Председательствующий: Максиян О.Г. уголовное дело №22-46/2025

Апелляционное постановление

город Красноярск 16 января 2025 года

Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Красноярского краевого суда Носова В.В.,

при секретаре судебного заседания Рогожиной А.А.,

с участием прокурора Мазуровой Ю.А.,

осужденного ФИО1 по системе видео-конференц-связи,

защитника-адвоката Кочубина А.Н. по системе видео-конференц-связи,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника-адвоката Кочубина А.Н. в интересах осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя Степанова В.А. на приговор Ермаковского районного суда Красноярского края от 22 октября 2024 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>,

- осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 100 000 рублей.

Приговором разрешены вопросы о мерах процессуального принуждения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Кочубина А.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Мазуровой Ю.А., поддержавшей апелляционное представление, суд 

установил:

ФИО2 осужден за халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей по должности вследствие небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба и существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление совершено ФИО2 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Ермаковским районным судом Красноярского края постановлен вышеназванный приговор.

В апелляционных жалобах защитник-адвокат Кочубин А.Н. в интересах осужденного ФИО3 указывает на то, что, по его мнению, приговор не является законным и обоснованным, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона.

Приговор содержит многочисленные противоречивые выводы суда, неверно истолковывающие существо исследованных в судебном заседании доказательств, что искажает смысл этого судебного решения.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, приведенные в приговоре, основаны в основной своей части на допущениях и предположениях, которые в полной мере не подтверждены доказательствами, непосредственно рассмотренными в судебном заседании.

Приговор вынесен с обвинительным уклоном, с грубыми нарушениями прав обвиняемого на защиту

Никакого преступления ФИО2 не совершалось. Судом в приговоре «якобы» установлена виновность ФИО2 «якобы» в совершении им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ. Данное обстоятельство не соответствует действительности.

Сторона защиты считает, что достоверных доказательств, либо их совокупности, прямо указывающих на совершение ФИО2 преступных действий, за которые он осужден, суд в обжалуемом приговоре не привел.

Судом неверно установлена сумма «якобы» причиненного действиями ФИО2 крупного материального ущерба, о чем в приговоре сделан вывод на основании вступившего в законную силу приговора Ч..

Контейнеры не были переданы населению не по вине ФИО2.

Контейнеры поставлены и соответствуют требованиям ГОСТа. Материальный ущерб, если таковой был, к моменту вынесения решения отсутствует.

Согласно Постановлениям от 7 марта 2023 года (Т-5 л.д.250-254) эти контейнеры в уголовном деле против Ч. следователь признал вещественными доказательствами и передал на ответ хранение главе образования ФИО4 до вступления приговора, вынесенного, как понимает защита, в отношении Ч., в законную силу либо до истечения срока обжалования Постановления или определения о прекращении уголовного дела.

Суд в приговоре ссылается на заключение эксперта № 2367/3-1-23 от 24.11.2023 г., которым установлено нарушение технических условий - стенки контейнерного оборудования, поставленного Ч. Д.В. по муниципальным контрактам №№ 13 и 14 от 26.09.2022 г., изготовлены из листовой стали толщиной 2 мм.

Сторона защиты оспорила данное заключение экспертов по следующим мотивам:

по мнению стороны защиты при подготовке Технического задания (описания объекта закупки) по муниципальным контрактам №13 и №14 от 26.09.2022 г. были допущены нарушения в описании объекта закупки по характеристике толщины стенки контейнеров.

Формулировки ООЗ в контрактах 13 и 14 не менее 3 мм.

Тоже согласно ст. 33 ФЗ 44-ФЗ, ОСТ 22-1643-85 «Мусоросборники и контейнеры металлические для бытового мусора и пищевых отходов. Общие технические условия» (утв. приказом Минстройдормаша СССР от 29.08.1985г. №601 не менее 2 мм.

