№2-941/2017

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

город Карачаевск 14 декабря 2017 года 

Карачаевский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе

председательствующего судьи Долаева А.С.,

при секретаре судебного заседания Семеновой Ф.С.,

с участием:

-истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по КЧР о взыскании компенсации морального вреда. 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по КЧР с требованием о взыскании компенсации морального вреда, обосновав заявленные исковые требования следующим. 

Согласно справки о реабилитации №18/914 от 03.03.2011 года, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, пребывала под надзором с ограничением прав и свобод с момента ее рождения ДД.ММ.ГГГГ года по апрель 1957 года вместе со всей ее семьей она находилась под надзором органов внутренних дел СССР. Таким образом, общий срок незаконного ограничения ее прав и свобод составил 1 год 6 месяцев.

Исходя из положений Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» статус жертвы политических репрессий, и, как следствие этого, право на меры социальной поддержки, приобретаются на основании справки, выданной компетентными органами государства. 

Закон РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18.10.1991 года № 1761-1 гласит:«Реабилитированным лицам и их наследникам возмещается причиненный в связи с репрессиями материальный вред за счет федерального бюджета».

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 года №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров» даны следующие разъяснения: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации согласно ч.4 ст. 15 Конституции РФ являются составной частью ее правовой системы».

Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст.1 Федерального Закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»).

Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского ("Суда по правам человека от 02.08.2010 года по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии» (жалоба №7975/06).

В соответствии с ч.2 ст.1 ГПК РФ, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила гражданского судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законом, применяются правила международного договора.

Поскольку Российская Федерация, как участник «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней, мои основные требования должны быть разрешены с учетом правовой позиции Европейского Суда, выраженной в Постановлении от 02.02.2010 года по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии» (жалоба №7975/06), которым разрешены аналогичные правоотношения.

Являясь лицом, признанным жертвой советских политических репрессий, и реабилитированным в установленном российским законодательством порядке, ФИО1 считает, что в отношении ее была нарушена ст.1 Протокола №1 Конвенции. 

С 1 января 2005 года гарантия компенсации морального ущерба из преамбулы Закона была исключена. Фактически это отказ от правовой и моральной обязанности государства, что противоречит ст.1 Протокола №1 Конвенции, и не может применяться судами во избежание нарушения ч.4 ст. 15 Конституции РФ.

С момента рождения, ФИО1 со всей семьей вынуждена была существовать в тяжелых жизненных обстоятельствах. Находясь в ужасных бытовых условиях, им приходилось испытывать голод, холод, антисанитарию и болезни. Их семья, как и все остальные переселенцы, находилась под жестким контролем органов внутренних дел, подвергалась унижениям со стороны власти и отдельных граждан СССР, поскольку государство причислило их к числу сочувствующих фашистов и пособникам «изменников Родины». Весь наш народ, в том числе и нашу семью, всячески оскорбляли и унижали, называя предателями и изменниками, следовательно, политическую реабилитацию нельзя считать полной.

Истец считает справедливой и достаточной компенсацию морального вреда, за принесённые моральные и нравственные страдания сумму в 5 000 000 (пять миллионов) рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные в иске требования, просила суд взыскать в ее пользу, в счёт возмещения морального вреда, причинённого незаконными действиями органов государственной власти, с Министерства финансов Российской Федерации из средств Казны Российской Федерации компенсацию в размере 5 000 000 (пять миллионов) рублей. 

Ответчик по делу Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по КЧР направил письменные возражения, из которых следует, что действующее законодательство не предусматривает возможность прямой компенсации морального вреда, причиненного лицам, признанными пострадавшими от политических репрессий. Федеральным законом от 22.08.2004 № 122-ФЗ установлено, что указанные лица обеспечиваются мерами социальной поддержки на основании законов субъектов Российской Федерации, а соответствующие расходные обязательства являются расходными обязательствами субъектов РФ. Просил рассмотреть дело без участия представителя ответчика, и отказать ФИО1 в удовлетворении заявленных в иске требований. 

Выслушав истца, исследовав материалы дела, суд пришёл к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения заявленных истцом к ответчику требований, по следующим основаниям. 

Представленными суду справками подтверждается, что истец ФИО1 (дата обезличена) года рождения, уроженка уч. Ильич Джамбульского района Джамбульской области, на основании Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР от 12.10.1943 года была подвергнута политической репрессии по национальному признаку в виде высылки в Казахскую ССР, где она находилась с октября 1955 года по апрель 1957 года. На основании пункта «в» ст. 3 Закона Российской Федерации от 18.10.1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий» ФИО1 была реабилитирована, что подтверждается выданной Министерством внутренних дел Карачаево-Черкесской Республики, справкой о реабилитации №18/914 от 03.03.2011 г.

Российская Федерация, признала незаконными действия тоталитарного советского режима по применению репрессий в отношении тех народов, которые подвергались геноциду и необоснованным обвинениям. Стремясь к восстановлению исторической справедливости, Россия законодательно провозгласила отмену всех незаконных актов, принятых в отношении репрессированных народов. Законом РСФСР от 26.04.1991 №1107- «О реабилитации репрессированных народов» государство предусмотрело территориальную, политическую, социальную и культурную реабилитацию репрессированных народов, а также возмещение ущерба, причинённого репрессированным народам и отдельным гражданам со стороны государства в результате репрессий. С целью реабилитации всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1943 года, восстановления их в гражданских правах, устранения иных последствий произвола и обеспечения посильной компенсации причинённого им ущерба был принят Закон Российской Федерации от 18.10.1991 года №1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий».

