инстанции указанные обстоятельства в качестве юридически значимых определены не были и фактически остались без исследования и оценки.

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

В абзаце 2 пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что двусторонние договоры могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Пункт 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 данного Кодекса (пункт 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

На основании пункта 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (пункт 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 7 и 8 постановления Пленума N 25).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 года, указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

В п. 1 постановления Пленума N 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года N 2669-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ю. обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Из п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, положений ст. 5 и 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Как было указано ранее кредитные договоры от имени ФИО4 заключенные с ПАО Сбербанк 18.05.2024 года, были совершены с использованием системы дистанционного банковского обслуживания.

При этом, в исковом заявлении истец указывал на то обстоятельство, что кредитный договор был заключен от его имени без его участия иным лицом, поскольку мобильный телефон выбыл из владения истца.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.10.2024, заключение договора между кредитной организацией и клиентом - физическим лицом дистанционно в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью, обеспечивается возможностью идентификации лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ с использованием простой электронной подписи, осуществляемой не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Из положений статьи 2, части 1 статьи 35 Конституции Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 1, статьи 153, пункта 1 статьи 160, пунктов 1 и 2 статьи 432, пункта 1 статьи 435, статьи 820 ГК РФ, статей 8 и 10 Закона о защите прав потребителей, статьи 5 и пункта 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), части 2 статьи 5, части 2 статьи 6 и статьи 9 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" следует, что при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств, кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

С учетом изложенного легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Из списка смс-сообщений, направленных банком (л.д. 71-72) 18.05.2024 следует, что в 02.22 на телефонный номер, принадлежащий истцу, было направлено сообщение о регистрации в Сбербанк Онлайн, в тот же день в 10.42 направлено сообщение об одобрении кредита на сумму 400 000 рублей, в 10.44 направлено сообщение о получении кредита в сумме 450000 рублей на 36 месяцев под 21, 9 % годовых, а также код; в 10.45 направлено сообщение о зачислении кредита, в 10 часов 48 минут направлено сообщение о приостановлении подозрительного перевода, в дальнейшем были направлены смс о переводе денежных средств в 10.50, 10.57, 10.59, 11.01.

В 11 часов 03 минуты направлено сообщение о приостановлении перевода, после чего в 11.07 и 11.10 совершены оплаты со счета банковской карты.

Уже в 11 часов 16 минут вновь направлено сообщение о получении кредита в сумме 480000 рублей на 36 месяцев под 21, 9 % годовых, а также код, и смс сообщение о зачислении кредита.

После зачисления кредита произведено списание денежных средств, о чем направлены смс в 11.18, 11.21, 11.22, 11.24, 11.29.

Таким образом, спорные кредитные договоры, заключены посредством электронного взаимодействия, однако действиям банка как профессионального участника этих правоотношений с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств, судом первой инстанции в нарушение приведенных выше положений закона и его толкования никакой правовой оценки не дано.

В силу пункта 1 статьи 845 названного Кодекса по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

В соответствии с пунктом 3 указанной статьи банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Статьей 847 этого же Кодекса предусмотрено, что права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета (пункт 1).

Клиент может дать распоряжение банку о списании денежных средств со счета по требованию третьих лиц, в том числе связанному с исполнением клиентом своих обязательств перед этими лицами. Банк принимает эти распоряжения при условии указания в них в письменной форме необходимых данных, позволяющих при предъявлении соответствующего требования идентифицировать лицо, имеющее право на его предъявление (пункт 2).

Договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и другими документами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации), кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом (пункт 4).

При приеме к исполнению платежного поручения банк обязан удостовериться в праве плательщика распоряжаться денежными средствами, проверить соответствие платежного поручения установленным требованиям, достаточность денежных средств для исполнения платежного поручения, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений, предусмотренные законом, банковскими правилами и договором (абзац 1 пункта 2 статьи 864 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные требования содержатся в части 4 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" (в редакции, действующей на момент совершения спорных операций, далее - Закон N 161-ФЗ).

Таким образом, по смыслу приведенных правовых норм, банк несет риск ответственности за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами.

Частью 5.1 статьи 8 Закона N 161-ФЗ предусмотрено, что оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента.

К указанным признакам осуществления переводов денежных средств без согласия клиента пунктом 3 приказа Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525 действовавшим на момент совершения спорныхоперация, отнесены: несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В данном случае, банк, приостанавливая операции по переводу денежных средств, с очевидностью отнес их к обладающими признаками осуществления перевода денежных средств без согласия клиента.

Однако оценка добросовестности действий банка при разблокировке операций по счету судом первой инстанции не дана.

Формально сославшись на приостановление банком операций по счету и разблокировку их с помощью голосового помощника, суд не дал оценки содержанию представленных ответчиком стенограмм.

Из содержания стенограмм разговора с голосовым помощником «Афина», состоявшихся 18.05.2024 в 10.48.54, 11.33.55, 12.09.08, 12.09.33, 10.57.38 следует, что голосовым помощником задавались вопросы о том совершается ли операция по переводу самостоятельно, однако какие-либо вопросы, позволяющие произвести идентификацию клиента, заданы не были, вопросы, задаваемые голосовым помощником подразумевали лишь ответы «да» или «нет», личность клиента каким-либо образом подтверждена не была (паспортные данные, кодовое слово, сведения о предшествующих операциях не выяснялись) (л.д. 133-134).

Согласно пункту 28 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.06.2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей следует учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих об ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 15, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).

Банк как организация, осуществляющая согласно статье 1 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" деятельность, связанную с извлечением прибыли, несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей перед держателем карты независимо от своей вины, в том числе за осуществление платежа по распоряжению неуполномоченного лица.