Специалист по муниципальному заказу и проведению закупок администрации Ермаковского района П. при подготовке техзадания не использовала технический стандарт ОСТ 22-1643-85, не указала ссылку на соблюдение требований нормативов государственной стандартизации и, в нарушение п. 2. ст. 33 44-ФЗ, не указал дополнительно в техническом задании обоснование необходимости использования других требований, то есть требование к толщине стенок изделия не менее 3 мм.

Подготовив ненадлежащую документацию, она отправила ее в Краевое министерство экологии, где не обнаружили данное нарушение требований к техническим условиям оборудования и не исправили его на стадии подготовки и согласования всех условий поставки.

Исходя из информации, представленной в Заключении экспертов № 2367/3-1/23 от 24.11.2023 г. при подготовке Технического задания (описания объекта закупки) по муниципальным контрактам №13 и №14 от 26.09.2022 г. были допущены нарушения в описании объекта закупки характеристики толщины стенки контейнеров:

1. В нарушение п. п.2 п.1 ст. 33 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" специалист, ответственный за подготовку технического задания не использовал при составлении описания объекта закупки показатели, требования, касающиеся технических, качественных характеристик объекта закупки, которые предусмотрены техническими регламентами, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, документами, разрабатываемыми и применяемыми в национальной системе стандартизации, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, иных требований, связанных с определением соответствия поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги потребностям заказчика.

2. Специалист при подготовке техзадания не использовал технический стандарт ОСТ 22-1643-85, не указал ссылку на соблюдение требований нормативов государственной стандартизации и, в нарушение п. 2. ст.33 44- ФЗ, не указал дополнительно в техническом задании обоснование необходимости использования других требований, то есть требование к толщине стенок изделия не менее 3 мм.

Исходя из информации, заключение экспертов, согласно измерениям, проведенным измерительным оборудованием (мерная лента, микрометр) поставленный товар имеет следующие фактические размеры толщины стенки контейнера 2,25 мм, что не меньше толщины стенки 2 мм, согласно технического стандарта ОСТ 22-1643-85 «Мусоросборники и контейнеры металлические для бытового мусора и пищевых отходов. Общие технические условия», утвержденные приказом Минстройдормаша СССР от 29.08.1985г. №601.

В описании объекта закупки толщина стенок контейнеров в контрактах, представленных в заключении экспертов для сравнения цен с реестровыми записями в ЕИС №3245600175922000054 (2 мм, указана ссылка на ОСТ 22- 1643-85); №3245901102522000002 (2-3 мм); №3244200682022000058 (размер не указан, но в требовании к качеству и упаковке товара указано требование к соблюдению ГОСТов).

Таким образом, с учетом вышеизложенного и согласно п. 2 ст. 33 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" специалист, ответственный за подготовку технического задания, должен был указать в техническом задании толщину стенки контейнера не менее 2 мм или диапазон не менее 2 мм и не более 3 мм, чему и соответствует фактическая толщина поставленных контейнеров по контрактам №13 и №14 от 26.09.2022 г.

Отсюда вытекает вывод о том, что приемка ответственным лицом поставленных контейнеров по контрактам №13 и №14 от 26.09.2022 г. не привела к приемке товара с худшими характеристиками (поставленный товар имеет характеристики толщины стенок не менее технического норматива, указанного в стандарте ОСТ 22-1643-85), а соответственно не принесла ущерба бюджету Красноярского края.

Сравнительный анализ цен контейнеров в контрактах №13 и №14 с рыночными ценами по контрактам с реестровыми записями в ЕИС №3245600175922000054, №3245901102522000002, и №3244200682022000058, указанными в заключении экспертов нельзя считать корректным, потому что цены, сложившиеся в результате состоявшихся аукционов, не могут быть предсказуемы. Проценты снижения цены от НМЦК по вышеперечисленным контрактам в результате проведенных электронных аукционов составили 25.5%; 47,5%; 59,19%. Проценты снижения цены от НМЦК в результате проведенных электронных аукционов составили по контракту №13 от 26.09.2022 г - 13%, по контракту №14 от 26.09.2022 г. - 14%, что соответствует принципу обеспечения конкуренции при осуществлении закупок.

Средняя цена за единицу товара составила 19 093.33 руб.