Являясь реабилитированным лицом, истец ФИО1 в соответствии с Законом РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» и Законом Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» имеет право на льготы и меры социальной поддержки, установленные названными федеральными законами, а также Законом Карачаево-Черкесской Республики от 22 августа 2004 года №122 -ФЗ «О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий» и иными федеральными и республиканскими нормативно-правовыми актами. Однако, ни один нормативно-правовой акт, касающийся реабилитации жертв политических репрессий и регулирующий рассматриваемые судом по настоящему делу правоотношения, не предусматривает возможность компенсации причинённого репрессированным лицам морального вреда путём выплаты им денежной компенсации этого вреда.

Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», принимался в целях компенсации материального и морального вреда, причинённого репрессированным лицам. Однако, используемые в этом законе специальные публично-правовые механизмы компенсации, в отличие от гражданского законодательства, не предусматривают разграничение возмещения материального и морального вреда, при этом Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» предусматривает комплекс мер, направленных на социальную защиту этой категории граждан. По своей правовой природе данные виды государственной социальной поддержки являются льготами, носящими компенсаторный характер, установление порядка предоставления которых в соответствии со ст. 17 Закона возложено на Правительство Российской Федерации.

Предоставление реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, льгот (именуемых в настоящее время мерами социальной поддержки) направлено на создание благоприятных условий для реализации прав и свобод названными категориями граждан и обеспечение их социальной защищённости. По своей правовой природе эти льготы носили компенсаторный характер и в совокупности с иными мерами были призваны способствовать возмещению вреда, причинённого в результате репрессий. Следовательно, льготы, которые установлены федеральным законодателем для реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в их материальном (финансовом) выражении входят в признанный государством объём возмещения вреда, включая моральный вред. Данная правовая позиция изложена в ряде сохраняющих свою силу определений Конституционного Суда Российской Федерации (от 10 июля 2003 г. N 282-О, от 5 июля 2005 г. N 246-О, от 27 декабря 2005 г. N 527-О, от 17 октября 2006 г. N 397-О, от 15 мая 2007 г. N 383-О-П, от 24 июня 2008 г. N 620-О-П, от 16 декабря 2010 г. N 1627-О-О и др.)

Таким образом, федеральным законодательством в соответствии с требованиями Конституции Российской Федерации были установлены порядок и последствия реабилитации, определены формы, способы восстановления прав жертв политических репрессий, способы, формы и размеры возмещения государством вреда реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, в целях компенсации как материального, так и морального ущерба, общие принципы предоставления им мер социальной поддержки, а также гарантируемый минимальный (базовый) уровень такой поддержки. Таким образом, предоставление государством реабилитированным лицам предусмотренных законом и подзаконными нормативными актами льгот и компенсаций по своей правовой природе является формой возмещения вреда, причинённого этим лицам, включающего и возмещение морального вреда.

Суд также учитывает то обстоятельство, что ответственность за причинение морального вреда и возможность его денежной компенсации впервые были установлены Основами гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, вступившими в законную силу 3 августа 1992 года. Как следует из доводов истца Моральный вред в виде нравственных и физических страданий был причинён ему в период с 1955 года до 1957 год, то есть до введения в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР, предусмотревших такой вид ответственности, как компенсация морального вреда. Согласно положениям ч.1 ст.54 Конституции Российской Федерации и п.1 ст.4 ГК РФ нормы права, касающиеся возможности денежной компенсации морального вреда, не подлежат применению к спорным правоотношениям. Согласно определения Конституционного Суда Российской Федерации, от 18 января 2005 года N 7-О, общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

Также приведенное истцом в обоснование заявленных требований, постановление Европейского суда не состоятельно, в Российской Федерации, имеется эффективная система внутригосударственных средств правовой защиты в отношении жертв политических репрессий, к которым относится и истец ФИО1 следовательно ссылка истца, на нарушение практики Европейского Суда, а именно на Постановление от 2 февраля 2010 года по делу "Клаус и Юрий Киладзе против Грузии", предусматривающая присуждение заявителям по указанному делу денежных сумм, в счет компенсацией за нарушение их права на имущество по статье 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку в течение 11 лет государство уклонялось от осуществления мер по принятию законодательства, административных и бюджетных мер, чтобы лица, на которых распространяется действие статьи 9 Закона Грузии от 11 декабря 1997 г., могли эффективно использовать права, гарантированные данным положением. На основании приведённых выше установленных судом по делу обстоятельств суд приходит к выводу о необоснованности заявленных истцом требований, в связи с изложенным, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований о взыскании в пользу ФИО1 с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КЧР из средств Казны Российской федерации в счет возмещения морального вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти, компенсации в 5 000000 (пять миллионов) рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики в течение месяца со дня вынесения через Карачаевский городской суд КЧР.

Председательствующий судья А.С. Долаев