Принцип ответственности банка как субъекта предпринимательской деятельности на началах риска закреплен также в пункте 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Владелец карты - физическое лицо несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства только при наличии своей вины по основаниям, установленным частью 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичные основания ответственности и условия освобождения от ответственности предусмотрены статьями 13, 14 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей".

Таким образом, положения закона об ответственности владельца счета по операциям, совершенным в сети Интернет с использованием паролей, само по себе не освобождает банк от установленной законом обязанности обеспечить надлежащую защиту от несанкционированного доступа к денежным средствам на счете, а также не исключает применение предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации и Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей" правил, регулирующих основания ответственности и условия освобождения банка от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение этой обязанности.

В соответствии со статьей 7 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель имеет право на то, чтобы услуга при обычных условиях ее использования была безопасна для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причиняла вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" недостатком услуги признается ее несоответствие обязательным требованиям или условиям договора. При оказании услуги исполнитель обязан обеспечить безопасность процесса ее оказания. Обязанность исполнителя обеспечить оказание услуги, соответствующей договору, следует и из пункта 1 статьи 4 названного Закона.

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

С банковского счета заемщика может осуществляться списание денежных средств в счет погашения задолженности заемщика по договору потребительского кредита (займа) в случае предоставления заемщиком кредитной организации, в которой у него открыт банковский счет (банковские счета), распоряжения о периодическом переводе денежных средств либо заранее данного акцепта на списание денежных средств с банковского счета (банковских счетов) заемщика, за исключением списания денежных средств, относящихся к отдельным видам доходов (части 22.1 и 22.2 статьи 5).

Согласно статье 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных этим Федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом (часть 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-0 указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита, и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите и о договоре страхования, что индивидуальные условия договора кредита были согласованы с заемщиком, что волеизъявление на заключение договоров исходило от заемщика, что способ предоставления кредита и номер карты для перечисления денег были указаны заемщиком и т.д., должна быть возложена на Банк.

В данном случае, банк имел возможность и должен был идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Вместе с тем, ответчиком не представлено достоверных и достаточных доказательств обеспечения безопасности при совершении операций как по заключению кредита, так и по переводу денежных средств с использованием системы дистанционного банковского обслуживания.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что банк не учел интересы потребителя и не обеспечил безопасность дистанционного предоставления услуг, в связи с чем, его действия нельзя признать добросовестными и осмотрительными.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019), утвержденного 24 апреля 2019 г. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, кредитный договор, заключенный в результате мошеннических действий, является недействительной (ничтожной) сделкой.

При этом демонстрация ответчиком посредством предоставления скриншотов мобильного приложения Сбербанк, где наглядно показан процесс оформления кредитного договора, равно как и указание ответчика на то, что без личного участия клиента заключение кредитного договора невозможно, не свидетельствуют о заключении кредитного договора самим истцом, поскольку факт утраты мобильного телефона в результате хищения неустановленными лицами не опровергнут.

Приходя к выводу о недействительности спорных кредитных договоров, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии как волеизъявления ФИО4 на заключение кредитного договора, получение кредитных денежных средств и совершение операций с денежными средствами, так и возможности ознакомления с условиями данных договоров и иных документов до их подписания путем проставления подписи в соответствии с правилами дистанционного банковского обслуживания.

Доводы ответчика относительно соблюдения при заключении спорного договора требований гражданского законодательства и положений действующих банковских правил, договора о комплексном банковском обслуживании, дистанционном банковском обслуживании не влияют на выводы суда первой инстанции о недействительности спорного договора, поскольку судом установлено отсутствие волеизъявления истца на его заключение в период, когда устройство доступа выбыло из его владения и находилось в распоряжении неустановленных лиц, в то время как истец не имел объективной возможности предотвратить действия по заключению договора, денежные средства по кредитному договору не получал и не распоряжался ими, поскольку денежные средства переведены на счета третьих лиц, согласно выпискам по счету.

То обстоятельство, что истец своевременно не сообщил об утрате мобильного устройства, само по себе не свидетельствует о добросовестности банка, который мог и должен был усомниться в том, что как заявка на получение кредита так и распоряжения на перевод денежных средств совершены истцом, однако не проявил должной заботливости и осмотрительности, в том числе и с учетом того обстоятельства, что разница между получением первого кредита и подачей второй заявки на заключение иного кредитного составляла около 30 минут.

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований не могут быть признаны обоснованными, решение суда, применительно к положениям п. 3,4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований.

В силу части 6 статьи 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

В данном случае, денежные средства по спорным кредитным договорам перечислены 18.05.2024 года, следовательно, датой заключения договора является 18.05.2024, однако неверное указание истцом в просительной части искового заявления даты заключения оспариваемого договора, не может повлечь отказ в удовлетворении исковых требований.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В данном случае, с учетом совершения сделок от имени лица неустановленными лицами, в отсутствие воли истца, правила двусторонней реституции неприменимы. Иное означало бы несоответствие задачам гражданского судопроизводства, закрепленным в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом положений статей 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", с целью восстановления прав истца как третьего лица, чьи права были нарушены совершением ряда недействительных операций, судебная коллегия полагает необходимым применить последствия недействительности договоров в виде признания задолженности по ним отсутствующей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 04 июня 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение.

Признать кредитные договоры от 18 мая 2024 года на сумму 480000 рублей, от 18 мая 2024 года на сумму 450000 рублей, заключенные между ПАО Сбербанк и ФИО4 недействительными.

Применить последствия недействительности кредитных договоров путем признания задолженности по кредитным договорам от 18 мая 2024 года на сумму 480000 рублей и на сумму 450000 рублей отсутствующей.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 12.03.2026