Сумма отклонения цены за единицу товара по контрактам №13 и №14 от средней цены за единицу товара составила 3 040, 003. Сумма по двум контрактам 13 и 14 от 26.09.2022г (3 040,003*175) = 532 000,52 руб.

Согласно п. 3.20 раздела III Методических рекомендаций по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем (Приказ Минэкономразвития России от 02.10.2013 №567) в целях определения однородности совокупности значений выявленных цен, используемых в расчете НМЦК, рекомендуется определять коэффициент вариации.

Коэффициент вариации цен за единицу товара из расчета НМЦК к упомянутым выше контрактам и муниципальных контрактов №13 и №14 от 26.09.2022г составляет 17%.

Согласно п. 3.20.2 раздела III Методических рекомендаций (Приказ Минэкономразвития России от 02.10.2013 №567) совокупность значений, используемых в расчете, при определении НМЦК считается неоднородной, если коэффициент вариации цены превышает 33%.

Соответственно, расчет средней цены за единицу контейнеров для мусора из НМЦК к муниципальным контрактам №13 и №14 от 26.09.2022г не превышает рыночную цену в регионе из расчета средней цены за единицу контейнеров для мусора из НМЦК к контрактам, представленным в экспертизе более установленного норматива в действующем законодательстве Российской Федерации, а значит не влечет за собой причинение ущерба бюджету Красноярского края.

Таким образом, вышеприведенный анализ технической документации и действующего законодательства, регулирующих данные вопросы по оспариваемой «якобы» выполненной с нарушением закона ФИО2 приемке контейнерного оборудования приводит к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 какого-либо нарушения закона.

Исходя из всего изложенного, эксперт не понял поставленную перед ним задачу в рамках судебной товароведческой экспертизы, ответы на поставленные вопросы являются его субъективным мнением, нарушений норм текущего законодательства не подтверждено.

Сторона защиты заявила ходатайство об исключении данного доказательства стороны обвинения из списка доказательств, но суд не удовлетворил его.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 (ред. от 29.06.2021) "О судебной экспертизе по уголовным делам" указано, что «Необоснованным следует считать такое заключение эксперта, в котором недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования».

По мнению стороны защиты суд незаконно оставил без внимания, оценки и исследования доказательство стороны защиты - заключение эксперта по определению стоимости поставленных контейнеров, которую назначила администрация Ермаковского района, доказательство было предоставлено суду.

Судом неверно дана оценка показаниям свидетелей в части «якобы» совершения нарушений закона ФИО2 по срыву упомянутой выше программы.

В ходе предварительного расследования этот вопрос вовсе не исследовался и этому не добыто ни одного доказательства.

Предъявленные в суде два доказательства стороной обвинения показания свидетелей Я. и П., распечатка «якобы» обсуждения жителями района в интернете вопросов с контейнерами и мусором, которая вовсе не исследовалась судом, просто была приобщена к материалам дела, без выяснения кто именно и по каким вопросам обсуждает и высказывает мнение, так как о программе там нет ни слова.

Показания этих двух свидетелей не могут быть приняты судом во внимание, поскольку у первой вовсе отсутствует земля или жилое строение в поименованном ее сельском поселении, а вторая не смогла внятно объяснить суду исследуемую проблему с Краевой Программой, затруднялась ответить на поставленные ей вопросы, и ее показания просто свелись к тому, что все руководители воруют.

При этом, суд именно на их показаниях пришел к выводу о виновности ФИО2, и что они «якобы» подтвердили факт подрыва авторитета органов местного самоуправления. Эти люди высказали свое мнение.

Свидетели стороны защиты В., В., С., М., Б., М., а это представители народа, руководители Советов, выражающие мнение населения района, выступившие именно по вопросам программы ответили положительно, программа не сорвана и права населения не нарушены, действиями ФИО2 им ущерб не причинен.

Кроме того, судом в приговоре дается тенденциозная оценка показаниям всех свидетелей, допрошенных в судебном заседании, кто хоть на толику дает показания, которые бы свидетельствовали в пользу ФИО2.

23 мая 2024 года в судебном заседании произошла замена Государственного обвинителя. Однако процедуру выяснения у участников суда отношения к замене и права обвиняемого на защиту-отвод судом не выяснялся, чем грубо нарушил судебную процедуру и закон, аналогичное нарушение допущено судом 19 июля, 14 августа 2024 года, не решена судьба вещественных доказательств - контейнеров для сбора мусорных отходов, хранятся на площадках сельсоветов. Данное может свидетельствовать лишь о том, что эти контейнеры, как соответствующие требованиям ГОСТа, будут розданы населению поселений для продолжения приостановленной следователем СК Краевой и районной программ. Это еще одно красноречивое и установленное судом подтверждение невиновности ФИО2.

Судом не был установлен факт, когда бы ФИО2 фактически совершил какие-либо противоправные действия или превысил запрещения Закона.

Перечисленные выше нарушения Конституции, материального и процессуального закона, Постановлений Высших Судов России, судебной процедуры, практики и норм судейской этики, допущенные судом при рассмотрении настоящего уголовного дела, повлекли неблагоприятный исход для обвиняемого ФИО2 и вынесение незаконного приговора.

Просит отменить приговор, ФИО2 оправдать по предъявленному ему обвинению.

В соответствии с апелляционным представлением государственного обвинителя Степанова В.А. приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания.

Судом необоснованно учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2, активное способствование расследованию преступления путем выдачи предмета, имеющего значение для уголовного дела. ФИО2 вину в совершении преступления не признал, информации для раскрытия или расследования преступления органам следствия не предоставил. Штангенциркуль изъят в ходе выемки.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнениями к ней, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу положений ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ и п. 1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре" приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со статьей 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а также неправильное применение уголовного закона.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении халатности не признал, указав, что Агентством государственных закупок Красноярского края были проведены аукционы на поставку мусорных контейнеров, победителем которых был признан Ч. Д.В., с которым заключены соответствующие контракты. По приходу контейнеров их приемка осуществлялась, в том числе, им лично. Ввиду поломки микрометра он использовал штангенциркуль, которым замерил толщину дна контейнеров – составила 3 мм., а толщину стенки по краю замерить не смог, так как все швы были заварены. На тот момент он был уверен, что если дно соответствует, то и стенки контейнеров тоже соответствуют документации. Член приемочной комиссии ФИО4 сообщила ему, что со слов ее мужа С. вопросов по контейнерам нет. Он подумал, что все нормально, и сказал ей, что она может не ехать сама на приемку. Он (ФИО2) и С. съездили в с. Нижний Суэтук и в с. Разъезжее, где проверяли только днища контейнеров, так как стенки замерить было невозможно, они посчитали, что дно и стенки одной толщины, замерили высоту, ширину самого контейнера, все соответствовало требованиям технического задания. В дальнейшем были подписаны акты приемки. 

Кроме того, ФИО2 высказал предположение о его оговоре токарем Д., супругу которого уволила его (ФИО2) жена, как заведующая детским садом. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой показаний Абрамова судом первой инстанции об их принятии в той части, которая не противоречит материалам уголовного дела.

Кроме того, суд приходит к выводу, что фактически показания ФИО2 не опровергают его обвинение, поскольку согласно этим показаниям реальные замеры всех характеристик контейнеров не производились ввиду сломавшегося специального оборудования (микрометра) способного замерить толщину стенок мусорных баков. Также ФИО2 удовлетворил просьбу С. об отсутствии необходимости ее выезда на приемку, понадеявшись на ее ссылку об отсутствии проблем с контейнерами со слов мужа.

Несмотря на непризнание ФИО2 вины, помимо его показаний, обстоятельства преступного деяния подтверждаются совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств, которым дана надлежащая оценка с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности для вывода о квалификации действий подсудимого.

По мнению суда апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, не имеет значение для квалификации действий ФИО2 по ч.1 ст.293 УК РФ фактическое соответствие контейнеров по толщине стенки ОСТ 22-1643-85 "Мусоросборники и контейнеры металлические для бытового мусора и пищевых отходов. Общие технические условия", поскольку: во-первых, ФИО2 предъявлено обвинение, и он признан виновным судом в нарушении иного законодательства, не связанного с требованиями ОСТ; во-вторых, преступное деяние повлекло последствия в виде причинение крупного ущерба и существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, что выразилось в утрате государством выделенных на определенные цели денежных средств, а также описанных в приговоре судом первой инстанции иных негативных последствиях для общества и государства.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что суд первой инстанции сделал верный вывод в указанной части об отсутствии влияния требований ОСТ на предъявленное ФИО2 обвинение.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным довод апелляционной жалобы о том, что специалист при подготовке техзадания не использовал технический стандарт ОСТ 22-1643-85.

Так, данным ОСТ вводится толщина стенки контейнера 2 мм.

При этом, аукционная документация сформирована на поставку контейнеров с толщиной стенки 3 мм., что в совокупности с показаниями свидетелей К., Ш., запросом Главы Ермаковского района В. и ответом на него МУП «Минусинское городское хозяйство» с приложением характеристик контейнера для мусора металлического 0,75 куб.м с крышкой, согласно которому установлены следующие характеристики: материал каркаса металл, высота 106 см, глубина 92 см., ширина 92 см., объем 0,75 куб.м., толщина стенки 3 мм, крышка 1,5 мм. указывает на преследование при подготовке аукционной документации цели улучшения характеристик мусорных баков для их долговечного использования потребителями.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание обязанность комиссии принимать оборудование на соответствие именно требованиям заключенных контрактов.

По тем же причинам суд отвергает довод защитника об отсутствии ущерба в результате действий ФИО2, принявшего оборудование, соответствующее ОСТ по толщине стенки.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований признания недопустимым доказательства – заключения экспертов № 2367/3-1/23 от 24.11.2023 г. (т.5 л.д. 119-143) ввиду ознакомления ФИО2 и защитника с постановлением о назначении экспертизы после ее проведения, поскольку ФИО2 и защитник были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы и с заключением экспертов в полном объеме, им были разъяснены права, предусмотренные ст. 198 и 206 УПК РФ. Предусмотренные УПК РФ возможности относительно каких-либо дополнений по данному поводу сторона защиты не использовала, в том числе при ознакомлении с материалами уголовного дела.

Кроме того, данное Заключение в полном объеме соответствует предписанным Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 (ред. от 29.06.2021) "О судебной экспертизе по уголовным делам" правилам производства судебных экспертиз. Выводы экспертов аргументированы, применены необходимые методы и методики экспертного исследования. Оснований не доверять квалификации экспертов не имеется.

Приведение в приговоре судом первой инстанции позиций, установленных приговором Ермаковского районного суда от 03.07.2024 года, вступившим в законную силу 19.07.2024 года, вынесенным в отношении Ч. Д.В. по ч. 4 ст. 159 УК РФ соответствует положениям ст. 90 УПК РФ.

Бланкетные нормы, необходимые для описания преступного деяния в рамках ч.1 ст.293 УК РФ, приведены в приговоре корректно, соответствуют нормам, регулирующим должностное положение ФИО2 на момент совершения инкриминируемого ему деяния, а также нормам нарушенного бюджетного и экологического законодательства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в каждом случае участия в судебном процессе нового государственного обвинителя, в том числе 23 мая 2024 года, 19 июля 2024 года, 14 августа 2024 года процессуальное право участников процесса на заявление отводов реализовано, что подтверждается соответствующими протоколами судебного заседания. Кроме того, дополнительного разъяснения права на заявление отводов в связи с заменой государственных обвинителей на ранее участвовавших в процессе, в соответствии с нормами УПК РФ, не требуется.

Решение судьбы вещественных доказательств - контейнеров для сбора мусорных отходов в рамках данного уголовного дела не требовалось, поскольку эти вещественные доказательства являются таковыми по иному уголовному делу (в отношении Ч.). 

Предположение защитника в своих доводах о том, что мусорные контейнеры, как соответствующие требованиям ГОСТа, будут розданы населению поселений, по мнению суда апелляционной инстанции не подлежит оценке, поскольку находится за рамками проверяемого в апелляционном порядке приговора. 

Исходя из вышеприведенных данных, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что все подлежащие доказыванию обстоятельства, при которых Абрамов совершил инкриминируемое ему преступление, судом первой инстанции установлены правильно.

Вина осужденного установлена и подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, анализ которых дан в приговоре.

Каких-либо противоречий в исследованных и положенных судом в основу приговора доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного в инкриминируемом ему преступлении и позволили усомниться в его виновности, суд апелляционной инстанции не находит.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции верно квалифицировал действия ФИО2 по ч. 1 ст. 293 УК РФ, как халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей по должности вследствие небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба и существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Выводы суда о юридической оценке действий осужденного надлежащим образом мотивированы.

Как следует из протокола судебного заседания, уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Права ФИО2, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства соблюдены, защитой в лице адвоката он был обеспечен.

Оснований для сомнения в психическом состоянии ФИО2 не имеется, что усматривается из его поведения в суде, а также отсутствия данных о состоянии на диспансерных учетах.

По мнению суда апелляционной инстанции назначенное осужденному ФИО2 наказание за совершенное преступление по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям наказания и принципу справедливости, и не является суровым.

Суд апелляционной инстанции соглашается с учтенными судом первой инстанции смягчающими наказание обстоятельствами.

В том числе с учетом, вопреки апелляционному представлению, активного способствования расследованию преступления путем выдачи предмета имеющего значение для уголовного дела.

Суд при этом принимает во внимание, что ФИО2 фактически добровольно выдан предмет (штангенциркуль), который является вещественным доказательством по делу. При этом процессуальное действие (выемка), входе которого ФИО2 выдал указанный предмет, не влияет на добровольность его выдачи, чем следствию со стороны ФИО2 оказана помощь.

Довод апелляционного представления о том, что данное обстоятельство не могло быть признано в качестве смягчающего наказание, поскольку ФИО2 не признал вину в содеянном, является несостоятельным, поскольку реализация подсудимым своего права иметь личную позицию относительно обвинения не соотносится с возможностью наличия смягчающих наказание обстоятельств, связанных с оказанием помощи расследованию.

Суд апелляционной инстанции не находит поводов для учета иных обстоятельств, в качестве смягчающих наказание ФИО2, поскольку таковых не установлено, в том числе, при апелляционном рассмотрении уголовного дела.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом первой инстанции не установлено, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Судьба вещественных доказательств определена в соответствии со ст.ст. 81, 82 УПК РФ.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.1 ст.293 УК РФ, относится к категории небольшой тяжести.

Согласно п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года.

Согласно обжалуемому приговору преступление, за которое осужден ФИО2, совершено в декабре 2022 года.

Таким образом, двухгодичный срок давности привлечения к уголовной ответственности за совершение ФИО2 преступления истек после постановления приговора, но до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности" при наличии во время судебного разбирательства обстоятельства, указанного в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это подсудимого. При этом не имеет значения, в какой момент производства по делу истекли сроки давности уголовного преследования.

Согласно ч. 8 ст. 302 УПК РФ при установлении факта истечения срока давности в ходе судебного разбирательства суд постановляет по делу обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного ему наказания. По смыслу закона такое же решение принимается и в том случае, если срок давности истекает после постановления приговора, но до его вступления в законную силу.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости изменения приговора суда и освобождения ФИО2 от отбывания назначенного ему наказания за преступление в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд 

постановил:

Приговор Ермаковского районного суда Красноярского края от 22 октября 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить, освободить его от назначенного по ч.1 ст.293 УК РФ наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В удовлетворении апелляционных жалоб защитника-адвоката Кочубина А.Н. в интересах осужденного ФИО1 и апелляционного представления государственного обвинителя Степанова В.А. отказать.

Апелляционное постановление и приговор суда могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осуждённым - в тот же срок со дня получения его копии. 

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

Председательствующий: В.В. Носов